Маршал Язов: Горбачев был изменник в полном смысле этого слова
Интервью с последним Маршалом Советского Союза Дмитрием Язовым, которого одни считают закостенелым коммунистом и антидемократом-гэкачепистом, другие – настоящим патриотом великой страны, переставшей существовать 23 года назад.
Для большинства людей это уже глубокая история. Тем более интересно узнать подоплеку многих событий от непосредственного их участника. В этом разговоре с Дмитрием Тимофеевичем участвовали четверо журналистов «КП», в числе которых был и ваш автор. Материал большой, в газету уместилась лишь его малая толика. В интернет-издании возможно напечатать полную версию, что мы и делаем.
- Дмитрий Тимофеевич, если бы после всего пережитого возвратиться в 1991 год, изменилось бы что-нибудь в действиях министра обороны СССР маршала Язова?
— На этот вопрос трудно ответить. Я человек военный. А решения, как вы знаете, часто принимаются в зависимости от складывающейся обстановки. Тогда, в 1991 году это (попытка августовского переворота – К.М.) было обусловлено тем, что ожидался распад Советского Союза. И все начали говорить о хунте, путче, заговоре, об измене Родине. Но на самом деле потом все убедились, что ничего подобного не было. Измена Родине – это такое деяние, которое влечет за собой какие-то преступления, связанные с предательством, разглашением военной, государственной тайны в пользу иностранного государства или заговор с целью захвата власти…
Гособъект «Заря» — та самая дача в Форосе.
Ну, скажите, пожалуйста, какой заговор, если накануне поехали к президенту (Горбачеву, в Форос, на президентскую дачу в Крыму – К.М.) сказать ему, что завтра государства не будет, если вы подпишете договор… А что за договор? 17 марта 1991 года, как вы знаете, состоялся всесоюзный референдум, на котором более 76 процентов советских людей, в том числе в союзных республиках, проголосовали за Союз.
Читать далее...
В 30-е годы в Союзе была шпиономания и карты из всех общедоступных библиотечных изданий поизымали. чтобы подлые враги трудового народа еще не изничтоженные окончательно железной пролетарской рукой, не смогли передать эти ценные разведданные империалисьтическому противнику. 
В своих мемуарах жена российского политика Людмила упоминает, что она с мужем останавливалась в одном из домов курортного города летом 1981 года
