Ее обволакивающей теплотой и мерцающими красками голос, упоительно звучит в спектаклях театра и в белькантовском репертуаре, и в Верди, и в оперетте. Ее Лючия магнетизирует, заставляя не сострадать героине, а замирать от зеркального блеска ее колоратур. Ее Адина из "Любовного напитка" пленяет игривым бисером трелей, а Шемаханская царица уводит к холодным вершинам инфернального, почти потустороннего звука. Ее Виолетта умирает с красотой голоса, словно касающегося "других миров". А сразу три образа возлюбленных Поэта, которые поет Хибла Герзмава в спектакле Александра Тителя "Сказки Гофмана": Олимпия, Джульетта и Антония, рассчитанные на разные типы сопрано - колоратурное, драматическое и лирическое, являются не только ее личным "рекордом", но и редчайшим примером в современной мировой практике.

  При этом карьеру Хиблы Герзмава, стабильную и беспроигрышную, "королевской" не назовешь. Она не хватала горящих звезд с неба, не врывалась кометой в мировой оперный мейнстрим: она терпеливо трудилась на свой успех, оттачивала мастерство, тщательно осваивала репертуар и теперь чувствует себя "королевой" на всех сценах мира, покорив Лондонский Ковент-Гарден Татьяной и моцартовской Донной Анной ("Дон Жуан"), Парижскую оперу - Вителлией ("Милосердие Тита"), Метрополитен-оперу - партиями Пуччини (Мими "Богема", Лю "Принцесса Турандот") и Антонии ("Сказки Гофмана" Оффенбаха). Хибле Герзмава нравятся свежие творческие ощущения, драйв, риск экспериментов, поэтому московская "королева" поет не только арии и камерные программы, но и джаз, блюз, выступает с трио Даниила Крамера, Денисом Мацуевым, Деборой Браун (США), Аркадием Шилклопером и др. И для сольного вечера в статусе "королевы оперы" она подготовила совершенно новую программу, которой удивит публику вместе с оркестром театра под управлением итальянского маэстро Марко Армильято.