ПОТРЯСАЮЩИЕ КОТЛЕТКИ БЕЗ ГРАММА МЯСА! ОТОРВАТЬСЯ НЕВОЗМОЖНО! |
Метки: КОТЛЕТКИ БЕЗ ГРАММА МЯСА |
Ногтевой грибок. Лечение народными средствами |
Метки: Ногтевой грибок. Лечение народными средствами |
Фарфор Пауля Шойриха и «Карнавал» Русских сезонов... |
Рубеж XIX-XX отмечается как «серебряный век». На смену настроениям стабильности распространенным в 1880-х приходит психологическая напряженность, ожидание «великого переворота». Характерными чертами искусства становятся синтез, опосредованное отражение жизни в отличие от критического реализма XIX века, с присущим ему конкретным отражением действительности. В 1906 году гений Дягилев привез в Париж выставку русских художников. Началась эпоха витрины русского искусства -

20 мая 1910 года в Берлине, в «Театр дес Вестенс» (Theater des Westens) в рамках «Русских сезонов» прошла премьера одноактного балета «Карнавал» на музыку Р.Шумана, постановка М.М.Фокина. Михаил Фокин называл «Карнавал» своим любимым детищем. Там, в 1910 году переплелось старое и новое искусство: Нижинский (реформатор балета), Мейерхольд (реформатор театра), Карсавина (муза Фокина), Нижинская (сестра Вацлава, будущий хореограф), и Кшесинский с Бекефи (исполнители Петипа). Все они – первые исполнители «Карнавала»
Спектакль, первоначально показанный на сцене Петербургского Императорского Театра, был поставлен по случаю благотворительного вечера всего за три (!) репетиции. После ошеломительного успеха Дягилев вывез постановку за рубеж. Этот балет вошёл в историю хореографии как одна из тонких стилизаций, в которые так любили играть Михаил Фокин и Леон Бакст.
Доведенная до гротеска экспрессивность танца и вызывающая красота костюмов – все это было ярко, ново, неожиданно и стало сильнейшим творческим импульсом для молодого художника Пауля Шойриха (Paul Scheurich), и в 1913 году появилась серия из пяти фарфоровых статуэток: «Арлекин и Коломбина», «Пьеро», «Эвзебий», «Киарина» и « Эстрелла», созданных для Мейсенской мануфактуры.
Персонажи Комедии дель Арте были одеты в костюмы Льва Бакста, а яркая надглазурная роспись подчеркивала нарочитую театральность костюмов и соответствовала аффектированности жестов. Шойрих последовал основной идейной мысли «Карнавала» и не уступил Фокину – его фигуры словно застывшие в яркой позе актёры. В фарфоре он словно увековечил моментальные сценки из постановки Дягилева. Итак,
Помолвка Арлекина и Коломбины является центром знаменитого балета, очаровавшего всю Европу. Они постоянно ищут уединения, и насмехаются над комичным возлюбленным Панталоне и постоянно грустным и подавленным Пьеро.







Шойрих сумел выразить главную идею наиболее гармоничного балета Фокина — сфокусироваться на движениях и пластике. Правая рука Арлекина неестественно отодвигает пышные кринолины Коломбины, максимально выгнутое тело, повороты головы, вытянутые до предела руки, изгиб запястья, губы, почти слитые в поцелуе — пойманный момент из сонма движений, совершаемых человеком.



В образе Киарины Шуман изобразил свою жену Клару Вик. Робкая, скромная, сентиментальная, обворожительная, любящая романтичного мечтательного Эвсебия, который пылко ухаживает за ней. Она увлечена, но в разговорах с подругами подшучивает над ним, скрывая свою страсть. Шойрих изобразил Киарину в момент исполнения танца перед своим возлюбленным с цветами вместо кастаньет:





Прототипом Пьеро был Педролино — ловкий изворотливый, но часто попадающий впросак чудак. Французы в начале 19-ого века переосмыслили образ Педролино и создали Пьеро, образ несчастного отвергнутого влюблённого, неудачливого спутника и соперника Арлекина. Это был душевно тонкий и чрезвычайно ранимый персонаж. Исполнитель Пьеро всегда выступал без маски. Считается, что слуга Пьеро был в прошлом мельником в белых одеждах и с лицом вечно обсыпанном мукой и нарисованными слезами. Соответственно в маске он не нуждался.

Эвсевий не является центральным героем постановки балетмейстера. У Роберта Шумана этот герой олицетворял одну из сторон мировосприятия самого композитора. Эвсевий — задумчивый, мечтательный, романтический, чувствительный, созерцательный, и полная противоположность своему другу Флорестану - страстному, пылкому и увлекающемуся. Левой рукой он демонстрирует искренность, открытость и незащищённость чувства преданности, прошения о снисхождении. На лацкан пиджака Шойрих прикрепил нежную розу, как знак утончённости натуры.


Эстрелла, как и Эвсебий, не является центральной фигурой «Карнавала», однако её фигура не может быть не отмеченной. Про Роберта Шумана и его сочинение всегда говорили, что оно является автобиографичным, и в образе непосредственно Эстрэллы он изобразил свою первую любовь – Эрнестину фон Фрикен.
Интересно отметить, что в балете танцовщица, исполняющая роль Эстрэллы, не исполнила ни одной сложной балетной фигуры, ни одного пируэта, но танец был отмечен необычайной воздушностью и лёгкостью. Её танец был поставлен в стиле воздушного танца Марии Тальони. Стать как можно выше, как можно легче, как можно грациознее и тоньше, словно парить над земной поверхностью, благодаря правильной и очень сложной постановке ноги на носочек в пуантах – вот главное отличие такого танца. Именно это хотел изобразить скульптор Шойрих в своей фигурке Эстрэллы. Левая рука наполовину приподнята, как будто бы защищая героиню от невидимого препятствия или нападения. Кокетливый отказ и одновременно согласие, смущение и сомнение, неуверенность и жеманность, нерешительность и одновременно приглашение. Она притворяется испуганной пламенными ухаживаниями своего стремительного, энергичного, напористого поклонника Флорестана.




|
Мода и литература. Анна Каренина |
Метки: Мода и литература. Анна Каренина |
ПРОГУЛКА ПО ОСТРОВУ КОШЕК АОШИМА |
Метки: ОСТРОВ КОШЕК АОШИМА |
Есть город у моря.... |
Метки: Газа |
ПРОСТО ПРОЧТИТЕ... |
|
Стихотворение украинской школьницы ...
... просто
|
Метки: Сочинение украинской школьницы |
Игорь Губерман. О женщинах |
Метки: Игорь Губерман. О женщинах |
КАК ЖИВУТ АМИШИ? ПЕНСИЛЬВАНИЯ, США. |
Мой рассказ пойдет о стране амишей. Нас предупредили и просили не фотографировать лица, поэтому несколько снимков я нашла в интернете, а остальное все же сняла сама.

Кто такие – амиши?
Амиши – христианское течение меннонитского происхождения. Основатель – Якоб Амман, священник из Швейцарии, эмигрировавший в Эльзас (Германию) во второй половине XVII века.

Семья амишей
Их церковную доктрину можно характеризовать, как наиболее консервативный вариант меннонитства. Главная черта их вероучения – более строгое следование Священному Писанию. В начале XVIII века часть амишей переселилось в США (штаты Пенсильвания, Огайо, Индиана), где квакер Вильгельм Пенн (Пенсильвания), провозглашавший свободу вероисповедания, предоставил амишам и меннонитам убежище в юго-восточной части штата.
Все 12500 эмишей округа Ланкастер — потомки пары десятков семейств, которые эмигрировали из Европы в начале XVIII века. Поэтому, глядя на почтовые ящики перед тамошними домами, видишь повсюду одни и те же фамилии — Эш, Лэпп, Шольцфус, Фишер…
Амиши. Для всей прогрессивной общественности их «открыла» парочка хиппи, ударившаяся в романтические путешествия. Еще бы – вдруг в разгар ХХl века, в сердце самой прогрессивной страны, наткнуться на племя, принципиально отказывающееся от электричества и высшей школы, от собственного транспорта (лошади не считаются), фотоаппаратов, кино и прочих стремительно хлынувших благ научно-технического прогресса.
Подобно староверам, они несколько веков назад признали европейскую церковь поборницей греха и предпочли замкнуться в суровом достижении рая коммуной, честной пред Богом жизнью. Церквей амиши не строят, а молятся у своих соплеменников, у каждого по очереди, ставят скамейки в передней комнате.
Сначала, увидев бороды мужчин, воспринимаешь амишей, как ортодоксальных евреев, но к евреям амиши не имеют отношения.
Фотографироваться – нельзя, фото на стенах не висят, но висят так называемые «семейные списки» (даже не знаю как это назвать).
Вот два из одной семьи. Один список родителей, другой – современной семьи – имя, месяц и год рождения. Обратите внимание на имена – еврейские? Или библейские?
Как для примера посетили один дом амишей. Обстановка в доме была очень простая – никаких украшений я не заметила, но на всем лежала печать заботы и любви.
Дом освещался газовыми рожками (в других домах используется и керосин). На кухне я увидела холодильник — газовый. Вообще, кухня оказалась самой большой комнатой в доме.
И, как я поняла, это не просто место, где готовят и едят, а своеобразный центр всей семейной жизни: Ребекка сказала, что обычно именно в ней читают, шьют, а когда дети были маленькими — там они играли и делали уроки. Есть в доме и свой водопровод, работающий от ветряка.
Их женщины не знают косметики, украшений, даже пуговиц (а как же, тоже вариант украшательства!), фасон платья стабилен последние двести лет.
Собственно, фасон.
Платья должны быть однотонными, без пуговиц (если нужно что-то прикрепить – только булавочкой), одного фасона и два-три – не более, чтобы все были равными и не выделялись и не чувствовали, что одна богаче другой.
Платья однотонные – синего, фиолетового или тёмно-серого цвета, из тонкой материи, похожей на шерсть, но с обязательным передником: у замужней женщины он черный, у незамужней – белый.
Даже свадебное платье шьется однотонным, без украшения, того же фасона, чтобы завтра можно было его одеть на работу. Появление женщин-амишей на улицах с наступлением темноты без особых причин считается распутством.
Мужчины не бреют бород (усы запрещены по закону, они безусые) и не умеют держать в руках оружие. В армии не служат или только в частях, где не держат в руках оружие. Они никогда в своей американской истории не воевали.
Большинство из них носит одежду и головные уборы определенных цветов и фасонов, ездит в старинных повозках, запряженных лошадьми, используют только стальные колёса (без амортизаторов, чтобы почувствовать землю), пашут землю конным плугом.
Амишевские мужские шляпы
Справа высокая шляпа – для праздника, а слева шляпы пониже, которые имеют право носить юноши (на выданье), которые могут уже жениться

Брюки поддерживают подтяжки, пуговиц на брюках нет, их заменяет система крючков, петель и завязочек, как носили моряки.
Зато амиши тяжко вкалывают – простите, в поте лица своего добывают хлеб свой (а также мясо-молочные продукты и всяческие овощи и фрукты) на лоне природы, рожают детей штук по десять (аборты и презервативы запрещены), по воскресеньям ходят друг к другу в гости на протестантские служения – пение хоралов, чтение Библии или на общую веселую трапезу.
Им запрещается служить в армии, фотографироваться, водить автомобили и летать на самолётах, иметь компьютеры, телевизоры, радиоприёмники, носить наручные часы и обручальные кольца.
В веротерпимой Америке для них разработали специальный вид паспорта – без фотографии: а уезжать за пределы Америки им не нужно да и не на чем – самолет для них запрещен, максимум, что они себе позволяют – это самокат и то ехать можно не быстрее одной лошади!
Школы – это особая тема. Школа состоит из одного класса (комнаты), где учатся дети от 7 до 15 лет, все вместе. И преподает им учительница лет 15, которая только что сама её закончила.
В собственных школах они изучают только те предметы и только в том объеме, который им пригодится на фермах: ботанику, зоологию, арифметику, основы геометрии. Из книг, не считая детских, в советском пропагандистском стиле, они оставили себе только Библию. Из картин – настенные календари и газету, которую сами печатают про погоду, урожай, надои, посев или жатву.
Ткацкий станок
Амишем нельзя стать по велению сердца. Им можно только родиться. И, конечно, остаться, потому что гуманные анабаптисты всем членам коммуны один раз в жизни, в юности, предоставляют выбор: либо окончательно принять крещение, либо уйти в большой мир. До этого им разрешается попробовать пожить в миру, посмотреть, каково там. Самое фантастическое, что от 75 до 95 процентов, поглядев Америку, возвращаются обратно под трудовой, но сытый амишский кров. Только в зрелом возрасте они принимают обдуманный шаг – крещение.
«Соковыжималка», приводимая в движение водяным насосом.
С одной стороны, куда им идти с их образованием, жизненными представлениями и коммунным опытом? С другой, дома никогда не бросят, не выгонят, всем миром поднимут, поставят на ноги, не дадут сгинуть и т.д. Натурально, протестантский такой рай.
У них нет разводов (что понятно), оттого юношам позволяется достаточно свободно общаться с девушками на выданье. Свободно – это значит разговаривать, шутить, прогуляться вместе в воскресный день, а совсем не то, что вы подумали. Этого самого до свадьбы там быть не может, а если несчастье случилось, то брак неизбежен и точка.
При всей своей закрытости, они отлично общаются с соседями не-амишами, подчас, при недостатке земли и постоянном приросте населения (а их, между прочим, двести тысяч!), они нанимаются в работники – к радости работодателя, для которого честнее, трудолюбивее и скромнее амиша – работника не сыскать. – Они сытно и калорийно (как давние потомки швейцарцев) едят, мало пьют (некогда), не воруют, не сквернословят и любят жизнь, людей, хозяйство – простой, здоровой любовью. Они честно платят налоги, поэтому в тюрьмах не сидят.
На кладбищах стоят одинаковые надгробные плиты с датой рождения и смерти. Никаких более улучшенных памятников нет, все смертные одинаковы!
Гроб
Гроб стоит в доме умершего три дня, наполовину закрытый, чтобы кто захочет проститься, успел приехать, а скорость передвижения не превышает скорости одной лошади! Упс, фотографировать нельзя…
Какие лица! На них нет следа печали, злости, недовольства
Пока нам живописали красоты местного общежития, мы, разумеется, дружно жалели бедных амишских женщин с их тремя платьями, десятком детей и каждодневным трудом до изнеможения. Ну и мужчин, в общем, тоже…
А книги!.. Библия – прекраснейший текст, но никогда в жизни не прочесть ни одной светской строчки?! Не услышать светской музыки?! Импрессионистов не увидеть? И даже не знать, что все это можно хотеть видеть и слышать…
Чепчики для замужних женщин в виде сердечка
В общем, проникшись ужасом и состраданием к этим святым созданиям, мы отправились на рынок – с ними знакомиться. И я была до корней души потрясена их сияющей, слепящей, фантастической красотой этих самых молодых женщин в чепчиках в форме сердечка и наглухо закрытых старушечьих платьях.
Как они улыбаются, обслуживая туриста. Какие у них глаза, когда они нас, современных, стильных, ярких, не похожих на них ни капли, рассматривают – без тени зависти или негодования, а просто – с интересом и приязнью. Несколько минут общения буквально перевернули мои представления о женской прелести. Та аура любви к ближнему, которую они излучают, действительно красит их лучше царских одежд.
Неотъемлемой частью интерьера дома амишей является одеяло из лоскутков – называемое куилт (quilt), а также деревянные вещи – сундуки, стулья, кровати, кресла-качалки.
Незатейливая детская игрушка
Детские игрушки – простые, самодельные: тряпичные куклы, деревянные паровозики, кубики.
Даже куры у них странные, экологически чистые
Ни секунды, разумеется, не хотела бы жить в этом раю, но то, что он возможен, реален, счастлив и вдохновен, – не вызывает у меня никаких сомнений. Даже при всей его искусственности, неискушенности и благоприятных исторических обстоятельствах.
А для всей остальной Америки амиши – это такой популярный романтический бренд, «чужие среди нас» – за ними наблюдают, их продукция, благо натуральная и вкуснейшая, расходится на ура. Сыры и мёд пробовала – действительно, объедение.
Выращивают табак, хотя сами не курят.
В ответ амиши, не боясь глобализации, спокойно и не оборачиваясь по сторонам, строят свой земной Новый Иерусалим. И самая большая их проблема на данный момент – высокий процент родственных браков. Но при общем числе в двести тысяч… надеюсь, что проблема решаема. Пусть себе живут нам на загляденье.
Звезда на доме говорит о гостеприимстве хозяев. В такой дом можно постучаться и переночевать
Потом мы посетили ярмарку на которой купили немного продуктов (недешевых), но экологически чистых. Мне было интересно и я с любопытством слушала о жизни «странных», на мой взгляд, людей.
Метки: АМИШИ |
ЛЮБОПЫТНЫЕ ИСТОРИИ СЛОВ И ВЫРАЖЕНИЙ |
Метки: ЛЮБОПЫТНЫЕ ИСТОРИИ СЛОВ И ВЫРАЖЕНИЙ |
проверка краткосрочной памяти |
проверка краткосрочной памяти---Рекомендую........
Метки: проверка краткосрочной памяти |
Засолка красной рыбы в домашних условиях. (из почты) |
Соленая красная рыба, нежная, ароматная, пикантная, может быть прекрасной закуской, начинкой или самостоятельным блюдом. Из-за экономического кризиса цены на рыбку очень подскочили, поэтому многие хозяйки задумались о том, как вкусно засолить красную рыбу самостоятельно, чтобы она получилась не хуже финской или норвежской. Преимущество домашней засолки заключается в том, что в вашем деликатесе нет консервантов и красителей, а количество соли можно брать по вкусу — все-таки чаще всего магазинная рыба слишком пересолена. И самое главное — засолка позволяет замаскировать несвежую рыбу, чем и пользуются некоторые производители.
Многие хозяйки покупают соленую рыбу только по одной причине — почему-то они уверены, что самостоятельная засолка является слишком сложным и хлопотным занятием. На самом деле засолить рыбу можно буквально за 10–15 минут, если вы купили готовое филе. При необходимости разделки рыбы вам придется затратить чуть больше времени, но зато сэкономите деньги — все-таки красная рыба не самое дешевое удовольствие.
Итак, поговорим о том, как засолить филе красной рыбы и наслаждаться вкусным деликатесом собственного приготовления. Покупайте для засолки семгу, форель, нерку, горбушу, кету или кижуч. После удаления кожи (или разделки) слегка промокните филе салфеткой, чтобы мякоть была сухой. Далее выложите рыбу порционными кусочками в глубокую емкость, посыпьте крупной солью из расчета 1 ч. л. на полкилограмма рыбы и небольшим количеством сахара. Можно добавить соевый соус, лавровый лист, молотый кориандр, душистый перец, зелень и другие пряности. Далее положите рыбу под гнет, накройте пленкой, оставьте на пару часов при комнатной температуре, потом удалите лишнюю соль и отправьте на сутки в холодильник. Можно обойтись и без гнета, но тогда рыбу следует держать на холоде от полутора до двух суток. Если вы не хотите ждать, то сделайте маринад из растительного масла, соли, сахара, лука и специй и залейте им куски рыбы в банке — через 8 часов слабосоленая нежная рыбка, тающая во рту, будет готова к употреблению!
Важный момент: если вы хотите остановить процесс засолки, достаточно слить жидкость, которую дала рыба, очистить филе от оставшейся соли и просушить салфеткой — только после этого можно дегустировать получившийся деликатес!
Научившись правильно как засаливать правильно красную рыбу, вы откажетесь от рыбы в фабричной упаковке, пусть даже импортного производства. Из соленой красной рыбы можно готовить салаты, суши, роллы, бутерброды, закуски, фаршированные блинчики и много другой вкуснятины. Привыкайте к изысканности и вступайте в ряды страстных поклонников красной рыбы домашнего засола!
Метки: Засолка красной рыбы в домашних условиях |
7 ФАКТОВ О КОБЕ, КОТОРЫЙ СТАЛ СТАЛИНЫМ |
Метки: 7 ФАКТОВ О КОБЕ КОТОРЫЙ СТАЛ СТАЛИНЫМ |
Старинные объявления о знакомствах |
Метки: Старинные объявления о знакомствах |
Статья о как бы этих самых ну значит словах-паразитах |
Метки: слова-паразиты |
Картофельный гратен с чесноком и сливками |
Разогреваем духовку до 200 градусов. Чистим и моем картофель, затем нарезаем тонкими ломтиками (2-3 мм ). Мелко нарезаем чеснок и петрушку.
Разогреваем масло в сковороде с толстым дном на среднем огне. Выкладываем ломтики картофеля, перемешиваем деревянной ложкой, чтобы все ломтики были покрыты маслом. Добавляем соль, перец. Продолжаем перемешивать до тех пор, пока не увидим, как ломтики картофеля становятся клейкими.
Читай также: Гратен - блюдо с золотистой корочкой
Добавляем чеснок и вливаем сливки, ровно столько, сколько нужно для того, чтобы покрыть полностью ломтики картофеля, но не больше. Убавляем огонь и готовим картофель еще около пяти минут, пока сливки немного не загустеют. Затем снимаем сковороду с огня и проверяем специи на вкус. В этот момент можно добавить соли или перца, если их количество кажется недостаточным.
Добавляем в блюдо петрушку. Наполняем картофелем форму для выпечки. Печем в духовке 20 -30 минут до золотисто-коричневого цвета.
Читай также: Готовим вкусные блюда из картофеля
Метки: Картофельный гратен с чесноком и сливками |
Иосиф Рабинович |
Москва, Россия - Нагария, Израиль

Иосиф Рабинович – москвич, окончил Физтех (МФТИ)
Лауреат премии СМ СССР, член Союза литераторов РФ,
член Русского географического общества, учёный секретарь полярной подводной археологической экспедиции «Челюскин – 70».
Автор ряда научно-популярных книг, трёх книг:
«Юность бородатая моя», «Держать» и «Чёрный ящик» и поэтическо-художественного альбома «Проникновение» (совместно с художником Василием Ленивкиным).
Стихи и проза неоднократно публиковались в альманахе «Словесность» и в интернете.
С 2012 г. живёт в Израиле, в городе Нагария.
Стихи на конкурс:
СУЕТА СУЕТ
Соломон Давидыч в размышлениях:
Сорок лет на троне - не пустяк,
Позади победы и свершенья,
Слава и богатство, наслажденья!
Утомили битвы и сраженья,
Всё одно - победы, пораженья,
Дамы не приносят облегченья,
Ничего не хочется - иссяк!
Всё иссякло - копи оскудели
И величия былого нет,
Дней твоих размотаны кудели,
И молотит сердце еле-еле,
И красотки юные в постели
Разбудить желанья не сумели,
Тут и понял, что на самом деле
Всё на свете - суета сует!
ДЕВЧОНКА С АВТОМАТОМ
Девчонка в розовой маечке,
Серебряных блёсток ряд,
Копна волос цвета ночи
И вишенки глаз горят.
На плечике нежном девичьем
Тяжёлый висит автомат,
Бесстрашная дочь Израиля -
Простой еврейский солдат!
Когда-то её прабабушку
В печи сожгли. Холокост.
Хотели целую нацию
Вычеркнуть. Пепел. Погост.
Ответьте мужчины, женщины,
Товарищи и господа:
Израильская военщина,
Вот эта девчушка, да?
Когда в опасности Родина
Свинцовые тучи висят,
Пред силою этой девичьей
Бессилен любой Арафат!
Года пролетят незаметно
И кудри посеребрят,
Боже! Дай мира правнучкам,
И забери автомат!
СТАРЫЙ МИНДАЛЬ
Старый миндаль на углу у Морской,
Что ж ты, приятель, расцвёл так не к сроку?
В цвете твоём мало толку и проку,
А впереди-то морозец лихой…
Ты розовеешь, отринув смущенье.
Ждёшь ли орехов? Я думаю, нет.
Так для чего же неистовый цвет
И предрождественское нетерпенье?
Скрипнув в ответ узловатою ветвью,
Прочно держась на корявых корнях,
Старый миндаль мне с улыбкой ответил:
Просто цвету, пока пыл не иссяк!
Это у юности времени много,
Юность-то может дождаться весны,
Тот же, чьи годы уже сочтены
И недалёко свидание с Богом,
Пусть поторопится не упустить
Эту возможность свою — расцвести!
Вот и сумел я судьбу превозмочь:
Взял и расцвёл в новогоднюю ночь!
И в голове нету думы о том,
Буду ли я и что будет потом…
ПРОВОЖАЛЬНАЯ АТЛАНТИЧЕСКАЯ
Донне Анне, Аннушке, Анюте…
Колокольный звон над собором,
Над святой непорочной Анной.
Как недолги же были сборы
Уходящих в синь океана!
И растают в туманных далях
Парусов упругие груди.
Нам — туда, где ещё не бывали,
Не бывали белые люди,
Где земля, как в сказке, богата,
Где ацтеков смертельны стрелы…
Уходила вперёд, к закату,
Моя крепкая каравелла!
А вослед с портового причала,
Так прекрасна и так желанна,
Мне платочком вослед махала
Моя грешная донна Анна…
Провожала, целуя бессчётно,
Что хмельнее всех вин шампанских,
Словно знала: не всем повезёт нам,
К берегам воротиться испанским…
Мы сегодня уйдём с Мальорки,
Дизеля своё залопочут,
И как прежде на пирсе горько
Плачет Аннушка в свой платочек.
По-иному ходим в моря мы,
И не надо былой отваги,
Хоть и нынче ищут упрямо
Приключений морские бродяги!
Ну не плачь, не грусти, Анюта, —
Я сужу по точным приметам:
Мы придём через двадцать суток,
Ведь на больше и денег нету!
КОНЕЦ СВЕТА (21 мая 2011 года)
Один весьма почтенный проповедник,
Ну, без пяти минут святой отец,
Со всех экранов предвещал намедни
Всеобщий и решительный трындец!
Пред коим, это строго между нами,
Он это на компьютере считал,
Игрушки — Фукусима и цунами
И просто тьфу любой девятый вал.
Что делать? Где искать спасенья, братцы?
Тут, видит Бог, задача нелегка —
Трындец умеет тихо подобраться,
Хоть и видать его издалека…
Уже трещат нейроны от натуги
И бета-ритм зашкалил через край.
Беру мобильник и звоню подруге:
Наплюй на всё и тут же приезжай!
Как? Прямо среди дня меня ты хочешь?
И напрочь крыша съехала, видать?
Любимая, а вдруг не будет ночи —
Несолоно хлебавши помирать?
Она пришла, и мы закрыли шторы.
О том, что дальше было, помолчим,
Но далеко остались разговоры,
Святой отец с компьютером своим!
И в судорогах корчилась планета,
И за волною рушилась волна,
И это нам концом казалось света…
А за окном стояла тишина.
Возможно, проповедник съел собаку,
Но проповедник всё-таки не Бог,
Посколь цунами этого, однако,
Он нам с подругой предсказать не смог!
Зато теперь я точно знаю: это
Прекрасный способ встретить конец света!
ЗИМНИЙ СОН
Мне снился снег, заносы и сугробы,
Алмазный блеск сосулек на трубе,
И чёрные деревья вдоль дорог,
И вьюг неиссякаемая злоба,
И в темноте в углу угрюмый бог,
И зайчик-солнце на полу в избе!
И хруст саней по утреннему насту,
И дым, идущий из трубы столбом,
Колодец, обрамлённый хрусталём,
И тройки бег дорогою прекрасной,
И милое румяное лицо,
Целую я, взошедши на крыльцо…
Какая сказка — женщина, природа,
Но этот дивный сон приснился мне
В родной московской дымной стороне
Угарным летом проклятого года!
МУЗЫКА НОЧИ
Совсем не разбираюсь в нотах,
Так мне досталось по судьбе,
И вдруг надумалось чего-то
Сонату написать тебе,
Симфонию или сюиту,
Мне те названья — тёмный лес,
А вот звучит в мозгу, поди ты,
Твой голос, чудо из чудес!
В душе запели соловьи,
В тебя — губами, счастье — вот оно
И кудри рыжие твои
По шёлку простыни размётаны
И голос нежный и родной.
Как флейты звук во тьме полночной,
И заклинание — Ты мой!
И страстный стон аккордом мощным…
Я музыкантом не был создан,
Но стал им, пусть на склоне лет,
И слушают смущённо звёзды
Наш изумительный дуэт!
В ЛЕСУ АПРЕЛЬСКОМ
Я сижу в лесу апрельском
На берёзовом бревне:
Ни стихов, ни вин, ни женщин -
Ничего не нужно мне!
Всё здесь призрачно-прозрачно,
Как ни вслушиваюсь я,
Ни единой нотки мрачной –
Щебет птиц и плеск ручья,
Да душа поёт и молит,
Чтоб навеки, навсегда:
Юный лес, до неба – поле
И хрустальная вода!
Чтоб о мелком – только мельком
Чтоб взлететь вот здесь, сейчас…
Может быть, в лесу апрельском
Я сижу в последний раз?
МОЙ ШЕДЕВР
Я о прошлом и настоящем
Не пекусь, потому – суета.
Символ завтрашний – чёрный ящик,
Вот о чём у меня мечта.
Чтоб эстетам была приятна
До конца идея моя,
Закажу шесть стенок квадратных
Шестерым Малевичам я.
И собью, сколочу свой ящик,
И упрячу подальше впрок,
Пусть пылится шедевр блестящий,
Пригодится ещё, дай срок.
А когда, подчиняясь закону,
Отхожу своё, отпою,
Суньте ящику в мрачное лоно
Закопчённую душу мою!
Знаю, я ни к чему Гекубе,
Но эстеты будут болтать:
«Рабинович – Малевич в кубе,
Вот придумал, так его мать!»
ЧЁРНЫЙ ИРИС
На горе в земле обетованной,
Как былого, прошлого росток,
Цветом неожиданный и странный,
Словно ночь Израиля, цветок
Вековою болью прокопчённый,
Что умерить годы не смогли,
Чёрный ирис - брат мой наречённый,
Чёрный ирис со святой земли.
Ты, от слёз от женских почерневший,
Стал упрямо посреди травы,
Всё прошедший, всё преодолевший,
Не согнувши гордой головы!
За твоими чёрными крылами
Не эдем, не божья благодать -
Кована годами и боями
Несклонимая мужская стать...
Седина на крыльях серебриться -
Бед и потрясений зримый след -
Будто это белые зарницы
В чёрном небе льют волшебный свет.
Жаль до боли - в тех краях я не был,
Где, расправив крылья на заре,
Ждёт меня под этим древним небом
Метки: Иосиф Рабинович |
Луис Майер: человек, создавший премию «Оскар» |
Несмотря на явное американское происхождение «Оскара», «родителем» его был эмигрант из России — Лазарь Мейр, в историю мирового кино навсегда вошедший как Луис Майер — первый среди всемогущих продюсеров «золотого века Голливуда», король легендарной студии «Metro-Goldwyn-Mayer» (MGM), «великий и ужасный» маленький человек, тихий голос которого мог напугать больше, чем рев диких зверей.
Именно он сегодня в нашей биографической фотоподборке.

Как бы ни относились к Майеру историки кино, как Личностью и деловым человеком им нельзя не восхищаться. Свой Олимп он воздвигнул себе сам — чутьем, деловой сметкой, амбициями и феноменальной работоспособностью. Правда, родители маленького Лазаря, родившегося в 1885 году в Минске, были людьми зажиточными и уехали не столько на поиски новых горизонтов, сколько спасаясь от погромов, участившихся в царской России в 90-х годах прошлого столетия.

Сначала их прибежищем стал Нью-Йорк, но вскоре, поняв, что в таком крупном городе пробиться будет сложновато, Якоб Майер переселился в Сент-Джон. Там он сначала торговал вразнос, потом собирал и продавал металлолом. Семья скатилась к отчаянной бедности. Луис взялся за дело отца еще подростком — и быстро обнаружил в себе то, чего не хватало Майеру-старшему — деловую сметку и организаторский талант.

Через полгода он уже руководил двумя сотнями рабочих. Правда, все документы подписывал отец, потому что Луис был еще несовершеннолетним. Он же назвал компанию «Я. Майер и сыновья», присвоив себе ее и все заслуги сына, что на всю жизнь испортило их отношения с Луисом.

В 19 лет Луис оставил отцовскую фирму и уехал в Бостон. Причиной тому была любовь. Случайная знакомая, которой он пожаловался на одиночество, показала ему фотографию любимой племянницы, Маргарет Шенберг. Чрезвычайно романтичный Луис был пленен и, сняв комнатку в Бостоне, начал ухаживать за девушкой, которой даже не был представлен.

Задача была нелегкая. Шенберги были людьми с претензиями. Отец Маргарет, кантор, считал, что Майер «недостаточно хорош для них». Но и в любви, как и во всем остальном, Майер не отступал. Через шесть месяцев он добился руки Маргарет.

Это был настоящий подарок судьбы. Маргарет была классической еврейской женой — она восхищалась мужем, заботилась о нем и верила в него. Впрочем, энергия и смекалка ее мужа поражала воображение. Бедняк, приехавший в Бостон без гроша в кармане и работавший «шестеркой» в каком-то кинотеатрике, внезапно загорелся идеей взять в аренду одну из «киношек» — и добился этого.

Правда, кинотеатрик, деньги на который Майеру, скрипя зубами, одолжил тесть, был дырой, в которой крутили только низкопробное кино — для «отбросов» консервативного городка Хэверхила. Майер потратил последние деньги на то, чтобы привести его в божеский вид, и разработал «ориентированную на семью» политику, к которой должны были проникнуться доверием добропорядочные жители городка. Через полгода его кинотеатр был самым модным — и самым доходным развлекательным заведением городка.

Луис не собирался останавливаться на достигнутом. На полученные деньги он продолжал скупать кинотеатры, и через несколько лет уже владел самой большой сетью кинотеатров в Новой Англии. Но теперь Майеру мало было прокатывать фильмы: он хотел их производить. Правда, денег, чтобы создать собственную студию, было недостаточно. Но Луису повезло: фильм «Рождение нации» Д. У. Гриффита, выкупленный для проката буквально за копейки, имел такой бешеный успех, что сделал Майера и других прокатчиков миллионерами.

Луис увидел в этом знак Божий — и в 1914 году основал студию «ALCO», переименованную вскоре в «Луис Б. Майер продакшн инкорпорэйтид». Нельзя сказать, чтобы эта студия сразу заняла лидирующее положение, но дела ее шли неплохо. Особенно, когда, осознав, что будущее кино — за Голливудом, Луис перенес ее в Лос-Анджелес.
В начале 20-х годов, когда акции Майера в Голливуде котировались уже достаточно высоко, богатейший финансист из Нью-Йорка Маркус Лоев предложил ему «сделку века»: объединить свою фирму с приналежащей Лоеву «Метро» и еще одной преуспевающей кинокомпанией «Сэмюэл Голдуин пикчерс"

Как бизнесмен, Луис мгновенно оценил всю гениальность этого проекта: сойдясь вместе, три «кита», одним своим весом смогли бы задавить плавающих рядом мелких «рыбешек"-конкурентов. А чтобы у Майера не осталось никаких сомнений в необходимости слияния, Лоев предложил ему «карт-бланш»: место вице-президента в новой компании с неограниченными полномочиями и правом на «последнее слово».

Утвердившись в новой должности, фактический глава студии занялся самым важным в своей жизни делом: превращением «MGM» в самую прибыльную, самую могущественную, самую «звездную» корпорацию. И ему это удалось. Скрипя зубами, остальные компании признавали лидерство «MGM». Она выпускала больше всех фильмов в год, на нее работали больше всех людей, в ее активе были самые дорогие «звезды» — Грета Гарбо, Джон Гилберт, Норма Ширер, Кларк Гейбл, Роберт Тейлор, Фред Астер и многие другие. «На «MGM» больше «звезд», чем на небе» — писали газеты, и эту фразу Майер с гордостью повторял до конца жизни.

Как-то январским вечером 1927 года, ужиная с друзьями, Майер посетовал, что хотя кино существует уже более тридцати лет и за это время достигло больших успехов, нет организации, которая фиксировала бы этапы его развития, занималась общими кинематографическими проблемами, — в общем, была для кино «родной матерью». Едва эта мысль была высказана, как за ней родилась другая — создать такую организацию, выбрать ее председателя, обозначить сферы деятельности, вручать ежегодные призы…

Он развил бурную деятельность, и вскоре о будущем создании Американской Академии искусства и науки знал весь Голливуд. Он понимал, что этим сведет успех дела к нулю — его детище тут же объявят подконтрольным «MGM». В результате, пост президента предложили «нейтральной стороне» — актеру Дугласу Фэрбенксу.
11 января, через несколько дней после исторического ужина, в лос-анжелесском отеле «Амбассадор» Фэрбенкс объявил о создании Киноакадемии, библиотеки при ней и учреждении ежегодных премий за достижения в области кино. Но воплощать в жизнь идею с наградами никто не торопился: всех — начиная с Майера — больше занимало создание библиотеки (потом ее назовут его именем), архива, поиск помещения и прочие организационные вопросы. До премий дело дошло только в 1929 году.

Главный художник «MGM» набросал внешний вид награды, скульптор Джордж Стенли изготовил первую статуэтку. Первая церемония награждения состоялась в 6 мая 1929 года и была похожа скорее на домашнюю вечеринку. За неделю двадцать судей выбрали претендентов в каждую номинацию, а уже на самой церемонии пять мэтров кино (актеры и режиссеры) выбирали из них самых достойных. Майер понимал, как важно для Академии общее признание, вера в ее объективность, и поэтому стерпел, когда специальными призами наградили его конкурентов «Уорнер Бразерс» (за первый звуковой фильм) и раскланялась с его заклятым врагом Чарли Чаплиным, вручив ему специальную премию «за гениальность сценариста, актера, режиссера и продюсера».

В дальнейшем дороги Майера и Киноакадемии разошлись, но босс «MGM» никогда не отказывал детищу в своей поддержке. Он вел третью церемонию награждения «Оскаров», шефствовал над архивом и библиотекой. Уже без него — в 1935 году — статуэтка получила имя: заведующая библиотекой Маргарет Геррик «опознала» в награде своего дядюшку Оскара.
Поиграв немного «в Академию», Луис Майер с удвоенной энергией вернулся к делам студии. У Майера было безошибочное чутье на вкусы публики. Не хуже разбирался он и в людях: весь персонал — от «звезд» до секретарей — Майер подбирал сам. «Студия «MGM» напоминала сказочную школу, где нет выпускного класса, — вспоминала Кэтрин Хепберн, — платили там маловато, но зато мы были защищены».

У студии были самые дорогие и лучшие юристы, журналисты, медики, и, что не афишировалось, негласная договоренность со студиями-конкурентами. Если та или иная «звезда» пыталась вырваться из «рая», ей мягко намекали, что нигде больше в Голливуде она работы не найдет. Майер не терпел неуважительного отношения к порядкам студии или к себе лично, и с нарушителями мог быть безжалостен. Суперзвезда 20-х годов Джон Гилберт нахамил боссу «MGM» — и услышал в ответ: «Джон, мне это обойдется в миллион, но я сделаю тебя безработным». «Звезды» стали ходить по струнке.

«Королю Голливуда» Кларку Гейблу стоило только заикнуться, что он не хочет играть в «Унесенных ветром», как Майер поставил его на место вопросом: «А нищим ты стать хочешь?» Гейбл молча вернулся на съемочную площадку.

Не менее суровым босс «MGM» был и в частной жизни. Он обожал свою семью — и любя, бесконечно, до тирании, опекал ее. Двух своих дочерей Эдит и Айрин он просто душил заботой, для них он был абсолютным, непререкаемым авторитетом. «Отец был не только всемогущим, он был всезнающим, — писала Айрин. — У меня в сознании он даже путался с Богом из-за слова «всемогущий»… C папой нужно было согласовывать все — даже цвет губной помады и высоту каблуков».

Он обожал Айрин, но когда она против его воли вышла замуж за Дэвида Сэлзника, продюссера конкурирующей студии, вместо поздравлений Майер пообещал ей, что когда-нибудь муж ее бросит. Правда, вскоре отец и дочь помирились, но его пророчество все же сбылось: после десяти лет совместной жизни Дэвид покинул Ирэн ради молоденькой актрисы Дженифер Джонс.
Сам же Майер, несмотря на обилие красавиц на «MGM», долгое время был заботливым мужем и прекрасным семьянином. Проблемы начались только когда его жене запретили (по состоянию здоровья) выполнять супружеский долг. В конце концов, он развелся и снова женился — на приятной женщине средних лет — Лорене Лейсон.

В 30−40-е годы консерватизм Майера и «MGM» как нельзя лучше соответствовал мироощущению американцев, что приносило студии огромные доходы. Но с начала 50-х взгляды изменились, и политика «MGM» многим стала казаться устаревшей. Этим воспользовались молодые помощники «короля Луиса», которые в результате серии интриг в 1951 году выжили его из заветного кресла.
Остаток жизни (а Майер был уже болен лейкемией, которая в 1957 году свела его в могилу) бывший босс «MGM» тщетно пытался вернуть хоть крохи своего былого положения. За него отомстило время: студия, которую при нем называли Лучшей, постепенно разорилась, пришла в упадок, и сейчас не входит даже в первую десятку крупнейших американских кинокомпаний.
Другое же детище Майера — Киноакадемия — живет и процветает, а ее награда — «Оскар» — с каждым годом становится все весомее и популярнее. Майер, кстати, на склоне лет тоже получил статуэтку — «за неоценимый вклад в киноискусство». И значимость этого вклада оспорить трудно. Ну, посудите сами: за что боролись бы в Голливуде, не будь у них «Оскара»?
Метки: Луис Майер: человек создавший премию «Оскар» |
За что маршал Жуков попал в опалу |
Метки: маршал Жуков |
КАК ГОТОВИЛИ НАЛОЖНИЦ В СУЛТАНСКИХ ГАРЕМАХ |
Метки: НАЛОЖНИЦЫ В СУЛТАНСКИХ ГАРЕМАХ |
Он гениален,что тут говорить...
Какие словеса,какие перлы!
Кто может так смеяться и любить
И правду отделять от лживой скверны?
Он дальше носа видит своего,
Что неудобно длинен по природе.
А это,братцы,ох как нелегко!
Во все он щели лезет при любой погоде.
Он иронично шутит над собой
И нами,позволяя с ним смеяться.
В нём мудрость и евреев вековая боль,
В нём вольный дух и озорное блядство.