Композитор А.В. Александров:

от церковного регента до генерала Красной армии.

Создать демотиватор

13 апреля этого года исполнилось 135 лет со дня рождения автора музыки Гимна России и песни «Священная война», создателя известного во всем мире Краснознаменного ансамбля песни и пляски Александра Васильевича Александрова.

Дата, прямо скажем, не самая круглая. Тем не менее она была отмечена. В этот день в Твери, на одном из домов по бывшему Соборному переулку, а ныне улицы Ивана Седых, была открыта посвященная ему мемориальная доска, сообщившая о том. что в советские времена было покрыто плотной завесой тайны. А именно: 12 лет – с 1906 по 1918 годы – живший здесь музыкант был регентом кафедрального Спасо-Преображенского собора.

Эта сторона деятельности композитора, которого, в общем-то, вполне заслуженно считают самым советским из всех известных советских композиторов, и поныне мало известна даже музыковедам.

Зато известно, что многие из песен, к которым он писал музыку, посвящены советским вождям и военачальникам. Да и музыка нынешнего Гимна России была написана в 1939 году не для государственного гимна, а для Гимна партии большевиков

Правда, исследователи отмечают, что музыка Александрова, как правило, была намного богаче и содержательнее тех вполне стандартных текстов, на которые она чаще всего писалась. Но в любом случае, одно упоминание о том, что создатель этой музыки первую половину своей творческой жизни почти полностью провел на клиросе православного храма и за сочинением духовной музыки, вызывает недоумение, а то и насмешку или даже прямое обвинение композитора в лицемерии и приспособленчестве.

Между тем нет ничего удивительного в том, что автор Гимна самой большой и самой загадочной на свете даже для ее жителей страны был такой же крупной и во многих отношениях загадочной личностью.

Гимн страны не может возникнуть случайно, на волне конъюнктурных соображений или из угождения чьим бы то ни было личным вкусам. То есть возникнуть то он может, но вот удержаться, закрепиться в сознании соотечественников – вряд ли. С гимном, созданным А.В. Александровым, такого не произошло.

Официальное принятие в 2000 году музыки А.В. Александрова на слова С.В. Михалкова в качестве Гимна России происходило в атмосфере споров по преимуществу политико-идеологического характера и воспринято было далеко не однозначно. Но с тех пор прошло достаточно времени для того, чтобы убедиться: «старый новый» Гимн России принят обществом.

И как тут не вспомнить, что рождение Александрова-композитора произошло, прежде всего, как композитора по преимуществу духовного.

Более сорока лет его не столь уж продолжительной жизни было связано с церковным пением. На клиросе Богоявленской церкви его родного села Плахино Рязанской губернии он появился уже в возрасте четырех лет. В 10 лет он поет уже в Казанском соборе Санкт-Петербурга. По некоторым свидетельствам, пел он так хорошо, что послушать юного солиста собиралось множество любителей церковного пения. В 14 лет он поступает в регентский класс Придворной певческой капеллы, а в 19 становится регентом Покровской церкви в Бологом, откуда четыре года спустя перебирается в Тверь, победив в весьма серьезном конкурсе на места регента главного собора Тверской епархии.

Именно в Твери Александров сформировался как композитор, хореограф и музыкальный педагог. Да и к прославившей его военно-патриотической теме он впервые обратился тоже в тверской период своей жизни.

К глубокому сожалению, большая часть созданных им в эту пору музыкальных сочинений не сохранилась. От некоторых остались только названия...

Так, о написанной им песне «Русский солдат» сообщает только афиша состоявшегося 1 марта 1915 года «Славянского вечера», на котором её исполнил архиерейский хор под руководством автора.

Таким образом, прорисовывается связь между регентом Александровым и генералом Александровым. Да и его «Священная война», создающая ощущение духовного единения в борьбе с мировым злом, не столь уж далека от церковной музыки.

В нотобиблиографическом справочнике, составленном младшим сыном композитора Юрием Александровым, указаны шесть музыкальных сочинений его отца, созданных в 1911—1913 годах. Среди них две оперы – «Русалка» и «Смерть Иоанна Грозного», симфония, увертюра-поэма «Смерть и жизнь», фортепьянные прелюдии и соната для скрипки и фортепьяно. Сохранились рукописи только двух последних.

В настоящее время исследователями найдены многие (но, к сожалению, далеко не все) духовные сочинения А.В. Александрова, созданные как в Твери, так и позже, когда композитор регентствовал в храме Христа Спасителя и других московских храмах. Некоторые из них уже исполняются церковными хорами.

Вот так раскрывается секрет живучести Гимна Советского Союза, корни которого оказываются намного глубже той идеологической системы, музыкальным выражением которой он должен был являться.

Александров был человеком церкви – дышал её воздухом, чутким музыкальным ухом впитывал её звуки и сам их создавал как певчий и как регент. И как человек церкви, он был патриотом и государственником. Таким он и оставался всю жизнь.

Внук композитора Евгений Владимирович Александров говорил мне, что дед его оставался верующим всю жизнь. И в квартире генерала Красной Армии всегда была специальная молельная комната, которую он посещал ежедневно.

Идеология – это всегда преходяще. А высокое чувство принадлежности к великой стране, способной выстоять и сохранить свой дух в самых жестоких исторических испытаниях, выражено в Гимне А.В. Александрова настолько полно, что заменить эту музыку другой будет возможно, когда страна изменится до неузнаваемости. А пока мы – Россия во всей полноте этого слова, другого Гимна нам не потребуется.

В ещё большей степени малую значимость идеологических клише для истинно великой музыки доказывает история создания «Священной войны», написанной буквально за считанные часы. Столь стремительное создание гениальной музыки, буквально потрясшей страну в те страшные дни июня 1941 года, было возможно лишь при условии абсолютного резонанса, при котором вся многотрудная жизнь композитора, все его душевные и духовные силы сосредоточились на одном глубочайшем, пронизывающем все его существо патриотическом чувстве.

Никакой другой «политики», кроме любви к своей стране и веры в нее, в этой великой песне не было...

Александров в полной мере сознавал значимость созданной им музыки и не раз говорил о том, что «Священная война» вошла в быт армии и всего народа как гимн мести и проклятья гитлеризму. Чувство, вызываемое этой песней у слушателей, было столь мощным, что оно не могло напитаться однократным исполнением – её требовали исполнять вновь и вновь, так что выступление хора порой превращалось в концерт одной песни.

Так было и на своеобразной «премьере», состоявшейся 26 июня 1941 года на Белорусском вокзале перед отъезжающими на фронт бойцами. Так было и при выступлениях артистов ансамбля на фронте и в тылу.

Да и теперь, через 73 года после Победы, «Священная война» вызывает у слушателей самые высокие и сильные чувства, объединяющие нынешнее поколение с поколением победителей.

Автор: Сергей Глушков

Источник

«Трем мушкетерам» Дюма почти 175 лет.

Многие в отрочестве зачитывались произведениями Александра Дюма, а особенно романом «Три мушкетера», наполненным приключениями и историческими событиями 1625-1628 годов, а также занимательными иллюстрациями. В следующем году роману исполнится 175 лет, на протяжении которых его иллюстрировали многократно художники разных стран. Одним из лучших изданий считается юбилейное издание - к 50-летию романа с шедевральными иллюстрациями французского художника Мориса Лелуара. Но по прошествии стольких лет современные художники также не обходят стороной бессмертное творение Александра Дюма.

наполненным приключениями и историческими событиями 1625-1628 годов, а также занимательными иллюстрациями. В следующем году роману исполнится 175 лет, на протяжении которых его иллюстрировали многократно художники разных стран. Одним из лучших изданий считается юбилейное издание - к 50-летию романа с шедевральными иллюстрациями французского художника Мориса Лелуара. Но по прошествии стольких лет современные художники также не обходят стороной бессмертное творение Александра Дюма.

Морис Лелуар (Maurice Leloir) — известный французский живописец, неординарный мастер акварели, гравюры, иллюстрации, драматургии, эксперт в области истории моды, художник театра и кино. Книжные иллюстрации одна из вершин его творчества. Он иллюстрировал произведения Вольтера, Жан-Жака Руссо, Мольера, Оноре де Бальзака, Ги де Мопассана, Лесажа, Стерна и других литераторов. В 1894 году в парижском издательстве «Calmann Lvy» к 50-летию первой публикации романа А. Дюма «Три мушкетера» было издано двухтомное юбилейное издание, проиллюстрированное Морисом Лелуаром графическими рисунками, вошедшими в золотой фонд мировой иллюстрации.

К литературному наследию Александра Дюма Лелуар обращался неоднократно и в 1903 году он подготовил для этого же издательства иллюстрации к «Графине де Монсоро». А 1928 году Лелуар был приглашен в Голливуд художественным консультантом на съемки фильма «Человек в железной маске» по третьей части романа Дюма «Виконт де Бражелон».

Но невзирая на разноплановую одаренность и успех во всех начинаниях, Лелуар останется в истории искусства навсегда, в первую очередь, гениальным создателем образов героев из «Трех мушкетеров» романа Александра Дюма. 
 

«Молодой гасконский дворянин д’Артаньян приезжает в Париж, надеясь на место в полку мушкетёров».(1894). Автор: Морис Лелуар.

 

«Д’Артаньян шёл между Атосом и Портосом…» (1894). Автор: Морис Лелуар.

В этой работе Лелуар сумел с поразительной исторической достоверностью передать не только характерные образы героев и атмосферу романа, но и детали быта, костюмы, парижские пейзажи эпохи Людовика XIII. Он создал около 250 иллюстраций бессмертного произведения, которые и по сей день считаются шедевральными в мировой книжной иллюстрации.
 

Иллюстрации Дениса Гордеева ( г.р. 1964г.) к роману А.Дюма.

Совсем недавно в 2011 году издательством «Пан пресс», г.Москва был издан роман А. Дюма с иллюстрациями российского художника-иллюстратора Дениса Гордеева. Красочные работы художника эмоциональны и насыщены деталями и заставляют по-новому посмотреть на героев романа. На сегодняшний день на счету мастера книжной иллюстрации уже более чем 30 книг, выпущенных российскими и зарубежными издательствами. 
 

Денис Гордеев - современный русский художник.

"Помните, как в детстве, читая книгу, мы фантазировали, рисовали свои собственные картинки происходящих в книге событий? В общем-то моя работа — родом оттуда. Я фиксирую весьма реалистичные миры, возникающие из прочитанного и как бы “увиденного” мной",- так размышляет Денис Гордеев о своем творчестве, - "... И, даже читая одно и то же произведение, можно увидеть и нарисовать то, что не увидел при первом, втором или третьем прочтении. Порой мне приходилось делать иллюстрации одной и той же книги, но каждый раз это было совершенно по-новому".
 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Д'Артаньяну по ошибке досталось любовная записка от Миледи к графу Варду".
 

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Королева Франции Анна Австрийская, отдаёт английскому министру герцогу Бекингему подвески на хранение, как залог ее любви".
 

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Констанция рассказывает о щепетильной ситуации, в которую попала ее госпожа, д’Артаньяну, и тот, из-за любви к ней, готов отправиться в Лондон, чтобы спасти честь королевы". 

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Д'Артаньян по дороге из Англии заехал к раненому другу Портосу. Мушкетон - слуга Портоса по старой привычке ворует тонкое вино из чужих подвалов через отдушины и занимается браконьерством в чужих лесах. Поэтому у Портоса жизнь вкусна и прекрасна".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Неизвестным образом, все 12 алмазных подвесок, подаренных королем оказались у королевы. Общество и кардинал просто шокированы: "Да как же это так?!"-Закричал внутри себя сдержанный кардинал".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Бедолага уже успел выпить бокал вина, посланного коварной миледи. И теперь умирает в страшных муках от яда".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Кардинал и мушкетеры". 

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Один за всех и все за одного!"

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Неожиданная встреча"

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Атос узнал кольцо, которое он подарил на свадьбу своей жене графине де Ла Фер. Однако жену, он благополучно повесил за её тонкую, белую шею. И Атосу ничего не осталось как задуматься:"А кто же она такая на самом деле эта Миледи?"

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Коварная Миледи, в своё время хорошо узнала Атоса, и теперь она не сомневалась в том, что он может выстрелить".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Коварная Миледи обольщает капитана Джона Фельтона, подлым образом сыграв на его религиозных чувствах, рассказав, что она якобы была изнасилована Бекингемом".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Посланец Миледи, капитан Джон Фельтон убивает герцога Бекингема".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Мушкетеры на знаменитом бастионе. Гримо дали бутылку винища и он без бинокля высматривает врага. Похоже, что Портос уже принял лишнего, но остальные обсуждают ситуацию с Миледи".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Четверо друзей вернулись с бастиона, где они позавтракали и продержались против врагов больше часа, как и требовали условия пари. Сам Кардинал в восторге рассказывает Королю об этом подвиге. Король в изумлении смотрит на героев, а им как бы все равно... Атос напоминает швейцарцу, что тот проиграл и должен им всем выставить кабак". 

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

Миледи решает покончить со своим любовником де Вардом руками д’Артаньяна и проводит с ним ночь. Тогда то д’Артаньян и приметил у неё на плече клеймо и вспомнил тайную историю Атоса о его жене - воровке и простолюдинке. Миледи в гневе попыталась убить д’Артаньяна, но тому удаётся бежать..."

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Вино, якобы посланное д'Артаньяну от имени мушкетеров оказалось отравленным. Друзья об этом догадались, однако глупый Портос воскликнул, что нужно его, это вино, поскорее выпить. Но Атос уже накрыл свой бокал, а Арамис объясняет Портосу что к чему".

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Миледи пробралась в монастырь, где скрывалась возлюбленная д’Артаньяна Констанция. Войдя к ней в доверие, попыталась похитить. Но узнав, что мушкетеры уже совсем рядом, миледи отравляет Констанцию."

 

Иллюстрация к роману А.Дюма от Дениса Гордеева.

"Мушкетёры выследили Миледи и приговорили к казни. И невзирая на ее очередной спектакль, лилльский палач привёл приговор в исполнение."

Создать демотиватор

После дождя

После кончины Куинджи в его архиве нашли три паспорта, где значились разные даты: 1841-й, 1842-й и 1843-й. Отца Архипа, небогатого сапожника, грека по национальности, все звали Еменджи – с турецкого это переводится как «трудовой человек». Но дед был ювелиром – Куинджи, или, как это ещё произносилось, Куюнджи, то есть «золотых дел мастер». Под этой фамилией и записал Архипа неизвестный канцелярист.

Архипу было пять лет, когда умер отец-сапожник, мать угасла следом, оставив сына круглым сиротой. Жил он то в семье старшего брата Спиридона, то у тётки, пас гусей и собирал кизяк. Ребёнком был крепким, мог отлупить любого сверстника. Но вот особенность его характера, можно сказать, житийная: дрался Архип только с теми, кто мучил слабых, обижал котят, щенков. Однажды, став именитым художником, он услышал упрёк, что многим даёт деньги без разбору. Куинджи ответил: «С детства привык, что я сильнее и помогать должен». И прожил так всю жизнь, не отступая от этого правила.

Степь. Нива

В молодости Архип Куинджи был страшно упрям. Не пасовал ни перед чем. Всюду видел вызов. Был готов прошибать стены лбом или, по словам Репина, «буравить землю насквозь». Касалось это не только творчества. Однажды Куинджи зашел к Крамскому и, застав его сыновей за уроком математики, потребовал, чтобы репетитор объяснил и ему. "Оставьте, Архип Иванович, всё равно не поймёте!" - возражал Крамской. Но Куинджи, ни разу не видевший ни одного уравнения, не унимался: "Позвольте! Я - человек и потому все могу понять!". Просидел всю ночь и к утру все же решил.

Днепр

Или был такой случай. В деревне Дубки, куда питерские пейзажисты часто ездили на этюды, кто-то указал на огромную сосну, заметив, что на такую было бы решительно невозможно взобраться. «Что? Нельзя?» - оживился Куинджи и через несколько минут уже сидел на самой верхушке. «Упадешь, слезай», — кричали ему снизу. «Нет, — отвечал Архип Иванович. - Здесь хорошо. Питер видно».

Ночное

С любовью всей своей жизни он встретился в родном для обоих Мариуполе. Вера была дочерью богатого купца, Архип – начинающим живописцем без гроша в кармане. Случайно оказавшись в доме Шаповаловых и увидев Веру, Архип попросил у девушки разрешения написать её портрет. С того дня началась их дружба. Отец Веры, недовольный тем, что дочь проводит много времени с нищим художником, спросил её, не собралась ли она за него замуж? Девушка ответила: «Если не за Архипа, то только в монастырь». Шаповалов поставил Куинджи условие: принесёшь сто рублей золотом – Вера твоя. Для Архипа это была неподъёмная сумма. Он решил ехать в Петербург на заработки. Тогда-то Вера и дала ему слово ждать, сколько потребуется.

Ладожское озеро

В столице художник провёл три года. Вернувшись в Мариуполь, вручил Шаповалову сумму, которую тот требовал. Но упрямый купец поставил новое условие: заработать ещё больше денег. Куинджи снова уехал в Петербург. Жил впроголодь, много работал. И спустя ещё девять лет в 1875 году свадьба Архипа и Веры состоялась.

На острове Валааме

Написав свою знаменитую «Лунную ночь на Днепре», Куинджи показывал ее публике в своей мастерской — всего по два часа в день. Однажды в мастерскую зашел «молоденький офицер», желавший купить картину, о которой от кого-то слышал. "Ведь вы все равно не купите - она дорогая», — улыбнулся Куинджи, и назначил цену «тысяч в пять». «Молоденький офицер» оказался великим князем Константином Константиновичем, картину он, разумеется, купил. Эта история тотчас попала в газеты, и ажиотаж поднялся еще до открытия выставки в Обществе поощрения художеств. Куинджи первым устроил «выставку одной картины». Он впервые использовал искусственное освещение. Пресса неистовствовала, публика валила валом. 

Впрочем, Куинджи не подозревал о том, что он гениальный промоутер. Великого князя он попросту не узнал, лампы использовал, так как боялся, что при солнечном свете здание из красного кирпича напротив даст «не тот рефлекс». Это был прямой и бесхитростный человек. Деньги и слава его не слишком интересовали.

Лунная ночь на Днепре

У гениальности Куинджи было научное объяснение. Многие художники теряли покой, пытаясь повторить его палитру, достичь той достоверности, с которой Куинджи рисовал тени и свет. Говоря о картине «Украинская ночь», Крамской писал в письме Репину: «Я — совершенный дурак перед этой картиной. Я вижу, что самый свет на белой избе так верен, так верен, что моему глазу так же утомительно смотреть на него, как на живую действительность: через пять минут у меня глазу больно, я отворачиваюсь, закрываю глаза и не хочу больше смотреть».

Радуга

Между тем, секрет "куинджевких красок" был проще, чем казался. Однажды Куинджи (преподававший в то время в Академии художеств) пригласил в класс своего приятеля Дмитрия Менделеева. И тот принёс прибор, позволяющий оценить чувствительность глаза к цветовым оттенкам. Куинджи сильно опередил по этому показателю своих молодых студентов. Он видел иначе. Не в плане творческой позиции, а в самом буквальном физиологическом смысле.

Крым

Архип Куинджи обожал птиц. Считал себя «птичьим избранником», рассказывал, что птицы понимают его речь, легко даются ему в руки. Обычно немногословный Архип Иванович делался чрезвычайно словоохотлив, когда речь заходила о птицах. Он часами просиживал на крыше своего дома, «беседуя» с голубями и воронами. Ежемесячно на прокорм пернатых друзей он закупал 60 французских булок, до 10 кг мяса и 6 кулей овса. Он без устали лечил птицам поломанные крылья и лапки и даже собственноручно сделал какой-то несчастной трахеотомию. 

Однажды иллюстратор Павел Щербов опубликовал карикатуру, на которой Куинджи ставит птице клизму. Говорят, не отличавшийся особым чувством юмора Архип Иванович страшно обиделся.

Север

В 1876 г. на передвижной выставке зрители увидели «непозволительно роскошную» «Украинскую ночь», ставшую переломным этапом в его творчестве. Газеты писали, что этот пейзаж совершенно убивает все другие находящиеся на выставке пейзажи. 
Восторженные воспоминания оставил о картине Нестеров: «Украинская ночь Куинджи, перед которой была все время густая толпа совершенно пораженных и восхищенных ею зрителей». Приведя стихи Пушкина «Тиха украинская ночь. Прозрачно небо. Звезды блещут...», Нестеров угадал в картине светлую пушкинскую поэзию и поставил куинджиевскую поэтичность на уровень пушкинской. В этой картине художник победил в себе моралиста.

Украинская ночь

«Украинская ночь» показала, что в русской живописи появился пейзажист-романтик, которого с этого времени в публикациях стали называть поэтом пейзажа и кудесником южной ночи. Историческая ошибка русской демократической эстетики, признававшей только тусклые серенькие пейзажи, была преодолена. Перестав скорбеть о мрачной российской действительности, Куинджи воспринял жизнь как благо и в своих работах наслаждался сочностью природных красок, таинственностью лунной ночи, яркостью вечереющего дня, живым дыханием грозовых стихий и слепящим солнечным светом. 
Куинджи открыл новую страницу романтического искусства.

Портрет А. И. Куинджи. Картина его ученика Г. О. Калмыкова, 1910 г.

Источники:

https://artchive.ru/publications/1520~Shtrikhi_k_portretu_6_...

https://www.liveinternet.ru/users/4231626/post228148111

http://vera-eskom.ru/2016/11/arkhip-kuindzhi/

https://radiovera.ru/arhip-i-vera-kuindzhi.html

https://artchive.ru/artists/271~Arkhip_Ivanovich_Kuindzhi

 

 

Более тысячи лет назад в Китае пили из нефритовых чашек. Они были очень дороги. После долгих лет поисков и многих неудач китайские гончары сделали материал, который превзошел нефрит своими качествами, оказался доступнее и легче в обработке. Это был фарфор

Фарфор был изобретен в Китае в 6-8 веках. Помимо таланта и упорного труда китайских гончаров этому открытию способствовали богатые месторождения каолина (китайской глины).

Слово «фарфор» было заимствовано из тюркского языка (тур. farfur, fagfur). Фарфором называют разновидность керамики, изделия, получаемые спеканием высокосортной глины каолина с добавлением кварца, полевого шпата и других примесей.

В результате обжига полученный черепок становится водонепроницаемым, белым, звонким, просвечивающим в тонком слое, без пор. Различают твердый, или настоящий фарфор, впервые полученный в Китае, мягкий европейский фарфор, изобретенный в попытке добиться имитации китайского фарфора, английский костяной фарфор, неглазурованный фарфор (бисквит).

Различают несколько типов росписей (главным образом надглазурных и подглазурных), которые предоставляют художнику неограниченные возможности декора.

Фарфор из Поднебесной

Более тысячи лет назад в Китае пили из нефритовых чашек. Они были очень дороги. После долгих лет поисков и многих неудач китайские гончары сделали материал, который превзошел нефрит своими качествами, оказался доступнее и легче в обработке. Это был фарфор, а в Поднебесной правила династия Тан (618 – 907).

Еще долго фарфор называли «подражанием нефриту». «Китайский секрет» был секретом сырья. В провинции Цзянси оказались огромные запасы «фарфорового камня» – горной породы, состоящей из кварца и слюды. И сегодня один из крупнейших городов этой провинции – Цзиндэчжень имеет статус «столицы форфора».

Фарфоровую массу делали из брикеторованного порошка «фарфорового камня» (пе-тун-тсе) и каолина, придававшего изделию белизну. Каолин имелся в избытке в той же провинции. Массу «вылеживали» не один десяток лет, чтобы они приобрела пластичность. Глазурь составляли из нескольких слоев разной прозрачности, получая особый, матовый блеск.

Во времена правления династии Сон (960 – 1279) из фарфора стали делать не только посуду (императорский двор получал каждый год 31 000 блюд, 16 000 тарелок с драконами, 18 000 чашек), но и скамьи, беседки, а при самой знаменитой правящей династии Мин (1368 – 1644) в 1415 году построили Нанкинскую пагоду.

Сосуды из фарфора были в Китае и музыкальными инструментами: постукивание тонкой палочкой об их стенки рождало мелодию. Коллекционеры до сих пор считают самыми ценными произведениями фарфорового искусства знаменитые бело-голубые изделия с подглазурной росписью, имевшие широкое распространение именно при династиях Мин и Кин (1644 – 1912).

В 1100-х секреты изготовления китайского фарфора проникли в Корею, а в 1500-х и в Японию. Мастера из этих стран привнесли свои элементы в создание фарфоровых изделий и создали немало великолепных орнаментов и техник росписи.

Один из самых знаменитых видов фарфора в Японии носит название Kakiemon. Его отличают простые орнаменты на белом фоне. Другая разновидность – Imari или Arita – известна богатым декором темно-синего и алого оттенков.

Великий фарфоровый путь

Широкое проникновение в Европу китайского фарфора началось довольно поздно – в 1508 г. его привезли португальские купцы, в то время как в Индии и на арабском Востоке он был известен давно. Однако самые первые образцы фарфоровой посуды появились в Европе благодаря арабским торговцам еще в XI в. под названием «мартабани».

Европейцы особенно ценили «селадоны» – толстостенные блюда и сосуды, покрытые глазурью зеленоватого оттенка. Нарицательное имя «селадон» относится к XVII в., оно происходит от имени героя романа Дюрфэ «Астрея», Селадона, всегда украшавшего свою одежду лентами зеленоватого цвета. Говорили, что эта посуда меняет свой цвет, если в питье или пищу подсыпан яд.

Порой китайский фарфор ценился буквально на вес золота: его продавали по весу. Привозной, редкий фарфор стал драгоценностью. Дамы носили фарфоровые черепки как бусы, на золотой цепочке. В конце XVII в. во Франции Луи Потера делал изделия, похожие на фарфоровые. Но в их массе отсутствовал каолин – основа фарфора, – а значит, не имелось и многих его качеств, изделия получались прозрачными. Это был скорее полуфарфор.

Китайцы тщательно хранили свой секрет. В Европе точно не знали состава фарфорового сырья. Придумывали всякие примеси, например, к яичной скорлупе – морские ракушки. Толстую ракушку итальянцы называли «порчелло». Когда в Европе научились делать фарфор, его долго называли «порцеллином».

Петербургский фарфоровый завод – первый в России – так и назывался «порцеллиновой мануфактурой». Не прост был путь к порцеллину. Монах-иезуит д’Антреколь, посланный в далекий Китай из Франции, прислал образцы «пе-тун-тсе» и каолина, но это мало что дало. Французы не нашли у себя таких даров природы.

Первым в Европе раскрыл китайский секрет молодой саксонский химик Иоганн Бетгер, которому помог физик и математик Э.Чирнгауз. Произошло это в начале XVIII века. Студент Бетгер сначала был алхимиком. После долгих неудач он стал говорить всем, что действительно нашел золото. Это стоило ему свободы.

Саксонский король Август Сильный посадил его под стражу и велел делать золото, столь необходимое королевской казне. Ученый Чирнгауз убедил Бетгера начать поиски состава фарфоровой массы, дал ему нужные наставления и уговорил короля не мешать молодому химику, ибо золото, в конце концов, может быть и белым. Как гласит легенда, ученому помог случай.

Во время посещения местного цирюльника его осенило: «Возможно, эта пудра для парика – чистейший каолин!». После этого каолин был обнаружен в Саксонии. В результате Бетгер сделал и представил королю несколько фарфоровых чашечек.

В 1710 г. в Мейсене, в Саксонии, начал работать первый в Европе фарфоровый завод. Владельцем его был Август Сильный. Боясь, что у него украдут секрет «белого золота», он перевел завод в замок. Бетгера и его мастеров охраняли тайные агенты короля. Особо охранялась мастерская, где составлялась фарфоровая масса. Обжигальщики не ведали, как формуются изделия, а формовщики никогда не видели их обжига.

Однажды королю донесли, что Бетгер хочет покинуть Саксонию и перейти в Пруссию. Создателя фарфора бросили в тюрьму, где он и умер в неволе. Но помощникам Бетгера все же удалось бежать из королевского плена, и в 1717 г. они сумели наладить производство фарфора в Вене.

Вскоре получает мировое признание французский фарфор, выпускаемый Севрским фарфоровым заводом, развиваются фарфоровые фабрики и Венеции. Фарфор европейских мануфактур был богато декорирован – расписан птицами, цветами, охотничьими сценками или фруктами.

Лидирующую роль начинают играть производители английского фарфора. В 18 веке Британия едва ли не первенствовала по числу керамических фабрик, каждую из которых отличал свой собственный почерк. Английские названия Вустер, Челси, Дерби, Споуд, Коулпорт, Боу, Минтон стали нарицательными в мире керамики.

К 1800 г. Стоук-он-Трент в Стаффордшире стал крупнейшим центром керамического производства. В начале XIX века в Англии был изобретен знаменитый костяной фарфор (из смеси костяной золы и каолина), который стал основным видом английского фарфора.

В начале 1771 года недалеко от французского города Лимож были найдены запасы каолина. В 1800-х Лимож стал едва ли не самым крупным центром по производству фарфора в Европе. Американец Джвид Хэвидэнд открыл в Лиможе фабрику в 1842 году и впервые представил столовую посуду из фарфора на американском рынке. Фарфор Хэвилэнд расписывался мелкими цветочными орнаментами.

В России китайский фарфор был известен давно, но тоже считался редкостью. Русскую фарфоровую массу получили почти в одно и то же время ученый Д.И. Виноградов, сверстник и друг юности М.В. Ломоносова, – в Петербурге, и керамист-практик Иван Гребенщиков – в Москве, на фаянсовой фабрике своего отца, купца Афанасия Гребенщикова.

Вот как записан Виноградовым рецепт фарфора: «Возьми кварца прокаленного 768 частей, глины подготовленной 384 части, алебастра отсеянного 74 части». О глазури он говорил: «Чтобы она толщиною в два бумажных листочков на посуде пристала». Кварц был отощителем, алебастр – плавнем, связующей пластичной добавкой – глина, гжельская беложгущуяся и оренбургская.

Твердый, мягкий, костяной...

Весь фарфор можно разделить на три основные группы - восточный фарфор, европейский твердый фарфор и мягкий фарфор (полуфарфор).

Твердый фарфор или просто фарфор, представляет собой однородную, белую, сильно звенящую, твердую и трудно-плавкую, при незначительной толщине весьма прозрачную массу, в изломе жирно-блестящую, раковистую, мелкозернистую. Более тонкие сорта имеют глазурь из полевого шпата, без извести, благодаря чему получают молочно-матовый тон.

Более простые сорта имеют совершенно прозрачную известковую глазурь. Обожженный без глазури фарфор известен в продаже под названием «бисквита», но большею частью фарфор глазируется, расписывается и кроется позолотой по глазури или под глазурью.

Выдающимися достоинствами отличается французское производство, в особенности в Лиможе, где каждая фабрика имеет свою особую специальность, в которой достигает несравненных результатов. В Германии первое место занимает Мейссен, затем Берлин, а также Пиркенгаммер и Эльнбоген в Богемии.

Мягкий фарфор, представляет собою два совершенно различных сорта, более или менее приближающихся к фарфору по цвету, прозрачности и глазури, но весьма чувствительные к быстрой перемене температуры. До появления в Европе твердого фарфора, применялся мягкий.

Если провести по мягкому фарфору ножом, глазурь дает трещину; этим способом его легче всего отличить от твердого фарфора, глазурь которого в подобном случае ничуть не пострадает. Французский мягкий фарфор состоит из невполне расплавленной, стекловидной, мелкозернистой массы, с свинцовой, хрусталевидной, кремнистой глазурью. Легкоплавкая глазурь, делающая его по наружному виду похожим на китайский фарфор, допускает густое письмо и гораздо более нежные тона, чем твердый фарфор.

В состав английского мягкого фарфора (костяной фарфор) входит жженая кость, фосфорнокислые соли, каолин. Он занимает место между каменной массой и твердым фарфором, походит на белый алебастр и чрезвычайно прозрачен.

Для живописи он представляет те же преимущества, как французский и немецкий, но особенно благоприятен для позолоты и украшения драгоценными камнями. Известный сегодня на весь мир Веджвудский фарфор, на самом деле фарфором и не является. Это скорее фаянс или керамика. Но несмотря на это классические греческие скульптуры этой фабрики, столовая посуда и сервизы очень популярны во всех странах и имеют большое влияние на дизайн фарфоровых изделий в Европе.

Современные технологии позволяют производить фарфор в огромных промышленных количествах. Самые крупные производства стоят сегодня в Соединенных Штатах, Европе и Японии. Самыми известными и престижными считаются американская марка Lenox, немецкая Rosenthal и японская Noritake. Но ведь никто не запрещает нам любить и восхищаться творениями мастеров, исчезнувших вместе с династией Мин...

http://www.oneoflady.com/2018/05/blog-post_34.html

Литературные герои почти всегда вымысел автора. Почти всегда… Но иногда они существовали и в реальности. Прототип — это конкретная историческая или современная автору личность, послужившая ему отправной точкой для создания образа…

Горький считал, что литератор обязан домысливать и типизировать реального человека, превращая его в героя романа, а поиски прототипов персонажей Достоевского и вовсе приведут к философским томам, затронув реальных людей лишь мимоходом.

Тем не менее, как оказалось, чаще и прочнее всего со своими прообразами связаны вполне конкретные типы персонажей — авантюристы всех видов и мастей или же сказочные герои. Мы решили попробовать разобраться, откуда берутся книжные герои на примере пятнадцати сопоставлений образов и их прототипов.

Джеймс Бонд

Изысканный мужчина с княжеским титулом, женатый на голландской принцессе и склонный к сомнительным авантюрам — так в действительности и выглядел прототип Джеймса Бонда, принц Бернард Ван Липпе-Бистерфельд.

Приключения Джеймса Бонда начались с серии книг, написанных английским разведчиком Яном Флемингом. Первая из них — «Казино Рояль» — вышла в свет в 1953 году, через несколько лет после того, как Флеминг по долгу службы был приставлен следить за принцем Бернардом, переметнувшимся из немецкой службы в английскую разведку.

Принц Бернард Ван Липпе-Бистерфельд (Джеймс Бонд)

Двое разведчиков после долгих взаимных подозрений стали друзьями, и именно у принца Бернарда Бонд перенял манеру заказывать «Водку-мартини», добавляя: «Взболтать, а не размешивать», а также привычку эффектно представляться: «Бернард, принц Бернард», как любил говорить он.

Шерлок Холмс

Родство образа Шерлока Холмса с врачом Джозефом Беллом, преподавателем Конан Дойля, признавал сам автор. В своей автобиографии он писал: «Я вспоминал о моем старом учителе Джо Белле, его орлином профиле, его пытливом уме и невероятном навыке догадываться обо всех деталях.

Если бы он был детективом, он бы точно превратил это потрясающее, но неорганизованное дело во что-то, скорее похожее на точную науку». «Пускайте в ход силу дедукции», — часто повторял Белл, и подтверждал свои слова на деле, умея понять по внешнему виду пациента его биографию, склонности, а нередко и диагноз.

Джозеф Белл (Шерлок Холмс)

Позднее, уже после выхода романов о Шерлоке Холмсе, Конан Дойль писал своему учителю, что уникальные навыки его героя — не вымысел, а всего лишь то, как логически развивались бы умения Белла, если бы для того сложились обстоятельства. Белл отвечал ему: «Вы сами — и есть Шерлок Холмс, и вы отлично это знаете!»

Остап Бендер

Прототип Остапа Бендера к своим 80 годам стал тихим проводником поезда Москва—Ташкент. В жизни его звали Осип (Остап) Шор, он родился в Одессе и склонность к авантюрам, как и полагается, обнаружил еще в студенческие годы.

Осип (Остап) Шор

Возвращаясь из Петрограда, где он год проучился в Технологическом институте, Шор, не имея ни денег, ни профессии, представлялся то шахматным гроссмейстером, то современным художником, то скрывающимся членом антисоветской партии. Благодаря этим навыкам, он добрался до родной Одессы, где служил в уголовном розыске и вел борьбу с местным бандитизмом, отсюда и почтительное отношение Остапа Бендера к Уголовному кодексу.

Профессор Преображенский

С прототипом профессора Преображенского из булгаковского «Собачьего сердца» дела обстоят гораздо драматичнее. Им был французский хирург русского происхождения Самуил Абрамович Воронов, в первой четверти двадцатого века породивший настоящий фурор в европейской медицине.

Он совершенно легальным образом пересаживал железы обезьяны человеку для омоложения организма. Причем шумиха была оправдана — первые операции возымели желанный эффект. Как писали газеты, дети с отклонениями в умственном развитии обретали живость ума, и даже в одной песенке тех времен с названием Monkey-Doodle-Doo были слова «Если ты стар для танцев — поставь себе железу обезьяны».

Самуил Абрамович Воронов (профессор Преображенский)

В качестве результатов лечения сам Воронов называл улучшение памяти и зрения, бодрость духа, легкость передвижений и возобновление половой жизни. Лечение по системе Воронова прошли тысячи людей, а сам врач для упрощения практики открыл на Французской Ривьере собственный обезьяний питомник.

Однако через некоторое время пациенты начинали чувствовать ухудшение состояния организма, появились слухи о том, что результат лечения — не более, чем самовнушение, Воронов был заклеймлен как шарлатан и исчез из европейской науки вплоть до 90-х годов, когда его работы вновь начали обсуждаться.

Дориан Грей

А вот главный герой «Портрета Дориана Грея» серьезно подпортил своему жизненному оригиналу репутацию. Джон Грей, в молодости друг и протеже Оскара Уайльда, славился склонностью к прекрасному и порочному, а также внешностью пятнадцатилетнего мальчика.

Уайльд не скрывал сходства своего персонажа с Джоном, а последний и вовсе подчас называл себя Дорианом. Счастливый союз завершился в тот момент, когда об этом начали писать газеты: Джон фигурировал там как возлюбленный Оскара Уайльда, еще более томный и апатичный, чем все, что были до него.

Джон Грей (Дориан Грей)

Разгневанный Грей подал в суд и добился извинений от редакции, однако его дружба с известным автором потихоньку сошла на нет. Вскоре Грей встретил своего спутника жизни — поэта и выходца из России Андре Раффаловича, вместе они приняли католичество, затем Грей и вовсе стал священником в церкви Святого Патрика в Эдинбурге.

Питер Пен

Знакомство с семьей Сильвии и Артура Дэвис подарило Джеймсу Метью Барри, на тот момент уже известному драматургу, его главного героя — Питера Пена, прообразом которого послужил Майкл, один из сыновей Дэвисов.

Питер Пен стал ровесником Майкла и заполучил от него как некоторые черты характера, так и ночные кошмары. Именно с Майкла была слеплен портрет Питера Пена для скульптуры в Кенсингтонском саду.

Майкл Дэвис (Питер Пен)

Сама сказка при этом была посвящена старшему брату Барри, Дэвиду, который погиб за день до своего четырнадцатилетия во время катания на коньках и остался в памяти близких вечно юным.

Алиса

История Алисы в Стране чудес началась в день прогулки Льюиса Кэролла с дочерьми ректора Оксфордского университета Генри Лиделла, в числе которых была и Алиса Лиделл. Кэррол придумывал историю на ходу по просьбе детей, но в следующие разы не забыл о ней, а стал сочинять продолжение.

Алиса Лиделл

Спустя два года автор подарил Алисе рукопись, состоявшую из четырех глав, к которой была прикреплена фотография самой Алисы в семилетнем возрасте. Озаглавлена она была «Рождественский подарок дорогой девочке в память о летнем дне».

Лолита

Во время работы над «Лолитой» Владимир Набоков, как сообщает его биограф Брайан Бойд, нередко просматривал рубрику криминалистики в газетах на предмет историй о несчастных случаях, убийствах и насилии. История Салли Хорнер и Франка Ласалля, случившаяся в 1948 году, явно привлекла его внимание.

Салли Хорнер (Лолита) и Франк Ласалль (Гумберт)

Сообщалось, что мужчина средних лет, преступив все правила морали, похитил двенадцатилетнюю Салли Хорнер из Нью-Джерси и продержал ее при себе в течение почти двух лет до тех пор, пока она не была найдена в южнокалифорнийском мотеле.

Ласалль так же, как и герой Набокова, в течение всего времени выдавал Салли за свою дочь. Набоков даже вскользь упоминает этот случай в книге словами Гумберта: «Сделал ли я с Долли то же самое, что Франк Ласалль, пятидесятилетний механик, сделал с одиннадцатилетней Салли Хорнер в 48-м?»

Карабас-Барабас

Алексей Толстой, как известно, хотя и стремился всего лишь переписать «Пиноккио» Карло Коллодио русским языком, выпустил в свет вполне самостоятельную историю, в которой четко прочитываются аналогии с современными ему деятелями культуры.

Всеволод Мейерхольд (Карабас-Барабас)

Толстой не был поклонником театра Мейерхольда и его биомеханики, так что ему досталась роль антагониста — Карабаса-Барабаса. Пародия прочитывается даже в имени: Карабас — это маркиз Карабас из сказки Перро, а Барабас — от итальянского слова мошенник — бараба. Помощнику Мейерхольда, работавшему под псевдонимом Вольдемар Люсциниус, досталась не менее красноречивая роль Дуремара.

Карлсон

Пожалуй, самая невероятная и мифологизированная история образа — это история создания Карлсона. Его возможный прототип — Герман Геринг. Родственники Астрид Линдгрен, безусловно, опровергают эту версию, однако она до сих пор бытует и активно обсуждается.

Знакомство Астрид Линдгрен и Геринга произошло в 20-е годы, когда последний устраивал авиашоу в Швеции. На тот момент Геринг был в полной мере «в расцвете сил», как и любил повторять о себе Карлсон. После Первой мировой он стал известным летчиком-асом, обладавшим определенной харизмой и, по легенде, неплохим аппетитом.

Моторчик у Карлсона за спиной нередко интерпретируется как намек на летную практику Геринга. Возможным подтверждением такой аналогии можно считать тот факт, что определенное время Астрид Линдгрен поддерживала идеи национал-социалистической партии Швеции.

Герман Геринг (Карлсон)

Книга о Карлсоне вышла в свет уже в послевоенное время в 1955 году, поэтому выступать за прямую аналогию этих героев было бы безумием, однако, вполне возможно, что яркий образ молодого Геринга остался в ее памяти и так или иначе повлиял на появление обаятельного Карлсона.

Винни Пух

Одна из версий поясняет, что свое имя плюшевый медведь с опилками в голове получил от клички любимой игрушки сына Милна Кристофера Робина. Равно тому, как и остальные герои книги.

Виннипег (Винни Пух)

Однако на самом деле Винни Пух был назван в честь реально существовавшей медведицы, жившей в лондонском зоопарке. Звали ее Виннипег, и веселила она жителей британской столицы с 1915 по 1934 годы. Поклонников у медведицы было множество. Среди них был и Кристофер Робин.

Одноногий Джон Сильвер

В «Острове Сокровищ» Роберт Льюис Стивенсон изобразил своего друга, поэта и критика Уильямса Хэнсли, в образе хорошего злодея. В детстве Уильям перенес туберкулез и одну ногу ему врачи, по непонятной причине, решили ампутировать до колена.

Уильямс Хэнсли (Одноногий Джон Сильвер)

После анонса книги писатель написал другу: «Я должен сделать признание. Злой с виду, но добрый в глубине души Джон Сильвер был списан с тебя. Ты ведь не в обиде?»

Дейзи Бьюкенен

В «Великом Гетсби» Фрэнсис Скотт Фицджеральд с глубокой проникновенностью описал свою первую любовь, Джиневру Кинг, с которой встречался с 1915 по 1917 годы.

Джиневра Кинг (Дейзи Бьюкенен)

Ввиду разности социальных статусов их отношения вскоре распались, о чем Фицджеральд с тоскою написал, что «бедные мальчики не должны даже думать о том, чтобы жениться на богатых девочках». Эта фраза вошла в книгу, а затем и в одноименную экранизацию. Кинг так же послужила прототипом Джуди Джонс в «Зимних мечтах» и Изабель Бордж в «По ту сторону рая».

Сэл Парадайз и Дин Мориарти

Несмотря на то, что главных героев в книге зовут Сэл и Дин, роман «В дороге» Джека Керуака сугубо автобиографический. Остается только догадываться, почему Керуак отказался от своего имени в самой известной книге для битников.

http://www.softmixer.com/2013/03/blog-post_10.html

Несложно понять, на чём основано утверждение, будто человеческие лица и фигуры не давались Левитану. Во-первых, все портреты, когда-либо выполненные Левитаном, можно пересчитать чуть не по пальцам (их в самом деле немногим более десяти) — тогда как счёт пейзажей идёт на сотни или даже на тысячи, если учитывать этюды. Во-вторых, широко известна история о том, что когда понадобилось вписать женскую фигурку в левитановский пейзаж «Осенний день. Сокольники», об этом одолжении пришлось просить Николая Чехова — однокурсника художника и брата писателя. В-третьих, зрители привыкли воспринимать Левитана как чистого пейзажиста, самодостаточного и абсолютного, — к тому же пейзажиста, принципиально избегающего встраивать человека в природный ландшафт.

«Пейзажное творчество затмило все его опыты в других жанрах и видах творческой деятельности. Кто сейчас помнит, что живописец занимался журнальной графикой и книжной иллюстрацией, писал театральные декорации, создавал портреты и натюрморты?»

Нина Маркова. Непейзажный Левитан

 

Автопортрет
Исаак Ильич Левитан
1885, 37.7 × 27.8 см

«Я хочу писать стог сена, в нём же нет костей и анатомии...» И всё-таки может ли художник, получивший основательное образование — а Левитан, как мы знаем, одиннадцать лет провёл в Московском училище живописи, ваяния и зодчества — никогда не писать человеческих голов и торсов «с гипсов», не разбираться в анатомии, никого не портретировать с натуры?

Художник Захар Пичугин, приятель Левитана по МУЖВЗ, вспоминал: «По окончании и выходе из Училища, чтобы получить медаль, нужно было написать этюд с голого натурщика, с чем он справился очень удачно». По-видимому, об этом же случае рассказывает и друг Левитана Михаил Нестеров: «Как-то он пришёл к нам в натурный класс и написал необязательный для пейзажистов этюд голого тела, написал совершенно по-своему, в два-три дня, хотя на это полагался месяц».

Этюд, впечатливший Пичугина и Нестерова, к сожалению, неизвестен — точно так же туманна и неопределённа и судьба некоторых портретных работ Левитана, чьи упоминания встречаются в мемуарной литературе и архивных документах. Исследователи предполагают, что некоторые из портретов, возможно, хранятся в частных коллекциях в виде семейных реликвий, другие могут обнаружиться где-то в архивах в качестве работ неизвестного мастера. Так что, вполне возможно, Левитан-портретист в будущем еще преподнесёт ценителям живописи сюрпризы.

Что до анатомии и вообще технической стороны изображения человека, отношение Левитана точнее будет описать словами «умел, но не любил». Его однокашник по мастерской Саврасова — художник Константин Коровин — вспоминает, как они вместе с Левитаном готовились к экзаменам. Исаак увлечённо зубрил географию Египта, Костенька же (так звали весёлого и беззлобного Коровина все, кто его знал) настаивал, что пора от географии переходить к анатомии.

- Нет, постой, — говорю я, — Давай лучше анатомию…

— Ну зачем это? Я никогда не буду писать человека. Анатомия! Я не хочу знать, какие у меня кости, какой хрусталик в глазу. Ой, это невозможно…

— Нет, обязан знать, — говорю я с умыслом. — Ты сегодня хотел писать вечером «Галки летят…»

— Ну и что же?..

— Значит — должен знать анатомию галки…

Левитан пристально посмотрел на меня и сказал, горячась:

— Но нет же анатомии весны…

— Кажется, еще нет, а будет…

— Ну, довольно. Ты же крокодил! Я не могу, я не хочу знать человека, зачем мне его кости?

— А итальянцы знали анатомию, Микеланджело знал, — говорю я…

— Да, да, правда, но я хочу писать стог сена, в нём же нет костей и анатомии…

На экзамене по анатомии, если верить Коровину, Левитан курьёзно отказывался брать в руки человеческий череп, строение которого ему предстояло описать экзаменаторам, — твердил только: «Это ужасно! Это смерть! Я не могу видеть мёртвых, покойников…»

Братья Сергей и Константин Коровины, насмеявшись, стали дразнить Левитана Гамлетом — уж больно хорошо, дескать, меланхолику удаётся сцена с черепом…

 

«Литографии в журнале Москва(М., 1882). Художественное приложение к № 11. Иллюстрация к одноименному рассказу анонимного автора». Российская национальная библиотека, Санкт-Петербург

Литография. 29 × 23,6. Cобраниe семьи Яковлевых. ГТГ 
В журнальной поденщине, которую приходилось выполнять Левитану, заметно это его пренебрежение к анатомии: фигуры крестьян схематичны, ракурсы не лишены ошибок, а движения скованны и условны. Левитан не только не терпел, но и не умел работать в жанровой и сатирической живописи, вся его природа восставала против этого: кисть его словно становилась неповоротливой, а сам он — на удивление косноязычным. Всё, что делалось не ради искусства, а ради заработка, выходило вымученным и неловким.
Но если, случалось, Левитан воспламенялся какой-то художественной идеей или оказывался в атмосфере, где во главу угла ставилось искусство, происходила чудесная трансформация — люди на его портретах начинали жить и дышать.

Исаак Ильич Левитан
1884, 39 × 26 см 
Выразительный акварельный этюд «Еврейка в восточном покрывале» хранится в мемориальном историко-художественном и природном музее-заповеднике В. Д. Поленова в Тульской области. Почему же этюд Левитана обнаруживается в музее Поленова?
Объяснение — очень простое. Преподаватель пейзажного класса МУЖВЗ Василий Поленов, сменивший на этом посту Алексея Саврасова, любил собирать талантливых учеников на «рисовальные четверги» и «акварельные воскресные утра» у себя в имении.
Сестра Василия Дмитриевича Елена Поленова, и сама интересная художница, рассказывала в письме подруге: «…сегодня на нашем воскресном собрании было два новых члена: Васильины ученики Левитан и Коровин… Левитан сделал акварель — розовую голову — прелесть что такое!» И о другом случае: «После чая рисовали карандашом голову старика, очень интересно освещённого и характерного… Что Левитан сделал! Ну просто восторг!..»

Старик с окладистой бородой

Исаак Ильич Левитан
1888, 15 × 14 см
 

Натурщик в венецианском костюме

Исаак Ильич Левитан
1887, 21 × 19 см
 

Натурщица в восточном покрывале

Исаак Ильич Левитан
1884, 15 × 11 см 
Кто именно стал натурщицей для «Еврейки в восточном покрывале», сейчас уже сложно сказать. Зато мы с уверенностью можем предположить, для какой картины хозяин «акварельных утр» мог использовать эти наработки. По-видимому, та же натурщица, которую с таким чувством написал акварелью Левитан, могла послужить моделью для женщины-еврейки, схваченной в прелюбодеянии, в масштабном полотне Поленова «Христос и грешница». Интересно, что Христа для этой и других картин евангельского цикла Василий Поленов пробовал писать и с Левитана, и с Коровина, но остановился, в силу большей достоверности, конечно, на Левитане.
 

Христос и грешница (Кто из вас без греха?)

Василий Дмитриевич Поленов
1887-е , 325 × 611 см 
Кстати, ошибочно считать, что сам Левитан, в отличие от Поленова с его «Христом и грешницей», в жизни не писал многофигурных композиций: в Музее Израиля в Иерусалиме представлена его работа «На пути к Сиону», выполненная художником в 1890-м году по заказу «Общества просвещения евреев в России».

Исаак Ильич Левитан 1890

Портреты девочек из семейства Яковлевых
 

Портрет Лены Ненароковой

Исаак Ильич Левитан
1880, 37 × 29 см

Исаак Ильич Левитан
1880, 45 × 32 см 
Два детских портрета, сделанных 20-летним Левитаном, имеют больше мемориальную, нежели художественную ценность, зато косвенно могут многое рассказать о бесприютной юности и истории становления Левитана.

19-летним студентом получив 100 рублей от Павла Третьякова за картину «Осенний день. Сокольники», Левитан торжествовал: эта сумма сулила ему, а также семейству его сестры Терезы, опекаемому художником, какое-то количество сытых дней. Но деньги быстро иссякли. «Левитан искал заработка и не отказывался ни от каких заказов, — повествует биограф художника Софья Пророкова. — Попросят сделать рисунок с надгробья, он идёт на кладбище, рисует. Исполняет заказ со всем старанием и умением, на какое способен. Заказчику нравится… Все эти труды оплачивались мизерно. Писал он и копии с картин в галерее Третьяковых, писал портреты, в которых был не очень силён…»
К счастью, имя начинающего художника после покупки его картины Третьяковым стало на слуху в кругах любителей живописи. И в 1880-м году титулярный советник Василий Васильевич Яковлев, неравнодушный к искусству, приглашает талантливого юношу давать уроки живописи своей девятилетней падчерице Лене Ненароковой. «Он пришёл, стараясь сохранять солидность, — реконструирует ситуацию Софья Пророкова, — но юность проглядывала в его застенчивости, в откровенной неопытности. По просьбе родителей Левитан рисовал портреты ученицы и ее сестры. Вместе с отцом Лены он побывал в их имении зимой, катался там на лыжах по заснеженному берегу Днепра и делал наброски пейзажей, окутанных зимними одеждами».
Повзрослевшая Лена Ненарокова, в замужестве Елена Федоровна Дейша, оставит о своём учителе любопытные воспоминания. Она, в числе прочего, рассказывала, как они с отчимом посещали мастерскую Левитана и там ей особо запомнился стоящий на мольберте портрет «какой-то бледной старушки», которую Левитан, очевидно, на заказ, писал с фотографической карточки. Не исключено, что когда-нибудь сенсационно найдётся и эта работа.
«Моя мать закала ему портреты, — вспоминает Елена Ненарокова-Дейша, — мой и моей сестры. Он нарисовал карандашом на желтовато-розовой бумаге. Портрет сестры ему скоро удался, а с моим пришлось повозиться. Он сделал два экземпляра, и то остался недоволен».
Маленькой Нади Яковлевой, которую Левитан, по недостатку опыта в портретировании, изобразил несколько скованной и неуклюжей, с руками, сложенными на коленях и приоткрытым от напряжения ртом, не станет всего через пару лет — она утонет в Днепре 26 июля 1882 года. Эту трагедию Левитан будет переживать вместе с приветившей его семьёй Яковлевых и даже специально съездит с родителями малышки в Ларино, чтобы сделать для них набросок её могилы.
Сейчас портрет Лены, переданный её наследниками, хранится в Третьяковской галерее, а Надин — в Русском музее.
 

Кладбище. Могила Нади Яковлевой

Исаак Ильич Левитан
1882, 6 × 13 см

Исаак Ильич Левитан
1882, 20 × 15 см

Портрет мальчика Иосифа Левина

Исаак Ильич Левитан
1880-е , 21×17 см
Сравнительно недавно, в 1993-м году, Третьяковская галерея приобрела еще один детский графический портрет работы Левитана, сделанный, вероятно, ненамного позднее, чем портреты девочек из семьи Яковлевых, — в начале 1880-х годов, но демонстрирующий ощутимо возросший уровень мастерства молодого художника в передаче характера модели.

Левитановский «Мальчик Иосиф Левин», хотя об обстоятельствах создания его портрета известно мало, в сравнении с портретами девочек выглядит и выразительнее, и характернее: в чертах совсем еще детского лица определённо видны и ум, и воля, и цельность натуры. Под воротником матроски хорошо читается подпись: «И.Левитан».

Этот 6-летний мальчишка с пытливым взглядом еще при короткой жизни Левитана успеет сделаться знаменитостью: Иосиф Аркадьевич Левин станет выдающимся пианистом. В Московскую консерваторию, в силу необыкновенных способностей, его примут сразу в старший «профессорский» класс, по виртуозности игры Иосиф Левин станет первым на курсе, опередив своих однокашников Рахманинова и Скрябина. Позднее он уедет в Дрезден совершенствоваться под руководством Антона Рубинштейна, а в 1919-м году переберётся в Нью-Йорк, где и окончит свои дни, оставив плеяду благодарных учеников и учебник «Основные принципы фортепианной игры», считающейся классикой музыкально-педагогической литературы.
Американский музыкальный критик Гарольд Шонберг сравнивал игру Иосифа Левина, крупнейшего русско-американского пианиста-виртуоза первой половины ХХ века, с «согласным пением утренних звёзд».
Разглядел ли, если судить по портрету, Левитан-портретист в 6-летнем еврейском мальчике творческую незаурядность? С нашей точки зрения — безусловно. Кстати, фамилии Левин и Левитан происходят от одного и того же корня и указывают на то, что предки обоих принадлежали к священническому «колену Левия».

Российко-американский пианист Иосиф Левин. Фотографии разных лет.

Портрет Софьи Петровны Кувшинниковой

1888, 88 × 57 см 
О Софье Петровне Кувшинниковой, возлюбленной Левитана, бывшей рядом с художником долгих 8 лет, — и это будут самые плодотворные годы в его биографии, — не рассказать в двух словах (впрочем, Артхив пытался это сделать здесь). Конечно, Кувшинникова была и сложнее, и глубже Ольги Ивановны Дымовой, чеховской «Попрыгуньи», хотя событийная канва (адюльтер, обманутый муж-доктор и порядочный человек, выезды на этюды) совпадает — недаром же после выхода рассказа Левитан порывался вызвать Чехова на дуэль.
 

Исаак Левитан. Портрет писателя Антона Чехова. Этюд

«Можете себе представить, — шутливо жаловался Чехов в письме актрисе Лидии Авиловой, — одна знакомая моя, 42-летняя дама, узнала себя в двадцатилетней героине моей „Попрыгуньи“, и меня вся Москва обвиняет в пасквиле. Главная улика — внешнее сходство: дама пишет красками, муж у нее доктор и живет она с художником».
Коровин вспоминал, как в ранней юности они с Левитаном, любуясь знакомыми девочками, обсуждали возможность и невозможность любовных отношений с ними и Левитан чуть не в отчаянии говорил: «Мы не нужны. Они не понимают.Я же не знаю, что говорить с ними. Когда мне сестра говорит: „Зачем ты пишешь серый день, грязную дорогу?“ — я молчу. Но если бы мне это сказала она, которую я полюбил бы, моя женщина, — я ушёл бы тотчас же». Столь длительный роман Софьи Петровны и Левитана объясним не только тем, что она закрывала глаза на параллельные увлечения влюбчивого художника (такой версии придерживается чеховский биограф Дональд Рейфилд), но тем, что Кувшинникова оказалась первой и, возможно, единственной, кто до конца «понимает» и принимает и серый день, и грязную дорогую, и «серенькую, жалконькую деревеньку», как говаривал Чехов, — всё то, что было дорого Левитану.

Благодаря её энергии, настойчивости, поддерживающему вниманию Левитан судьбоносно окажется на Волге, при непосредственном участии Софьи Петровны создавались самые знаменитые его вещи — «Тихая обитель», «У омута», «Владимирка», «Над вечным покоем».

"Это была женщина интересная, — рассказывала о Кувшинниковой переводчица и драматург Татьяна Щепкина-Куперник. — Некрасивая, с лицом настоящей мулатки, с вьющимися… черными волосами и живыми темными глазами, с великолепной фигурой, она была известна всей Москве…Она писала красками (и очень хорошо, даже выставляла свои работы, главным образом цветы), прекрасно играла на фортепиано, в молодости носила мужской костюм и ходила с ружьем на охоту, а позже ездила с художниками на этюды в качестве полноправного товарища…Она соединяла с большой смелостью жизни и суждений старомодную благовоспитанность манер и скромность речи; это был очень занятный контраст".Мария Павловна Чехова информировала в письмах брата Антона о развитии романа Левитана и Кувшинниковой: «Ты не представляешь, что происходит с С. П. Балованная добрым и великодушным мужем, беззаботным и прочным устройством жизни, где всё подчинялось ей, она укрощает самоё себя, терпеливо сносит хандру, раздражение и резкости Левитана, лишь бы вселить в его беспокойную, тревожную душу ощущение лада и надёжности.Радуется, когда видит, что мир снова наполняется для него всеми красками, и его влечет холст, и он улыбчив и мягок. А людские пересуды ее мало интересуют».Иногда говорят, что левитановский портрет Софьи Петровны грустен и холоден. Но, может быть, он просто объективен? И в этом образе невесело задумавшейся, немного напряжённой «интересной женщины» Левитан показывает и сложность её любовной истории, и так хорошо знакомые современникам «лицо мулатки» и «фигуру Афродиты», и даже её любимое белое атласное платье, которое после болезненного расставания с Левитаном Софья Петровна убрала в шкаф, как реликвию, и больше никогда не надевала…

Фотопортрет Софьи Кувшинниковой

Портрет Николая Павловича Панафидина

Исаак Ильич Левитан
1891, 88.5 × 71 см

«Было бы мне крайне радостно видеть твою крокодилью физиономию у нас в Затишье. Рыбная ловля превосходная у нас: окуни, щуки и всякая тварь водная!» — это Левитан так «обольщает» друга Чехова, зазывая его в местечко Затишье в Тверской губернии, рядом с которой в имении Курово-Покровское вместе с Кувшинниковой и близкой подругой Чеховых Ликой Мизиновой проводит лето.
Хозяин Курово-Покровского и дядя Лики Николай Павлович Панафидин изображён на этом превосходном портрете. Глядя на портрет Панафидина, нельзя не заметить, с какой глубокой симпатией относится к своей модели Левитан. И это объяснимо. «В доме Панафидиных очень бережно относились к Левитану, — свидетельствует биограф Софья Пророкова, — его покой не нарушался, несмотря на то, что летом здесь жила огромная семья, с детьми и внуками. В Затишье никто без приглашения не шёл, и к часам художника испытывали большое почтение. Но когда Левитан отдыхал, все старались его развлечь».Другой биограф, Иван Евдокимов, подтверждает: Левитану мало где были так рады, как в имении Панафидина. «За художником благородно и бескорыстно ухаживал весь дом. Исаак Ильич не остался в долгу. Он написал во весь рост портрет хозяина Николая Павловича Панафидина и подарил этому симпатичному трогательному человеку. Портрет был не в жанре Левитана, труден, непривычен, — и художник потратил много труда, чтобы сделать всё-таки отличный портрет».Кстати, именно в имении Николая Панафидина создавалась знаменитые картины Левитана «У омута» и «Над вечным покоем».

Портрет Анны Александровны Грошевой

Исаак Ильич Левитан
1890-е , 58 × 41 см 
В этом женском портрете, если не знать, кто его автор, не сразу опознаётся Левитан: скорее уж можно подумать о Серове с его глубиной проникновения во внутренний мир модели. Боа, платье, волосы и шляпка выполнены углем, мягкий овал лица подцвечен сангиной, молодая особа задумчива, грустна и не решается или же просто не хочет смотреть на зрителя. «Какими ненужными смотрятся эта дешевенькая меховая горжетка и шляпа, будто надетые с чужой женщины! — восклицает Софья Пророкова. — Огромное горе излучает рисунок, так удавшийся Левитану».
Так кто же она — героиня этого портрета? И что послужило причиной её грусти и её горя?
В начале 1890-х годов Левитан и Кувшинникова открыли для себя волжский город Плёс, который оставит в творчестве Левитана неизгладимый след. В Плёсе они сняли половину «дома с красной крышей», принадлежащего купцу по фамилии Грошев — симпатичному малому, недавно женившемуся на девушке из соседнего посёлка Анне, воспитаннице богатого фабриканта. Она получила хорошее домашнее образование, тянулась к просвещению, любила читать, бонны и гувернантки воспитывали из Анны барышню, но после замужества она «попала в душную семью старообрядцев-фанатиков, изнывала под гнетом жестокой свекрови».
Грошева сдружилась с Кувшинниковой, Левитаном и присоединившимся к ним Саввой Морозовым — будущим миллионером-меценатом, который брал у Левитана в Плёсе уроки живописи. Анну тянуло к «культурным людям». А они, в свою очередь, считая её чем-то вроде Катерины из «Грозы» Островского, поддержали желание бежать женщины в Москву.
Савва Морозов снабдил Грошеву деньгами, нанял для неё экипаж. Левитан и Кувшинникова содействовали её побегу.

Исаак Левитан

Портрет С. П. Кувшинниковой

Софья Кувшинникова в воспоминаниях о Левитане упомянёт и об Анне Грошевой, изложив своё видение событий и не называя имён, чтобы никого не компрометировать: «Судьбе угодно было впутать нас в семейную драму одной симпатичной женщины-старообрядки. Мятущаяся её душа изнывала под гнётом семейной жизни, и, случайно познакомившись с нами, она нашла в нас отклик многому из того, что бродило в ее душе…

Когда у этой женщины созрело решение уйти из семьи, нам пришлось целыми часами обсуждать с ней разные подробности, как это сделать. Видеться приходилось тайком по вечерам, и вот, бывало, я брожу с нею с подгородной рощице, а Левитан стережёт нас на пригорке и в то же время любуется тихой зарёй, догорающей над городком…»

Конечно же, всё закончилось небывалым, неслыханным для тихого заштатного Плёса скандалом. Отчаявшийся муж приезжал в Москву, требовал от беглянки вернуться, она отвечала категорическим отказом. Через 3 года после смерти Левитана вышел роман-пасквиль писателя Северцева-Полилова с саркастичным названием «Развиватели»: купец Грошев там назван Полушкиным, Левитан — Львовским, Кувшинникова — Хрустальниковой, Морозов — Зиминым.Но и до публикации романа-обвинения в Плёсе были убеждены, что дело обстояло так: коварный Левитан влюбился в красавицу Грошеву, а, наигравшись, вероломно бросил её в холодной чужой Москве. У Левитана в этой громкой истории есть и адвокаты, и обвинители: один считают, что он, целиком поглощенный творчеством, был в ситуации с Грошевой просто невольным свидетелем, другие — что Анна всего лишь пополнила ряды женщин, сломавших собственную судьбу из-за любви к неотразимому Левитану.

Последний автопортрет Левитана

Портретов работы Левитана известно совсем немного — практически все они фигурируют в нашем материале. Высокое качество некоторых из них подтверждает тезис искусствоведа Нины Марковой: «Широко распространённое мнение, что Левитан не умел изображать человека, — не более чем миф».

Создать демотиватор

 

Портрет А. П. Ленского
Исаак Ильич Левитан
1890-е, 106 × 74 см
 

 

Портрет Е. П. Колосовской
Исаак Ильич Левитан
1890-е, 56 × 45 см
 

 

Мужской портрет
Исаак Ильич Левитан
1894, 64 × 50 см
 

 

Студент
Исаак Ильич Левитан
1880-е, 62 × 52 см

Источник

В мире современных технологий и новинок то, что некогда казалось фантастикой, в скором времени стало или же станет многообещающей реальностью.Смелые решения, стильный дизайн, а главное — комфорт, многофункциональность и автономность позволят не только жить со всеми удобствами, но и в некоторых случаях с лёгкостью перемещаться с одного места на другое.

Этот стеклянный дом запросто можно установить в любом месте. А благодаря дневному свету, здесь всегда будет царить особая атмосфера спокойствия и умиротворения.

2. Проект «ALPOD»

ALPOD – проект мобильного дома будущего, сделанный из алюминия, поэтому он сочетает прочность и лёгкость для удобного перемещения. Конструкция оборудованна мансардными окнами и раздвижными дверями.

3. Проект «Ecocapsule»

Это самодостаточный микро-дом с солнечными панелями и ветровой турбиной для выработки энергии; и на всякий случай с аккумулятором, который проработает не менее четырёх дней.

4. Проект «Skilpod»

Этот дом оснащён солнечными панелями и вентиляционной системой для рекуперации тепла. А ещё его поставляют уже с мебелью.

5. Проект «Daly Genik Architects»

Данный дом выполнен из алюминиевого каркаса, что делает его достаточно лёгким, но при этом прочным. Приятный бонус – оригинальные балконы.

6. Проект «Olson Kundig Architects»

При строительстве особняка использовались такие практичные и экологически чистые материалы, как сталь, стекло и бетон. Специальное строение крыши защищает жильё от перегрева, а длинный центральный коридор способствует движению воздуха внутри дома.

7. Проект «The Wall House»

The Wall House в Португалии, в котором бассейн позволяет плавать «в воздухе».

8. «Drop Eco Otel»

Конструкция под названием Drop Eco Otel придумана креативной группой In-Tenda, а воплощена в жизнь студией Urban Square в проекте мобильного эко-отеля.

9. Проект экоотеля на Филиппинах

Каждый элемент этого здания будет вращаться, вырабатывая энергию.

10. Проект «Террасы Бейрута»

Данная конструкция достигаёт 119 м. в высоту. А нависающие этажи небоскрёба позволяют в каждой комнате добиться интересной игры света.

11. Проект здания в Китае

Данный проект поражает количеством лестниц и плавными формами.

12. Проект «Arbre Blanc»

Эта футуристическая конструкция – совместный проект архитекторов из Японии и Средиземноморья.

13. Проект «Eco Tower»

Проект Eco Tower рассчитан на то, чтобы соединить городской стиль и природу в жилом комплексе.
Как говорится, будущее не за горами. Ведь учёные не стоят на месте, продолжая экспериментировать с самыми необычными, но в тоже время привычными вещами.

http://sci-hit.com/2018/04/buduschee-nastupilo-udivitelnye-z...