Еще одна
Воскресенье, 08 Июня 2014 г. 08:13
ссылка
Итак, приезжаем, свояк, как и полагается сибиряку зимой, на русской печи лежит, бока парит. Работы же в енто время на деревне мало, вот добрые люди отлеживались на печах. Эт нам же не лежалось, нам дай чуток свободы и. И водки блин в магазинах не было. А у Шурика была. С порога, как и полагается, приветствуем:
– Здоров свояк! Лежишь бля, бока пролеживаешь, мож уже пролежни образовались?- сходу беспокоимся за здоровье родни.
– Чё приехали?- ответствует и.– Не налью! Вот не налью и всё, теща ж потом всю плешь проест,- сходу просекает наши намерения, Нострадамус хренов.– Да и Валя же обидится!- эт уже мне гостю «заморскому» говорит про жену.
– Чё тещи и женушек наших боишься?- наступаем на мужскую мозольку.– Эх, свояк, свояк, а еще Шурика учить не надо!
– Я боюсь?- возмутился, а сам ноги с печи.
– А кто, не мы же!- бьем прицельно по яйцам мужской гордости.
– Не парни, ну нету у меня! Вот вчера последнюю израсходовал, когда поросенка резал,- нагло пытается слезть с крючка.
– Ну не нальешь, и ладно, на нет и земля круглая,- говорю.– Пойдем мужики,- и на выход. Шурик:
– Вась, ты куда, садитесь за стол, я шуткую.
– Ну, эт другое дело, а то не налью!- делано обижаемся, умащиваясь за стол и ржание. Шурик споро метнул на стол: огурчики, помидорчики соленые, грибочки, сальце порезанное, колбаску домашнюю. Словом на столе образовалось всё то, чем славна сибирско-хохлацкая деревня и. И бутылек «погиб», даже не заметили, как дно его оголилось. Вот только полнехонький стоял и всё, но. Но мало! Шурик побурчал, побурчал и еще пузырек выкатывает. Но! Опять мало. Старшой свояк крестится:
– Мужики больше нет!- ну на нет и спроса нет. Колька «маленький» говорит:
– Поехали, я щас к матери схожу, должна быть самогонка.