А сейчас хотелось бы рассказать немного о моём селе Тимино. Для начала, в качестве иллюстрации, приведу статью известного челябинского журналиста Михаила Фонотова из "Челябинского рабочего".
"Банков у нас, банков… Куда нам столько? Чем ближе к центру Челябинска, тем их больше. На иной улице оглянешься — вокруг пять—шесть банков. А какие ограды? А какие фасады? А какие лимузины за оградой у фасадов? Ну, а внутри — шик, блеск и роскошь по первому классу.
Так принято: если банк, то — богатый. И солидный. И молчаливый. И таинственный. И высокомерный.
А полезный? Знает ли кто, какой от банков толк? Известно только, что банк — процентщик. На процент живет. Он тебе — 100 рублей, а ты ему — 115. Ты ему 100 рублей, он тебе — сколько? 110. Хоть дает, хоть берет — «чуть-чуть» себе оставляет.
Наверное, можно и так: банк — сам по себе, а экономика — сама по себе. Когда банки страшно далеки от экономики. Так далеки, что равнодушны к ней.
Да, надо понимать, что совсем оторваться от экономики банкам не удается. Да и не все они на один покрой. Есть, наверное, и такие банки, которые, скажем так, сочувствуют экономике. Но общее представление о них — именно такое, ростовщическое.
А теперь я расскажу про другой банк. Знаете, когда он был? Сто лет назад. И знаете, где он был? В деревне Тимино, а она — на самой северной окраине нашей области. Я был в том банке. Точнее, в том здании. Оно кирпичное, в два этажа. Крепкое, будто вросло в землю. Былой изыск теперь в нем только угадывается. Можно только представить, каким оно было — не деревенское в деревне. Пришелец из какой-то столицы. Ряд арочных окон второго этажа, а над ними вывеска: «Тиминское кредитное товарищество». А верховодил в нем будто бы местный священник отец Леонид, человек, причастный не только к вере, но и к делу. И вообще к деревенской потребе.
То был особый банк. Таких нынче нет. Не ростовщик, а партнер. Ему было интересно не только выдать ссуду, не только знать, на что, не только подсказать, посоветовать, но и самому ввязаться в дело, пособить ему, сопроводить его до конца, увидеть результат и в случае успеха получить прибыль.
Банк в Тимино имел в виду сельский прогресс. Он завозил новую технику, семена новых сортов, приглашал агрономов — пропагандистов новых технологий. Он приобщал крестьян к достижениям науки и практики. Он был им попутчиком, помощником, наставником. Он готов был разделить с земледельцами и успех, и неудачу. Деньги его интересовали не сами по себе, а как средство что-то сделать. Создавать новые ценности. Изменять, преображать жизнь.
Кредитное товарищество в Тимино было не чисто финансовым учреждением. Оно пришло в деревню, чтобы дать ему новую культуру. И не только земледельческую. Банк имел сценическую площадку, ресторан, другие досуговые заведения. Он давал крестьянам представление о культуре быта, о городском комфорте.
Жаль, что в наше время банки ударились в финансовый аристократизм, превратились в закрытые, отстраненные дворцы валюты. Я не знаю, насколько интересно делать деньги из денег. Может быть, кого-то это увлекает. Но, предполагаю, что увлекательнее делать деньги, чтобы внедрять их в жизнь. Когда цель — дело, а деньги — средство.
Впрочем, не мне учить банкиров. Я всего лишь вспомнил о банке в деревне Тимино, который — далекий и давний — пришелся мне по душе."
Лично я в этом здании окончил начальную школу. Сейчас там фельдшерский пункт и детский сад.
