Российская верхушка оживленно обсуждает идею слияния Минфина и Минэкономразвития. Уже и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков опроверг существование такого плана, но слухи от этого только усилились: Пескову нынче доверия нет, его основная функция — подрывать авторитет собственного босса.

А коллапс российской экономики определенно требует принятия срочных мер.

Идея не нова

Скажем сразу: идея слияния выглядит странной. Потому что напрашивается совершенно иной альянс.

В отличие от Министерства финансов, которое в том или ином виде есть практически в любой стране, раздельное существование Минэкономразвития и Минпромторга — факт экзотический. В самом деле, есть ли лучший путь экономического развития, чем содействие промышленности и торговли? Но при этом никаких разговоров об объединении этих ведомств не слышно. А вот Минфин и Минэкономразвития «объединяют» далеко не первый год.

Еще в апреле 2013 года премьер-министр Дмитрий Медведев сообщил, что в правительство поступают подобные инициативы, однако ни премьер, ни президент эту идею не одобряют. Тем не менее определенные спекуляции на тему объединения начались, но в результате гора родила мышь: место главы Минэкономразвития Андрея Белоусова занял Алексей Улюкаев.

Минфин и Минэкономики (или Минторговли) — главные оппоненты в любом правительстве. Силуанов и Улюкаев постоянно оппонируют друг другу и объединяются лишь в случаях атак «социального блока», который честнее назвать антисоциальным. Сама природа этих ведомств противоположна: промышленники требуют инвестиций в развитие, финансисты — экономии и сбережения.

Интересно, что уже в 2013 году бенефициаром несостоявшегося альянса называли не Белоусова, не Улюкаева, не Силуанова, а отставного министра финансов, видного оппозиционного деятеля Алексея Кудрина.

Дошел до премьера

Алексей Кудрин — фигура более чем значимая для нынешней власти. Напомним, именно он воплотил в жизнь популярный анекдот 2008–2012 годов: «Да я до самого президента дойду! Да что до президента — до премьер-министра!» Примерно в таком ключе общался министр финансов Алексей Кудрин с тогдашним главой страны, критикуя его военный бюджет (к слову, едва ли продиктованный именно Медведевым, человеком по духу своему очень мирным).

Тогда премьер-министр Владимир Путин (запомните это имя) счел некорректным вступаться за своего подчиненного перед формальным руководителем — и Алексей Кудрин покинул государственную службу, а вскоре был замечен в рядах умеренной оппозиции. Ничего удивительного в этом нет — в конце концов, на пост министра финансов Кудрина выдвинул в 2000 году не кто-нибудь, а первый путинский премьер-министр Михаил Касьянов, ставший позже одним из лидеров Партии народной свободы и других эфемерных оппозиционных объединений.

Владимир Путин, по роду своего мышления более стратег, нежели тактик, и более политик, нежели экономист, доверяет квалификации Алексея Леонидовича в большинстве финансово-экономических вопросов — и совершенно очевидно, что большего авторитета в этой сфере для президента сейчас нет.

Кто же вы на самом деле, мистер Кудрин?

Не удивительно, что и ручные правительственные СМИ очень сдержанно писали о Кудрине даже во время протестов 2011–2012 годов, в которых экс-министр принимал определенное участие (и прямым текстом выразил согласие с большой частью «болотных» лозунгов). Да и как «мочить» человека, о котором Владимир Путин уже после его отставки сказал: «Это мой очень давний, добрый товарищ, близкий, и я даже скажу, что это мой друг»? Впоследствии Кудрин отошел от оппозиции и последние два года принимал активное участие в работе экономического совета при президенте Российской Федерации.

Результаты этой работы мы все видим на ценниках в магазинах. Не исключено, что и без официального поста Кудрин влиятельнее Силуанова и Улюкаева вместе взятых.

Экс-министр финансов Алексей Кудрин (слева) и министр финансов РФ Антон Силуанов. Фото: Алексей Куденко / РИА Новости

Когда власть спрашивает оппозицию: «А кто у вас есть вместо Путина?», оппозиция имеет все основания спросить в ответ: «А кто у вас вместо Кудрина?» Судя по проекту возвращения Алексея Леонидовича, другой фамилии в Кремле не знают.

Между тем фамилия эта ассоциируется с чем угодно, только не с экономическим созиданием. Основным занятием министра финансов Кудрина было изъятие средств из реального производства через сбор налогов и пошлин и отправка их в разнообразные фонды, создавать которые Алексей Леонидович большой мастер.

Да, Стабилизационный фонд Российской Федерации, в 2008-м разделившийся на Фонд национального благосостояния (ФНБ) и Резервный фонд, сыграл значительную роль в экономике, внес свежие долгие деньги под ничтожные проценты, способствовал развитию «заводов, газет, пароходов». Одна проблема — все это произошло в Соединенных Штатах.

Министерская неожиданность

Именно Алексей Кудрин положил начало традиции перевода государственных денег на американские счета (через покупку долговых инструментов США). Ранее деньги из России, конечно, тоже выводили — уверенно, масштабно, безоглядно. Отжатые, отпиленные, украденные, но — формально свои. Министр Кудрин поставил этот процесс на государственную основу.

Еще в 2004 году начали возникать вопросы: почему созданный в 2004 году Стабилизационный фонд не инвестирует средства в собственную экономику, в восстановление производства, а хранится почти исключительно в американских казначейских облигациях? Нечерноземье и Приморье задыхались под дорогими кредитами, обгонявшими — и разгонявшими — инфляцию, а многие триллионы рублей крутились по ту сторону Тихого океана, обеспечивая долгие дешевые деньги фермерам из Айовы и промышленникам из Иллинойса.

Забавно, что летом 2015 года лауреат премии «Русский Бриллиант» в номинации «Достоинство» Алексей Кудрин выступил с ярким заявлением: «Средства Резервного фонда и Фонда национальной безопасности не могут быть объектами таких арестов (по обеспечению решения о деле ЮКОСа. — РП.), потому что они никогда не размещались вне России, что сейчас для многих станет неожиданностью».

Действительно неожиданность. Ведь семь лет назад, в неспокойном ноябре 2008-го, на правительственном часе в Госдуме некто Алексей Леонидович Кудрин заявлял: «За счет размещения средств Стабилизационного фонда на иностранных рынках Россия с начала 2008 года получила суммарный доход в размере 6 млрд долларов, или 232 млрд рублей».

Еще раз в 2015 году: «…никогда не размещались вне России». Напомним, Резервный фонд и ФНБ — это и есть наш Стабилизационный фонд. Кому верить — Кудрину или Кудрину?

И еще вопрос: сколько же средств (не) разместил Алексей Леонидович Кудрин, если прибыль менее чем за год составила 6 млрд? Стабильные иностранные рынки редко бывают высокоприбыльными, так что речь идет минимум о полутриллионе долларов.

Это треть ВВП России на тот момент (по данным Всемирного банка). Это те деньги, которые Россия заработала, но стараниями Алексея Кудрина так и не увидела. Зато сам он увидел множество наград от европейских коллег: Мировой министр финансов 2004 года, Лучший министр финансов 2006 года среди европейских стран с развивающимся рынком, Лучший министр финансов 2010 года — благодарные британцы не устают осыпать российского чиновника почестями.

* * *

Государственные деньги сейчас находятся вне досягаемости Алексея Кудрина (по крайней мере, нам бы хотелось так думать), но привычки остались. Совсем недавно, в мае 2015 года, возглавляемый Кудриным пенсионный фонд с неблагозвучным названием «Благосостояние ОПС» потратил почти 7 млрд рублей на 10% акций сильно накренившегося судна, известного как «Промсвязьбанк» братьев Ананьевых. То есть пенсионные накопления граждан, доверившихся честному имени Алексея Леонидовича, пошли на спасение кредитного учреждения с низкой рентабельностью и огромным портфелем проблемной задолженности. Годы проходят, а стиль работы опытного финансиста остается неизменным.

Как в 1996 году, когда его выдернул из Петербурга в Москву лично Анатолий Чубайс подальше от мутных дел, связанных, например, с растратой средств на захоронение невостребованных тел, так и сейчас Алексей Кудрин готов служить на благо финансов отчизны. И создание «суперминистерства» специально под Кудрина — лучший способ окончательно расправиться с остатками российской экономики. Очередной высокий титул от британских экономистов уже ждет своего героя.