Они возрождают хаос, который был до того,
как Бог сотворил Вселенную: нечто из ничего.

2.

Бог - шприц для народа. Религия - опиум для зевак.
Народ - это мусор Истории. История - мусорный бак.
Каждое утро к баку выходит хозяйка с ведром.
А там - пять столетий с Павлом, Екатериной, Петром,
Елизаветой, Анной, на дне - Борис Годунов.
Среди всей этой роскоши не сыщешь нижних чинов.

И вот ведро опрокинуто, мир повернулся вверх дном.
Хозяйка в халате зевает и уходит обратно в дом.

3.

Сначала бывает война. Потом - военный парад.
Сначала касса. Потом - кассовый аппарат.
Сначала классы. Потом - классовые борьба.
Сначала пушка. Потом на границе начнется пальба.
Сначала святой. Потом уже - миф о святом.
Идеи словно чаинки в бледном чае спитом.

Сначала - требник. Потом появляется чтец.
Сначала - учебник. Потом наступает конец.

4.

Европа мертва. Там столько красивых могильный камней,
что даже лунные ночи безлунных ночей темней.
Но города пустеют задолго до темноты.
Иуда целует Христа. Они перешли на "ты".
Красноармейцы смеются - они перешли Перекоп.
Россия увидела Крым и, как муху, ладошкой - хлоп.

И со всех сторон сплываются военные корабли
вместо галер на которых, как известно, рабы гребли.

5.

Раб Божий не знает Хозяина. Но догадывается о том,
чем все закончится, что случится потом,
когда снова нечто возвратится в ничто, и вновь
соберется Вселенная в точку, и эта точка - любовь.
Любовь не превозносится, не ищет ни чужого, ни своего.
Поскольку поиски кончены. И в мире нет ничего.

И только Старик-археолог, если есть свободный часок,
выходит с детским совком - перебирать песок.

(с)