Операция “Дунай”. Именно так называлось в документах стратегическое учение войск пяти стран-членов Варшавского договора, целью которого была «защита социалистических завоеваний в Чехословакии». При Горбачеве о вводе войск в ЧССР 21 августа 1968 года писали как о «подавлении строительства социализма с человеческим лицом», а после распада СССР эти события описываются только в резко осуждающей и грубой форме, внешняя политика СССР считается агрессивной, советские солдаты называются «оккупантами» и т.п…

Нынешние публицисты не желают считаться с тем, что все события в мире происходили, да и происходят, в конкретной международной или внутренней обстановке в данный период времени, и судят прошлое по меркам сегодняшнего дня. Вопрос: могло ли руководство стран социалистического лагеря и, в первую очередь, Советского Союза в то время принять другое решение?

Международная обстановка

В то время в Европе существовали два мира, противоположных по идеологиям, – социалистический и капиталистический. Две экономических организации – так называемый в обиходе «Общий рынок» на Западе и Совет Экономической Взаимопомощи на Востоке.

Были два противостоящих военных блока – НАТО и Варшавский договор. Сейчас помнят только о том, что в 1968 году в ГДР стояла Группа Советских войск в Германии, в Польше – Северная группа Советских войск и в Венгрии – Южная группа войск.

Но почему-то не вспоминают, что на территории ФРГ дислоцировались войска США, Великобритании, Бельгии и были готовы выдвинуться в случае необходимости армейские корпуса Нидерландов и Франции. Обе войсковые группировки находились в состоянии полной боевой готовности.

Каждая из сторон защищала свои интересы и, соблюдая внешние приличия, любыми способами старалась ослабить другую.

Общественно-политическая обстановка в Чехословакии

На январском 1968 года Пленуме ЦК КПЧ были подвергнуты справедливой критике ошибки и недостатки руководства страны, а также принято решение о необходимости изменений в порядке управления экономикой государства.

Генеральным секретарем ЦК КПЧ был избран Александр Дубчек, возглавивший проведение реформ, названных позднее «строительством социализма с человеческим лицом». Сменилось высшее руководство страны (кроме президента Л.Свободы), а вместе с ним начали меняться внутренняя и внешняя политика.

Используя прозвучавшую на Пленуме критику руководства, оппозиционные политические силы, спекулируя требованиями «расширения» демократии, начали дискредитацию компартии, властных структур, органов государственной безопасности и социализма в целом. Началась скрытая подготовка смены государственного строя.

В средствах массовой информации от имени народа требовались: отмена руководства партией хозяйственной и политической жизнью, объявление КПЧ преступной организацией, запрет на ее деятельность, роспуск органов госбезопасности и Народной милиции. (Народная милиция – сохранившееся с 1948 года название вооруженных партийных рабочих отрядов, подчинявшихся непосредственно Генеральному секретарю ЦК КПЧ.)

По всей стране возникали различные «клубы» («Клуб 231″, «Клуб активных беспартийных») и другие организации, основной целью и задачей которых было очернить историю страны после 1945 года, сплотить оппозицию, вести антиконституционную пропаганду.

К середине 1968 года в МВД поступило около 70 заявлений о регистрации новых организаций и объединений. Так, «Клуб 231″ (На основании статьи 231 Закона о защите Конституции каралась антигосударственная и антиконституционная деятельность) был учрежден в Праге 31 марта 1968 года, хотя и не имел разрешения от МВД.

Клуб объединил свыше 40 тысяч человек, среди которых были бывшие уголовные и государственные преступники. Как отмечала газета «Руде право», в числе членов клуба были бывшие нацисты, эсэсовцы, генлейновцы, министры марионеточного «Словацкого государства», представители реакционного духовенства.

На одном из заседаний генеральный секретарь клуба Ярослав Бродский заявил: — «Самый лучший коммунист – это мертвый коммунист, а если он еще жив, то ему следует выдернуть ноги». На предприятиях и в различных организациях создавались филиалы клуба, которые именовались «Обществами в защиту слова и печати».

Одним из наиболее ярких антиконституционных материалов можно считать воззвание подпольной организации «Революционный комитет демократической партии Словакии», распространенное в июне в организациях и на предприятиях г.Свит.

В нем были выдвинуты требования: распустить колхозы и кооперативы, раздать землю крестьянам, провести выборы под контролем Англии, США, Италии и Франции, прекратить в прессе критику западных государств, а сосредоточить ее на СССР, разрешить легальную деятельность существовавших в буржуазной Чехословакии политических партий, присоединить уже в 1968 году «Закарпатскую Русь» к Чехословакии. Воззвание заканчивалось призывом: «Смерть коммунистической партии!»

Французский еженедельник «Экспресс» 6 мая привел заявление редактора иностранного отдела газеты «Литерарни листы» Антонина Лима: «Сегодня в Чехословакии стоит вопрос о взятии власти». Подпольно возродили деятельность Социал-демократическая партия и Партия труда.

В целях создания некоего противовеса Варшавскому договору была возрождена идея создания Малой Антанты, как регионального блока социалистических и капиталистических государств и буфера между великими державами.

Публикации на эту тему были подхвачены западной прессой. Примечательным было замечание аналитика французской газеты «Фигаро»: «Географическое положение Чехословакии может превратить ее как в засов Варшавского пакта, пакта, так и в брешь, открывающую всю военную систему восточного блока».

В мае группа сотрудников Пражской военно-политической академии опубликовала «Замечания к разработке Программы действий Чехословацкой народной армии». Авторы предложили «выход ЧССР из Варшавского договора или, возможно, совместные действия Чехословакии с другими соцстранами по ликвидации Варшавского договора в целом и его замены системой двусторонних отношений». Как вариант, было предложение занять позицию «последовательного нейтралитета» во внешней политике.

Серьезные выпады с позиций «здравого хозяйственного расчета» делались и против Совета Экономической Взаимопомощи.

14 июня чехословацкие оппозиционеры пригласили известного «советолога» Збигнева Бжезинского для выступлений в Праге с лекциями, в которых он изложил свою стратегию «либерализации», призвал к уничтожению КПЧ, а также ликвидации милиции и государственной безопасности. По его словам, он полностью «поддержал интересный чехословацкий эксперимент».

Прямым подрывом национальных интересов ЧССР были призывы к «сближению» с ФРГ, звучавшие не только в СМИ, но и в речах некоторых руководителей страны.

Дело не ограничивалось только словами.

Западные границы ЧССР были открыты, начали ликвидироваться пограничные заграждения и укрепления. По указанию министра госбезопасности Павела, выявленных контрразведкой шпионов западных стран не задерживали, а давали им возможность выехать. (В 1969 году властями ЧССР Павел был отдан под суд и расстрелян.)

Деятельность зарубежных органов власти, военных и СМИ

В этот период прошли консультативные встречи представителей стран НАТО, на которых изучались возможные мероприятия, чтобы вывести ЧССР из социалистического лагеря. США выразили готовность оказать влияние на Чехословакию по вопросу получения кредита от капиталистических стран, используя заинтересованность ЧССР в возврате ей золотого запаса.

В 1968 году свою деятельность в ЧССР активизировал Ватикан. Его руководство рекомендовало направить деятельность католической церкви на то, чтобы слиться с движением за «независимость» и «либерализацию», а также взять на себя роль «опоры и свободы в странах Восточной Европы», концентрируя внимание на Чехословакии, Польше и ГДР.

Населению ЧССР настойчиво внушалась мысль о том, что со стороны ФРГ никакой опасности реваншизма не существует, что можно подумать о возвращении в страну судетских немцев. Газета «Генераль Анцайгер»(ФРГ) писала: «Судетские немцы будут ожидать от Чехословакии, освобожденной от коммунизма, возврата к Мюнхенскому соглашению, по которому осенью 1938 года Судетская область отошла к Германии».

В программе Национал-демократической партии Германии один из пунктов гласил: «Судеты должны снова стать немецкими, ибо их приобрела нацистская Германия в рамках Мюнхенского договора, являющегося действенным международным соглашением». Эту программу активно поддерживали «Землячество судетских немцев» и неофашистская организация «Витикобунд».

А редактор чешской профсоюзной газеты «Праце» Иржичек заявил германскому телевидению: — «В нашей стране проживает около 150 тысяч немцев. Можно надеяться, что остальные 100-200 тысяч могли бы вернуться на родину несколько позже». Конечно, никто и нигде не вспоминал о преследованиях судетскими немцами чехов.

В корреспонденции агентства АДН сообщалось, что офицеры бундесвера неоднократно направлялись в ЧССР с разведывательными целями. Это относилось, прежде всего, к офицерам 2-го армейского корпуса, соединения которого дислоцировались недалеко от границы Чехословакии.

Позднее стало известно, что в ходе подготовки к запланированному на осень учению войск ФРГ «Черный лев» весь командный состав 2-го корпуса, до командира батальона включительно, посетил ЧССР в качестве туристов и проехал по вероятным маршрутам движения их частей.

С началом «учения» планировалось коротким броском занять территории, отторгнутые Германией в 1938 году, и поставить международное сообщество перед фактом. Расчет был основан на том, что, если СССР и США не стали воевать из-за захваченных Израилем в 1967 году арабских территорий, то не станут и сейчас.

С целью создания в ЧССР ситуации, которая способствовала бы выходу Чехословакии из Варшавского договора, Совет НАТО разработал программу «Зефир».

В статье финской газеты «Пяйвян саномат» от 6 сентября 1968 года сообщалось, что в районе г.Регенсбург (ФРГ) «работал и продолжает функционировать орган для отслеживания чехословацких событий. В июле начал действовать специальный Центр по наблюдению и управлению, который американские офицеры называют «Штаб ударной группы». В его составе более 300 сотрудников, среди которых офицеры-разведчики и политические советники.

Центр трижды в сутки докладывал информацию об обстановке в ЧССР штабу НАТО». Интересно замечание представителя штаба НАТО: — «Хотя из-за ввода войск Варшавского договора в Чехословакию и заключения Московского соглашения, особый центр и не решил поставленных перед ним задач, его деятельность все же являлась и продолжает оставаться ценным опытом на будущее».

Выбор

Таким образом, к весне 1968 года страны социалистического лагеря оказались перед выбором:
- позволить оппозиционным силам столкнуть ЧССР с социалистического пути;
- открыть потенциальному противнику дорогу на Восток, поставив под удар не только группировки войск Варшавского договора, но и итоги Второй мировой войны;

ЛИБО
- силами стран содружества защитить социалистический строй в ЧССР и оказать помощь развитию ее экономики;
- раз и навсегда покончить с мюнхенской политикой, отбросив все притязания реваншистских наследников Гитлера;
- поставить преграду перед новым «Дранг нах остен», показав всему миру, что никому не удастся перекроить послевоенные границы, установленные в результате борьбы многих народов против фашизма.

Исходя из сложившейся обстановки, в конце июля 1968 года было выбрано второе. Однако, если бы руководство компартии ЧССР не проявило такой слабости и терпимости к врагам правящей партии и существовавшего государственного строя, ничего подобного не было бы.

Военно-политическое руководство СССР и других стран Варшавского договора внимательно следило за событиями в ЧССР и пыталось довести свою оценку до органов власти Чехословакии. Состоялись встречи высшего руководства стран Варшавского договора в Праге, Дрездене, Варшаве, Чиерне-над-Тисой. В ходе встреч обсуждалась складывающаяся обстановка, чешскому руководству давались рекомендации, но бесполезно.

В последних числах июля на встрече в Чиерне-над-Тисой А.Дубчеку было заявлено, что в случае отказа от проведения рекомендованных мероприятий войска соцстран войдут в ЧССР. Дубчек не только не предпринял никаких мер, но и не довел это предупреждение до членов ЦК и правительства страны.

С военной точки зрения, другого решения быть не могло. Отторжение Судетской области от ЧССР, а тем более всей страны от Варшавского договора и ее союз с НАТО ставили под фланговый удар группировки войск содружества в ГДР, Польше и Венгрии. Потенциальный противник получал прямой выход к границе Советского Союза.

Из воспоминаний командира группы «Альфа» КГБ СССР, Героя Советского Союза, генерал-майора в отставке Зайцева Геннадия Николаевича (в 1968 году — руководитель группы 7-го Управления КГБ СССР при проведении операции «Дунай»):

«На тот период обстановка в ЧССР выглядела следующим образом.

… На первый план начали выходить уже даже не «прогрессисты» из КПЧ, а внепартийные силы — члены различных «общественных» и «политических» клубов, которых отличали ориентация на Запад и ненависть к русским. Июнь стал началом новой фазы обострения ситуации в Чехословакии и руководстве КПЧ, а в середине августа команда Дуб-чека полностью утратила контроль над ситуацией в стране.

Примечательно и то, что некоторые лидеры «Пражской весны» полагали, что симпатии Запада непременно материализуются в виде жесткой антисоветской позиции США в случае силовых действий со стороны Советского Союза».

Была поставлена задача: группе под руководством Г.Н. Зайцева войти в Министерство внутренних дел ЧССР и взять его под контроль. Министру МВД И. Павлу удалось скрыться накануне. Согласно многочисленным свидетельствам, И. Павел по мере развития «Пражской весны» постепенно ликвидировал органы государственной безопасности, избавляясь от коммунистических кадров и сторонников Москвы.

Своим сотрудникам, пытавшимся вести работу по обезвреживанию так называемых «прогрессистов» (Клуб беспартийных активистов и организация К-231), он грозил репрессиями. До решения правительства им был отдан приказ: немедленно прекратить глушение иностранных передач и начать демонтаж оборудования.

… В документах содержались сведения о том, что министр внутренних дел И. Павел и заведующий отделом ЦК КПЧ генерал Прхлик «подготовили проект создания руководящего Центра, который должен взять всю государственную власть в свои руки во время политической напряженности в стране». Там же говорилось и об осуществлении «превентивных мер безопасности, направленных против выступлений консервативных сил, включая создание трудовых лагерей».

Иначе говоря, в стране проводилась скрытая, но вполне реальная подготовка к созданию концлагерей, куда должны были быть упрятаны все оппозиционные режиму «с человеческим лицом» силы… А если к этому добавить титанические усилия некоторых зарубежных спецслужб и агентов влияния Запада, намеревавшихся любой ценой оторвать Чехословакию от Восточного блока, то общая картина событий не выглядела столь однозначно, как нас пытаются в этом уверить.

… Каким образом удалось захватить отнюдь не маленькую европейскую страну в кратчайший срок и с минимальными потерями? Значительную роль в таком ходе событий сыграла нейтральная позиция чехословацкой армии, (а это порядка 200 тыс. человек, вооруженных в то время современной военной техникой). Хочу подчеркнуть, что генерал Мартин Дзур в той очень непростой ситуации сыграл ключевую роль. Но главной причиной малого числа жертв стало поведение советских солдат, которые проявили в Чехословакии поразительную выдержку.

… По данным чешских историков, при вводе войск погибло около ста человек, ранено и травмировано — около тысячи.

… Убежден, что в тот период иного выхода из кризиса просто не существовало. На мой взгляд, итоги «Пражской весны» весьма поучительны. Если бы не жесткие действия СССР и его союзников, то чешское руководство, мгновенно миновав стадию «социализма с человеческим лицом», оказалось бы в объятиях Запада. Варшавский блок лишился бы стратегически важного государства в центре Европы, НАТО оказалось бы у границ СССР.

Давайте же будем до конца честны: операция в Чехословакии подарила мир двум поколениям советских детей. Или не так? Ведь «отпустив» Чехословакию, Советский Союз неизбежно столкнулся бы с эффектом карточного домика. Вспыхнули бы волнения в Польше и Венгрии. Затем наступил бы черед Прибалтики, а после нее и Закавказья».

Начало

В ночь на 21 августа войска пяти стран Варшавского договора вступили на территорию ЧССР, на пражский аэродром высадился десант. Войска получили приказ не открывать огонь, пока их не обстреляют. Колонны шли на повышенных скоростях, остановившиеся машины сталкивали с проезжей части, чтобы не мешали движению.

К утру все передовые воинские части стран содружества вышли в заданные районы. Чехословацкие войска получили приказ из казарм не выходить. Их военные городки блокировались, с бронетехники снимались аккумуляторы, с тягачей сливалось горючее.

Интересно, что в начале августа представители отрядов Народной милиции встретились со свои командиром А.Дубчеком и предъявили ультиматум: или он меняет политику руководства, или 22 августа Народная милиция поставит под свой контроль все важные объекты, возьмет власть в свои руки, сместит его с поста генсека и потребует созыва партийного съезда. Дубчек их выслушал, но ничего конкретного не ответил.

Главное, он не сказал подчиненным ему лично командирам вооруженных отрядов партии об ультиматуме, полученном им в Чиерне-над-Тисой от руководителей ГДР, Болгарии, Венгрии, Польши и СССР. Видимо, на что-то рассчитывал. И когда войска Варшавского договора вошли в ЧССР 21 августа, то руководство отрядов и рядовые коммунисты посчитали это оскорблением.

Они считали, что могли бы сами справиться с обстановкой в стране, без ввода чужих войск. Жизнь показала, что тогда они переоценили свои силы. Только после разгрома оппозиции в августе 1969 года противники режима надолго ушли в подполье.

Отношение местного населения

Первое время отношение местного населения к военнослужащим стран содружества было плохим. Одурманенные враждебной пропагандой, двуличным поведением первых лиц государства, отсутствием информации об истинных причинах ввода войск, а порой и запуганные местными оппозиционерами люди не только косо смотрели на иностранных солдат.

В машины летели камни, по ночам места расположения войск обстреливались из стрелкового оружия. На дорогах были снесены указатели и знаки, а стены домов расписаны лозунгами типа «Оккупанты, убирайтесь домой!», «Застрели оккупанта!» и т.п.

Иногда в воинские части тайком приходили местные жители и спрашивали, зачем пришли советские войска. И ладно бы, пришли одни русские, а то еще и «кавказцев» с «узкоглазыми» с собой привели. В центре Европы(!) люди удивлялись тому, что Советская армия многонациональна.

Действия сил оппозиции

Ввод союзных войск показал силам чешской оппозиции и их иностранным вдохновителям, что надежды на захват власти рухнули. Однако они решили не сдаваться, а призвали к вооруженному сопротивлению. Кроме обстрелов автомашин, вертолетов и мест дислокации союзных войск, начались террористические акты против чешских работников партийных органов и сотрудников спецслужб.

Вечерний выпуск английской газеты «Санди Таймс» от 27 августа опубликовал интервью с одним из руководителей подполья. Он сообщил, что к августу «подполье насчитывало около 40 тысяч человек, вооруженных автоматическим оружием». Значительная часть оружия была тайно поставлена с Запада, прежде всего, из ФРГ. Однако воспользоваться им не удалось.

В первые же дни после ввода союзных войск, при взаимодействии с чешскими органами безопасности, из множества тайников и подвалов было изъято несколько тысяч автоматов, сотни пулеметов и гранатометов. Были обнаружены даже минометы.

Так, даже в пражском доме журналистов, руководство которым осуществляли крайне оппозиционные деятели, было обнаружено 13 пулеметов, 81 автомат и 150 ящиков с боеприпасами. В начале 1969 года в горах Татры был обнаружен готовый концентрационный лагерь. Кто его строил и для кого, в то время было неизвестно.

Информационно-психологическая война

Еще одним свидетельством существования в ЧССР организованных антиконституционных сил является тот факт, что уже к 8 часам 21 августа во всех областях страны начали работать подпольные радиостанции, в отдельные дни до 30-35 ед.

Использовались не только радиостанции, заранее установленные на автомашинах, поездах и в тайных убежищах, но и аппаратура, захваченная в органах МПВО, в отделениях Союза сотрудничества с армией (типа ДОСААФ в СССР), в крупных сельских хозяйствах.

Подпольные радиопередатчики были объединены в систему, которой определялись время и продолжительность работы. Группы захвата обнаруживали работающие радиостанции, развернутые в квартирах, спрятанные в сейфах руководителей различных организаций. Попадались и радиостанции в специальных чемоданах вместе с таблицами прохождения волн в разное время суток. Устанавливай приложенную к станции антенну и работай.

Радиостанции, а также четыре канала подпольного телевидения распространяли ложную информацию, слухи, призывы к уничтожению военнослужащих союзных войск, саботажу, диверсиям. Они же передавали шифрованную информацию и кодовые сигналы для сил подполья.

В этот «хор» хорошо вписались радиопередатчики западногерманского 701-го батальона психологической войны.

Советские радиоразведчики первое время удивлялись, что ряд антиправительственных станций пеленгуются на западе, но их догадки 8 сентября подтвердил журнал «Штерн» (ФРГ).

Журнал сообщил, что 23 августа газета «Литерарни листы», а за нею и подпольное радио сообщили, что «союзные войска стреляли по детской больнице на Карловой площади. Разбиты окна, потолки, дорогое медицинское оборудование…» Репортер телевидения ФРГ бросился в этот район, но здание больницы оказалось невредимым.

По данным журнала «Штерн», «эта ложная информация передавалась не с чешской, а с западногерманской территории». Журнал отметил, что события этих дней «предоставили идеальную возможность для практической подготовки 701-го батальона».

Если первые листовки с сообщением о вводе союзных войск выпускались официальными властными или партийными органами и типографиями, то на последующих никаких выходных данных не было. Во многих случаях тексты и призывы в разных районах страны были одинаковыми.

Смена обстановки

Медленно, но обстановка менялась.

Была сформирована Центральная группа войск, советские воинские части стали обустраиваться в освобожденных для них чешских военных городках, где печные трубы были завалены кирпичами, канализация забита, а стекла выбиты. В апреле 1969 года А.Дубчека заменил Г.Гусак, сменилось руководство страны.

Были приняты чрезвычайные законы, по которым, в частности, показанный русскому кулак «стоил» до трех месяцев заключения, а спровоцированная драка с русскими – шесть. В конце 1969 года в гарнизоны, где стройбаты построили жилье, военнослужащим разрешили привозить семьи. Строительство жилья для семей продолжалось до 1972 года.

Так, что же это за «оккупанты», которые жертвовали своей жизнью, чтобы не погибли мирные граждане, не отвечали выстрелом на самые наглые провокации, спасали неизвестных им людей от расправы? Которые жили в ангарах и складах, а койки, даже в офицерских и женских (для медперсонала, машинисток, официанток) общежитиях, стояли в два яруса? Которые предпочитали действовать не как солдаты, а как агитаторы, разъясняя населению обстановку и свои задачи?

Вывод

Ввод в Чехословакию войск стран Варшавского договора был вынужденной мерой, направленной на сохранение единства стран социалистического лагеря, а также на предупреждение выхода войск НАТО на границы СССР.

Советские солдаты не были оккупантами и не вели себя как захватчики. Как ни пафосно это звучит, но в августе 1968 года они защищали свою страну на передовых рубежах лагеря социализма. Поставленные армии задачи были выполнены с минимальными потерями.

Что бы ни говорили современные политологи, но в той обстановке правительство СССР и других стран соцлагеря приняли решение, адекватное сложившейся ситуации. Даже нынешнее поколение чехов должно быть благодарно Советской армии за то, что Судеты остались в составе ЧССР и их государство существует в современных границах.

«Заметки на полях»

Но вот, что интересно и вызывает вопросы.

Солдаты, которые первыми(!) были названы «Воинами-интернационалистами», таковыми в России даже не признаны, хотя Приказом министра обороны Маршала Советского Союза А.Гречко № 242 от 17.10.1968 г. им была объявлена благодарность за выполнение интернационального долга.

Приказом министра обороны СССР № 220 от 05.07.1990 г. «Перечень государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации» был дополнен Республикой Куба.

По непонятным причинам Чехословакия (единственная!) в список не была включена, и, как следствие, соответствующие документы не были вручены бывшим военнослужащим, выполнявшим интернациональный долг в этой стране.

Неоднократно на различных уровнях обсуждались вопросы, признавать или нет участников операции в качестве воинов-интернационалистов и ветеранов боевых действий.

Группа ученых, проанализировав доступные для изучения материалы и после встреч с непосредственными участниками чехословацких событий, заявила, что «в 1968 году в Чехословакии была проведена великолепно спланированная и безупречно реализованная войсками боевая операция, в ходе которой велись именно боевые действия. Как с точки зрения военной науки, так и реальной обстановки применения сил и средств».

А солдаты и офицеры, выполнившие свой долг в период проведения операции «Дунай», имеют полное право называться воинами-интернационалистами и подпадают под категорию «участник боевых действий».

Однако министерство обороны России не признает их таковыми, а на вопросы и обращения региональных организаций участников операции «Дунай» отвечает, что там были «только боестолкновения», и благодарность им объявляли за «выполнение интернационального долга», а не за участие в боевых действиях.

На сегодняшний день самым молодым участникам операции «Дунай» уже по 64 года, и с каждым годом их ряды становятся реже. Последнее, по данным автора статьи, обращение только Ростовской организацией участников операции «Дунай» было отправлено в адрес министра обороны РФ в январе текущего года. Подождем, что ответит новый министр.

(с)

Какими были квартиры 50-х многие хорошо представляют по фильмам или по собственным воспоминаниям (у бабушек и дедушек такие интерьеры нередко сохранялись до конца века). Прежде всего, это шикарная дубовая мебель, рассчитанная служить нескольким поколениям…

На иллюстрации сверху - "В новой квартире" (снимок из журнала "Советский Союз" 1954 г.):

Этот буфет мне прекрасно знаком! Хотя на снимке явно не рядовая квартира, такие буфеты были у многих обычных советских семей, включая моих бабушку и дедушку.

Те, кто был побогаче, забивали коллекционным фарфором ленинградской фабрики (которому теперь нет цены). В главной комнате чаще весел абажур, роскошная люстра на снимке выдаёт довольно высокое социальное положение хозяев.

После прекращения 15-летних экспериментов по созданию новой эстетики и новых форм общежития в СССР с начала 1930-х на два с лишним десятилетия установилась  атмосфера консервативного традиционализма.

Сначала это был "сталинский классицизм", который после войны перерос в "сталинский ампир", с тяжелыми, монументальными формами, мотивы которых брались нередко даже из древнеримского зодчества. Всё это очень наглядно проявилось не только в архитектуре, но и в интерьере жилых помещений…

Этот снимок показывает квартиру представителя советской элиты - лауреата Нобелевской премии академика Н..Н. Семёнова, 1957 год:

В таких семьях уже старались воспроизвести атмосферу дореволюционной гостиной с фортепьяно.

На полу - дубовый лакированный паркет, палас. Слева, кажется, виден краешек телевизора.

"Деда", 1954 г.:

Очень характерный абажур и кружевная скатерть на круглом столе.

В новом доме на Боровском шоссе, 1955 г.:

1955-й был переломным годом, поскольку именно в этот год принято постановление об индустриальном домостроении, положившее начало эпохе хрущёвок. Но в 1955-м строили ещё "маленковки" с последними намёками на добротность и архитектурную эстетику "сталинок".

В этой новой квартире интерьеры ещё дохрущёвские, с высокими потолками и солидной мебелью. Обратите внимание на любовь к круглым (раздвижным) столам, которые потом почему-то станут у нас редкостью.

Книжный шкаф на почётном месте - также очень типичная черта советского домашнего интерьера, как ни как, "самая читающая страна в мире". Была…

В 1950-е гг. в интерьер многих советских городских квартир стал входить телевизор.

Фотограф Peter Bock-Schroeder, Москва, 1956:

И опять круглый стол!

Настоящей роскошью для 1950-х был собственный телефон в квартире.
Его установка была важным событием в жизни советской семьи.

На этом фото 1953 г. как раз запечатлён такой радостный момент в одной из московских квартир:

Про очередной круглый стол молчу, больше привлёк внимание причудливый предмет мебели с полузабытым названием "этажерка".

Жаль в кадр не попали ещё раздвижные ширмы, без которых не обходилась ни одна перенаселённая комната.

"В новой квартире", Наум Грановский, 1950-е:

Никелированная кровать почему-то соседствует с круглым столом, которому место в гостиной.

Интерьеры в новой квартире в сталинской высотке на снимке того же Наума Грановского, 1950-е:

Для контраста фото Д. Бальтерманца 1951 г.:

Ленин в красном углу вместо иконы в крестьянской избе.

В конце 1950-х начнётся новая эра. Миллионы людей начнут переселятся в свои индивидуальные, пусть и совсем крохотные, квартиры “хрущевок”.

Там будет уже совсем другая мебель.

(с)