Как наши моряки показали США кузькину мать
Пожалуй, это был самый беспрецедентный случай в противостоянии СССР и США за все время холодной войны. Причем этот инцидент имел место, когда война между мировыми державами подходила к концу. А история с противостоянием началась с того, что американцы нагло вторглись в терводы СССР. И советские военные в прямом смысле показали США кузькину мать.
Это было настоящим боевым противоборством у берегов Крыма. В нем принимали участие американские крейсер "Йорктаун" и эсминец "Кэрон" и советские большой противолодочный корабль "Беззаветный" и сторожевик СКР-6. Наши моряки одержали и моральную, и в буквальном смысле физическую победу, прогоняя американцев, нарушивших морскую границу СССР. Ко всеобщему удовлетворению, инцидент завершился миром, хотя военного конфликта, как казалось в некоторые минуты, было не избежать. Снаряды были уже в стволах орудий с обеих сторон, ракеты готовы к пуску, а торпеды на боевом взводе. После этого случая американская пресса впервые назвала русских моряков героями, а экипажи своих кораблей — никудышными моряками.
Но началась эта история не в 1988 году, а еще двумя годами ранее. В 1986 году американский крейсер "Йорктаун" и эсминец "Кэрон", пройдя через проливы Босфор и Дарданеллы из Средиземного моря, решительно прошли у советских берегов со стороны Феодосии. Но тогда у флотского руководства не хватило то ли решимости, то ли сообразительности выгнать американцев из наших вод. Адмирал Владимир Чернавин был тогда Главкомом ВМФ СССР всего несколько месяцев, и, может быть, тогда ему не хватило какой-то капли опыта во время наглого (иначе и не скажешь) вторжения американских кораблей в наши воды, чтобы принять какое-то грамотное управленческое решение.
Но когда самая секретная советская агентурная разведка в самом начале 1988 года узнала о планах американцев повторить свой рейд, он уже не постеснялся доложить об этом самому Михаилу Горбачеву: "Это надо предотвратить решительно и бескомпромиссно!". Как гласят исторические хроники того времени, Горбачев только пожал плечами, но ничего не молвил в ответ. Видимо, это плечепожатие Генсека было воспринято Главкомом как своеобразный карт-бланш.Итак, февраль 1988 года. Старые знакомые, крейсер "Йорктаун" и эсминец "Кэрон", повторно зашли в Черное море, но в этот раз уже со стороны Севастополя. Причем вторглись в наши территориальные воды настолько демонстративно, что всякие сомнения в благих намерениях заокеанских визитеров отпадали.
Тут, пожалуй, стоит отметить, что Международная конвенция по судоходству, подписанная СССР в середине восьмидесятых годов, оговаривала возможный мирный проход боевых кораблей с оружием на борту через всякие "аппендиксы" территориальных вод прибрежных государств. Но только в исключительных случаях, с целью сокращения пути и обязательным выполнением ряда требований. То есть не выполнять разведывательных задач, не поднимать в воздух летательные аппараты, не проводить учения и вообще не доставлять головную боль прибрежному государству. Но эту самую конвенцию Советский Союз в 1988 году не ратифицировал, о чем американские моряки, несомненно, знали.
Американский демарш у наших берегов двумя современными боевыми кораблями носил явно выраженный разведывательный характер. Американцы прокладывали курс по нашим территориальным водам сознательно, не имея цели сократить себе путь. Боевой корабль Черноморского флота проекта 1135 "Беззаветный" только что вернулся из полугодового плавания в Средиземном море. Экипаж был великолепно подготовлен, имел опыт плавания в прибрежных водах ряда иностранных государств. Главком ВМФ СССР и командование Черноморского флота поставили задачу перед "Беззаветным": проследить за действиями двух американских кораблей, выяснить их намерения.
Находясь на параллельных курсах, несколько раз наши корабли по международному каналу связи предупреждали американцев: "Вы нарушаете государственную границу СССР". Эти же предупреждения дублировались флажным семафором. В ответ американцы невнятно отвечали что-то типа "О'кей", продолжая следовать своим курсом. Тогда командир "Беззаветного" капитан 2 ранга Владимир Богдашин получил приказ: вытеснить американские корабли из советских территориальных вод. На инструктаже командира флотские начальники предусмотрели: чтобы навал был более жестким и причинил более существенные повреждения американским кораблям, вытравить правые якоря и держать их в подвешенном состоянии на якорь-цепях под клюзами правого борта. Так что высокий полубак "Беззаветного", да еще болтающийся справа якорь могли бы основательно порвать борт и все, что попадет под навал на борту вытесняемого с его курса корабля.
Затем командир получил четкий приказ: "Еще раз предупредите американцев: нарушение тервод Советского Союза недопустимо. Имею приказ вытеснять вас, вплоть до навала и тарана. Передайте все это в эфир открытым текстом дважды по-русски и по-английски". Но американцы в ответ только что-то невнятно пробурчали и продолжали следовать своим курсом. Кстати, водоизмещение "Беззаветный" имел втрое меньшее, чем "Йорктаун" (3200 тонн против 9600). При малейшей ошибке американец вполне мог раздавить наш корабль, как скорлупку.
Решение в данной ситуации могло быть лишь одно — нанести ряд ударов по корпусу американского корабля. История современного флота ничего подобного не знала. На сознательный жесткий контакт шли советские корабли, лишенные брони. Сначала корабли шли параллельными курсами. "Йорктаун" давал большую волну, мешавшую сближению. "Беззаветный" увеличил скорость и стал быстро настигать американский ракетоносец с его левого борта. По внутрикорабельной трансляции личному составу "Беззаветного" было объявлено, что корабль идет на физическое соприкосновение с американцем. На корабле загерметизировали отсеки…"Беззаветный" взял вправо и приспустил правый якорь, лапы которого, как шипы ежа, ощетинились наружу. Как потом выяснилось, командование американского крейсера совершенно не понимало действий советского корабля, намного меньшего по размерам.
Свободные от вахты американские моряки столпились на верхних мостиках надстроек, фотографировали, махали руками и что-то весело кричали. Беспечный вид американских моряков, их самоуверенность и надменное спокойствие как бы подчеркивали безразличие к советскому кораблю. Противостояние достигло кульминации. "Беззаветный" достиг "Йорктаун", наш же СКР-6 подходил к правому борту "Кэрона". На "Йорктауне" непрерывно работали навигационная РЛС и станция наблюдения за воздушным противником, сообщая опасную обстановку командиру крейсера. Но до того все равно не доходило, на что способны русские! "Йорктаун" шел прежним курсом по нашим территориальным водам. Как значится в одной из публикаций, посвященных этой теме, первый удар "Беззаветного" пришелся "Йорктауну" в среднюю часть, в район трапа. Смялись леерные ограждения, оглушив оторопевших "йорктаунцев" скрежетом стали. Приспущенный трехтонный якорь, пройдясь по борту крейсера, нанес ему несколько ударов и вмятин.
В следующую секунду якорь оборвался и упал в море. Как будто ветром сдуло с мостика американских моряков. Было слышно, как на "Йорктауне" объявили аварийную тревогу, и все разбежались по боевым постам. После первого удара форштевень "Беззаветного" ушел влево, а его корма навалилась на крейсер в районе установки контейнеров с противокорабельными ракетами "Гарпун", смяв четыре контейнера. Возникла опасность повреждения и наших торпедных аппаратов. Резко переложив руль в положение "право на борт", "Беззаветный" вновь развернулся атакующим носом в боевую стойку. Второй удар по американцу оказался очень сильным.
"Йорктаун" вздрогнул, а "Беззаветный" на какое-то мгновение получил крен в 13 градусов. Дифферент на корму достиг четырех градусов. В следующий миг форштевень "Беззаветного" пошел сметать на "Йорктауне" все, что попадалось по пути: леерные стойки, кнехты, горловины, листы надстроек и прочие выступающие части, превращая все это в металлолом. Под фейерверк искр несколько секунд слышался леденящий душу треск разрушаемых конструкций. Были видны ошметки отлетающей краски, дым от сильного трения — пока нос сторожевого корабля не соскользнул вниз. После этого навала-тарана командир американского крейсера наконец оценил опасность момента.
"Йорктаун" переложил руль вправо. Через считанные минуты он вышел из советских территориальных вод в нейтральные. Вся акция "вытеснения" заняла не больше пятнадцати минут. "Йорктаун" вошел в наши воды примерно на 2,5 мили, "Кэрон" — почти на семь миль. Пока "Беззаветный" боролся с "Йорктауном", наш сторожевой корабль СКР-6 наносил аналогичные пугающие удары форштевнем по "Кэрону", правда, из-за своего малого водоизмещения, с меньшим успехом. На "Йорктауне" в районе средней надстройки, по-видимому, возник пожар, американцы в противопожарных костюмах метались, разматывая пожарные рукава, с намерениями что-то тушить.
"Беззаветный" еще некоторое время не упускал из виду американские корабли. Затем вновь увеличил скорость и напоследок дал "круг почета" вокруг "Йорктауна" и "Кэрона". "Йорктаун" казался мертвым — ни одного человека на палубах и мостиках не было видно."Беззаветный" гордо пронесся мимо американцев на самом полном ходу и, как ни в чем не бывало, взял курс на Севастополь.
Как сообщали иностранные источники, после инцидента "Йорктаун" несколько месяцев ремонтировался на одной из верфей. Командир крейсера был снят с должности за пассивные действия и предоставленную советскому кораблю инициативу. Конгресс США почти на полгода заморозил бюджет военно-морскому ведомству.
А нерешительный Горбачев (после "правильного" доклада Главкома Чернавина) похвалил наших моряков — небывалый случай. Впоследствии командир "Беззаветного" Владимир Богдашин, который практически нанес некий "удар по печени" и американскому крейсеру, и всему флоту США, пошел на повышение и закончил службу контр-адмиралом.
Правда.ру
Подобно церковному колоколу колодец на Руси собирал поутру сельчан. Где же еще узнать главные новости?
