Я отлично рисую,я могу стать художником.
Я замечательно пишу,я могу стать писателем.
Я потрясающе мыслю,я могу стать учёным.
Я очень люблю,но не могу стать любимой.
Что ж за несправедливость-то?

- Ты сможешь нарисовать свою жизнь?
- Это так просто.... Сначала легкий карандашный набросок – все ежедневные дела-день за днем начиная с детства.Не надо тщательно рисовать-это просто дела...
Теперь слой черной туши. Можно сделать обводку, как для глаз – так ты подчеркнешь только самое важное.Совсем немного черного-зачем тебе лишний негатив, его и так в жизни много.
Нужно добавить красок, своих эмоций. И не забудь про блики – в чувствах всегда есть место пустоте. Так заполни их акварельными красками и жизнь станет ярче.Или рисуй мелками-легкие, ни к чему не обязывающие встречи и свидания.А можешь рисовать на песке-каждый день что-то новое, но не плачь когда волна безвозвратно сотрет твое прошлое...Если вдруг что-то важное-обведи фломастером-он не смывается не от дождя , ни от слез... Видишь, как твоя жизнь постепенно приобретает объем?
А теперь твори, девочка. Удачи тебе и всегда помни, что только ты можешь нарисовать свою жизнь.
- Так вот почему же некоторые люди видят жизнь в черно-белом свете? Они просто не умеют рисовать?
- Они просто не умеют чувствовать, девочка. И не хотят учиться.


Она открывает альбом, гладит бумагу, пропускает страницу,
где-то в уголке на второй по косой нарисует ресницы.
третья - губы, десятки улыбок, хоть раз - только ей.
сразу пятая - кончики пальцев, коснётся нежней.

на шестой набросает сначала небрежно глаза.
прорисует детали... и сразу сорвёт тормоза.
два листа вновь исписаны именем только одним,
на девятом - окно, сигарета, молчанье и дым.

снова пусто... по новой странице бегут провода,
силуэт под дождём - провожать и встречать поезда.
на тринадцатой кошка, свернулась на пледе и спит,
на пятнадцатой небо похоже на тёмный гранит.

перелистывать снова и снова ломать карандаш,
там, где сердце разбитое, можно добавить гуашь.
и мелками раскрасить осенние листья и свет,
только лучше, чем тушь, ничего для печали и нет.

она снова рисует недлинные пряди волос,
что-то шепчет, почти забывая, что всё невсерьёз.
не считает уже, сколько раз рисовала её.
пальцы сжали перо, протыкая опять остриём.

на бумагу упали две кляксы и даже слеза.
прямо в центр - а впрочем, не стоит тогда вырезать.
предпоследний листок - целиком, вот готовый портрет.
к персонально-безумному счастью надёжный билет.

до последней страницы дойдёт, исписав карандаш.
и закроет альбом, и опять уберёт на стеллаж


Пиши цветным карандашом:
"У нас все будет хорошо",
Пиши, бумаги не жалей
На восемнадцать букв:
"У нас все будет хорошо" -
Стирая грифель в порошок
Меж разлинованных полей,
Об остальном - табу.
Пусть ничего - наверняка...
Но как старается рука...
Как снова умница душа,
водя карандашом,
Упорно правило твердит,
Не зная, что там, впереди,
Сбиваясь с ритма, и спеша:
"...все будет хорошо!"

/Д. Эфендиева/