Год рождения - Гамбург.
Место рождения – Апиллесова черта.

Роскошь – быть собой. Всё остальное – притворство.

Поймали, говорят, тень Александра Македонского, долго пытали и всё спрашивали: «Можно ли Западу Восток одолеть?»
Не выдержала тень пыток, тайну великую выдала:
- Младшему старшего не одолеть.
Хотели, было, отпустить, да еще на один вопрос потянуло:
- Отчего у Востока поступь легкая?
- Он рукой одной за небо держится.

Подъезд- поезд.
А куда?
Проводник где?
И короткие юбочки занавесок?
И провожающих зависть?
И праздник чая в подстаканниках?
И главное, где голос, дающий старт пути?

Когда одна стрелка на часах заходит за другую – это затмение времени.

Извините, закрываемся на спецобслуживание: у нас сегодня облака обедают.

- А извилины в мозгах откуда?
Поморщил Дарвин лоб, носом поводил, щёки помял, ушами пошевелил. И дошло до Дарвина.
- От гримас на лице.

Наш флаг явно не из рук повара. Три коржа без единой изюминки.

Однажды у Дарвина спросили:
- Чем мужик с женщиной не схож?
Долго учёный муж перебирал растительность на лице. И дошло до Дарвина.
- У бабы только две брови, а у мужика их три.
- А где у него глаз третий находится?
- Третий глаз у всякой твари есть, да бровь над ним не каждому дана.
- И что, он тоже видит?
- Про то не знаю, а поговорить и поесть горазд.

Повар выделяется не лицом – теплом рук. У них в любое время суток – 36,9°.

Кроме поваров, ни у кого нет права определять сроки годности прошлого.

Как-то у Черчилля спросили:
- С кем бы Вы могли поделиться Нобелевской премией?
- Естественно, с Пушкиным, - мгновенно ответил Черчилль.
- Почему с ним?
- Мы одного роста, нам по 166 см. от пола.

Книга, как осень, из аплодисментов. В электронных аналогах буквы есть, а на овации вакансии.

И книги, и письма, и карандаши в поиске места в домах престарелых вещей.

Непоэтам не верю, в них время отсутствует.

Человек с газетой, если она не под ним – явление робкое.

Сейчас от чтения откупиться просто. Посадил вишню – включили в число почитателей Чехова. Дуб вкопал – к Пушкину прописали.

У нас мужик аппарат любопытный изобрел. Он измеряет расстояния, пройденные без единой мысли. Аппарат изъяли, мужика вопросами замучили. Он уже согласился и пол поменять и прописку.

Я, когда летел к Земле, интересовался: «А женщины на ней есть?» Сказали: «Есть!» Не обманули

От себя за углом не спрятаться – узнают по колпаку.