Цитата сообщения Александр_Ш_Крылов Один из самых любимых женских портретов


"Портрет Генриетты Зонтаг"

Холст, масло. 73x60 см
Франция. 1831
Источник поступления в музей: Всесоюзное общество Антиквариат. 1933

Генриетта Зонтаг (1806-1854) - немецкая оперная певица, дебютировала в 1814 г. В 1830 г. она покинула сцену в связи с замужеством, однако в 1848 г. вернулась в театр и по-прежнему с огромным успехом гастролировала в различных городах Европы и Америки.
Деларош изобразил Зонтаг в костюме доны Анны из оперы Моцарта "Дон Жуан". Эта роль, которую певица впервые исполнила в Париже в 1828 г., была одной из лучших в ее репертуаре. Строгая композиция смягчена легким наклоном головы певицы. Задумчивый, мечтательный взгляд придает ее лицу печальную одухотворенность.





Enya "Watermark"



(Henriette-Gertrude-Walpurgis Sontag или Sonntag, графиня Росси) — знаменитая певица (1806-1854).
В 1824 г. поступила на сцену; с блестящим успехом, пела в Лейпциге, Берлине, Париже, Лондоне, везде восхищая слушателей замечательным голосом, чистотой и легкостью вокализации. В 1830 г., выйдя замуж за графа Росси, Зонтаг покинула сцену. С 1830 до 1837 года Генриетта Зонтаг концертировала в Петербурге и Москве; жила в продолжение 10 лет в Петербурге. Потеряв свое состояние, Зонтаг с 1848 г. снова начала давать концерты, имевшие большой успех как в Европе, так и в Северной Америке. Последние выступление в Мексике, в опере Гаэтано Доницетти "Лукреция Борджиа". Генриетта Зонтаг наряду с М. Малибран, Д. Паста, А. Патти и Ж. Линд принадлежит к числу величайших певиц XIX века.

Генриетта Зонтаг — одна из самых прославленных европейских певиц XIX столетия.
Она обладала звучным, гибким, необычайно подвижным голосом красивого тембра, со звонким высоким регистром. Артистическому темпераменту певицы близки виртуозные колоратурные и лирические партии в операх Моцарта, Вебера, Россини, Беллини, Доницетти.

Генриетта Зонтаг (настоящее имя Гертруда Вальпургис-Зонтаг; по мужу Росси) родилась 3 декабря 1806 года в Кобленце, в семье актеров. Еще ребенком вышла на сцену. Вокальным мастерством юная артистка овладевала в Праге в 1816—1821 годах училась в местной консерватории. Дебютировала в 1820 году на пражской оперной сцене. После этого пела в столице Австрии. Широкую известность принесло ей участие в постановках оперы Вебера «Эврианта». В 1823 году К. М. Вебер, услышав пение 3онтаг, поручил ей первой выступить в главной партии в своей новой опере. Молодая певица не подвела и спела с большим успехом.
В 1824 году Л. Бетховен доверил Зонтаг вместе с венгерской певицей Каролиной Унгар исполнить сольные партии в Мессе ре мажор и Девятой симфонии.
Ко времени исполнения Торжественной мессы и Симфонии с хором Генриетте исполнилось двадцать лет, Каролине — двадцать один. Бетховен был знаком с обеими певицами в течение нескольких месяцев; он принял их у себя. «Так как они во что бы то ни стало пытались целовать мне руки, — пишет он брату Иоганну, — и поскольку они очень красивы, я предпочел предложить им для поцелуев свои уста».

Вот что рассказал Э. Эррио «Каролина интригует, чтобы обеспечить себе партию в той самой «Мелузине», которую Бетховен замышлял писать на текст Грильпарцера. Шиндлер заявляет, что «это сам дьявол, полный огня и фантазии». Подумывали о Зонтаг для исполнения Фиделио. Бетховен доверил им оба своих великих произведения, но репетиции, как мы видели, шли не без осложнений. «Вы тиран голоса», — сказала ему Каролина. «Эти столь высокие ноты, — просила его Генриетта, — не могли бы вы заменить их» Композитор отказывается изменить хотя бы малейшую деталь, сделать малейшую уступку итальянской манере, заменить одну-единственную ноту. Тем не менее, Генриетте разрешено петь ее партию mezzo voce. Об этом сотрудничестве молодые женщины сохранили самое волнующее воспоминание, много лет спустя они признавались, что каждый раз входили в комнату Бетховена с тем же чувством, с каким верующие переступают порог храма».
В том же году Зонтаг ждут триумфы в Лейпциге в спектаклях «Вольного стрелка» и «Эврианты». В 1826 году в Париже певица исполнила партии Розины в «Севильском цирюльнике» Россини, ослепив разборчивую публику своими вариациями в сцене урока пения.
Слава певицы растет от выступления к выступлению. Одна за другой входят в ее гастрольную орбиту новые европейские города. В последующие годы Зонтаг выступает в Брюсселе, Гааге, Лондоне.
Очаровательный князь Пюклер-Мускау, встретив артистку в Лондоне в 1828 году, был ею сразу покорен. «Если бы я был королем, — говаривал он, — я позволил бы себе увлечься ею. У нее вид настоящей маленькой плутовки». Пюклер искренне восхищается Генриеттой. «Она танцует как ангел; она невероятно свежа и красива, вместе с тем кротка, мечтательна и самого лучшего тона».
Пюклер встретил ее у фон Бюлова, слышал в «Дон Жуане», приветствовал за кулисами, вновь встретился с ней на концерте у герцога Девонширского, где певица поддразнивала князя вполне безобидными выходками. Зонтаг была с восторгом принята в английском обществе. Эстергази, Кленуильям воспламеняются страстью к ней. Пюклер совершает с Генриеттой прогулки верхом, посещает в ее обществе окрестности Гринвича и, окончательно плененный, жаждет жениться на ней. Теперь он в ином тоне говорит о Зонтаг «Поистине замечательно, как эта юная девушка сохранила свою чистоту и невинность в подобном окружении; пушок, покрывающий кожицу плода, сберег всю свою свежесть».
В 1828 году Зонтаг тайно обвенчалась с итальянским дипломатом графом Росси, который был тогда сардинским посланником в Гааге. Еще через два года прусский король возвел певицу в дворянское достоинство.
Пюклер был настолько глубоко опечален своим поражением, насколько позволил его характер. В парке Мускау он поставил бюст артистки. Когда же она в 1854 году умерла во время путешествия в Мексику, князь воздвиг в ее память в Бранице настоящий храм.
Пожалуй, кульминацией артистического пути Зонтаг стало ее пребывание в Петербурге и Москве в 1831 году. Русская аудитория чрезвычайно высоко оценила искусство немецкой певицы. О ней восторженно отзывались Жуковский и Вяземский, ей посвящали стихи многие поэты. Значительно позднее Стасов отмечал ее «рафаэлевскую красоту и грацию выражения».

И к нам ты прилетел, волшебный соловей,
Из стран счастливейших Германии своей,
Где долго средь похвал в отчизне вдохновенья
Твои воздушные носились песнопенья.
Едва на Севере раздался голос твой,
Как трели звучныя весенния певицы, -
И с нетепением две славные столицы
Спешат хваленья длань излить пред тобой,
Приветствуя тебя с восторгом благородным.
О Зонтаг! Не одним талантом превосходным,
Сей музыкой души, пленять умеешь ты:
И прелестью очей и силой красоты,
Сирена дивная, ты нас очаровала;
Все совершенства вдруг в тебе природа-мать
Рукою щедрою волшебно сочетала.
Когда ж престанем мы тебе рукоплескать,
Когда престанешь ты гармонией небесной
Наш дух переносить в какой-то мир чудесной
И миловидностью лазоревых очей,
Как небом лучших стран, пленять наш Север хладный, -
Мы будем дорожить и памятью твоей,
Как сладостной мечтой, как мыслию отрадной.

Е. А. Боратынский


Зонтаг действительно обладала голосом редкой пластичности и колоратурной виртуозности. Она покоряла современников как в операх, так и на концертных выступлениях. Соотечественники певицы не зря называли ее «немецким соловьем».
Быть может, поэтому ее особое внимание и во время московских гастролей привлек известный романс Алябьева. Об этом подробно рассказывает в своей интересной книге «Страницы жизни А.А. Алябьева» музыковед Б. Штейнпресс. «Ей очень полюбилась русская песнь Алябьева «Соловей», — писал своему брату московский директор А.Я. Булгаков и приводил слова певицы «Ваша прелестная дочь на днях пела мне ее, и она мне очень понравилась; надо аранжировать куплеты в виде вариаций, эта ария очень любима здесь, и я хотела бы ее петь». Все очень одобрили ее мысль, и... решено, что она будет петь... «Соловья». Она тут же сочинила одну вариацию прекрасную, и я осмелился ей аккомпанировать; она никак не верит, что я не знаю ни одной ноты. Все стали разъезжаться, я остался у нее почти до четырех часов, она еще раз повторяла слова и музыку «Соловья», очень вникнув в эту музыку, и, верно, всех восхитит».
Так оно и случилось 28 июля 1831 года, когда артистка исполнила романс Алябьева на балу, устроенном в ее честь московским генерал-губернатором. Восторги восторгами, а все же в великосветских кругах к профессиональной певице не могли не относиться свысока. Об этом можно судить по одной фразе из пушкинского письма. Выговаривая жене за посещение одного из балов, поэт писал «Я не хочу, чтобы жена моя ездила туда, где хозяин позволяет себе невнимание и неуважение. Ты не m-lle Sontag, которую зовут на вечер, а потом на нее и не смотрят».
В начале 30- х годов Зонтаг оставила оперную сцену, однако продолжала выступать в концертах. В 1838 году судьба вновь привела ее Петербург. На протяжении шести лет ее муж, граф Росси, был здесь посланником Сардинии.
В 1848 году материальные затруднения заставили Зонтаг вернуться в оперный театр. Несмотря на длительный перерыв, последовали ее новые триумфы в Лондоне, Брюсселе, Париже, Берлине, а потом и за океаном. Последний pаз ее слушали в мексиканской столице. Там она скоропостижно скончалась 17 июня 1854 года.