Второго мая 1823 года братья Брюлловы прибыли в Рим.Работа Брюллова в Риме началась с изучения ватиканских фресок Рафаэля и античной скульптуры. Неизгладимое впечатление произвело на него общение с подлинниками. Он признавался, что его прежнее представление о памятниках античности и Возрождения было искаженным, так как основывалось на изучении слепков и эстампов. В своей римской мастерской он поместил слепки, напоминавшие ему о классических произведениях древности:
Аполлона Бельвсдерского,

снят с мраморной копии бронзового оригинала работы Леохара IV века до н.э. (Рим, Ватикан)

Венеру Медицейскую,

Рисунок со старинного оригинала
Меркурия Ватиканского,

(К сожалению, ничего другого, кроме этоё статуэтки 17 века из Архангельского, не нашла. Кто может, дополните в комментариях)
Бельведерский торс

мраморная сидящая статуя в Ватикане; имеет подпись Аполлония Афинского (сер. 1 в. до н. э.). Была открыта в 16 в.
и фрагменты фигур Аякса и Геркулеса.
Одной из обязанностей русских пенсионеров, направленных в Италию, было копирование старых мастеров, чему Академия придавала большое значение. Лучшие копии, сделанные в Италии пенсионерами, служили образцом для ее воспитанников.
Не сразу решился Брюллов приступить к копированию. Он доказывал Обществу что созданием одной «строгой картины» можно принести больше пользы, нежели несколькими копиями, требующими затраты большого времени. Но был вынужден подчиниться установившимся академическим традициям, оставив все же за собой право личного выбора. Долго колебался Брюллов, не зная, на каком произведении Рафаэля остановить свое внимание.
Первоначально Брюллов решил копировать «Мадонну Фолиньо», находившуюся в Ватикане.

Но затем изменил свое решение, предпочтя ей «Афинскую школу».

Здесь"Афинская школа в большом разрешении.
http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/c3/Raphael_School_of_Athens.jpg
Его привлекало в фреске Рафаэля величие идеи, воплощенной в монументальном полотне, сложность многофигурной композиции, разнообразие человеческих характеристик. В копировании произведения Рафаэля он увидел возможность постигнуть мастерство построения картины, включающей наряду с образами людей мотивы пейзажа, архитектуры и скульптуры.
В своей копии Брюллов добился необыкновенной схожести, передавая не только особенности замечательного рисунка Рафаэля, но соблюдая и тона потемневшего от времени колорита.
Чтобы достигнуть тождества с оригиналом, художник использовал особый прием. Он заключался в том, что Брюллов применил более светлую палитру, рассчитывая на то, что краски со временем «пожухнут». Высокие достоинства брюлловской копии признал Стендаль, отметив ее в своей книге «Путешествие по Риму». "Мы сразу схватили все оттенки лиц на этой картине, благодаря копии одного русского художника.. блестящие краски этой копии были для нас как бы прекрасным комментарием, с которым мы полностью поняли текст старого мастера».

Копия фрески Рафаэля "Афинская школа" исполненная К.П. Брюлловым дала название Рафаэлевскому залу в музее Академии художеств, где и находится работа Брюллова
Копирование шедевров было для Брюллова школой мастерства. И так было всю жизнь. В 1835году, будучи автором "Помпеи, он приступает к копированию "Св. Цецилии" Рафаэля.