«С середины девятнадцатого века кубинская популярная музыка стала играть важную роль в развитии западной городской культуры. Кубинский танец повлиял на все: от хабанер, которые танцевали в салонах Нью-Йорка в шестидесятых, до конг, румб, ча-ча-ча, son-montuno и «молоденьких» мамбо.

«Большая часть кубинской культуры, в том числе и кубинские ритмы – производная от того, что Фернандо Ортиз окрестил «кубинским контрапунктом»: сочетания иберийских и африканских компонентов. Один из лучших примеров этому – son-montuno. В зависимости от конкретного региона Кубы доминантное влияние на музыку и общественную деятельность могло быть либо испанским, либо западно/центральноафриканским. В регионах, где выращивался табак, многие фермеры были из Испании или с Канарских островов. А там, где выращивался сахарный тростник, рабочие в основном были рабами, которых привезли из Западной и Центральной Африки в середине девятнадцатого века.

Рабы, завезенные на Кубу, организовывали «cabildos» (религиозные братства) и уберегали в них религиозные и мирские танцы народов Yoruba, Fon, Ejagham и Kongo-Angola от исчезновения.
В религиях Yoruba и Fon поклонялись многим богам и вызывали их, исполняя различные танцы, которые захватывали танцующих так, что боги словно «танцевали в их головах».
Люди Ejagham формировали тайные общества, абакуа, члены которых танцевали на секретных ритуалах или в карнавальных парадах. Они носили маски, i’remes, (или «diablitos», что по-испански означает «маленький дьявол»), изображающие потомственные образы. На кубинскую культуру сильно повлияли конго-ангольцы с их неритуальными празднествами, congueri’as, на которых танцевались makuta и yuka.

Yuka, напоминающая современную румбу, состоит из ronquido и campanero. Ronquido — это серии боковых степов, campanero – это восьмерка. Танцоры также исполняют военный ритуальный танец Конго, mani’, похожий на бразильские капоэйру и congueri’as. Yambu’, guaguanco’ и сolumbia — это подражательные танцы, формирующие «рубму» и относящиеся к ранним танцевальным формам Конго.

Yambu’ — это танец в медленном темпе, часто ассоциирующийся с пожилыми людьми; он имитирует их движения и затруднения при выполнении повседневных дел.

Guaguanco’, современная версия румбы, включает в себя vacunao, движение тазом, и состоит из двух частей:
В первой происходит имитация погони мужчины за женщиной, они танцуют раздельно;
Во второй, vacunao, движения символизируют победу мужчины.
Хотя vacunao похож на европейский парный танец zapateo и на umbigada, другой выпад бедрами в ранних ангольских танцах, повлиявших на самбу, он, несомненно, относится к семейству танцевальных стилей Конго.

Columbia, родившийся в сельской местности, представляет собой мужской сольный танец, состоящий из акробатических и имитационных элементов, которые делают его самым сложным из всех видов румб. Танцор может подражать игроку в мяч, велосипедисту, сборщику сахарного тростника, калеке или исполнять степы Abakua’n ireme’. Танцор и главный барабанщик соперничают друг с другом на протяжении всего танца.

А вот Comparsas — это общее название для массовых танцев уличной румбы. Соседи образовывают comparsa и выступают на карнавалах и других событиях. Танец напоминает бразильскую самбу и основывается на драматических или аллегорических схемах.

Conga — это упрощенная форма румбы, ставшая популярной в США в конце тридцатых годов. «Два главнейших танца Кубы, danzo’n и son-montuno, вышли из совершенно разных общественных сред. Во время передвижения с восточной Кубы на западную, с иберийских мест в афро-кубинские, оба танца разительно изменились». Данцон, потомок французского контрданса, был завезен на Кубу французскими плантаторами, бежавшими с Гаити в конце 18 века, и к середине 19 века эволюционировал в несложный danza или хабанеру.

В конце семидесятых годов 19 века danza превратился в новый данцон, который теперь считают национальным танцем Кубы. Чуть ли не до начала тридцатых годов 20 века данцон почти не выходил за пределы частных клубов и обществ высших классов. Затем в нем появилась более синкопированная финальная секция. И в 1938 году Антонио Аркано создал мамбо – новый ритм данцона, включающий в себя более свинговую, основанную на риффах секции, которую исполняли оркестры чаранги на флейте и скрипках. Вскоре негры и кубинцы из рабочего класса стали под эту музыку танцевать. Перез Прадо в Мексике и Мачито в Нью-Йорке популяризовали мамбо благодаря своим биг-бэндам. Из танца мамбо вырос ча-ча-ча, и, таким образом, ча-ча-ча также является потомком контрданса.

Son-montuno родился в Ориенте, кубинской провинции, как парный танец. В качестве аккомпаниаторов обычно выступали испанские гитаристы из народа и афро-кубинские перкуссионисты. В своем движении на запад, к Гаване, музыка и танцевальные стили развивались и обогащались ударными звуками, особенно в последней части montuno. Этот процесс в тридцатых годах 20 века стал повсеместным и получил ошибочное название румбы.

Испанские и африканские музыкальные элементы montuno формируют основы сегодняшней сальсы и городской танцевальной музыки в масштабе всего мира, в том числе основы музыки франкоговорящих регионов Западной и Центральной Африки и Карибского бассейна, Колумбии, Венесуэлы и Эквадора.