16.07.09 20:29 в История развития человеч | история - людовик xiv - франция

Иногда складывается впечатление, что именно этот человек сделал Францию Францией, такой, как мы ее знаем или представляем – с врожденной галантностью французов, элегантностью и неповторимым кокетством француженок, богатой культурой, изысканной кухней и т.д. Во всяком случае, ставшими визитной карточкой Франции собранием произведений искусства Лувра и Версалем мы обязаны действительно ему – Королю-Солнцу, Людовику XIV.

Людовик XIV

Эпоха его правления представляется беспрерывным праздником,
освещавшим вспышками фейерверков всю Европу. Но, к сожалению, чаще всего, когда
говорят об этом периоде истории Франции (если, конечно, об этом говорят не сами
французы), внимание акцентируется лишь на чрезмерной роскоши двора и непомерных
налогах, взымавшихся с простого люда. Будто за  это король Людовик мог бы удостоиться титула Великий! Значит, была в его правлении и другая сторона. Я постараюсь рассказать о Людовике XIV со всей объективностью, на которую способна, но заранее прошу прощения за некоторую пристрастность, которая может, несмотря на все мои усилия, обнаружится в моем рассказе.

Причину тех или иных поступков человека или источник тех или иных черт его характера чаще всего можно отыскать в его детстве. Августейшие особы не исключение и многое из того, что совершил Людовик XIV было порождено обстоятельствами ранних лет его жизни. Родившийся 5 сентября 1638 года Людовик был долгожданным наследником короля Людовика ХІІІ Бурбона и Анны Австрийской, происходившей из испанской ветви рода Габсбургов.

Долгое отсутствие детей у супругов было одной из причин охлаждения их отношений и оно же послужило благодатной почвой для возникновения множества слухов и сплетен уже после рождения наследника. Говаривали, что королева Анна родила сына вовсе не от своего державного супруга и в качестве отца мальчика называли разных людей  - от
небезызвестного герцога Бэкингема, до будущего первого министра Мазарини. Но
Людовик XIV слишком уж Бурбон, чтоб не быть сыном Людовика ХIII. Как бы то ни было, рождение дофина стало большой радостью для Франции и большим огорчением для претендентов на ее престол – всевозможным принцам из родов Конде, Валуа и Гизов. Кардиналу и первому министру герцогу Арману де Ришелье удавалось справляться с сильной знатью, но, к несчастью, он умер в 1642 году, и, как говорили, потянул за собой и короля Людовика ХIII, скончавшегося примерно через полгода. Дофину тогда
было всего пять лет.

Людовик XIV в детстве

Регентшей была назначена королева Анна, а первым министром стал хитрый и жадный итальянец Мазарини. Единственным желанием последнего было накопить как можно большее богатство и, при случае, породниться с королевским родом. Для выполнения этих
планов кардинал Мазарини использовал своих многочисленных племянниц, которых
выдавал замуж за принцев крови. Одну из них он прочил даже в жены юному королю.
Но это было немного позже. А пока король был всего лишь маленьким мальчиком, он
вообще не обращал на него внимания – насколько это было возможным, разумеется.
Министр совершенно не заботился об образовании своего монарха и всячески
экономил на его содержании. Так, маленький король спал на драных простынях,
имел минимум одежды и совершенно не имел собственных кареты и лошадей. И уж тем
более денег! Взрослея, он все больше ненавидел кардинала за эти бесчисленные
унижения, которые ему приходилось сносить будучи ребенком – ведь при таком
убогом содержании, Людовик все же осознавал себя королем и не раз
демонстрировал окружающим врожденную свою властность.

Джулио Мазарини

Кардинала ненавидел не только мальчик-король, но и большинство населения Франции. Им он виделся иностранцем, не питавшим к их стране ни малейшей привязанности, а посему бесстрастно разорявшим ее и гнобившим народ непосильным податями. Знать тоже была недовольна и плела заговор за заговором. Проблема для короля заключалась в том, что заговоры эти касались не только первого министра, но и самого монарха. В общем, началась война знати против короля и кардинала и короля против знати – Фронда. Король, впрочем, был всего лишь подростком и мало, если не сказать совсем не участвовал в управлении государством. Но он хорошо запомнил все, что ему пришлось тогда пережить. Двор вынужден был бежать (и не раз) из столицы, снова и снова менять убежища. Король, королева и немногочисленные сохранившие верность монархии придворные ютились в нетопленых комнатах случайных прибежищ, порой спали на соломе. Наверное, многим памятен эпизод из «Трех мушкетеров» Дюма, в котором народ, врывается во дворец, желая убедиться, что король не бежал из столицы и маленький Людовик претворяется спящим, а за пологом его кровати со шпагой наголо на страже стоит Д’Артаньян. Так оно и было. Король постоянно подвергался всяческим опасностям и унижениям, и все это накапливалось в глубинах его души и осталось там навсегда. 

Фронду удалось подавить, монархи и знать кое-как наладили относительный мир. Мальчик-король взрослел и вскоре обнаружил, что племянница ненавистного кардинала Мария Манчини очень хороша собой. Людовик и сам был недурен, и вскоре между молодыми людьми разгорелось чувство настолько серьезное, что молодой король был решительно настроен породниться с первым министром. Мазарини это было только на руку. Но личные его интересы были уж слишком тесно переплетены с интересами королевства, и вскоре он был вынужден отказаться от столь заманчивой перспективы.

Мария Манчини

Людовика поставили перед фактом: он должен жениться, но не на той, кого выбрало его сердце, а на той, кто принесет вместе с приданным немалую пользу государству. Ему предоставили выбор: Генриетта Английская, дочь злосчастного Карла І или Мария-Терезия Испанская – племянница его матери. Генриетту Людовик знал с детства: несчастная английская королева с детьми пользовалась приютом у  французских монархов после того, как ее супруг был казнен. В общем, царственные дети имели уже возможность познакомиться, и Генриетта ой как не понравилась Людовику. Нечего и говорить, что он, и так не расположенный жениться на ком-либо, кроме Марии Манчини, предусмотрительно  удаленной со двора, королевой и кардиналом, уж тем более не намерен был становиться мужем этой невзрачной и неуклюжей девчонки, какой он помнил Генриетту. Что он думал, вспоминая об этом через несколько лет, когда страстно влюбился в эту самую Генриетту, ставшую женой его младшего брата, герцога Орлеанского?!

Генриетта Английская, герцогиня Орлеанская

Но тогда он и видеть ее не желал. Да и обстоятельства сложились так, что теперь выгодней было женить короля на испанской инфанте. Мария-Терезия, которая, надо заметить, сама выбрала Людовика себе в мужья и упрямо настаивала на своем, невзирая на все неудовольствие ее отца, даже показалась Людовику красивой (несмотря на ее странный наряд и прическу, как он говорил свои друзьям), и он даже выразил некоторую уверенность в том, что сможет ее полюбить.

Мария-Терезия Испанская

Итак, свадьба состоялась. А вскоре после этого умер кардинал Мазарини. Людовику стоило больших усилий не выказывать радости по этому поводу. Говорят, умирающий кардинал дал монарху один совет: никогда не иметь первого министра. И, может быть, то был единственный совет кардинала, которого король послушался. 
После смерти Мазарини королева рассчитывала сохранить власть, но двадцатидвухлетний Людовик со свойственной ему решимостью заявил ей и окружающим: отныне «государство – это я». И никто не посмел возразить. Король лично занимался государственными делами, находившимися в полном расстройстве. К счастью, «по наследству» от Мазарини ему достался человек по имени Кольбер, вскоре ставший министром финансов и пользовавшийся большим доверием короля. Кольбер хорошо разбирался в своем деле и давал королю дельные советы. Король лично вникал во все трудности и изобретал способы их преодоления. Мало помалу экономика стала возрождаться, казна наполнялась деньгами – во многом за счет состояний проворовавшихся или подпавших под подозрение в заговорах министров и дворян.

Жан-Батист Кольбер

Лишенный в детстве элементарного достатка и уважения, Людовик стал окружать себя роскошью. Бал следовал за балом, двор расцветал. Король быстро показал всем, что он настоящий господин в своем государстве и мало кто смел не покориться ему. Бывшие фрондисты, никогда не оставлявшие своих намерений полностью, заволновались. Но Людовик проявил милосердие, или, скорее, большой дипломатический талант и «простил» всех, кто открыто покаялся и принес ему клятву в верности, как то  и полагалось. Он ничего не забыл, но интересы государства были для него на первом месте, а его враги могли принести ему пользу. Принц Конде, например, был великолепным полководцем, а Людовик вовсе не чужд был желания военной славы.