Георгий Сухно.

Хочу дополнить "Журавлиную" тему своей страничкой. В 1950-е гг. у нас, в городе С ***, также процветал «бизнес» самодельных пластинок из рентгеновской пленки. Известный ресторанный певец Аркадий Оборин записал на единственный тогда в городе магнитофон "Журавли" в сопровождении замечательного аккордеониста Александра Мошкарева. Запись эта была чрезвычайно популярна, ее копии на рентгеновских пластинках пользовались большим спросом. Есть такая пластинка и в нашей семье. С нее и возник у меня интерес к теме музыки русской эмиграции в памятный день 1966 года. (Я был уверен, что песня эмигрантская).
Эти "Журавли" продавцы выдавали и за Лещенко, и за Вертинского.
В 1946 г. А.Н.Вертинский гастролировал в нашем городе. На концерте в летнем эстрадном театре городского сада он получил записку с просьбой исполнить «Журавли». В ответ артист сказал: «Вот тут просят исполнить «Журавли». Но я эту песню никогда не пел, это изделие господина Лещенко». О случае рассказал мне мой друг, литературовед В.С., который был на том концерте.
С середины 1940-х гг. и почти до 1960 г. песня «Журавли» исполнялась в ресторанах нашего города.

Как же появилась эта песня?
Русский поэт Алексей Жемчужников в 1871 г. написал стихотворение «Осенние журавли».

ОСЕННИЕ ЖУРАВЛИ

Сквозь вечерний туман мне под небом стемневшим
Слышен крик журавлей всё ясней и ясней...
Сердце к ним понеслось, издалёка летевшим,
Из холодной страны, с обнаженных степей.
Вот уж близко летят и все громче рыдая,
Словно скорбную весть мне они принесли...
Из какого же вы неприветного края
Прилетели сюда на ночлег, журавли?..

Читать далее

Вера. Надежда. Любовь.
30 сентября – День Ангела

Зажгите свечу, в память о Вере Георгиевне. Она не отмечала день рождения, а только День Ангела. Вспомните ее рассказ, как в конце сентября 1942 года к ней домой приехал Петр Константинович и попросил совета. Он сказал:
«…Осталось несколько дней и тебе – 19 исполнится. Как отмечать будем?
- У меня первого ноября день рождения. Еще много времени. 
- Надо отмечать День ангела – День Веры, Надежды, Любови – 30 сентября.
Я тебе всегда верила. С тех пор 30 сентября свой день рождения отмечаю. Однажды анкету заполняла и написала эту дату. Пришлось переписывать. Кадровичка еще рассмеялась, мол, артистки обычно убавляют, а ты прибавила целый месяц.
Решили мы тогда собрать моих друзей по училищу, консерватории, соседей, конечно, и родственников. Ты с мамой и Людочкой все хлопоты на себя взвалили.
День 30 сентября был сказочный. Проснулась я от папиного голоса. Я так ясно слышала его: «Доча, будь счастливой!». Я подошла к окну, распахнула его. Больше года прошло, это была первая весточка от папы, пусть во сне. Я в том увидела добрый знак, рассказала маме. Лучше бы не делала этого, она расплакалась. Так горько, безутешно. В тот день она  хорошо держалась и пела, и они с тетей Лелей и соседями накрыли стол праздничный, но глаза у мамы грустные были.
Много лет прошло, много уже было пережито, когда она мне призналась, что и ей папа приснился. Он стоял на краю обрыва, а мама карабкалась по склону, пыталась дотянуться до него, но он не помог ей, отвернулся и ушел. Мама предчувствовала, что папа не простит мне моего счастья. Я же тогда подумала, что он меня благословляет.
Тебе все же удалось устроить праздник, несмотря на коррективы, войной внесенные. Накануне ты предупредил, чтобы мы тебя не ждали. Ты должен был подъехать позже. Собрались мои друзья и другие гости, кто-то проигрыватель включил. Слышу с балкона: - Верочка, кажется по твою душу посланец…
Я решила, что ты подъехал, выбежала на балкон. Внизу стояла машина, из которой рассыльный доставал корзины с белыми розами. Одна, две, три, четыре, пять…девятнадцать. Дверь машины захлопнулась, а парнишка в костюме рассыльного, подхватив две корзины, вошел в подъезд. Я пошла его встречать.
В каждой корзине была открытка с разными пожеланиями от тебя. Прости, нас рано разлучили, я только треть твоих пожеланий исполнила. Приехал ты. Всеобщий восторг, обо мне забыли. Тебе все внимание. Ты поешь полюбившуюся мне «Ты и эта гитара»:

О, серенада
Звенит и замирает.
В душе отрада,
Душа поет и тает.
Как и эта гитара –
Неразлучная пара.
Пусть никто не узнает, что на сердце ты одна.

Потом опускаешься перед мамой на колено и просишь моей руки. Мама благословляет нас. А вот и до меня дошла очередь, ты подошел ко мне со словами:
-  Что доча скажет? – достал из синей бархатной коробочки колечко с маленьким переливающимся бриллиантиком.
А доча? Доча молча руку протягивает. Ты надел мне колечко. Как будто я сама примеряла и подбирала, так оно подошло. Это было мое первое колечко. Оно так и осталось самым любимым».
Вера Георгиевна, мы вас помним и любим. Поиски правды о Петре Константиновиче и его могилы, начатые вами, продолжаем. Ваши души соединились, Ваша мечта исполнилась – ваши души соединились. Покоя и веры в нас, помнящих и любящих Петра и Веру.
Да сбудется желание Петра Константиновича:

- ТАК ХОЧЕТСЯ, ЧТОБЫ МИРОМ ПРАВИЛИ ВЕРА, НАДЕЖДА И ЛЮБОВЬ.

Этот маленький человек лично пытал Бабеля, Мейерхольда, Мерецкова, Смушкевича и еще сотни невиновных, часто — перед расстреломЧитать далее

Гарри ЛЮБАРСКИЙ (Чикаго)

ВИВАТ, КОРОЛЬ!

Долгие послевоенные годы Советская власть строго регламентировала буквально каждый шаг граждан первого в мире социалистического государства. Размер заработной платы и жилой площади, длина волос и ширина брюк, тематика художественных произведений и многие другие аспекты личной жизни, а также трудовой и общественной деятельности находились под постоянным контролем недремлющего ока различных инстанций и их многочисленных добровольных помощников. И горе было тому, кто без разрешения свыше, позволял себе хотя бы чуть-чуть отклониться от установленных правил и норм. Расплата была короткой и жестокой.Читать далее

ЂАх, эти черные глаза...ї

к  вопросу  об  авторстве

Николай Дмитриев

С возвратившимся интересом к ретро, вернулись в культурный обиход многие имена, когда-то искусно как бы забытые. Например, популярными снова стали песни А.Вертинского и П.Лещенко, К.Сокольского, Н.Плевицкой, снова выпускаются записи казачьего ансамбля Жарова, который когда-то гремел по всему миру.

Вернулось в музыкально-эстрадный мир и имя Оскара Давидовича Строка (1893-1975). Вернулось триумфально. ЂКороль тангої, Ђзаконодатель мод в области эстрадной музыкиї, Ђвеликий маэстрої - вот некоторые из титулов, на которые оказалось так щедры сегодняшние меломаны и публицисты.Читать далее

«Реабилитация» – наряду с «кулаками» и «спутником», «номенклатурой» и «застоем», «оттепелью» и «перестройкой» – одно из тех незабываемых слов, которыми Россия двадцатого века пополнила мировой политический словарь. Как перевести? Проще всего, пожалуй, так: попытка восстановить справедливость после десятилетий государственного террора, которому в ближайшей истории не много сыщется параллелей. Во всяком случае – по количеству умерщвленных и искалеченных. И – немаловажное уточнение: восстановить в меру имеющихся политических возможностей.

Когда в Петрограде грянула февральская революция 1917 года, разбушевавшаяся толпа подожгла Окружной суд и с ожесточением принялась громить департамент полиции. Охваченный восторгом «свободы» народ и не подозревал, что некоторым надо было во что бы то ни стало уничтожить архивы царской охранки, где хранились материалы о провокаторах и ее тайных сотрудниках в организациях революционеров. В числе этих взрывоопасных документов была и так называемая папка Виссарионова – вице-директора департамента полиции, вокруг которой до сих пор идут ожесточенные споры между историками. Именно в ней, как считают некоторые, хранились материалы на тайного осведомителя охранки Кобу Джугашвили, ставшего потом известным во всем мире под именем Иосиф Сталин.

Впервые упоминание об этой папке появилось в мировой печати в 1956 году (ранее об этом писали только небольшие русские эмигрантские издания). Американский журнал «Лайф» напечатал статью Александра Орлова под заголовком «Сенсационная тайна проклятия Сталина». В нем содержалась совершенно невероятная версия причины уничтожения им армейской элиты СССР в 1937 году, чем многие объясняли потом катастрофическое для нашей страны начало войны.Читать далее

Для Веры Георгиевны самым светлым праздником был день рождения Петра Константиновича. В этот день - 3 июля - она всегда зажигала свечу у его портрета, в вазу ставила белые розы. Ровно год назад в этот день все было как всегда: и свеча, и розы. Еще были телефонные звонки. Ее поздравляли с днем рождения мужа. А по "Народному радио" утром, в передаче "Памяти Петра Лещенко" прозвучали его песни.
Вера Георгиевна радовалась как ребенок, ведь больше века прошло, а помнят ее Петю, значит любят.
Сегодня Веры Георгиевны нет с нами, но мы помним этот день, и поздравляем всех поклонников Петра Лещенко с днем его рождения.
Два любящих сердца соединились, мы помним Вас, царство Вам небесное!

Ольга Петухова.

3 июля

Вера Лещенко о своем земляке,

композиторе Модесте Табачникове,

авторе песни "Мама":

"...Среди дорогих твоему сердцу афиш, фотографий, газетных вырезок, появившихся раньше меня в твоей жизни, почетное место занял клавир песни «Мама», подаренный мне Модестом Табачниковым. Когда я на нашей первой с тобой встрече спела «Маму» и похвасталась, что ее сочинил мой земляк, и услышала твое: «Знаю», то не решилась признаться тебе, что Модест подарил мне эту песню, что я знакома с ним. И вот в Бухаресте, в нашей новой квартире ты торжественно водружаешь в свой чемоданчик клавир «Мамы» с автографом Модеста: «Верочке, первой исполнительнице моей любимой песни. Очень хочу, чтобы «Мама» принесла тебе удачу. До новых встреч и новых песен, ваш Модест». Из всех моих нотных сборников, клавиров, в той суматохе сборов, связанных с нашим отъездом, ты именно этот выбрал и сохранил. Знал, как дорога мне песня «Мама» и все, что с ней связано. Я начала петь с оркестром в кинотеатре между сеансами. Репертуар был руководителем оркестра сформирован, но некоторые песни были от меня: я услышала по радио мелодию, слова запомнила, записала нотную строчку и предложила Житницкому. Но очень плохо помню песни те. Милые, но, для меня, проходные. Вот тогда я познакомилась с Табачниковым. Он был старше меня лет на десять, закончил дирижерское отделение, кажется «муздрамина», так одесситы называли музыкально-театральный институт. Модест руководил музыкальным отделом Одесской киностудии. Было начало 40-х. Вот тогда и подарил он мне песню «Мама». Работая в Москонцерте, я продолжала включать эту песню в свои программы, она была моим талисманом. Но мамочка моя с пониманием отнеслась к моему признанию, что теперь эту песню не ей, а тебе посвящаю. Как-то мне худрук сказал, что песня эта принадлежит Клавдии Шульженко, она ее поет. Я очень уважительно отношусь к Шульженко, многое в ее репертуаре мне нравится, но «Маму» я не слышала в ее исполнении, поэтому не могу давать оценок, а насчет прав своих я могла одно сказать худруку: «Спросите Табачникова, он в Москве давно работает, это нетрудно сделать». Жаль, что «охранная грамота» - клавир с автографом композитора остался в бухарестской опечатанной квартире. Больше вопросов на эту тему мне никто не задавал. Хотя какое-то время был страх, что и песню, которая нам с тобой так была дорога, которая со мной прошла лагеря и стала давно моей визитной карточкой, у меня отнимут. Я не виделась после 1940 года с Табачниковым, конечно, было опасение, что, узнав о моей злополучной 58 статье, он не признается даже, что был со мной знаком. К счастью, этого не произошло. А вот встреча была. В Москве, в Театре Эстрады. Сдавали новую программу «Невероятно, но факт», первый мюзикл, который подготовило Всесоюзное концертно-гастрольное объединение. В афишах было «красной строкой» три имени: Борис Сичкин, Евгений Кравинский и мое – Вера Лещенко. Я пела в программе с оркестром Михаила Липского и самостоятельно, аккомпанируя себе, то на аккордеоне, то на рояле. Спасибо тебе, мой дорогой человек, твоя школа помогала мне нашу с тобой мечту осуществить, московскую сцену завоевывать. На премьерном прогоне для творческой интеллигенции в Театре на Берсеневской набережной собрался весь московский бомонд. По окончании программы началось обсуждение увиденного и услышанного. Я была с другими артистами за кулисами, волновалась, как и все, вдруг услышала знакомый голос, к тому же выступающий заикался. Подумала: «Невероятно, но это Табачников». Подошла ближе, чтобы увидеть выступающего. Это был Модест: «О певице Лещенко могу сказать много хорошего, я ее помню еще Белоусовой, но главное в ней, чего не хватает другим певцам, она знает не только «до» и «ре», она не только певица, но и музыкант полноценный. Она знает, что она делает». Можно ли это, как комплимент принять, не мне судить, а вот, что Модест признал и вспомнил Веру Белоусову-Лещенко, было самым ценным для меня. Потом мы не раз встречались и Модест обещал написать для меня новые песни, но мне, честно, хотелось, чтобы «Мама» оставалась единственной".

Примечание Ольги Петуховой. Вера Георгиевна очень хотела, чтобы песню "Мама" включили в диск "Самое любимое", прилагаемый к книге. Не удалось. Издатели перестраховались и не решились включить песню без разрешения наследников Табачникова. Времена такие честные наступили, все по закону делаем. Когда сообщила об этом Вере Георгиевне, она улыбнулась и сказала: "Все говорят о моем плохом характере, а никто не боится тиражировать песни моего мужа. Не умею я свое отстаивать и уже не научусь". Она была права и возразить мне ей было нечего.

Материал представлен О. Петуховой

Журнал «Историческое наследие Крыма»
№1, 2003 год

РУССКИЙ ПЕВЕЦ ПЕТР ЛЕЩЕНКО –
офицер Румынской армии. Крым 1943-1944 годы.

Статья-исследование В. Гурковича о службе Петра Лещенко в румынской армии в период с 1943 по 1944 годы была опубликована в журнале «Историческое наследие Крыма» в 2003 году. Именно этот крымский период жизни сыграл роковую роль в судьбе Петра Лещенко. Основные выводы о службе Петра Лещенко в румынской армии, автор делает, анализируя публикации в газете «Голос Крыма», которая в годы войны использовалась, как пропагандистский рупор Германии.
Советский следователь, допрашивавший Петра Лещенко, делал особый акцент на публикации в газетах и журналах в 1943-1944 годах:
- ВОПРОС: Вы принимали участие в выпускавшихся оккупантами газетах и журналах?
- ОТВЕТ: Никаких моих корреспонденций, а также Белоусовой, в газетах не помещалось.
- ВОПРОС: Кто писал в газетах в отношении вас?
- ОТВЕТ: В газетах иногда помещались отзывы о наших выступлениях на концертах, но, кто их писал, мне неизвестно. Правда, в одну из газет, название которой не помню, по моей просьбе было помещено объявление о том, что такого-то числа в театре «Обозрение» состоится мой концерт с Белоусовой Верой. Никаких других корреспонденций я в редакции не посылал.
Доказательствами измены родине (парадокс: румыны обвиняют румынского подданного за службу в румынской армии) были заметки в газете и на радио. Статья интересная, но есть неточности в фамилиях и других фактах. Но одно пояснение, по просьбе Веры Георгиевны, сделаю. Автор пишет, что, по радио прозвучала с комментарием «впервые» песня – посвящение Белоусовой «Девонька». Следует, естественно, пояснение, что «Девонька» написана давно и возможно была посвящена Закит. Но, видимо корреспондент ошибся в названии. Не «Девонька», а «Веронька» (об этом посвящении есть воспоминания Веры Георгиевны на сайте).
Публикации в газете давались без подписи. Знал о них Петр Лещенко? Возможно. Но среди дорогих его сердцу вещей в заветном чемоданчике с вырезками из газет и фотографиями, этих заметок он не хранил.

Ольга Петухова.

Журналист. Москва.

Читать далее
 

Георгий СУХНО
ПОЛЬША

Слишком много белых пятен в биографии Лещенко

Первая статья о жизни и творчестве Петра Лещенко была для меня откровением. Копию заметки из "Молодёжной эстрады" прислал мне незнакомый студент из Майкопа Серёжа Калегин. Была это статья неизвестного автора, вероятно, 1998 года. Позже были редкие находки в радиопередачах Радио-1 и радио "Голос России" из цикличных программ ведущих Глеба Анатольевича Скороходова, Владимира Степановича Заики или Виктора Витальевича Татарского. Много усилий для популяризации имени Петра Лещенко в Польше приложила корреспондент "Маяка" на польском радио Людмила Ивановна Львова, организовав ряд передач на польском Радио-Бис в "Атласе русской песни." Читать далее

Антонов-Овсеенко: Никто из первых секретарей троек» не пережил кровавые 30-е годы

75 лет назад НКВД издал приказ, позволяющий сажать людей без суда и следствия

75 лет назад, 27 мая 1935 года назад руководство НКВД СССР издало приказ №00192 об организации «троек». Они были созданы по указанию И.В. Сталина. Приказ означал, что теперь сажать людей можно без суда и следствия, он открывал дорогу широкомасштабным репрессиям. «Тройки» могли принимать решения о ссылке, высылке из СССР и заключении в исправительно-трудовые лагеря на срок до пяти лет. Считается, что именно этот приказ стал началом широкомасштабных репрессий 30-х годов XX века.Читать далее

 Запись беседы.

 26.05.2010г

На ЭХО Москвы  "После  полуночи" Борис Алексеев беседовал  с Максимом Кравчинским.

Комментарий Ольги Петуховой.

Запоздалый сюрприз.
Вчера возвращалась из Питера, радио помогало ночь скоротать. И, о приятный сюрприз!? На ЭХО после полуночи Борис Алексеев беседовал с Максимом Кравчинским. Долгожданная передача. Вера Георгиевна очень ждала этой встречи. Еще в декабре прошлого года она планировалась. Не дождалась, не без горечи подумала я.
Спасибо, Максим! Вот только откройте тайну, кто такой Николай Николаевич. Вы упомянули его, как человека, без которого бы не было книги, который предоставил записи для диска «Самое любимое». Я точно знаю, что это записи из архива Веры Георгиевны, а дискографию Вере Георгиевне помогал составить Георгий Сухно. Это абсолютно достоверная информация и Вера Георгиевна в книге не раз благодарит Георгия за предоставленные материалы и за помощь в составлении дискографии. Хочу принести свои извинения Георгию, его помощь огромна. А что касается появления книги, то это заслуга только Веры Георгиевны. Низкий поклон ей! И, конечно, стоило вспомнить добрым словом руководство издательства ДЕКОМ – Гройсмана и Бабушкину.
И все же эта досадная неточность не испортила впечатления о передаче. Счастье было слышать Веру Лещенко в эфире, на ЭХО, куда ее при жизни не пускали. Записями Петра Лещенко нас все же изредка радовали. А еще… Удивительно… И вот еще…
Нет, не буду пока говорить о своих впечатлениях, послушайте сами, други мои, как любила говорить Вера Георгиевна. Послушайте и откликнитесь. Интересны ваши наблюдения. А вот и ссылка:
http://www.echo.msk.ru/programs/alekseev/

ПРИЯТНОГО ПРОСЛУШИВАНИЯ!
Да, спасибо и Борису Алексееву! Он был добр к Вере и Петру Лещенко. Такие передачи – светлая память этим замечательным людям. Спасибо, Борис Алексеев!

petrleschenco.ucoz.ru/forum/6-117-1#721