Моя кошатина прожила со мной 12 лет.
Причем попала ко мне вроде как против моего намерения : у друзей окотилась кошка, один из котят был слабенький ( задние лапы не работали, почему-то) и мать его не хотела кормить, я как раз была у них в гостях и, пожалев существо, стала подкладывать его насильно к мамкиным сиськам, сделала это всего раза три в этот день. Не знаю этот ли факт сыграл свою роль или просто желание выжить. Но через недели две котенок окреп и не просто стал на ноги, а носился по хате наравне со всей их компанией. А меня при встрече одарил персональным вниманием, что для кошек редкость.
Забрала.
Не скажу, что я хорошая хозяйка для животного. Не люблю, когда нарушают привычный распорядок жизни, требуют дополнительного внимания. Раздражает, что не доглядываешь за кем-то еще кроме себя. Но, назвалась груздем, пришлось соответствовать.
Год решали проблему туалета: живу на 4-м этаже, пришлось обустраивать это дело в квартире – тазик, газетки. Сначала выходили непонятки с обеих сторон, которые заканчивались выгребанием огромных куч дерьма из непредусмотренных для этого мест и выяснением отношений нетрадиционными методами с моей стороны. Потом я одумалась и последовала советам опытных кошатников, завела шикарный (по размерам) пластиковый тазик, который ставила в излюбленный места отправления ее естественных нужд, и, мало-помалу, он двигался к нашему аналогичному помещению. Короче, гадить мы стали неподалеку друг от друга, причем она все время старалась составить мне компанию.
Чтобы в мое отсутствие она не рожала котят в постель, опять же по совету друзей я ставила ей перевернутую вверх дном коробку с отверстием для пролаза сбоку, знакомила ее заранее с этим роддомом и, приходя с работы, обнаруживала внутри коробки уже копошащееся писклявое семейство.
Потом раздавать котят стало трудно и я регулярно носила ее в больничку на прививку от материнства. Нереализованную заботливость и ласку она адресовала мне. По утрам, заметив мое пробуждение, терлась своим носом о кончик моего. И, блаженно мурлыча, щурясь, созерцала мою физиономию. В моменты моих недомоганий безошибочно выбирала страдающие зоны моего тела, располагалась там и лечила, лечила…
Конечно, я знала, что когда-нибудь настанет день, когда я её потеряю. Но этот день казался далеким, и ничего не предвещало печали. И вдруг в три дня откуда ни возьмись тревожные симптомы неизлечимой болезни, страшный диагноз и совет врача помочь ей уйти без страданий… Когда я передавала её в руки врача, я знаю, что она почувствовала, для чего…
Наверное, надо было набраться мужества и быть с ней до самой последней минуты, а я струсила, предпочла этого не видеть.
Я чувствую это как потерю…никогда не думала… вернее всегда считала, что это всего лишь домашнее животное, не близкий человек… Утром, после пробуждения опять жду толчка холодного влажного носа и нежного хруста ее мурлыканья, трения мягкой спинки о ноги и деловитого шуршания в туалете. Тихо…
Звали её Санча.