А, может, правда, не спешить?
И мыслями не суетиться,
И бросить пить, и не грешить,
И даже вовремя побриться?
Не торопясь, открыть глаза:
А что там, в потолочных строчках?
Смотреть на спящую тебя,
Свернувшуюся клубочком.
Поправить медленной рукой
Замятый краешек простынный,
И еще теплою щекой
Прижаться к сонной и любимой.
...Продавлен телом полумрак;
Сырые спички - Черт! Затяжка...
- Что было сделано не так?
...Глоток. И бок горячей чашки.
И дым уносится в проем,
В границы форточных квадратов...
- Нет, мы неправильно живем
В своих бессмысленных утратах.
Давно не тикают часы,
Лишь электронное миганье...
Нет ничего. Есть только ты –
Награда или наказанье?
И узколобой жизни пасть –
Кусай, волчара, мне не страшно
Ни опоздать и ни упасть,
Ни сгинуть в темноте напрасно.
Наверно, стоит не спешить...
Но как же быть, когда ты рядом?
Вдруг, не успею долюбить,
Обнять, за что-нибудь простить?
И встретиться последним взглядом...
Это праздник. Розы в ванной.
Шумно, дымно, негде сесть.
Громогласный, долгожданный,
Драгоценный. Ровно шесть.
Вечер. Лето. Гости в сборе.
Золотая молодежь
Пьет и курит в коридоре,
Смех, приветствия, галдеж.
Только-только из-за школьной
Парты, вроде бы вчера,
Окунулся я в застольный
Гам с утра и до утра.
Пела долгая пластинка.
Балагурил балагур.
Сетунь, Тушино, Стромынка —
Хорошо, но чересчур.
Здесь, благодаренье Богу,
Я полжизни оттрубил.
Женщина сидит немного
Справа. Я ее любил.
Дело прошлое. Прогнозам
Верил я в иные дни.
Птицам, бабочкам, стрекозам
Эта музыка сродни.
Если напрочь не опиться
Водкой, шумом, табаком,
Слушать музыку и птицу
Можно выйти на балкон.
Ночь моя! Вишневым светом
Телефонный автомат
Озарил сирень. Об этом
Липы старые шумят.
Табаком пропахли розы,
Их из Грузии везли.
Обещали в полдень грозы,
Грозы за полночь пришли.
Ливень бьет напропалую,
Дальше катится стремглав.
Вымостили мостовую
Зеркалами без оправ.
И светает. Воздух зябко
Тронул занавесь. Ушла
Эта женщина. Хозяйка
Убирает со стола.
Спит тихоня, спит проказник —
Спать! С утра очередной
Праздник. Все на свете праздник —
Красный, черный, голубой.
Говорят, родится человек,
чтоб счастливым быть свой долгий век.
Я ж на свете прожила немало,
но пока со Счастьем не встречалась.
Может, тихо шла – не догнала
или мимо второпях прошла,
либо стежка в сторону вильнула.
Где-то я со Счастьем разминулась.
Говорят, что Счастье синей птицей
иногда над головой промчится,
будто надо только изловчиться,
выждать миг и… хвать за хвост жар-птицу.
Как я ни ждала, ни поджидала,
птицы счастья все ж не увидала.
То ль она не надо мной летала,
то ли я слаба глазами стала.
Говорят, не знают где-то горя,
будто Счастья там – бездонно море.
Я б пешком все земли обошла –
это б море где-нибудь нашла.
Ведра всклень бы Счастьем залила,
в дом на коромысле принесла.
Искупала б в Счастье всех своих,
из пригоршни облила б других.
Говорят, а может, просто врут,-
Счастье в гастрономе продают.
Не дают помногу в одни руки,
«на нос» отпускают по полштуки.
Где ж тот гастроном? Сыщу в ненастье –
лишь управлюсь чуточку с делами -
и займу там очередь за Счастьем.
Люди, кто последний? Я за вами.
Не трудно догадаться - ваша профессия это- Монахиня
Зов души, служение Свету, стремление постигнуть возможности Героев и передать их людям - это удел Монахини. Сказание о Сыне человеческом, благословленном Героями, появилось в Мире не так давно после великой битвы с монстрами. Говорят, что ушедшие Герои в сложные для Человечества времена посылают свое благословение людям, доколе не отличавшимся в боях и в творении. Так и родилось сказание о Сыне человеческом. Это был обычный ребенок из обычной семьи, в отличии от Великих, ставших почти равными Творцам древности, благодаря своему труду, силе и умениям. С детства он выбрал путь Ремесленника и шел по этому пути, практически не отличаясь от других юношей - столь же умелых. Однако однажды на город напали полчища доселе невиданной рати чудовищ. Осада длилась месяц и одну ночь и после этого срока поняли старейшины города, и могучие рыцари, что не победить им чудовищ, так как слишком неравные силы. Численность чудовищ превышала число воинов в сотни раз. Мужественно дрались воины и поддерживали огонь в харамах древних Героев и обращались они к ним со словами молитвы о помощи. Готовился город к неминуемой гибели. И вот в одну ночь юному ремесленнику приснился сон, что послали Герои ему силу и секрет специального состава для оружия, способныого уничтожить всех чудовищ сразу. На утро записал он вспомнил формулу из сна и обратился с нею к монахам храма Героев и старейшинам города. И поняли монахи, что юноша благословлен Героями на спасение отечаства. Без промедления был изготовлен данный состав - и о чудо, действительно благодаря нему удалось одолеть монстров. Город был спасен, а юный ремесленник воспет бардами и стал Великим. Монахи же с тех пор получили возможность благославлять воинов, а так же любое оружие для битв и придавать ему особую силу. Продолжение истории тут: http://semperium.ru
Родился в Москве в 1965г.
Закончил Московский художественно-промышленный институт им. С. Г. Строганова.
Член Московского Союза художников.
Глядя на полотна Дмитрия Анненкова, чувствуешь, насколько интересен окружающий мир художнику, с чувством изображающему каждый предмет, каждую самую мелкую вещицу, отражения предметов и людей на зеркальных поверхностях предметов, передающему едва уловимое присутствие человека, который только что читал письмо или завтракал, ребенка, игравшего в плюшевых медведей.
Когда день обрывал полутон на диезе…
И закат уходил по ступенькам крыш…
Он тогда приходил к Бирюзовой Принцессе,
Говорил – уже поздно, а ты всё не спишь…
Пока ночь забирала последние звуки,
Сонный город зевнув, постепенно затих…
Они тихо шептались, забыв о разлуке…
Пили кофе из чашки одной на двоих…
Шелест листьев и дождь… непоседливый ветер…
Полуявь, полусон, полутень, полусвет…
Они просто дарили друг другу секреты…
И искрились глаза, изменяя свой цвет…
И на крышах коты наблюдали за ними
Занавески окна - полутемный экран…
А на утро коты всё расскажут Богине,
Как струится их странный, неспешный роман…
Догорала свеча в недописанной пьесе…
И рассвет наступал на ступеньки крыш…
Он тогда говорил Бирюзовой Принцессе -
Я тобой полюбуюсь, пока ты спишь…