я приду, скажу еле слышно: «здравствуй!»
я приду, скажу тебе тихо: «хочешь?
хочешь, окна открою настежь,
хочешь, с тобой не усну этой ночью?

хочешь, будем летать над домами как птицы,
сумасшедшие птицы, которым всё неба мало,
хочешь, стану тебе еженощно сниться,
убаюкивать нежно, когда ты приходишь усталым?

хочешь, в руки твои упаду звездою,
освещу тебе путь и желанья любые исполню?
хочешь, двери тебе в свою душу открою,
и теплом своим до краев твое сердце наполню?»

я приду, скажу еле слышно: «милый!»
я приду, скажу еле слышно: «знаешь,
как тебя, никогда никого не любила!»
улыбнешься, ответишь: «ты мысли мои читаешь…»

Я могу тебя очень ждать Долго-долго и верно-верно... И ночами могу не спать Год и два, и всю жизнь наверно... Пусть листочки календаря Опадут как листва у сада.. Только знать бы, что всё не зря. Что тебе это вправду надо. Я могу за тобой идти По чащобам и перелазам, По пескам без дорог почти, Где и чёрт не бывал ни разу.. Всё пройду никого не коря, Одолею люьые тревоги... Только знать бы, что всё не зря..., Что потом не предашь в дороге. Я могу за тебя отдать Всё чио есть у меня и будет, Я могу за тебя принять Горечь злейших на свете судеб... Буду счастьем считать даря Целый мир тебе ежечасно.. Только знать бы, что всё не зря... Что люблю тебя не напрасно В гостях у природной

Vicente Romero Redondo родился в 1956 году в Мадриде.С раннего детства мечтал заниматься живописью.После школы начал учиться в школе искусств "Сан-Фернандо",самой престижной художественной школе в Испании.(Сальвадор Дали учился там с 1922 по 1926 года.) В течение первых лет учебы посвятил всё свое время скульптуре,пока не осознал,что только в живописи он может выразить все свои чувства.Школу искусств "Сан-Фернандо" окончил с отличием в 1982 году.
В конце восьмидесятых,Ромеро и его жена обосновались на побережье Коста Брава(именно в этих местах родился Дали)и с переездом начался новый этап в его творческой жизни.Красоты Средиземноморья,прекрасный ландшафт, дом с патио,где он жил, красота моделей - были идеальными условия для написания его картин,передача интимных ситуаций жизни стало лейтмотивом его творчества.
Сайт


Идиллия

Подставляйте ладони. Я насыплю Вам счастья. Есть источник бездонный В дождь, в грозу и ненастье. Я насыплю Вам счастья, Сколько Вы захотите. Это всё в Вашей власти. Ну берите, берите! Нет конца и начала. Нет границ поперечных. Только Вы, получая, Улыбнитесь сердечно. И скажите кому-то, Просто доброе слово. Не лукавствуя мудро, Это счастья основа. Не жалейте улыбок, Не жалейте участья. И средь бед и ошибок Вы получите счастье. Отдавать его будем Тем, кому пожелаем. И, даря счастье людям, Мы счастливыми станем!

"Я поняла -
Ты не хотел мне зла,
ты даже был предельно честен где-то,
ты просто оказался из числа
людей, не выходящих из бюджета.
Не обижайся,
Я ведь не в укор,
ты и такой мне бесконечно дорог.
Хорош ли, нет ли -
это сущий вздор.
Любить так уж любить -
без оговорок.
Я стала невеселая.
Прости.
Пуская тебя раскаяние не гложет.
Сама себя попробую спасти,
никто другой меня спасти не сможет.
Забудь меня.
Из памяти сотри.
Была - и нет, и крест поставь на этом.
А раны заживают изнутри.
А я еще поеду к морю летом.
Я буду слушать, как идет волна,
Как в грохот шум ее перерастает,
как, отступая, шелестит она,
как будто книгу верности листает.
Не помни лихом,
не сочти виной,
что я когда-то в жизнь твою вторгалась,
и не печалься -
все мое - со мной.
И не сочувствуй - я не торговалась."

Бессмертных чувств бессмертные признанья,
Далеких дней непрожитая боль,
Ты – вечность, ты – основа мирозданья,
Ты – ложь, ты – откровенье, ты – любовь.

И испокон веков тебя искали,
Бесстрашно души разбивая в кровь.
Тебя кляли, в сонетах воспевали,
И отрекались, и любили вновь.

С тобою на устах в боях сражались,
И предавали, на безумства шли.
Тобой клялись, тобою восхищались,
Тебя искали, ждали, берегли.

И жизнь твоя – сто тысяч чьих-то жизней,
Твое названье – тысячи имен,
Твои мечтанья – миллионы мыслей,
И век твой до сих пор не исчислен.

Не будь тебя, не знали бы мы нынче
Ни пушкинского горького «любил»,
Ни восхитившей Данте Беатриче,
И ад пройти бы не хватило сил.

И Блок не спел бы гимн Прекрасной даме,
Войска б на Трою греки не вели…
Бессмертных чувств бессмертные признанья
О странном, о великом – о любви.
Д.П.

Жизнь вернулась так же беспричинно,
Как когда-то странно прервалась.
Я на той же улице старинной,
Как тогда, в тот летний день и час.

Те же люди и заботы те же,
И пожар заката не остыл,
Как его тогда к стене Манежа
Вечер смерти наспех пригвоздил.

Женщины в дешевом затрапезе
Так же ночью топчут башмаки.
Их потом на кровельном железе
Так же распинают чердаки.

Вот одна походкою усталой
Медленно выходит на порог
И, поднявшись из полуподвала,
Переходит двор наискосок.

Я опять готовлю отговорки,
И опять все безразлично мне.
И соседка, обогнув задворки,
Оставляет нас наедине.

Не плачь, не морщь опухших губ,
Не собирай их в складки.
Разбередишь присохший струп
Весенней лихорадки.

Сними ладонь с моей груди,
Мы провода под током.
Друг к другу вновь того гляди,
Нас бросит ненароком.

Пройдут года, ты вступишь в брак,
Забудешь неустройства.
Быть женщиной — великий шаг,
Сводить с ума — геройство.

А я пред чудом женский рук,
Спины, и плеч, и шеи
И так с привязанностью слуг
Весь век благоговею.

Но как ни сковывает ночь
Меня кольцом тоскливым,
Сильней на свете тяга прочь
И манит страсть к разрывам.

Осыпались листья над Вашей могилой,
И пахнет зимой.
Послушайте, мертвый, послушайте, милый:
Вы всё-таки мой.

Смеетесь! — В блаженной крылатке дорожной!
Луна высока.
Мой — так несомненно и так непреложно,
Как эта рука.

Опять с узелком подойду утром рано
К больничным дверям.
Вы просто уехали в жаркие страны,
К великим морям.

Я Вас целовала! Я Вам колдовала!
Смеюсь над загробною тьмой!
Я смерти не верю! Я жду Вас с вокзала —
Домой!

Пусть листья осыпались, смыты и стерты
На траурных лентах слова.
И, если для целого мира Вы мертвы,
Я тоже мертва.

Я вижу, я чувствую, — чую Вас всюду,
— Что ленты от Ваших венков! —
Я Вас не забыла и Вас не забуду
Во веки веков!

Таких обещаний я знаю бесцельность,
Я знаю тщету.
— Письмо в бесконечность. — Письмо в беспредельность. —
Письмо в пустоту.

4 октября 1914
1915

Я не могу без тебя жить!
Мне и в дожди без тебя – сушь,
Мне и в жару без тебя – стыть.
Мне без тебя и Москва – глушь.

Мне без тебя каждый час – с год;
Если бы время мельчить, дробя!
Мне даже синий небесный свод
Кажется каменным без тебя.

Я ничего не хочу знать –
Бедность друзей, верность врагов,
Я ничего не хочу ждать.
Кроме твоих драгоценных шагов.

Мы любим и любви не ценим,
И жаждем оба новизны,
Но мы друг другу не изменим,
Мгновенной прихотью полны.

Порой, стремясь к свободе прежней,
Мы думаем, что цепь порвем,
Но каждый раз все безнадежней
Мы наше рабство сознаем.

И не хотим конца предвидеть,
И не умеем вместе жить, -
Ни всей душой возненавидеть,
Ни беспредельно полюбить.

О, эти вечные упреки!
О, эта хитрая вражда!
Тоскуя - оба одиноки,
Враждуя - близки навсегда.

В борьбе с тобой изнемогая
И все ж мучительно любя,
Я только чувствую, родная,
Что жизни нет, где нет тебя.

С каким коварством и обманом
Всю жизнь друг с другом спор ведем,
И каждый хочет быть тираном,
Никто не хочет быть рабом.

Меж тем, забыться не давая,
Она растет всегда, везде,
Как смерть, могучая, слепая
Любовь, подобная вражде.

Когда другой сойдет в могилу,
Тогда поймет один из нас
Любви безжалостную силу -
В тот страшный час, последний час!

источник

Из китайских легенд известно, что трон Будды сделан из нефрита, что на горе Куньлунь на берегу нефритового пруда растет Дерево бессмертия, небесного императора зовут Юйхуан – «Нефритовый Император».

Читать далее...

источник
Друзья уходят, словно корабли…
Гудок прощальный и дымок вдали.
До них не докричаться, не вернуть,
У них свой путь, у нас теперь свой путь.

Друзья уходят в вечность, в никуда,
Был человек, и не найти следа.
Куплет последний не успев допеть,
На белых крыльях в небо улететь.

Друзья уходят, как весною снег,
В ручьях бурлящих ускоряя бег.
О многом нам хотелось им сказать,
Придет черед, и сможем их догнать.

Друзья уходят не сказав «Прощай»,
Оставив на столе остывший чай...
Уже не важно, кто чего сказал…
И только волны бьются о причал.

Друзья уходят в вечность навсегда…
Сорвется с неба яркая звезда.
Светящийся оставит в сердце свет…
Друзья ушли, их с нами рядом нет.

Картины Geoffrey Tristram с кошками




КАРТИНЫ

Я вся - тона жемчужной акварели,
Я бледный стебель ландыша лесного,
Я легкость стройная обвисшей мягкой ели,
Я изморозь зари, мерцанье дна морского.

Там, где фиалки и бледное золото
Скованы в зори ударами молота,
В старых церквах, где полет тишины
Полон сухим ароматом сосны,-

Я жидкий блеск икон в дрожащих струйках дыма,
Я шелест старины, скользящей мимо,
Я струйки белые угаснувшей метели,
Я бледные тона жемчужной акварели

Максимилиан Волошин

Цветочный рай от Shirley Novak
Shirley Novak



FLOWERS

Американский художник Stephen Bergstrom
Сайт



ДАЛЕЕ

Сидоренко Жанна
В 1985 окончила художественную школу в Туапсе, в 1994 - Федоскинское художественное училище миниатюрной живописи, в 2003 - Кубанский государственный университет художественно-графический факультет. Постоянный участник краевых выставок. Работы находятся в частных коллекциях разных стран.
Сайт



Розы и перламутр

КРАСОТА