Приключения китайцев в России
Институт демографии Государственного университета Высшая школа экономики (ГУ-ВШЭ) опубликовал исследование «Жизнь в России глазами китайских мигрантов». Работа подробно описывает облик китайского гастарбайтера.
Число граждан Китая, приезжающих на работу в Россию, все последние годы неизменно увеличивается, поэтому актуальность исследования трудно переоценить. Уже в прошлом году, по данным Федеральной регистрационной службы РФ, наш Восточный сосед стал лидером по числу официально зарегистрированных трудовых мигрантов в Россию, обогнав по этому показателю Украину.
Впрочем, с начала 2000-х годов государство пытается взять в свои руки управление миграционными процессами, и с тех пор трудовая и экономическая активность китайцев в России систематически ограничивается. Так, очень жесткие ограничения действуют на Дальнем Востоке – в Амурской области, Хабаровском крае. С другой стороны, число китайских рабочих, занятых, скажем, в строительной отрасли, по всей стране растет. А в ряде российских регионов, и не только на Дальнем Востоке, в аренду китайцам сдаются сельскохозяйственные земли, хотя к этому способу привлечения иностранной рабочей силы в российскую экономику российские власти относятся наиболее осторожно.
Китайский гастарбайтер: кто он?
Работа социологов ГУ-ВШЭ несколько приоткрывает завесу тайны, которая традиционно окутывает жизнь китайских общин в нашей стране. Перед читателем постепенно вырисовывается подробный портрет китайского трудового мигранта. Даются ответы на вопросы: что в первую очередь привлекает его в России и что отталкивает, насколько он удовлетворен своей жизнью в нашей стране – заработками, отношениями с властями и местным населением, бытовыми условиями, как оценивает перспективы своей работы в России, каковы его планы на будущее.
Не секрет, что среди гастрабайтеров в России, как и во всем мире, существует своеобразное разделение труда. Таджики обычно заняты на стройках и в уборке улиц. Азербайджанцы до недавнего времени преобладали на продовольственных рынках. Есть своя ниша и у китайцев. По официальным данным, около двух третей из них работают в сфере торговли. Правда, специализируются они не по продовольствию, а по товарам народного потребления. Кроме того, китайцы в России часто заняты в ресторанном бизнесе, а также в производстве контрафактной продукции.
Одна из основных специализаций китайцев в России – торговля товарами народного потребления
Одна из основных специализаций китайцев в России – торговля товарами народного потребления
Исследователи из ГУ-ВШЭ подтверждают эту информацию, отмечая вместе с тем, что характерная для многих китайских диаспор за рубежом структура, отличающаяся тесными неформальными связями, в России пока не сложилась. Дело в том, что конкуренция с российскими работниками не очень высока, да и сама история пребывания китайских трудовых мигрантов в нашей стране еще не продолжительна. Вместе с тем, социологи говорят о достаточно высоком уровне взаимного доверия между китайцами в России, что позволяет им решать многие проблемы на неформальном уровне.
Большинство работающих в России выходцев из КНР не имеет высшего образования, которое характерно лишь для пятой части мигрантов. У себя на родине они, как правило, жили небогато, что, собственно, и заставило их искать заработок на чужбине. Впрочем, и в России мало кто имеет высокий доход, тем более что существенная его часть отсылается или увозится в Китай, да и в России приходится тратить не только на еду и одежду, но и на оплату жилья, дачу взяток и т.п.
По данным исследования, для китайских трудовых мигрантов в нашей стране характерна высокая «текучка»: лишь треть из них живет здесь более пяти лет. Отсюда слабое владение русским языком: почти половина признает, что плохо говорит и понимает по-русски.
Это обстоятельство имеет по-меньшей мере два следствия, которые в исследовании не отражены или отражены слабо. Во-первых, живя в иноязычной среде и не умея ее понять, китайские мигранты чуть ли не физически подталкиваются к коллективному существованию. Известно, например, что строительные рабочие из Китая не только работают бригадами, но и живут ими. Те же, кто все-таки способен сносно изъясняться по-русски, часто становятся лидерами таких групп, поддерживая от их имени отношения с внешним миром (работодателями, администрацией и т.п.).
Во-вторых, вызванная языковым фактором изолированность китайских мигрантов от тех, кто их окружает, только усиливает и без того гигантскую культурную дистанцию между выходцами из Поднебесной и всеми прочими. Китайский народ создал уникальную, ни на что не похожую цивилизацию, с совершенно самобытными языком, письменностью, философией, религией, государственностью. В этом его величие, но и в этом же – источник многих трудностей. Характерно, что китайцы почти не ассимилируются в иноэтническом окружении и предпочитают жить обособленно, компактно, создавая чайнатауны и отдельные поселения. Подмечено, например, что в России браки между китайцами и русскими регистрируются крайне редко.
В этой связи не удивительно, что со стороны россиян китайцы, как правило, встречают не очень доброжелательное отношение. Даже отношение властей к ним более позитивно, из чего социологи ГУ-ВШЭ делают вывод, что встречающаяся порой неприязнь чиновников к иммигрантам опирается, скорее, на ксенофобию масс, чем на ведомственные или коррупционные интересы (при том что именно коррупцию и незаконные денежные поборы китайские мигранты называют одной из основных трудностей, с которыми им приходится сталкиваться в России).
Заговорив о потенциальных и реальных конфликтах китайской диаспоры с российским населением, мы не можем не упомянуть два, пожалуй, наиболее ключевых вопроса, связанных с трудовой миграцией из Китая, которые в исследовании упоминаются вскользь и, пожалуй, трактуются слишком уж однозначно. Это, во-первых, вопрос реальной или мнимой угрозы китайской демографической экспансии на Дальнем Востоке России. И во-вторых, более общий вопрос о необходимости или ненужности трудовой миграции для российской экономики.
Свято место пусто не бывает
С точки зрения авторов исследования, как таковой демографической экспансии Китая на российском Дальнем Востоке в настоящее время не существует, поскольку, по их сведениям, общая численность китайцев в России не превышает 500 тысяч человек (точных статистических данных на этот счет не существует). С другой стороны, отсутствие экспансии сейчас не снимает вопроса об угрозе ее возникновения в будущем.
По объемам иммиграции Россия занимает второе место в мире после США
По объемам иммиграции Россия занимает второе место в мире после США
По здравом размышлении приходится признать, что такая угроза существует. Действительно, российский Дальний Восток – регион со стремительно сокращающимся населением. Росстат утверждает, что еще в 1990 году здесь проживало 8 млн человек, а к 2008 осталось лишь 6,5 млн. Покинули свои дома преимущественно люди трудоспособного возраста, т.е. для китайцев, привлекаемых, главным образом, экономическими соображениями, ниша оказывается еще шире. Хотя за последние несколько лет падение численности населения Дальнего Востока замедлилось, оно не остановилось совсем. А вот население КНР продолжает расти и к 2025 году, по прогнозам ООН, достигнет 1,5 млрд человек.
Те, кто считает, что демографической угрозы со стороны Китая нет, обычно говорят, что хотя средняя плотность населения в этой стране высока (примерно 130 человек на 1 кв. км.), в приграничных с Россией территориях она сравнима с плотностью населения по ту сторону рубежа. Но даже с учетом этого разница впечатляет: на китайском берегу Амура проживает в среднем 20 человек на 1 кв. км., а на российском – 2,5. Впрочем, ведь ничто не мешает огромной массе людей из плотно заселенных срединных провинций Китая хлынуть на оснобождающиеся земли, если тому будут способствовать обстоятельства. А они становятся все благоприятнее: при огромных расстояниях до Центральной России все более ухудшающаяся транспортная инфраструктура усиливает изоляцию отечественного Дальнего Востока.
Кстати, наряду с демографической экспансией определенную проблему представляет и бизнес-экспансия Китая в российскую экономику. Пока масштабы проникновения достаточно скромны, но предпосылки для увеличения есть. Экономика Дальнего Востока уже в значительной степени зависит от китайских производителей. Более 50% торговли продовольствием здесь приходится на китайские продукты. Китайского происхождения также большая часть продаваемых здесь электротоваров, стройматериалов, обуви, одежды, мебели.
Какая трудовая миграция нам нужна?
Социологи из ГУ-ВШЭ признают, что в такой своеобразной сфере, как трудовая миграция, всецело полагаться на регулирующие механизмы рынка нельзя, и государственное управление этими процессами необходимо. Однако сама потребность российской экономики в притоке рабочей силы из-за рубежа не вызывает у них сомнений. Между тем, этот вопрос также принадлежит к категории дискуссионных.
Точка зрения, согласно которой приток трудовых мигрантов нужен России для восполнения дефицита собственных трудовых ресурсов, распространена достаточно широко. Для ее обоснования часто ссылаются на то, что существуют сферы деятельности, не слишком привлекательные для коренных россиян. Тенденции последних лет, казалось бы, подтверждают это мнение. По данным статистики, с начала 2000-х годов в условиях экономического роста значительно сократилась доля россиян, занятых в промышленности, строительстве и на транспорте, и, наоборот, возросла доля тех, кто работает в сфере услуг и торговле. Очевидно, что привыкший к чистому и необременительному труду «офисный пролетариат» едва ли склонен менять эту ситуацию.
Однако экономический кризис, казалось бы недавно коснувшийся россиян, сделал это очень чуствительно, а значит, многие «белые воротнички» в скором будущем существенно «посинеют». Да и в этическом плане справедливость распределения «лучших» и «худших» профессий по национальному признаку, мягко говоря, сомнительна.
С другой стороны, приток дешевой рабочей силы из-за рубежа никак не способствует увеличению производительности труда в стране. Экстенсивный путь в очередной раз идет на смену интенсивному. А между тем, известно, что именно стремление к повышению производительности труда – надежнейший стимул технологического роста. В отсутствие этого никакой переход на новый технологический уровень невозможен. В свою очередь, трудовая миграция поставляет на отечественный рынок преимущественно неквалифицированный труд, что уже само по себе снижает уровень технологического оснащения экономики.
Вообще говоря, опора на дешевые трудовые ресурсы сродни наркотику: вызывает привыкание и ведет к деградации. Пожалуй, бывает, когда прибегнуть к сильнодействующему средству необходимо. И в российской истории такое случалось – например, в ходе индустриализации первой половины 20 века, когда в качестве резерва рабочей силы активно использовалось крестьянство. Но сейчас ничего похожего на мобилизационную экономику не наблюдается. В то же время, по мнению ряда аналитиков, сельское население России, составляющее сейчас 27% от всех россиян, продолжает служить источником дешевой рабочей силы и в ближайшие десятилетия продолжит перемещение в города. В этом смысле внутренние трудовые миграции образуют альтернативу международным.
Текст: Юрий Медведев // 5-tv.ru
http://www.5-tv.ru/news/story/details.php?newsId=14716