Михаил Лермонтов


Я не унижусь пред тобою;
Ни твой привет, ни твой укор
Не властны над моей душою.
Знай: мы чужие с этих пор.
Ты позабыла: я свободы
Для заблужденья не отдам,
И так пожертвовал я годы
Твоей улыбке и глазам,
И так я слишком долго видел
В тебе надежду юных дней,
И целый мир возненавидел,
Чтобы тебя любить сильней.
Как знать, быть может, те мгновенья,
Что протекли у ног твоих,
Я отнимал у вдохновенья!
А чем ты заменила их?
Быть может, мыслию небесной
И силой духа убежден,
Я дал бы миру дар чудесный,
А мне за то бессмертье он?
Зачем так нежно обещала
Ты заменить его венец,
Зачем ты не была сначала,
Какою стала наконец!
Я горд!.. прости! люби другого,
Мечтай любовь найти в другом;
Чего б то ни было земного
Я не сделаюсь рабом.
К чужим горам под небо юга
Я удалюся, может быть;
Но слишком знаем мы друг друга,
Чтобы друг друга позабыть.
Отныне стану наслаждаться
И в страсти стану клясться всем;
Со всеми буду я смеяться,
А плакать не хочу ни с кем;
Начну обманывать безбожно,
Чтоб не любить, как я любил;
Иль женщин уважать возможно,
Когда мне ангел изменил?
Я был готов на смерть и муку
И целый мир на битву звать,
Чтобы твою младую руку —
Безумец! — лишний раз пожать!
Не знав коварную измену,
Тебе я душу отдавал;
Такой души ты знала ль цену?
Ты знала — я тебя не знал!

Михаил Лермонтов




Измученный тоскою и недугом
И угасая в полном цвете лет,
Проститься я с тобой желал как с другом,
Но хладен был прощальный твой привет;
Но ты не веришь мне, ты притворилась,
Что в шутку приняла слова мои;
Моим слезам смеяться ты решилась,
Чтоб с сожаленьем не явить любви;
Скажи мне, для чего такое мщенье?
Я виноват, другую мог хвалить,
Но разве я не требовал прощенья
У ног твоих но разве я любить
Тебя переставал, когда толпою
Безумцев молодых окружена,
Горда одной своею красотою,
Ты привлекала взоры их одна?
Я издали смотрел, почти желая,
Чтоб для других очей твой блеск исчез;
Ты для меня была, как счастье рая
Для демона, изгнанника небес.

Сохраняйте близость на всех уровнях
Настоящая любовь не уходит насовсем. Она как солнце – то уходит, то снова возвращается. Точнее, переходит в новое качество.

Необходимо помогать ей вернуться, все время подкидывать дровишки в огонь любви: прощать, самому идти навстречу любимому человеку, несмотря ни на что. Стараться не давать дистанции между вами увеличиваться. Как только заметите даже маленький холодок, сразу старайтесь идти навстречу, согревать ваши чувства. Самому искать примирения, не рассуждая о том, кто виноват.

Нужно сохранять близость на всех уровнях – на физическом, на душевном и на духовном. На физическом – важно поддерживать тактильные контакты. В состоянии обиды человек внутренне очень напряжен. Это напряжение можно снять простым поглаживанием. Вы подошли и сказали: «Солнышко» - и ласковым словом, вербальным контактом сняли часть напряжения. Особенно сильным оружием против нашей самости являются три «волшебных» слова – «прости», «пожалуйста» и «благодарю». Если это еще подкреплено прикосновением – отчуждение снято.

Однажды в электричке я обратила внимание на то, как женщина общалась со своим сынишкой. Она в нем видела личность и говорила с ним как со взрослым. Он, как всякий ребенок, задавал ей кучу вопросов, а она ему отвечала: «Прости, сыночек, ты видишь, вагон стучит, я ничего не слышу». Или: «Сынок, вставай, пожалуйста, мы сейчас выходим». Встреча была непродолжительной, всего две остановки, но за это время так проявилась культура общения! К сожалению, чаще у нас бывает по-другому.

Третий, духовный уровень отношений – это молитва. Когда в нас клокочут эмоции против другого человека, мы, прежде всего, должны победить зло в себе, и здесь нам помогает молитва.

Самый главный вопрос - что порождает этот холод? То, что мы не умеем высказывать свои чувства. У нас нет культуры общения. Если тебе самому что-то не понравилось в другом, не бойся это высказывать, не копи в себе неприязнь.

Верности нет без доверия. В одном из европейских языков, кажется, в норвежском, «верный» и «сильный» обозначаются одним словом. Доверие друг к другу делает нас сильными и смелыми. Мы не должны бояться сказать друг другу с доверием: «Ты знаешь, мне очень неприятно оттого, что ты по отношению ко мне так поступил». Нужно уметь деликатно сказать: «Мне больно!» Ведь очень часто другой человек просто не подозревает, что нам больно. И когда мы говорим это, включается механизм сочувствия, и человек идет нам навстречу. Он думал, что ты сильный и можно нагружать на тебя еще и еще; а тут начинает понимать, что ты слабый, и учится думать о твоих чувствах. А ты убеждаешься в том, что ему можно доверять: ты скажешь о своих чувствах – он поверит и прислушается.

Вместо этого чаще всего мы раздражаемся в подобной ситуации: «Ты такой, сякой!», потому, что не доверяем человеку, не надеемся на понимание. Или терпим, копим в себе, ждем, когда плотина прорвется взрывом негатива.

Вообще мы чаще говорим о том, что мы думаем, чем о том, что мы чувствуем. И это порождает отдаленность, отстраненность друг от друга. А между самыми близкими людьми должно быть такое доверие, чтобы мы не боялись говорить о своих чувствах. При этом близкие люди делаются ближе. Когда вы делитесь сокровенным, вы становитесь родными. Вы начинаете понимать другу друга, столкновения возникают всё реже и реже. Вы становитесь сильнее, вы вместе растёте.

Я тоже не сразу научилась этому. Однажды вычитала у какого-то преподобного, что нужно при каждой обиде говорить «прости». И когда мне было неприятно, обидно, я без конца, как попугай, повторяла: «Прости!», «Прости!» А сейчас я могу сказать, что мне не понравилось. А как же! Это же близкие мои! И точно так же я могу выдержать какой-то эмоциональный всплеск с их стороны, они тоже знают, что я их пойму. Я понимаю, что их эмоция вызвана не отношением ко мне, а что-то у них, может быть, болит, что-то тревожит, что-то не сложилось на работе, в отношениях с кем-то. Они знают, что мне можно сказать все, абсолютно! И даже, извините меня, может быть, кого-то обругать. Раньше я могла как-то морализаторствовать в этой ситуации, сказать: «Как ты можешь так говорить, это нехорошо!» И разговор не складывался. А сейчас я понимаю, что ему нужно просто выплеснуть то, что на душе. К кому еще ему идти с этим?

Это относится не только к супругу, но и к детям. Если мы не будем сочувственно выслушивать их, они будут высказывать свои чувства кому-то другому. Если ты все-таки хочешь сказать, что человек в чем-то не прав, лучше скажи потом – и тогда это возымеет большее действие. Если ты достиг с людьми понимания, тогда они тоже будут тебя понимать и разделят с тобой твои ценности и убеждения. Они никогда не забудут, что в момент, когда они были на пике своей слабости, когда им было плохо, ты поддержал их, ты их понял.

3 слушали 1 копий [+ в свой плеер]

Зря говорят, кто любит, тот дождется. Тебя я ждать уж больше не хочу, И сердце мое болью оборвется, Когда о чувствах вновь я промолчу Пусть будет больно быть твоей подругой... Я эту боль в душе похороню. Хоть будет выть и рвать мне душу вьюгой- За прошлое тебя благодарю. Ты скажешь: "Не судьба. Спокойной ночи!" И ляжешь спать без мыслей в голове Я не усну - мне будет больно очень... Твои слова застрянут на уме. Ты не узнаешь ни о чем. Навеки Моя любовь останется при мне. Я на секунду лишь прикрою веки - Ты вновь со мной в моем счастливом сне. Я буду спать почаще, чтобы видеть Твои глаза, как прежде, ближе всех. Я не смогла тебя возненавидеть... Простила все... Не в этом ли мой грех? Враги, друзья... Осталось в сердце пусто, Но лишь в твоем. Я помню! Помню все! Любовь ко мне травой покрылась густо, Любовь к тебе простит тебя за все. Мне слово "не судьба" как нож по коже! Тебе оно ни капли не вредит. Враги, друзья... Для нас одно и тоже... О, как мне душу это бередит! Прости и ты за то, что я не буду Своей любовью унижать себя. Я верю, что когда-нибудь забуду! Я проживу прекрасно без тебя! Теперь ты спишь. А я сожгу бумагу- Свидетеля моих напрасных слез... Я не смогу найти в себе отвагу Тебе об этом рассказать всерьез. Что делать с этим дальше - я не знаю. Мне не забыть тебя, не разлюбить. О, знал бы ты, как сильно я страдаю! О, знал бы ты, как трудно с этим жить! Мне больно... Больно... Хочется заплакать, А для тебя - всего лишь ерунда. А я люблю. И в снег, и в дождь, и в слякоть. Люблю! Люблю! И в этом вся беда. А утром мы посмотрим друг на друга, В глазах пытаясь мысли прочитать. Но ты - мой друг, а я - твоя подруга... Моим глазам придется снова врать. Ты вспомнишь: "Не судьба. Спокойной ночи!" Я вспомню сны, надежду и мечты, Ты улыбнешься. Снова больно очень. Мне "с добрым утром" снова скажешь ты Отвечу лишь: "Привет, ну, как спалось?" А ты ответишь мне: "Спалось не очень. Знаешь, Все ночь мне снилось то, что не сбылось." Я отвернусь, и сердце оборвется Да, "не судьба" нам быть с тобой вдвоем. И это слово эхом отзовется Опять в потухшем разуме моем А ты хотел. И я хотела тоже. Нам не хватило смелости для слов. А жаль... Ты был мне всех дороже На фронте протяжения полов.

мои переживания