Когда я вспоминаю теперь наши разговоры о добре и зле, о мире, о Боге бессонными ночами, мной овладевает странное чувство - смесь тепла с легким оттенком грусти, а вместе с тем и улыбка... Мы были тогда совсем детьми, правда? Так наивно... Мне казалось, что я знаю все секреты мира. Что в моем молчании могут быть словно какие-то аргументы... Мне казалось, что мое мнение и мои взгляды навсегда останутся неизменны, что никто никогда не переспорит и не убедит меня в другом... Наши споры... наши споры навсегда в моем сердце, только теперь иначе, теперь с улыбкой - не снисходительной как раньше, а искренней и чистой...
Я был таким ребенком.
Не верится, что прошло лишь полтора года. Кажется, со школьных дней ушла уже целая вечность.
Что осталось от того Хисоки, который ходил на занятия в гимназию? Того надменного, вечно молчавшего, боявшегося слов любви?
Что осталось от тех истин, которые казались мне незыблимыми?
Мы ведь всегда шли вспять тому, что нам говорили в школе. Никогда не слушали, никогда не верили - я это теперь только понимаю, когда сам, спустя [по меркам моей недолгой жизни] достаточно много времении, дохожу до них... Человека невозможно научить, он может учиться лишь сам. Нам вечно втирали, много лет насильно впихивали в нас прописные истины, которые казались нам глупыми... не из-за того ли, что были слишком простые? Я не знаю. Правда не знаю. Но сам прихожу к ним теперь - даже если передразнивал и насмехался несколько лет назад.
Я был таким дураком.
Презирал свое детство, когда стал подростком, а теперь уже почти смеюсь над собой-подростком, когда... Когда что? Снова считаю себя взрослым? Как глупо. По-прежнему, все еще по-детски глупо...*улыбка*
Но я правда изменился.
И я правда вырос. Не во всем [такого, надеюсь, никогда не произойдет], но...
Что осталось от школьника Хисоки? Так мало... И ни один человек на всем свете не знает этого...
Ни один - страшно, прадва? Мне немножко не по себе понять это. Ибо те, кто окружает меня теперь, не знали меня прошлого, а те, кто знали, остались так далеко... Некоторые, быть может, даже слишком далеко.
И все же я рад. Я рад, что мне - каким бы я ни был тогда! - хватили сил решиться. Хватило сил побороть всю ту боль - и уехать.
Я рад, что я здесь. Что все это было в моей жизни, все-все глупости, ошибки, слезы... Быть может, это не правда. Быть может,
на самом деле, в самом сокровенном уголке души, человек не может радоваться трудностям, бывших в его жизни. Быть может, это все - лишь порыв моей души, и на самом деле ничего этого нет... Я не знаю. Но так я чувствую сейчас.
Я рад, что мне хватило сил принять это решение -
самое важное за всю мою жизнь. Самое решительное и... взрослое. Ведь не уехав, я никогда,
никогда, сколько бы лет ни прошло!, не стал бы таким, какой я сейчас. Быть может, так и не смог бы принять себя и остался тем же ребенком... Я не знаю, что было бы тогда.
Я не хочу этого знать, потому что этого никогда уже не будет. Я просто хочу жить. Дальше, взрослея, ошибаясь, смеясь и плача над собой, хочу... Хочу найти свое место. Вылупиться из этого кокона детства, школы и груза прошлого во что-то настоящее... Быть может, даже в бабочку.
Настроение сейчас - просто хорошее
