Карымшинские источники расположены вдоль реки Карымшины, приблизительно в 15 км от поселка Термальный (около 60 км от Петропавловска-Камчатского) в сторону Мутновки и Вилючинского водопада. В тех местах я бывала, там очень красиво.
Вообще мы туда хотели сходить с Катенком, но не получилось. Жаль! Побывав там сегодня вместе с родителями, я очень пожалела, что у меня не было возможности остаться в этом живописнейшем месте на несколько дней.

Мы поехали к источникам на машине той же компанией, что и десятью днями раньше в Быстринский район: мама, папа, племянница и я.
На машине добрались до базы геофизиков:

До источников следовало идти пешком, как нам сказали, от 40 минут до часа. Еще нам сообщили, что, мол, не заблУдитесь, тропа - одна, а на самом деле минут через 15 пути дорожка раздвоилась. Мы пошли направо - как потом оказалось, конечно же, неправильно.
Зато мы вышли к удивительно живописному водопаду, прямо просится на постер!


Мои непрофессиональные фотографии весьма поверхностно передают изумительную красоту этого места.
Вернулись обратно, пошли в нужном направлении. После долгого пути по жаркому лесу (температура достигала, пожалуй, 30 градусов, в то время как в городе было не больше 15) мы наконец вышли к источникам.
Место опять-таки оказалось поразительно живописным! Распадок сопок; изгиб синей бурной реки с серо-белыми камешками на берегах; в изгибе - плоская площадка с термальными бассейнами/лужами.
На площадке с удобством устроилась симпатичная молодая компания - оказалось, к источникам при желании можно добраться и на джипе, хотя до этого нам было известно только о пешем пути.
Мы с удовольствием искупались в теплой луже, мужественно высидели несколько минут в очень горячем бассейне, чуть-чуть побродили по берегу реки Карымшины и пошли обратно.

Скважина и горячий (очень горячий!) бассейн

На переднем плане - теплая лужа, на заднем - немного видно изгиб реки.

В целом, повторюсь, ОЧЕНЬ понравилось там. На площадке можно было бы поставить палатку, купаться в свое удовольствие, загорать на белых камешках, гулять по окрестностям. И грибов там много! Жаль, что мы с Катенком до тех краев не добрались, а этим летом уже и не доберемся, поскольку она на днях уезжает до середины октября.
Впрочем, раз место теперь уже мне известно, я наверняка когда-нибудь побываю там еще раз и проведу там столько времени, сколько пожелаю/смогу.
А завтра мы с девчонками собрались на открытый океан...;)

На фоне всех многослойных событий последних дней почему-то вспоминается ранний БГ. Вначале всплыли строчки, вынесенные в заголовок: "Мы не помним предела, мы вышли за..." Спасибо Интернету, мне не пришлось прослушивать все альбомы "Аквариума", чтобы вспомнить, из какой песни эти слова!

"Аквариум". Сергей Ильич (Песня для Марка Болана). Альбом "Треугольник", 1981

Сергей Ильич - работник сна,
Одетый в шелк шелестящий волк;
Алмазный МАЗ с колесом из льна
Выехал в дверь, и пришла весна.

Еще один сентябрь - сезон для змей;
Мы знаем наш час, он старше нас.
Жемчужная коза, тростник и лоза,
Мы не помним предела, мы вышли за.

С удовольствием прослушала весь альбом "Треугольник", который мне когда-то казался бессмысленным бредом. И "Табу" (1982) тоже.

Вперед, флейтист!
Стоять на пороге тринадцатый год
и хотя бы два дня, хотя бы два дня -
там, где светит солнце
и где нас никто не найдет...
("Аквариум", "Сегодня ночью", альбом "Табу")

К тому же там была веселенькая регги-песня "Аристократ":

А я сижу на крыше и я очень рад,
Я сижу на крыше и я очень рад,
Потребляю сенсимилью, как аристократ;
Я сижу на крыше...

О том, что такое "сенсимилья", мы говорили с Андреем в контексте одноименной песни "Чижа". Я открыла ему (как и некоторым другим) глаза на то, что эта песня написана по мотивам гораздо более ранней песни "Аквариума". А он процитировал: "Как-то был я всегда не у дел, я был самим собой..."

Итак, в пятницу, 25 июля, мы с Катенком отправились в неведомые края.

После четырех с лишним часов пути автобус нас высадил у поворота на Пущинские ключи, и мы двинулись по дороге. Было очень жарко и душно, но шагалось хорошо; обе мы вовсю развлекались тем фактом, что мы держим путь в совершенно незнакомое нам обеим место в совершенно незнакомых краях. Радовали детали пути: огромная зеленая гусеница с рисунком из восклицательных знаков, оставляющая длинную дорожку в пыли (потом мы заметили, что вся пыльная
дорога была пересечена извилистыми тропинками гусениц); лужа, полная ослепительно бирюзовых бабочек; птенец, бодро перебежавший нам дорогу и тщетно
пытавшийся улететь...

Вскоре, однако, стало ясно, что жарко и душно было неспроста. Впереди был слышен рокот, который мы в конце концов с сожалением идентифицировали как
раскаты грома. Мы вышли на открытую местность и увидели, что горы впереди затянуло плотными тучами: местность имела в высшей степени романтический вид,
как в романах начала 19-го века - поле с редкой растительностью, мрачные высокие горы, низкие грозовые облака, вспыхивающие молнии.


Вот так и шли.

Пошел дождь - пока еще не слишком сильный. Катенок затянула рюкзак в чехол, а у меня, увы, чехла не было. Мы двинулись дальше, обсуждая правила поведения во время грозы; впрочем, мы быстро пришли к выводу, что на Камчатке погибнуть от попадания молнии было бы чересчур экстравагантно! Ведь на побережье гроз не бывает почти никогда (раз в несколько лет - одинокий разряд молнии), да и в центре Камчатки грозы не слишком свирепы.

После двух часов пешего пути нас догнала машина - микроавтобус советского образца (не знаю, как называется, но машине не меньше двадцати лет). Сидящие в ней люди - трое мужчин, три женщины - предложили нас подвезти до ключей и всю дорогу восхищались нашим мужеством: мол, две девушки в лесу, надо же!
По дороге с невообразимыми колдобинами и прочими ухабами, мотаясь из стороны в сторону, мы прибыли на место.
Как только мы выбрались из машины... хлынул ЛИВЕНЬ. Между небом и землей мгновенно возникла плотная водяная стена. За несколько десятков секунд мы с Катенком промокли до нитки в самом буквальном смысле слова: все вещи, которые на нас были, потом пришлось выжимать несколько раз.

Торопливо поставили палатку, которая моментально промокла насквозь и набрала в себя воды. А что делать?.. Мы закинули в палатку рюкзаки, взяли купальники, переоделись в траве (трава на Пущинских ключах, как и в окрестностях города, высотой в полтора человеческих роста) и отправились прямо в купальниках к горячим источникам: надевать что бы то ни было не имело никакого смысла, брать с собой полотенце - тем более.
Дошли до речки, через которую были перекинуты символические мостки, перешли на другую сторону. Оказалось, что там всё довольно цивилизованно, имеются постройки (беседки, домики) и бассейн площадью со среднюю комнату. Мы с радостью залезли в очень горячую воду. Дождь продолжал поливать нас сверху.
Термальная вода оказалась очень соленой (практически как морская) и плотной: держаться на воде не составляло ни малейшего труда. Мы грелись, отдыхали и с надеждой посматривали на затянутое небо, которое и не думало прекращать ливень.

В бассейне, кроме нас, плавало три человека: двое мужчин, одна женщина. Они завели с нами беседу, мы разговорились. Очень звали нас погреться у их костра и выпить с ними чаю, а мы в смущении отказывались.
Когда окончательно накупались, мы двинулись к нашей палатке прежним путем и обнаружили, что речка, через которую были перекинуты мостки, превратилась в ревущий мутно-коричневый поток, несущийся со страшной скоростью, перейти который не представлялось возможности. Подошли наши собеседники, посочувствовали нам и настояли на своем приглашении посидеть вместе с ними и подождать, пока вода спадет.

Наших благодетелей звали Ирина, Володя и Саша; двое - из г. Елизово, один - из п. Термальный. Прямо возле бассейна у них был натянут навес, под которым располагался накрытый стол с чурбачками вместо стульев; стояли палатки; горел костер. Все трое оказались бывалыми путешественниками, побывавшими (на машине и пешком) в самых разных местах Камчатки.
Мутная грохочущая речка выкинула практически под ноги несколько небольших гольцов (другое название - "кунжа"; имхо, самая вкусная рыба на свете). Гольцы были собраны, а на следующий день из них сварили замечательную уху.
Обнаружилось, что вода в речке и не думает спадать. Только тогда наши благодетели открыли нам, что чуть дальше через речку имеется вполне адекватный мост (видимо, сразу не сказали об этом, потому что хотели, чтобы мы приняли их помощь). Они предложили нам перенести свою палатку к ним под навес, и мы, подумав, с благодарностью согласились.

Я спросила: а где же брать пресную воду, если река коричневая от земли? В ответ мне показали небольшой родничок. Только через сутки мы обнаружили, что вода в этом родничке имеет слабый, но отчетливый приятный минеральный привкус, который, однако, совсем не ощущается ни в чае, ни в пище. Значит, мы умывались минералкой и готовили на минералке!


Окрестности ключей. Слева немного виден бассейн.

Несмотря на взаимную симпатию и оказанную помощь, мы всё же держались обособленными компаниями: совместное общение как-то не сложилось. Легли спать безо всяких ночных посиделок, предварительно еще раз хорошенечко прогревшись в бассейне, даже в двух (был еще один, совсем небольшой: размером как две ванны). Дождь, слава Богу, перестал.
На следующий день наши соседи (точнее, это мы - их соседи, если на то пошло) собрались и уехали на своей машине: у них были какие-то еще планы на остаток выходных. А мы с Катенком искупались и пошли гулять по окрестностям. Снова было жарко и душно. Низкая облачность, солнца не было.
К сожалению, мы так и не побывали во многих местах: к т.н. "гинекологическому" источнику размыло дорогу, к "глазному" источнику мы не нашли путь, на сопку забираться не стали опять же из-за слякоти.
С большим трудом по непролазной грязи смогли забраться к бившему из-под земли нарзану. Накануне нас угощали водой из него, и мы пришли в полнейший восторг: слегка газированная, очень вкусная минеральная вода, вкуснее любой минералки, которую мне доводилось пробовать, включая местную "Малкинскую".
Нарзан оказался весьма невинным на вид ручейком - так и не скажешь, что вода непростая. Мы устроились возле него и, попивая воду, пару часиков проговорили обо всём на свете. Потом набрали с собой две маленькие бутылочки (других емкостей у нас с собой попросту не было) и вернулись к палатке.


Нарзан.

Увы! Прямо напротив места, где мы стояли, устроилась развеселая компания, состоящая почти сплошь из немилосердно бухающих мужиков, празднующих наступление дня военно-морского флота. Сразу стало ясно, что крошечный бассейн сейчас станет по уши полон нетрезвыми телами, а нас ждет кошмарная ночь с грохочущей "музыкой" и почти наверняка - пьяными домогательствами.
Мы еще накануне, оценив количество имеющегося народу, поняли, что совершили крупную ошибку, отправившись в путешествие перед выходными, тем более - перед праздничными выходными. Увы.
Как вариант, можно было переставить подальше палатку. Но какой в этом смысл, если мы всё равно не будем появляться ни в бассейне, ни в окрестностях? Мы долго думали и колебались (помимо прочего, мне было ясно, что в том случае, если всё останется как есть, меня ждет не только веселая ночь, обеспеченная толпой пьяных парней, но и Катенок с испорченным настроением и брюзжанием, которое немедленно снизит настроение и мне).

В конце концов, было принято решение идти назад, но не до конца: пройти часть пути по дороге и остановиться - с тем, чтобы назавтра нам не нужно было идти все 16 км. Мы уже приняли решение все-таки уехать в воскресенье, хотя изначально были намерены оставаться на ключах до понедельника-вторника. Ключи нас разочаровали обилием нетрезвого народа: прямо-таки Паратунка какая-то, а не уединенное место у черта на куличиках! Не для того мы выбирались из города, чтобы, сцепив зубы, терпеть орущую музыку, крики, маты и домогательства, которые уже потихоньку начинались.
Само место, конечно, достойно внимания: изумительная термальная вода (лечит проблемы с позвоночником, кожей, суставами...), нарзаны и вообще. Учитывая, что до этого мы ни разу не слышали о Пущинских ключах, мы наивно полагали, что там будет спокойно. Увы! Если туда и направляться, то в будние дни, и лучше - компанией.
Кстати, мы не видели там ни фантастических красот (красиво, конечно, но на Камчатке в любом месте красиво), ни "следов древней цивилизации", да и никакой особой энергетики не почувствовали. А вот термальная вода и нарзаны действительно хороши.

Мы уложили вещи, собрали палатку, сопровождаемые дурацкими комментариями пьяных парней. И пошли.
Еще в процессе сбора палатки начался дождь - в общем понятно было, что он непременно будет, ведь опять полдня было жарко и душно, как вчера. Дождь, как и накануне, сначала вел себя прилично, а потом хлынул как из ведра. Стало ясно, что сухими нам не остаться. Ну что ж!.. Мы пошли по дороге в весьма приподнятом настроении, безусловно соглашаясь друг с другом в том, что торчать сейчас в палатке и тупо глядеть в потолок было бы куда хуже, чем мокнуть на ходу под дождем.

Грунтовая дорога, размытая еще вчерашним дождем, превратилась в черт знает что. Катенок шла в сандалиях на босу ногу, а я - в кроссовках (кстати, новых), а потому старалась всё же беречь ноги от сырости. Ха! Когда я пыталась по краешку обойти здоровенную лужу, разлившуюся через всю дорогу, я поскользнулась на слякоти, съехала в эту лужу и упала в ней сначала на одно колено, а потом - на оба. Хохоча над собственными попытками сохранить сухие ноги, я призналась, что всё же мне очень повезло в том, что я сумела сохранить рюкзак от падения в лужу.
Теперь мне не страшны были разлившиеся лужи и речки, и мы весело шлепали дальше. Одежда, конечно, как и вчера, была мокрая насквозь, но центр Камчатки радует своим климатом: дождь не был холодным (здесь, на побережье, температура во время дождя в среднем 10-12 градусов, а там было все 20).
Целью нашего путешествия мы назначили виденную по пути беседку: всё же крыша над головой.
Так мы прошагали около полутора часов, когда увидели нечто, от чего стало не до смеха. По крайней мере, мне.

На дороге обнаружилась сначала свежая медвежья куча, а затем - совсем-совсем свежий след медвежьей лапы. Было видно, что буквально минуты прошли с тех пор, когда этот след был оставлен.
Мне стало страшно оглядываться по сторонам и смотреть назад. У нас с собой - ничего, даже погреметь нечем, чтобы отпугнуть зверя: вся посуда глубоко в рюкзаке. Посовещавшись, мы продолжили путь и затянули песню: говорят, что самое главное - чтобы медведь слышал приближение людей, тогда он сам уйдет с дороги. А если его застигнуть врасплох, его поведение может быть непредсказуемым. Правда, если медведь агрессивен, ему всё равно, поете вы или нет!
Только в этот момент до меня дошло всё безумие нашей походной затеи.

Мы прошагали полторы песни, когда нас догнала машина: раздолбанный советский уазик. Мы объяснили людям (четыре человека: мужчина, две женщины, мальчик), что не имеет никакого смысла довозить нас до какого бы то ни было населенного пункта, поскольку мы намерены ночевать в лесу, но нас можно подбросить до беседки.
Дорога, и так не комфортабельная, от ливня стала и вовсе невообразимой. Машину страшно мотало, несколько раз едва не перевернулись (без шуток!) и чудом нигде не застряли.
Нам сообщили, что на ночлег нас устроят. И ведь устроили, да как!

Нас довезли до села Пущино (население - сто девятнадцать человек) и вручили ключ от двухэтажного здания гостиницы для дорожных рабочих. Первый этаж: туалет, раковины, душ (!) с горячим (!!!) бойлером, второй этаж - жилые комнаты с пружинными кроватями, матрасами, одеялами и кухонькой с чайником и телевизором (который, конечно, нам и даром не нужен). !!!! !!!!! !!!!!!
Нам объяснили, где и как мы оставим ключ. Оставшись вдвоем (во всем здании мы были одни), мы только в шоке переглянулись с офонаревшими улыбками и пошли разбирать мокрые вещи, греться в душе, готовить и есть.


Кровать, на которой я спала.

Кто бы мог подумать, что этой ночью мы будем спать в тепле, чистоте и сухости! Мы, в общем-то, готовились всю ночь дрожать под крышей беседки и греться у примуса. Спасибо огромное людям, которые нам помогли!
В общем-то, зная деревенских людей, я предполагала, что нам окажут помощь, но максимум, который я могла себе представить - это место где-нибудь на полу, а тут - надо же! А ведь эти люди даже имен наших не спросили!
Чтобы хоть как-то отдарить судьбу, я оставила в кухоньке все имеющиеся с собой сколько-нибудь подходящие продукты.

Мы решили вернуться домой на автобусе, который должен был отвести обратно участников "Наследия" (тому было несколько причин, и не последняя - мне хотелось, чтобы Катенок своими глазами увидела Серкина, книгу которого она тоже читала). Подумав, мы пришли к выводу, что стоять на дороге у Пущино и размахивать руками - дело довольно бесполезное, потому что никто не ожидает нас там встретить, водитель нас тоже не знает, а потому шансы на то, что нас увидят, опознают, остановятся и подберут, крайне малы. Позвонить и предупредить моих коллег было, к сожалению, невозможно: в Пущино не работает никакая мобильная связь.
Было принято решение добраться до села Мильково, в котором автобус сделает длительную остановку и в котором, к счастью, связь работает. От Пущино до Мильково - 90 км пути, причем назад, в сторону, противоположную городу. Автобусы ходят редко и неизвестно когда.
Нами полностью завладел Ветер Дорог, и мы собрались добраться до Мильково автостопом.

Утром воскресенья (это было только вчера, надо же!) мы встали, собрали вещи, оставили ключ в указанном месте и отправились в путь: пешком в сторону Мильково, решив не торчать на остановке. Шел дождь, было зверское количество комаров. По обе стороны дороги вставал лес. В воздухе отчетливо пахло брусникой. Ближайший населенный пункт, не считая оставленного за спиной Пущино - село Шаромы в пятидесяти километрах.
Я вспоминала Событие недельной давности и рассказывала Катенку о том, что Андрей говорил про роддеров из давних рассказов С.Лукьяненко. Рассказала о пыли на сандалиях, о его пожелании мне на прощание: "Ветра в лицо!" - дорожном напутствии роддеров. Перед нами лежала Дорога, душа была настроена в унисон с Ветром Дорог, и это было очень правильное состояние. Как будто для этого я и была создана - идти, не зная, что и как будет дальше, а вовсе не для того, чтобы преподавать в университете или чего бы то ни было еще.

- Ланта... а если мы сейчас никак не доберемся до Мильково, и твои проедут мимо нас, и мы вообще окажемся неизвестно где?
- Ну и ладно. Поставим палатку у дороги. Речек тут хватает, без воды не останемся. Еда у нас еще есть, а если бы и не было, то что? А завтра уже посмотрим, что делать дальше; дома нас всё равно не ждут раньше вторника.
Катенок пришла в восторг от моего ответа.

Мы шагали, и редко-редко навстречу попадались машины, а в нужном направлении не ехало ни одной. Мы прошли так полтора часа, когда сзади впервые появилась машина: большой микроавтобус, который сразу остановился на наш призыв.
- Здравствуйте! В сторону Мильково не подбросите? - выпалила я вопреки всяким законам психологии, которые предписывают игнорировать в просьбах частицу "не" (потому что первый порыв будет ответить "не подброшу").
Водитель молча открыл багажник, в который мы пристроили свои рюкзаки.
В микроавтобусе оказалось семь человек разного пола и несколько свободных мест.
Нам не задали ни одного вопроса, за исключением следующего:
- Так вам до Мильково или куда-то еще?
- Вообще до Мильково, но если вы едете в другое место, высадите нас поближе к Мильково...
- Я в Ключи еду.

Поселок Ключи находится где-то в 400 или более км от Мильково. Мы обе там ни разу не были (кстати, мой муж там служил). У поселка находится знаменитый вулкан Ключевская сопка - самый высокий вулкан Евразии.
Мы с Катенком ехали молча, и каждая думала про себя: а не поехать ли нам в Ключи?..
Я не заговорила об этом лишь потому, что у нас двоих не хватило бы денег оттуда выбраться, а надеяться на то, что нам и дальше будет так везти с людьми, всё же неблагоразумно.

Нас благополучно довезли до Мильково, и мы устроились на скамейке - ждать автобус. В процессе ожидания к нам подошли мужчина и женщина и завязали разговор о том, где мы были и куда собираемся дальше. Женщина сказала:
- Мы смотрим: сидят две девушки с рюкзаками. Думаем - может, не знают, куда отправиться? Хотели пригласить вас с нами!
Оказалось, они уже месяц путешествуют пешком, были на Ичинских источниках, собираются в Тумраки опять же на месяц (честно, очень смутно себе представляю, где это всё). Надо же, какими открытыми и доброжелательными людьми надо быть, чтобы вот так запросто позвать с собой незнакомых людей! Мы с Катенком пришли в восторг, пусть и отказались с сожалением.
Стоит ли говорить, что и эти люди не спрашивали даже наших имен?:)
Дождались автобуса и доехали обратно, договорившись с Катенком, что через день сходим на океан, а через два - пойдем на Карымшинские источники.:)))

В заключение хотелось бы выразить благодарность:
1. Людям (шесть человек в микроавтобусе, три мужчины, три женщины), которые подбросили нас до Пущинских ключей.
2. Людям (Саша и Ирина из Елизово, Володя из Термального), которые помогли нам устроиться на месте, приютили, согрели и сориентировали.
3. Людям (дядя Коля из Пущино и его спутники), которые довезли нас до поселка и устроили нам комфортабельный ночлег.
4. Людям (семь человек в микроавтобусе), которые довезли нас в Мильково.
Спасибо! Без вас нам пришлось бы хуже.

Завтра с Катенком направляемся к Пущинским ключам: 200 км на автобусе до поселка Пущино, а потом - около 20 км пешком.
Планировали давно, но долго не решались: то заняты, то я болею, то еще какая-нибудь фигня, да и страшновато двум девушкам отправляться неведомо куда. Но - отправляемся!

Вчера общались с Катенком; я рассказывала о поездке в Анавгай, она - про поход на Голубые озера. Вернувшись из головокружительно красивых мест, пережив серьезную позитивную встряску (каждая по-своему), мы обе решили, что оставаться в унылом туманном городе мы не хотим. А потому завтра едем почти "неведомо куда", вернуться собираемся в понедельник-вторник.
А город действительно туманный, сырой и унылый; все три дня после моего возвращения здесь холодно, мокро и неуютно, между тем как всего в ста километрах сухо, солнечно и жарко (30-35 градусов).

Так что завтра уезжаем в тепло. На Пущинских ключах никто из нас не был: более того, до ноября прошлого года я даже ни разу не слышала про это место. Зато потом обильно посыпалась информация, да такая, что глаза на лоб лезут.
Говорят, там удивительной красоты перевалы, сопки и озера.
Говорят, там термальные источники и нарзаны.
Говорят, эти термальные источники и нарзаны невероятно целебны: лечат уйму всего, начиная от зрения и заканчивая гинекологией.
Говорят, они даже для Камчатки уникальны по своему химическому составу.
Говорят, что Пущинские ключи - место с потрясающей энергетикой (хотя подобным рассуждениям я не очень доверяю).
Говорят, что там даже находятся следы какой-то древней цивилизации (к этому я и вовсе с большим скепсисом отношусь).

Не знаю, сколько из этого правда. Одно знаю точно: там будет лес, сопки, ягоды (жимолость и голубика), грибы, чистый воздух. Хочется верить, что будет и жаркое сухое солнце.
Мы отправляемся в весьма экологичное путешествие: с собой не будет ни мяса, ни рыбы, ни алкоголя, ни никотина, ни какой-либо химии (правда, средство от комаров я, поколебавшись, всё же взяла). Для Катенка всё это привычно, для меня - не совсем. Так, она сама делает себе зубную пасту из коры дуба и других ингредиентов, а голову моет содой, горчицей или уксусом - и отлично при этом выглядит. Попробую и я хотя бы эти 4-5 дней обходиться без химических средств. С непривычки трудно будет, но зато мне не придется мучиться совестью, глядя, скажем, как в чистой речной воде расплывается мыльная вода.
Немного беспокоит вероятность наткнуться на медведя. Впрочем, Катенок вплотную столкнулась с оным на Голубых озерах - будем надеяться, что бомба в ту же воронку не попадет.

Уезжаю в красивые места. Счастливо!

Нашла потрясающее интервью с В.П.Серкиным. Полный текст здесь.
Некоторые отрывки:

Владимир Серкин - профессор, возглавляет кафедру психологии в Северном международном университете в Магадане, опубликовал более 80 научных работ. Серкин - человек в Магадане известный. Но популярности на Севере и за его пределами ему добавило еще одно немаловажное обстоятельство.

Так случилось, что в 1997 году он случайно начал общаться с человеком, которого местное население называло шаманом. Владимир строил охотничий домик в месте, достаточно отдаленном от города. Единственным человеком, живущим "неподалеку", был шаман, землянка которого находилась в двух часах ходьбы от домика. Результатом этого общения стала книга "Хохот шамана". Ее дважды переиздали в Магадане, а в этом году небольшим тиражом выпустили и в Москве. Презентация книги в столице прошла в Манеже незадолго до того, как он сгорел. А автора - Владимира Серкина - критика окрестила "русским Кастанедой", потому что его книги по аналогии с трудами Кастанеды состоят из диалогов с человеком, живущим в другом измерении.

- Почему вы написали - "человек ли он вообще". Он что - дух, сверхчеловек?
- Это сложно пока объяснить. Я пытался, но пока не понимаю, как писать. Шаман сравнивает человеческую жизнь с волной. То есть речь идет об энергии. Человек, как волна энергии, и это гораздо главнее, чем человеческое тело. Человек - это самосохраняющийся вид энергии, замкнутое пространство. А если он противоречит своей энергии, своему образу, то он, естественно, сам себя разрушает, стареет, слабеет. Шаман так долго живет потому, что он хорошо осознает свой энергетический образ. И поэтому может его воссоздавать.

- Меня в книге "зацепило" место, где шаман говорит о значении бубна: "Большинство болезней происходит из-за рассинхронизации человека с его миром. Танец и песни с бубном помогают человеку снова синхронизироваться".
- С бубном все гораздо сложнее, чем я написал. Бубен можно купить и в Москве, но это будет просто барабан. Когда настоящий шаман готовит бубен, он делает его с привязанностью к той местности, где собирается работать. На бубен накладывается карта местности и карта звездного неба. И когда неба не видно, то шаман все равно видит его на своем бубне. У них же образное мышление. Он может держать по бубну, то есть по звездному небу, направление, может предсказывать погоду. Это я еще подробно не описывал. И вообще это нигде не описано.

-Вот у нас много борются за права меньшинств, женщин, угнетенных народов или обиженных людей. Я думаю, что в конституциях будущего должны быть четко прописаны права минералов, растений, животных. То, что мы делаем сегодня, - это произвол. Окружающая нас среда абсолютно бесправна по отношению к нам.
- А кто будет следить за соблюдением этих прав, если за правами человека не очень-то следят?
- Вообще-то природа следит сама за всем. Но здесь следить в основном будут сами люди. Если человек ведет себя негармонично, он очень быстро разрушается. Это нам доказывает, что окружающий мир следит за своими правами. Ты его разрушаешь, он тебя разрушает. Ты его бережешь, он тебя бережет.

-Как повлиял шаман на вашу личную жизнь, на работу?
- Отношения с близкими, с родней стали душевнее. В работе я в некоторых аспектах стал мягче, а в некоторых - жестче. Я заведующий кафедрой, всегда чувствовал ответственность за людей. Я им помогал без разбора и прощал без разбора. Через несколько лет после общения с шаманом я перестал это делать, потому что помощь и прощение без разбора не растят человека, а развращают. Хотя я и прежде это знал, но до конца это понял, именно общаясь с шаманом.
Я стал думать о том, чтобы отношения со мной вели человека не столько к материальному благополучию, сколько к душевному. У меня сменился набор студентов, которые пишут дипломные и курсовые. Потому что я, как завкафедрой, наверное, больше всех из преподавателей демонстрировал успех, насколько вообще для студента может быть успешен преподаватель или ученый. И ко мне шла такая категория студентов - старательные, хорошие, но при этом желающие научиться какому-то социальному успеху. Сейчас наряду с ними ко мне идут студенты, которые хотят развивать свою душу. И я сам стал их выделять и внимательнее к ним относиться.
- То есть, гуру и ученики?
- Нет, преподаватель не может и не должен быть гуру. Я всегда говорю студентам, что ваша первая задача после диплома - это психологически от нас освободиться.

- Почему северные народы в своей книге вы называете эвелнами? Я вообще не слышала о такой народности, вот про эвенков знаю.
этот вопрос меня тоже интересовал - Л.
- Это - собирательный образ. Есть эвены, есть эвенки, а эвелнов нет. Это как в "Земле Санникова" - ангелоны. В первом издании я писал эвены, но когда вышла книга, то чукчи, коряки говорят: "Это ж ты про нас писал, а почему ты нас назвал эвенами?" Ну и со второго издания я стал писать эвелны, чтобы никто не обижался.

- Шаман действительно настолько самодостаточен? Есть ли у него чувство одиночества?
- Это не передать. У нас в языке терминов нет. Он настолько хорошо и сильно связан с окружающим миром, что неодинок и не кажется одиноким. Он в этом смысле постоянно растворен не только в окружающей местности, а, возможно, и в более широком мире. Поэтому он никак не одинок. Он переключен на другой уровень коммуникации. Ему достаточно интересно и с людьми, и с животными.

Фотографии -Ланта- : Камчатка

Поездка в Быстринский район (19-21 июля 2008 года). Анавгай, Эссо, эвенское стойбище "Мэнэдек", ансамбли "Нургэнэк" и "Орьякан", МПНИЛ "Наследие-2008" и др.

Юля мне сообщила еще в пятницу, перед отъездом:
- Слушай, Серкин помнит тебя и твою работу!
Это было приятно: всё-таки члену диссовета вовсе не обязательно помнить одну из диссертанток, защитившуюся два с лишним года назад.
Юля также поделилась тем, что "Серкин - супер", очень приятен и обходителен в общении, ведет себя как "настоящий мужчина".

Конечно, приехав в Анавгай и общаясь с участниками "Наследия", я не могла не присматриваться к человеку, который написал столь значимую для меня книгу (а если вспомнить его труд "Методы психосемантики", оказавший бесценную помощь при подготовке моей диссертации, то и ДВЕ значимые для меня книги!).
О книге мы немного поговорили: я поблагодарила его, немного рассказала о том, что для меня в ней было наиболее ценным. Присутствовавшая при разговоре мама, тоже читавшая "Хохот шамана", спросила:
- Это реальный человек? (по мне, кстати, это не имеет значения, книга в любом случае от этого не теряет)
Владимир Павлович ответил:
- У него есть реальный прототип. Но по его просьбе в книге нет ничего, что бы могло на него указать.
Я сказала (только для очистки совести):
- Вы уезжаете сразу после окончания "Наследия"? У меня есть друзья, которые рады были бы пообщаться на тему этой книги...
- Да, сразу уезжаю. А общаться... Знаешь, люди сильно преувеличивают, такими глазами сразу смотреть начинают...
Такого ответа я и ждала. Вспоминаю, как в возрасте помладше мне жаждалось общаться с кумирами: никаких конкретных вопросов, просто в восторге пялиться, ловить каждое слово и жестоко обидеться, если они окажутся простыми смертными! Представляю, как это может раздражать.
Немного поговорили и о методах психосемантики, задала парочку важных для меня вопросов.

Должна сказать, еще по книге личность В.П.Серкина на меня произвела очень большое впечатление прежде всего тем, что его внутренний настрой и взгляд на мир имеет много общего с моим. Вот отрывок:

"В армии рота (сто двадцать человек) жила в одном помещении без перегородок: ряды двухъярусных коек, тумбочки (одна на двоих), помеченные табуретки, плакаты, таблицы и расписания на стенах. В казарме невозможно скрыть что - либо. Вместе ели, спали, мылись, работали… Уже через пару недель абсолютно ясно, какой ты есть. За эти две недели ко мне и прилепилась на весь первый год кличка Волк (магаданский).
Ничем не выделялся в рядовых ситуациях, но в конфликтных, как оказалось, вел себя необычно. "Проверки" и "притирки" начались с первого же дня. Все молоды, здоровы, считают себя крутыми и жаждут это продемонстрировать. Кроме прямых "наездов", когда ты мобилизуешься, существуют тысячи мелочей, к которым никто не может быть готов заранее: подмена ремня, пилотки, сапог на худшие, конкуренция за лучшие койки и места, нарушения очереди в умывальник или за утюгом - можно долго перечислять. В этих ситуациях или агрессивно требуешь свое, или молча уступаешь. Уступать часто нельзя - это снижает статус, но и долго агрессивно - эмоционально с матюгами переругиваться (мы называли это - "лаяться") я тоже не хотел и не умел.
Негромкие требования и молчание в ответ на ругань многие вначале принимали за трусость и наглели. Не отвечать на оскорбления тем более нельзя. Я слушал ругань, которая "не заводила", и наблюдал за окружающими. Когда по реакциям окружающих понимал, что дальше терпеть не принято, молча бил в лицо. Такое поведение удивляло и даже возмущало. Следует сказать, что я быстро понял необходимость научится ругаться, но в те годы не сумел, не хватило волевых качеств. Если бы мог, драк было бы гораздо меньше.

Нежелание реагировать на вербальную агрессию затрудняет жизнь и сегодня. Годы давно не те, чтобы драться, и не принято в университете. Бывает, что слышу претензии или обвинения, кажущиеся настолько нелепыми, что не считаю нужным отвечать. Изредка, каждый раз с удивлением, слышу потом от присутствующих: "Ты не оправдывался и сам не обвинил в ответ. Значит виноват или испугался". Сразу вспоминается казарма и наглеющие из-за молчания сослуживцы. Сейчас, конечно, могу отвечать и вербально, но делаю это редко. Как трудный, нудный, но необходимый ритуал.
Волк не считает лай нападением. Для него это просто странные звуки, которые мешают самим же собакам жить содержательно - охотиться. Нормальный Волк, услышав лай, молча уходит на свою содержательную территорию. Но иногда собаки слишком раздражают. Тогда Волк молча возвращается через несколько суток. Собаки удивляются - за что? Со своим лаем они это никак не связывают".

Совершенно так же отношусь к бессмысленной вербальной агрессии. И тоже удивляю окружающих, считающих мое молчание слабостью. А я "не считаю это достойным ответа"(с). Только и всего.

Итак, в этой поездке для меня особо выделились две важные линии - общение с двумя людьми, по странной случайности оба - мужского пола. Про одного я уже написала в закрытых записях. Теперь пишу про второго, с которым мы, в общем, разговаривали совсем немного. И тем не менее.

Быстро заметила, что Владимир Павлович присматривается ко мне с неким интересом. Я не питаю иллюзий по поводу своей привлекательности и отнюдь не считаю, что все должны на меня пялиться, а потому этот интерес был мной без труда замечен и заинтересовал меня в ответ. Причина его, впрочем, легко выяснилась в последний вечер, когда Владимир Павлович пошел провожать меня до гостиницы. Он сообщил:
- Ты напоминаешь мне одну знакомую: манерами, чем-то еще. Она тоже восточной культурой увлекается.
(если напоминаю, тогда интерес понятен - наше внимание поневоле привлекают люди, похожие на близких нам людей)
- Нет, восточной культурой я, в общем, не увлекаюсь, меня интересуют только танцы и кухня. Мне гораздо ближе Север.

Неспешно шли, беседуя на общие темы. Меня спросили:
- Давно работаешь?
- Шестой год. (ошиблась чуть-чуть, седьмой год будет на самом деле)
Владимир Павлович подтвердил мои подозрения о том, что его интересовал мой возраст, следующим вопросом:
- Так тебе еще и тридцати нет?
Нет мне тридцати еще, нет.) Мне пока 28. А ему - за пятьдесят.
Проводил меня до номера. Я искренне поблагодарила его, сказала, что рада была пообщаться, пусть и недолго. Он поцеловал меня в щечку и сказал:
- Раз дороги сошлись - еще встретимся. Счастливо!
(и, кстати, предложил мне ему писать)
Осталось ощущение определенного родства душ и душевных настроев - как с Андреем, кстати - и безусловной взаимной симпатии. Замечу на всякий случай: симпатии гендерно-нейтрального характера.

А про дороги, которые сошлись - еще одна важная для меня цитата из "Хохота Шамана":
- С людьми из твоих туннелей ты будешь встречаться постоянно, хотя кажется, что вероятность встречи мала. С другими не встретишься никогда.
- Почему я попадаю именно в эти человеческие туннели, а не в другие?
- Японские рыбаки говорили: "Карма".
- А ты?
- Энергетика, скорость.

Единственная совместная фотография получилась отвратительно: я сразу это заметила, но решила, что это, видно, судьба и не стала ничего исправлять.

Еще одна фотография, нормального качества, зато без меня: на стойбище у костра.

В субботу утром мне позвонила мама:
- Собирайся и в течение часа приезжай к нам. Едем в Эссо!
Эссо и Анавгай составляют весь Быстринский район и находятся недалеко друг от друга в самом сердце Камчатки, в горах, на ее Срединном хребте. На автобусе - 10-12 часов пути летом, 8-10 - зимой.
Мы поехали на новой машине, совсем недавно купленной родителями: мама, папа, племянница, я.

Стоит отъехать километров на 50 от Петропавловска, и климат совсем другой: сухо и жарко, безоблачное небо и никакой приморской промозглости. Здесь, в городе, даже если тепло (что бывает редко!), влажность такова, что всё тонет в мутной духоте, а холодная погода тем более сырая.
Километрах в ста от города заканчивается асфальт и начинается гравийка (тыдыщ-тыдыщ, летят камушки, пыль столбом). Оставшиеся 450 км пути проходят по ней.

Мы ехали со скоростью 90-140 км/ч (в зависимости от дороги) и практически без остановок. На глазах менялась география и флора: белые березки (в окрестностях Петропавловска растут только кривые каменные березы, белых нет), красивый Сокочинский перевал, Ганальская тундра с Ганальскими же остряками (горы такие, очень эффектные), село Мильково с живописным Валагинским хребтом, стройные высокие лиственницы и тополя, Срединный хребет...
Около 8 вечера мы добрались до Анавгая и решили остановиться именно там, поскольку в тот же день туда должен был заехать лагерь "Наследие", о котором я недавно писала. Устроились в единственной гостинице поселка (вся гостиница - шесть номеров с разным количеством мест).

Отправились в бассейн. Бассейн термальный, бесплатный, под открытым небом. Помню, мы там зимней ночью купались, когда были в командировке. В поселке вся горячая вода - термальная (а смысл - греть воду в котельных, если из-под земли бесплатно бьет горячая вода?).
В бассейне встретила "наследников", которые уже приехали и устроились, пошла их навестить, предупредив родителей, что вернусь поздно. С удовольствием пообщалась с коллегами: компания на этот раз подобралась просто замечательная, все без исключения - очень приятные люди! Многие из них были в "Наследии" впервые. Удивительно, но мне были искренне рады, что было неожиданно и очень приятно. Я задумалась о том, чтобы остаться в лагере до конца (родители через день уже собирались обратно), меня горячо в этом поддержали.

Утром мы с родителями присоединились к "наследникам" на эвенском стойбище "Мэнэдек" (примерно 2 км от Анавгая). Поучаствовали в очередной раз в эвенском обряде очищения, послушали рассказ о стойбище и об Анавгае. Честно говоря, я думала, что не услышу ничего нового, но я ошиблась: было много интересного. В частности, я впервые узнала, что березовую и лиственничную древесину лучшего качества получали из деревьев, растущих на сопках (не в низинах!) с восточной стороны.
Кстати, по словам папы, сопка ("сопелая гора") - название, принятое для обозначения гор только на Дальнем Востоке. В других местах говорят "гора", "скала", "холм", но не "сопка". Изначально слово пошло от "сопящих" вулканов, а затем стало употребляться для любых гор.

Потом мы покинули "наследников" и отправились в Эссо, где с удовольствием погуляли, искупались в большом термальном бассейне (опять же бесплатном и под открытым небом). В обеденное время вернулись на стойбище, прошлись по лесу на предмет поиска жимолости. Ягоды хватало, родители собрали с собой несколько литров, а я просто с удовольствием поела. В лесу довольно тяжело: жарко и бешеное количество разнообразного гнуса, увы.

Затем на стойбище был традиционный концерт "Нургэнэка" и "Орьякана" (о "Нургэнэке" я писала, а "Орьякан" - "Оленята" - детский ансамбль). Я даже выступила на этом концерте, коряво, но искренне сыграв на флейте несколько местных мелодий и подыграв одной из песен, сопровождавших танец. После концерта состоялся мастер-класс по национальным танцам, в котором я с удовольствием приняла участие.

Вечером после купания в бассейне я с удовольствием посидела с коллегами и Владимиром Павловичем Серкиным (о нем отдельно), пообщались, поиграли, а на прощание я в свете полной луны и фонариков станцевала на улице свой восточный танец.
Несмотря на то, что мне в Анавгае было очень хорошо, что на следующий день должны были состояться лекции Серкина по интереснейшим проблемам, а через пару дней - поход на озеро, на котором я ни разу не была и очень хотела побывать, я всё-таки решила уехать. Точнее, я решила уехать именно потому, что мне было необыкновенно хорошо, и я чувствовала, что здесь нужно поставить точку, что так хорошо мне больше уже не будет. Не могу внятно объяснить.

На следующий день мы по жаре, пыли и с некоторыми мелкими потерями вернулись в город. Антон, оглядев меня, сообщил с удивлением:
- Уезжала такая больная, вялая, а вернулась такая здоровая, бодрая, загорелая, похудевшая...
Да, так и есть.) Только в городе по-прежнему сыро и туманно, а значит, надо еще куда-нибудь спутешествовать. Послезавтра с Катенком поедем на Пущинские ключи в Мильковский район, обе там ни разу не были. Посмотрим, что получится!

На фотографии: дальний конец Анавгая, закат.

Пью антибиотики - организм реагирует неадекватно. Слабость и утомляемость таковы, что даже после переворачивания с одного бока на другой начинает бешено биться сердце, а вчерашний поход в магазин меня доконал так, что я уснула прямо на полу (мы с мужем валялись под солнышком на расстеленном одеяле).

Утром звонила мама, предлагала съездить в Малки. Малки!.. Я там всего один раз была в сознательном возрасте; там месторождение минеральных вод и горячие термальные лужи под открытым небом с самой разной температурой - от едва теплой воды до кипятка. Около трех часов езды от города. А я не в силах...
Я бы съездила в "Наследие" на пару дней, на Серкина посмотреть, да тоже не в состоянии.
Ремонт стоит намертво, а ведь так давно и долго я о нем мечтала!
Погода хорошая - и никуда не выберешься...
Без танцев уже вторую неделю...
Лунный кот ждет своей очереди...

Стараюсь сохранять бодрость духа.

Фотографии -Ланта- : Камчатка

Окрестности поселка Анавгай (Быстринский район Камчатского края)

Фотографии -Ланта- : Камчатка

МПНИЛ "Наследие", поселок Анавгай, эвенское стойбище "Мэнэдек": красоты центра Камчатки.

Сегодня к нам из Магадана прилетает В.П.Серкин - тот самый. Прилетает он не просто так, а в рамках проекта МПНИЛ "Наследие" - международный профильный научно-исследовательский лагерь "Наследие".

Это этнопсихологический проект, предполагающий экспедиции в национальные поселки, сбор этнографического и этнопсихологического материала, знакомство с культурой коренных народов Камчатки.
"Наследие" предполагает чудовищно насыщенную программу - продолжается всего неделю, а включает в себя:
- работу по научно-исследовательским проектам;
- участие в мастер-классах: национальные танцы, плетение из бересты, работа с кожей и мехом, резьба по кости и дереву и др.;
- лекции по этнологии и этнопсихологии;
- поездку в поселок Эссо с посещением впечатляющего этнографического музея;
- подъем на сопку Спящая красавица высотой более километра;
- всякие лагерные развлекаловки: рисование газет, конкурсы и др.

В проекте принимают участие люди любого возраста и образования: школьники, студенты, аспиранты, кандидаты наук; в этом году вон даже доктор наук - Серкин - будет.
К сожалению, из года в год мы ездим лишь в одно место - в Быстринский район, поселок Анавгай (самый-самый центр Камчатки): это единственный национальный поселок, в который из Петропавловска можно добраться наземным путем. Там живет около 650 человек, из них примерно половина - представители коренных народов Камчатки, и, боюсь, наши "наследники" давно уже их измучили своей исследовательской работой вдоль и поперек: едва ли не всё, что пишется у нас по этнопсихологии, сделано исключительно на базе поселека Анавгай (в моем исследовании тоже половина респондентов была оттуда).

У меня с "Наследием" и Анавгаем связано очень многое. Моя первая поездка туда в августе 2004 года перевернула всю мою жизнь. Во-первых, при близком знакомстве я высоко оценила местные народы, хотя до этого страдала общими этнопсихологическими предрассудками, касающимися интеллекта и личностных качеств коренных народов Камчатки. После "Наследия-2004" я всерьез полюбила тему своего исследования и тех, на кого оно было направлено.
Во-вторых, та поездка потрясла мою личную жизнь, подарив мне избавление от изживших себя отношений, а так же нечто такое, что я буду вспоминать всю жизнь, особенно осенью... "нелетняя желтизна листвы"...(с)
В-третьих, я познакомилась наконец с потрясающей природой центра полуострова. Плоские поля и высоченные сопки; стройные высокие лиственницы, тополя, ивы; безумие ягод и грибов (например, синие от голубики горные террасы); непривычные для жителя побережья жара и сухость; горячие источники (бесплатный термальный бассейн под открытым небом) и многое др. См. фотографии в альбоме.

А благодаря второй поездке в Анавгай я познакомилась с будущим мужем. Неделю мы с ним и еще трое человек жили спокойно, собирали материал, работали, а в последнюю ночь, после затянувшегося разговора... в общем, вернулись мы вместе.
В третий раз мне было даже немного страшно ехать, учитывая размах воздействия Анавгая на мою жизнь, но больше ничего сверхъестественного не происходило: только лето, красота природы, наполненные до краев дни...

Эхх! Чем больше пишу, тем больше мне хочется туда, хотя я была там ЧЕТЫРЕ раза, и для меня там нет НИЧЕГО нового (каждый год одно и то же). И всё равно хочется, особенно с учетом того, что там будет Серкин, который наверняка какие-нибудь полезные лекции почитает.

Заезд послезавтра; может, всё-таки поехать, а?:)

Иллет. Вечный воитель

Вновь Олифант на битву зовет -
Эй, воин, седлай коня!
Я в бою прославлю свой древний род,
А барды прославят меня!
Мне не изменит Нотунга сталь
В смуте кровавых бурь,
Верен хозяину Дюрандаль,
Ждет сечи Эскалибур.

Я тот, кто рожден в безлунной ночи,
Закален в драконьей крови,
Я тот, кто вскормлен молоком волчиц,
Я не знаю братской любви!
Я тот, кто свой потерял Авалон,
Кто ищет Иерусалим,
Я тот, кого вечный ждет Танелорн,
Я тот, кого славит Рим.

Воину - смерть, так рок начертал
Свой непреложный закон,
Каждому будет свой Ронсеваль,
У каждого - свой Ганелон.
Карканье ворона: "Рагнарек!
Эй, воин, седлай коня!"
Когда я сердцем приму клинок,
Пусть Один примет меня.

И пусть содрогнутся троны богов,
И грянет последний бой,
И солнце взойдет в пелене облаков
Отрубленной головой.
И пусть в небо кровью харкнет закат
Из вспоротой глотки дня -
И пусть тогда протрубит Олифант
И вновь позовет меня!

И вновь Олифант на битву зовет -
Эй, воин, седлай коня!
Я в бою прославлю свой древний род,
А барды прославят меня!
Пляшет в руке Повелитель Бурь,
Нарсил горит как огонь,
Жаждет сечи Эскалибур,
Грейсвандир ласкает ладонь!

И вновь Олифант на битву зовет -
Эй, воин, седлай коня!
Я в бою прославлю свой древний род,
А барды прославят меня!
Пламя разрывов над головой,
Крепка лобовая броня:
Я - вечный воитель с бензопилой,
Герой грядущего дня!
Я - вечный воитель с бензопилой,
Санитары, держите меня!

Цитата:
"А теперь - о черепахах и орлах.
Черепаха - существо земное. Невозможно быть ближе к земле, не зарываясь в нее. Горизонт черепахи очерчен на расстоянии в несколько дюймов. Ее скорости более или менее хватает, чтобы добыть несколько салатных стеблей. Она выжила, обтекаемая течением эволюции, ибо, в общем-то, не представляла ни для кого никакой угрозы, а с тем, чтобы ее съесть, было слишком много возни.
И напротив - орел. Живущее на высокогорьях дитя воздуха; его горизонт простирается до самого края мира. Зрение позволяет уловить шебуршение какого-нибудь крохотного писклявого зверька на расстоянии в полмили. Весь - мощь, весь - власть. Молниеносная крылатая смерть. Когти, способные превратить в еду всех, кто мельче, или, по меньшей мере, перехватить закуску у того, кто больше.
Итак, восседает орел на скале и хранит покой королевств мира, пока не замечает в отдалении легкое шевеление и начинает всматриваться, всматриваться, всматриваться в маленький панцирь, подрагивающий среди кустов внизу, в пустыне. Потом следует прыжок... А минутой позже черепаха замечает, что мир стремительно падает куда-то вниз. И она видит мир, впервые за свою жизнь, не с расстояния в один дюйм, а с пятисот футов сверху, и она думает: "Какого замечательного друга я приобрела". А потом орел переходит к делу. И почти всегда черепаха бросается навстречу собственной гибели. Все знают, почему так поступают черепахи: гравитация - привычка, с которой трудно расстаться. Никто не знает, почему так поступают орлы. Конечно, черепашина - прекрасное блюдо, но, если учесть затраченные усилия, практически все, что угодно, может считаться не хуже. Одного не понимают орлы - того, что они участвуют в жестоком процессе естественного отбора.
Однажды какая-нибудь черепаха научится летать".
Терри Пратчетт, "Мелкие боги" ("Маленькие боги")

Пратчетта либо высоко ценят, либо терпеть не могут - почему-то именно так. Я, конечно же, принадлежу к первой категории. Невероятная ирония и мягкий юмор, пронзительный ум, способность несколькими штрихами набросать яркий образ - для меня, высоко ценящей стиль и язык (т.е. то, как написано, едва ли не важнее того, что написано), ничего другого и не надо.
Пратчетта сравнивают с Вудхаузом, Во, Джеромом и др.; до появления Дж.Роулинг, с которой, кстати, его тоже сравнивают, он был самым известным и высокооплачиваемым писателем Англии. Жанр, в котором он пишет - ироническое фэнтези (а так же веселые и добрые детские сказки), великолепное высококачественное чтиво для отдыха и поднятия даже самого упавшего настроения.

Им написано огромное количество книг, среди которых я бы особенно отметила "Вещие сестрички", "Стража! Стража!", "К оружию! К оружию!", "Движущиеся картинки", "Мрачный жнец"... да каждую вторую бы особо отметила, а то две из трех.
К сожалению, сейчас Терри Пратчетт болен редкой разновидностью болезни Альцгеймера. Как жаль...

Цитировать Пратчетта я могла бы бесконечно, а потому ограничусь двумя цитатами: короткой (дабы показать емкость его языка и красоту метафор) и длинной (чтобы лучше продемонстрировать иронический талант автора).

Короткая:
Он упал очень медленно, подобно могучей секвойе, которая делает первый шаг на пути к возрождению в виде миллионов листовок "Спасите деревья"...("К оружию! К оружию!")

Длинная:
Самые недолговечные создания Плоского мира — это мухи-однодневки, они живут не больше двадцати четырех часов. Как раз сейчас две самые старые мухи бесцельно кружили над ручьем с форелью, делясь воспоминаниями с более молодыми мушками, что родились ближе к вечеру.
— Да, — мечтательно произнесла одна из них, — такого солнца, как раньше, уже не увидишь.
— Вы совершенно правы, — подтвердила вторая муха. — Вот раньше солнце было настоящим. Оно было желтым, а не каким-то там красным, как сейчас.
— И оно было выше.
— Именно так, именно так.
— А личинки и куколки выказывали к старшим куда больше уважения.
— Именно так, именно так, — горячо подтвердила другая муха-однодневка.
— Это все от неуважения. Думаю, если бы нынешние мухи вели себя как подобает, солнце осталось бы прежним.
Молодые мухи-однодневки вежливо слушали старших.
— Помню времена, когда вокруг, насколько хватало глаз, простирались поля, поля… — мечтательно промолвила старая муха.
Молодые мухи огляделись.
— Но ведь поля никуда не делись, — осмелилась возразить одна, выдержав вежливую паузу.
— Раньше поля были куда лучше, — сварливо парировала старая муха.
— Вот-вот, — поддержала ее ровесница. — А еще корова, корова была.
— А и верно! Верно ведь! Я помню эту корову! Стояла здесь целых… целых сорок, нет, пятьдесят минут! Пегая такая, если память не изменяет.
— Да, нынче таких коров уже не увидишь.
— Нынче вообще коров не увидишь.
— А что такое корова? — поинтересовалась одна из молодых мух.
— Вот, вот! — торжествующе воскликнула старая муха. — Вот они, современные однодневки.("Мрачный жнец")

Так это я, собственно, к чему. Вчера на нашем EN-домене прошла виртуальная игра по Пратчетту. Создателем игры была моя... мама (хотя в создателях значится сестра). Я с удовольствием приняла участие (хотя в списке игравших значится мой муж), более того - к своему удивлению и восторгу, без особой борьбы заняла второе место! Родственной помощью я не пользовалась - не уважаю неспортивное поведение, специально просила маму не делиться со мной ничем во время создания игры. Так что я молодец! Никак не предполагала такой результат: ведь мы здесь никак не можем соревноваться на равных с жителями других территорий России, поскольку у нас примерно в 7-10 раз ниже скорость Интернета.
Сценарий игры можно увидеть здесь.
Почитать Пратчетта можно, например, здесь.

Долгое вступление, которое можно пропустить

Впервые я столкнулась с В.П.Серкиным, когда в Москве купила отличную книжицу "Методы психосемантики", где была бездна бесценной для меня информации, без которой полноценно не состоялась бы моя диссертация.
Владимир Павлович Серкин - доктор психологических наук, профессор Северного международного университета в Магадане, автор замечательных публикаций по психологии субъективной семантики, образу мира и ряду других проблем (например, проблема "северного сценария" - модификация синдрома отложенной жизни). Но широкой аудитории В.П.Серкин известен совсем в другом контексте.

В июне 2006 года я отправилась защищать свою диссертацию, уже зная, что в диссовете будет Серкин. При обсуждении перспектив защиты с диссертантками из Владивостока мне был задан вопрос: "А ты читала "Хохот Шамана"?" Так я впервые услышала об этой книге. Выяснилось, что никто из присутствовавших книгу не читал, знают только, что она должна продаваться в разделе "Эзотерическая литература", что всех нас (типа серьезных людей, занимающихся научной работой) немало смутило.

На моей защите В.П.Серкин выступил сам, похвалив работу. После окончания защиты он подошел ко мне и уточнил некоторые методологические неточности (не вполне точное употребление термина "семантическая универсалия"), посоветовав исправить это в автореферате перед отправкой в ВАК. Я от души поблагодарила его и за проявленную тактичность (ведь он вполне мог, как водится, громогласно указать на мой промах перед всем диссоветом), и за его книгу "Методы психосемантики", которая мне очень помогла при создании работы. Так что с автором книги "Хохот Шамана" мне довелось пообщаться лично.

Сама книга попала в мои руки той же осенью благодаря Rain71, за что ему огромное спасибо. Книгу можно воспринимать и как "эзотерическую", и - для скептиков - как художественную, от этого она не теряет своей ценности. Мне эта книга очень помогла - многие соображения оттуда встроились в структуру моего мировоззрения.
Книга повествует об опыте общения с необычным человеком. Для меня помимо всего прочего очень ценно, что "действие" происходит на Крайнем Севере, в Магаданской области (всего-то полторы тысячи км от нас, гораздо ближе, чем любой другой регион), где жизнь и природа еще более суровы, чем здесь, на Камчатке. Состояние Шамана и его образ мыслей, кстати, весьма роднят его со знакомыми мне лучшими представителями коренных народов Камчатки.

А вообще я эту книгу от души рекомендую любому мыслящему человеку. Не факт, конечно, что всем она придется по душе (suum cuique, каждому свое), но для меня она - одна из самых важных книг, прочитанных в моей жизни.

Далее следуют некоторые отрывки (скачать книгу целиком можно по ссылке в конце поста, но лучше купить).

***
Подкладывая ветки в костер, я обратил внимание на одно из действий готовившего "стол" Шамана. Он вынул из пакета вареное куриное яйцо, превратившееся на сорокаградусном морозе в ледышку, и, почти не глядя, одним ударом ножа расколол его на две равные части. Усевшись, я попытался расколоть пару яиц своим более тяжелым ножом, потом еще тройку ножом Шамана. Ни одно яйцо мне не удалось расколоть ровно и без крошки. Это навело на мысли о какой - то особой сноровке Шамана.
- Ты часто раскалывал так яйца?
- Не припомню. Да ты и не часто их приносишь.
- А как ты научился их так ровно раскалывать?
- Не учился. Придет же такое в голову.
- Но как ты их колешь?
- Смотри. (Шаман небрежно ударил моим ножом уже не поперек, а вдоль по последнему целому яйцу, которое раскололось на две равные половинки.)
- В чем секрет?
- У нас разные действия.
- В чем разница?
- Когда действую я, я действую целиком. А ты - частями.
- Какими частями?
- Например, одна часть тебя не уверена, что ты справишься с яйцом, другая думает, что и колотые яйца на морозе не пропадут, третья - вообще в Магадане с проблемами твоих собственных яиц.
- Но мои действия могут быть более комплексными, чем твои ситуативные.
- Твои действия могут быть только более размазанными. Например, вместо точного удара по яйцу ты истерично ударяешь по пальцам. Такая размазня делает человека немощным и старым.
- Что мне делать, чтобы научиться действовать как ты?
- Не имеет значения. Можешь, например, колоть яйца. Главное: когда колешь яйца - коли яйца, а не лови ворон.
- Но как?
- Начни это.

***
Когда я рассказал ему гипотезу лингвистической относительности и детерминизма Сепира - Уорфа, Шаман заявил что мой язык вносит ограничения и в саму гипотезу. Он считает, что ее следовало бы сформулировать и назвать гипотезой относительности практик, так как человек вообще не может говорить о том, что не практикует.
- Почему язык может меня ограничивать?
- Слова твоего языка обозначают предметы и действия, но мир не состоит из предметов и действий.
- Из чего же он состоит?
- Из того, что ты о нем думаешь.
- Я спрашиваю о реальности.
- Ты можешь думать только о том, что ты делаешь, и это - твоя единственная реальность.
- А как думать о другой реальности?
- Ты видишь летящую чайку и говоришь: "Чайка летит". Это твоя реальность. Древний чукча говорит слово, обозначающее: "Дух побережья проявляет себя в чайке, и я понимаю этот знак". Он это делает, такое понимание - часть его практики, и это - его реальность.
- А есть единая реальность для всех?
- Только на уровне совпадения практик.

***
Шаман предложил мне забрать несколько килограммов красной икры для родственников. Раньше он не говорил о хозяйстве, но я предполагал, что, живя в столь суровых местах, Шаман ведет жестокую борьбу за существование. Это предположение заставляло меня захватывать лишние продукты и не налегать на угощения Шамана. Сегодня выяснилось, что мои предположения неверны. Наоборот, Шаман, думает, что он живет в хороших условиях, а я в городе тяну с большим напряжением.
- В городе прожить легче. Оставь икру себе.
- Скоро будет новая. Хорошо бы, вы съели эту до июля. В городе потруднее прожить.
- У тебя так много икры?
- Солю одну бочку в путину. Если разделить на все дни года - около ста пятидесяти грамм на день. Ни один человек столько не съест.
- Что ты еще заготавливаешь на зиму?
- Бочку грибов, пару бочек лосося, бочку разнорыбицы, пару - тройку банок краба, бочонок брусники морожу, по банке рябины, голубики, потом папоротник, морская капуста, шишка, шикша, красный корень, черемша, дикий лук… Глянь в леднике.
- Теперь понял, почему ты не взял витамины. А тогда подумал, что из-за щепетильности насчет химии.
- С витаминами здесь получше.
- Килограммы ценнейших продуктов на день! Зачем Кузьма тебе привозит крупу, картошку? Зачем мы охотились?
- Крупы, картошка, хлеб - углеводы. Охотимся редко, это - практика.
- Значит тебе не нужны продукты, которые я приношу?
- Разнообразие радует. Апельсин, лимон, томаты, киви эти интересны. А консервы или концентраты…
- И сколько времени у тебя уходит, чтобы кормиться год?
- Если считать рабочий день по пятнадцать часов, то дней десять - двенадцать.
- Десять дней кормят год?
- Говорю же, в городе жить потруднее. Зря ты пренебрегаешь добычей.
- Теперь призадумаюсь. Почему так?
- В городе ты должен покупать родне и себе то, что не нужно для жизни: модные вещи, технику, мебель, напитки, подарки… Всего не перечесть. Здесь ты свободен от этого.
- Но это нужные вещи. Отношения, уровень, престиж, наконец.
- Тебе пока лучше жить и практиковать в городе.

***
- Ты не думал жениться?
- Ты не сможешь понять. Мои дети и внуки выросли, а подруги умерли. Но в жизни есть этапы развития, которые мужчины и женщины не могут пройти в одиночку.
- В целом ряде учений говорится о преимуществах жизни без партнеров.
- Почему, по - твоему, на Земле создано примерно одинаковое количество мужчин и женщин?
- Не знаю. Почему?
- В старых легендах говорится, что мужчина и женщина - только половинки полноценного человека.
- Ты считаешь, что это правда?
- Правда, что мужчины и женщины во многих парах не являются отдельными людьми, а частями парной системы.
- Как это?
- Как младенец не является самостоятельным существом, а живет лишь в системе с мамой.
- Как складывается такая система "мужчина - женщина"?
- Годами из тысяч привычек. Например, если она забывает закрывать двери - он приучается проверять, он не может торговаться на рынке - она обучается этому…
- Обязательно нужно побыть в системе?
- Кто не был частью системы, не сможет быть цельным и один.

***
Однажды, когда мы пили чай, в гости зашел мой давний знакомый, считающий себя человеком творческим и неординарным. Он не был у меня несколько лет, что не помешало ему явиться, как всегда, без предупреждения. Шаман почти не обращал на него внимания, что "зацепило" знакомого, и он стал, по своей привычке, ничего не зная о Шамане, советовать ему пересмотреть свою "пустую" жизнь. Шаман внимательно выслушал советы, еще более "зацепил" знакомого парадоксальными замечаниями и рефлексивной надстройкой и, в свою очередь, дал ему ряд рекомендаций. Зная, что без расспросов Шаман дает методические рекомендации только тем, кого считает больным, я был удивлен. По моим прикидкам Шаман не был в городе более пятнадцати лет, и он уверенно "лечил" современного человека. В его словах было настолько много того, что эвелны называют "сила слова", что мой нигилист выполнил после очень тщательно все рекомендации. Он изменился довольно быстро (за три - четыре месяца) и весьма неожиданно. Наверное, неожиданно и для себя самого.
- З.: И как же мне начать?
- Ш.: Начни с малого. Спланируй изменения.
- Тысячу раз я это делал, ничего дельного не планируется.
- Ты ни разу не выполнил ритуал [45] планирования.
- Может ты, о мудрейший, расскажешь мне сей древний ритуал.
- (Шаман не реагировал на иронию.) Прежде всего, сходи в баню и сделай себе аккуратную модную прическу.
- Это зачем?
- Потом купи себе модные хорошие туфли. Есть деньги?
- Есть - есть.
- Если денег нет сейчас, помой и почисть эти.
- Очень интере-е-есный ритуал!
- Купи себе хороший фирменный одеколон, ручку "Паркер" и хорошей, лучше финской, бумаги.
- О, ближе к делу.
- Чисто вытри стол, положи на него пачку бумаги и ручку "Паркер".
- Ну, Вы совсем утрируете.
- Одень новые туфли, глаженые брюки, свежую рубашку, сбрызни новую прическу одеколоном, выключи телефон, убери часы и сядь за стол не менее чем на полтора часа.
- Это, действительно, ритуал. Вы не смеетесь?
- Возьми из пачки лист и напиши на нем "Паркером" сверху "Планирование реальных действий".
- Вы смеетесь.
- Через две минуты тебе захочется вскочить и побежать по своим неотложным делам. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.
- Что это даст?
- Еще через две минуты тебе захочется записать твои творческие озарения. Отбрось их, как и предыдущую суету. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.
- Что мне думать о линии жизни?
- Еще через две минуты ты поймаешь себя на том, что думаешь о посторонних вещах. Отбрось и эти мысли. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.
- И что это даст?
- Несколько раз тебе придется отбрасывать посторонние мысли и спокойно возвращаться к мыслям о линии жизни.
- Так что это даст?
- Ты когда-нибудь делал так?
- Нет.
- Эта новая для тебя практика - начало культурного действия планирования.

Вложение: 3685923_V.rar

Конечно, не стоит говорить "гоп", пока не перепрыгнешь (наша команда зовется "гоп-компания"), и тем не менее: сейчас наши едут за последним кодом, опережая всех остальных как минимум на два задания.

Текст последнего этапа (последний этап - традиционно финально-праздничный):
"Код этого задания вы получите на финише. Сильно не торопитесь! На дорогу до места вам даётся 1 час (это время будет потом вычтено из вашего общего тайм-графика), так что соблюдайте ПДД!

Итак, ждём вас на open-air: река Микижа, трасса на Паратунку. Координаты по Google: широта 53 гр 1'0.57'' С долгота 158 гр 16'30.35'' (это большая асфальтированная парковка. Дальше идите на звук).

В программе:
-дискотека на лесной полянке
-special guest - DJ Вахруш
-after-party у костра
-chil-out - отдельная палатка
-винная карта: чай/кофе/алкоголь
-охраняемый паркинг

Действуют dress & face control."

До чего жаль, что меня нет с ними в эту не по-камчатски теплую летнюю ночь!
Наши не выигрывали с тех пор, как, едва появившись, в октябре-ноябре выиграли две игры подряд. Ура, мы вернули себе статус сильной команды!

Наши играют (сегодня EN-игра), а я болею: в прямом и переносном смысле. Поэтому не сплю, слежу за ходом игры. В ожидании сделала наконец то, что давно собиралась: ввела в дневнике разделы и не поленилась разбить на рубрики все имеющиеся записи, благо их пока не так много.
Сообщила мужу о своих нововведениях. Муж, чуть подумав, правильно назвал все введенные мною рубрики, помимо следующих: кулинарной ("Рецепт-шоколад-торт"), краеведческой ("Камчатка и ее странности") и рубрики "Любимое". Начал с себя;) и кошки, продолжил работой, танцами и Encounter'ом. Насчет последнего он почти не ошибся: такую рубрику я собиралась ввести, однако не ввела, рассудив, что теперь редко об этом пишу.
Итог: дословно угадано больше половины. Кажется, он меня хорошо знает.=))

Чья-то песня. Чья - не нашла. Слышала в исполнении только одного человека, который утверждал, что автор песни открещивался от любых параллелей со Стругацкими. А зря - мне (как и другим, наверное) эта песня напоминает именно Стругацких, самые разные их книги: "Пикник на обочине", "Обитаемый остров", "Малыш"...

Попытка к бегству

По грязному пластику в сети трещин,
по стертым и ржавым железным плитам,
в подвалах по тонким стальным пролетам,
в туннелях, где эхо звучит зловеще,

в колодцах, где слизью бетон сочится,
брезгливо сжимая влажные скобы,
в канавах по пояс в струе нечистой
и снова в колодцах, в туннелях, чтобы

откинуть тяжелую крышку люка
под днищем военного вездехода.
И двигатель вздрогнет, и рявкнет гулко,
и траки сомнут охрану у входа...

Заровняет волна прибоя
отпечаток босой ноги.
Бедный мальчик, Господь с тобою,
не оглядывайся, беги!

Ворота распались, и залп вдогонку
расплавил песок чуть левее следа.
Машина, качаясь, бежит под горку,
но это пока еще не победа.

Патрульная зона и жар пустыни,
сурового мира порядок строгий.
Вся прежняя жизнь, все ее святыни
встают, словно радуга над дорогой.

Заровняет волна прибоя
отпечаток босой ноги.
Бедный мальчик, Господь с тобою,
не оглядывайся, беги!

Погоня отстала, и можно смело
все люки открыть, и ворвется ветер.
И в люках открытых заблещет небо,
и солнце приборный щиток осветит.

А ночью зажгутся огни Вселенной -
от белого пламени Ориона
до самой маленькой, отдаленной
звезды на окраине небосклона.

И можно во тьме не искать дороги,
а править на эту частичку света
и вслух повторять любимые строки
забытого этой землей поэта...

Заровняет волна прибоя
отпечаток босой ноги.
Бедный мальчик, Господь с тобою,
не оглядывайся, беги!
Не оглядывайся, ты слышишь, мой милый, беги!

Болеть - теплый летний день(такая редкость в наших краях!), а я сижу дома.
Болеть - горячий сбитень, горизонтальное положение, книжка в руках.
Болеть - всё плывет перед глазами и ноет голова, сонливость и слабость.
Болеть - любой громкий звук заставляет, морщась, схватиться за ухо (причем, разумеется, правое).
Болеть - немым укором в углу стоит стремянка, квартира с нетерпением ждет ремонта, а сил нет.
Болеть - вечером EN-игра, в которой так хотелось бы поучаствовать, но не в состоянии.
Болеть - из-за гудящей головы заброшено рукоделие, жаждущее своего завершения.
Болеть - уже третий день без танцев, увы.
Болеть - вот бы поныть погромче и пожалобней, но нельзя расслабляться и себя жалеть!

ЗЫ. Всё нормально.)) Это просто стилизация (причем не очень удачная). А к врачу я пойду в понедельник.

Первый поставленный мною танец живота уже практически себя исчерпал: мои ученицы почти добрались до его конца. Кстати, первые восемь тактов мы разучивали месяц - на всё остальное понадобилось столько же времени. Впрочем, первые недели я стремилась, конечно, не столько к тому, чтобы мои танцовщицы выучили побольше, сколько к тому, чтобы они не забывали соблюдать простые основные правила: верхняя и нижняя часть тела всегда работают независимо друг от друга; если одна нога сгибается - другая обязательно выпрямляется; руки никогда не закрывают бедра и т.д.

Итак, первый танец практически выучен. Я ставила его на песню Aneela "Money Money" (ужасно попсовую, конечно, но зато быструю и короткую), комбинируя известные мне движения, а порой и серии движений, и стремилась сделать его максимально простым с тем, чтобы он подошел для начинающих. Судя по охам и стонам моих танцовщиц, последнее мне не очень-то удалось!
Танцовщицы мои, кстати, большие молодцы. Теперь их стало больше - присоединились Лиля, Олеся и Люда; все три когда-то занимались танцами, что сразу существенно облегчает преподавательскую задачу. Олесю так и вовсе ничему не надо учить, всё на лету хватает (исключительно талантлива!), эх, если бы я так же легко училась... Тем не менее, молодцы ВСЕ мои танцовщицы; приятно посмотреть, когда мы все вместе делаем движения абсолютно синхронно. Техника движений уже на высоком уровне, внутренняя логика восточных танцев усвоена. Ах, до чего же приятно, когда видишь результат своей работы, да какой результат!

Теперь ставлю второй танец уже без оглядки на "сложность" или "простоту" движений. Скачала единственную песню в восточном стиле, которая мне по-настоящему нравится: Sting "The desert rose". Думаю, однако, скоро она мне перестанет нравиться, поскольку навязнет в зубах: только за сегодняшний вечер я ее прослушала раз восемь.
Это будет сделано фактически как концертный номер; возможно, даже выступлю с ним на аспирантском балу в декабре. И с костюмом к тому времени разберусь. Должна сказать, я вовсе не мечтаю выступать с танцами: ведь это требует огромного внимания к внешнему виду, начиная, скажем, с макияжа и заканчивая изяществом фигуры; всё это для меня довольно трудно. Но мои ученицы напрочь отказываются выступить хотя бы и на аспирантском балу с танцем, который они уже отлично исполняют, а мне, весьма тщеславной, хочется всем показать, что я не зря работала! Публики я не слишком боюсь (после того, как я исполнила свой первый танец для ВЕБ и коллег, одна из присутствовавших потом сказала мне: "Я бы никогда не решилась войти, танцуя, в кабинет проректора" - дело в том, что мой танец предполагал появление "на сцене" с помощью проходки "вниз - в сторону", а сценой в данном случае служил кабинет ВЕБ, первого проректора нашего университета). Предпочла бы, чтобы танцевали мои ученицы - или, на худой конец, мы с ними вместе, - но готова и сама выступить.

Новый танец буду строить на основе того, что выучила совсем недавно. Приобрела за последнее время два видеокурса: на одном учат танцевать с платком (до этого дополнительные аксессуары я не использовала), на втором - танцевать на полу. Второе, конечно, особенно тяжко! Впрочем, буквально со второго раза я научилась ложиться на пол, откидываясь назад из положения на коленях, - а сначала казалось, что это для меня попросту невозможно. Первое время очень сильно болели мышцы, в особенности передние мышцы бедер, но всё это тренируется - главное, знать, как.
Меня гораздо больше тревожит, что я не могу освоить многочисленные быстрые повороты на одном месте. Я всё делаю правильно: удерживаю глазами точку и резко поворачиваю голову, находя точку снова. Тем не менее, моментально подступает мучительная тошнота, как будто я полпачки сигарет подряд выкурила. Видимо, мой вестибулярный аппарат для этого вообще не приспособлен: ведь даже от простых круговых движений головой у меня всё плывет перед глазами. Я не теряю надежды освоить быстрые повороты на месте много раз подряд (ведь это так красиво смотрится, особенно с платком!), но, возможно, не смогу с этим справиться. Очень жаль!

В общем, под Стинга я буду танцевать с платком и с опусканием на пол, а так же с максимально сложными для меня комбинациями движений. Песня довольно длинная, почти пять минут; долго же я буду разрабатывать номер. Сегодня придумала вступление и прикинула основную канву танца.
Мало что меня так увлекает! И это при том, что мне никогда не нравилась - да и сейчас не нравится - эстетика танца живота и вообще культура Востока, пестрая и чуждая. Колыхание телес никогда не казалось мне привлекательным (впрочем, как я уже упоминала, это, пожалуй, нормально - ведь я гетеросексуальная женщина, почему же меня должны привлекать шевелящиеся женские формы?). Но когда танцуешь сама... Это бесподобное наслаждение: слияние с ритмом и музыкой, работа каждой мышцы, изящество и четкость одновременно. Что-то в этом есть очень естественное именно для женщины. И я понимаю, почему танцовщицы в храме танцевали для Бога.

Кстати, приемлю только арабский танец живота. Вариации на тему индийских танцев мне не нравятся, это что-то совсем другое: резкие ритмичные удары, звон колокольчиков. А арабские танцы - магия, пластика, завораживающий и меняющийся ритм... Чем-то сродни фламенко, которому, кстати, я тоже хотела бы научиться.