На кладбище тишь. Там темно, жутковато
Средь старых заросших могил.
И есть там могила вампира-Лестата,
Который в ней харю мочил.
В соседнем селе громко воет собака
На злую собачью судьбу;
Внезапно открылись глаза вурдалака
И он повернулся в гробу…
Он спал очень долго и вот пробудился,
Готовый войти в новый мир.
Увидев его, всей душой восхитился
Оживший от дремы вампир.
Все было так круто, все было так клево,
Что слов он не мог отыскать! -
Но тут ему стало довольно хреново,
И он решил срочно пожрать.
Нашел он на улице жертву тупую,
Ее с аппетитом он съел,
Снял с трупа штаны и кожанку крутую
И так вот себя приодел.
Ходил он по улицам и удивлялся,
Нашел он какой-то гараж;
Там музыки грохот и вой раздавался,
Короче, шел полный кураж.
Пробрался в окошко Лестат осторожно
На стол потихоньку прилег
И вдруг завопил он ужасно, истошно,
Испробуя свой голосок.
Все вышло отлично. Но те, кто играли,
Со страху сгрудились толпой
И нагло, с нажимом Лестату сказали:
"Чувак, ты вообще кто такой?!
У нас репетиция, нам ты мешаешь,
Не нужен нам лишний певец!
Хотя… офигительно ты зажигаешь,
Пусть ты белобрысый юнец!"
Ответил Лестат: "Вы счастливцы, ребята,
Ведь скоро я стану звездой.
Узнает весь мир про Вампира Лестата
И вас, коль пойдете со мной".
Они согласились, и вскоре планете
Открылся наш новый кумир.
И это случилось впервые на свете,
Чтоб славы добился вампир.
Он стал знаменитым, мечты воплотились!
И вот интервью он дает.
Народу полно, журналюги сгрудились
И каждый с волнением ждет.
Зажегся экран и на нем появился
Страшенный, патлатый Лестат:
Он был очень бледным и слабо светился,
Пылал кровожадностью взгляд.
Один глаз зеленый, другой ярко-красный,
Он бешено скалит клыки;
На нем пиджачок, весь в заклепках, атласный…
Короче, отпад, чуваки!
Увидев такое, все громко взревели,
Фанаты к экрану бегут,
Туда ж журналюги толпой налетели
И хором чего-то орут.
Когда попритихли, Лестат улыбнулся
И, скаля клыки, объявил:
"Спустя двести лет наконец я очнулся
От сна средь заросших могил!
На ваши вопросы я кратко отвечу,
Даю вам минут двадцать пять.
А после, ведь скоро надвинется вечер,
Мне надо кого-то сожрать!"
Не верит никто, но в восторге фанаты,
Опять верещат и орут.
Но вот журналистка спросила Лестата:
"Скажите, а как вас зовут?"
Не думал Лестат, говорить иль не надо,
Его на вранье понесло:
"Я злющий вампир из трущобы Багдада
По имени Вилле Вало".
"А где же другие вампиры, скажите!
Я слышала, много веков
В гробах вы на кладбищах сумрачных спите
В тусовке других мертвяков!"
Лестат ей ответил, выпучив глазищи:
"Считают известность они
Излишней, ну вот и живут на кладбищах,
Тупые ворчливые пни!
А я своей славой горжусь и взываю:
Проснитесь, идите ко мне!
Я всех вас, козлы, разбужу, растолкаю,
Довольно томиться во сне!
А тот, кто не спит - вы скорей приходите,
Разделите славу мою!
Ко мне, вурдалаки, бегите, спешите!.. -
На этом конец интервью".
Тем временем в Лондоне, на Пиккадили
Жила нимфоманка одна.
Мужчины бедняжку совсем не любили,
И страшно страдала она.
Всех звезд совратить эта дура пыталась,
Но только вгоняла всех в стресс,
Когда похотливо она улыбалась -
Беззубой была наша Джесс.
Не кушала Джесс ни морковь, ни колбаску,
Лишь манку могла она жрать.
Работала Джессика на Таламаску,
Вампира мечтала поймать.
Однажды с утра Джесс стишок сочиняла
О дикой, безумной любви.
А рядом какая-то рожа орала -
Работал канал MTV.
Забойная песня была, заводная,
Мож стоит альбомчик купить?..
Подумав чуть-чуть, нимфоманка шальная
Решила певца совратить.
Используя то, что певец кровососом
Отважно себя называл,
Она побазарила с Дэвидом-боссом
И он ей задание дал
Во всем разобраться, коль хочет так страстно,
Но Джесси сказал строго он,
Что может быть очень и очень опасно
И лучше не лезть на рожон.
Затем в кабинет он завел ее мрачный,
Остался один на один,
Ключом открыл маленький шкафчик прозрачный
И вытащил пару картин.
На первой пацан дико пучит глазенки,
Прикид на простынку похож;
Он к жирненьким ангелам тянет ручонки,
И сам очень жирненький тож.
Другая картина собой представляла
Большущий портрет мужика,
И в раму дубовую еле влезала
Большая мужская башка.
Он бледный и наглый, с приподнятой бровью,
На вид не поймешь сколько лет;
Внизу ж, в уголочке, написано кровью:
"Мариус. Автопортрет".
"На этой картине создатель Лестата", -
Начальник сурово сказал. -
"И вот что еще есть… тетрадь компромата!" -
Пошел он к столу и достал
Тетрадку зеленую в жуткий цветочек
На старом китайском замке.
Откроешь - увидишь ты меленьких строчек
По тридцать на каждом листе.
"Ну ладно, я, б…, вечерком почитаю!" -
Джесс нервно тетрадку взяла, -
"Адье! На сегодня я вас покидаю".
Сказав так, до дому пошла.
Ей так не терпелось прочесть про Лестата!
"Ну может быть", - думала Джесс, -
"Найду в дневнике хоть немного разврата…" -
И млела от сладостных грез.
Едва лишь вернулась - скорей на диванчик,
Открыла в начале дневник,
Себе налила она виски в стаканчик,
Так близок волнующий миг…
"Привет той козлине, что держит в ручищах
Дневник мой секретный сейчас.
Сижу я на старом унылом кладбище,
Пишу я свой горький рассказ.
Я был дворянином богатым когда-то,
Но начал людей убивать -
Безумство нашло на беднягу Лестата,
Пришлось мне из дому сбежать.
Мотался я долго по Франции гадкой,
Копил на жратву я гроши;
И жизнь представлялась такою несладкой
Раздумиям черной души.
Однажды, потративши целую сотню
На пиво, я так психанул!
Кабак перебил весь, упал в подворотню
И мало-помалу уснул.
Когда я проснулся, ужасно болела,
Гудела моя голова.
Но где нахожусь я? Не понял. В чем дело? -
Мозгами я двигал едва.
Должно быть, вчера была клевая party… -
Гляжу я вокруг и дивлюсь.
Лежу я на красной дубовой кровати,
Но где - ни фига не врублюсь.
Вокруг никого, а все двери закрыты,
За окнами рдеет закат…
Неужто забрали меня ваххабиты,
Чтоб деньги просить на джихад?!
От этой мыслишки мне сделалось дурно
И начало сильно тошнить.
Пошел блеванул в золоченую урну
И стал размышлять, как мне быть.
Внезапно я вздрогнул: в двери повернулся
Со скрипом ужаснейшим ключ.
О нет! Похититель кошмарный вернулся!!!
Дам денег, ты только не мучь!
Я урну схватил, к косяку я прижался,
Готовый убить подлеца…
И тут за спиною вдруг голос раздался,
Вблизи моего, блин, лица!!!
"Брось урну, дружочек, изволь извиниться
За свой отвратительный жест!"
А я закричал: "Не фиг было ломиться,
И это разумный протест!!!"
По правде сказать, я совсем испугался,
И выпала урна из рук.
Ну как этот гад за спиной оказался
Вот так неожиданно вдруг?!
Чрез пару минут мне слегка полегчало,
Унялся я и присмирел.
Пусть руки трясутся - тошнить перестало…
И я наконец разглядел
Того, кто привез меня в се помещенье:
Однако, он не ваххабит!
(Закралось внезапно в меня подозренье:
А если я буду убит?!)
Он белый как мрамор, а темные пряди
Зачесаны гладко назад.
Оттенок презренья заметен во взгляде.
На нем ярко-красный наряд:
Из бархата длинный пиджак очень модный,
Сорочка и брюки на нем.
И смотрит так странно, как будто голодный…
А я-то, простите, причем?!
Занервничав, я заявил громогласно:
"Послушай, я очень богат.
Задерживать здесь меня будет опасно,
Не будь я, блин-на-фиг, Лестат!
Я граф, в Оверни я имею именье!
Отыщут меня тут легко!"
Ответил мне он: "Сударь, вы в заблужденье -
Уж очень мы здесь далеко.
Не слишком воспитаны вы, как я вижу:
Во-первых, милейший, бонжур!
И вас, во-вторых, я ничем не обижу,
Любезный мсье Лионкур!"
Но я догадался: не светит спасенье
И, воя от страшной тоски,
Бросаюсь к нему я в ужасном смятенье,
А он вдруг оскалил клыки;
Успел я едва лишь рукой размахнуться,
Как в челюсть удар получил,
Затем, блин, в живот - и пришлось мне загнуться,
А мир пред глазами поплыл;
Машу я руками, но не помогает,
Заехали в глаз и под дых,
Да он же меня, на-фиг-блин, избивает!!!
Он просто маньяк или псих!
Потом получил я по носу, по почкам,
Теперь-то я точно уж плох;
Меня не учили подобным примочкам!
Неужто совсем я как лох?!
Но вот покачнулся весь мир, я свалился,
А он меня вдруг обхватил,
И как ни кричал я и как я и бился,
В меня свои зубы вонзил.
От ужаса я страшным матом ругался,
Ведь он мою кровь выпивал!
Я дрыгал ногами, вопил и кусался,
Но он меня крепко держал.
Я стал обескровленным, бледным, избитым,
Готовлюсь уже помереть:
Уж лучше, конечно же, быть мне убитым,
Чем дальше такое терпеть!
Читать далее...
