490 просмотров

297 просмотров

492 просмотров

Супер

Я видел, как шесть пар тяжёлых черных ботинок снова и снова пробивали его череп и грудную клетку, не остановившись даже после того, как он умер. Я смотрел на его лицо, оно было изуродованно до неузнаваемости. Я видел, как его волосы, всегда настолько светлые, что казались белоснежными, стали красными и спутались от его запёкшейся крови. Я видел, как ломались его рёбра, придавливая его лёгкие, перекрывая его дыхание навсегда. Я помню, как Драко, подняв голову, смотрел прямо мне в глаза, не отводя взгляд, пока не потерял сознание. Я стоял рядом и смотрел, как шесть моих друзей-гриффиндорцев убили Драко Малфоя.

Тогда каждый думал, что будет убит. Драко мог их убить, но я знаю, он не сделал бы так, по крайней мере, он не планировал никого убивать. Но в этом не было разницы. Драко Малфой, слизеринец, сын Пожирателя Смерти, обучавшийся тёмной магии держал в заложниках всю школу и угрожал наслать проклятия- это видели все. Но он не ограничился лишь угрозами. Драко использовал проклятия, наложил Круциатус на нескольких человек, в том числе на моего друга Рона.

Люди говорят,что я остановил его. Я не верю этому. Когда я отрицал это, все думали, что из-за моей скромности. Им и в голову не могло прийти, что я не хочу быть причастным к смерти Драко. Они думали, что он - озлобленный убийца-психопат, и если бы его не остановили, он убил бы нас всех. Правда, Драко, возможно, и был немного помешан, но кто не стал бы таким, пройдя через то, что прошёл он? Я знаю наверняка,- он не был убийцей. Быть профессионалом в тёмных искусствах не значит, быть любящим убивать маньяком. Те шесть парней, которые избили Драко до смерти, это они были настоящими убийцами, им даже не пришлось воспользоваться магией, чтобы убить.

А самая забавная...или, возможно, действительно грустная вещь... в том, что все будут потом говорить о вреде от тёмной магии, считая, что министерство должно следить за людьми, которые её используют, сделать её недоступной для детей. Я знаю, они не заметят того, что случилось сегодня. Случай с Драко доказывает, что не тёмная магия губит волшебников, а волшебники убивают волшебников. Те шестеро, что убили Драко голыми руками... Я считаю, они-настоящие убийцы. Но министерство даже не заметило этого. То, что они видят- это как шесть гриффиндорцев, шесть добрых светлых волшебников защищали свою школу от слизеринца, злого тёмного мага. Утверждали, что с такой подготовкой, Драко мог убить нас всех одним заклинанием. Я в этом не сомневаюсь, он мог бы... Но они рассуждали неправильно. Он не хотел никого убивать...

Меня поразил тот факт, что они даже не думали, почему Драко так поступил. Если бы они спросили меня, я бы ответил. Я видел, как страдал Драко. Вы когда-нибудь задавались вопросом, почему, почему Пожиратели Смерти носят маски? Они носили их так долго, что не могут без масок. О слизеринцах думают, что они гордые, надменные, желающие славы, высокомерные, злые, бессердечные и жестокие. Считается, что Слизерин управляет школой. Но заметил ли кто-нибудь кроме меня, что происходит на самом деле? Знаете, кто управляет школой? Гриффиндор, вот кто. Понятия о добре и зле зависят от того, на чьей вы стороне, и от того, кто управляет миром. Сейчас миром управляет так называемая "светлая" сторона, и наши враги- это сторона "тёмная".Так почему мы ненавидим тех, кто на другой стороне? Потому что они хотят отнять у нас власть, убивая наших людей.

Представьте, что всё наоборот, что вы находитесь на "темной" стороне. Вообразите, что вами управляет "светлая" сторона. Вообразите, что вас и ваших людей ненавидят те, кто стоит у власти. Представьте, что схвачен ваш человек, он отправлен в Азкабан для Поцелуя Дементора. Разве это не является злом? Убийство ваших врагов всегда считают благородным, независимо от того находитесь ли вы на "светлой" стороне или на "темной". Знаете, я совершил убийство, и мне присудили шестьдесят баллов. Его считали врагом, так что это было благородное дело. Итак, почему мы ненавидим волшебников "темной" стороны, если они , как и мы, убивают своих врагов? Потому что "светлые" правят миром. Наше слово- закон.

Шесть гриффиндорцев убили Драко Малфоя, и были названы героями за это. Драко только восстал против той системы, что назвала его "злым". Его считали таким ещё до того, как он стал "тёмным". А он не мог просто сидеть и смотреть, как Кубок Домов год за годом отбирается у Слизерина и присуждается Гриффиндор. Я имею ввиду первый год обучения, когда Дамблдор присудил нам баллы лишь для того, чтобы мы обогнали Слизерин. Он нашёл умный способ дать нам баллы за нарушение правил и за убийство. Знаете, те парни, которые убили Драко, они тоже были награждены баллами за их преступление. Если я был на его месте избит слизеринцами, их сослали бы в Азкабан. Даже если бы я напал на школу, вина пала бы на них. Потому что общество считает, что Слизерин-это зло, а Гриффиндор- добро. И любой, кто попытается противостоять этой "системе" будет наказан.

Вы в праве спросить: а кто я такой чтобы рассуждать так? Я-Гарри Поттер, символ "светлой" стороны, печально известный борец против Волдеморта. Но всё могло быть по-другому. Я мог бы быть зачислен в Слизерин, а не в Гриффиндор. Напоминает бросок монеты на спор: орёл или решка? Представьте, что Сортировочная Шляпа определила меня Слизерин. Это не значит, что я стал бы другим человеком, но люди относились бы ко мне иначе. Я так же был бы против Волдеморта, ведь этот ублюдок убил моих родителей. И мне всё равно, будь вы хоть папа Римский, если вы убили моих родителей, вы попадёте в мой чёрный список. И, как для гриффиндорца, для меня совершенно естесственно желать его смерти. Но будь я слизеринцем, это был бы другой вопрос... Я не был бы героем. Меня посчитали бы мстительным молодым волшебником, желающим свергнуть Волдеморта лишь затем, чтобы стать новым Тёмным Лордом. Я был бы тогда воспринят как зло. Никакого различия в моих действиях, лишь другой факультет...

Но это был Драко. Я не пытаюсь убедить вас в том, что он был положительным и добрым в душе. И главное различие между мной и Драко (кроме мелких деталей) лишь в том, что я был зачислен в Гриффиндор, а он- в Слизерин. Я уверен, Драко совершал ужасные поступки в своей жизни. Он лгал, обманывал, крал, нарушал правила, причинял вред другим, манипулировал людьми, я даже знаю, что он даже убил человека. В этом списке нет ни одной вещи, которой не делал я. Но, тем не менее, я остался символом добра. Я не говорю, что я должен был быть зачислен в Слизерин, я лишь пытаюсь объяснить, что термины "добро" и "зло" субъективны, они не верны и должны быть забыты. Лично я думаю, что вместо "добрый" надо использовать "стоящий у власти". И не надо начинать говорить мне о добре и зле. Мы- не такие уж и "светлые", а они- не "тёмные и злые".

Знаете, почему гриффиндорцы ненавидят слизеринцев? Гриффиндор стоит у власти, а Слизерин бросил ему вызов. А слизеринцы ненавидят нас за то, что мы известны, как "более святые, чем они". А вы не думаете, почему Драко поступил именно так? Гриффиндор устраивал вечеринку в честь моей победы в квиддиче. По-моему, это был лишь повод, чтобы напиться. Я предложил Драко прийти, если он захочет. Я думал, что он откажется, но он всё же пришёл. Он никогда не приходил к нам до этого. Но как только он вошёл, Рон заметил его и начал вопить, верный своему, роновскому способу. В гостиной была огромная толпа, и все смотрели, как Рон "выбивеает дерьмо" из Драко. Никто даже не пытался его остановить. Это было несправедливо, я имею ввиду Драко, с его миниатюрной фигурой, приблизительно 5 футов, 4 дюйма, весивший не больше 105 фунтов. С другой стороны Рон- 6 футов, 2 дюйма, никак не меньше 200 фунтов. И Драко ничего не мог сделать, чтобы защититься, он лишь лежал, сжавшись в комочек, когда Рон, нависая над ним, жестоко бил его кулаками по лицу. Я клянусь, Рон выглядел как одержимый. Я вскочил ему на спину, требуя прекратить издевательства. И что же вы думаете? Рон даже не был за это наказан. История облетела весь замок, и каждый мог видеть подтверждение ей, глядя на Драко. Его лицо было в синяках, с рассечённой губой. Понимаете ли вы, как это было унизительно и убивающе это было для Драко? Осознание своего подчинённого положения, развивающийся комплекс неполноценности- этого было более, чем достаточно. Он жил, зная, что будь он жестоко атакован, это не будет воспринято, как что-то значимое, чтобы пройти жизнь, полагая, что Вы так низко снижались на цепи, которая могла жестоко атаковаться и это не будет иметь значение, это не было бы просто подсчитано как ничто. Драко не мог смириться, он должен был бороться за право на жизнь, драться зубами и когтями, чтобы люди осознали его значимость, но этим он ничего не добился. Но как только Слизерин переступает черту, целая школа хочет удостовериться, что нарушитель понёс достойное наказание. Гриффиндор, в таком случае, избегает неприятностей. Всем известно, что Снейп хорошо расположен к слизеринцам. Но можно ли обвинять его при этом? Он тоже был слизеринцем, он знает, кто по-настоящему правит бал- это Гриффиндор. Мой крестный чуть не убил Снэйпа, и знаете то, что случилось, что было потом? Ничего. За покушение на жизнь, Сириуса даже не ударили по руке, даже не попросили извиниться. Все думали, что Снейп забудет? Но это не так просто. Это то, что отказался сделать Драко.

Возможно, Драко и был к тому времени на грани безумия. Но правда ли это? Лично я полагаю, Драко мыслил ясно как никогда. То, что он сделал не было бессмысленным показом насилия, он не хотел убивать. Его план нападения состоял в том, чтобы запугать, сделать действительно безумными от страха перед тем, что может произойти. Возможно, некоторые скажут, что для слизеринца было бы равносильно самоубийству идти против гриффиндорцев- магглолюбов, "светлых" волшебников. И это абсолютная правда. И единственная причина, почему я только стоял и смотрел, как убивали Драко,- потому что я знал, что он хотел, чтобы случилось именно так.

Самым страшным и самым сложным из всего, что мне когда-либо приходилось делать. Вы можете подумать, что это лишь пример моей знаменитой "гриффиндорской доброты". "О, бедный самоотверженный Гарри Поттер не может смотреть на то, как избивают его давнешнего врага." Не правда! Я уверяю, здесь не было ничего "гриффиндорского". Настоящий гриффиндорец вскочил и добил бы его. Те шестеро, что пробили Драко череп- вот они, настоящие гриффиндорцы. Моя душа, душа слизеринца, не могла снести убийства Драко на моих глазах... Это была часть меня, которая осознавала , "это могло бы случиться с тобой", эта та часть, что проклинала Гриффиндор, та, что ненавидела мою Гриффиндорскую половину, из-за которой я не посмел встать на защиту слизеринца. Часть меня, которая хотела, чтобы я был в Слизерине, вместе с Драко. Если я пожертвовал жизнью ради Драко, ненависть слизеринцев осталась бы прежней. Нет, я должен жить, Драко ясно это доказал. Я - единственный из гриффиндорцев, кто знал и кто понял... Единственный, кто видел происходящее с обеих сторон. Я должен жить, чтобы смерть Драко не стала напрасной. Я любил, я одержим местью, и я отомщу за смерть Драко. Я не остановлюсь, пока не осознаю, почему он должен был умереть. Пока вы все не поймёте, что же это за порочное общество, если шестерых человек наградили за убийство. Пока не поймёте, что "другой" и "злой"- не одно и то же. Я не остановлюсь, пока сам не свершу правосудия, пока не отомщу. Я провёл большую часть жизни, желая увидеть смерть человека, который убил моих родителей. Когда я дождался, я думал- это всё, моя миссия окончена, и мести больше не будет- но случилось по-другому.

И я клянусь на могиле Драко Малфоя, что отомщу тем шестерым, которые убили моего возлюбленного

1016 просмотров

По результатам Exit polls (опросов избирателей на выходах с участков для голосования) победу на президентских выборах одержал первый вице-премьер правительства России, выдвиженец "Единой России", Дмитрий Медведев.

По данным ВЦИОМ (Всероссийского центра изучения общественного мнения) он набирает 69,6% голосов избирателей. Что касается остальных кандидатов, то лидер КПРФ Геннадий Зюганов получил 17,2% электоральной поддержки. У главы ЛДПР Владимира Жириновского 11,4% голосов избирателей. За четвертого претендента на главный пост страны – руководителя Демократической партии России Андрея Богданова проголосовали 1,8% жителей РФ.

Опросы были проведены 2 марта с.г. на 1 тыс. 200 избирательных участков в 57 регионах страны. На выходе из избирательных участков два интервьюера обращались к проголосовавшим с вопросом: "За какого кандидата Вы проголосовали?". Статистическая погрешность исследования не превышает 2%.

Сегодня я самма ходила на выборы и действительно, когда опускаешь бюлетень в урну, испытываешь удовлетворение серьёзно))) Я ходила с матерью, но, в отличии от неё, я голосовала за Дмитрия Медведева.Мне кажется, что ему можно и нужно верить!

Джоан "Мама Гарри" Роулинг в прошлом не раз заявляла, что не намерена останавливаться на достигнутом, характеризующем собой семь томов о самом известном волшебнике нашего времени. И вот за вдохновением она вернулась в эдинбургское кафе, где некогда и было положено начало истории о Гарри Поттере...
После выхода последней книги, Ро заверила журналистов, что собирается написать в недалеком будущем сразу две книги - одну для взрослых, другую - для детей. Telegraph сообщает, что в то самое знаковое для всех поттероманов кафе Джоан вернулась для работы над, в первую очередь, детской книгой.

"Я продолжу писать для детей, потому что это приносит мне удовольствие. Расставание с детским волшебством стало для меня одним из самых опустошительных моментов в жизни".

Но Роулинг не желает возвращаться к миру Хогвартса: "Я полагаю, что это будет хорошо как для меня, так и для моих читателей - отвлечься на что-нибудь другое, отличающееся от прежнего".

Впервые Ро появилась в эдинбургском кафе много лет назад, будучи тогда еще безработной и живущей за счет получаемого от государства пособия: "Я очень хорошо помню это кафе. Здесь я смешиваюсь с толпой, но не сижу в середине зала так, чтобы все обращали на меня внимание. В 90 процентах случаев меня могут заметить только работники кафе, которые позволяют мне спокойно работать и не обращают уже на меня никакого внимания".

Стоит отметить, что речь идет о том самом кафе, где около недели назад украли памятную мемориальную доску имени Гарри Поттера, о чем мы вам [писали] в предпоследний день зимы. Дж.К. Роулинг в шутку заметила, что это могли сделать только либо магглы, либо Пожиратели смерти.

179 просмотров

Автор: Катюхахахаха
Бета: -
Рейтинг: G
Пейринг: СС/ГГ
Жанр: Romance
Дисклаймер: -
Саммари: В одном из своих интервью Роулинг заявила, что Гарри после войны потребовал повесить портрет Снейпа в кабинете директора. Отмечала она, правда, что тот никогда не появлялся на нем. Так ли это?
Комментарии: -
Статус: Закончен

Оставить/посмотреть комментарии



Твое лицо, в его простой оправе…

Она приходила в кабинет директора каждый вечер с тех пор, как профессор Макгоннагал предложила заниматься с ней лично. Девушке приходилось ждать часами, пока преподаватель решит свои директорские дела и приступит к подготовке лучшей ученицы в Высшую школу трансфигурации, однако это Гермиону не смущало. У Макгоннагал была шикарная библиотека.

В тот вечер Гермиона листала очередную древнюю книгу, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Она бы не нашла ничего в этом удивительного, ведь стены кабинеты были увешаны портретами бывших директоров Хогвартса, однако сейчас ощущение было пугающим. По коже пробежал холодок.

Девушка отложила книгу и огляделась. Дамблодор дремлет, как и остальные директора. Портреты Блэка и Снейпа, как всегда, пустуют. Больше в кабинете никого не было. Отругав себя за паранойю, девушка снова углубилась в книгу. Спустя полчаса пришла Макгоннагал. Больше неприятного ощущения в тот день не появлялось.

Однако оно возникло на следующий. И послеследующий. С тех пор Геримиону словно преследовали невидимые призраки. Как человек, который не верит в невидимых призраков, она каждый раз пыталась отыскать источник неудобств, однако все ее попытки обращались в прах. Один раз только ей удалось заметить движение, в портрете профессора Снейпа. Но Гермиона сочла видение ошибкой. Преподаватель Зелий никогда не появлялся в кабинете директора.

***

До вступительных экзаменов оставалось меньше трех месяцев. Гермиона больше не обращала внимания на странности, происходящие в кабинете, и отдалась учебе. Теперь ожидание Макгоннагал проходило в упорных тренировках по превращению канцелярских принадлежностей в млекопитающих животных.

Однажды, когда она, пыхтя, ломала голову над тем, как создать из подсвечника оседланного коня, девушка услышала чей-то язвительный смешок. Несмотря на данное себе обещание не отвлекаться на постороннее, Гермиона резко обернулась. Впервые со дня смерти Снейпа, она видела его лицо в вычурной раме портрета.

Глаза Гермионы удивленно расширилась. Пожалуй, она была даже рада его видеть.

— Профессор Снейп, это вы?.. Нечасто вы к нам заглядываете, — пролепетала Гермиона и споткнулась.- Кажется…

Губы зельевара изогнулись в язвительной улыбке:

— Кажется? Вам не кажется, мисс Грейнджер. Полагаете, я могу найти увлекательным посещение этого места?

— Значит, это не вы…здесь… Ну, в общем, я постоянно чувствовала чей-то взгляд.

Снейп саркастично ухмыльнулся:

— Вы думали, это я вами любовался, мисс Грейнджер? Сомнительное удовольствие.

— Нет, — щеки Гермионы заалели, — я не имела в виду…

— Северус, как не стыдно обманывать бедную девушку? Ты же до белого каления довел ее своими прятками, — донесся веселый голос пробудившегося Дамблдора.

Снейп побагровел. В попытке выйти из положения с честью, он ядовито заметил:

— Похоже, вы видите удивительные сны, Альбус. Или же окончательно потеряли разум. На моей памяти, в последний раз я заглядывал сюда на Рождество.

Дамбдор довольно засмеялся.

Гермиона ошеломленно переводила взгляд с портрета на портрет. Было очевидно, что Снейп врет. Однако поверить в то, что он и впрямь наблюдал за ней все это время, было совершенно невозможно.

-Почему вы смеялись надо мной, профессор? — не нашла лучшей темы для разговора Гермиона.

— Вы высокого о себе мнения. Я смеялся не над вами, а над системой образования. Представьте себе оседланную лошадь в кабинете, наполненном поступающими студентами?

«Это он о заклинании, которое я тренировала», — Гермиона покраснела.

— Это не входит в билет, -призналась она. — Третье задание — на выбор, так что это мой недочет.

Снейп, вопреки ее ожиданиям, не стал иронизировать.

— Палочку нужно держать чуть выше. Тогда луч заклинания попадет точно в центр подсвечника. Это очень важно в подобного рода превращениях.

***

Так прошло еще два месяца. Теперь он каждый вечер показывался ей, и они разговаривали. Это было удивительно: говорить по душам с профессором Снейпом. Впрочем, говорила, в основном, она. Гермиона увлеченно рассказывала профессору , скорей всего, очевидные для него вещи, но он не прерывал ее. Снейп слушал безо всякого намека на нетерпение или скуку, каковые она обычно встречала в своих друзьях. На лице его в тот момент царило непривычное мягкое выражение и глаза теряли мертвенную тусклость, обретая живой блеск.

Иногда рассказывал он. Не о личном — этого Гермионе никогда не удавалось добиться. Но он указывал ей на ошибки в трансфигурации или рассказывал древние легенды магии.

Когда приходила Макгоннагал, он исчезал. Учительница даже не знала о его ежедневных появлениях.

А однажды Снейп не пришел. Это было пасмурным весенним вечером, когда Гермиона как раз собиралась поделиться парочкой шокирующих открытий, сделанных при изучении одного очень редкого учебника. Девушка неотрывно смотрела на портрет до самого прихода Магоннагал. Холст так и оставался пуст.

В ту ночь Гермиона не спала. Она ворочалась и думала, что глупо расстраиваться из-за портрета, что она непременно найдет себе другого собеседника, что ей все равно предстоит оставить Хогвартс через месяц. Однако сердце ее разрывалось, и она горько плакала в подушку, сожалея о том, что утеряно и о том, что уже никогда не вернуть.

На другой день она, бледная, с опухшими веками, умоляла Дамблдора ответить, где Снейп. Но бывший директор снова спал или притворялся спящим. Он оставался безмолвен.

Тогда Гермиона решила найти второй портрет. Она разыскала бывший адрес Снейпа и отправилась туда. Взломав замок, она вошла внутрь серой лачуги и остановилась напротив его портрета.

Северус не спал. Он спокойно встретил взгляд пылающих карих глаз, и Гермиона поняла, почему он ушел. Он не хотел, чтобы она полюбила то, чего больше нет.

Следующую ночь девушка провела в библиотеке. И послеследующую. Гермиона искала средство. Воскрешение, одушевление, что-нибудь, лишь бы иметь возможность любить. Лишь бы почувствовать прикосновение его руки.

Гермиона уговорила Снейпа не бросать ее. Каждый вечер он снова являлся к ней и настаивал на том, чтобы она занялась учебой, а не бесплотными поисками. Теперь он усердно давал ей понять, что знает больше, чем она. Грозил уйти, грозил пожаловаться Макгоннагал, но молчал и приходил, ненавидя себя за безволие.

Иногда Геримиона робко подходила к портрету, касаясь лица любимого. Но натыкаясь лишь на твердь бумаги, в слезах убегала прочь.

Так прошел еще один месяц. Спустя неделю она собиралась оставить Хогвартс.

***

Тихая ночь. Пустынная, чужая библиотека. Теперь чужая. Она не хотела помочь Гермионе выжить.

Дрожащий огонек свечи. Пожелтевшие ветхие страницы. Снова главы воскрешения и снова одни и те же слова: «Обладая многочисленными навыками, не доступными обыкновенным людям, волшебники все же не способны воскрешать. Смерть им неподвластна».

Глаза сухие. Она словно разучилась плакать за месяц бесконечных рыданий. Мысли путались, но решение уже созрело в голове. Он никуда не поедет. Северус будет против, но она не может иначе. Заучка Гермиона медленно сходила с ума. Она останется возле портрета. Какая неожиданная тяга к искусству!

Гермиона стряхнула с себя дрему. Вскочила и вышла из библиотеки. Длинные коридоры. Дверь директорского кабинета. Портрет Снейпа пуст. Гермиона выбрала наугад книжку и села на диван. Она подождет его. Нужно сказать ему как можно раньше.

Гермиона смотрела сквозь книгу остекленевшим взглядом. Нет, так невозможно. Нужно отвлечься. Она вперила взгляд в текст, но смысл ускользал от нее. Безжизненные строки расплывались.

Трансфигурация портретов.

В 60-х годах XVI века ведьма Памфила Грей была сожжена инквизицией за попытку превращения лица, изображенного на портрете, в человека. С тех пор ученейшие волшебники Англии искали заклинание, с помощью которого возможна подобная трансфигурация. Максимум, чего они добились — это оживление людей в рамках картины. Так появились двигающиеся фотографии и живые портреты. Было зафиксированы случаи, когда удавалось полное превращение, однако оно было недолгосрочным или не качественным (оживленный объект пребывал в бессознательном состоянии). Волшебники, совершившие это открытие использовали заклинание, описаннное ниже и утверждали, что в их изобретении не хватало единственной детали. Какой, остается загадкой для всего волшебного мира.

Гермиона подскочила. Схватив палочку, она внимательно вгляделась в инструкции.

«Не надейся, только не надейся. Этого не могли совершить поколения талантливейших волшебников. К тому же, что тебе даст временное или „некачественное“ превращение?».

Но рука сама вела палочкой, губы упрямо шептали заклинание. Она метнула его в портрет. Ничего. Может, нужно, чтобы Северус присутствовал на нем? Оживленная надеждой, она села на диван и решила дождаться прихода Снейпа. Руки дрожали, тело пробирала лихорадка, но вскоре веки ее сомкнулись и она уснула.

***

На ее руку легла ладонь. Да, этот сон Гермиона видела каждую ночь. Но теперь ощущение было таким реальным, что она проснулась, и никого не увидела рядом. Снова.

Портрет пустовал. Значит, Снейп так и не появился.

— Кажется, вы способны наскучить самой смерти, мисс Грейнджер.

Такой родной язвительный голос совсем рядом. Но портрет пуст…

— Откуда ты взяла это заклинание? Никому не удавалось…оживить портрет. До тебя.

Теплые руки легли на плечи. Сердце бешено застучало. Гермиона всхлипнула. Забытые слезы хлынули из глаз. Еще не веря, она робко повернулась. Это был он. Живой, ощутимый.

Она бросилась в его объятья.

— Я не знаю. Это было в книге. Я увидела и прочитала заклинание. Даже не надеялась… В книге сказано, что никому не удавалось. Только на время… Но…- она на секунду отстранилась и заглянула ему в глаза, — но ты ведь не на время? Ты ведь теперь всегда будешь со мной, Северус?Ты ведь не исчезнешь, — Гермиона снова зашлась в рыданиях.

Снейп погладил ее по голове. Неумело, словно делал это впервые. Затем, нежно схватив за руки , спросил:

— Где книга? Покажи мне.

Гермиона метнулась к дивану, схватила учебник и нашла страницу с заклинанием.

— Трансфигурация земноводных? Что за…

Гермиона недоуменно смотрела в книгу.

— Но вчера…

— Если есть на свете что-то, над чем не властна смерть, это — любовь… — донесся голос с одного из портретов.

Снейп и Гермиона обернулись. Это был Дамблдор. Его лицо было печальным и задумчивым. В глазах стояли слезы.

— Любовь такой силы, какую испытывала к тебе Гермиона, Северус, оставляет свой собственный след. Не шрам, не какой-нибудь видимый знак… но, когда кто-то любит тебя так сильно, он, защищает тебя своей любовью. Эта любовь пропитала все твое существо. И дала тебе тело.

— Но как же заклинание? — пробормотала Гермиона.

— Похоже, вы видите удивительные сны, мисс Грейнджер, — подмигнул Дамблдор.

Она счастливо улыбнулась в ответ. Затем доверчиво уткнулась в плечо к Снейпу.

— Давай уйдем отсюда. Я больше не хочу быть здесь… Слишком больно…

И они ушли. Гермиона отчаянно прижималась к Снейпу, словно опасаясь, что он растает у нее на глазах.

— Я люблю тебя, — произнес он, чувствуя, как его охватывает новое, ни на что не похожее ощущение.

Гермиона возликовала. Нет, он больше никуда не уйдет. И она не ощутит холод одинокого утра. Ее не посетят больше безумные сны. Он будет рядом, и они вместе уедут из Хогвартса, чтобы начать новую, несомненно, счастливую жизнь. И тогда, вновь на глаза ее навернулись слезы. Она вложила в свои слова больше, чем душу:

— Я тебя люблю.

Такое существо как женщина, всё соткано из тайн, неожиданностей и парадоксов, которые затрагивают абсолютно все сферы её жизни. И интимную в том числе.

Судите сами: как правило, наиболее активная половая жизнь женщин приходится на возраст от 20 до 35 лет. Казалось бы, на этот детородный период у женщин должен приходиться пик сексуальности. Ан нет! Социологи из Австралии в ходе опроса установили, что всё далеко не так.

Они опросили тысячи женщин. Из всех молодых девушек и женщин, которые в исследовании принимали участие, всего около 25% на тему сексуальной жизни сказали, что их устраивает эта сторона их жизни. Зато более зрелых дам, в возрасте от 45 до 54 лет, удовлетворённых половой жизнью, оказалось гораздо больше — целых 73%.

То есть получается, что предаются страсти особы молодые, а получают от неё удовольствие – только зрелые, которые, как правило, не так уж часто занимаются любовью.

Ну, разве не парадокс, скажите?

Теодор Роберт Банди родился 24 ноября 1946 года в доме для матерей-одиночек в Бирлингстоне, штат Вермонт. Его матерью была Луиза Коуэлл 19-ти лет. Первые четыре года своей жизни Тед провел, ютясь вместе с матерью в жалкой квартирке. Потом Луиза решила изменить свою судьбу и отправилась в Сиэтл, где она познакомилась с Джоном Банди и вышла за него замуж. Джон усыновил ребенка, у них сложились хоршие отношения.

Детство и юность Теда прошли достаточно спокойно и банально. Учеба в школе, лагерь бойскаутов — обычное детство обычного американского подростка — ни издевательств со стороны родных, ни поджогов мусорных свалок.

После школы Тед поступает в университет Сиэтла, но вскоре бросает его и переводится в Вашингтон — учиться на юриста. Учится он до 1967 года, после чего поступает в Стэнфордский университет на курсы китайского языка. Однако и здесь Теодор не проучился долго. В 1969 году он без видимой причины бросает учебу и уезжает в Филадельфию.

Тут следует сделать небольшое отступление. Перенесемся в будущее, к следствию по делу Банди. Его бывшые подружки дают показания и упоминают о том, что в постели Банди предпочитал жестокие игры по сценарию «господин — рабыня». Сам же подсудимый заявлял, что скрытые ужасные инстинкты (которые и побуждали его к убийствам) разбудили в нем пристрастие к «жесткому» порно.

Итак, Банди уезжает в Филадельфию, где вновь приступает к изучению юриспруденции. Кроме того, он посещает курсы по психологии, делает успехи в этой области. В 1971-ом онвозвращается в Сиэтл, где работает в центре помощи жертвам насилия, даже разработал собственную «памятку» для потерпевших. Его коллеги позже говорили, что Банди казался человеком, на которого можно положиться.

Во время своих беспорядочных поездок по стране Банди понял одну простую истину, а именно: человеку, совершившему преступление, очень легко затеряться в такой огромной стране, как США.

Как уже было сказано ранее, Банди производил впечатление надежного человека. Кроме того, он был умен и обаятелен. Эти свои качества (а также навыки актерского мастерства) он использовал для совершения преступлений…

31 января 1974-го года (Теду было 28 лет) была убита Линда Энн Хилли, студентка 21 года. Ее тело обнаружила соседка по общежитию. Линду убили в ее собственной постели, подушка была буквально пропитана кровью.

Через полтора месяца, 12 марта, Дина Мэнсон (также студентка) отправилась на концерт. С тех пор ее никто не видел. Восемнадцатилетняя Сьюзен Ренкорт 17 апреля вышла из здания университета после занятий и отправилась в кинотеатр. И тоже пропала. После нее исчезли: 6 мая — Роберта Парке (22 г.), 6 июня — Бренда Болл (22 г.). 16 июня (т. е. меньше, чем через 2 недели) пропала Джиорджина Хокинс, восемнадцати лет.

Жертвой под номером 7 (а все вышеназванные девушки, разумеется, были мертвы) стала Джанис Орр. 14 июля к ней, загорающей на пляже, подошел молодой человек с перевязанной рукой и попросил о помощи. Джанис не могла отказать обаятельному молодому человеку и согласилась помочь. В тот же день пропала Денайс Несланд. Останки обеих девушек нашли только через 2 месяца. Обе были жестоко изнасилованы. При расследовании выяснилось, что молодой человек пытался заговорить в тот день, по крайней мере, с 10 женщинами. И всем он представлялся как Тед.

30 августа 1974 года Банди увольняется с работы в центре и устраивется на новое место — в юридическую школу в Солт-Лейк-Сити, штат Юта. Вскоре и там начинаются убийства.

Мелисса Смит, восемнадцати лет, — изнасилована и убита 18 октября. Лайра Эйм, семнадцати лет, — жестоко избита и задушена 31 октября. Дебра Кент, ее ровесница, убита 8 ноября. Дебра оказалась вторым объектом нападения маньяка в тот вечер. Другой девушке, Кэрол Смит, удалось избежать гибели. Она выпрыгнула из машины, куда Банди затащил ее, представившись полицейским.

После этого убийства продолжились в штате Колорадо. По заявлению самого преступника, в период с января по апрель 1975 года он убил четырех женщин. Его переезды с места на место сильно затрудняли работу полиции. Следует отметить, что невеста Банди, Элизабет Кендалл, не раз сообщала в полицию о возможности того, что ее жених причастен к преступлениям. Однако полицейские не обратили на сигналы должного внимания.

Впрочем, полиции повезло позже. Ранним утром 16-го августа 1975 года Роберт Ховард, офицер полиции, объезжал свой участок. Буквально случайно ему на глаза попался «Фольксваген», нарушающий правила парковки. Патрульный обнаружил в машине спящего человека, представившегося как Тед Банди. Также в автомобиле обнаружены наручники, небольшой лом, лыжный шлем с забралом, который надевают при скоростном спуске, и нейлоновый чулок. Последнее, якобы, служило просто тряпкой. Несмотря на явные улики, Тед отделался штрафом.

И все-таки позже Банди был задержан по подозрению в убийствах и похищении. На этом кровавая история могла бы закончиться, но нет. Тед снова был отпущен на свободу (обвинение в попытке похищения все же было предъявлено, мисс Ранч узала его), т. к. ни одна из тех женщин, с которыми он заговаривал 14 июля 1974, не смогла опознать преступника. Тед был таким хорошим актером, что мог изменить даже внешность.

Суд над Банди по обвинению в похищении начался 23 февраля 1976 года. Он был приговорен к 15 годам лишения свободы. Однако прежде, чем приговор был приведен в исполнение, Банди этапировали в Колорадо, чтобы судить по обвинению в убийстве Кэролин Кэмпбелл. Преступник оказался в достаточно сложном положении — он уже был осужден, ему грозил еще срок и, кроме того, все факты говорили против него — по сути, он был практически раскрыт. Но и на сей раз Банди смог уйти от возмездия. Он смог добиться права пользования тюремной библиотекой и воспользовался ею несколько не в таких целях, на какие рассчитывали полицейские. Накануне нового 1976-го года, а именно 30 декабря, он сбежал из тюрьмы через крышу, куда проник из библиотеки. И в этот раз невнимательность полиции действительно стоила дорого.

Банди очень удачно уходил от стражей закона достаточно долгое время, но он понимал, что теперь шансов спастись у него практически нет. И после побега он решает действовать с утроенным рвением. 15 января 1977 года становится самым кровавым днем в его «карьере». В Таллахаси, штат Флорида, он проникает в женское студенческое общежитие. Вооружившись тяжелой дубинкой, он переходит из комнаты в комнату, оглушает девушек, насилует их и жестоко убивает. В тот вечер он убил двух студенток: Маргарет Боумен и Лизу Леви. Еше двум девушкам, Карен Чандлер и Кэти Клейнер, удалось остаться в живых, но Банди покалечил и покусал их. 9 февраля Банди совершает свое, вероятно, самое жестокое и страшное убийство, произошедшее в Лейк-Сити, штат Флорида. Жертвой становится десятилетняя Кимберли Лич. Девочка была похищена из школы и садистски убита; ее искалеченное, искусанное и избитое тельце Банди бросил свиньям.

Но убийце не могло везти вечно. Уже на следующей неделе он был задержан, так же случайно, как и в первый раз. Его вновь задержал патрульный полицейский — Дэвид Ли из управления полиции города Пенсакола. Банди наконец-то был окончательно пойман. На суде ему были предъявлены обвинения в убийстве Лизы Леви и Маргарет Боумен. Приговор, вынесенный 31 июля 1979 года, — смертная казнь.

Через некоторое время доказано убийство Кимберли Лич. Отпечатки зубов на ее теле полностью соответствовали отпечаткам Банди. Его приговаривают к смерти второй раз. Но до исполнения приговора пройдет еще 9 лет.

В 1986 году исполнение приговора было дважды перенесено. Второго июля всего за 15 минут до исполнения, восемнадцатого ноября — за 7 часов. 17 ноября 1989 было издано окончательное постановление о приведении приговора Банди в исполнение.

24 января 1989 года, в 7 часов 16 минут утра, Теодор Роберт Банди был казнен на электрическом стуле в тюрьме города Гейнсвилл.

2170 просмотров

Предвосхищая возгласы читательниц о том, что идеальный вариант – любить и быть любимой, заметим: никто не спорит, но оставим в стороне «эталон». Наверняка на долю каждой из нас выпадали и муки безответного чувства, когда предмет обожания не отвечал взаимностью, и томные взгляды-вздохи «добра молодца», который был нам абсолютно «параллелен». В обеих ситуациях есть как свои плюсы, так и минусы. Вот и поговорим о них.

Все для тебя!

Чего греха таить, нам, женщинам, весьма лестно, когда есть мужчина, готовый ради одной лишь нашей улыбки «тучи развести руками». И неважно, что данный «супермен» обладает неказистой наружностью, а перспектива брака с ним рассматривается как крайность: в случае, если вдруг все мужчины планеты, за исключением оного, сгинут в неизвестном направлении. Но ведь приятно, как ни крути! Самооценка повышается, настроение улучшается: «Несмотря на «чуточку» лишнего веса и не идеальную внешность, я любима!» Поклонник дарит цветы, исполняет любую прихоть, позволяя чувствовать себя Прекрасной Дамой… Как известно, «капля камень точит», и в какой-то момент мы снисходительно думаем, что с таким верным-преданным-любящим можно и к алтарю пойти… Особенно если возраст наступает на пятки, а долгожданный принц куда-то запропастился на пару с белым конем. Итак, из уст кавалера прозвучало предложение стать законной супругой и было благосклонно принято. Взамен он получает руку «властительницы дум» (о сердце, напомним, речи не идет) и возможность постоянно быть рядом с ней. Казалось бы, все счастливы, все танцуют… Да не тут-то было! Начинается «вторая часть Марлезонского балета»…

Он к ней — оком, она к нему боком

Чтобы «проиллюстрировать» слабые места брака, где супруг целует, а жена лишь позволяет себя целовать, приведем откровение некой леди из категории «принимающих поцелуи»: «Я на собственном опыте знаю, что позволять себя любить, не отвечая взаимностью, – невыносимая пытка. Мы с мужем живем вместе семь лет, у нас замечательная дочка, внешне все выглядит «чинно-благородно». Но я никогда не испытывала к нему настоящей страсти, только симпатию. А он и сейчас буквально сходит с ума, когда мы расстаемся даже на полдня, опекает, словно ребенка, осыпает нежными словами и ласками. Подруги говорят, что я чокнутая, не понимаю своего счастья, ведь их «половины» позволяют себе и вечеринки в «чисто мужской компании», и нескромные взгляды в сторону соблазнительных красоток. А мой, с какой стороны ни посмотри, сплошь состоит из положительных качеств. Но поэтому-то мне и больно! Я понимаю, что он заслуживает большего – настоящей, искренней любви, а не «суррогата» из благодарности и симпатии».

В этой ситуации непонятно, кого стоит пожалеть: мужчину или женщину. Ясно лишь одно — несладко обоим. Она осознает, что относится к партнеру потребительски, и испытывает чувство вины, способное, кстати, довести до глубокого невроза. А он из кожи вон лезет, чтобы завоевать расположение своей принцессы, но в ответ получает лишь невнятное «спасибо». И если поначалу мужчина утешается иллюзиями из разряда «моей огромной любви хватит нам двоим с головою», то вскоре на смену им приходят раздражение и агрессия: «Я и так и сяк пытаюсь угодить, да все без толку! Ну что еще ей надо?!» Рано или поздно в таком альянсе ссоры становятся частыми гостьями, возникает взаимное недовольство и усталость друг от друга… И это, заметьте, вариант, где муж – поистине образец для подражания, что уж говорить про случаи, когда супруг – рядовой обыватель, не лишенный чисто мужских грешков и недостатков?

«Стерпится – слюбится»?

Порой встречаются удивительно волевые барышни, которые категорично заявляют: «Главное, чтобы меня любили. И если человек будет заботливый, внимательный и порядочный, почему бы не «отплатить» взаимностью? Захочу — полюблю…» А вот и неправда! Если изначально сердечко не колотилось бешено при виде избранника, не «воспылает» оно и потом, даже в награду за все его «хорошести». Недаром ведь говорят: «Любят не за что-то, а вопреки всему». Так что не нужно возлагать больших надежд на пословицу «стерпится – слюбится» и силу характера. Увы, практика показывает, что в наши дни эта поговорка стала анахронизмом, а чувства не подчиняются воле разума – «сердцу не прикажешь». Есть пары, где подобный «расклад» не заставляет дамочек мучиться угрызениями совести. Открывается огромное поле для манипуляций мужчиной, потерявшим голову от чувств. Отчего бы этим не воспользоваться? Можно принимать дорогие подарки, нежность и любовь, взамен даря лишь имитацию взаимности, а то и вовсе не утруждать себя «платежом». Вас устраивает «игра в одни ворота»? Тогда вперед…


Измена – нет короче слова…»

Отец психоанализа Фрейд утверждал, что секс – это важнейшая составляющая семейного счастья. В союзах, где царит обоюдная любовь, само собой подразумевается, что интим на стороне недопустим. И совсем по-другому разрешается вопрос «изменять или хранить верность» в браках, где он «пылает и горит», а она – так, слегка «тлеет». Кто даст гарантию, что однажды женщина, живущая с «постылым» мужем, не влюбится и не заведет роман с другим? И будет годами жить в «двух измерениях»: с законным супругом обустраивать быт и растить детей, а грезить о желанном друге сердца. Не исключено, что и муж, уставший от попыток добиться взаимности, может найти утешение «на стороне»… С одной стороны, чем не удачный компромисс? И волки сыты, и овцы целы. Говорили же когда-то раскрепощенные французы (да и сейчас говорят): «Женись для удобства, а люби для удовольствия». Вот только не удастся «урвать» двойную «порцию» счастья. Более того, гармонии не получится ни в семье, ни в дуэте с «супругозаменителем». Зато обеспечены душевные «мытарства» от собственной раздвоенности, пока, наконец, страдалец не примет правильный выбор в пользу «страстно желаемого» или «надуманно необходимого». А сделать такой выбор рано или поздно придется…

«А была б она твоя беззаветная…»

Рассмотрим обратную ситуацию: вы любите, но без взаимности. Неважно, знает ли «прекрасный принц» о вашем чувстве, знакомы ли вообще или недавно расстались после выяснения грустного обстоятельства, что он, увы, видит в вас «только друга». Для начала обрисуем перспективу, выявив все минусы положения (хитрость «маневра» оцените после).



Итак, безответная любовь – это:

— слезы в подушку… А также в жилетку лучшей подруге, маме и просто благодарным слушателям;
— ревность – в большинстве случаев гарантировано ощущение, что небо раскололось надвое, и все вокруг почернело, когда видите его с другой;
— жгучая обида – если вас со «снежным королевичем» все-таки связывают некие отношения, но ваши откровенные ухаживания и заботу он воспринимает равнодушно, а то и с раздражением;
— подавленное настроение, если долго не видите «радость очей своих»;
— самотерзание — вопрос «что во мне не так, если он не хочет обратить на меня внимание?» может стать вашей «мантрой», породить комплексы и довести до невроза.

«Я люблю, а значит я живу!»

Мрачная получилась картинка? Тогда взглянем на ситуацию с другой стороны. В печальном словосочетании «безответная любовь» опустим прилагательное «безответная», и все окажется не столь уж плохо. Потому что любовь — это:
— ощущение «порхающих бабочек» внутри – автор нашумевшего бестселлера Кэндес Бушнелл именно так описала состояние влюбленности, и все с ней согласились. Разве есть что-то приятнее этого чувства?
— «фаза полета», вдруг появляющаяся в походке. И никак иначе, ведь, как известно, «любовь окрыляет»!
— пусть призрачная, но все-таки надежда на взаимность – про то, что надежда умирает последней, и напоминать не стоит;
— стремление к самосовершенствованию – причем во всех «отраслях и сферах». Чтобы завоевать сердце любимого, девушки «атакуют» спортзалы («красота – страшная сила!»), читают умные полезные книжки («я должна быть интересной собеседницей!»), работают над личными качествами (любовь – это труд души, и немалый);
— когда мир становится ярким и красочным – да-да, благодаря этому чувству «обостряется» восприятие и, кстати, удивительнейшим образом: плохое почти не замечается, зато доброго и хорошего становится больше на 200, нет, на 1000 процентов!
— улучшения самочувствия – еще Гай Юлий Цезарь подметил приятную «закономерность»: победители и влюбленные не болеют.

Конечно, тут не до хворей! Пожалуй, о целительной силе любви лучше, чем Владимир Высоцкий, не скажешь:


«Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!»

А «унылую хронику» из литературы периода романтизма, когда отвергнутые жесткосердным избранником бедняжки сгорали от чахотки (а то и вовсе норовили в пруду утопиться), в расчет не берем: барышни были квелые, да и вообще будем считать это авторским вымыслом.

Несмотря на то, что доводов в пользу «целовать самой, а не подставлять щеку» получилось больше, каждая красавица-умница должна решать самостоятельно, что для нее предпочтительнее – любить или быть любимой. Но напоследок все-таки хотелось бы привести бессмертный афоризм: «Быть нелюбимым – всего лишь неудача. Не любить – вот несчастье».

981 просмотров

Автор: Фрау Бергер
Пэйринг: СБ/СС
Рейтинг: R
Жанр: Angst
Размер: Мини
Статус: Закончен
Саммари: Сегодня ровно месяц, с тех пор, как я вернулся. Месяц… А мне кажется, что все это было вчера. Вчера Беллатрикс толкнула меня в Арку, вчера я падал в сводящую с ума пустоту… Вчера Ремус умер вместо меня.

--------------------------------------------------------------------------------




Глава 1.

Я сижу на подоконнике и смотрю в окно. В комнате темно и холодно, но мне лень вставать и растапливать камин, я лишь плотнее кутаюсь в плед, закуривая очередную сигарету. Третий день подряд идет дождь, и мне кажется, что он не кончится никогда. Мерзкая погода вполне соответствует моему настроению.

Сегодня ровно месяц, с тех пор, как я вернулся. Месяц… А мне кажется, что все это было вчера. Вчера Беллатрикс толкнула меня в Арку, вчера я падал в сводящую с ума пустоту… Вчера Ремус умер вместо меня.

Кажется, еще вчера я смотрел в эти грустные глаза цвета опавшей осенней листвы, я видел, как тонкие пальцы касаются почти седых волос. Я помню, как Рем сказал: «Я люблю Северуса, Бродяга. А он любит тебя». И Рем вытолкнул меня из арки, заняв мое место в этом бесконечном падении, а я… Я вернулся. И мир обрел краски, запахи, звуки, но потерял самое главное — его слегка грустную, но такую красивую улыбку.

Ремус, Лунатик, профессор Люпин… С того самого дня, как мы познакомились в Хогвартс-экспрессе, ты стал центром моего мира. Все мои улыбки, все проделки, все успехи в квиддиче и учебе были предназначены тебе. А для тебя не было никого дороже этого засаленного слизеринского гаденыша… Ты думал, я не догадаюсь? Глупый… Глаза влюбленного замечают каждое движение, каждый жест, как бы он ни был ничтожен, своего возлюбленного. И все твои взгляды и мечты принадлежали ему… Ему, классическому неудачнику, некрасивому и нелепому книжному червю, который даже на метлу забраться не мог, не говоря уже о полетах… Но твои глаза мечтательно сияли, когда ты смотрел на него, а я сходил с ума от желания избить Снейпа до полусмерти.

В один из таких дней я отвел Северуса в Визжащую Хижину. Надеялся, что ты убьешь его? Скорее, я хотел убедиться, что он будет испытывать к тебе только одно чувство — отвращение. Так и получилось. Но что мне это дало? Только неделю твоих слез в подушку, когда ты думал, что мы все спим, и чувство тихой ненависти к себе.

Хлопнула входная дверь, возвращая меня в реальность. Послышался звук шагов и шуршание торопливо сбрасываемой мантии. В коридоре зажегся свет, и через минуту дверь в комнату открылась. На пороге стоял Северус Снейп, который, сощурившись, пытался разглядеть сквозь завесу табачного дыма меня.

— Сириус… — робко позвал он. Как этот голос был не похож на ядовитое шипение, с которым обычно он обращался ко мне. — Сириус, ты здесь? Я…

— Отстань. Оставь меня в покое. — Обрываю я его, даже не пытаясь скрыть своего раздражения.

— Я просто хотел… — не договорив, Северус резко разворачивается, и, хлопнув дверью, взбегает по ступенькам наверх. Слава Богу, теперь он хоть ненадолго оставит меня в покое.

Ремус… О чем ты думал, когда говорил, что я нужен Снейпу? Что, если он любит меня, то и я тоже смогу полюбить его? А ты сам смог бы полюбить меня? Дурак, ну какой же ты дурак… Я не знаю, как ты смог пробиться ко мне. Если бы я мог, я бы за шкирку выволок тебя из этой чертовой арки, и, дав пинка, снова стал бы падать. Но арка была разрушена по приказу Фаджа, и я не смог ничего сделать… Я узнал об этом слишком поздно.

Единственное, что было в моих силах — это выполнить твое желание. В тот же вечер я приехал в Хогвартс и просто предложил Снейпу переехать ко мне. Знаешь, Рем, я даже не представлял, какими глупыми люди становятся от счасться. С минуту Северус просто закрывал и открывал рот, словно рыба, вынутая из воды. Потом его глаза засияли, и он очень тихо сказал: «Да». А потом… А потом потянулись дни, один за одним, похожие на длинную смазанную серую киноленту. Северус, тихо светясь от счастья, буквально летал по всему дому, избавляясь от старой мебели, портретов и разнообразных магических паразитов. В итоге дом стал вполне пригодным для жилья и даже милым. Я все это время слонялся по комнатам, куря больше, чем следовало, и старался не путаться у него под ногами. Северус нашел себе работу в Министерстве, в отделе Экспериментальной Магии.

Талантливые зельевары нужны всегда, причем настолько, что никто не обратил внимание на его темное прошлое. Про метку все тоже деликатно промолчали. А этот идиот не обращал внимания ни на кого, кроме меня. Он каждый день несся домой, и, запыхавшись, часто даже не разуваясь, искал меня по всему дому, чтобы просто назвать по имени и, если настроение у меня было не такое отвратительное, как обычно, поцеловать. И он был счастлив. Наверное… Потому что иногда я срывался. Я разносил все вокруг, превращаясь в ураган, я крушил заклятьями мебель, бил стекла… И Северусу тоже доставалось. Он пил восстанавливающие зелья и снова приводил дом в порядок. Потом он искал меня, и мы занимались сексом — диким, необузданным. Я мучал его, я причинял ему боль, и он, закусив губу, стонал, и слезы тихо текли по его щекам. Реми, я сволочь... Он не виноват, что я его не люблю. Он не виноват, что я люблю тебя.

Я сделал последнюю затяжку, и затушил окурок в пепельнице. Встал, потянулся, разминая затекшие мышцы, и вышел из комнаты. Восемь шагов по коридору, десять ступенек вверх по лестнице. Я открыл дверь в его комнату. Северус лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, пальцы побелели, судорожно сжимая одеяло… Я присел на край рядом с ним.

— Эй… — я коснулся его головы рукой, и он отдернулся, словно я его ударил. — Ну нет, так не пойдет. — Я перевернул его, с легкостью поборов сопротивление. Северус старательно избегал моего взгляда.

— Северус, я не хотел тебя обидеть. Извини. — Я изо всех сил старался, чтобы это прозвучало искренне.

— Знаешь, Сириус, меня больше всего удивляет даже не то, что ты меня так сильно ненавидишь — к этому я привык, а то, что ты, несмотря на это, позвал меня к себе. — Он по-прежнему не смотрел на меня. Его лицо было равнодушным, как будто ему было абсолютно все равно, что я скажу.
— Это не так. — Северус посмотрел мне в глаза, и я выдержал его взгляд. — Ты нужен мне.

— Зачем?

«Хороший вопрос», — подумал я про себя. «Вот только у меня нет хорошего ответа».

— Северус… — медленно начал я, пытаясь подобрать какие-нибудь красивые и нежные слова, в которые бы он поверил. — Я… — В голову, как ни странно, ничего не лезло. Какого черта… — Ты заставляешь меня жить. Ты наполняешь мою жизнь смыслом. Если ты уйдешь, я умру. — Говорю я, и понимаю, что это — абсолютная правда.

Он поднял голову и внимательно посмотрел мне в глаза, словно что-то решая для себя. А потом приподнялся на локтях, целуя меня в губы, нежно-нежно. И я поцеловал его в ответ, прижимая к себе.

Человек, которого я любил все это время, умер. Но у меня есть он, и, может быть, еще не поздно… Может быть…




Глава 2.



Я проснулся от того, что солнце ярко светило мне в лицо. Опять Сириус шторы не закрыл. Между прочим, мог бы уже и привыкнуть к тому, что он живет в месте, где есть окна, солнце, которое в эти самые окна светит, и шторы, которыми принято все это безобразие закрывать. Стоп! Какое солнце может быть в шесть утра?!
— Сириус!!! — ору я, и Сириуса буквально подкидывает на кровати. Потом эта безалаберная личность бурчит что-то о том, как он ненавидит, когда его будят дикими воплями. Нет, он еще и недоволен?! Да он благодарен должен быть, что я просто ору на него, а не проклял его немедленно! — Сириус, ты опять отключил будильник?! ОПЯТЬ?! — Сириус выглядывает из-под одеяла, откидывает спутанные волосы с лица и нагло заявляет:
— Это не я.
— А кто? Я?! — моему возмущению нет предела. Я вскакиваю с кровати и начинаю одеваться, попутно изливая на него все свое негодование:
— Ты хоть понимаешь, каких трудов мне стоило устроиться в Министерство, учитывая мое прошлое? И что опаздывать — это не самый лучший способ удержаться на этом месте?! Не нравится ему, видите ли, что будильник его в 6 утра будит! Так будь любезен потерпеть, потому что я — единственный источник наших доходов, и если меня уволят, то мы умрем с голода! — ну, я преувеличиваю, конечно… С голода-то мы однозначно не умрем, но… Я поворачиваюсь к Сириусу, чтобы закончить свою мысль, и замираю. Он смотрит на меня с тем своим выражением лица, которое я ненавижу больше всего в жизни. Его лицо абсолютно равнодушно, а в глазах такая ненависть…
— Если я тебе так мешаю, убирайся на все четыре стороны, Снейп. Я тебя не держу, и содержать себя не заставляю.
Мое сердце ухнуло куда-то вниз, а дыхание перехватило.
— Сириус… — выдыхаю я, не в силах сказать что-либо более осмысленное. — Сириус, я не это имел в виду…
— Да? А что же тогда? Если слова: «я — единственный источник наших доходов» означают что-то другое, кроме того, что ты считаешь меня абсолютно бесполезным человеком, не в силах содержать самого себя, то я готов тебя выслушать. — он спокойно говорит это, и в его лице читается абсолютная уверенность в том, что с этого момента наши пути расходятся.
— Сириус, не надо… Я правда не хотел тебя упрекать этим… — я понимаю, какую глупость сказал за секунду до того, как он приходит в состояние неконтролируемого бешенства.
— Ты! — от ненависти в его голосе я дергаюсь, как от пощечины. — Да что ты о себе возомнил? Ты всю жизнь был неудачником, уродом, у которого не было ни денег, ни друзей. А сейчас ты говоришь мне о том, что я не могу заработать денег? Почему? Потому что впервые в жизни ты на коне, а я стал ничтожеством? — нет, лучше бы он меня ударил. — Я не намерен выслушивать твои оскорбления. Убирайся из моего дома.
Я чувствую, что мой мир, заботливо собираемый из веры в то, что он меня любит, раскололся пополам. И от этого мне хочется упасть, закричать, грызть руки, делать все, лишь бы эта боль утихла. Но я не могу себе этого позволить. Я совершенно механически киваю, надеваю мантию, и выхожу из нашей… Из бывшей когда-то нашей с Сириусом спальни. Теперь все кончено. А на что я надеялся? На то, что король Гриффиндора, пусть повзрослевший, пусть поумневший и разочаровавшийся в жизни, станет моим? Так короли — это не для нас, Снейп. И счастье — тоже. Я медленно, словно прорываясь сквозь слой ваты, иду к двери. А зачем?..






Глава 3.



Кап-кап-кап… Кап-кап-кап… Кап-кап… Я до предела заворачиваю кран. Все. Теперь тихо. Как в склепе… О, какие меткие и оригинальные сравнения! Все, Сириус, дальше ехать некуда. Ты еще про выжженную пустыню одиночества вспомни, и я тебя совсем уважать перестану. Стоп! Какое одиночество? Я не одинок, я свободен. Я могу курить сколько хочу и где хочу, я могу пропадать целыми днями неизвестно где, и никто не будет меня упрекать, я могу спать с кем угодно, я… Да. Я идиот. Я старый одинокий тупой идиот, который никому не нужен. Поздравляю, Сириус, наконец-то ты посмотрел правде в глаза.

Я встал и прислонился лбом к холодному оконному стеклу. Сейчас ночь, но в небе нет ни звезды, и фонари не светят, и свет в окнах соседей не горит. Электричество сегодня отключили, какая-то авария, должно быть. Такое ощущение, что окно занавесили черной бархатной шторой, и вот там, на улице, кипит жизнь, а я здесь один… Тихо гнию и, наверное, недолго мне осталось. Да уж… Да вы великий оптимист, мистер Блек! Смешно… Нет, правда, чего это я? Я ведь хотел, чтобы он ушел, чтобы не отвлекал меня, не лез с дурацкими разговорами, когда я в паршивом настроении. Он ушел, и что? Ужасно не хочется это признавать, но… Мне его не хватает. Мне не хватает наших вечеров у камина, когда он пишет свои бесконечные отчеты, а я читаю какой-нибудь очередной детектив. Мне не хватает его «прощального» поцелуя перед уходом на работу, когда он думает, что я сплю. Даже его раздражающей привычки барабанить пальцами по подлокотнику кресла, когда он задумается, мне не хватает. Всего Снейпа мне не хватает, если уж быть до конца честным.

И я хочу вновь, как год назад, поддаться очарованию позднего летнего вечера, когда его тонкие пальцы гладили мою спутанную черную гриву, когда его горячее тело прижималось ко мне, а губы робко, очень неуверенно касались моей щеки, боясь, что я оттолкну, и тихо выдыхали мое имя… Когда мои руки обвивали его талию, сердце начинало биться быстрее, наполняясь чуть горьковатой нежностью, и губы торопились подарить ответный поцелуй. Тогда можно было просто закрыть глаза и перестать думать, перестать мыслить, просто отключиться от реального мира и утонуть в море его любви. Почувствовать себя нужным, храбрым, добрым, смелым… Счастливым. Пусть ненадолго, всего лишь до утра, но это помогло мне выбраться из пучины безумия, в которую превратился мой мир после смерти Рема.

Нда… Это уже не просто болезнь, это патология. Северус Снейп — смысл моей жизни. Я вдруг осознаю весь комизм этой ситуации и меня буквально скрючивает от смеха. Я хохочу до слез. Немного отдышавшись, я сажусь на стул и закуриваю сигарету. Это все, конечно, замечательно, но Снейпа я выгнал. И возвращаться он не торопится. Я мог бы его понять, но он от меня и не такое терпел, поэтому такое упрямство кажется странным. Он не звонит («Сириус, меня поражает твоя страсть к этим идиотским магглским игрушкам! Намного проще просто апарировать к человеку, с которым хочешь поговорить!»), не пишет писем, не пытается связаться со мной через камин уже неделю. Не то что бы меня это особо волновало, но все же… Может, с ним что-нибудь случилось? Может, до него добрался какой-нибудь упивающийся смертью, избежавший суда и заключения в Азкабане? Мерлин, ну добрался — и черт с ним, мне-то какая разница? В самом деле, он в состоянии позаботиться о себе. А если все-таки… Черт!

Я встряхиваю волосами и начинаю ходить по кухне, нервно затягиваясь сигаретой. Что бы там с ним не произошло, меня это не волнует. Точнее, не должно волновать. Он сам ушел, так какого… я о нем беспокоюсь? Ну да, ушел, после того как я очень вежливо попросил его об этом. Нет, если бы он хотел остаться, он бы остался. Или… Сириус, мать твою! Ты перестанешь о нем думать или нет?

Я сажусь на стул, потом снова встаю и начинаю ходить по кухне. Пора определяться, Блэк. Чего ты хочешь? Ты хочешь догнивать в этом своем склепе, прокручивая воспоминания о тех счастливых днях, когда Рем был жив? Или попытаешься снова стать счастливым? Вот если бы это был не Снейп… Было бы намного легче начать новую жизнь рядом с человеком, который тебя любит. Но вся проблема в том, что кроме него у меня никого нет. Черт с ним. Пойду найду этого идиота и посмотрю, что он мне на все это скажет. Ага, а если убьет на месте? Нет, вряд ли… Он не сможет. Меня убить он не сможет. Наверное…

С этой оптимистичной мыслью я апарирую к Снейпу. Надеюсь, этот сюрприз ему понравится…






Глава 4.



Тихое потрескивание огня под котлом. Зеленое пятно света на пожелтевшем от времени пергаменте. Запах мяты и болотной воды. И свечи. Да, я очень люблю свечи — они разгоняют тьму ровно настолько, чтобы ты чувствовал ее присутствие, но сохранял иллюзию защищенности…

Мерные движения ложкой, помешивая очередное зелье. На полке уже около двух десятков пузырьков, но это не важно. Я работаю не ради результата. Я работаю ради самого процесса, с каждой минутой все сильнее успокаиваясь и умиротворяясь. Мне уютно здесь, наедине со своими колбами, котлами и рецептами. Я умею чувствовать себя счастливым, когда хочется взвыть от тоски. В конце-концов, у меня было очень много времени, чтобы научится этому, вот только… Особенно больно возвращаться в пустой дом, если ты помнишь то время, когда все было совсем по-другому. И если ты знаешь, что стоит только захотеть — и все изменится.

Я вздохнул и качнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Целая неделя непрекращающегося бреда — мысли о Сириусе, сны о Сириусе, воспоминания о Сириусе. Засыпать и просыпаться с его именем на устах. Искать спросонья теплое тело в кровати и понимать, что ты один. Вздрагивать от каждого шороха, надеясь…

ХЛОП!

Я роняю пузырек с только что приготовленным зельем и… Не верю глазам своим. Передо мной стоит Сириус, растрепанный, в какой-то неимоверно старой рубашке (и как она на нем только держится?) и джинсах. Две секунды мне требуется на то, чтобы вернуть свою челюсть на законное место. Еще одна — чтобы натянуть самое холодное выражение из всех, имеющихся в наличии, и спросить:

— Какого черта ты здесь забыл, Блек?

Сириус хмурится и глядит на меня с укоризной. Да как он смеет так просто заявляться ко мне после того, что он сделал?

— Да так, решил заглянуть на огонек. — Сириус беспечно пожимает плечами и садится в единственное в комнате кресло. От такой наглости я на секунду теряю дар речи.

— Ты действительно настолько туп, или успел за неделю растерять последние мозги? Я не рад тебя видеть. Я не хочу иметь ничего общего с тобой. Проваливай, Блек! — Я с ненавистью чеканю каждое слово. Как это привычно — в конце-концов, я делал это 20 лет…

— Да я, в общем-то, и не ждал от тебя ничего другого. — Сириус безмятежно улыбается, и я ловлю себя на том, что невольно любуюсь его лицом. Я поспешно отвожу взгляд, но от Блека мой промах не укрылся — он встает и сгребает меня в охапку, прижимая к себе.

— Северус, я идиот, я знаю. Прости. — Он наклоняется к моим губам, но я нахожу в себе силы отдернуться, вырваться, оттолкнуть…

— Ты думаешь, что все так просто? Стоит тебе поманить пальцем — и я уже бегу за тобой? — Сириус начинает что-то говорить, но я перебиваю его:

— Мне все равно, что ты скажешь. Я не хочу и дальше терпеть все твои беспричинные истерики. Если ты пришел искать утешения — то это не ко мне, а в Мунго. Аудиенция окончена. Проваливай.

Я зол настолько, что если он попробует хоть на миллиметр ко мне приблизиться — я его ударю. Сириус, видно, верно почувствовал мое настроение — он не делает никаких попыток подойти, лишь хмурится, глядя на меня. Потом заговаривает, тщательно подбирая слова:

— Я знаю, что очень сильно тебя обидел. Но я не хотел, чтобы ты уходил. Мне с тобой хорошо.

— А мне — нет. — Буквально выплевываю я. Сириус горько улыбается — я никогда не видел у него такой улыбки. — Если бы я захотел, я бы остался, Блек. Но мне это больше не нужно. И ты мне больше не нужен.

— Но мне ты нужен! — С мучительной болью в голосе восклицает он. Ха! Тоже мне, униженный и оскорбленный! Я хочу, чтобы ему было так же больно, как и мне.

— Это меня никоим образом не касается. Тебе в третий раз повторить, что я не нуждаюсь в твоем обществе? — Я скрещиваю руки на груди и презрительно смотрю на него.

— Нет. Двух раз вполне достаточно. — Сириус как-то сразу поник. Кивнул мне, повернулся к двери: — Прощай, Северус…

И почему этому идиоту так нравится все драматизировать? Я фыркаю и раздраженно разворачиваю его к себе:

— Не будь идиотом, Блек. — И затыкаю его рот поцелуем — все равно он не в состоянии сказать что-либо умное и оригинальное.






Глава 5.



Мммм… Я зарываюсь в одеяло и лежу, улыбаясь. Глупо улыбаясь, если быть до конца честным. Нашариваю руку Северуса под одеялом и тяну его на себя. В ответ раздается невразумительное бормотание. Северус пытается отодвинуться от меня на другой край кровати. Я улыбаюсь еще шире и немного ехидно, обхватываю его поперек туловища и прижимаю к себе.

— Сириус? — удивленно, немного хриплым со сна голосом. Я чувствую, что он хочет повернуться ко мне лицом, но лишь крепче прижимаю его к себе:

— А ты что думал? Можно подумать, у тебя в постели часто оказываются мужчины!

— Ты-то откуда знаешь, Блек? Что ты вообще обо мне знаешь? — В его голосе звучит горечь и боль. Но он теснее прижимается ко мне, и уже через секунду выдыхает:
— Люблю…

— Северус? — Да что с ним такое? Я понимаю, что Северус далеко не простой и не всегда приятный человек (говоря начистоту, он частенько бывает самой большой занозой в заднице), но ничего подобного я никогда не слышал. Он не любит говорить о себе, о своем прошлом, и я думал, что знаю почему, но теперь… — Северус?..

— Я не глухой, Сириус, — огрызается он, — и не глупый. Нет нужды повторять по два раза. –Но я чувствую, что он что-то обдумывает, грубя скорее по привычке, чем действительно желая, чтобы я от него отстал. Я громко вздыхаю и зарываюсь лицом в его волосы, вдыхая его запах, этот ужасный запах мяты.

— Сириус! — Дергается он. — Черт возьми, прекрати! — Я смеюсь, прекрасно зная, почему он так возмущается. Щекотка. Да-да, Северус Снейп ужасно боится щекотки, и ненавидит, когда я ему об этом напоминаю.

— Можешь считать это наказанием. — Я выдыхаю слова ему прямо в ухо, и он каким-то невероятным образом умудряется повернуться ко мне лицом. Да, как пишут в бульварных романах «в гневе он был прекрасен». Нет, у Северуса действительно резкие черты лица, и приятным его лицо назвать очень сложно, но… Эти черные глаза, эта гладкая кожа, эти трепещущие от еле сдерживаемого гнева ноздри… Я касаюсь губами его губ, совсем легко потеревшись о них. Северус, кажется, растерян. Обычно все наши перепалки
заканчиваются дракой, но теперь все по-другому. Потому что теперь я…

— Сириус… — Северус хмурится и отводит глаза. — Просто это… — Он пожимает плечами и замолкает.
— Ну и? Это — что? — Мне уже откровенно любопытно… и немного тревожно. Северус не склонен мямлить, если его что-то не устраивает, он всегда говорит это прямо и не раздумывая.

— Мерлин, ты тупица, Блек! Ты что, издеваешься надо мной или действительно ничего не понимаешь? — Тут же вспыхивает он.

— Северус… — мурлыкаю я, прижимая его к себе. — Ну не будь таким ослом, ты прекрасно знаешь, что окклюменция никогда не…

— Какая, к чертям, окклюменция? Ты что, не можешь понять, что я хочу у тебя спросить? — Шипит он. Во мне немедленно просыпается желание еще немного его подразнить, а потом, когда он разозлится настолько, что вырвется и пулей вылетит из спальни, догнать и оттрахать его, но… Я хочу, чтобы теперь все…

— Нет, я больше никогда так не буду делать. И — да, ты много для меня значишь. — Послушно говорю я, зная, что он хотел услышать нечто большее. Но слова лишь пустой звук, а я не хочу ему врать… в этом. Ведь теперь я…

— Ладно. Будем считать, что я тебе верю. — Северус с недоверием смотрит на меня, а я улыбаюсь ему в ответ. Ведь теперь все будет по другому… Потому что я так хочу.

258 просмотров

604 просмотров

46 просмотров

Robbie Williams

Романовы

 

Рюриковы

88 просмотров

80 просмотров

45 просмотров

Увеличьте для изображения

Хогвартс (официальное название — Hogwarts School (реже Academy) of Witchcraft and Wizardry — Школа (Академия) Чародейства и Волшебства «Хогвартс») — вымышленная школа магии из серии романов английской писательницы Дж. К. Роулинг о Гарри Поттере, находящаяся в Великобритании. Хогвартс является основным местом действия всех написанных до сих пор семи книг.


Общие сведения

Общие сведения Хогвартс, скорее всего, является единственной школой магии в Англии. В Хогвартс принимаются дети, достигшие 11 лет и обладающие магическими способностями. Соответственно, они поступают в него после окончания начальной школы (дети волшебников в обычных школах не учатся, но, поскольку к моменту поступления они также имеют начальное образование, значит, учатся где-то еще; в книгах этот момент не освещен). Поступить в школу могут только те дети, которым было прислано приглашение. Таким образом даже дети из семьи маглов, как Гарри и Гермиона, получали известие, что они могут учиться в Хогвартсе. Некоторые волшебники не отправляют своих детей в Хогвартс, предпочитая домашнее обучение. Обучение в Хогвартсе длится 7 лет. В конце каждого года сдаются экзамены, но особенно важны для будущего учеников экзамены в конце 5-го (СОВ) и 7-го (ЖАБА) года.

По принципу обучения Хогвартс — университет (вероятнее всего, он списан с английских школ-интернатов). Года обучения (в русских переводах) называются курсами (первый курс, второй курс и т. д.), а учащиеся — студентами. Учащиеся посещают лекции и практические занятия, а в конце года сдают экзамены. По большинству предметов предусмотрена и промежуточная отчетность — эссе или задания (нумерология) и «лабораторные работы» (заклинания, зельеварение). Преподаватели Хогвартса называются профессорами и обращаются к ученикам на «вы».

В романе упоминаются аналогичные школы в других странах — Шармбатон (Бобатон) во Франции и Дурмстранг, вероятно, находящийся в одной из стран Скандинавского полуострова. Кроме того, упоминается Институт Салемских Ведьм, по названию которого можно предположить, что он находится в США. Из текста непонятно, является ли этот институт школой магии, но Роулинг подтвердила, что это действительно так. В четвертой книге упоминается также школа магии в Бразилии.

Управляют школой директор и заместитель директора. К моменту начала действия директором школы является Альбус Дамблдор, его заместителем — Минерва МакГонагалл. Директор отчитывается перед Попечительским Советом, состоящим из 12 человек.

Обучение в школе бесплатное, но книги и школьный инвентарь учащиеся обычно покупают сами. В шестой книге упоминается специальный фонд для покупки учебников и школьного инвентаря малоимущим ученикам.


Количество учеников

На курсе Поттера, по-видимому, учатся 40 студентов, по 10 на каждом факультете.

Сведения об общем количестве студентов туманны и противоречивы. В одном интервью Роулинг сказала, что их около 1000, в другом — что в прошлом считала, что их около 600, но теперь в этом не уверена.


Расположение

Школа находится в старинном восьмиэтажном замке в Шотландии. На территории школы, кроме замка, есть горное озеро, большой лес, называемый Запретным из-за живущих там опасных существ (в частности, гигантских пауков и кентавров), оранжереи, кладбище (к концу шестой книги там появляется, среди прочих, белый мраморный склеп погибшего Альбуса Дамблдора), ещё несколько зданий, а также поле для игры в квиддич. Замок окружён горами.

Ближайшим населённым пунктом является маленькая деревушка Хогсмид — единственная деревушка в Англии, где живут только волшебники. Также Хогсмид название не только деревни, но и ближайшей к Хогвартсу железнодорожной станции, на которую прибывает поезд «Хогвартс Экспресс». На карте, которую Дж. К. Роулинг нарисовала для съёмок фильмов по своим книгам, станция находится к юго-востоку от школы, а деревня Хогсмид — к северо-западу.

В школу можно добраться не только поездом. Хотя трансгрессия (apparation) на территории школы невозможна, можно трансгрессировать в точку рядом со школой и дойти до школы пешком, как и произошло в шестой книге. В школу можно также добраться, используя летающие мётлы или летучий порох. В четвёртой книге Гарри Поттер возвращается в Хогвартс, используя портал.

Чтобы добраться от станции Хогсмид до замка, первокурсники пересекают озеро на небольших лодках (с озера открывается прекрасный вид на замок), а ученики старших курсов едут к замку в каретах, запряженных фестралами, проезжая через ворота, знаменующие вход на прилегающую уже непосредственно к замку территорию. На колоннах, на которых держатся ворота, стоят статуи крылатых вепрей, так как «Хогвартс» в переводе с некоторого древнего языка означает «долина вепрей».

Школа заколдована таким образом, что для маглов она выглядит руинами с табличкой «Вход воспрещён» (Keep Out).

Электрические и электронные устройства в Хогвартсе не работают из-за слишком большого присутствия магии.


Персонал и учебная программа

В Хогвартсе работает около 15 преподавателей, которые называются профессорами. Каждый профессор специализируется на одном предмете. Кроме того, в школе работает медсестра, завхоз, библиотекарь и лесник. Около сотни домовых эльфов работают на кухне и поддерживают чистоту в замке.

Все предметы, изучаемые в школе, так или иначе связаны с магией. За исключением астрономии, ни один предмет не преподаётся в обычных школах, хотя есть и похожие (зельеварение вместо химии, история магии вместо истории, нумерология вместо математики, травология вместо биологии).

Обязательных предметов семь: зельеварение, история магии, трансфигурация, заклинания, астрономия, травология и защита от тёмных искусств. Все эти предметы обязательны с 1 по 5 курс. Начиная с третьего курса, ученикам, наряду с обязательными, предлагаются факультативные предметы: прорицание, уход за магическими существами, древние руны, магловедение и нумерология.

Обучение на двух последних курсах является так же обязательным. Но по примеру близнецов Уизли в пятой книге, которые решили уйти из школы и открыть собственный магазин волшебных изделий, можно предположить, что посещение школы Хогвартс не является обязательным. На последних двух курсах ученики изучают меньше предметов, но на более углублённом уровне. Занятия становятся гораздо сложнее. Кроме того, ученик может быть не допущен к занятиям из-за недостаточно высоких оценок СОВ.

На 6 году обучения ученики Хогвартса могут изучать трансгрессию, с последующей сдачей экзамена. Трансгрессию преподаёт не один из преподавателей, а чиновник из Министерства Магии. К экзамену допускаются только ученики, достигшие 17 лет. Курсы трансгрессии являются платными.


Экзамены и оценки

Обычные работы оцениваются по 100-бальной системе (от 0 до 100).

В конце 5 курса по всем изучаемым предметам устраиватся экзамен, называемый СОВ — СуперОтменное Волшебство (англ. OWLs — Ordinary Wizarding Levels; другие варианты перевода — Стандарты Обучения Волшебству, Стандартизированные Отметки Волшебников). На экзаменах СОВ есть следующие оценки:

Положительные оценки
O = Outstanding (П — Превосходно)
E = Exceeds Expectations (В — Выше Ожидаемого)
A = Acceptable (У — Удовлетворительно)

Отрицательные оценки
P = Poor (С — Слабо)
D = Dreadful (О — Отвратительно)
T = Troll (Т — Тролль) (Рону эта последняя оценка сначала казалась шуткой Фреда и Джорджа, но потом оказалась настоящей).

Для продолжения занятий по данному предмету необходимо получить оценку не ниже А, хотя некоторые преподаватели требуют O. Некоторые студенты, получившие низкие оценки, продолжают в последние два года учиться на уровне СОВ.

После 7 курса ученики сдают экзамены ЖАБА — Жутко Академическая Блестящая Аттестация (англ. NEWT — Nastily Exhausting Wizarding Tests; в других переводах — ПАУК — Претруднейшая Аттестация Умений Колдуна и ТРИТОН — Типично Решаемый Изнуряющий Tест). Система оценок на ЖАБА та же, что и на СОВ.

После сдачи ЖАБА выпускники устраиваются на работу. Для многих профессий или должностей в требования к кандидатам входят оценки, сдаваемые предметы и их количество на экзаменах СОВ и ЖАБА.


Логистика

Каждый профессор преподаёт свой предмет или ученикам с 1-го курса по 5-й, или с 3-го по 7-й, или, возможно, с 1-го по 7-й. До 5-го курса каждому предмету отводится не менее 2 уроков в неделю. Факультеты часто посещают занятия вместе. Неоднократно упоминается, что тот или иной урок продолжался полтора часа (то есть университетскую «пару»). Таким образом, работа преподавателей достаточно тяжелая.


Лозунг и факультеты

Лозунг Хогвартса — «Draco dormiens numquam titillandus», что по латыни означает «никогда не щекочи спящего дракона». Роулинг объяснила, что она хотела придумать практичный лозунг для Хогвартса, потому что в большинстве школ лозунги возвышенные, вроде «Ad Astra» («К Звёздам»).

Основная статья: Факультеты Хогвартса Ученики Хогвартса делятся на 4 факультета (Houses), носящие имена их создателей. Они распределяются по факультетам в первый же день в школе в зависимости от их интеллекта и характера, а также, вероятно, желания принадлежать тому или иному факультету. Делит их Распределяющая Шляпа.

Факультеты эти:
Гриффиндор (англ. Gryffindor) — для благородных и храбрых, основатель Годрик Гриффиндор (англ. Godric Gryffindor). Символ - Лев на красном поле.
Пуффендуй (англ. Hufflepuff) — для лояльных и честных, основатель Пенелопа Пуффендуй (англ. Helga Hufflepuff). Символ - Барсук на золотом поле.
Когтевран (англ. Ravenclaw) — для мудрых и умных, основатель Кандида Когтевран (англ. Rowena Ravenclaw). Символ - Орёл на синем поле.
Слизерин (англ. Slytherin) — для амбициозных и хитрых, основатель Салазар Слизерин (англ. Salazar Slytherin). Символ - Змея на зелёногм поле.

Каждый факультет возглавляет декан. Декан — один из преподавателей Хогвартса, в прошлом учившийся на своём факультете. К началу действия декан Слизерина — Северус Снегг (англ. Severus Snape), профессор зельеварения; декан Гриффиндора — Минерва МакГонагалл (англ. Minerva McGonagall), профессор трансфигурации; декан Пуффендуя — Помона Стеббль (англ. Pomona Sprout), профессор травологии; декан Когтеврана — Филиус Флитвик (англ. Filius Flitwick), профессор заклинаний.


Баллы

Ежегодно проходит соревнование между факультетами, кто из них получит больше баллов. За достижения и промахи каждого студента — как академические, так и дисциплинарные — баллы могут быть начислены или сняты с его факультета. Таким образом, в Хогвартсе используются групповые поощрения и наказания. В первой книге гриффиндорцы объявляют коллективный бойкот Гарри Поттеру и его друзьям за потерю 150 баллов.

Снимать или добавлять баллы факультетам имеет право любой преподаватель, а также факультетский староста. Похоже, что нет правил по поводу того, какое количество баллов снимается или добавляется в каких случаях (кроме неписаных традиций: например, за правильный ответ на уроке начисляют 5-10 баллов, столько же снимают за мелкий проступок). Северус Снегг пользуется этим, по любому поводу снимая баллы с других факультетов, в особенности с Гриффиндора.

Также баллы начисляются за высокие результаты в ежегодном турнире по квиддичу между четырьмя факультетами.

Отмеривают баллы большие заколдованные песочные часы в холле. Их четыре: по одному на каждый факультет. Вместо песчинок в них — драгоценные камни цвета факультета: рубины в гриффиндорских часах, жёлтые топазы — в пуффендуйских, сапфиры — в когтевранских, изумруды — в слизеринских). Когда баллы добавляются или снимаются с факультета, в соответствующих часах такое же количество камней падает в нижнюю половину или, наоборот, поднимается в верхнюю.

В конце каждого года факультет, набравший наибольшее количество очков, выигрывает кубок.


Старосты

Во главе учеников стоят старосты. Ежегодно на каждом факультете назначают старостами факультетов двух пятикурсников, юношу и девушку. Статус старосты сохраняется до окончания школы. Таким образом, на каждом факультете есть 6 старост: по 2 на пятом, шестом и седьмом курсах. Также из их числа назначается два старосты школы. Старостами назначают учеников, которые пользуются уважением на своём факультете. Старосты помогают поддерживать дисциплину и получают некоторые привилегии. В частности, старосты могут снимать баллы со всех учеников, кроме других старост. Исключением стала «Инспекционная дружина», созданная Долорес Амбридж — её представители могли снимать очки даже со старост, чем с удовольствием пользовался Драко Малфой.


Дисциплинарные меры

Кроме снятия баллов, практикуются и другие дисциплинарные меры.

Учеников могут оставить после уроков. В прошлом, если верить завхозу Аргусу Филчу, оставленным после уроков назначали пытки, например, зажимание больших пальцев в тиски. На момент повествования ученики, оставленные после уроков, должны помогать преподавателям или персоналу в скучной или опасной работе. Интересно, что в первой книге Гарри и его друзья, обнаруженные ночью вне замка, в наказание были посланы, тоже ночью, в ещё более опасный Запретный Лес.

В пятой книге Долорес Амбридж, назначенная Министерством магии Главным инспектором Хогвартса, заставила Гарри Поттера писать заколдованным пером, которое одновременно с письмом на пергаменте процарапывало написанное на его руке (жуткая вариация «писания строчек» — обычного наказания в английских школах).

Профессора могут снимать баллы или оставлять после уроков как за дисциплинарные нарушения, так и за плохие результаты в учёбе. Вне класса поддерживать дисциплину помогают старосты. В случае каких-либо споров окончательное решение принимает декан факультета.

Серьёзные дисциплинарные нарушения могут караться отчислением из школы. В частности, Гарри Поттеру грозило отчисление в пятой книге за применение магии вне школы

Беллатриса Лестрейндж (также Белла, в девичестве Беллатриса Блэк) — одна из Пожирателей смерти, служителей Волан-де-Морта.


Общие сведения

Пол: Женский
Цвет волос: Чёрные
Цвет глаз: Тёмные
Факультет: Слизерин
Чистота крови: Чистокровная
Лояльность: Пожиратели смерти
Волшебная палочка: 12 3/4 дюйма, ореховое дерево, сухожилие из сердца дракона
Первое появление: Гарри Поттер и Кубок Огня
Роль в фильмах: Хелена Бонэм-Картер




Происхождение

Происходит из древнего волшебного рода Блэков, представители которого были помешаны на чистоте крови; старшая сестра Нарциссы Малфой и Андромеды Тонкс, кузина Сириуса и Регулуса Блэков. Училась на факультете Слизерин в одно время с Люциусом Малфоем, Эйвери младшим, Северусом Снеггом и многими другими героями книги. Вышла замуж за одного из школьных приятелей Тома Реддла, Рудольфуса Лестрейнджа (хотя, как выясняется в седьмой книге, единственным, кого она любила всю жизнь, был Тёмный Лорд). Вступила в ряды Пожирателей смерти и приобрела известность как одна из самых фанатичных и жестоких сторонников Волан-де-Морта. После его исчезновения в 1981 году вместе с мужем, своим деверем Рабастаном Лестрейнджем и Барти Краучем — младшим пыталась найти своего хозяина. За пытку мракоборцев Фрэнка и Алисы Долгопупс приговорена к пожизненному заключению в Азкабане. На процессе, перед уходом из зала суда она заявила, обращаясь к судье, Барти Краучу старшему:

«Темный Лорд вернется, Крауч! Можете запереть нас в Азкабане! Мы и там будем ждать его! Он освободит нас и осыплет милостями! Мы одни остались ему верны! Старались найти его!»

Вот что говорит сам Волан-де-Морт о супругах Лестрейндж, отправленных в Азкабан:

«… — Здесь должны стоять супруги Лестрейндж, но они замурованы в Азкабане. Они были преданны мне. Они предпочли отправится в Азкабан, нежели отречься от меня… Когда стены Азкабана рухнут, они будут вознаграждены так, как и мечтать не могли.»


Беллатриса Лестрейндж в Азкабане

Беллатриса Лестрейндж посылает заклятие Авада Кедавра в Сириуса Блэка
В книге «Гарри Поттер и Кубок Огня» Беллатриса появляется в сцене суда над Пожирателями смерти, которую Гарри видит через Омут Памяти.

В «Гарри Поттере и Ордене Феникса» она вместе с многими другими пожирателями сбегает из Азкабана и участвует в битве в Отделе Тайн, где убивает своего двоюродного брата Сириуса Блэка и пытается убить Гарри Поттера. Обезумевший Гарри применяет к ней заклятие Круциатус, но это не причиняет Беллатрисе почти никакого вреда, и она кричит ему:

«Ты никогда раньше не применял непростительных заклятий, правда, мальчик? <...> Ты должен по настоящему хотеть, чтобы они подействовали, Поттер! Надо хотеть причинить боль и получить от этого удовольствие, а праведный гнев — это для меня пустяки!…»

В книге «Гарри Поттер и Дары смерти» Беллатриса играет более объёмную роль, неоднократно появляясь в различных сценах. Наиболее существенными являются сцена в особняке Малфоев, где Беллатриса подвергает допросу Гермиону Грейнджер, применяя к ней заклятие Круциатус. Позже, когда Добби спасает пленников, Беллатриса смертельно ранит его ножом.

В Битве за Хогвартс Беллатриса убивает Нимфадору Тонкс, бьется одновременно против Гермионы, Джинни Уизли и Полумны Лавгуд, а после погибает от неизвестного заклинания Молли Уизли.

Северус Снегг (оригинальное звучание фамилии — Снейп, англ. Severus Snape) (9 января 1960 - июнь 1998) — самый противоречивый персонаж.
Преподаватель зельеварения (1981—1996) и защиты от тёмных искусств (1996—1997) в школе чародейства и волшебства «Хогвартс», декан факультета Слизерин в 1981—1997, директор Хогвартса в 1997—1998.


Общие сведения

Пол: мужской
Цвет волос: чёрные
Цвет глаз: чёрные
Факультет Слизерин
Чистота крови: Полукровка
Лояльность: Орден Феникса, Хогвартс
Патронус: лань
Первое появление: «ГП и философский камень»
Роль в фильмах: Алан Рикман




Перевод фамилии

Как видно из таблицы в начале статьи, различные переводы фамилии Снегга сильно отличаются друг от друга и от оригинального варианта «Snape». Это вызвано тем, что исходная фамилия имеет неявные ассоциации (в частности, со словами snake — змея и snap — щелчок, отрывистая речь, внезапный мороз, ложь, обман, хитрость), и разные варианты перевода продиктованы стремлением сохранить эти ассоциации — либо с исходными английскими словами, либо с какими-то из их русских аналогов.

По причине невозможности одновременно сохранить все ассоциации и перевести их на русский (извечная проблема перевода художественной литературы) среди поклонников до сих пор не утихают споры о том, какой вариант «лучше». Сама Роулинг утверждает, что назвала его в честь деревни Snape в Англии.

Согласно словарю английских фамилий, фамилия Snape — одна из древнейших. Ранее правильным написанием её было «Snaep».


Происхождение имени

Имя происходится от англ. severe (либо непосредственно от лат. severus), что переводится как строгий, суровый, жестокий.


Детство

Северус Снегг родился 9 января 1960 года в семье чистокровной волшебницы Эйлин Принц и магла Тобиаса Снегга (впоследствии из-за этого он стал называть себя Принцем-полукровкой). Мальчик рос в одиночестве, к которому добавлялись частые ссоры родителей. Когда Северусу было около десяти лет, он повстречал соседских девочек Лили и Петунию Эванс и понял, что Лили, как и он, волшебница. Он стал её частым собеседником и много рассказывал о Хогвартсе, где им предстояло вместе учиться. 1 сентября 1971 года они сели в поезд «Хогвартс-экспресс», где повстречали Джеймса Поттера и Сириуса Блэка. В тот же день Лили была распределена на Гриффиндор, а Северус — на Слизерин.

На протяжении всего времени обучения Снегг не имел подходящего круга общения. По ряду обстоятельств он стал членом группы, включавшей Люциуса Малфоя, Рудольфа Лестрейнджа, Беллатрису Блэк, Эйвери, Мальсибера и других слизеринцев. (все они потом стали Пожирателями смерти). Снегг подвергался постоянным нападкам и издевательствам со стороны Джеймса Поттера и его дружков Сириуса Блэка и Питера Петтигрю, которые (совместно с Римусом Люпином) именовали себя Мародёрами. В конце пятого курса Снегг едва не погиб из-за глупой шутки Сириуса Блэка — его чуть не загрыз оборотень, которым оказался Римус Люпин, но Джеймс Поттер спас его (впрочем, Снегг никогда не верил в искренность намерений Джеймса, хотя и понимал свой долг перед ним). Директор школы Альбус Дамблдор замял этот случай.

Долгое время Снегга защищала его подруга Лили Эванс, в которую он был влюблён, но её сильно пугало увлечение Северуса Тёмными искусствами и отношение к другим маглорождённым студентам. В конце концов, когда Снегг после очередной ссоры с Джеймсом погорячился и обозвал Лили «грязнокровкой», она порвала общение с ним, а через некоторое время начала встречаться с Джеймсом Поттером.


Снегг — Пожиратель смерти. Разглашение Пророчества

В 1977 или 1978 году, сразу после окончания школы или на последнем курсе, Снегг вступил в ряды Пожирателей смерти. В 1980 он в трактире «Кабанья голова» подслушал часть пророчества Сивиллы Трелони о том, что грядёт человек, который сможет победить Тёмного Лорда. Он рассказал об этом Волан-де-Морту, а тот решил, что речь идёт о сыне Джеймса и Лили Поттер. Обезумевший Снегг просил Тёмного Лорда не убивать Лили, но тот не откликнулся на его просьбу.

Тогда Снегг пришёл к Дамблдору и попросил его спрятать Лили с её семьёй. Он согласился помочь Снеггу только с тем условием, если тот выполнит всё, что прикажет Дамблдор. Таким образом, Северус Снегг стал шпионом Дамблдора и Волан-де-Морта одновременно, но с этого момента был до конца жизни на стороне Дамблдора и Ордена Феникса. Находившийся в смятении Снегг признался Дамблдору во всём, что совершил. Директор Хогвартса приказал Северусу помочь защитить сына Лили от Волан-де-Морта, и тот согласился, взяв с Дамблдора слово о том, что он никому не раскроет его тайны. После этого Дамблдор публично объявил Снегга своим тайным агентом, спасая его тем самым от судебного преследования, взял в штат Хогвартса преподавателем зельеварения и назначил деканом факультета Слизерин.

Дамблдор убедил Поттеров применить заклинание Фиделиус, но хранитель Тайны, Питер Петтигрю, оказался предателем. Поздней ночью Волан-де-Морт пришёл к дому Поттеров. Он убил Джеймса и хотел пощадить Лили, но та заслонила собой сына. Не думая о просьбе Снегга, Волан-де-Морт убил женщину, однако, пытаясь убить мальчика, исчез сам.

Все что осталось Снеггу — это ждать появления сына Лили в Хогвартсе. По словам Дамблдора, у мальчика были такие же глаза, как и у его матери, возлюбленной Северуса, Лили Эванс.


Работа в Хогвартсе

Во время учёбы Гарри Поттера в Хогвартсе (1991—1997) Северус Снегг был деканом Слизерина и профессором зельеварения (а после — Защиты от Темных искусств). Он не скрывал своей нелюбви к студентам других факультетов, особенно к гриффиндорцам, и пользовался любым удобным случаем, чтобы снять с них баллы или назначить дисциплинарное взыскание. (В фильме «Гарри Поттер и Кубок Огня» Снегг даже даёт подзатыльники студентам, которые разговаривают на его уроке, но, по мнению некоторых зрителей, такой образ Снегга не сочетается с описанным в книге). Вполне логично, что Снегг был любим слизеринцами и непопулярен среди студентов других факультетов. Гарри относился к нему со смесью страха и враждебности, подозревал в причастии ко многим тёмным делам, творившимся в Хогвартсе. С другой стороны, к большому недоумению Гарри, Снегг неоднократно спасал ему жизнь, а все подозрения против него неизменно рассеивались, как дым.

В шестой книге выясняется, что Снегг является двойным агентом: по мнению Дамблдора, Снегг на его стороне, в то время, как Волан-де-Морт считает, что Снегг шпионит за Дамблдором (впрочем, кому из этих двоих он на самом деле предан, остается загадкой). В конце книги Снегг убивает Дамблдора заклинанием Авада Кедавра, а после убийства скрывается. Гарри Поттер, видевший убийство, и преподаватели сочли его предателем. Гарри возненавидел Снегга и решил ему отомстить.

Однако на самом деле, как выясняется в последней книге, Снегг убил Дамблдора по его же приказу. При попытке использования кольца, одного из крестражей, по первоначальному назначению на Дамблдора перешло проклятье: у директора начала чернеть рука, и, по словам Снегга, ему оставалось жить еще максимум год. Решив, что умереть нужно с пользой, Дамблдор заставил Снегга дать ему обещание убить его, когда предоставится подходящий момент, а затем заботиться о Хогвартсе и (как и прежде, скрытно) помогать Гарри Поттеру.


Директор Хогвартса

В седьмой книге «Гарри Поттер и Дары смерти», после того как Волан-де-Морт захватил Министерство Магии, Северус Снегг был назначен директором Хогвартса. Незадолго до финальной битвы с Волан-де-Мортом бежал из Хогвартса и присоединился к Тёмному Лорду с целью противодействия его планам.


Смерть

Волан-де-Морт, ошибочно полагая, что Снегг является владельцем Бузинной палочки, убил его при помощи змеи Нагайны, однако перед смертью Снегг успел передать Гарри Поттеру воспоминания, проливающие свет на его истинную роль в деятельности Пожирателей смерти.


Северус Снегг в фанатской субкультуре

Поскольку некоторые фанаты считают Снегга самым неоднозначным и интересным персонажем серии книг о Гарри Поттере, у него возникло множество поклонников. Сами фанаты во многом связывают это с исполнением роли Снегга актёром Аланом Рикманом. Фанаты Снегга пишут фанфики, статьи и исследования о Снегге, обмениваются рисунками и фотографиями, связанными с персонажем. Это явление получило название «снейпома?ния» — слово, производное от оригинального звучания фамилии персонажа.

В книге «Гарри Поттер и Принц-полукровка» выяснилось, что Северусу Снеггу одновременно доверяли Волан-де-Морт и Дамблдор. В течение 2 лет до выхода последней книги, вопрос о том, на чьей стороне Снегг (фанаты обычно называют его Снейп), был одной из самых обсуждаемых тем среди посетителей форумов и сообществ, посвящённых серии книг о Гарри Поттере. Большинство правильно считало, что Снегг предан Дамблдору и был вынужден убить его по его же приказу. Стали появляться списки аргументов в пользу этой точки зрения.

Причиной того, что большинство фанатов угадали правду, была фраза Дамблдора «Severus … please …», произнесённая им перед смертью. «For the first time, Dumbledore was pleading». Многие правильно догадались, что это — не просьба о помиловании, а просьба об убийстве. До этого, Хагрид рассказывает Поттеру о случайно услышанной им ссоре между Дамблдором и Снеггом. По словам Хагрида, Снегг что-то отказывался сделать для Дамблдора, однако тот настоял на своём. Большинство фанатов правильно поняли, что Дамблдор требовал от Снегга убить его.

454 просмотров

Автор – Вильф&Интов
Пейринг: Сириус Блэк, Джеймс Поттер, Ремус Люпин, Питер Питтегрю, Лили Эванс
Рейтинг – G
Направленность - Джен.
Размер - Мини
Жанр – Общий/AU/Юмор
Саммари.
Сириус Блэк узнает, что его друзья стали Пожирателями Смерти, отличный же подарочек они приготовили ему на день рождения.

Отличный подарок!

Я проснулся от радостного крика Джеймса.

- Отличный план!

Увидев, что я открыл глаза, Ремус ткнул Сохатого в бок, как бы заставляя его заткнуться, Питер икнул и с головой закрылся одеялом, притворяясь, что спит.

Я перевел взгляд на Ремуса:

- Что такое?

Ремус на секунду замешкался и ему на помощь пришел Джеймс:

- Ничего-ничего, братишка, сопи дальше.

Его улыбка, в этот момент больше напоминающая оскал, совсем не успокаивала. Именно в этот момент я понял, что они что-то скрывают от меня, поэтому я отвернулся к стене и сделал вил, что сплю. Но, либо я очень усердно храпел, либо просто мои друзья знают меня слишком хорошо, в эту ночь они решили больше не обсуждать своих планов и отлично выспались в отличие от меня.



Утром я встретился со своими друзьями за завтраком. Их рожи были такими же хитрыми, да нет, я бы сказал даже более хитрыми, чем вчера ночью.

Джеймс, предвкушая мой вопрос, радостно воскликнул:

- Извини, что не разбудили тебя, ты так сладко спал!

- Жаль, что ты не заметил, как я сладко спал в прошлые выходные, когда ввалился в нашу спальню под утро с дикими воплями и хохотом.

Лили смущенно опустила глаза в пол.

- Ну что, какие планы на сегодня? Может, - я понизил голос до шепота, - пошляемся по Хогсмиду, все-таки у меня завтра день рождения, закупимся…

Парни переглянулись.

- А может ты сам, - начал Ремус.

- Не-не-нет, я не могу, мне на тренировку, - мотнул головой Джеймс.

- На тренировку? В субботу? В десять утра?

- Да… это очень-очень важная тренировка, матч со слизеринцами через четыре месяца. Я не могу ее пропустить, - Джеймс вскочил со скамейки, схватил Лили за руку и убежал, утаскивая девушку за собой.

- Знаем, мы такие тренировки, - ухмыльнулся я, - а ты Рем?

- Ну, понимаешь, послезавтра важная, очень важная контрольная по нумерологии, - Люпин подхватил вещи и ушел, но почему-то не в сторону библиотеки, а в сторону выхода.

- Пи-ит!

- А я что, я ничего… у меня вообще живот болит, - Питер схватил со стола недоеденный тост. – Я к мадам Помфри, - и тоже убежал.

Я посмотрел на дверь, за которой они скрылись. Их поведение удивило меня, но я решил не обращать на это внимания и начал молча завтракать. Через некоторое время в Большой Зал влетели совы с почтой. На мои колени опустились письма и свертки.

- Так, - просмотрел я все это: носки от кузин, щедро надушенные открытки от поклонниц, очередное проклятье от мамы, наверно, более сильное, день рождения же. Я развернул «Ежедневный пророк».

«Пожиратели Смерти среди нас!» гласил заголовок статьи, оформленной колдографиями министра. Я усмехнулся, видимо в редакции «Пророка» работают очень храбрые люди, раз они решились обвинить самого министра, поместив его колдографию под заголовком «Пожиратели Смерти среди нас!». Я просмотрел название остальных заголовков: «Десять отличий Пожирателей Смерти от Магов под заклятием империо», «А ты уверен, что твой друг тебе не враг?», «Не пусти Пожиратели Смерти в свой дом!», «Как защититься от Пожирателей Смерти».

Я скучающе пролистал страницы «Ежедневного Пророка» и отложил его в сторону.

Да уж, скучновато, я направился в гостиную и там к своему удивлению увидел Лили Эванс, которая вроде бы сейчас должна быть с Джеймсом.

- Ты что здесь делаешь? А где Джеймс?

- Он же говорил, что в библиотеку пойдет, - ответила Лили, избегая моего взгляда.

- А он разве не на тренировке? - удивился я, припоминая, что Джеймс сказал за завтраком.

- Да? А, да! Он так быстро перемещается по замку, он такой…ээ.. живой, такой подвижный. Ты прав, он на тренировке, - Лили нервно хихикнула и, не дав мне возможности ни слова сказать, убежала в женское крыло, да так быстро, что, даже если бы я попытался ее догнать, не догнал бы.

­«Да уж… странно», - пронеслось у меня в голове, и я поплелся в сторону спальни.

Честно говоря, такое со мной случалось впервые. Мне было немного неуютно одному, может потому, что я привык быть всегда окруженным друзьями. К тому же мне показалось странным, что у них всех одновременно появились дела, даже у Питера, у которого дел никаких и быть не могло, даже эта паршивая крыса нашла себе причину избежать моего общества. Может, я обидел их чем-то вчера? Да, нет вроде… нормально все было…

Я подошел к окну и увидел, что мимо озера идут три паренька, между прочим, очень похожие на моих друзей.

- О, черт! – вырвалось у меня вслух, это и были мои друзья. Они о чем-то трепались, и можно было понять, что им весело по их лицам, которых я, конечно же, не видел из окна спальни. А я тут сижу один! От злости я ударил кулаком по стене и тут же взвыл от боли.

- Сириус, с тобой все в порядке? – услышал я за спиной голос Фрэнка Лонгботтома.

- Да, да, да, все в порядке, - рассеяно произнес я и выбежал из комнаты.

«Ну, вы сейчас у меня получите», - думал я, перепрыгивая через ступеньки и выбегая на улицу.

Я подбежал к озеру, но моих друзей, а возможно уже бывших друзей, там не было. Я дважды обежал все наши места около озера. Никого. Потом, я еще раз подошел к тому месту, где я видел друзей из окна, и тут мое внимание привлекла какая-то бумага, я нагнулся и поднял ее, оказалось, что эта была страница, вырванная из сегодняшнего пророка, со статьей под названием «Тот-кого-нельзя-называть вербует Пожирателей Смерти среди студентов». Я не придал статье особого значения, но все-таки положил ее в карман, после чего, решил вернуться в замок и дождаться парней там. Только я вошел в гостиную, как на меня налетел Мэворик Джордан, размахивая перед моим носом какими-то маленькими картинками, он заорал мне в самое ухо:

- Сириус! Сириус! Не хочешь купить парочку черных меток? Тебе, как другу, отдам за полцены.

«С каких пор мы стали друзьями?» - подумал я, а вслух произнес:

- Каких отметок?

- Чер-ных ме-ток! – по слогам повторил он. – Ты что серьезно о них ничего не знаешь?

- А-а, это те метки, которые у сторонников Сам-знаешь-кого?!

- Ну, да! Сам-знаешь-кто оставляет черные метки на руках Пожирателей Смерти, а потом при помощи их вызывает своих слуг к себе.

- Да ну… - устало произнес я.

- А с помощью этих меток, - Джордан опять потряс перед моим носом картинками. – Ты не с кем связаться не сможешь, но напугать основательно – это легко. Не представляешь, сколько ору было, когда моя мама увидела такую метку у меня.

«Моя бы только обрадовалась», - отметил я про себя.

- Ну, так что? Берешь? Берешь? Берешь? – затараторил Мэворик. – Осталось пять последних. Их раньше в «Зонко» продавали, но Министерство Магии запретило, я последние оторвал. Всего три галеона за штуку, правда, держатся они всего один день, зато смотри, как переливаются зелененьким. Зуб даю, что на настоящих такого эффекта нет.

- Да ладно, не надо, - бросил я и направился в спальню, там я еще долго обдумывал поведение своих друзей, но предыдущая ночь дала о себе знать, и я сам не заметил, как уснул. Проснулся я только, когда стемнело, я огляделся и увидел, что парни уже спят в своих кроватях. Первой мыслью было разбудить их выяснить, что к чему, но, подумав, что парни никуда не денутся, а есть мне очень хотелось, я решил сгонять на кухню, чтобы позаимствовать у домовиков чего-нибудь.

Я тихо вышел из спальни и, спускаясь, по ступенькам, услышал голоса в гостиной, один из них принадлежал Джеймсу, второй – Лили.

- Хотите, я тоже помогу вам, - произнесла девушка.

- Ты что? Тебе нельзя, это опасно. Да и потом, ты сама понимаешь, что это нереально.

- Да, - Эванс вздохнула. – Рука болит?

- Жжет.

- Ну, понятное дело, целый день там провели.

- Но не зря же! У нас почти все готово. Я уверен, что он будет доволен.

- Честно говоря, ему сложно угодить.

- Может и так, но я готов сделать для него все, что в моих силах.

- Да, главное, чтобы Сириус ни о чем не догадался.

- Еще бы, это нам ни к чему… ой, опять жжет!

Я больше не мог это слушать, мысли о голоде моментально вылетели из головы, я медленно вернулся в спальню, нашел в кармане мантии статью, которую подобрал около озера, лег на кровать, накрылся одеялом с головой и начал читать, подсвечивая себе волшебной палочкой.

«… Уже отмечены несколько случаев, когда сторонниками Того-кого-нельзя-называть становились студенты. Юношеский максимализм, желание прославиться и неокрепшая психика подростков заставляют молодое поколение вступать в ряд Пожирателей Смерти…»

Я отложил статью. Все сходится. Мои друзья на службе Того-кого-нельзя-называть. Хитрые взгляды, тайны от меня. Куда они сегодня ходили? Все становилось на свои места. Сегодня они ходили к Нему. Сегодня Он посвятил их в Пожиратели Смерти, а я не смог их удержать. В голове прозвучали слова Джеймса:

«-Ой, опять жжет!

- Может и так, но я готов сделать для него все, что в моих силах».

Да, сегодня Тот-кого-нельзя-называть поставил им чернее метки, и как Лили может так спокойно относиться к этому? Завтра обязательно поговорю с ней. Размышляя об этом, я провел еще одну ночь без сна. Я слышал, как вернулся Джеймс, но сейчас разговаривать с ним не хотелось. Под утро я все-таки задремал, но меня почти сразу разбудили парни, которые уже встали и оделись, а сейчас тихонько перешептывались.

- Вы что опять куда-то собрались? – сонно пробормотал я.

- Не унывай, дружище, скоро придем.

Я взглянул на правую руку Джеймса, того как-то странно передернуло, и он, поймав мой взгляд, поправил рукав и напряженно посмотрел на меня.

- Увидимся позже, - улыбнулся Ремус и вышел из комнаты, за ним выбежали Джеймс и Питер.

Я вздохнул, оделся и спустился в гостиную, там ко мне подбежал Фрэнк.

- С днем рождения, приятель! – он стиснул меня в объятиях и вручил небольшую коробочку.

Со всеми заботами я и забыл, что сегодня мой восемнадцатый день рождения, и они тоже забыли. Честно говоря, я никогда не праздновал день рождения с семьей, да и в Хогвартсе однокурсники узнали о точной дате только на шестом курсе, правда, мародерам-то было известно с первого курса. Отличный же подарочек они приготовили мне – стали Пожирателями Смерти! О таком я не мечтал даже в самом страшном сне.

Следующим ко мне подошел Джордан, он вручил мне одну из своих меток.

- Держи, поздравляю, в общем. Я сразу заметил, что она тебе понравилась.

Далее несколько гриффиндорок (с тремя из них я встречался на пятом курсе) спели мне «С днем рождения, Сириус!» Потом последовали одинаковые, бессмысленные поздравления, большую часть которых я даже не слушал. Тут я заметил Лили, вспомнив, что хотел с ней поговорить, я схватил ее за руку и потащил в свою спальню. Три из пяти гриффиндорок сделали удивленные глаза, а две переглянулись.

- Ну, ты ничего не хочешь мне сказать?

- Нет, - испуганно ответила Лили.

-А я вот хочу с тобой поговорить. Я все знаю.

- Правда? Но откуда?

- Значит это правда?

- Ну да. Жаль, что ты узнал, Джеймс не хотел, чтобы ты узнал

- Ну, еще бы. Я бы никогда не позволил.

- Правда? А они так стараются. Они думали, что тебе понравится.

- Нет уж, думаю, что это понравилось бы моей матушке, но не мне.

- Матушке? – Лили удивленно изогнула бровь.

Из гостиной послышалось.

- Сириус! Сириус! Иди сюда, - это был голос Джеймса.

- Ага, вот и они! Сейчас всыплю им по первое число!

Я выбежал из комнаты и ринулся в гостиную, и так со всего размаха ударил Джеймса в челюсть, что он не удержался на ногах и упал.

- Ты чего? – непонимающе спросил он, потирая ушибленное место.

- С днем рождения, - неуверенно добавили Ремус и Питер и отошли в сторону, открывая моему взгляду новенький мотоцикл.

- Э… это что? – непонимающе произнес я.

- Это тебе наш подарок, - пробормотал Ремус, все еще ошарашенный моим поступком.

- Но, если тебе не нравится, мы можем его забрать. Что зря вчера весь день на его покупку потратили, - вклинился Джеймс.

- Я тебе заберу, - расплылся в улыбке я, после чего подал руку Джеймсу, чтобы помочь ему встать. Мой взгляд скользнул по царапинам и порезам на его руке.

- Это мы в Запретном лесу волосы из хвоста единорога собирали, чтоб недостающую сумму набрать, - виновато улыбнулся он. В этот момент я все понял, вспомнил мои глупые догадки и начал хохотать, схватившись за живот, за мной засмеялся Джеймс, потом Ремус, а после уже вся гостиная не могла сдержать смех, рвущийся наружу.

Но только я смеялся над собой, а они вместе со мной.

Поздравляем!!! Вы — Лестат

Вы сила, которая вечно хочет зла и вечно совершает благо. "Принц-паршивец" по мнению Мариуса. Вы блистательны и свободны; немного самоуверенны — но и это зачислено вами в положительные качества. Вы вечно одиноки и вечно ищете спутников. Вы иногда невыносимы, иногда опасны, но без вас мир бы опустел.

Пройти тест