Нравится болеть: болея, чисто клинически отделяешь главное от неглавного. Вот оно, изменённое сознание! Вот где непосредственные мысли о смерти! Хочешь, чтобы как доктор в рассказе Кафки, к тебе прижалась твоя возлюбленная, отняв у тебя хоть немного жара. Чтобы сходила в лес по грибы - за тебя, а потом отварила их с луковицей. Нравится болеть: капризничать и кашлять, манкировать и жуировать; голос становится густым, низким и сочным. Это почему-то нравится сотрудницам. Сегодня реванш с Цхеидзе.

Цхеидзе женился. Сегодня я выиграл у него партию (50 рублей), но это дезавуировано моими многочисленными крымскими поражениями: на Зелёном мысе играл много, с разными соперниками и отвратительно. Даже запретил себе впредь садиться за доску. Теперь, чтобы взять реванш у одного юного шахматиста, мне придётся даже ехать зимой в Питер. До сих пор не знаю, насколько хорошо играю, хотя обычно в любой шахматной компании в силу одной любви к шахматам выбиваюсь в первый эшелон. Однако, наблюдая за собой в игре, я осознаю, что ежели стратегия игры что-то говорит о чертах характера, то я скорее всего перестраховщик, однако не гнушающийся неигровых способов борьбы: если Цхеидзе визжит за доской, пародируя главреда, стучит линейкой по столу и т.д., то я обрабатываю его негативными медитациями, и если раньше я думал, что эта обработка действует только тогда, когда мы играем тет-а-тет, то сегодняшняя партия показала, что Цхеидзе теряется и глупит даже когда с ним его группа поддержки. Просто он уронил пешку во время расстановки фигур, и я заметил ему, что это плохой знак.

Этим летом я впервые встретился с N. - хозяйкой своих текстов и моей читательницей.

Свидание длилось 2.58 на земле и 1.02 на подножке поезда.

Поправлю себя: не на земле, а на брусчатке перрона.

Брусчатка примиряет с площадностью как паркет с коммунальностью.

Брусчатка туристоустойчива, как крымский диабаз.

Я заранее спросил проводницу, выпускают ли в городе N-ске.

Вы с ума сошли, сказала проводница, лязгнув дверью, в Туле.

Я спросил в Орле. Я спросил ещё в каком-то городе.

Я уговорил ее. Если от женщины слышишь: вы с ума сошли, есть надежда что дело выгорит. 

И в ожидании таможни и пограничников завалился читать взятый с собой килограмм газет.

Таможня и пограничники приходили и уходили, некоторые пассажиры стонали во сне как в операционной.

Как только я перечитал все газеты и даже самые неинтересные статьи в них, мне стало скучно.

Мне не приходилось ни ехать в поезде трезвым, ни назначать встречу человеку, которого я не знаю.

Даже если это хозяйка своих текстов и моя читательница.

Ни томиться в ожидании этого свидания среди невинных пассажиров.

С тех пор как у меня выросли ноги, спать на верхней полке в поездах мне стало неудобно из-за того, что они упираются в цепь.

Наконец выключили свет.

Наощупь в темноте я написал письмо N. У меня получилось три или четыре варианта.

Я решил выбрать один наугад и не читая, наутро передать N.

...

Вход в секретный завод в Балаклаве. Август, 2009

я благодарный читатель тех,

кто в утренних сводках не пишет

о паховой травме Аршавина

И вот я, севши вечером после работы возобновлять починку адаптера, вдруг увидел на экране всплывшее окно, на голубом фоне которого прочитал текст следующего содержания: "Уважаемый, с утра наблюдаю за твоими попытками connect и мне показалось, что ты как-то преувеличенно отнесся к проблеме вообще и к проблеме адаптера в частности. Больше тебе скажу: всё дело может быть вовсе не в нём и не в компьютере даже, а в телефонии. Да-да, брось заниматься этим и иди поужинай, ты уже два вечера подряд питаешься только сливами, а тебе нужны силы. На кухне под полотенцем сырники, называемые иначе, по-русски, творожниками. Иди и съешь их". 

потому что все хорошие вещи пишутся в один присест. Как крепкие союзы зиждятся на первичном условии "и они сошлись". Когда что-то нужно не только здесь и сейчас, а нужно здесь, сейчас и навсегда. Это как всасывающий эфффект влагалища.

В первом часу дня меня разбудил звонком отец и взволнованным голосом отменил намеченный пикник на его даче. Сначала я был раздражён тем, что он помешал мне вспомнить приснившийся сон, потом меня стало раздражать, что я непочтительно думаю об отце, затем - то, что я не могу вспомнить более трёх-четырёх ярких историй, связанных с его личностью; далее меня стало раздражать то, что существует огромная масса людей, о которых я думаю либо мало, либо непочтительно, а в их массе - те, о ком я обязан думать. Весь день, в тщетных попытках установить сетевой адаптер, я мучился беспокойством об отце, потому что голос его мне показался странным. Возможно, он выпил пива в обеденный перерыв на работе или ему мешали говорить, но я не прочувствовал его голос настолько, чтобы, повесив трубку, спокойно продолжать заведомо безуспешную возню с адаптером. Я перезвонил ему, но и это не дало никакого результата. По выходу из дома я подумал, что равно несчастны те люди, которые оторваны от родителей, и те, для которых связь с отеческим домом навсегда остаётся нерасторжимой. Я думал о том, что церковь - это сакрализованный отчий дом, дом Отца.

Храмът на архангела  (Пер. с русского - М.Б.)
В един часа след обяд ме събуди баща ми и с развълнуван глас отмени набелязания пикник на неговата вила. Отначало се подразних от това, че той ми попречи да си спомня какво ми се присъни, после се ядосах на себе си, че непочтително мисля за баща си, после - от това, че не мога да си спомня повече от три-четири ярки истории, свързани с него като личност; после раздразнението ми дойде от това, че съществува огромна маса от хора, за които мисля или малко, или непочтително, а в това число са и тези, за които съм длъжен да мисля. Цял ден, в напразните
>> си опити да инсталирам един адаптер, ме измъчваше безпокойство за баща ми, защото гласът му ми се стори странен. Може да е пил бира в обедната почивка или да са му попречили да говори, но аз не почувствах гласа му така, че да мога, след като оставих слушалката, спокойно да продължа явно безуспешната и пипкава работа по адаптера. Обадих му се, но това не даде никакъв резултат. На излизане от къщи си помислих, че еднакво са нещастни и хората, които са откъснати от родителите си, и тези, за които връзката с бащината къща си остава завинаги неразкъсваема? Мислех за това, че църквата - това е сакрализираната бащина къща, домът на Отца.
 

Алупка. Храм архангела Михаила. Август, 2009

Ничто так убедительно не иллюстрирует жизненный тонус, как эротические фантазии. При высоком (витальном) тонусе фантазия - YY+Х (где согласно хромосомному обозначению: Y - Ж, Х - М), при слабом (виктимном) - ХХ+Y.

Ночью обыденно-рутинно - усиленный акклиматизацией страх смерти. Ход мысли предельно прост: в конце недели - занятие с инструктором по вождению; через исчислимое количество недель - физическое исчезновение отовсюду. Уверен, что сильнейший страх смерти толкает к преступлению против человечества. Самый грамотный из всех властителей России - Иван Грозный умер за игрой в шахматы.

С периодичностью раз в год удаётся увидеть (как правило, случайно) киношедевр. Как вчера ночью, или под утро. На неизвестном телеканале (TV 1000). КШ тоже оказался скандинавским.   

Давно заметил, что у исторически бесперспективных народов - поляков, грузин, скандинавов - необъяснимо захватывающая художественно-кинематографическая перспектива. При этом Скандинав дал фон Триера, и это было ужасная интеллектуальщина? нормально смотрелась только "Европа". После Ларса фон Триера как противоядие смотрел "Неоконченную пьесу для механического пианино" и ел золотовские сливы, которых удался урожай.

В концовке вчерашнего безымянного кино отец семейства на кухне просит супругу попробовать подливку, в соседней квартире человек в майке гладит утюгом рубашку... В прозрачном небе над их городом под тихий джаз движется армада бомбардировщиков.