Как подсказывает мой жизненный опыт, уважаемые блогеры, те из вас, кто уже снял с антресолей саквояж, - люди по-настоящему крутые, потому что имеют честь предвосхищать отдых в бархатное время. Я в свою очередь допредвосхищался  до того, что не в силах писать изящно, если вы заметили: виновата отчасти мутота мегаполисной действительности, отчасти стезя говножизни, на которую я бодро встал и с которой сойду в ближайшую осень. 

Читаю ли отчёт Скандинава в его дневнике ("веселее наркотиков и алкоголя - природа"), отыскиваю ли затерявшуюся реплику М. на каком-то своём онлайновом ресурсе ("уезжаю в свою Турцию") - элитность мест значения не имеет.

Заявление: я уехал (уезжаю) отдыхать всегда немного звучит так: пошли все на хуй.

На самом деле я горячий поклонник межсезонья. Более того - дикого отдыха, но межсезонье меня тоже устраивает, потому что среди людей настоящего - метафизического дикаря я  встречал только в романе Иличевского "Ай-Петри", а книжный персонаж разве компанию мне составил бы?..

В межсезонье особенно хорошо за границей. Пустынные пляжи, огненно-холодное море. Незадёрганный персонал отелей. Подружка плачется наперсницам: где бы добыть для него антивиагры (а в ресторане: "налегай на сельдерей, мужчинам это полезно")? И словно бы свершившаяся мечта поэта: нет детей.

Дети ведь антипоэтичны, хитрожопы и сластолюбивы. Я вместе с тем нахожусь в вечном недоумении от того, что они происходят от секса. По-моему, дети и секс - понятия несовместные.

Куда я еду через 2 1/2 нед.? В комнату с белым потолком, с видом на Ай-Петри.

2 1/2 нед. и 2 1/2 ден. - не одно ли и то же?

В субботу ездил к одной маленькой и богатой девочке, вспомнив, что я крёстный отец её. Проезжал свою родину - город Раменское, аэродром в Жуковском (осенью там авиасалон), поля с аккуратными скирдами. В дороге думал о бедах России. Их две: гастарбайтеры и безработные.

Спрашивают: будет Кондопога или нет? большая или маленькая? Белокаменная превращена в расовый кисель, а власти вроде случайно разворошили этот муравейник Черкизон, какие тут вопросы. Ваше слово, товарищ бита.

Намедни я дважды проиграл Цхеидзе, но всё оттого, что начальник отдела почернела лицом, увидев меня за доской в рабочее время. Однако здесь требуется продумать ход конём, а именно возможность судебного кипеша по поводу её юридически небезупречных штрафных санкций и устроенного ею тайного голосования, в результате которого уволили Л. По крайней мере, соответствующих локальных актов-то нет. Требуется подумать.

В следующие дни я выиграл у двоих основных оппонентов Цхеидзе, в том числе у ответственного секретаря.

Ездил в Золотово, забыв ключи от бункера, пришлось лезть через слепое оконце (никак не узнаю, почему их называют слепыми). Мостил дорожку и вырезал овальный стол для брекфастов. Сверился по компасу и убедился, что дом стоит к востоку углом, то есть фасадом к юго-востоку. Идею сверки подсказали распустившиеся подсолнухи. Очень богатый урожай смородины и принялись все розы.

Снилось два сна - в одном из них мой школьный приятель Тимур, во втором я нашёл нефть неподалёку от МКАД. Х. говорит: просто ты много думаешь о золоте.

В четвёртый час пополудни

глаза на Покровке ищут кариатид, фрейлин

или хотя бы одинокого рикши

Я довольно давно веду дневник, но чуть ли не впервые разговаривал о нём с осведомлённым о моей жизни человеком,  и конечно - в загородной золотовской резиденции возле летней кухни. Ибо есть только Золотово, всё остальное - см. предыдущие посты.

Проклов: ты  регулярно пишешь о том, что подсел на сеть и борешься с этим.

Я: не совсем так. Всё сложнее. Исходная мотивация, со временем став побочной, исчезла. И вернула утраченную силу  литературная.

П.: что это за исходная мотивация?

Я: доказать, что я существую.

П.: кому доказать?

Я: глупо утверждать, что себе.

П.: по дневнику видно, что ты всё время голодный.

Я: разве это не естественно для художника?

П.: ещё мне кажется, ты очень хаотично рвёшь сорняки.

Я: их здесь слишком много

Вот ежели бы меня спросили, что такое говножизнь и как ею жить, я ответил бы, что очень легко: у каждого внутри есть хоть немного говна, и многие с этим живут, а я просто даже специально отвожу упомянутой вами жизни существенный сегмент года, а именно три календарных летних месяца, в течение которых не брачуюсь (не охочусь за противоположным полом: это бесполезно и бессмысленно, потому что в летние месяцы самые невыразительные девушки становятся в центре гастрономического внимания, а их невыразительность окупается их открытой и розовой, как карбонат, плотью), почти ничего не читаю и не алчу духовного. Мне, как пишущему легкотруднику, на жизнь-то отведено всего ничего, потому что когда пишешь, это не жизнь - антижизнь, а уж говножизни, которой довольствуются миллионы, мне вообще мало перепадает.

Это легко. Встал утром от звонка мобильного, полюбовался ослепительно отмытым холодильником (можно заново навешивать магниты, кроме краснодарского), раздавил прямо в фольге плитку горького шоколада "Дав" (лексически коррелирует с его говняностью, а цена ему, между прочим, 60 рублей), позавтракал, ощупал себя - на сегодня болит только внутреннее ухо, а оно не прощупывается - и не натирает, и это уже хорошо, и это бодрит: и у меня, конечно, есть то, что есть у всех.

Поэзия, как и молоко, после 30 противопоказана. Я не поэт. Я пишущий легкотрудник.

Сегодня вымыл холодильник, сняв с него нах все магниты. На одном из магнитов (Краснодар; плохое полиграфическое исполнение + оргстекло) - изображение сквера. "Я думал, что холодильник у нас серого цвета", - задумчиво сказал J.

Заставил J. читать "Выстрел" Пушкина и объяснял ему, что такое "жидовский трактир". J. оторван от природы и как сын оторван от меня.

А в канун затмения дочитал книгу, которую мурыжил едва ли не полгода. Книга умная и эпическая, мне её года три назад дала почитать М. Автор - тёзка и однофамилец человека, который лишил М. девственности. В книге: отличное словечко "окоём", означающее "окрест до горизонта". Вспомнилось, что у лишившего М. девственности в те далёкие времена дурно пахли носки. Что же касается самой книги, то в ней, на мой взгляд, есть некоторая заражённость жанром "бродилки" - всюду примерно такое: раздвинулись кусты и высунулся штуцер.  С другой стороны, "Преступление", "Парфюмер", "Чевенгур" - не бродилки?

Х. взбесила меня только сейчас или это копилось? Я наивно полагал, что в последние недели достиг душевного равновесия, а вмиг всё переигралось - я сорвался и мне даже не хочется сейчас ехать к ней. И, как бы это ни трактовалось, хочется в жизнь прежнюю угарную, неправильную. Копилось. Ведь если постоянно спрашиваешь женщину, любит ли она тебя, это в конце концов унижает. Если бы я был недолюбленным или уязвлённым - одно дело. Но я не такой. Я цельный, хоть и Doppelganger, двойственный. Если она говорит, что не говорит, что любит, памятуя о том, что я не люблю, чтобы эти слова затирались, - то это не делает непреложным, что она любит меня.

Подруга как-то сказала: как интересно - все говорят, что счастливы, что их любят, а ты говоришь, что счастлив, потому что любишь. Это было так. И я не столько требую, чтобы на мою любовь отвечали, сколько хочу, чтобы её оправдывали. Как оправдывать любовь? Так же, как оправдывать существование. Полнотой. Где она, полнота?

Только вчера, придя с работы, я взял в руки книгу (монолитное "Золото бунта") и сформулировал для себя, что, наверное, это веское доказательство мира, покоя и счастья: когда ввиду свершённых дел и дел грядущих есть эти минуты тишины наедине с книгой - минуты, с каждым годом становящиеся всё более краткими, - но я ошибался. Это не было тишиной, это было затишьем.

Почему решку назвали решкой, я узнал из этой книги. Это напоминающий решётку вензель императрицы на стороне монеты, которую я считаю несчастливой. Я подбираю только монеты, лежащие вверх орлом.

Бывают дни Засматривающихся Прохожих, и внешне они ничем не мотивированы, как дни солнечного затмения. Ты просто идёшь - в плохом ли настроении, в хорошем ли, с салонной прической или с помятым в многодневной пьянке ирокезом, с агатовыми ли серёжками или со свежепротезированным 28-м зубом, - а прохожие на тебя засматриваются. Вывести какой-либо алгоритм невозможно, я пробовал. Если рассказывать про себя, я бы понимал, почему на меня засматриваются прохожие в дни, когда я полон неясного и также немотивированного оптимизма (в таких случаях на лице моём эскиз улыбки). Но нет, они засматриваются и тогда, когда я... да когда я, чёрт возьми, просто опустошён. Вот загадка. Опять же, я разгадал бы её, если бы верил в волшебную силу феромонов, потому что... потому что, порази меня гром, иногда каждый из нас - сгусток мускуса, эликсира сатаны, чего там ещё.... Но нет, нет и нет. Дело не в этом. Они засматриваются по выходу из лифта и кафе, из-за головы или плеча спутника или спутницы и стеклянной офисной перегородки - пол прохожих не является определяющим. Но если бы только эти дни... Славно, что таким дням составляют конкуренцию по части феноменальности всё более редкие дни Оборачивающихся Девушек...