2020-й очевидно запомнится пандемией и обнулением. Но есть у нас и неочевидные повороты. Один из них — это массовый сдвиг от реальности к фантазиям, к политическим сказкам. В свое время Александр Пушкин писал о любви: «Ах, обмануть меня не трудно. Я сам обманываться рад». Сегодня стало легко обмануть человека в вопросах политических — и не потому, что он плохо образован, а потому, что красивая сказка ему приятнее унылой действительности.

Еще недавно умные люди гордились тем, что их, мол, на мякине не проведешь. Это путинскому электорату втюхивают всякую лабуду, будто Россия встала с колен. Но мы-то читаем интернет, проверяем факты и знаем, что вовсе страна не вставала, да и на коленях никогда не стояла: лежала, лежит и будет лежать. Как заметил когда-то остроумный фермер Василий Мельниченко, «Россия производит впечатление великой державы, но больше она ничего не производит».

Перемены в настроении «умных людей» можно было ощутить в последние годы по реакции на прогнозы Валерия Соловья. Сначала он сулил революцию, перенося сроки по мере того, как она «запаздывала». Весной уходящего года говорил, что может начаться большая война. А в середине года уверял, будто в ноябре–декабре нам назовут имя преемника Владимира Путина, который должен свой президентский пост покинуть. Попутно Соловей поведал про инсульт у Александра Лукашенко, которого якобы спасли китайские врачи.

Не так важно, что конкретно прогнозирует Соловей. Не думаю, что он сам во все это верит, — он производит впечатление умного человека, а не юродивого, слушающего голоса свыше (от бога, масонов или кремлевской администрации). Важно, что на фоне несбывшихся предсказаний популярность Соловья резко возросла. Потребителю этих прогнозов важно не то, насколько они соответствуют действительности. Важна их психотерапевтическая функция.

В нашей унылой и однообразной жизни, где осторожные политологи говорят о возможности длительного пребывания Путина на президентском посту после обнуления, а осторожные экономисты предрекают длительную хозяйственную стагнацию и снижение реальных доходов, любые слухи о революциях или об отставке главы государства задают «движуху». И поговорить есть о чем, и помечтать. Пусть не сбудется… Но ведь без самообмана можно и до депрессии дойти.

Запрос на правду в современной России снижается, а на сказки — неуклонно растет. Еще недавно мы страшно боялись, что Путин отключит нас от интернета, что ограничит источники объективной информации. Сегодня объективная информация нужна все меньшему числу людей. Одни хотят обманываться за Путина, другие — против, но ни тем, ни другим не нужна реальность. Те, кто за Путина, с энтузиазмом обсуждают мифическую связь тестя Навального со спецслужбами. Те, кто против Путина, все «знают» о накопленных им десятках миллиардов долларов. Странные люди, желающие оставаться в реальном мире, конечно, еще существуют, но их доля незначительна.

Белорусская история это четко продемонстрировала. Сколько я слышал в первые горячие дни красивых слов о том, что Лукашенко обречен, что его система не сможет существовать при таком протесте и что голая сила неспособна удержать восставший народ. Приходилось видеть даже полемику насчет того, рухнет ли режим Лукашенко завтра или послезавтра, а может, продержится до понедельника. Причем разговоры подобного рода велись не только среди «широких масс», но и среди экспертов, которые вообще-то прекрасно знают многочисленные случаи, когда автократии долго преодолевают сопротивление народа.

Не хочу, конечно, сказать, что Лукашенко точно должен был удержаться в те дни. При ином раскладе ситуация могла развиваться и по украинскому сценарию, когда Виктор Янукович начисто проиграл борьбу. Но в любом случае вероятность падения Лукашенко была далеко не стопроцентной. А в комментариях чувствовалось не столько желание объективно оценить ход событий и попытаться понять, к чему все может прийти, сколько простое человеческое желание высказаться против диктатуры. Налицо было стремление выдать желаемое за действительное, поскольку очень уж хотелось многим комментаторам увидеть падение режима.

Конечно, никто не обязан проводить объективный анализ, если хочется просто дать выход эмоциям. Но уходящий год показал, что эмоции в целом начинают доминировать над анализом. Общество все более жестко делится на различные лагеря, в каждом из которых хотят слышать лишь определенный набор фраз. И по этим фразам делить людей на своих и чужих. Своих слушают даже в том случае, если суть их высказываний давно известна. Чужих слушать не хотят, даже если в их рассуждениях есть здравое зерно.

В таких условиях существует большая вероятность того, что в России вместо аналитики будет развиваться рынок псевдоаналитических высказываний. «Эксперт» будет сначала определять, что желает прочесть его потенциальный читатель, а затем станет подгонять текст под имеющийся запрос. Каждому ведь хочется получить большую аудиторию и публиковаться в престижных изданиях.

Выглядеть все будет вполне солидно: серьезные рассуждения, ссылки на высокопоставленные источники информации. Но выводы — лишь такие, которые хорошо «продаются». Поэтому перед читателем, пытающимся все же получать реальный анализ вместо псевдоаналитических рассуждений, встанет задача отделять одно от другого.

Автор: Дмитрий Травин (Кандидат экономических наук, научный руководитель Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге)