Год назад моё начальство решило, что у него хватит пороха "на побороться" со мной, заведующим отделением их поликлиники. Эпичная вышла история!

В среду, 15 апреля прошлого года один из наиболее опытных врачей моего отделения в очередной раз "дал свечку". И, по-большому счёту, он был прав. В поликлиниках, в настоящее время, для повышения "доступности медицинской помощи", которой отчитываются руководители ЛПУ перед Лёнькой-"Компостером" и мэром-"Оленеводом", практикуется такой мерзкий приём, как "живая запись на последний талон". На практике это выглядит так: врач, к примеру, согласно графика и расписания, заканчивает свой приём в первую смену в 16-00, а на время 15-50 ему записывают от трёх до пяти человек (а под Новый Год и до восьми!), у которых на талонах, кроме того, кто записался на 15-50 первым, значится допечатка "живая очередь".

Как вы, господа-читатели думаете, когда заканчивает при данном раскладе свой рабочий день врач, и насколько он доброжелателен всё то время, которое он принимает сверхурочных пациентов, от которых не может отказаться без ущерба для своей зарплаты, которая от этой переработки не увеличивается, и душевного равновесия? Вот и мой врач, хотя и известный вспыльчивостью характера, соперничающей с его квалификацией, до этого относительно спокойно, даже конструктивно доносил до руководителя филиала, где он трудился, мысль, что этот финт и непорядочен, и ведёт к снижению качества помощи страждущим. Но 15 апреля 2015 года он, не сдерживаясь, прямо с порога кабинета искренне сообщил своему прямому начальству всё что думает о данных порядках, которым покровительствует это самое начальство, после чего при посетителях и секретарше послал заведующего филиалом... по месту зачатия.

В общем, уволили его в тот же день, без отработки двух недель, "по соглашению сторон" после 18 лет работы в этой поликлинике. Мне же, заведующему отделением, об этом сообщить как-то не удосужились, хотя за то, что "филиал горит красным", т.е. "доступность медицинской помощи пациентам снижена, время записи на приём к специалисту превышает 14 дней" выдергивают к Главному именно меня, что на следующий день и произошло.

Долго ли, коротко ли, а предложило мне коллективное начальство, использовавшее ночь со среды на четверг для составления плана злоумышления, сесть на месяц на приём в ранге рядового врача в осиротевший филиал, с сохранением права получать по голове за любой непорядок во всех филиалах ЛПУ по своему отделению, и как-то разруливать образующиеся проблемы "в свободное от приёма время". Они искренне были уверены, что я откажусь. Они думали, что я побоюсь вернуться к активной лечебной деятельности после трёх лет административной работы. Они полагали, что я дам им повод избавиться от себя. ХА!

На следующий день, я сел на приём и плотно отработал месяц в филиале, который на всю поликлинику известен тем, что к нему прикреплены самые сволочные пациенты, жалующиеся туда, куда только можно написать или позвонить, на всё, что им придёт в дурную голову, и матерящие любой живой объект в белом халате, который только попадается им на глаза. А потом я отработал там ещё один месяц, поскольку за прошедшее время отдел кадров даже палец об палец не ударил, чтобы найти врача на эту вакансию.

С новообретённого рабочего места все эти месяцы, в ответ на каждый их судорожный всплеск административного интереса к моей персоне, на идиотские вопросы о контроле отделения, об отчётах и иной лабуде, которой моё начальство рапортовало в Департамент о своём наличии в природе, и которой обосновывало сам факт необходимости этого наличия, я слал приветы своему руководству, не скрывая "повышенных норм выработки", как говорят шахтёры. Я в это время лечил людей, дрессировал людей, оптимизировал работу вверенного кабинета, на всю катушку используя недооценку врагом, как своей персоны, так и последствий моего понижения. Об этом периоде прошлого года можно написать отдельную публикацию.

А потом я ушёл в запланированный отпуск, отменить который моё начальство не имело ни юридических, ни административных оснований. Не исключаю, что эта двухмесячная "цыганочка с выходом" и явилась одной из последних капель, подтолкнувших руководство поликлиникой к сокращению меня и моих коллег - заведующих отделениями.

"А теперь слайды!"(с)