Декабрь приходит тихими снегопадами, уютными запахами, детскими снами. В декабре снова ощущаешь себя такой маленькой и восторженной: снежок, птички с красными грудками, открыточки с олешками, звенящий от мороза воздух - сказочный.
Когда мне задают вопрос: зачем тебе эта елка?- удивляюсь. И ты все еще плачешь, слушая " Щелкунчика"? - тоже удивляюсь. А вот это все барахло в коробке - потускневшее, облупившееся, выцветшее, ни на что не годное - память, говорите, дары? Нужное и важное? Ну - ну.
А в каждом стеклярусе теплится особый огонек, в каждой ноте великого балета - есть что - то такое для души, отчего она растет.
Я не знаю, для чего был придуман этот праздник. Знаю только что ожидание его приносит радость, если не сказать счастье. Мы снова становимся маленькими. И одновременно очень Большими. Мы становимся Волшебниками. А потом в жизни это помогает. И то, что знаешь, что детство - то всегда с тобой, и то, что ты можешь быть волшебником. Вот это по- настоящему наверное важно.
Юлия Прозорова
В преддверии большой зимы
нам снятся сны, какие сны!
Там светится летящий снег
и время, словно оберег
целует детскую макушку,
и ничего совсе не нужно,
ведь так светло, и так легко,
все отпустило, отлегло,
есть только этот снежный край,
как сладкий вздох, как вечный рай,
есть зачарованность ночей,
морозных звезд, дымка печей,
скольжение и блеск игры
на хвойных лапах мишуры.
И зов хрустального огня
внутни стеклянного шара.
И мы идем на этот зов,
держась за нить из хрупких снов.
Юлия Прозорова
2023
из сборника "Остаться бы в том яблочном раю"
Декабрь приходит тихими снегопадами, уютными запахами, детскими снами. В декабре снова ощущаешь себя такой маленькой и восторженной: снежок, птички с красными грудками, открыточки с олешками, звенящий от мороза воздух - сказочный.
Когда мне задают вопрос: зачем тебе эта елка?- удивляюсь. И ты все еще плачешь, слушая " Щелкунчика"? - тоже удивляюсь. А вот это все барахло в коробке - потускневшее, облупившееся, выцветшее, ни на что не годное - память, говорите, дары? Нужное и важное? Ну - ну.
А в каждом стеклярусе теплится особый огонек, в каждой ноте великого балета - есть что - то такое для души, отчего она растет.
Я не знаю, для чего был придуман этот праздник. Знаю только что ожидание его приносит радость, если не сказать счастье. Мы снова становимся маленькими. И одновременно очень Большими. Мы становимся Волшебниками. А потом в жизни это помогает. И то, что знаешь, что детство - то всегда с тобой, и то, что ты можешь быть волшебником. Вот это по- настоящему наверное важно.
Юлия Прозорова
В преддверии большой зимы
нам снятся сны, какие сны!
Там светится летящий снег
и время, словно оберег
целует детскую макушку,
и ничего совсе не нужно,
ведь так светло, и так легко,
все отпустило, отлегло,
есть только этот снежный край,
как сладкий вздох, как вечный рай,
есть зачарованность ночей,
морозных звезд, дымка печей,
скольжение и блеск игры
на хвойных лапах мишуры.
И зов хрустального огня
внутни стеклянного шара.
И мы идем на этот зов,
держась за нить из хрупких снов.
Юлия Прозорова
2023
из сборника "Остаться бы в том яблочном раю"
Нас завалило снегом. Понимаешь, еще не проснувшись. Белое продолжение сна и тишины. В городе вовсю шуршали бы лопатами дворники, а в тебе отзывалась бы радость, такая детская и неприхотливая. А здесь погружаешься в тишину, снег — это тишина и нетронутость. Особая чистота момента.
Вскипание чайника — первый звонкий звук, за ним подтягиваются другие — шум воды, праздничное позвякивание чашек. День еще целый и аппетитный, как масленичный блин. Смакуешь.
Дом просыпается — шаги, голоса, потрескивание ступенек и половиц, распахнутые настежь двери. Дом наполняется теплом, наполняется жизнью.
Счастье — это ведь не события, а наш отклик на них. И чем больше в нас света и благодарности, тем больше в нас счастья.
Мoжешь пoмoчь челoвеку — пoмoги, не мoжешь пoмoчь —пoмoлись,
не умеешь мoлиться — пoдумай o челoвеке хopoшo!
И этo уже будет пoмoщь, пoтoму чтo светлые мысли — этo тoже opужие…
Вoстoчная мудpoсть
Мы слушали ноябрь. Задержав дыхание, впуская в себя терпкий игольчатый воздух. Мы становились зыбкими, как осенние небеса, и нам хотелось улететь вместе с душой, или плакать вместе с ними. Мы сгребали осенние листья, топили печь, заваривали чай, вели долгие беседы и уютно молчали. А время текло тихо и густо, и по утрам травы были тронуты инеем и казалось, звенели. И мы только теснее жались друг к другу, горячее друг друга любили. И были по- особому трепетны, и даже бережны ко всему, как будто это что-то последнее и дорогое, безвозвратное...
Последней силой наливалось солнце,
И щекотал ресницами сентябрь,
Пожар рябиновый стучал в оконце,
И было тихо так. И календарь,
Как будто тоже очень медлил,
И кто- то отливал златые дни,
На этой и последущей неделе,
Всем светом первозданной глубины.
И не вдохнуть, не выдохнуть, а только
Щекой прильнуть к теплеющей коре,
И это все.Как звук прозрачный смолкнуть
И раствориться в тихом сентябре.
Два фильма "Вспоминать о прекрасном",( Франция 2001) и " К чему-то прекрасному"( 2010), чарующее пространство Эдварда Грига
и вот эти строки из пришедшей книги Лили Град "Помощь за открытой дверью":
"... существует мудрая включенность даже в самые малые дозы света, радости и негромких фрагментов доброй жизни, которые доступны каждому, кто их по-настоящему захотел"...
Каждый свой день собираю из таких вот фрагментов бытийной радости, связую тёплым осенним светом, терпким запахом брожения земли, до сих пор детским удивлением перед красотой увядания и опадания, полёта и плавного кружения.
Вслушиваюсь, как меняется дом. Извлекаю из ящиков ворохи белоснежных ночнушек, похожих на нежных капустниц и на их место укладываю уютную фланель.
На полках шкафа синее и охровое, переложенное шоколадным.
Люблю свой маленький мирок.
Юлия Прозорова
Волною мягко катит ветер
На перепутьях сентября
И мчатся листья словно дети
Все шалости и жизнь любя.
Горчит и сладко увядает
То, что шумело и цвело,
И кротко яблоня вздыхает,
Убранство хрусткое своё
Всё скинув, всё раздав кому-то,
Что за туманы над рекой!
Свеж вечер и янтарно утро,
И светел миг, и свят покой
Юлия Прозорова
сентябрь 2024
Грустных великолепий час, исцелений час —
благодарить свой жребий,не поднимая глаз
от прописных-то истин,праведных-то словес…
После — бродить по листьям,огненным на развес,
гаснущим мелким оптом в сносках календаря…
Кто-то
упрямо и властно
мне смотрит в затылок,
требуя —
обернись,
оглянись!
А я не оглядываюсь —
догадываюсь,
что увижу,
когда обернусь.
Там,
у меня за спиною, —
мосты,
сожженные мною,
взрывов огненные кусты,
крест
у двести второй версты,
свет одинокой звезды.
А дальше,
если дальше еще оглянуться назад, —
сад,
где яблоки до сих пор на ветках висят,
и листья не увядают.
Яблоки моего детства не опадают.
Яблоки моего детства,
там,
у меня за спиною,
упадут только со мною,
однажды,
когда я обернусь туда.
Вот и иду,
стараясь не оборачиваться,
хотя слышу, как яблони мои
шелестят в тишине,
и дорога моя,
удлиняясь,
все укорачивается,
и чем дальше они —
тем ближе они ко мне.
Юрий Левитанский
Осень полна поэзии, но в ней и много честности.
Она в том, что всех "цыплят по осени считают",
про время разбрасывать камни и собирать, в том, что всё проходит,
но движение не прекращается,
только меняет ритм или направленность.
И ещё в том, что умирание - не противоположность жизни,
а всего лишь противоположность рождению.
И даже является непременным вкладом в рождение новое.
Осень гладит по голове опадающими листьями - прикасается бережно.
Словно утешает кто-то по-настоящему взрослый,
кто знает и понимает. Понимает всё про жизнь и про нас.
Я видела, как осенью цветут каштаны.
Так заканчивает свой земной путь усыхающее дерево.
Их собратья плодоносили и готовились к покою,
а те, кому не суждено было встретить весну - цвели сейчас.
Последним аккордом всей красоты, на которую были способны.
Последнее тепло осени - пленительно, а от первого опавшего листка
до первого снега - кажется, что вместится целая жизнь.
Мы проживаем эту маленькую честную жизнь,
мудрую в своей беспощадности и прекрасную в своей неповторимости.
Всё проходит и не проходит ничего.
Всё возвращается и ничто не способно вернуться.
Всё ушедшее - нигде и везде.
Во всём этом правда, правда осени, правда жизни.
Разве не поэзия, разве не красота?
Ipola
Варфоломей_С
