1.Сообщество становится открытым, но модерируется.
2.Прежде чем добавить стихотворение проверьте в оглавлении. Может быть это стихотворение уже есть.
3.Добавлять стихотворения в формате сообщества. Желательно с указанием автора.Свои стихи не публиковать.
4.Посты с картинками проходят обязательную модерацию. Размеры картинок должны соответствовать установленному в дневниках формату. Если картинка, на взгляд модераторов сообщества, не несёт никакой смысловой нагрузки, то она будет удалена.
5.Не флудить и не рекламировать другие дневники.
6.Посты, не соответствующие тематике данного сообщества будут удаляться без последующих объяснений.
7.Добавлять одно стихотворение на пост.
Я приду без звонка. Ты мне сразу откроешь,
Будто, здесь, у двери, прождала сотню лет.
И слезами невольными боль свою смоешь,
И вдруг мне улыбнешься, как Ангел, в ответ.
Я зароюсь в твои золотистые кудри.
«Ты сменила прическу, каштановый цвет…»
Осторожно со щек смахну белую пудру.
«Ах, в духовке печется вишневый рулет…»
Мы утонем с тобою в объятьях друг друга,
Будем пить по глоточку вино из любви,
За окном станет злиться холодная вьюга.
И от ветра плафонами петь фонари.
Только нам все равно, что творится на свете.
«Я готов на коленях прощенья просить,
Я искал тебя всюду /и небо - свидетель/,
Разреши мне остаться? Не на ночь. На жизнь».
Ты мне молча кивнешь, будто «Да, я прощаю.
Нам не стоит о прошлом теперь говорить.
Ой, рулет мой готов… Выпьешь сладкого чая?
Оставайся. Не на ночь. На целую жизнь!»
Светлана Чеколаева, 2016
Свидетельство о публикации №116030109140
Пишет красавица чудовищу письмо
Про хозяйство, детей, завтраки и обеды,
Мол, ты уж расколдуйся как-нибудь пока само,
В этот раз, к сожалению, не приеду.
Отвечает чудовище красавице,
С трудом заставляя писать свою мохнатую руку:
“Рад наконец от тебя избавиться,
Видеть тебя не могу, проклятую суку!
Не приезжай, ненавижу тебя все равно
За то что, устал столько лет без толку дожидаться,
За то, что понял давным-давно,
Что не в силах самостоятельно расколдоваться”.
Пишет красавица чудовищу: “Не хочу тебя больше знать,
Гад, мерзавец, подлец! (и всякие другие ругательства).
Ты же обещал, что всю жизнь меня будешь ждать.
Не ожидала от тебя подобного предательства.
Будь ты проклят, невменяемый зверь.
Ты же клялся, что будем непременно вместе.
Ну, держись, завтра же приеду теперь,
Выдерну остатки твоей свалявшейся шерсти”.
Пишет чудовище: “Прости за звериную бесчеловечность,
Я же чудовище, человечности не учился.
У меня впереди в самом деле целая вечность,
Не знаю, почему внезапно погорячился”.
А жена чудовища говорит: “Опять пишешь своей одной?
Хочешь со свету меня сжить, урод и скотина?”
И чудовище плачет рядом со своей женой,
А она чешет ему его горбатую спину.
А красавица читает ответ,
Меняет дату на затертом билете,
Как обычно, встает чуть свет,
Работает, готовит, улыбается детям.
И сходит, сходит, сходит, сходит с ума
До следующего письма...
Февраль уже своё отлютовал и вышел, Весны пока что нет, хотя природа ждёт… Но небо с каждым днём всё голубей и выше. Проснувшись, босиком бредёт по зимним крышам И слизывает снег небесный рыжий кот.
Предчувствуют весну замёрзшие деревья, Нахохлившись, о ней болтают воробьи; Мальчишка из окна, теряя даром время, Глядит на школьный двор, с весенним настроеньем Мечтая о тепле, футболе и любви…
Последний день зимы – прощаемся, прощаем… Надеемся, и нас зима опять простит. С надеждой, как всегда, свою весну встречаем, с надеждой, что она печали утолит. Не так уж много их осталось, наших вёсен, прости, зима, прости, что рвёмся от тебя, хоть знаем, что опять через полгода осень о стуже намекнёт, листочки теребя.
Последний день зимы нам выдан для сомненья:
Уж так ли хороша грядущая весна?
Уж так ли ни к чему теней переплетенья
На мартовских снегах писали письмена?
А что же до меня, не верю я ни зною,
Ни вареву листвы, ни краскам дорогим:
Художница моя рисует белизною,
А чистый белый цвет - он чище всех других.
Последний день зимы, невысохший просёлок...
Ведут зиму на казнь, на тёплый эшафот.
Не уподобься им, бессмысленно весёлым, -
Будь тихим мудрецом, всё зная наперёд.
Останься сам собой, не путай труд и тщенье,
Бенгальские огни и солнца торжество.
Из общей суеты, из шумного теченья
Не сотвори себе кумира своего.
Пиши мне чаще – кажется, скучаю…
Захлопнул день… И дверью прищемил
Улыбку солнца… Комнатной печалью
Накормлен вдоволь. Как же мне не мил
Мой каждый вздох. И я уже случаен.
В подтексте глаз читается слеза.
Пиши мне письма – это утешает.
Я всё равно читать их завязал.
Пиши любовь – я чувствую и верю,
Что это бог, которым пренебрёг…
Спасает роль – играя лицемера,
Пока живу. А жизнь и есть предлог
Моей тоски. До бешенства безмерной.
Примерив ночь, уже не нужен свет.
Пиши мне страсть – как будто в самый первый…
В последний раз сумей меня согреть.
Пиши весну – она проходит мимо.
И в мантрах улиц слышится зима.
Мой юго-север гордо назван миром –
Дешёвый трюк… Как хочется внимать
Твоим словам, в которых трепет мая…
И запах счастья где-то между строк…
Прошу, пиши! Прости, что не читаю –
Хватает знать, что я не одинок.
Сергей Косинов, 2010
Свидетельство о публикации №110090700015
На далеком острове, изо льда, снегов, Он слагает буковки в пары нежных слов И плывут кораблики нежности, в сети, В параллелях смежности тая по пути…
Волны плещут о берег пеною в печаль… Она вяжет оберег, нежно глядя в даль, Тысяч рифм - травиночек сплетены в одну… Вдаль уносит парусом новую мечту…
Сколько, их, у берегов тех сидит не счесть… Сколько, тех, вопросов-слов «Счастье в мире есть?», Сколько красных капелек в острые края: Слова «Одиночество…» и «Кто в мире Я?»
Рвут на части паруса из их нежных слов… Каждый видит небеса, но не каждый софт, Из сети, всех паутин, может нам сплести -Те травинки – паруса, что они плели…
Сколько, их, тех искренних, с пламенем в крови? Сколько утонувших, тех, в времени-пути? Строчкою за строчкою, и стежок к стяжку, Ночкою за ночкою я плету мечту, И на этом парусе через океан… Навсегда останусь Я, Верен, тем, Волнам…
Предчувствие Весны
похоже на
Предчувствие Любви:
поражена
природа этим ожиданьем...
Деревья в сумраке туманном
спокойно спят,
досматривая сны,
в томительном предчувствии
Весны...
Снежинки запоздавшие летят,
кружась в последнем зимнем танце,
Кусты - нагие оборванцы -
в предчувствии Весны за ним следят...
Скамейки тихо дремлют, ожидая
влюбленных, в парк спешащих на свиданья...
И мы живем, зимой утомлены,
Сердца каких-то смутных чувств полны
в болезненном предчувствии Весны...
Она в пути...
Неслышными шагами
Весна уже спешит на встречу с нами,
Мгновенье приближается... Вот-вот
внезапно волшебство произойдет...
...Рассеется и улетит туман,
И солнечного света океан
обнимет нас своим сияньем,
вернет ушедшие желанья...
И зазвенят безумные ручьи,
и в плен возьмут шальные соловьи,
гипнотизируя нас пеньем...
Весна - прекрасное мгновенье!..
Мельчайшие штрихи его - лови!..
...Мне кажется, предчувствие Весны -
подобие предчувствия Любви...
Её любили за глаза и речи.
Глаза ее - янтарь, а речи - мед...
Носила брошь с латинским "Время лечит"
И перстень с итальянским "Все пройдет".
И всем она была довольна вроде,
И вслед потерям говорила "Пусть"...
И одевалась по последней моде,
И из "Сафо" читала наизусть.
И как-то где-то находила силы
Отправить мысль в безудержный полет,
И корабли в озерах глаз топила,
И источала с уст янтарный мед
А дома в шаль закутывала плечи...
Или к вискам прикладывала лед.
И не хотела знать, что время лечит...
Не соглашалась с тем,
что все пройдет...
*****
Татьяна Кочерова, 2013
Свидетельство о публикации №113102804232
Птичий рынок. Смешались звуки.
Лай. Мяуканье. Гомон. Трели.
Продаюсь я в чужие руки.
Продаюсь уже две недели.
Я озяб. Я устал. Простужен.
Что вы ходите здесь кругами?
Мне хозяин другой не нужен.
Мне бы снова вернуться к маме...
Солнце к лесу склонилось низко.
Птичий рынок. Апрель. Суббота.
Вот опять начинают тискать -
Непонятная фифа в ботах.
Обещала ведь, не писать тебе, а опять пишу
Мне так много нужно сказать - жизни, боюсь, не хватит
Вот как ночью звезды светят в сплошную тьму
Так и я, будто пряжу нежнейшую, строки слагаю в пряди.
Доброй ночи, мой свет. Ты там, наверно, спишь
Если верить синоптикам, следовать всем прогнозам
Мне немного ведь нужно, на деле - лишь
Чтоб ты чаще смеялся, забыв, что такое слезы.
Как ты там? Знал бы ты, как меня тут рвет
Да кромсает на части бытие, воскрешая пепел
Что прибит был временем - но бурей опять встает
Заслоняет собой горизонт, затемняя небо.
Я, конечно, пугаюсь, плачу, звоню друзьям
Говорю, ребята, мол, дело плохо.
Я как будто бы знахарь уже и врачеватель ран
Все лечу себя верой - но никакого толка.
Вот собака, конечно, великая в жизни вещь
(Очень важно чтоб кто-то всегда был рядом)
Я так сильно стараюсь, но не могу извлечь
Как мы так запустили, забросили чувство, что было садом
Я ведь верила в то, что когда-нибудь прорастут
Семена той надежды, по осени что ты сеял
Что к весне они в розы, ландыши - расцветут
Но любое соцветие гибнет, когда нет света.
Вот и я так, все бьюсь головой об лед
Да и бог с головой, что хуже того, бьюсь сердцем
Так наивно верю, что для всего черед
Свой есть в жизни, а вместе с ним и место.
Я такой ребенок, - я диву даюсь сама
Меня надо держать в белой клетке с единорогом
А я все порхаю, сжигаю крылья, горю, - и я
До сих пор не нашла того, с кем я сердцем дома.
Понимаешь, какое дело - не описать
Тут нельзя по прогнозам, тут нету подсказок, данных
Я устала ужасно - но рано ведь умирать
Еще столько не сделано - делать ведь, все же, надо?
Добиваться, творить, учиться, смотреть, расти
И менять мир вокруг, с ним вместе самой меняться
***
Обещала ведь, не писать, а пишу. Прости.
... Очень жаль, что сердца встречаются, чтобы потом расстаться...
В этом мире крохотном и шатком,
В этом мире денег и вражды
Сердцу очень хочется - не плакать,
Сердцу очень хочется - любви.
Плечи свои женские расправить,
Скинуть груз за долгие года.
Промахи, ошибки, то что давит,
То, что вопреки и навсегда.
Быть не сильной, слабой, не толпою,
Быть всегда собой, самой собой.
В этом мире, где все стены строят,
Сердцу очень хочется - с душой.