Музыка на ночь
 

Послушаем перед сном?

 Стихи из романа «Грех»

ИНЫМИ СЛОВАМИ…

КОНЦЕРТ

В полночный зной в кафе у Иордана
смешалось всё. Коктейль не остужал.
Лица касался вдохновенный жар:
мягка волна взрывная, как сметана.
Дрожит висок. Куда нам наступать?
Восток разрознен. Всюду рубежи.
Смешалось всё. И жалок автомат.
Мозг ужасом раздавлен как томат.
О, позвоночник мой, - тебя не убежишь!

Над океаном мороки возникли,
Их шаг гремит, как радостный скелет.
Здесь полночь бьют изящные зенитки,
Их алый зёв к Всевышнему воздет.
Но не дарует Он ни окрика, не вздоха.
Грудные клетки в крике рвет пехота, -
сердца на волю отпускает, озверев.
И пенье упокойное Востока.
И горла тонкие зениток на заре.

Держитесь дальше блеска папирос:
здесь снайпера не верят в светлячков.
Где тот семит, что задал нам вопрос?
Ответ готов, зайдите после трёх
стаканов. Мальчик, выдай нам гранат.
И ножик, чтоб разрезать их на части,
и блюдо, чтобы сок гранат собрать.
Аллах Акбар, о, кроткий мой собрат!
Нарушим это пошлое всевластье.

Восход. Восток теряет рубежи.
Сдирая шкуру, сладко обнаружить
ржаное мясо. Здесь наслоен жир.
Топчу ногой: восток, яви мне душу!
Ужели она - жалкая прореха?
Внутри Саддама ветер ищет эхо,
Внутри Адама глухо, как в земле.
Но на Содом заявится проруха
В ушанке и с лицом навеселе.

Страшись тогда, испитый неврастеник.
Вомнет тебя спокойная пята.
И будет мир. И в мир придет цветенье.
Корявых гусениц увидим мы в цветах.
Взойдёт бесстрастно сумрак галифе,
Не разделив виновных и безвинных.
Пока же мы немного подшофе.
Восток завис в израильских кафе.
Мы слушаем пластинку Палестины.

Мясной концерт в кафе у Иордана...

. . .

Я жил уже не раз,
Но больше жить не смею,
То чувственная страсть,
То вздорная идея
Дожить мешали мне,
Дособирать все крохи,
И нежил сладкий снег
Еловые дороги.

Прости мне, отче, что
Я не имел желанья
Ловить горячим ртом
Последнее дыханье,
Судьбы дар, как не жаль,
Я не берег, не ластил,
И жизни не держал
За скользкие запястья.

Не сетуя, ни злясь
Я опадал неспелым.
Душа, в который раз,
Легко прощалась с телом.
От столь коротких встреч
И частых расставаний,
Вместить не в силах речь
Времен и расстояний.

Я жил так часто, что
Забыл места и числа.
И вспоминать о том
Здесь не имеет смысла.
На войнах мировых
Не успевал стареть я, -
Погиб на двух из них.
И попаду на третью.

. . .

Беспамятство. Не помню детства,
Строй чисел, написанье слов...
Моё изнеженное сердце
На век меня переросло.

Искал тебя, ловил все вести,
Шел за тобою в глушь, и там
Тобой оттянутые ветви
Так сладко били по глазам.

Захар Прилепин