"...Мужик открывает пасть и с ходу, будто дождавшись сигнала, начинает орать.
- Да я тут стою уже час, да что все прут без очереди, да сколько можно... и т.д.
Голос у него громкий.
Тролль, настоящий тролль.
И тут вместо Екатерин Палны, владелицы Тойота-Аурис, вперед вылезает Мать-Эхидна с собачкой породы "@".

- Да ты ж моя птичка, - говорю я, с удивлением слыша свой собственный нежный, на грани страстности, голос. - Моя радость, ты ж мой маленький. Да век бы тебя слушала. А хочешь, я тебя сейчас поцелую?"

 

 

"Когда встает вопрос следования традициям (от самых простеньких типа новогоднего оливье до сложносочиненных, формирующих не только образ жизни, но и этическую систему), достаточно задать себе вопрос: от кого я эти традиции наследую? Потому что это всегда какие-то конкретные люди: родители и прочие "старшие".
После чего задаем себе следующий вопрос: мне нравится, как эти люди живут? Мне нравится, как они стареют? Если они уже умерли, это была хорошая смерть? Я для себя такого хочу?"

 

 

"...А философию вот эту доморощенную - на хер. "Однажды могу и не выйти"... Ты однажды можешь не выйти из подъезда. Из ванной. Из кухни"

 

 

"...Потому что если ежедневно - да какое там, с каждым вдохом вмещать в себя мир во всем его многообразии, включая бапп, гоголя, войну и прочие отмеченные и не отмеченные календарями явления, никакого ресурса на выполнение программ не останется. И это наконец-то будет жизнь - вместо функционирования. Та самая жизнь, признаки которой я регулярно наблюдаю у всех присутствующих. Тем более обидно видеть, как включаются программы"

 

 

"...Надо выйти на уровень, в котором в игре появляются доступные и честные суды. На уровень, в котором уже не преследуют монстры в масках и с автоматами. Там появляются другие монстры: юридические гоблины, патентные тролли, опытные конкуренты 80-го левела. Но они действуют по четким правилам, а эти правила действуют для всех одинаково"

 

 

"...У каждого Контролера имеется в наличии изрядного формата книжица, в которой все указано и все расписано – про то, как нужно и про то, как должно. Каким должен быть он сам, каким должны быть отношения, как  должны развиваться события, как должны себя вести другие… При попытках за уши притянуть реальность к тому, что прописано в Унутренем Уставе, в ход идет все, что только — угрозы, уговоры, принуждение, советы, шантаж.

 

Попытки уконтролировать  принципиально неконтролируемое, как правило, откусывают изрядный кусок жизни и чертову уйму  ресурса, но это не останавливает. Невозможность достичь цели в этих вопросах созависимые рассматривают как собственное поражение и утрату смысла жизни. Поскольку – помним, да? – вся идентичность созависимого завязана на убеждении о том, что именно он ответственен за чувства, мысли, действия других, за их выбор, желания и нужды, за их благополучие или недостаток благополучия и даже за саму судьбу"