Джастин Раймондо (Justin Raimondo)"The American Conservative", США)


Нынешний российский режим является гораздо более предпочтительным вариантом по сравнению с тем реакционным хаосом, который наступит в случае его краха

Должен признаться, я был немного озадачен, прочитав статью Джона Атли (Jon Basil Utley) под названием «Либертарианцы и катастрофическая коррупция Путина» (Libertarians and Putin’s Catastrophic Corruption), в которой автор предлагает нам длинный список пороков несвободной экономики России: взяточничество, отсутствие уважения к правам собственников, коррумпированные суды, зависимость от импорта и — возможно, самое страшное — «отвратительные дороги». (Я советую Джону приехать ко мне в гости, в дебри северной Калифорнии, если он хочет посмотреть на по-настоящему плохие дороги.)

Я озадачен, потому что не совсем понимаю, чем, в сущности, Россия отличается от всего остального мира — или, по крайней мере, большей части мира. Атли описывает стандартный набор недостатков того, что мы некогда называли «Третьим миром», прежде чем политическая корректность уничтожила этот термин. И то, что Россия попала в эту категорию после падения коммунизма, вряд ли можно назвать чем-то удивительным: на самом деле это было неизбежно.

Меня также озадачивает тот вывод, который Атли делает после перечисления всех пороков современной России. Он пишет: «Тем не менее, многие ведущие либертарианцы чрезвычайно спокойно отнеслись к тому, что Путин уничтожил политические свободы и разрушил свою страну под предлогом расширения НАТО и помощи Запада в свержении правительства украинского президента Януковича, которого поддерживала Москва. Некоторые консерваторы даже заявляли, что Путин является их союзником в поддержке традиционных “семейных ценностей”, поскольку он выступает против гомосексуализма и однополых браков».

Напрашивается вопрос: какие «политические свободы»? Западные неоконсерваторы жалуются на то, что результаты выборов в России зачастую сфальсифицированы, хотя доказательства тому довольно обрывочны в лучшем случае — не говоря уже о том, что, несмотря на все свои недостатки, Путин, несомненно, пользуется огромной популярностью в России. Именно поэтому он до сих пор руководит страной. Правительство Ельцина, предшественника Путина, было гораздо более коррумпированным: Россию в буквальном смысле разграбили бывшие коммунистические аппаратчики, которые при полном отсутствии конкуренции скупили на торгах прежде национализированные отрасли промышленности. Это привело к подъему ненавистных олигархов, которые поддерживали пьяного Ельцина, распродававшего свою страну за сущие гроши. Это был откровенный и ничем не прикрытый грабеж. Популярность Путина отчасти объясняется тем, что он остановил этих воров. Разумеется, он не возвел на пьедестал чистый капитализм — но, если на то пошло, ни одна страна в мире, в том числе наша собственная, этого не сделала.

Атли утверждает, что «Рон Пол (Ron Paul) защищает Путина», снабжая свое заявление ссылкой на клеветническую статью в National Journal, которая начинается так: «Прежде обвинять Америку в кризисах за рубежом было уделом либералов. Теперь это утверждение перестало быть актуальным — спросите Рона Пола». Далее автор статьи с негодованием указывает на тот факт, что российская пропаганда зацепилась за слова Пола — как будто это само по себе является доказательством его предательства. Но если мы вспомним, что именно Пол сказал, мы поймем, что он был совершенно прав:

«Спустя несколько дней после трагического крушения самолета Малазийских авиалиний на востоке Украины, западные политики и СМИ объединились, чтобы извлечь максимальную пропагандистскую пользу из этой катастрофы. Это, должно быть, сделала Россия. Это, должно быть, сделал Путин. Президент Обама даже провел пресс-конференцию — не дожидаясь результатов расследования, в ходе которой он заявил, что ответственность несут пророссийские ополченцы, захватившие этот район. Его посол в ООН Саманта Пауэр (Samantha Power) сделала то же самое в Совбезе ООН — спустя всего один день после крушения».

Здесь каждое слово — чистая правда: американское правительство и СМИ сразу же заявили о том, что за крушением самолета стоят сепаратисты и их российские спонсоры. Спустя несколько минут после этой катастрофы Twitter захлестнула волна антироссийской пропаганды: еще один пример вероломства Путина.

Международное расследование, начатое вскоре после катастрофы, не дало никаких однозначных результатов. И даже если — или когда — расследование докажет, что за этим преступлением стоят сепаратисты, всем будет понятно, что они не намеревались сбивать пассажирский самолет, по какой-то причине оказавшийся над зоной боевых действий, которую избегали другие авиалинии. В любом случае точка зрения Пола вполне разумна: поспешные оценки были крайне неуместными и свидетельствовали о довольно тревожной тенденции — о русофобии, которой наше правительство руководствуется в своей политике в отношении Кремля.

Атли утверждает, что сейчас Россия может превратиться в «недееспособное государство». Между тем, Россия еще очень далека от таких стран, как, к примеру, Сомали — классического примера недееспособного государства. А ее текущие экономические проблемы являются результатом не только экономической политики ее государства, хотя она сыграла немаловажную роль. Основной удар нанесли экономические санкции, введенные администрацией Обамы при единодушной поддержке консерваторов Конгресса. Атли о санкциях даже не упоминает: в своей статье он откровенно поддерживает сторонников жестких санкций.

Какой либертарианец может поддерживать подобные санкции? Я скажу вам, какой: Кристофер Пребл (Christopher Preble) из Института Катона недавно опубликовал статью, в которой он утверждает, что «целью санкций должно стать урегулирование украинского кризиса, достигнутое путем переговоров, которое будет отвечать интересам Запада. Экономическое давление увеличило цену реваншизма России на Украине и может удержать Путина от дальнейшего разжигания конфликтов вдоль российской границы в будущем».

Другими словами, санкции — это хорошо: впервые за свою историю Институт Катона одобряет то, что Дэниэл Дрезнер (Daniel Drezner) называет «превращением финансов в оружие», к которому Вашингтон прибегает ради реализации своей внешнеполитической программы. Такого не было даже в преддверии вторжения в Ирак! Это говорит о том, что русофобия, которая пронеслась по коктейльным вечеринкам Джорджтауна, уже успела проделать бреши в башнях того, что еще совсем недавно было главным либертарианским научно-исследовательским институтом, и что вторая холодная война уже идет полным ходом. Когда Вашингтон задумывается о смене режима, давление на противников интервенции в столице США может становиться колоссальным.

Если мы хотим помешать России превратиться в недееспособное государство, то введение драконовских экономических санкций противоречит здравому смыслу. Из-за откровенно враждебного отношения администрации Обамы к Кремлю совместная российско-американская программа, подразумевающая поиски и обезвреживание неподконтрольного ядерного оружия, была приостановлена. Неужели кто-то полагает, что нынешняя антироссийская истерика Вашингтона поможет ее возобновить?

Россия вовсе не «диктатура», как пишет Атли. В России новой партии гораздо проще попасть в избирательные списки, чем в США. Да, ведущие СМИ транслируют точку зрения правительства, однако большая часть информационных источников принадлежат частным лицам. Между тем, СМИ в Америке сконцентрированы в руках представителей весьма немногочисленной группы людей — и они вряд ли могут похвастаться серьезными успехами, когда речь заходит об оспаривании точки зрения правительственных чиновников.

Атли прав в том, что Путина не получится свергнуть — но это объясняется вовсе не тем, что Россия — это диктатура. Это объясняется тем, что Путин пользуется огромной популярностью – и не потому, что оппозиционные партии запрещены (их никто не запрещает) или что его враги находятся в тюрьме (это не так). Разве Россия — джефферсоновская республика? Нет. Но ни одно государство в мире не может назвать себя джефферсоновской республикой.

Враждебное отношение Америки к России основано на двух предпосылках: 1) на том, что Путин выступает с язвительной и по большей части обоснованной критикой вмешательства США в дела Ближнего Востока и Восточной Европы, и на его отказе мириться с расширением НАТО; 2) на том, что Путин предоставил убежище политическому диссиденту Америки номер один, Эдварду Сноудену. Разумеется, американские неоконсерваторы были готовы к смене режима, когда Путин осудил нападение США на Ирак, но только после бегства Сноудена американское правительство единодушно встало на путь смены режима.

Нынешняя волна русофобии стала самым опасным явлением с момента военной истерии, захлестнувшей Америку после терактов 11 сентября. Сейчас мы рискуем своими руками создать «Веймарскую Россию» — Россию, раздавленную экономическим крахом, презирающую Запад и кипящую этнической ненавистью. Вы все еще считаете, что Путин — это зло? Пока вам просто не с кем его сравнить — еще неизвестно, какими будут его преемники. Ультранационалисты, ожидающие своего часа, по-настоящему пугают: ирония заключается в том, что сценарий с «реваншистской, ревизионистской» Россией может оказаться накликанной бедой.

Версальский мирный договор с его драконовскими условиями, призванными унизить и разорить побежденную Германию, заложил основы расцвета национал-социалистов и Гитлера. С Россией, проигравшей в холодной войне, обращаются точно также. Мы уже проходили по этому пути прежде — так почему мы не извлекли из нашего опыта правильные уроки? Если даже героический Джон Атли, издатель ведущего американского журнала противников интервенции и большой друг Antiwar.com, не извлек правильного урока, тогда меня очень тревожит будущее, которое нам предстоит пережить.

ИГОРЬ ЯКОВЕНКО


Мы относимся к годам не просто как к единицам времени, а как к живым существам, к людям. Они рождаются и умирают, приходят и уходят. Мы говорим: какой был хороший год! Или, напротив: этот год был такой ужасный! Присваиваем годам имена животных по восточным календарям и пытаемся угадать поведение года на основе повадок Тигра или Крысы. Иногда мы даем годам развернутые характеристики. Вот, например, вполне исчерпывающее досье от Саши Черного на 1909 год:
Родился карлик Новый Год,
Горбатый, сморщенный урод,
Тоскливый шут и скептик,
Мудрец и эпилептик.
Уходя в Историю, годы не умирают, а продолжают там жить, строить отношения с другими минувшими годами, ищут там себе компанию. Вряд ли 2014-й примут в свою компанию «ревущие двадцатые» прошлого века, или «проклятый», по выражению Ивана Бунина, 1917-й, или «окаянные», по его же характеристике, 1918-й, 1919-й и 1920-й… Это все годы с характером, годы большой крови, большого горя и в то же время больших страстей и больших идей. Годы величественные в своем окаянстве. Нашему, 2014-му, приискать бы в компанию что-нибудь помельче, погаже, поничтожнее. «Бывали хуже времена, но не было подлей» — это Н.А. Некрасов про середину 1870-х. Да, что-то в том времени есть похожее: уже набирают силу Победоносцев с Катковым, уже застывает страна в предчувствии «подмораживания». Тогдашние зорькины уже ужаснулись свободе, устрашились последствий разрыва «великой крепостнической цепи», связывающей русский народ в одно целое, уже накладывают новые цепи: цензуры, мракобесия и реакции.
Но все-таки и те годы покрупнее нашего, не тот масштаб. Нам бы найти еще мельче, еще подлее. Вот разве что 1939-й? Мы напали на Финляндию, получили по зубам, но успели украсть 11% финской территории. Сотни тысяч финнов бежали с оккупированных нами земель. Похоже? А покража в том же году Западной Украины и Западной Белоруссии у раздавленной нами и Гитлером Польши? Ничего не напоминает? Еще больше роднят 2014-й и 1939-й некоторые характеристики духовной атмосферы. В 2014-м Украина вдруг стала фашистским государством. В 1939-м фашизм и гитлеризм вдруг стали дружественной идеологией, критиковать которую — преступление. Ключевое слово — «вдруг», то есть по щелчку пропаганды. 31 октября 1939 года Вячеслав Молотов, кумир многих сегодняшних идеологов, произносит свою знаменитую речь в защиту гитлеровской идеологии, обвинив Англию и Францию в «преступной идеологической войне против гитлеризма». Мол, «идеология гитлеризма — это дело политических взглядов» и вести с ней идеологическую войну бессмысленно и преступно.
Критика Гитлера и других вождей рейха была запрещена, из публичного оборота вымарывались любые упоминания о войнах между Россией и Германией. Тогда, в 1939-м, настал звездный час Николая Садчикова, нового начальника Главлита — духовного отца наших современников Алексея Волина и Владимира Мединского, — который, мгновенно отреагировав на пакт Риббентропа-Молотова, уже в том же месяце включил в сводку вычерков и конфискатов множество книг и публикаций антифашистской направленности, в том числе оперу Прокофьева «Семен Котко», в либретто которой был эпизод австро-германской оккупации. Всего в отчете Главлита за 1938 год содержалось 1605 политически вредных авторов, приговоренных к изъятию. Для сравнения духовной атмосферы: в Федеральном списке экстремистских материалов на 27.12.2014 содержалось 2561 пунктов. Цифры сопоставимые…
Главный итог 2014-го даже не в том, что, украв Крым и развязав войну на юго-востоке Украины, Путин превратил Россию в страну-изгоя и, обрушив рубль, сделал каждого из нас почти вдвое беднее, чем год назад. Главный итог — завершение мутации российского общества и завершение трансформации того, что по инерции и по ошибке продолжают называть российскими СМИ. Федеральные телеканалы и абсолютное большинство российских СМИ образовали информационные войска, главной целью и основным содержанием которых является подстрекательство к развязыванию и дальнейшему усилению агрессивной войны с Украиной, целенаправленное разжигание ненависти к Украине, США, Германии, Великобритании, Польше, Литве, Эстонии, Болгарии, к любой другой стране, власти и народы которых выражают несогласие с преступлениями путинского режима.
Эта деятельность российских информационных войск и их сотрудников (не будем вводить друг друга в заблуждение и называть их журналистами) преступна и по российскому, и по международному праву. Поэтому одна из главных задач всех нормальных людей на 2015 год — организация международного общественного трибунала по расследованию преступлений сотрудников «России 1», «России 24», Первого канала, НТВ, «Известий», «КП», «ЛайфНьюз» и т.д., благодаря которым большая часть населения России поддержала аннексию Крыма и агрессивную войну в Украине. Есть прямая причинно-следственная связь между распятыми младенцами в новостях Первого канала, ежедневными камланиями о «хунте» и засилье фашистов в Украине в программах «России 1» и НТВ и тысячами «отпускников» и «отставников», едущими убивать и умирать в Украину из российских городов.
Второй важный итог 2014-го — это сочетание тотального и точечного подавления инакомыслия, уничтожение всего живого в российском информационном пространстве. К тотальным мерам подавления можно отнести закон, дающий право прокуратуре заблокировать любой информационный ресурс без объяснения причин. Навечно. Именно по этому «закону» были заблокированы «Ежедневный журнал», «Каспаров.ру», «Грани.ру» и блог Навального.
Пролетарский привет из братского 1939-го нашим современным товарищам из Генпрокуратуры и Роскомнадзора от товарища Садчикова из Главлита. Верной дорогой идете, товарищи! Другой тотальной мерой подавления стал запрет рекламы на кабельных телеканалах. Полторы тысячи независимых телеканалов обречены либо исчезнуть, либо на пузе приползти к местным властям и убедить их в своей пригодности к роли информационной обслуги.
Точечное подавление инакомыслия в 2014 году осуществлялось с фантазией и выдумкой. К «Дождю» применили подобие восточной казни под названием человек-свинья, когда отрубают ноги-руки, лишают зрения и слуха, но умереть от потери крови сразу не дают. «Дождь» сначала травили за вполне нормальный журналистский опрос, потом выкинули из кабельных сетей, не дали лицензию на эфирное вещание, запретили зарабатывать на рекламе и выбросили из занимаемого помещения. Остроумный наш президент при этом глумливо заметил: мол, надо вот таким телеканалам учиться самим зарабатывать. Можно подумать, что «Дождь» у него что-то просил или получал.
С еще большей выдумкой и садизмом подошли к ликвидации лучшего телеканала страны — томского ТВ-2. Сначала новым символом цензуры стал «великий и ужасный Фидер», кусок кабеля, который в знак протеста против невиданной в России томской медийной аномалии отказался проводить сигнал ТВ-2, и все связисты Томской области ничего не смогли с ним поделать. После укрощения реакционно настроенного фидера начались уже обычные аппаратные игры с лицензией, которые в конце концов закончились отключением ТВ-2 от эфира 1.01.2015.
Еще были увольнения главных редакторов «Ленты.ру» и «Русской планеты», которые фактически означали смену редакционной политики на более лояльную власти, нескончаемые игры с «Эхом» и «Новой», целью которых было показать журналистам этих СМИ пределы дозволенного в рамках «управляемой оппозиционности» и «управляемого плюрализма».
Есть еще одна общая черта у 2014-го с 1939-м. Это усиленные попытки взорвать складывающийся мировой антитоталитарный консенсус силами российской (советской) пропаганды. Сегодня это делается с помощью миллиардов, вливаемых в "Раша Тудей" и прочие ресурсы киселевско-симоньяновского холдинга. Тогда, в 1939-м, это делалось с помощью полностью подконтрольных Сталину компартий, которые в 1939 году получили фантастический по подлости приказ из Кремля сотрудничать с немецкими оккупационными войсками. Правда, гитлеровцы оказались принципиальнее, обниматься с европейскими коммунистами побрезговали…
Уход в историю 2014-го — это избавление от чего-то мелкого, липкого, слабенького и очень подлого. Прямо скажем, не год был, а так, годёныш… Пришедший ему на смену 2015-й получил то еще наследство. Разгребем ли? Надо пробовать. А пока, прощай, годёныш! С новым, пока еще чистеньким и неиспачканным 2015-м!

Общественная организация "Репортеры без границ" приветствует участие многих зарубежных лидеров в марше в Париже в защиту ценностей Французской Республики, но возмущена присутствием должностных лиц из стран, которые ограничивают свободу информации. Об этом говорится в заявлении, опубликованном на сайте организации.

Среди стран стран, где журналисты и блогеры систематически преследуются, "Репортеры без границ" называют Египет (занимающий 159-е место из 180 стран в индексе свободы прессы), Турцию (154), Россию (148) и Объединенные Арабские Эмираты (118).

На Республиканском марше Турцию представляет премьер-министр Ахмет Давутоглу, а Египет, Россию и ОАЭ - министры иностранных дел.

"Было бы неприемлемо, если представители стран, которые пытаются заставить журналистов замолчать, воспользуются этим изъявлением эмоций, чтобы попытаться улучшить свой ​​международный имидж, а затем продолжат свою репрессивную политику, когда вернутся домой. Мы не должны позволить хищникам свободы прессы плевать на могилы Charlie Hebdo", - заявил генеральный секретарь "Репортеров без границ" Кристоф Делуар.

В Париже проходит Республиканский марш против террора, в защиту свобод. В нем принимают участие президент страны Франсуа Олланд, мэр Парижа Анн Идальго, лидеры и официальные представители более 50 государств. Число участников акции превышает миллион человек.

Продолжение...

Уриэль Дескель (אוריאל דסקל)("Calcalist ", Израиль)


Падение курса рубля, западные санкции, коррупция, расизм, повышение стоимости проведения чемпионата мира — все это сокращает шансы на проведение праздника футбола в 2018 году, обещанного Кремлем.

В январе 2009 года мир казался совсем другим. Экономический рост в развивающихся странах привел к резкому повышению спроса на энергоносители и к повышению цен на товары. В богатую нефтью и газом Россию деньги текли рекой, в то время, как западные страны переживали стагнацию. Большие деньги и новообретенное могущество дали Кремлю возможность взять на себя осуществление такие амбициозных проектов, как проведение Олимпийских игр и чемпионата мира по футболу. Но сегодня все изменилось, и Россия оказалась под угрозой новых западных санкций, международной изоляции и экономического краха.

Экономическая модель, на которую рассчитывал президент Владимир Путин, развалилась. Россия создала специальный фонд на случай падения цен на нефть до уровня 60 долларов за баррель, но, по слухам, уже использовала большую часть этих средств. Что это значит для запланированного проведения чемпионата мира по футболу в 2018 году? «Россия не откажется принимать матчи ЧМ-2018. Это даже не обсуждается», — сказал глава Российского футбольного союза Николай Толстых. Возможно, не в его полномочиях этот вопрос, но он прав. Вероятность, что Россия откажется принимать футбольное первенство, стремится к нулю. Удар по национальной гордости, по имиджу страны будет слишком болезненным. Но все-таки, с учетом нынешней ситуации, каким может оказаться чемпионат?

Потерянные миллиарды

По всем прогнозам, Россия не откажется принимать матчи финальной части ЧМ-2018, и не только из-за национальной гордости. С этим спортивным мероприятием связаны масштабные проекты в области инфраструктуры, многие из которых уже реализуются. В 2009-2013 годах интенсивное строительство в Сочи привело к росту строительной отрасли России на 60%. По прогнозам, активное строительство автомобильных и железных дорог, отелей, аэропортов и стадионов продлится и до чемпионата мира 2018 года. Но остается ли в силе оригинальный план, принятый в 2009 году? Тогда Кремль выбрал 11 городов, которые примут матчи, и выделил для них бюджет в размере 600 млрд рублей. В том году эта сумма была эквивалентна 20 млрд долларов, а сегодня это всего лишь 8 млрд долларов. И это только часть проблемы. Инвестирование в эти города выглядит попыткой прыгнуть выше головы, с учетом нежелания иностранных инвесторов вкладывать в российские проекты.

Упомянутую сумму в 600 млрд рублей тоже следует воспринимать с осторожностью. В 2010 году в России говорили, что стоимость ремонта стадионов составит 3,82 млрд долларов (по тому курсу — 116 млрд рублей). По состоянию на ноябрь 2014 года, в стадионы вложили 300 млрд рублей, а около 30 млрд долларов при этом пропали из-за коррупции и бюрократии. Возможно, Россия примет чемпионат, но обещанного праздника футбола не будет. Кстати, исполком ФИФА знал о том, что так и будет. В специальном докладе было отмечено, что выполнение строительных проектов затруднительно. Тем не менее, исполком все равно поддержал заявку России, которая, как и Катар, вероятно, не выбирала средств для того, чтобы завоевать право принимать чемпионат мира по футболу. Половина членов исполкома ФИФА с тех пор потеряла свои места из-за коррупции.

Более серьезной проблемой могут стать большие расстояния, которые придется преодолевать в России футболистам и болельщикам. По данным ФИФА, российские железные дороги соединяют только шесть городов, выбранных для проведения матчей. В результате нагрузка на воздушный и автомобильный транспорт может оказаться чрезмерной. Специалисты говорят и о необходимости модернизации гостиниц для соответствия международным стандартам.

Модернизация инфраструктуры требует правительственных инвестиций. Это проблема. Путин неоднократно настоятельно просил олигархов помочь с разными проектами, и, возможно, намерен обратиться к ним снова. «Я не исключаю, что Роман Абрамович возьмет часть проектов на себя, — сказал он. — Ничего страшного, пускай раскошелится. Он этого даже не заметит, у него много денег». Абрамович-то может помочь, но вот прочие олигархи, например, Аркадий Ротенберг, попавшие под иностранные санкции, не смогут с такой же легкостью предоставить необходимые средства.

100 лет Октябрьской революции

Говорят, что Россия еще не дошла до крайней точки. Дела плохи, но главные трудности для Путина еще впереди. По данным газеты The Sunday Times, олигархи перестают считать его «партнером», и могут бросить его без своей финансовой поддержки, то есть, национальные проекты останутся без денег. Тем временем инфляция, рост цен, стагнация разрушают средний класс, а в недемократической стране выпускать пар не так просто. Грядут ли массовые протесты? Напомним, в 2017 году, за год перед чемпионатом мира, в России будут отмечать столетие Октябрьской революции.

На данный момент трудности с подготовкой к чемпионату напоминают матрешку — проблема в проблеме, проблема в проблеме. Как будто мало экономического кризиса, так еще стадионы превратились в поля битв и трибуны для расистов.

Власти ничего не делают. Например, несколько месяцев назад Крис Самба, защитник московского «Динамо», француз конголезского происхождения, был отстранен от игры на два матча за то, что показал средний палец расистам из числа болельщиков «Торпедо». Во второй половине матча он уже не вышел на поле. Как наказали болельщиков? Закрыли одну трибуну на один матч. Гелор Канга, игрок сборной Габона и клуба «Ростов», тоже показал средний палец фанатам «Спартака», осыпавшими его расистскими оскорблениями, и был отстранен на три матча, а также оштрафован на 930 долларов. «Спартак», фанаты которого в 2013 году поднимали нацистский флаг, был оштрафован на 1,3 тысячи долларов. И все. Канга столкнулся и с расизмом тренера своего клуба, Игоря Гамулы, который на вопрос о возможном контракте с камерунским игроком ответил, что в команде достаточно черных. Гамула не был наказан.

С проявлениями расизма сталкивались также Халк, бразильский игрок «Зенита», Сейду Думбия из ЦСКА и другие. А власти либо наказывают пострадавших, либо делают вид, что ничего не происходит. Легенда бразильского футбола Роберто Карлос, игравший в составе «Анжи», ушел с поля, потому что в него бросали бананы. А Алексей Сорокин, глава комитета по подготовке и проведению чемпионата мира, сказал, что в России принято бросать бананы в тех, кто плохо выступил, и то же самое произошло бы с игроком-норвежцем, датчанином или русским.

Проблема намного глубже, чем крики на трибунах. Александр Брод, директор Московского бюро по правам человека, провел исследование и обнаружил, что 50% россиян имеют расистские предрассудки. По его данным, число неонацистов достигает в стране 100 тысяч человек. В 2009 году он выяснил, что больше половины африканцев, проживавших в Москве, подвергались физическому насилию. Рафал Панковский, который изучает борьбу с расизмом в футболе, говорит, что власти ничего не делают для решения проблемы.

Два года назад ФИФА потребовала от России положить конец расизму на стадионах. В 2014 году ФИФА снова раздала инструкции на тему борьбы с расизмом и выразила надежду на то, что чемпионат мира 2018 года привлечет внимание к этой проблеме. Токио Сексвале (Tokyo Sexwale), бизнесмен и борец с расизмом из ЮАР, призвал российского лидера проявить решимость и принять меры против этого явления. Он добавил, что без решительных действий иностранные болельщики не поедут в Россию.

Изоляционисты

Но пока президент Владимир Путин ведет Россию в другую сторону. Власти готовятся принимать чемпионат мира, утверждая законы ксенофобской, гомофобской и расистской направленности. Спортивные структуры замыкаются в себе. Высокая стоимость иностранных футболистов, которые получают зарплату в евро, то есть, стали дороже на 40%, привела к тому, что от них стали избавляться. Вдобавок, были введены ограничения на привлечение иностранцев в разные виды спорта, в первую очередь, в хоккей с шайбой и футбол. Есть требование ограничить число иностранных футболистов и иностранных тренеров. На этом фоне идет война на Украине, осуществлена аннексия Крыма, а Фабио Капелло полгода не получал зарплату, но все равно должен готовить сборную к играм. Да уж, нас ждет настоящий праздник футбола.

("The Globe And Mail", Канада)


Алексей Навальный, несомненно, является одним из самых необычных людей в России, сочетающим в себе черты персонажа из романов Достоевского и любителя публичных разоблачений в американском стиле.

В понедельник, 5 января, он взял кухонные ножницы, чтобы освободиться от электронного браслета и в одностороннем порядке положить конец своему домашнему аресту, к которому его приговорили в феврале прошлого года, после чего он отправился в магазин за молоком. За ним последовали офицеры полиции, громко требовавшие, чтобы он вернулся домой — что он, в конце концов, и сделал.

Г-н Навальный стал причиной постоянного раздражения правительства Владимира Путина, однако его оказалось чрезвычайно трудно приструнить и посадить в тюрьму, как это произошло с олигархом Михаилом Ходорковским и нефтяным магнатом Владимиром Евтушенковым, по той простой причине, что г-н Навальный — блогер и юрист небольшой компании. Это не тот человек, которого российская общественность могла бы презирать или заподозрить в коррупции: он скорее является тем неустрашимо изобретательным разоблачителем коррупции в российском правительстве и экономике — а также политиком, который занял второе место в выборах мэра Москвы в 2013 году.

Г-н Навальный занялся политическим активизмом в рамках традиционной либеральной партии, однако скоро он понял, что цель партии заключается лишь в том, чтобы заменить существующую посткоммунистическую номенклатуру новой. Сам же г-н Навальный хотел разоблачить правящую партию г-на Путина, доказав всем, что это «партия мошенников и воров».

Однажды в беседе с репортером российского издания журнала Esquire он сказал — ему хочется, чтобы Россия стала похожей на «большую, иррациональную, метафизическую Канаду».

У полурациональных и не слишком метафизических канадцев г-н Навальный, вероятнее всего, вызовет тревогу. Его русский национализм несет на себе определенный отпечаток ксенофобии в сочетании с протестом против миграции.

Тем не менее, Россия и весь мир должны быть благодарны за такой специфический вызов режиму г-на Путина — вызов, который, очевидно, сбивает с толку даже самого г-на Путина.

Рано или поздно правительство утратит свое хладнокровие и предпримет решительные меры в отношении г-на Навального. Но во многих смыслах г-н Навальный — всего лишь маленький человек. И в этом его сила. Российское общество не будет презирать и подозревать его в коррупции, как олигархов и мультимиллионеров, сколотивших свои состояния в посткоммунистической России.

Ядовитые змеи Обамы

Террористический акт в Париже стал инструментом геополитики Вашингтона?
Текст целиком >>>

Читайте далее: http://svpressa.ru/politic/article/109460/

Джеймс Фэллоуз (James Fallows)("The Atlantic ", США)



2. Трусливо-воинственная экономика

Из-за увеличивающегося разрыва между Америкой и ее армией страна с чрезмерной готовностью отправляется на войну, и слишком бездушно относится к причиняемому ею ущербу. Из-за такого разрыва мы тратим слишком много денег на армию, и тратим их глупо, из-за чего под угрозой оказывается благополучие наших войск и их успех в бою. Мы покупаем оружие, которое в меньшей степени связано с боевыми реалиями и в большей с нашей нескончаемой верой в то, что передовые технологии обеспечат победу, а также с экономическими интересами и политическим влиянием военных подрядчиков. В результате мы получаем дорогостоящих и очень ненадежных белых слонов, а жизненно важное оружие, не отличающееся гламурным блеском, очень часто подводит наших военных.

Мы знаем, что в технике главное преимущество нашей армии. Однако история долгих войн Америки после 11 сентября это неизменное повествование о временных победах нашего высокотехнологичного оружия, которые просто тают перед более старыми и суровыми реалиями самодельных вооружений, фанатичного недовольства и растущей враждебности по отношению к пришедшим издалека оккупантам. Многие из самых новаторских и высокотехнологичных изобретений для нужд Пентагона стали дорогостоящими и яркими провалами, включая (мы еще поговорим об этом) главный авиационный проект последних лет F-35. Если бы у Америки была тесная связь с военными, такие вопросы стратегии и военной практики были бы нам знакомы примерно так же, как, например, стандарты среднего образования.

Те революционные прорывы в технологиях, которые реализуются на поле боя, могут в конечном итоге повиснуть на шее армии стратегическим бременем. Например, когда Соединенные Штаты были практически монополистом в области боевых беспилотников, они убивали отдельных людей или небольшие группы, а в результате настраивали против себя целые страны. Когда монополия заканчивается (а она заканчивается неизбежно), открытость США приводит к тому, что страна становится уязвимой для поражения дешевыми и многочисленными системами вооружений, которые применяют остальные.

Между тем, расходы на оборону все растут и растут, не встречая почти никакого политического противодействия и очень редко наталкиваясь на публичные дискуссии. Согласно самым тщательным и полным подсчетам, которые существенно отличаются от обычных бюджетных цифр, в этом году Соединенные Штаты потратят на национальную безопасность более одного триллиона долларов. Сюда включены около 580 миллиардов долларов из базового бюджета Пентагона плюс средства на «непредвиденные обстоятельства за рубежом»; 20 миллиардов долларов из бюджета министерства энергетики на ядерное оружие, почти 200 миллиардов долларов на пенсии военным и на расходы управления по делам ветеранов, а также другие ассигнования. Но здесь не учитываются более 80 миллиардов долларов в год в доле оборонного ведомства из национального долга. После поправки на инфляцию получается, что Соединенные Штаты в этом году потратят на вооруженные силы на 50% больше средств, чем они в среднем тратили во времена холодной и вьетнамской войны. Америка потратит на военные нужды примерно столько же, сколько следующие 10 стран вместе взятых. Это в 3-5 раз больше, чем расходы Китая (все зависит от того, как считать), и в 7-9 раз больше, чем расходы России. Мир в целом тратит на свои армии около двух процентов совокупного дохода. А Соединенные Штаты тратят около четырех процентов.

Однако процесс составления бюджета настолько расстроен, настолько порочен, что даже при увеличении расходов Пентагону не хватает финансирования на ремонт, боевую подготовку, пенсии и обслуживание ветеранов. «Мы покупаем не те вещи, и платим за них слишком много, — заявил мне бывший сотрудник сенатского комитета по делам вооруженных сил и бывший профессор Национального военного колледжа Чарльз Стивенсон (Charles A. Stevenson). — Мы тратим так много денег на людей, что нам не хватает техники, которая в любом случае становится более дорогой. И мы не увеличиваем ассигнования на НИОКР».

Вот лишь один достойный освещения в СМИ пример, показывающий огромные и трудноконтролируемые тенденции в сфере разработки вооружений и затрат на них. Мы поведем речь о несбывшихся надеждах на новый самолет F-35 Lightning.

Сейчас на работы по планированию и разработке оружия порой уходят десятилетия, а история F-35 началась задолго до того, как родилась основная масса сегодняшних военнослужащих. Два самолета начала 1970-х годов, такие как истребитель F-16 Fighting Falcon и штурмовик A-10 Thunderbolt II, отходили от основных тенденций военного проектирования в той же мере, как компактные японские машины той эпохи отличались от американских автомобилей с обтекателями и оперением. Эти самолеты были довольно дешевые, простые в обслуживании и ремонте, и спроектированы они были так, чтобы очень хорошо выполнять свои конкретные задачи по предназначению. Так, F-16 должен был быть высокоскоростным, исключительно маневренным и смертоносным самолетом в воздушном бою (и был таковым). А-10 создавался как своего рода летающий танк, способный осуществлять, как говорят военные, непосредственную авиационную поддержку сухопутным войскам, поливая огнем боевые порядки противника. А-10 нуждался в тяжелой броне, чтобы быть защищенным от огня противника; над полем боя он должен был летать как можно медленнее, чтобы наносить реальный ущерб, а не просто рыча проноситься мимо целей; и ему нужна была одна очень мощная пушка.

Есть у человека такие изобретения, которые являются голым выражением функциональности. Это кресло Имса, классический карандаш №2, оригинальная машина «Форд Мустанг» или «жук» компании «Фольксваген», MacBook и так далее — выбирайте что хотите. А-10, получивший название Thunderbolt (Молния), но больше известный под своей боевой кличкой Warthog (Хряк), как раз и стал образцом такой чистой функциональности в современной армии. Он прочный, он недорогой, он может уничтожать вражеские танки и автоколонны, ведя стрельбу с темпом до 70 выстрелов в секунду и выпуская по цели бронебойные боеприпасы длиной 28 сантиметров с обедненным ураном.

Но все прошедшее десятилетие наши военачальники во главе с республиканской администрацией Буша и демократом Обамой изо всех сил старались избавиться от А-10, чтобы получить достаточно денег на более дорогой, менее надежный и технически малопригодный самолет, который был хорош разве что для инсайдерских сделок в условиях, когда народу и обществу было наплевать.

Тот самолет, ради которого мы отказываемся от А-10, является его полной противоположностью почти во всех аспектах. Если использовать автомобильную терминологию, это «Ламборджини», а А-10 трудяга-пикап (или летающий танк). Если использовать терминологию воздушных перевозок, то это салон первого класса со спальными местами Сингапурских авиалиний, а А-10 — салон эконом-класса (с заранее приобретаемыми билетами) компании United. Такие сравнения могут показаться нелепыми, но это справедливые и честные сравнения. То есть, «Ламборджини» в некоторых отношениях намного лучше пикапа — скорость, управление, комфорт, но выбирать эту машину следует только в особых обстоятельствах. То же самое и насчет салона первого класса. Билет в такой салон заказал бы каждый, если бы за него платил кто-то другой, но для большинства людей это в основном пустая трата денег.

Каждое новое поколение вооружений обычно «лучше» — точно так же, как «Ламборгини», и оно «стоит того» в том же смысле, что и билет в первый класс. А-10 демонстрирует закономерность. Согласно выкладкам авиационного аналитика Ричарда Абулафии (Richard L. Aboulafia) из Teal Group, цена за единицу в текущих ценах 2014 года (это самое справедливое сравнение однотипных изделий) складывается следующим образом. А-10 стоит сегодня около 19 миллионов долларов, являясь самым дешевым боевым пилотируемым самолетом. Беспилотник Predator лишь на треть дешевле. Остальные истребители, бомбардировщики и многоцелевые самолеты стоят гораздо больше: V-22 Osprey около 72 миллионов долларов, истребитель F-22 около 144 миллионов, бомбардировщик В-2 около 810 миллионов, а F-35 около 101 миллиона (как пять А-10). Такая же разница и по эксплуатационным расходам. У А-10 они существенно ниже, а у других машин гораздо выше, потому что у «Хряка» проще конструкция и меньше всего того, что может выйти из строя. Простота конструкции обеспечивает ему больше летного времени, так как самолету не надо простаивать долгое время в ремонтной мастерской.

В отличие от А-10, F-35 был плохой задумкой с самого начала. О нем писали бы на первых страницах газет так же часто, как и о других провальных федеральных проектах типа реформы здравоохранения Обамы или реакции Федерального агентства по управлению страной в кризисных ситуациях на ураган «Катрина», если бы данный проект непосредственно влиял на жизни людей, или если бы его можно было широко показывать по телевидению. В этом случае немногие политики решились бы его отстаивать. Общий размер потерь налогоплательщиков от неудачной программы солнечной энергетики Solyndra по самым пессимистическим оценкам составляет 800 миллионов долларов. Общий объем потерь налогоплательщиков от проекта F-35, включая перерасход сметы, потери от хищений и прочий ущерб, примерно в 100 раз больше. Однако о «скандале Solyndra» знает, наверное, в 100 раз больше людей, чем о родовых потугах F-35. А вот вам еще информация для размышлений: общий размер затрат на этот самолет сегодня оценивается в полтора триллиона долларов. Примерно столько же, по скромным подсчетам, было потрачено на всю иракскую войну.

Суть трагедии этого самолета сводится к тому, что данный проект, призванный исправить серьезнейшие проблемы Вашингтона в проектировании оружия и оплате за него, на самом деле лишь усугубил эти проблемы, став их олицетворением. Самолет, который планировали сделать недорогим, надежным и легко адаптируемым, стал самым дорогим в истории и самым капризным в эксплуатации. Федеральный чиновник, сделавший этот проект символом новых, прозрачных и основанных на данных анализа подходов к распределению контрактов, в итоге оказался в федеральной тюрьме, где он отбывает срок за коррупцию в связи с проектами Boeing. (Финансовый директор Boeing тоже отсидел свой срок.) Для информации: Пентагон и ведущие подрядчики упорно отстаивают этот проект и защищают самолет, заявляя, что все проблемы с ним будут скоро решены, что это самолет будущего, а А-10 — устаревший реликт прошлого.

Теоретически машину F-35 должны целеустремленно защищать все виды вооруженных сил, поскольку ВВС, ВМС и корпус морской пехоты получат собственные версии этого самолета, подогнанные под их потребности. Но в действительности все оказалось иначе. F-35 по проекту должен обладать очень многими и зачастую противоречащими друг другу характеристиками. Он должен быть достаточно прочным в версии для ВМС, чтобы осуществлять взлет и посадку на палубу авианосца; он должен быть очень легким и маневренным, чтобы превосходить другие машины ВВС в воздушном бою; он должен обладать возможностью для вертикального взлета и посадки, как вертолет; он должен быть надежен в трудных условиях боя, приходя на помощь морским пехотинцам. Естественно, в полной мере воплотить все эти требования в одной машине было невозможно, и обещания оказались невыполненными. В теории F-35 должен был сблизить и спаять американских союзников, поскольку предусматривалась его закупка другими странами, и эта машина должна была стать их основным самолетом. Кроме того, эти страны планировалось в той или иной мере привлекать к выполнению подрядных работ. Но задержки, перерасходы сметы, проблемы с механикой превратили это самолет в предмет острой политической полемики в странах-заказчиках, начиная с Канады и Голландии, и заканчивая Италией и Австралией.

А в США эти проблемы обсуждают меньше всего. Во время дебатов в 2012 году Митт Ромни (Mitt Romney) раскритиковал Барака Обаму за то, что он поддержал проекты «зеленой энергетики», такие как Solyndra. Но ни один из них даже не упомянул F-35, и я пока не нашел и намека на то, чтобы президент Обама остановился на нем хотя бы в одной из своих речей. В других странах F-35 можно теперь представлять в качестве очередного примера назойливого вмешательства США. А у нас он защищен контрактами на поставку, которые получили широкое распространение.

«Политические махинации» — этот термин в 1970-х годах популяризовал молодой аналитик из Пентагона по имени Чак Спинни (Chuck Spinney). Это популистская политика, проводимая с огромным размахом. Перерасход сметы — это плохо, если лишние деньги получает другой. Но это хорошо, если твоя компания получает заказы, или если твой избирательный округ получает новые рабочие места. Политические махинации это настоящее искусство, направленное на то, чтобы тем или иным военным проектом было охвачено как можно больше избирательных округов, и чтобы как можно больше конгрессменов чувствовали, что если они сократят финансирование, то это пойдет во вред им самим.

Контракт на 10 миллионов долларов в одном избирательном округе по выборам в конгресс обеспечивает поддержку одному представителю. Два контракта по пять миллионов долларов в двух округах это в два раза лучше. А самый лучший вариант это три контракта по три миллиона долларов за штуку. Эта логика понятна каждому участнику военных подрядов. Это понимают ведущие подрядчики, заключающие сделки на поставки по всей стране; понимают отвечающие за закупки военные руководители, распределяющие работы между подрядчиками; понимают политики, получающие больше или меньше голосов в зависимости от результатов. В конце 1980-х годов коалиция из так называемых экономных ястребов в конгрессе попыталась сократить финансирование на бомбардировщик В-2. Им ничего не удалось добиться, когда выяснилось, что работа в рамках проекта ведется в 46 штатах и в 383 избирательных округах (всего их 435). Разница между тем временем и сегодняшним днем заключается в том, что главный подрядчик по строительству В-2 компания Northrop была вынуждена раскрыть секретную информацию, чтобы показать, каков размах проводимых работ, и насколько широко распределяются ассигнования.

Каковы бы ни были технические проблемы, F-35 стал триумфом политических махинаций, причем глобального масштаба. Пикантной иллюстрацией возможностей политических махинаций является пример бывшего социалистического мэра Берлингтона Берни Сандерса (Bernie Sanders), который сегодня является независимым сенатором от штата Вермонт и возможным кандидатом от левых на участие в следующей президентской гонке. В принципе он считает, что F-35 это плохая затея. Когда один из этих самолетов загорелся прошлым летом на ВПП во Флориде, Сандерс в беседе с репортером назвал эту программу «невероятно расточительной». Однако он вместе с левым политическим истэблишментом Вермонта упорно борется за то, чтобы разместить в Берлингтоне подразделение F-35, приписанное к ВВС национальной гвардии штата Вермонт, и разубедить оппонентов, считающих эти самолеты слишком шумными и опасными. «К худу ли, к добру ли, но на сегодня это самолет-рекордсмен, — заявил Сандерс в прошлом году местному репортеру после происшествия во Флориде. — И от него никто не откажется. Такова реальность». А раз самолет появится, то почему бы не здесь? Как думает Вермонт, так же думает и вся нация.

Следующим большим проектом в планах ВВС является преемник В-1 и В-2 дальний ударный бомбардировщик (Long Range Strike Bomber). Среди его тактико-технических характеристик способность наносить бомбовые удары в глубине китайской территории. (Это настолько безрассудный шаг, что США даже не рассматривали такую возможность, когда воевали с китайцами по время Корейской войны.) К тому времени, когда прошлым летом стала понятна полная стоимость этой машины и ее возможности, Чак Спинни написал, что этот самолет, «как и F-35, будет неудержимым» Это из-за того, что уже сейчас его сторонники страхуются и обеспечивают этой машине будущее, «распределяя субподряды по всей стране, а то и по всему миру, как это было с F-35».

3. Трусливо-воинственная политика

Политики говорят, что обеспечение национальной безопасности это их первостепенный и священный долг, но поступают они совсем иначе. Последний военный бюджет был утвержден в комитете по делам вооруженных сил палаты представителей единогласно (61 голос «за», и 0 «против»). Дебаты, предшествовавшие голосованию, были такими же однобокими. Это та самая палата представителей, которая не может утвердить закон о правительственном фонде строительства шоссейных дорог, пользующийся поддержкой обеих партий. «Восхваление военачальников политиками это весьма примечательное и опасное явление», — сказал мне полковник ВВС в отставке Том Руби (Tom Ruby), ныне освещающий проблемы организационной культуры. Он и другие люди говорят, что это одна из причин, по которой практически отсутствует серьезный контроль за военными.

Полковник морской пехоты в отставке Т. Хаммс (T. X. Hammes), получивший докторскую степень по современной истории в Оксфорде, сказал мне, что политики сегодня уже не считают необходимым критически рассматривать военные программы, а вопросы национальной обороны перестали быть для них священных долгом. Сегодня все это для них просто мелочь. «Многие на Капитолийском холме сейчас смотрят на Пентагон с поразительным простодушием, — заявил он. — Это такой способ направлять налоговые деньги в избранные округа. Это часть той работы, для которой их избирали».

Весной 2011 года Барак Обама попросил самого опытного в вопросах оборонной реформы политика-демократа с большими связями Гэри Харта (Gary Hart) сформировать небольшую рабочую группу от обеих партий для выработки рекомендаций о том, какие изменения ему следует провести в Пентагоне и в практике его работы, если он получит второй президентский срок. Харт провел эту работу (я входил в состав группы наряду с Эндрю Басевичем (Andrew J. Bacevich) из Бостонского университета, Джоном Аркиллой (John Arquilla) с курсов усовершенствования офицерского состава ВМС и Норманом Огустином (Norman Augustine), ранее возглавлявшим компанию Lockheed Martin) и осенью направил президенту соответствующий отчет. Реакции не последовало. Белый дом постоянно получает кучи просьб и рекомендаций, и реагирует он только на те, которые считает самыми неотложными. Очевидно, военная реформа в этот список не входит.

Поэтому во время президентской гонки 2012 года ни Барак Обама, ни Митт Ромни не говорили подробно о том, как они будут тратить полтора миллиарда долларов в день на военные программы. Исключение составило единственное заявление Ромни о том, что в случае избрания он потратит на них еще триллион. Во время единственной прямой дискуссии о военной политике на конечном этапе гонки Обама сказал, что планы Ромни дадут военным больше денег, чем они просят. Ромни отметил, что сегодня у ВМС меньше кораблей, чем до Первой мировой войны. Обама нанес ответный удар: «Ну, губернатор, у нас также меньше лошадей и штыков, потому что изменился характер наших вооруженных сил. У нас есть такие вещи, которые называются авианосцы, куда садятся самолеты. У нас есть корабли, которые ходят под водой и называются атомные подводные лодки». Это было самое саркастическое и самое агрессивное высказывание Обамы за все время дебатов. На этом и закончилась дискуссия о том, куда уйдут триллионы.

Джим Уэбб (Jim Webb) ветеран Вьетнамской войны, имеющий немало наград, а также писатель, бывший сенатор от Демократической партии и возможный кандидат в президенты. Семь лет назад он написал в своей книге A Time to Fight (Время сражаться), что военная карьера превращается в культуру, в которой каждый должен получить кусок от общего пирога по принципу «всем сестрам по серьгам». Уэбб имел в виду то, что амбициозные офицеры замечают, как много их наставников и предшественников после увольнения занимает посты в советах директоров, в консалтинговых фирмах и в оборонных компаниях на исполнительных должностях. (У некоторых высокопоставленных в прошлом военных пенсии сегодня больше, чем денежное довольствие до увольнения. Например, прослуживший 40 лет четырехзвездный генерал или адмирал может получать на пенсии более 237 000 долларов в год, хотя на действительной военной службе максимальный размер его денежного довольствия составлял 180 000 долларов.)

По словам Уэбба, знание того, что их ждет после увольнения, не может не влиять на поведение некоторых высокопоставленных военачальников, когда они носят форму. Среди прочего, они защищают принцип дележа пирога, которым является военный бюджет, налаживают связи со своими предшественниками и с их работодателями, заглядывая в пенсионную перспективу. «Всегда есть офицеры, уходящие на работу в подрядные организации, — сказал мне недавно Уэбб, выросший в семье военного. — Новое — это масштаб данного явления, а также степень его влияния на высокопоставленных военных».

Конечно, современная армия всячески рекламирует себя как то место, где молодежь без шансов и без денег на получение высшего образования может приобрести ценные навыки, а также льготы, чтобы поступить на учебу после службы. В общем и целом это хорошо и правильно, и в этом плане армия пусть непреднамеренно, но играет важную роль как создатель благоприятных возможностей для американцев без привилегий. Но Уэбб ведет речь о другом, о развращающем воздействии системы на хорошо подготовленных и влиятельных карьеристов, которые заранее начинают готовить свое будущее.

«Не секрет, что такие высокопоставленные военачальники в последние годы службы потихоньку начинают готовить позиции на пенсионный период, стремясь начать вторую карьеру», — написал Уэбб в своей книге. По его словам, в результате получается «тесная взаимосвязь» корпоративных и военных интересов, которая «угрожает безупречности процесса военных закупок, порождая колоссальные кадровые проблемы, такие как появление огромных «военизированных» структур (подрядчики типа Blackwater и Halliburton) в Ираке и Афганистане, а также неизбежно создает риски для самой системы национальной безопасности». Такую же точку зрения высказывали и многие другие мои собеседники. Самые жесткие оценки на сей счет дают не те, кто с недоверием относится к военным, а люди, посвятившие армии значительную часть своей жизни, как Уэбб.

Прошлым летом один человек, на протяжении десятилетий осуществлявший надзор за контрактами Пентагона, рассказал мне: «Система основана на лжи и корыстном интересе, чисто с целью движения денег». Данная система продолжает работать, потому что «войска получают свои бюджеты, подрядчики получают свои контракты, конгрессмены получают рабочие места для своих избирательных округов, а те, кто непричастен к этим процессам, не желают выяснять, что же там происходит».

Самый почитаемый американский военный 20-го века Дуайт Эйзенхауэр настойчиво предостерегал о том, что бизнес и политика развратят армию, и наоборот. Об этой его речи слышали все. Но читало ее недостаточное количество людей. И еще меньшее количество подверглось воздействию ее опасных антивоенных взглядов, как посчитали бы сегодня. Какой политик из основного направления может сегодня сказать, как это сделал в 1961 году Эйзенхауэр, что военно-промышленный комплекс обладает «тотальным влиянием — экономическим, политическим, даже духовным, которое ощущается в каждом городе, каждом государственном ведомстве, каждом отделе федерального правительства»?

За несколько дней до своей победы на выборах в конгресс этой осенью Сет Моултон сказал, что со времен призыва качество и моральное состояние армии существенно улучшилось. «Однако ее, особенно на самом верху, заполнили карьеристы, пробравшиеся туда за счет того, что страховались на каждом шагу и не желали идти на риск, — заявил он мне. — Самыми лучшими офицерами из числа знакомых мне были лейтенанты, которые знали, что их уволят, а поэтому не боялись принимать правильные решения. Я знаю огромное множество старших офицеров, которые очень бояться принимать непростые решения, поскольку тревожатся по поводу того, как это отразится на их личном деле». Это звучит как жалоба на жизнь в любой крупной организации, однако здесь есть нечто большее. У нас нет других сухопутных войск или корпуса морской пехоты, куда можно уйти, начав все сначала. У военного нет почти никакой возможности исправить ошибку или черную метку в аттестации, которая является основой его продвижения по службе.

Проблемы есть у каждого ведомства и организации, и на каждом этапе американской истории находились критики, считавшие, что армия США чрезмерно финансируется, слабо подготовлена, слишком замкнута в себе, много о себе мнит и имеет другие изъяны и недостатки. Должен признать, что современные перекосы все в той или иной степени берут свое начало в трусливо-воинственной основе сегодняшней оборонной стратегии.

Неся огромные потери, как финансовые, так и людские, страна обеспечивает существование самых мощных вооруженных сил в мире. Но поскольку лишь малая часть населения заинтересована в последствиях действий военных, обычная для демократий обратная связь у нас не работает.

Я встречал серьезных людей, которые утверждают, что изолированность армии соответствует ее собственным интересам, а не государственным. «Со времен Римской империи находились люди, в основном мужчины, но сегодня все чаще женщины, которые добровольно превращались в преторианскую гвардию», — сказал мне Джон Нагл (John A. Nagl). Нагл выпускник Вест-Пойнта и стипендиат Родса, командовавший боевым подразделением в Ираке и написавший две влиятельные книги о современной армии. Он ушел со службы в звании подполковника и сейчас возглавляет частную подготовительную школу в Хэйверфорде, что неподалеку от Филадельфии.

«Они знают, на что подписываются, — говорит Нагл о сегодняшних военных. — Они гордятся своей работой, и взамен рассчитывают на приличные условия жизни, на пенсии и на медицинское обслуживание в случае ранения или заболевания. Американское общество в полной мере готово позволить профессионалам-добровольцам служить там, где они должны служить, и в этом есть мудрая цель. Президент в этих условиях получает большую свободу действий и может принимать решения в национальных интересах, а войска просто будут брать под козырек и делать то, что необходимо».

Я люблю и уважаю Нагла, но тут я с ним совершенно не согласен. Как мы уже видели, невнимание общества к армии, появляющееся в силу того, что у людей нет прямой заинтересованности в ее судьбе, привело к нарастанию стратегических и ведомственных проблем.

«Люди, которых не касается война (или им так кажется), вряд ли будут о ней задумываться», — написал в 2012 году Эндрю Басевич. Его война коснулась непосредственно — он воевал во Вьетнаме, а в Ираке погиб его сын. «Убедившись в том, что никаких ставок в этой игре у них нет, они позволят государству делать все, что оно пожелает».

Майк Маллен полагает, что сблизить американцев с армией можно за счет сокращения регулярных войск. Этот процесс уже идет. «Когда мы в следующий раз отправимся на войну, — сказал он, — на это должен дать свое согласие американский народ. Это значит, что миллионы непричастных людей станут к этому причастны. Тогда Америка сплотится и станет единой. Народ Америки не был на этих предыдущих войнах, и мы за это дорого заплатили».

Дистанцировавшись от военных, политики не говорят всерьез о том, угрожает ли США непосредственно хаос на Ближнем Востоке и в других местах, и обеспечена ли Америке большая безопасность, чем раньше (об этом в своей новой книге A Dangerous World? (Опасный мир?) пишут Кристофер Пребл (Christopher Preble) и Джон Меллер (John Mueller) из Института Катона). Подавляющее большинство гражданских американцев могут проявлять тройной цинизм по отношению к армии. Что значит «тройной»? Первое: «чествовать» военных, но не думать о них. Второе: «думать» о военных расходах, но на деле считать их программой стимулирования обеих партий. Третье: поддерживать «сильную» оборону, но исходить из того, что Соединенные Штаты намного сильнее любого противника, а поэтому бессмысленно беспокоиться о том, правильная ли у нас стратегия, вооружение и руководство.

Культурные проблемы, связанные с отрывом армии от народа, могут быть еще серьезнее. Генерал-майор ВВС в отставке Чарльз Данлап-младший (Charles J. Dunlap Jr.), преподающий на юридическом факультете университета Дьюка, размышлял об отношениях между гражданскими и военными большую часть своей службы в армии. В начале 1990-х, когда он был молодым офицером ВВС и учился в Национальном университете обороны (это было сразу после первой войны в Персидском заливе), ему вручили приз за лучшее студенческое эссе на тему воображаемого будущего под названием «The Origins of the American Military Coup of 2012» (Причины военного переворота в Америке в 2012 году).

Посылкой его работы стало предостережение, основанное на противоречии между усиливающимся преклонением перед военными и слабеющим доверием к большинству прочих государственных органов. Чем больше недовольства проявляли американцы по поводу своих экономических и социальных проблем, тем большее облегчение они почувствовали, когда компетентные мужчины в военной форме во главе с генералом Томасом Брутусом взяли, наконец, власть в свои руки. Как объяснил Данлап, одна из причин переворота заключалась в том, что военные очень сильно отдалились и изолировались от массовой культуры и различных ее течений, а поэтому начали смотреть на общество как на зарубежную территорию, которую можно завоевать, чтобы потом управлять ею.

Недавно я спросил Данлапа, насколько реальный мир в Америке после 2012 года соответствует его вымышленному сценарию.

«Я думаю, мы вскоре станем свидетелями возрождения того явления, которое всегда присутствовало в коллективной американской психологии, - сказал он. — Это так называемый доброкачественный антимилитаризм». Он станет обратной стороной рефлексивного милитаризма последних лет. «Люди не ценят то, в какой беспрецедентной ситуации они находятся», — продолжил Данлап. В чем суть этой ситуации? Впервые в своей истории Америка обеспечила себе постоянное и достаточно прочное военное присутствие, которое формирует наши связи со всем миром и серьезно влияет на нашу экономику. Однако людей в составе нашей армии в годы «ее возмужания как профессиональной и добровольческой силы» было недостаточно для того, чтобы соразмерно представлять страну, которую они защищают.

«Это становится все больше похоже на трайбализм, — говорит Данлап о воюющей армии в нашей трусливо-воинственной стране, — в том смысле, что все больше военных приходят в армию из очень малочисленных групп населения. Служба превращается в семейную традицию, а это несколько противоречит нашим представлениям о том, как демократия распределяет общее бремя».

Люди из военного племени ощущают, что они одновременно стоят выше и ниже путаной гражданской действительности Америки. Ниже в том смысле, что на них сваливается вся нагрузка, что Америка без должного внимания относится к их жизни, к их трудностям, к их утраченным возможностям. А выше, потому что они в состоянии выдержать те трудности, которые мгновенно сломают их более слабых современников из числа современной молодежи.

«Я думаю, в армии есть очень сильное ощущение, что она гораздо лучше того общества, которому служит, — сказал Данлап. — И в этом есть определенный смысл». Любой служивший в вооруженных силах человек и члены семей военнослужащих понимают, что он имеет в виду. Хорошая физическая форма, требовательность к себе, исполнительность, аккуратность в одежде, самодисциплина — все это издавна превращало армию в то место, где имеющая неправильные взгляды на жизнь молодежь могла исправиться. Плюс к этому дух любви и верности товарищам, который в гражданской жизни существует только в спортивных командах. Оптимальное разрешение противоречий между военными и гражданскими ценностями состоит в том, чтобы понимающие племенную принадлежность к армии люди использовали свои сильные стороны за пределами военного племени. «То новое поколение, которое у нас появилось, — говорит Данлап о молодых ветеранах последних долгих войн, — эти лейтенанты и майоры, которые были царями-полководцами на своих маленьких форпостах; они в буквальном смысле принимали решения, от которых зависела жизнь людей. Такому поколению нельзя сказать: «Мы вас видим, но слышать не желаем»».

Кроме Моултона, в составе конгресса нынешнего созыва будет более 20 ветеранов Ирака и Афганистана, в том числе, новые сенаторы-республиканцы Том Коттон (Tom Cotton) из Арканзаса и Джони Эрнст (Joni Ernst) из Айовы. Среди тех 17, что уже работают там, есть члены палаты представителей демократы Тулси Габбард (Tulsi Gabbard) и Тамми Дакуорт (Tammy Duckworth), члены палаты представителей республиканцы Данкан Хантер (Duncan D. Hunter) и Адам Кинзингер (Adam Kinzinger), которые играют заметную роль в разработке политики в отношении ветеранов, а в 2013 году активно участвовали в дебатах на тему интервенции в Сирии. Габбард выступал решительно против такой интервенции, а некоторые ветераны-республиканцы были за — но все они представляли свои аргументы, основываясь на личном опыте и наблюдениях за тем, что дает результат, а что ведет к провалу. Моултон сказал мне, что главный урок, который он вынес из четырех назначений в Ирак — о важности службы, какой бы она ни была. По словам Моултона, прославленный капеллан Гарварда, ныне покойный Питер Гомес (Peter J. Gomes) убедил его в студенческие годы в том, что «верить» в армейскую и прочую службу недостаточно. Надо найти для самого себя способ для служения. Если не произойдут какие-то немыслимые перемены, то служба в Америке не будет подразумевать призыв. Однако Моултон заявляет, что он будет способствовать утверждению такой атмосферы, в которой служить захочет большее количество людей.

Несмотря на все различия в точках зрения и выводах, эти молодые ветераны похожи друг на друга в том, что они серьезно относятся к военным, а не просто их обожают. Подавляющее большинство американцев никогда не обретут их опыт и ощущения. Но мы можем извлечь уроки из этой серьезности, поняв, что военная политика заслуживает как минимум такого же внимания, какое мы уделяем налогам и школам.

Что это может означать конкретно? Для начала вот что. В конфиденциальном докладе на имя президента Обамы, подготовленном более трех лет назад, рабочая группа Гэри Харта изложила рекомендации по целому ряду практических вопросов. Это и необходимость создавать более малочисленные и маневренные подразделения, и изменения в национальной структуре военного командования, и разные подходы к вопросам недопущения распространения ядерного оружия. Там было три рекомендации о том, как страна в целом должна строить свои отношения с вооруженными силами. Вот они:

Назначить комиссию для анализа и оценки продолжительных войн. Эта комиссия должна беспристрастно сделать выводы из войн в Ираке и Афганистане, что касается характера нетрадиционных конфликтов с применением иррегулярных сил, структуры командования, эффективности разведки, культурных факторов коренного населения, подготовки местных вооруженных сил, а также результативности боевых частей и подразделений. Такая комиссия существенно расширит наши представления о том, когда, где и как осуществлять интервенции в будущем, и стоит ли их начинать.

Прояснить процесс принятия решений о применении силы. Такие критические решения, носящие сегодня ситуативный характер, должны приниматься системно соответствующими органами на основе надежной и убедительной информации с пониманием наших национальных интересов, основанных на реалиях 21-го века.

Восстановить отношения между гражданскими и военными. Президент как главнокомандующий должен разъяснять роль солдата гражданам и роль граждан солдату. Традиционные отношения между армией и гражданской частью населения ослаблены и плохо определены. Наши военные структуры все больше отдаляются от общества, которое они защищают, и между ними следует наладить гармоничные отношения.

Барак Обама, занятый другими делами, не нашел для этого времени. Но остальные должны его найти, если мы хотим с умом подходить к выбору войн и побеждать в них.

АНДРЕЙ СОЛДАТОВ


Французская система борьбы с терроризмом предполагает детальный и проработанный план ответа на террористическую угрозу. Однако он не помог предотвратить трагедию.
Он еще и едва ли не первый, принятый в Европе: еще в 1978 году французское правительство одобрило план Вижипират (Vigipirate) – список мер, предусмотренных на случай террористических кризисов. Его специфика - предупреждение террористических актов, кроме ядерных и воздушных, для которых существуют специальные планы ("Пиратэр" и "Пиратом"). План постоянно обновляется – если в конце семидесятых он предусматривал 40 возможных мер, то последняя редакция, от 6 января этого года, включает уже 307 мероприятий. Французы тоже несколько лет назад играли со шкалой угроз, но в конце концов вернулись к двум вариантам плана исходя из уровня угрозы – простой и усиленный. Последний вариант, который и был введен из-за бойни в Sharlie Hebdo, предусматривает участие армии.
Этот детально проработанный план помог, конечно, обезвредить террористов, но никак не помог предотвратить теракт.
Не только план был на месте, но и профессионализм французских спецслужб никем не ставится под сомнение. Они сработали вполне оперативно. Их единственной ошибкой (правда, серьезной) можно считать только то, что в случае с братьями Куаши, в ситуации, где не было заложников (спрятавшийся в типографии сотрудник, наоборот, помогал полиции информацией), когда все происходило в отдельно стоящем здании, планы которого были доступны спецподразделениям, то есть фактически в идеальной ситуации для штурма, французы не смогли взять братьев живыми.
Превентивные меры спецслужб – списки и базы данных на подозрительных лиц – также сработали. Нельзя сказать, что о братьях никто никогда не слышал – младший, Шериф, был осужден в 2008 году за участие в группировке, отправлявших рекрутов в Ирак, и оба брата были в американской базе TIDE (Terrorist Identities Datamart Environment), в которую вносятся лица, подозреваемые в террористической деятельности – эта база также известна как the US no-fly list, и внесенные в нее не могут летать американскими авиакомпаниями или пролетать через территорию США. Братья также были в аналогичной британской базе данных.
При этом у спецслужб была информация, что по крайней мере один из братьев, Саид, связан с крупной террористической организацией – он проходил обучение в Йемене в 2011 году в местной группировке, аффилированной с «Аль-Каидой». В общем, эта информация потом подтвердилась: в записи разговора с террористами телеканала BFM TV Шериф заявил, что их действия финансировала йеменская «Аль-Каида», а ахвативший кошерный магазин Кулибали подтвердил, что действовал скоординировано с братьями.
Но ни компетентные действия спецназа, ни базы данных, ни корректная разведывательная информация никак не помогли предотвратить теракт.
Есть разные версии, почему это случилось. Первая, очевидная, причина – ресурсы спецслужб были распылены, так как база подозреваемых исламистов во Франции оказалась слишком велика.
Вторая причина – это тактика террористов. Спецслужбы всего мира, работая по террористам, продолжают считать, что для теракта нужна взрывчатка. Это может быть взрывчатка из зоны военного конфликта в соседнем регионе, и тогда спецслужбы усиливают контроль границ, это может быть «грязная бомба», и спецслужбы бросают силы на контроль научных центров, где можно купить компоненты, и Интернета, где их можно продать, и т.п.
Вместо этого террористы использовали автомат Калашникова – это простое и эффективное средство, которое вполне может обеспечить то число жертв, которое нужно террористам для медийного эффекта.
Шесть лет назад, в декабре 2008 года, после теракта в Мумбаи, эксперты по терроризму заговорили о том, что тактика террористических групп снова изменилась. Вместо шахидов, подрывающих себя в публичных местах, вместо автомашин, напичканных взрывчаткой, в Индии была опробована простой способ американских психопатов, бегающих по кампусам университетов с автоматом.
Тогда, шесть лет назад, понадобилось организовать атаки одновременно на несколько объектов — и получился Мумбаи: более 180 погибших, четыре дня прайм-тайма по всем телеканалам. Кстати, при минимуме затрат и привлеченных ресурсов со стороны террористов: в операции участвовало всего десять боевиков.
Однако тогда многие посчитали, что скорее всего, эта тактика будет уделом развивающихся стран. Предполагалось, что для успеха подобных атак нужны несколько вещей, которые могут быть обеспечены только в Третьем мире. Например, наличие по соседству страны, где можно без помех организовать тренировочный лагерь для обучения боевиков военному делу (что требует больше времени и ресурсов, чем подготовка шахидов).
Пошло семь лет, и эта тактика пришла в сердце Европы.

Рейтинговое агентство Fitch понизило долгосрочный кредитный рейтинг России на одну ступень до уровня "ВВВ-". Сообщение об этом было размещено на сайте агентства. Это последняя ступень рейтингов инвестиционного уровня, рейтинг ниже "ВВВ-" на фондовом рынке считается "мусорным". Прогноз по рейтингу оставлен негативным, что означает возможность его дальнейшего снижения.

Причинами снижения рейтинга названы резкое падение рубля и цен на нефть, а также увеличение ключевой ставки до 17 процентов. Fitch отмечает, что негативное влияние на российскую экономику по-прежнему сохраняют западные санкции.

Fitch также ухудшило прогноз спада экономики России в 2015 году с 1,5 процентов до 4 процентов и теперь считает, что рост не возобновится до 2017 года. Согласно прогнозу агентства, средняя цена нефти в 2015 году составит 70 долларов за баррель, инфляция в России за год - 8,5 процентов, дефицит бюджета - 3,7 процента от ВВП.

В Москве назвали понижение российского рейтинга международным агентством Fitch политически ангажированным, сообщает ТАСС. По мнению неназванного правительственного эксперта, понижение России в рейтинге является "непартнерским, экономически абсолютно немотивированным".

Агентство Standard & Poor's в конце декабря поставило рейтинг России по заимствованиям в иностранной валюте ("ВВВ-") на пересмотр с возможностью понижения. Снижение рейтинга S&P на ступень также будет означать переход российских обязательств в неинвестиционную категорию.

Эйми Натт (Amy Ellis Nutt)("The Washington Post", США)


Родителям, терпеливо сидевшим на бесконечных музыкальных концертах и рисковавшим своим психическим здоровьем, заставляя детей упражняться на всех этих флейтах, кларнетах и скрипках, больше этого делать не придется. Теперь даже режущие ухо фальшивые ноты могут приносить пользу.

Занятия музыкой не только развивают у детей моторику, но и способствуют их эмоциональному развитию и поведенческому взрослению. К такому выводу пришли ученые, которые недавно провели одно из самых серьезных исследований, пытаясь понять, как игра на музыкальных инструментах влияет на развитие умственной деятельности.

На основе данных, полученных Национальными институтами здравоохранения США в рамках программы по изучению развития мозговой деятельности у здоровых детей с использованием магнитно-резонансной томографии (МРТ), ученые медицинского института Университета штата Вермонт провели исследование. Они проанализировали 232 томограммы здоровых детей в возрасте от шести до 18 лет, обращая особое внимание на развитие мозга у детей, играющих на музыкальных инструментах (вид музыкального инструмента в материалах исследования указан не был).

Профессор Джеймс Худзяк (James Hudziak), который преподает психиатрию в Вермонтском университете и руководит Центром детства, юношества и семьи, рассказывает: «Мы пришли к выводу, что чем больше ребенок играет на инструменте, тем активнее в коре головного мозга формируются такие функции, как концентрация внимания, способности преодолевать чувство страха, волнения и управлять эмоциями».

В процессе роста ребенка и по мере его развития кора головного мозга, то есть внешний слой, становится толще. Ранее профессор Худзяк с коллегами Мэтью Албо (Matthew Albaugh) и Эйлин Криэн (Eileen Crehan) обнаружили, что некоторые участки коры головного мозга могут утолщаться или истончаться под воздействием депрессии, агрессивного состояния или нарушения концентрации внимания. Однако новое исследование ученых, о котором сообщил в минувшем месяце журнал Американской академии детской и подростковой психиатрии, было посвящено другой теме.

«Я хотел изучить те положительные факторы, которые, по нашему мнению, способствуют развитию ребенка, — рассказывает Худзяк. — Меня удивило наличие в коре головного мозга регуляторных участков, управляющих эмоциями. Все мы знаем, что если поднимать гири, постепенно увеличивая нагрузку с 2,5 килограммов до 5 и затем до 7,5 килограммов, то бицепсы станут больше. Точно так же и с мозгом. Не стоит удивляться, что мозг тоже можно тренировать».

Поскольку в проведенном исследовании изучалось состояние мозга только умственно здоровых детей, Худзяк считает, что занятия музыкой окажет весьма существенное положительное влияние и на детей с нарушениями умственного и психического развития.

«И пусть у ребенка синдром дефицита внимания с гиперактивностью. Здесь может помочь именно то сильное волнение, которое связано с игрой на инструменте».

В прошлом году, вдохновленный результатами своего исследования, 56-летний Худзяк, который до этого никогда не играл ни на каких инструментах, решил учиться играть на скрипке.

«Я всегда считал, что такие эмоции помогают лечить детей, поэтому глупо не научиться играть самому», — говорит он.

И хотя музыка для него не единственное хобби, способствующее укреплению здоровья (Худзяк еще регулярно занимается спортом и медитацией), он уверен, что игра на скрипке улучшает его общее самочувствие. Правда, занятия музыкой пока не дали особых результатов, и хорошо играть на скрипке он не научился — во всяком случае, пока. Оценивая свои исполнительские навыки, этот психиатр-оптимист ограничивается лишь одним словом: «Ужасно!»

В воскресенье в Париже пройдет Республиканский марш в память о жертвах террористов, сообщает Le Monde. В нем примут участие президент страны Франсуа Олланд, лидеры европейских государств, руководители Евросоюза.

О желании присоединиться к маршу заявили канцлер Германии Ангела Меркель, премьер-министр Италии Маттео Ренци, премьер-министр Испании Мариано Рахой, президент Европейского Совета Дональд Туск, председатель Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер.

"Я принял приглашение президента Олланда принять участие в демонстрации единства в Париже в воскресенье в поддержку ценностей Charlie Hebdo", - написал премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон.

В марше примет участие президент Украины Петр Порошенко. "В воскресенье я присоединюсь к народу Франции и президенту Олланду в марше единства в Париже. Мы должны сказать "НЕТ" терроризму и "ДА" свободе", - написал он в твиттере.

Ожидается, что в марше примут участие более миллиона человек. Премьер-министр Франции Мануэль Вальс заявил о серьезнейших мерах безопасности на Республиканском марше и призвал граждан не проявлять страха перед лицом террористической угрозы.

"Это будет гражданское большинство, которое выступит в защиту свободы, демократии и толерантности и против проявлений расизма и антисемитизма. Такое массовое выступление, единство - это лучший ответ на то, что происходит, - заявил Вальс. - Не стоит бояться. Это то, чего и добиваются террористы - страха, посеянного террором".

В среду исламистские террористы братья Шериф и Саид Куаши ворвались в офис редакции Charlie Hebdo и открыли огонь из автоматов Калашникова. Погибли 12 человек, в том числе главный редактор и основатели журнала. Убиты были и двое полицейских, которые охраняли редакцию в связи с полученными ранее угрозами, а также служащий здания, указавший нападавшим месторасположение редакции. Выйдя из здания, террористы вступили в перестрелку с полицией, а затем скрылись на автомобиле.

В четверг другой террорист Амеди Кулибали вступил в перестрелку с полицейскими в Монруже. Погибла сотрудница полиции.

В пятницу братья Куаши они наткнулись на блок-пост полиции в городе Даммартен-ан-Гоэле. Завязалась перестрелка, в которой четверо полицейских получили серьезные ранения. Еще семеро были ранены легко. Братья Куаши укрылись в здании компании Création Tendance Découverte. Сообщалось, что они захватили заложника. Позже выяснилось, что сотруднице компании удалось спрятаться внутри здания. Она не пострадала.

Около 13 часов в пятницу Кулибали захватил заложников в кошерном гастрономе в восточной части Парижа у Порт-де-Венсен. Террорист заявил, что убьет заложников, если будет начат штурм здания в Даммартен-ан-Гоэле.

Вечером бойцы спецподразделения французской жандармерии GIGN одновременно начали штурм обоих зданий. Все террористы были убиты. Однако Кулибали успел убить четырех заложников. Еще 15 человек были освобождены.

Вечером в среду десятки тысяч французов вышли на митинги солидарности с Charlie Hebdo. На следующие дни акции солидарности продолжались, несмотря на угрозы террористической атаки.

Продолжение...

Джеймс Фэллоуз (James Fallows)("The Atlantic ", США)



В середине сентября, когда президент Обама отбивался от критики по поводу того, что ему надо было сделать больше, сделать меньше, или сделать нечто иное во время пересекающихся кризисов в Ираке и Сирии, он отправился во Флориду на авиабазу Макдилл в штаб Центрального командования. Там он обратился к военнослужащим, которым предстоит на практике осуществлять ту военную стратегию США, которая у нее появится.

Та часть президентской речи, что предназначалась для СМИ, включала доводы Обамы в пользу возобновления американского участия в иракских событиях спустя 10 с лишним лет после вторжения и последующих длительных и болезненных попыток как-то выпутаться из этой ситуации. Это были настолько важные новости, что многие кабельные каналы транслировали президентское выступление в прямом эфире. Я смотрел его по телевизору, когда сидел в чикагском аэропорту О'Хара в ожидании своего рейса. Когда Обама добрался до того раздела выступления, где ему предстояло объявить, намерен он или нет вводить американские войска в Ирак (тогда он не собирался этого делать), я заметил, что многие люди в аэропорту на непродолжительное время обратили внимание на его выступление. Как только этот раздел закончился, пассажиры вернулись к своим смартфонам, ноутбукам и булочкам с кофе, а президент продолжал бубнить у них над головами.

В обычных обстоятельствах я бы тоже дальше смотреть не стал, поскольку в публичных выступлениях наших руководителей перед военными очень много формализма и рутины. Но это шоу я решил досмотреть до конца. Обама несколько неестественно обратился к представителям разных видов вооруженных сил, присутствовавшим в толпе собравшихся. («Я знаю, у нас тут в зале есть некоторые представители ВВС!» — и так далее, на что соответствующие военные реагировали приветственными возгласами «Ура», согласно официальной стенограмме Белого дома.) Он заявил, что нация благодарна своим военным за их непрекращающееся участие в боевых действиях, за невиданные потери и нагрузки, которые они несут последние 13 лет в ходе бесконечных войн. Он заметил, что военные это зачастую лицо американского влияния в мире, что в 2014 году они отправились в Либерию на борьбу с распространявшейся эпидемией Эболы, что за 10 лет до этого их направили в Индонезию спасать пострадавших от катастрофического цунами. Он сказал, что «поколение героев 11 сентября» это лучшие из лучших в Америке, что американские вооруженные силы не только превосходят всех своих сегодняшних противников, но и являются — ни больше, ни меньше — «самой прекрасной боевой силой в мировой истории».

Если кто-то из моих коллег-пассажиров в этот момент еще слушал президентскую речь, то вида он не подавал и не реагировал. Да и зачем? Мы уже привыкли к тому, что именно так политики и пресса относятся к военным: неумеренные и дутые похвалы, никакой критики, никакого общественного скепсиса, как это бывает в отношении других американских институтов, особенно живущих на деньги налогоплательщиков. Торжественный момент, пауза, чтобы почтить память погибших. А потом все возвращаются к своим повседневным делам, за исключением нескольких людей в форме.

То отношение общества, которое я наблюдал в аэропорту, весьма заметно и среди его представителей в Вашингтоне. В тот же день 17 сентября палата представителей после непродолжительных дебатов проголосовала за поставку оружия и предметов снабжения для повстанческих сил в Сирии в надежде на то, что теперь они начнут активнее воевать против «Исламского государства», чем за него. На следующий день то же самое сделал сенат, а затем обе палаты ушли на каникулы после необычайно короткой и рекордно непродуктивной сессии конгресса, чтобы в следующие полтора месяца заниматься сбором средств и в полную силу вести избирательную кампанию. Я не помню ни единой промежуточной избирательной гонки за места в палате представителей и сенате, где вопросы войны и мира выходили бы на передний план, если не считать метафорические «войны против женщин» и «войны против угля». Это в отличие от программы здравоохранения Обамы, иммиграции, прав голоса, налоговых ставок, пугала Эболы и так далее.

Такое почтительное, но равнодушное отношение к военным (мы любим армию, но думать о ней не хотим) стало настолько знакомым, что мы сегодня воспринимаем его как норму. Однако это не всегда было так. Когда Дуайт Эйзенхауэр, будучи пятизвездным генералом и верховным главнокомандующим, вел за собой, наверное, по-настоящему самую прекрасную боевую силу в мировой истории, он не говорил о ней так напыщенно. Накануне высадки союзных войск он предупреждал подчиненных: «Перед вами стоит непростая задача, потому что наш противник хорошо подготовлен, хорошо вооружен и закален в боях». А на посту президента самым знаменитым заявлением Эйзенхауэра на тему армии стало его прощальное выступление, в котором он предупреждал о том, что может случиться, если политическое влияние военных будет безудержно расти.

В конце Второй мировой войны почти 10% американского населения находилось на действительной военной службе. Это значит, что в вооруженных силах состояли самые крепкие, физически годные мужчины определенного возраста (плюс небольшое количество женщин, которым было разрешено служить). На протяжении десятилетия после Второй мировой войны, когда в американских семьях был, по крайней мере, один человек в форме, политики и журналисты говорили об армии с восхищением, но без благоговения. Большинство американцев были достаточно хорошо знакомы с армией и уважали ее, но вместе с тем, прекрасно представляли себе ее недостатки, зная о них не меньше, чем о недостатках школьной системы, религиозных и прочих важных, но несовершенных институтов.

Сегодня американская армия это полная экзотика для большей части населения. Для ясности картины: сегодня на фермах живет очень немного американцев, однако их гораздо больше, чем представителей всех видов вооруженных сил и родов войск. (В стране 2,1 миллиона ферм, где проживает существенно больше четырех миллионов человек. В американской армии на действительной военной службе находятся около 1,4 миллиона человек, и еще 850 тысяч в резерве.) Остальные 310 с небольшим миллионов американцев «чтят» своих верных земле фермеров, но в целом не знают их. То же самое с армией. В этом году за границей будет учиться гораздо больше американской молодежи, чем придет на службу в войска. На учебу за рубеж уедут почти 300 тысяч студентов, а в армию возьмут менее 200 тысяч новобранцев. Америка как страна последние 13 лет непрестанно ведет войны. Но не как общество или население. За годы после 11 сентября в Ираке и Афганистане в целом служили около 2,5 миллиона американцев, причем многие из них неоднократно. Это примерно три четверти от одного процента.

Разница между прежней Америкой, которая знала свою армию, и Америкой современной, которая просто восхищенно глазеет на своих героев, находит яркое отражение в поп-культуре и СМИ. Когда шла Вторая мировая война, ее самыми известными хроникерами были репортер информационного агентства Scripps Howard Эрни Пайл (Ernie Pyle), рассказывавший о повседневном мужестве военных и об их тяготах и лишениях (пока его ближе к концу войны не убил японский пулеметчик на острове Лешима), и карикатурист Stars and Stripes Билл Молдин (Bill Mauldin), высмеивавший бестолковых и далеких от окопной правды генералов, которым он противопоставлял солдат-остряков Вилли и Джо.

Американская популярная и высокая культура относились к нашей последней войне на основе массовой мобилизации с глубоким уважением и гордостью, но также с критикой и шутками. Это видно по пьесе «Мистер Робертс», по мюзиклу «Юг Тихого океана», по книге «Уловка-22», по военной драме «Бунт на «Кейне»», по роману «Нагие и мертвые» и по кинокартине «Отныне и во веки веков». Коллективные достижения армии были настоящим героизмом, но военнослужащие и командиры были реальными людьми из реальной жизни, со своими слабостями и причудами. Спустя 10 лет после окончания войны самым популярным телесериалом на военную тему стало «Шоу Фила Силверса» о проходимце в военной форме сержанте Билко. В роли Билко Силверс стал популярной и даже легендарной фигурой американской комедии положений, этаким любимым всеми хвастуном, каким до него был Джеки Глисон в «Новобрачных», а сегодня стал Гомер Симпсон из мультфильма «Симпсоны». «Гомер Пайл, американская морская пехота», «Герои Хогана», «Флот Макхэйла» и даже ставший анахронизмом фильм про дикий Запад «Эскадрон F» — все это были ситкомы, действие которых разворачивалось в войсках, а главными отрицательными героями — мошенниками, стукачами, а иногда идеалистами — были люди в форме. Американская культура чувствовала себя настолько легко и просто в военной среде, что могла шутить над армией. Сейчас такое трудно себе представить за пределами вооруженных сил.

Фильм Роберта Олтмана 1970 года «Военно-полевой госпиталь» явно был о вьетнамской войне, которая в то время вступила в свой самый непростой и кровопролитный период. (При обсуждении этой темы я всегда стараюсь отметить, что в то время подлежал призыву, но протестовал против войны, и в 20-летнем возрасте вполне законно, но специально провалился на медкомиссии. В 1975 году я рассказал эту историю в статье в Washington Monthly (What Did You Do in the Class War, Daddy?) Но действие картины «Военно-полевой госпиталь» происходит в начале 1950-х на войне в Корее, и тем самым, ее мрачный юмор по поводу некомпетентности военных и начальства несколько дистанцировал ее от острых разногласий по поводу Вьетнама. (Ей предшествовал довольно пресный фильм с Джоном Уэйном «Зеленые береты». Это картина в защиту Вьетнамской войны, снятая в 1968 году. То, что мы сегодня считаем классикой кино о войне во Вьетнаме, появилось только в конце 1970-х, когда были сняты картины «Охотник на оленей» и «Апокалипсис сегодня».) Телеверсия фильма Олтмана, шедшая на экранах с 1972 по 1983 годы, это более простой и прямой ситком, снятый по образу и подобию сержанта Билко. Все это говорит о том, что культура в те времена была достаточно близка к армии, и могла над ней пошутить и посмеяться.

Давайте перенесемся в настоящее, в эпоху иракской и афганской войн, когда все «поддерживают» нашу армию, но почти ничего про нее не знают. В поп-культуре, повествующей о ведущих наши нескончаемые войны людях, подчеркиваются их страдания и стойкость, а также тот долговременный вред, который может быть причинен им войной. Самый наглядный тому пример это «Повелитель бури», а также «Уцелевший», «Рестрепо», проживший недолгую жизнь сериал 2005 года «Там, на войне» и идущий сегодня сериал «Чужой среди своих». Кто-то вспоминает триллеры типа «24 часа» и «Цель номер один», якобы являющиеся очень правдивыми. В них военные и сотрудники разведки показаны смелыми и отчаянными людьми. И хотя в этих драмах на первый план выводится ущерб, который военным и гражданским наносит бесконечная война как на поле боя, так и потом, в них нет той комфортной близости с военными, которая позволила бы задавать вопросы о компетентности людей в погонах точно так же, как людей из других институтов.

Конечно, поле боя это отдельная сфера, о чем свидетельствует военная литература со времен Гомера. Но сегодня дистанция между гражданской Америкой и ее вечно воюющей армией огромна. В прошлом году писательница Ребекка Франкель (Rebecca Frankel) опубликовала книгу War Dogs (Собаки войны) о собаках и их проводниках, которые сыграли важную роль в Ираке и Афганистане. По ее словам, она выбрала эту тему отчасти из-за того, что собаки это некая общая точка привязки между военными и гражданскими. «Когда мы не можем найти эту человеческую связь в отношении войны, когда мы не можем показать или представить себе этот далекий мир военных действий, рабочие военные собаки становятся мостом, позволяющим преодолеть возникшую пропасть», — написала Франкель в предисловии к своей книге.

Это чудесная книга, и связь через собак лучше, чем полное отсутствие связи. Но … собаки! Во время предыдущих американских войн общие точки привязки были человеческими, а не собачьими. Отцы и сыновья в опасности, матери и дочери, работающие на оборонных предприятиях или тоже носящие военную форму. На протяжении двух десятилетий после Второй мировой войны регулярные вооруженные силы были настолько велики, а дети эпохи Великой депрессии настолько малы, что у большинства американцев была прямая и непосредственная связь с армией. Среди людей постарше из поколения беби-бума, тех, что родились до 1955 года, как минимум у 75% был близкий родственник в погонах — брат, сестра, отец, мать, супруг, супруга, ребенок. Среди американцев, родившихся после 1980 года, лишь каждый третий имеет близкую связь с людьми, обладающими опытом военной службы.

Самой язвительной сатирой на ирако-афганскую эпоху является роман Бена Фаунтина (Ben Fountain) Billy Lynn’s Long Halftime Walk (Долгая прогулка Билли Линна). Это пример и анализ наших пустых ритуалов под лозунгом «Спасибо за службу, герои». Роман повествует об армейском взводе, сильно потрепанном в Ираке. Уцелевших солдат привозят на родину и чествуют как героев в перерыве игры «Далласских ковбоев», которую показывают по телевидению на всю страну в День благодарения. Их одобрительно хлопают по спинам, в их честь произносит тост магнат из VIP-ложи, с ними флиртуют девушки из группы поддержки. Их «передают по кругу как любимый кальян для курения марихуаны», думает один из солдат по имени Билли Линн. А потом их отправляют обратно на фронт.

Люди на стадионе чувствуют себя прекрасно. Как же, они выразили свою поддержку военным! Но с точки зрения военных, этот спектакль выглядит иначе. «Есть какая-то грубость и бездушие в действиях его сограждан-американцев, какая-то алчность, экстаз, зуд, идущий изнутри, из самых глубоких потребностей, — передает рассказчик сокровенные мысли Билла Линна. — У него такое ощущение, что всем им что-то нужно от него, этой своре небогатых адвокатов, дентистов, футбольных мамаш-болельщиц, вице-президентам корпораций. Что все они хотят оторвать себе кусок от этого едва повзрослевшего бойца, зарабатывающего 14, 8 тысячи долларов в год». За свой роман Фаунтин в 2012 году получил премию Национального кружка книжных критиков (National Book Critics Circle Award) в категории «художественная проза». Но это никак не поколебало уверенность мейнстрима в правоте своих действий, направленных на то, чтобы каждый сознательный и совестливый человек продолжал «салютовать героям», в большей степени поднимая уважение к себе, нежели уважение к военным. Слушая Обаму в тот день в аэропорту, вспоминая книгу Фаунтина и наблюдая за царившей вокруг меня суетой, я подумал: историки когда-нибудь воспользуются теми отрывками президентской речи, на которую реагировали американцы, чтобы объяснить нравы и дух нашего времени.

1. Трусливо-воинственная нация

Если бы я писал эту историю сейчас, я бы назвал ее «Трусливо-воинственная нация», взяв за основу насмешливое название для тех, кто не жаждет попасть на войну, когда на нее идут другие. Это была бы история о стране, готовой на все что угодно для своих вооруженных сил — кроме серьезного отношения к ним. В результате с нашей армией произошло то, что случается со всеми организациями и институтами, которые не подвергаются серьезным внешним проверкам и не имеют связи с обществом. Люди со стороны относятся к военным с чрезмерным почтением и в то же время с высокомерной бесцеремонностью — как будто отношение к ним как к героям является некоей компенсацией за их бесконечное участие в войнах, где невозможно победить. Тем самым, мы лишаем армию того политического внимания, которое уделяем другим крупным государственным институтам, от здравоохранения и образования до охраны окружающей среды. Тональность и размах общественных дебатов по этим вопросам вряд ли может внушать оптимизм. Но в демократических странах бурные дебаты в итоге наносят меньше вреда, чем наше попустительство, когда мы позволяем важным органам работать на автопилоте, как это сегодня делает наша армия. Трусливо-воинственная нация скорее всего будет продолжать войну, постоянно в ней проигрывая, в отличие от другой страны, которая решает вопросы долгосрочной эффективности.

Американцы восхищаются армией так, как они не делают в отношении других институтов. За прошедшие 20 лет резко снизилось уважение к судам, школам, прессе, конгрессу, организованной религии, крупному бизнесу и буквально ко всем прочим институтам современной жизни. За исключением армии. Доверие к военным резко возросло после 11 сентября и остается на очень высоком уровне до сих пор. Прошлым летом Институт Гэллапа провел социологический опрос, три четверти участников которого выразили «большое» или «существенное» доверие к военным. Примерно треть выразила такое же доверие к медицинской системе и лишь 7 процентов к конгрессу.

Такое безграничное благодушие по отношению к нашей армии, а также слишком слабое представление о трагических последствиях следующей войны, если там что-то пойдет не так, являются неотъемлемой частью готовности американцев ввязываться в один конфликт за другим, беспечно полагая, что мы в любом случае победим. «Чувствовали ли мы, что Америке небезразлично, как мы живем и воюем? Нет, не чувствовали», — рассказал мне о своих ощущениях во время иракской войны морской пехотинец Сет Моултон (Seth Moulton). Моултон пошел в армию, окончив в 2001 году Гарвард. По его словам, он считал, что в момент, когда многие его однокашники направляются на Уолл-стрит, ему следует показать пример общественного служения. Он был против вторжения в Ирак, но в итоге побывал там четыре раза из чувства долга перед своими товарищами. «Америка была очень разобщена. Мы гордились тем, что служим, но мы знали, что являемся маленькой группой людей, делающих работу за всю страну».

Моултон, как и многие другие участники боевых действий в Ираке, рассказывал мне, что если бы у членов конгресса, у деловой элиты и у руководителей СМИ было больше детей в военной форме, они вообще вряд ли начали бы иракскую войну. Будучи уверенным в том, что элита действует бесконтрольно, ни перед кем не отчитываясь, Моултон, находясь в Ираке, решил после увольнения из армии заняться политикой. «Я хорошо помню этот момент, — рассказал он мне. — Это произошло после трудного дня в Наджафе в 2004 году. Молодой морпех из моего взвода сказал: “Сэр, вам надо когда-нибудь баллотироваться в конгресс, чтобы снова не случилось этого дерьма”». В январе Моултон займет должность члена палаты представителей от демократической партии, которая выдвинула его по шестому округу Массачусетса, что севернее Бостона.

То, о чем рассказал мне Моултон, это стремление создать некую подотчетность и контроль. Поражает, насколько редки такая подотчетность и контроль в наших сегодняшних войнах. Хиллари Клинтон поплатилась за свое решение проголосовать за начало войны в Ираке, поскольку это дало благоприятную возможность мало кому известному Бараку Обаме баллотироваться против нее в 2008 году. Джордж Буш-младший, чья популярность, как и у большинства экс-президентов, увеличивается тем больше, чем дольше он находится не у власти, сыграл бы более заметную роль в общественно-политической жизни страны, если бы не иракский тупик. Но эти два случая являются исключениями. Большинство прочих государственных деятелей, начиная с Дика Чейни и кончая Колином Пауэллом, оставили Ирак позади. Отчасти это вызвано решением администрации Обамы с самого начала «смотреть вперед, а не оглядываться назад», не думая о том, почему все пошло так плохо на американских войнах в Ираке и Афганистане. Но сохранять такую навязанную силой воли амнезию было бы труднее, если бы большее количество американцев почувствовало, насколько негативно отразился на них исход тех войн. Наши генералы, наши политики и большинство наших граждан не понесли никакой ответственности за военный провал, не испытали на себе никаких последствий от неудач. А это опасно – и такая опасность будет тем больше усиливаться, чем дольше она сохраняется.

Наши вооруженные силы это самая хорошо оснащенная боевая сила в истории. И самая дорогостоящая — расходы на нее несопоставимы с другими. По всем меркам, сегодняшняя профессиональная армия лучше подготовлена, мотивирована, а также более дисциплинирована, нежели в те годы, когда существовал призыв. Ни один приличный человек, как-то связанный с сегодняшней армией, не может не испытывать к ней чувств уважения и благодарности за то, что делают наши военные.

Однако эту мощную боевую силу регулярно побеждают менее современные, хуже оснащенные и практически никем не финансируемые враги. Либо же она одерживает победы в отдельных стычках и боях, а потом проигрывает или вязнет в войне в целом. Точных цифр не знает никто, и на сей счет есть масса разногласий, но 12 лет войн в Ираке, Афганистане и соседних государствах, стоили нам как минимум 1,5 триллиона долларов. А Линда Билмс (Linda J. Bilmes) из Гарварда недавно подсчитала, что общие затраты могут быть в 3-4 раза выше. Вспомним, что когда конгресс обсуждал вопрос о начале войны в Ираке, глава экономического совета Белого дома Лоуренс Линдси (Lawrence B. Lindsey) был вынужден уйти в отставку из-за того, что рассказал The Wall Street Journal о том, что общие затраты могут составить от 100 до 200 миллиардов долларов. Практика показала, что США часто за год тратили больше этой суммы.

С точки зрения стратегии и человеческих потерь, это сгоревшие доллары. «В данный момент совершенно очевидно и бесспорно, что американская армия в Ираке не достигла ни одной из своих стратегических целей, - написал недавно в блоге Best Defense бывший офицер военной разведки Джим Горли (Jim Gourley). — Если оценивать ситуацию по тем целям, которые были поставлены военным командованием, то война закончилась полным поражением наших вооруженных сил». За 13 лет непрерывных боевых действий в соответствии с решением конгресса о применении вооруженных сил (это самый долгий военный период в истории США) американские войска добились одного явного стратегического успеха: провели операцию по ликвидации Усамы бен Ладена. Многочисленные тактические победы, от свержения Саддама Хусейна до союза с племенными лидерами суннитов, в результате чего удалось провести наращивание группировки в Ираке, показали, что американские военнослужащие обладают и храбростью, и соответствующими навыками. Но все это не принесло долговременной и прочной стабильности этому региону, а также не способствовало продвижению там американских интересов. Когда боевики ИГИЛ захватили значительную часть иракской территории, сложившие оружие и бежавшие от них солдаты были из той самой национальной армии Ирака, которую американские советники за большие деньги, но очень неэффективно готовили на протяжении пяти с лишним лет.

«Мы уязвимы, — написал во время летних дебатов на тему борьбы с ИГИЛ журналист Уильям Грейдер (William Greider), — потому что наша уверенность в непреодолимом превосходстве все глубже втягивает нас в конфликты, в которых невозможно победить». А поскольку армия изолирована от общества, нарушен процесс разработки выводов и уроков из этих поражений. Последней войной, которая закончилась победой, хотя бы отдаленно напоминающей цели довоенного планирования, стал непродолжительный конфликт в Персидском заливе 1991 года.

После войны во Вьетнаме пресса и публика зашли слишком далеко, обвиняя военных в том, что было системным провалом стратегии и ее исполнения. Но военные сами признали свои недостатки, и целое поколение реформаторов после войны постаралось понять существующие привычки и изменить их. В 1978 году ветеран военной разведки по имени Ричард А.Габриэль (Richard A. Gabriel) совместно с Полом Сэвиджем (Paul L. Savage) опубликовал книгу Crisis in Command: Mismanagement in the Army (Кризис командования. Неумелое управление в армии), в которой авторы объясняют многочисленные провалы во Вьетнаме забюрократизированным стилем военного руководства. Три года спустя армейский офицер под литературным псевдонимом Цинциннатус (позднее выяснилось, что это подполковник Сесил Карри (Cecil B. Currey), служивший в резерве военным священником) написал работу под названием Self-Destruction: The Disintegration and Decay of the United States Army During the Vietnam Era (Саморазрушение. Развал и упадок американской армии в эпоху Вьетнама), в которой он связал проблемы Вьетнамской войны с нравственными и интеллектуальными изъянами профессиональных военных. По поводу книги возникли острые споры, но она запомнилась. В статье об этой книге, появившейся в Air University Review, говорится, что «доводы автора безупречны», и что структура военной карьеры «развращает тех, кто служит; эта система изгоняет самых лучших, а вознаграждает только подхалимов».

Сегодня мы часто слышим суждения такого рода из уст военных, а порой и политиков — но только в частном порядке. Мы больше не говорим публично таким языком о своих героях, в результате чего контроль над профессиональной армией существенно ослаб по сравнению с предыдущими войнами. Военный историк Уильям Линд (William S. Lind) в 1990-е годы участвовал в разработке концепции под названием «Война четвертого поколения», в которой говорится о борьбе с партизанами, боевиками, террористами и прочими «негосударственными» группировками, которые не желают воевать так, как это делают традиционные армии. Недавно Линд написал следующее:

Самое любопытное в наших четырех поражениях в войне четвертого поколения — а это Ливан, Сомали, Ирак и Афганистан — это полное молчание американского офицерского корпуса. Поражение во Вьетнаме воспитало поколение военных реформаторов …. Сегодня на этом поле пустота. Не слышно ни единого голоса военных с призывом к осуществлению вдумчивых и содержательных изменений. Просто просят больше денег, и все.

Во время и после успешных американских войн, и конечно после противостояния в Корее и поражения во Вьетнаме, лидерские качества профессиональных военных и их суждения часто подвергались критике, и это считалось естественным. Грант спас Союз, а Маклеллан чуть ли не устроил диверсию против него — но он стал единственным генералом, которого Линкольну пришлось убрать с дороги. Что-то похожее случалось во многих войнах, включая Вьетнам. Некоторые командиры были хороши, некоторые плохи. А сейчас в рамках публичной дискуссии все они превращены в героев. Как написал в этом журнале в 2012 году Томас Рикс (Thomas Ricks), в войнах прошедшего десятилетия «участвовали сотни армейских генералов, но военное командование не уволило ни одного их них за неэффективность в бою». По его словам, это не просто радикальный отход от американской традиции, но и «важный фактор поражений» в наших последних войнах.

Отчасти такие изменения произошли из-за того, что общество, находящееся в полной безопасности, не настаивает на подотчетности армии. Отчасти это вызвано тем, что законодатели и даже президенты признают: спорить с профессиональными военными рискованно и почти бесполезно. Если президенты в последнее время и снимали офицеров с должностей, то делали они это обычно в связи с обвинениями в недостойном поведении, сексуальных скандалах, финансовых нарушениях и прочими дисциплинарными проступками. Здесь уместно вспомнить двух знаменитых четырехзвездных генералов, которые сами ушли в отставку, не дожидаясь решения Обамы о их увольнении: это Стэнли Маккристал, командовавший международными силами в Афганистане, и Дэвид Петреус, ставший директором ЦРУ после должности командующего Центральным командованием. Доказывающее общее правило исключение случилось 12 лет назад, когда высокопоставленный гражданский руководитель напрямую обвинил четырехзведного генерала в военной некомпетентности. Давая показания в конгрессе накануне войны в Ираке, генерал Эрик Шинсеки (Eric Shinseki), занимавший в то время должность начальника штаба сухопутных войск, сказал, что для успешной оккупации Ирака может понадобиться гораздо больше войск, чем предусмотрено планами. Тогдашний заместитель министра обороны и начальник Шинсеки Пол Вулфовиц (Paul Wolfowitz) публично высмеял его, назвав взгляды своего подчиненного «нелепыми» и «абсолютно неверными». С тех пор Вулфовиц и его начальник, министр обороны Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) начали демонстративно притеснять Шинсеки.

В том случае генерал был прав, а политики ошибались. Но сегодня военные гораздо чаще и намного искуснее дистанцируются от многочисленных военных провалов, причем даже в тех случаях, когда они ошибаются. Отчасти такой сдвиг в связях с общественностью носит антропологический характер. Большинство освещающих вопросы политики репортеров любят этот процесс и политиков, которым тоже нравится эта работа. А это одна из причин, почему большинство (как и вся страна) намного снисходительнее относилось к любящему взводить курок и воинственному Биллу Клинтону, нежели к «холодному» и «настороженному» Бараку Обаме. Но политические репортеры всегда охотятся за ляпами и скандалами, посредством которых можно сбить цель, и им кажется, что они при этом действуют в интересах общества.

Большинство освещающих военные вопросы репортеров любят этот процесс и не могут не любить или как минимум не уважать тех, о ком они пишут и говорят. Это физически сильные и выносливые люди, привыкшие говорить «сэр» и «мэм»; они прошли такие испытания, с которыми никогда не столкнется большинство гражданских; они являются составной частью дисциплинированной и кажущейся бескорыстной группы людей и вполне естественно вызывают уважение. Сознательно это делается или нет, но военные получают существенную поддержку в сфере формирования общественного мнения в связи с современной практикой назначать офицеров в середине их карьеры в различные аналитические центры, в аппарат конгресса и на обучение по различным образовательным программам по всей стране. Для университетов военные студенты (так сказал мне декан одного факультета государственной политики) это «улучшенная версия иностранного студента». То есть, они старательно учатся, регулярно и полностью платят за свое обучение, и в отличие от студентов из-за рубежа, у них нет языкового барьера, сложностей в адаптации к американскому образу жизни с его общением в аудитории и обменом мнениями. В большинстве стран к студентам-воинам относятся с уважением, а эти программы позволяют свести в одном месте обычно скептически настроенную американскую элиту и людей типа молодого Колина Пауэлла, который, будучи в 34-летнем возрасте подполковником, после службы во Вьетнаме получил стипендию от Белого дома. Или Дэвида Петреуса, который свою докторскую степень в Принстоне получил спустя 13 лет после выпуска из Вест-Пойнта.

Но как бы американцы ни «поддерживали» и ни «уважали» военных, они оторваны от них, а такая оторванность неизбежно ведет к принятию опасных решений, чего публика почти не замечает. «Меня очень беспокоит этот усиливающийся разрыв между американским народом и нашей армией», — сказал мне недавно адмирал в отставке Майк Маллен (Mike Mullen), который при Буше, а затем при Обаме занимал должность председателя объединенного комитета начальников штабов (и который в процессе военной службы учился в Гарварде в школе бизнеса). Военные это люди «профессиональные и способные», заявил он, но «я бы пожертвовал частью этих превосходных качеств ради того, чтобы армия была ближе к американскому народу. Все меньше и меньше людей знакомы с военнослужащими. Просто сейчас стало слишком легко отправиться на войну».

Граждане замечают, когда происходит рост преступности, когда снижается качество школьного обучения, когда питьевая вода становится небезопасной или когда государственные ведомства перестают функционировать должным образом. Но изменения в лучшую и в худшую сторону в армии замечают немногие. Страна слишком редко и слишком хорошо думает о том одном проценте, который ради нас находится под огнем.

АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН — первый вице-президент Центра политических технологий



За последний год Россия, на первый взгляд, эволюционировала в направлении традиционного общества, существующего в условиях «уваровской триады» — православия, самодержавия и народности. Бердяев и Ильин возведены в ранг классиков, в Манеже вслед за «Романовыми» прошла выставка «Рюриковичи». Если в 2013 году в Александровском саду был открыт памятник патриарху Гермогену, то в нынешнем рядом поставлен монумент Александру I (к 200-летию взятия Парижа не успели, так что открывать пришлось в конце года). А около Академии Генштаба на юго-западе только что воздвигнут конный памятник генералу Скобелеву — не такой эффектный, как его предшественник, стоявший на месте нынешнего Юрия Долгорукого и снесенный в 1918 году (нет постамента в виде русской печки и солдатских фигур), но все равно весьма внушительный.
Гермоген мужественно противостоял полякам, Александр брал Париж (этому событию посвящен один из барельефов памятника; про основание лицея, видимо, забыли), Скобелев завоевывал Среднюю Азию и спасал братьев-болгар, через несколько десятилетий воевавших против России в Первую мировую. Кстати, и памятник героям этой войны был открыт в нынешнем году в Москве — на Поклонной горе.
Военно-патриотическая история переживает свой расцвет — и в то же время не трогает сердца людей, ни элиты, ни народа. Как многочисленные канонизации святых перед Первой мировой войной не приводили к повышению религиозности населения, что подтвердилось через несколько лет, когда в годы гонений у Церкви нашлось немного защитников. Те же московские рабочие, которые шли поглазеть на торжественное причисление к лику святых того же патриарха Гермогена в 1913 году, спустя несколько лет с удовольствием ходили на митинги — слушать Ленина и Троцкого.
Нынешняя ситуация не слишком отличается от тогдашней. И дело даже не только в том, что среднестатистический москвич способен заплутать в трех Александрах, правивших страной в позапрошлом веке (который представляется почти таким же далеким, как Куликовская битва). Просто единственной войной, которая вызывает сильные чувства, является Великая Отечественная, великая победа и великая трагедия. А все остальное — это забытые преданья старины, способные вызвать у населения некоторый интерес, иногда уважение, чаще равнодушие, но не отрадное мечтанье. Любители истории не в счет — их очень немного по сравнению с концом 80-х, когда люди бросились к первому тому Соловьева, чтобы узнать из него всю правду, ранее скрывавшуюся советским режимом. Открыли, посмотрели — и последующие тома долго оставались нераспроданными. Да что Соловьев, который действительно является трудным чтением, — красивые популярные издания пылятся на магазинных полках.
Но если дореволюционная Россия не может сойти за образец, то ситуация с Советским Союзом не выглядит столь однозначной. С одной стороны, среди населения распространена ностальгия по брежневскому «золотому веку», когда и очереди были не такими длинными и безнадежными, как после падения нефтяных цен в середине 80-х, и ассортимент в магазинах выглядел пооптимистичнее, и на деньги, еще не съеденные инфляцией начала 90-х, можно было купить кооперативную квартиру. При этом ностальгия распространяется и на молодежные группы, слушающие рассказы старших и воспринимающие СССР как современную Россию, к которой добавлены социальные гарантии, полная занятость и влияние в мире. Однако, в любом случае, желающих вернуть все советское немного – большинство ностальгирующих хотели бы исключить коммунистическую идеологию, полный запрет частной собственности и официальный атеизм.
С другой стороны, в элитах даже в несколько модифицированный Советский Союз с народным контролем и товарищескими судами возвращаться хотят очень немногие. Кому приятно, если к тебе в загородный дом явится комиссия общественников в сопровождении милиционера (с официальным статусом — попробуй не пусти!) и начнет выяснять, откуда деньги на скромное трехэтажное строение, когда дети Африки голодают. Тут и знаменитая 20-я статья Конвенции о противодействии коррупции покажется невинным развлечением.
Но совсем без ориентиров жить нельзя — пусть и неявных, подсознательных, никак публично не декларируемых. Представляется, что ориентиром для большинства российской элиты даже в условиях массированной антизападной пропаганды остается Америка — как и в начале 90-х. Только Америка не современная, прошедшая через бурный 1968 год, а «сконструированная» на основе советской культуры, прочитанных в детстве книг и учебников истории 70-х годов. То есть страна, управляемая солидными джентльменами в цилиндрах (из «крокодильских» карикатур), которым не стоит задавать нескромные вопросы об их доходах (это же коммунизм!). Способная в любую минуту послать канонерку в любую страну Латинской Америки и посадить в президентское кресло угодного политика (как в «Королях и капусте»). Крайне недружелюбная по отношению к реальным или потенциальным смутьянам, будь то негры в Алабаме или профсоюзники в Детройте. А также где люди в воскресенье чинно и респектабельно ходят в церковь (как в «Томе Сойере»), что не мешает им нарушать заповеди, если очень надо. В общем, что-то среднее между Марком Твеном, Джеком Лондоном и «Международной панорамой».
Понятно, что речь идет о давно не существующем обществе вкупе с представлениями советских людей об этом обществе, которого они никогда не видели. Но очень хочется быть большими и сильными, способными перевернуть шахматную доску во время проигрываемой партии. Проблема в том, что Америка столетней давности — это не только доктрина Монро, суд Линча и разгром леваков, но еще и общество беспрецедентной вертикальной мобильности, центр притяжения для иммигрантов со всего мира. Общество широких возможностей для изобретателей, которые коммерциализировали свои инновации, быстро становившиеся локомотивами промышленного роста. И общество, в котором уже тогда действовало антитрестовское законодательство, а пресса выступала в качестве разоблачителя противозаконных комбинаций. А миллионеры того времени оставили миру не только состояния, но и университеты, библиотеки и музеи, сделавшие Америку конкурентоспособной в культурно-образовательной сфере, в которой она отставала от «Старого Света».
В любом обществе есть светлые и темные стороны — проблема в том, что Россия заимствует те составляющие противоречивого американского опыта, которые чаще вызывают у современных американцев не энтузиазм, а стыд (как «маккартизм»). Причем в условиях, когда стремление выглядеть могущественным мировым игроком сочетается с явным тупиком сырьевой экономической модели, ставшим главной причиной кризиса, который к концу года стал очевидным явлением и для неисправимых оптимистов (санкции только обострили ситуацию, так как лишили возможности занимать деньги на мировых рынках для затыкания очередных дыр). Можно жить некоторое время в условиях иллюзий — но пробуждение обычно бывает тяжелым и болезненным.

KISS



Kiss — американская рок-группа, основанная в Нью-Йорке в январе 1973 года, играющая в жанрах глэм-рок, шок-рок и хард-рок и известная сценическими макияжами её участников, а также концертными шоу, сопровождающимися различными пиротехническими эффектами.

Kiss берёт корни от Wicked Lester, Нью-Йоркской рок-н-ролл и глэм-рок-группы, созданной Джином Симмонсом (уроженцем Хайфы, Израиль, настоящее имя Хаим Виц) и Полом Стэнли (получивший при рождении имя Стэнли Харви Айзен в Квинс, Нью-Йорк 20 января 1952). Wicked Lester, смешивавшие разные музыкальные стили, так и не добились успеха. Они записали один альбом, который был поставлен на полку Epic Records, и проводили концертные выступления. Ощущая необходимость нового направления для музыкальной карьеры, Симмонс и Стэнли покинули Wicked Lester в 1972 году и начали формировать новую группу .

В конце 1972 года Джин Симмонс и Пол Стэнли нашли объявление в журнале Rolling Stone, которое написал Питер Крисс (родившийся 20 декабря 1945 в Бруклине, Нью-Йорк), бывалый ударник клубной сцены Нью-Йорка, который был выходцем из группы Chelsea. Крисса прослушали и приняли в обновлённый состав Wicked Lester. Трио сфокусировалось на более жёстком стиле рока, чем тот, который играли Wicked Lester. Вдохновлённые театральностью New York Dolls, они также начали экспериментировать с имиджем, нося грим и различные костюмы[11]. В ноябре 1972 группа участвовала в прослушивании, устроенном им директором Epic Records Доном Элисом, в надежде заключить договор на сотрудничество. Хотя постановка прошла хорошо, Элису не понравился имидж группы и стиль их музыки. Он фактически их возненавидел, и когда уже собирался уходить — его обрыгал брат Крисса ].

В декабре 1972 года к группе присоединился гитарист Эйс Фрэйли (рождённый как Пол Дэниел Фрэйли 27 апреля 1951 в Бронксе, Нью-Йорк). Согласно книге Kiss & Tell, написанной лучшими друзьями Фрэйли, Gordon G.G. Gebert и Bob McAdams (который аккомпанировал Эйсу на прослушивании), эксцентричный Фрэйли впечатлил группу на первом прослушивании, хотя он и пришёл обутый в два разных ботинка (один красный, второй оранжевый) и начал только разогреваться на гитаре, в то время как группа слушала какого-то другого гитариста. Через пару недель Фрэйли присоединился к Wicked Lester, позднее коллектив был переименован в Kiss.

Стэнли придумал название тогда, когда они вместе с Симмонсом и Криссом ехали в Нью-Йорк в поезде. Крисс упомянул, что он участвовал раньше в группе Lips, тогда Стэнли спросил «Как насчёт KISS?» (Джин Симмонс вспоминает об этом на видео Exposed). Фрэйли создал текстовый логотип (где сделал буквы «SS» выглядящими как молнии), когда он пошёл рисовать слово Kiss поверх плаката Wicked Lester около клуба, в котором они собирались играть . Позже случайно обнаружилась визуальная схожесть этих букв-молний с руной Зиг, которую во время Второй мировой использовали в своей символике СС войска нацистов. В Германии данные символы употреблять запрещено, поэтому, чтобы избежать недоразумений, большинство альбомов группы, вышедших после 1979 в Германии, имели специальную редакцию обложки, в которой буквы «SS» походили на зеркально отражённые «ZZ». Слухи, обвинявшие Kiss в нацизме, были крайне нелепыми, так как Джин Симмонс — уроженец Израиля, а Пол Стэнли имеет еврейские корни, таким образом, два постоянных участника группы — евреи.

Согласно другим слухам, название группы является акронимом от названия Knights In Satan’s Service (с англ. — Рыцари на службе у Сатаны) или аббревиатурой от Keep It Simple Stupid, что на самом деле является акронимом программистов и появилось значительно позже, так что к Kiss как рок-группе никогда не приписывалось . Ни один из этих слухов не имеет никакой фактической основы, и группа последовательно отклонила их.

Идея макияжа принадлежала Полу Стэнли и Джину Симмонсу. Она была принята положительно и, используя театральный грим, каждый участник придумал себе свой уникальный макияж. Явное влияние на макияж имели увлечения участников вроде комиксов, фильмов ужасов и т. п. Джин Симмонс стал краситься в «Демона», Питер Крисс — в «Кота», Эйс Фрейли — в «Космического Туза» (Space Ace), а Пол Стэнли сначала стал «Звёздным Дитя» (Star Child), затем изменил имидж на «Бандита» (Bandit), но практически сразу вернулся к первоначальному варианту. Макияж каждого из участников в первые годы претерпел многочисленные изменения. Пожалуй, больше всего изменился макияж Питера Крисса, а наименее — макияж Эйса Фрейли, который, придумав свой образ, больше его не менял.

Первое выступление Kiss состоялось 30 января 1973 года для трёх зрителей в клубе Popcorn Club (вскоре переименованном в Coventry) в Квинс. В марте того же года группа записала своё первое демо на 5 песен с продюсером Эдди Крамером. Прежний ТВ-директор Билл Окойн (англ.)русск., видевший группу на нескольких концертах летом 1973 года, предложил им свои услуги менеджера в октябре. Kiss согласились с условиями, предложенными им Ойконом, и подписали контракт на запись в течение двух недель. 1 ноября 1973 года Kiss подписали первый контракт с известным поп-исполнителем и главой «Buddah Records» (англ.)русск. Нилом Богартом (англ.)русск. о сотрудничестве с его новым лэйблом «Emerald City Records» (который вскоре был переименован в «Casablanca Records») .

Группа пришла в Нью-Йоркскую студию Bell Sound Studios 10 октября 1973 года для записи их первого альбома. 31 декабря группа получила официальную возможность выступить в Academy of Music (Нью-Йорк), на разогреве у Blue Öyster Cult. На этом концерте Симмонс случайно поджёг свои волосы (которые были уложены спреем на спирту), когда в первый раз исполнял свой впоследствии популярный трюк «Огненное дыхание», в котором он набирал керосин в рот и выпускал струю огня .

Первый тур Kiss начался 5 февраля 1974 года в Эдмонтоне (Альберта, Канада) на Northern Alberta Jubilee Auditorium. Дебютный одноимённый альбом группы Kiss был выпущен 18 февраля. В тот же день группа впервые появилась на телевидении, исполнив композиции «Nothin' to Lose», «Firehouse» и «Black Diamond» на канале ABC в программе Dick Clark’s In Concert (выпущенной в эфир 29 марта). 29 апреля группа исполнила «Firehouse» на шоу The Mike Douglas Show. Эта трансляция включала первое интервью Джина Симмонса для телевидения. В беседе с Майком Дугласом, Симмонс объявил себя «воплощением зла», вызвав нервные смешки растерянной аудитории в студии. Гостья программы юмористка Тоти Филдз (англ.)русск. (настоящее имя София Фельдман) заметила, что было бы забавно, если бы под всей этой косметикой он оказался «милым еврейским мальчиком». Симмонс отразил выпад, ответив просто: «Вам ли не знать». «Да, я знаю. Крючок не спрячешь», — подтвердила Филдз, намекая на его нос.

Несмотря на публичность и постоянные туры, продажи первого альбома Kiss изначально составили всего 75 000 экземпляров. Тем временем группа и «Casablanca Records» быстро теряли деньги. Группа полетела в Лос-Анджелес в августе 1974 записывать второй альбом Hotter Than Hell, который издали 22 октября 1974 года. Единственный сингл «Let Me Go, Rock 'n' Roll» не добился успеха, и альбом остановился на позиции № 100 . С Hotter Than Hell, быстро теряющим позиции, Kiss были срочно сняты с тура для записи следующего альбома. Глава «Casablanca» Нил Богарт взялся за продюсирование нового альбома, собственноручно меняя мрачный и грубый звук Hotter Than Hell на более чистое звучание. Dressed to Kill, изданный 19 марта 1975 года, коммерчески удался гораздо лучше, чем Hotter Than Hell. Он также содержал одну из наиболее известных и популярных в будущем песен группы «Rock and Roll All Nite» .

Хотя альбомы Kiss и не продавались крупными тиражами, группа быстро приобретала статус самой зрелищной . Их концерты включали в себя множество разных трюков и уловок. Например, Джин Симмонс плевался «кровью» (на самом деле — смесью из йогурта, соков и пищевых красителей), взлетал при помощи тросов или «дышал огнём» (набирал в рот керосина и выпрыскивал его на факел); искры и дым (по отдельности) из концертной светящейся гитары Эйса Фрэйли во время его виртуозных соло (фейерверки, скрытые в грифе, и дымовые шашки, скрытые в магнитном усилителе гитары); поднимающаяся на высоту ударная установка с Питером Криссом, испускающая искры; Пол Стэнли, исполняющий сложные прыжки на своих 20-ти сантиметровых платформах и разбивающий гитару в стиле Пита Таунсенда; и множество пиротехники на протяжении шоу .

1975—1978: Расцвет

В конце 1975 Casablanca почти обанкротилась и Kiss угрожала потеря их контракта. Обеим сторонам был жизненно необходим финансовый прорыв, чтобы остаться на плаву. Этот прорыв принял необычную форму — записи живого концерта[21]. Kiss хотели выразить восторг, который ощущался на их концертах, и воодушевление, которое, к сожалению, для них не смогли передать их студийные альбомы, своим первым концертным альбомом. Выпущенный 10 сентября 1975 Alive! получил золотой статус и стал первым релизом Kiss, попавшим в Топ 40 синглов — с концертной версией «Rock and Roll All Nite». Это была первая версия песни «Rock and Roll All Nite» с гитарным соло, и эта запись успешно представила окончательную версию песни, затмив и вытеснив студийный оригинал . В поздние годы группа отмечала, что дополнительный шум толпы был добавлен альбому не чтобы обмануть фанатов, а для того, чтобы добавить больше «возбуждения и реализма» в шоу .

Успех Alive! не только дал Kiss прорыв, которого они искали, но и, возможно, сохранил лейбл Casablanca, который был близок к банкротству. Следуя этому успеху, Kiss стали партнерами с продюсером Бобом Эзрином, который прежде работал с Элисом Купером. Результатом стал Destroyer (выпущенный 15 марта 1976), самый амбициозный студийный альбом Kiss на сегодняшний день. Destroyer, полный различных звуковых эффектов (звук оркестра, хор мальчиков, ударные из лифта, вступление в стиле радиосообщения) отошёл от сырого и неотёсанного звука первых трёх студийных альбомов группы. В то время как альбом продавался хорошо и стал вторым золотым альбомом группы, он быстро терял позиции в чартах. Только когда баллада «Beth» была выпущена отдельным синглом, альбом вновь сделал скачок в продажах. «Beth» занял позицию № 7 в чартах, и этот успех восстановил и альбом, который получил платиновый статус к концу 1976 года.

В октябре 1976 Kiss появляются на The Paul Lynde Halloween Special, исполняя под фонограмму «Detroit Rock City», «Beth» и «King of the Night Time World». Для многих подростков это стало их первым воспоминанием драматического появления Kiss. В продюсировании шоу участвовал Билл Окойн. В дополнение к этой постановке Kiss был субъектом краткого комедийного «интервью», которое проводил лично Пол Линд (англ.)русск.. Интервью включало его высказывание, сделанное, когда он услышал имена участников группы:

«О, обожаю хорошие религиозные группы».

В течение следующего года были выпущены ещё два успешных альбома — Rock and Roll Over (11 ноября 1976) и Love Gun (30 июня 1977). В 1977 году был также выпущен и второй концертный альбом — Alive II, а именно 14 октября 1977 года. Все три альбома стали платиновыми вскоре после выхода в продажу. Между 1976 и 1978 Kiss получили 17,7 млн долларов с платежей за авторское право и издание музыки[24]. Опрос Gallup poll 1977 назвал Kiss самой популярной группой в Америке. В Японии Kiss исполнили пять гранд-шоу на арене Budokan, побив предыдущий рекорд в четыре, удерживаемый The Beatles.

В этот период продажи товаров под маркой Kiss стали существенным источником дохода для группы. Среди них были два комикса, изданных Marvel (первый из которых содержал краску, смешанную с кровью участников группы), игровой автомат для игры в пинбол, куклы, изображавшие музыкантов, наборы косметики «Kiss Your Face Makeup», маски для Хэллоуина, настольные игры и множество других сувениров. Между 1977 и 1979 годом продажи в мире приблизились к 100 млн долларов .

Сольные проекты участников
В 1978 году Kiss были на пике коммерческой популярности — Alive II стал четвёртым платиновым альбомом группы за два года, последовавший концертный тур имел наибольшее количество посетителей. Кроме того, их годовой доход за 1977 год составил 10,2 млн долларов. Kiss вместе со своим менеджером Биллом Окойном (англ.)русск. задумали вывести группу на новый уровень популярности. С этой целью ими была изобретена хитрая стратегия на 1978 год[26].

Первая часть предполагала одновременный выпуск четырьмя участниками группы своих сольных альбомов. Хотя группа жаловалась, что выпуск четырёх сольных альбомов предназначен для ослабления растущего напряжения с группой, их контракт за 1976 год призывал к изданию четырёх сольных альбомов перед масштабным изданием пятого альбома группы . Каждый альбом был исключительно сольным достижением для всех участников коллектива, а диски были помечены и изданы как альбомы группы Kiss (с похожими обложками и постерами внутри). Это был единственный случай, когда все четыре участника издали по сольному альбому в один день . Альбомы были названы просто, но со вкусом — Peter Criss, Ace Frehley, Paul Stanley и Gene Simmons.


Обложки четырёх сольных альбомов Kiss
Для участников группы это стало шансом продемонстрировать свои музыкальные вкусы и тенденции, стилевые наклонности вне Kiss: альбом Симмонса включал появление участников Aerosmith Джо Пэрри, Cheap Trick, Рик Нильсен (англ.)русск., диско-диву Донну Саммер, Боба Сигера, и позже — подругу Шер). Пластинки Стэнли и Фрейли были близки к тому хард-року и глэм-року, который игрался в Kiss, в то время как альбом Крисса включал элементы R&B и был насыщен балладами. Альбом Симмонса был наиболее эклектический, включая хард-рок, рок 60-х в лучших традициях Beatles, баллады и кавер-версию «When You Wish upon a Star» (из мультфильма «Пиноккио»).

В борьбе за сердца фанатов силы музыкантов оказались примерно равными, каждый из дисков к концу года разошёлся тиражом более 1 250 000 копий, а совокупный тираж превысил 5 миллионов экземпляров. Самым востребованным радиохитом стала песня из альбома Эйса Фрейли «New York Groove», добравшаяся до второй строки рейтинга продаж.

Второй частью задумки Kiss и продюсера стала съёмка фильма, в котором персонажи группы будут изображаться в качестве супергероев. Съёмки фильма были назначены на сентябрь 1978. Хотя фильм и задумывался как нечто среднее между «Вечер трудного дня» и «Звёздные войны. Эпизод IV. Новая надежда», окончательные результаты были крайне далеки от этих образцов. Сценарий многократно переписывался разными сценаристами, и группа (а особенно Крисс и Фрэйли) была разбита утомительными съёмками. Питер Крисс и вовсе отказался принимать участие в озвучке после съёмок, и был озвучен другим актёром .

Kiss Meets the Phantom of the Park, который продюсировала Hanna-Barbera, был показан по NBC 20 октября 1978 года. Несмотря на губительные рецензии критиков, фильм стал одним из лучших фильмов года и был впоследствии показан за пределами США в 1979 под названием Attack of the Phantoms. В поздних интервью группа вспоминает съёмки фильма как что-то необычное, забавное юмористическое и стыдно-смешное, однако, раздосадованные финальным результатом актёрского труда, они отмечали, что в фильме их показали больше как клоунов, нежели супергероев. Артистический провал фильма создал стену между группой и Окойном, на которого и списали всю вину .

1979—1983: Падение популярности
Первый альбом группы с новым материалом за два года Dynasty, вышедший 22 мая 1979 года, продолжил их платиновую полосу. Альбом содержал песню, ставшую впоследствии наиболее известным синглом и визитной карточкой группы — «I Was Made For Lovin' You». Песня, сочетающая в себе элементы жёсткого рока и популярной в то время музыки диско, стала хитом, вошедшим в топ-10 по всему миру (в США достигла наивысшего 11 места)[31]. Dynasty был записан с сессионным ударником Энтоном Фигом (англ.)русск., по просьбе продюсера Вини Понсия, который сильно сомневался в действительности ударных навыков Питера Крисса. Единственным вкладом Питера Крисса в альбом Dynasty стала песня «Dirty Livin'», которую он написал, сыграл на ударных и спел .

Объявленный как «Возвращение Kiss» (англ. The Return of Kiss), концертный тур Dynasty Tour согласно ожиданиям группы и менеджера должен был превзойти все предыдущие концертные туры в их истории. Согласно планам совместно с группой должен был ездить перевозной парк развлечений, выполненный в тематике Kiss и названный Kiss World (мир Kiss), но эта идея была заброшена, так как требовала слишком серьёзных средств и вложений для реализации . Концертный тур The Return of Kiss в результате стал не самым успешным туром в истории группы .

Такая же история повторилась и при записи следующего альбома, а после выхода Unmasked Крисс был официально вычеркнут из состава; все ударные на альбоме, так же как и на предыдущем, прописаны Энтоном Фигом. Но уже в мае 1980 года место постоянного ударника группы занял Эрик Карр. Диск имел относительно лёгкое звучание, и в результате впервые после Dressed To Kill команда осталась без платины. Спасти ситуацию был призван Боб Эзрин, однако сделанный под его руководством Music from «The Elder», с обилием струнных, духовых и синтезаторов, был довольно далёк от хард-рока, но был намного тяжёлее, чем предыдущий. В итоге Kiss лишились не только множества своих поклонников, но также Эйса Фрейли и Билла Окойна.

Осенью 1982 года вышел альбом Creatures of the Night, на котором группа вновь заиграла тяжёлую музыку, однако здесь сказалась инерция публики и коммерческий успех возвратить не удалось. Так же Эйс Фрейли не принимал участие в записи, хоть и значился на обложке как гитарист. А чуть позже из-за многочисленных разногласий с лидерами Kiss Джином и Полом, проблем со здоровьем и наркотиками, вовсе покинул группу. На его место был взят Винни Винсент, дебютировавший в туре, посвящённом 10-летию Kiss, и взявший себе сценический образ древнеегипетского бога.

1983—1995: Kiss без грима
В 1983 году для спасения своей популярности Kiss предприняли решительный шаг — они впервые показались на публике без грима. Эта акция принесла дивиденды, и альбом Lick It Up вернул команду на платиновые рубежи.

Три последующих альбома, как и Creatures of the Night, выдержанные с элементами глэм-метала, позволили группе закрепить успех. Уже весной 1984-го Винсента, не хотевшего идти на уступки всё тем же Джину и Полу, сменил Марк Сент-Джон, с ним группа приступила к записи новой пластинки Animalize. Но вскоре выяснилось, что из-за болезни связанной с кистями рук, Марк не сможет продолжить сотрудничество с Kiss, и на его место пришёл Брюс Кулик. В 1985 году выходит альбом Asulym, который являлся стилистически продолжением Animalize. В 1986 году Kiss немного притихли, а в 1987 увидел свет альбом Crazy Nights, на данной пластинке мы можем слышать множество фоновых клавиш, которые Kiss не использовали со времён Unmasked, в целом альбом получился достаточно интересный, хоть и немного лёгкий по сравнению с несколькими предыдущими пластинками. В 1988 была выпущена компиляция Smashes, Thrashes & Hits, содержавшая две новые песни от Пола Стэнли, на обе были сняты видео клипы.

К концу 1989 года вышел альбом Hot in the Shade, содержащий одну из знаменитых баллад группы «Forever», а в начале следующей декады команда получила серьёзный удар — 24 ноября 1991 скончался от рака Эрик Карр. Несмотря на утрату, Kiss с новым барабанщиком Эриком Сингером дописали альбом Revenge и прорвались с ним в горячую десятку.

В 1995 году во время одного из акустических концертов в рамках Convention Tour в Лос Анджелесе на сцену к Kiss поднялся Питер Крисс и спел совместно с группой песню «Hard Luck Woman». Сразу после этого вечера поползли слухи, что Крисс может вернуться обратно в группу. А в августе того же года Kiss выступали на шоу MTV Unplugged, где ближе к концу вечера к группе присоединились Эйс Фрейли и Питер Крисс. «Оригинальной четвёркой» были исполнены две песни: «2000 Man» и «Beth», а потом ещё две: «Nothin' To Lose» и «Rock And Roll All Nite», но уже вшестером (Пол Стэнли, Джин Симмонс, Брюс Кулик, Эрик Сингер, Питер Крисс и Эйс Фрейли).

1996—1999: Воссоединение в первоначальном составе
В начале 1996 года Kiss объявили о воссоединении оригинального состава. Первое публичное появление группы в полном классическом макияже состоялось 28 февраля на вручении премии Grammy Awards, где Kiss публике представил Тупак Шакур. Хотя сами музыканты поначалу сомневались в актуальности своей задумки, мировое турне, под названием Alive/Worldwide Tour, прошло с большим успехом. Первый же официальный концерт оригинальной четвёрки, который должен был состояться 28 июня в Детройте, на арене Tiger Stadium, был полностью (39 867 билетов) распродан за 40 минут. Концертный сет был составлен из классических песен группы 70-х годов, а сценические костюмы были разработаны на основе костюмов периода Love Gun. Данное турне включало 192 шоу, продлившееся 11 месяцев и собравшее 43,6 млн долларов, сделав Kiss одной из самых прибыльных групп того времени.


Psycho Circus World Tour
В сентябре 1998 вышел новый студийный альбом Psycho Circus. Участие в записи Фрейли и Крисса было сведено к минимуму, оба были допущены только к нескольким песням, а совместно группа сыграла только лишь одну «Into The Void». Большинство партий ведущей гитары записал будущий участник Kiss Томми Тайер, так же на альбоме отметился своим участием Брюс Кулик. Почти все ударные на альбоме (кроме «Into The Void») сыграл сессионный музыкант Кевин Валентайн. Однако поклонников группы это мало интересовало. Альбом попал на третью строчку в «Billboard». Также пластинка официально получила золотой статус.

Тур в поддержку нового альбома Psycho Circus Tour стартовал в ночь на Хэллоуин 1998 года в Лос-Анджелесе арене Dodger Stadium, где впервые на концерте была использована 3-D технология. С пластинки «Psycho Circus» во время тура исполнялись: заглавная композиция «Psycho Circus», «Into The Void» Эйса Фрейли и «Within'» от Джина Симмонса.

2000—2002: «Прощальный тур»
В 2000 году было объявлено о проведении прощального тура (Farewell Tour) и последующем прекращении деятельности Kiss как группы. Турне должно было начаться в марте 2000 года в Северной Америке, а к началу 2001 года Kiss пообещали проехаться по Японии и Австралии. Однако ещё до концерта 7 ноября в Чарльстоне стало ясно, что недовольный суммой своего контракта Крисс вновь покидает группу. В итоге из-за потери ударника турне пришлось притормозить. О дальнейшей судьбе группы ничего не было ясно, пока в начале 2001 года не было объявлено, что на место Питера Крисса будет вновь взят Эрик Сингер. При этом Эрик будет одет и загримирован под сценический образ Питера. В таком составе и было продолжено «Прощальное турне» по Японии и Австралии.

24 февраля 2002 Kiss были приглашены выступить на закрытии XIX зимних Олимпийских игр в Солт-Лэйк-Сити. Это было последнее выступление Эйса Фрейли с группой. Он заявил, что если Kiss никак не хотят прощаться, то это будет его «Прощание» с Kiss. Пол Стэнли и Джин Симмонс поначалу не восприняли слова Фрейли всерьёз и всячески пытались вернуть его в группу, но Эйс был непреклонен. На роль «Спейсмена» было решено взять уже давно сотрудничавшего с группой Томми Тайера. Тайер до своего прихода в Kiss занимался продюсированием видео группы, помогал Эйсу Фрейли вспоминать его же гитарные партии во время тура воссоединения, а также внёс довольно весомый вклад в запись альбома Psycho Circus. Тайер также принимал участие в кавер-группе «Kiss», где как раз примерял на себя роль Эйса. В то же время, взяв в группу Тайера, Стэнли и Симмонс продолжали надеяться, что Фрейли вернётся обратно.

После 2002 года

Бостон, 2004 год
К концу 2002 года Kiss неожиданно объявили следующее: группа продолжает свою деятельность и не прощается с поклонниками; Томми Тайер признаётся полноправным членом Kiss в качестве лидер-гитариста; а также в группу возвратился Питер Крисс. Было сказано о намерении группы записать новый концертный альбом с привлечением симфонического оркестра и провести новое полноценное турне.

В феврале 2003 года в Австралии состоялось грандиозное выступление Kiss с участием Мельбурнского Симфонического оркестра под руководством Дэйвида Кэмпбелла (англ.)русск.. Примечательно, что на этом шоу группа впервые сыграла песню «Great Expectations», к исполнению которой был привлечён детский хор. Впоследствии был выпущен концертный альбом, получивший название Kiss Symphony: Alive IV, выступление также было издано на DVD. Далее последовал «World Domination Tour», который по итогам года был признан одним из самых успешных в США.

В 2004 году Джин Симмонс и Пол Стэнли принимают решение не продлевать контракт Крисса, заменив его обратно на Эрика Сингера, и уже с мая того года выступают с ним. Питер Крисс, оказавшись в некотором недоумении, затаил на свою бывшую группу обиду, заявив, что ему даже не сообщили об отстранении. В свою очередь Стэнли и Симмонс, говоря об отчислении Крисса из Kiss, сообщают о необходимости «омоложения» группы, и что Питер слишком стар для того, чтобы полноценно отыграть двухчасовое шоу (Крисс старше Симмонса всего на четыре года).

На протяжении 2005—2007 годов Пол Стэнли и Джин Симмонс достаточно негативно высказывались на тему записи нового студийного альбома группы. В то же время Эрик Сингер и Томми Тайер в своих интервью сообщали, что им наоборот хотелось бы записать новый студийник Kiss. Тем временем Пол Стэнли в 2006 году выпускает свой новый сольный альбом Live to Win. В результате, многие поклонники группы посчитали, что нового альбома от Kiss ждать не стоит.

Весной 2008 года стартует новое турне Alive/35 World Tour в честь 35-летия группы. В мае того же года Kiss впервые посетили Россию с двумя концертами в Москве и Санкт-Петербурге. Ко всему прочему в августе вышел новый сборник Jigoku-Retsuden, который оказался новым в прямом смысле этого слова. В него вошли классические песни Kiss, вновь перезаписанные составом того периода, то есть с Эриком и Томми.

20 мая 2009 года группа выступила на финале 8 сезона самого популярного шоу США American Idol, исполнив песни «Detroit Rock City» и «Rock and Roll All Nite», совместно с финалистом Адамом Ламбертом. Это выступление посмотрели 25 миллионов телезрителей.

В апреле 2011 года Kiss приступили к студийной работе над следующим за релизом 2009 года Sonic Boom альбомом , который получил название «Monster» и вышел 16 октября 2012[36]. 4 июля вышел сингл «Hell or Hallelujah», вошедший в новый альбом Monster, выпущенный в октябре 2012 года.

28 января 2015 года Kiss выпустят совместный сингл с японской гёрл-группой Momoiro Clover Z. В Японии он будет выпущен на физическом носителе (компакт-диске) в двух версиях: «Momoiro Clover Z edition» (CD+Blu-ray) и «Kiss edition» (CD) . Титульная песня с этого сингла также будет открывать специальный японский альбом Best of Kiss 40 (альбом только для Японии, на SHM-CD носителе, выходит в тот же день, то есть 28 января) .

Музыкальный стиль
Чаще всего группу Kiss относят к таким жанрам рок-музыки, как хард-рок и глэм-рок. Но вскоре после формирования группы, критики назвали их «thunderrockers» (с англ. — «громорокеры»). Они также экспериментировали с такими стилями, как диско (Dynasty), поп-рок (Unmasked), арт-рок / прогрессивный рок (Music From «The Elder») и гранж (Carnival of Souls: The Final Sessions).

("Чжунго пинлунь юэкань", Китай)


24 декабря в гонконгской газете «Наньхуа цзаобао» появилась статья, в которой обсуждалось, что российский кризис должен преподать хороший урок Китаю. В интернете многие китайцы выражают гордость за то, что их страна стала такой могущественной, что может помочь самой России. В особенности так мыслит молодежь и те, кто свято верит в националистическую идеологию. Из-за девальвации рубля те, кто раньше предпочитал проводить отпуск в Гонконге или Сеуле, решили вдруг поехать в Москву или Санкт-Петербург.

Если кто-то надеется купить в России товары подешевле, нужно действовать немедленно. Российские потребители обеспокоены возможностью нового падения рубля, поэтому массово тратят деньги. Такие известные международные бренды, как Apple и IKEA временно приостановили поставку ряда товаров в Россию.

Некоторые китайские наблюдатели считают, что российский кризис преподал урок китайским лидерам и инвесторам. Особенно сейчас, когда всем, вплоть до домохозяек, студентов и монахов не терпится вложиться в Шанхайский рынок акций. Все надеются, что внутренний фондовый рынок станет так называемым «бычьим рынком» (рынок, рассчитывающий на повышение, — прим. перев.). Возможно, это связано с тем, что китайские инвесторы слишком долго были заперты в так называемом «медвежьем» рынке (рынок, характеризующийся тенденцией падения цен).

Мировой финансовый кризис 2008 года особо не повлиял на Китай. В конце концов, Пекин ведь находится далеко от Wall Street. Однако в этот раз все иначе. С точки зрения географии Россия расположена рядом с Китаем, и у китайцев есть особые чувства к россиянам.

Некоторые жители КНР ужаснулись, увидев стремительное падение рубля по отношению к доллару и бессилие Центробанка РФ в данной ситуации. Они не могут не думать: что если однажды Китай окажется в аналогичной ситуации? Можно ли будет за короткий период времени справиться с кризисом?

Будущее нельзя предсказать. Однако, как говорится, надейся на лучшее, но готовься к худшему. Лидеры КНР и инвесторы должны извлечь урок из российского кризиса. В конце концов, любой человек и любая страна должны реально оценивать свои силы, в противном случае рано или поздно они могут понести большие убытки.

Нефть: шейхи против США

Почему в 2015-2016 годах цены на «черное золото» не будут расти?
Текст целиком >>>

Читайте далее: http://svpressa.ru/economy/article/109358/

АНДРЕЙ ЗАЯКИН


Подводя итоги прошедшего года, хочется говорить об успехах и победах «Диссернета», но для пользы любого дела важнее говорить о провалах и поражениях. Борьба «Диссернета» с жуликами вышла в этом году на новый уровень — от индивидуальных разоблачений мы перешли к системному анализу диссертационного бизнеса в России. На заре нашего проекта один из сооснователей сказал мне: «Знаете, Андрей, мы с вами напоминаем сейчас следователей Гдляна и Иванова, которые в свое время раскрыли схему фиктивных поставок хлопка из центральноазиатских республик. В ней участвовали сотни директоров колхозов и прочих лиц, которые якобы отправляли по всей стране груженные хлопком вагоны, за них исправно перечислялись деньги, после чего хлопок ''усыхал'' в пути или вовсе исчезал». Википедия сообщает, что по хлопковому делу было посажено более четырех тысяч человек. Мы пока не дотягиваем до таких масштабов, однако для проекта с тремя с половиной штатными сотрудниками и парой десятков волонтеров разной степени загруженности наш результат — две тысячи разоблачений за полтора года, — как кажется, выглядит достойно в сравнении с достижениями прокуратуры СССР тридцатилетней давности.
Анализ структуры диссеродельного бизнеса показал, что он имеет пирамидально-сетевой характер, что прекрасно иллюстрирует куст проф. Курдюкова (на рисунке).

Как правило, на вершине любой диссерорезной пирамиды стоит член экспертного совета ВАКа. От вершины пирамиды расходятся связи, обозначающие его участие в качестве руководителя, оппонента или автора/добытчика текста (а такое донорство вряд ли бескорыстно), как с членами своего куста — в родном диссовете и институте, — так и с соседними кустами. Связи с соседними кустами позволяют обеспечивать гарантийное обслуживание диссертаций даже в случае, если исходный совет расформирован.
Именно разрушению этой сложившейся системы «научных» связей и была посвящена работа «Диссернета» в прошедшем году. Все началось с аналитики, подготовленной Андреем Ростовцевым по членам экспертных советов ВАКа — вот ее расширенный и дополненный вариант:
http://wiki.dissernet.org/tools/es_vak_pravo.html
http://wiki.dissernet.org/tools/es_vak_econom_1.html
http://wiki.dissernet.org/tools/es_vak_econom_2.html
http://wiki.dissernet.org/tools/es_vak_ped.html
http://wiki.dissernet.org/tools/es_vak_socio.html
Затем последовал «обмен любезностями» между министром образования и «Диссернетом»: наш проект был назван вредным, а в ответ министр (как в прессе, так и в виде формально поданной ему многостраничной аналитической записки) получил изложение доказательств, что торговля учеными степенями в России организуется и направляется Высшей аттестационной комиссией. К нам присоединились члены Общественного совета при Минобрнауки, в открытом письме потребовавшие изгнать из ВАКа торговцев учеными степенями; члены Общества научных работников, заявившие о недопустимости любых сроков давности по лишению степени, а также некоторые члены экспертных советов, заявившие, что, принимая на себя обязанности экспертов, они не собирались вступать в одну корпорацию с жуликами и ворами.
Нас глубоко поразило то, что, несмотря на кажущуюся безнадежность министерства, эти призывы и открытые письма были услышаны. Другое дело, что принятые меры в лучшем случае составляют 10% от того, что необходимо сделать, чтобы Высшая аттестационная комиссия превратилась из предприятия по торговле фальшивыми диссертациями в то, чем она должна быть — орган надзора за присуждением ученых степеней. Отрадно заметить, что по результатам работы комиссии проф. Александра Аузана были выведены из экспертных советов такие одиозные личности, как проф. Валерий Минаев. Но бóльшая часть диссероделов выжила на своих постах в советах по экономике и праву, о чем мы неоднократно писали в «ЕЖе». Теперь горе-экономисты и горе-юристы, борясь за свое выживание в здании на Люсиновской улице, безбожно врут, когда рассказывают своим коллегам, как передал нам недавно их слова проф. Уваров, что только «две из десяти» жалоб «Диссернета» подтверждаются. К сожалению, те, кто в деталях не знаком с техникой работы «Диссернета» над жалобами и даже отдаленно не представляет себе степень пораженности наших пациентов, ведутся на это вранье и некритично излагают его в прессе. К тому же в головах этих «экспертов» царит путаница, и они не различают ЗАО «Антиплагиат» (не имеющее отношения к «Диссернету») и «Диссернет».
Так что сопротивление системы продолжается, и каждая отозванная степень дается нам с боями. Есть два механизма, которые защищают диссероделов и делают их неуязвимыми для «Диссернета»: это положение об отсылке заявлений о лишении ученой степени в тот же совет, где она присуждалась, и положение о сроке давности.
Относительно срока давности Министерство образования в этом году весьма внятно высказалось устами замминистра Камболова в ответе от 23 марта с.г. на письмо Общества научных работников: «Закрепленный срок в 10 лет представляется достаточно обоснованным для того, чтобы за это время можно было разобраться, не является ли обладатель этой степени человеком, который ее не заслуживает». Этот образчик министерского лицемерия прекрасно подтверждает наш тезис, что главным заинтересованным лицом в защите плагиаторов от лишения степеней является Министерство образования и науки. Очевидно, что «разобраться» в наличии или отсутствии плагиата «Диссернет» и академическое сообщество могут и без министерства. Однако академическое сообщество вынуждено терпеть на многих учебных и научных должностях людей, которые были разоблачены, но в силу бессмысленного срока давности их невозможно лишить ученой степени. К ним относится, например, бывший проректор Полярной академии Сергей Литвиненко: суд признал его работу плагиатом, однако если он сейчас захочет стать профессором какого-нибудь образовательного учреждения, никто ему не сможет в этом помешать и его коллеги будут вынуждены работать рядом с человеком, который, по решению суда, признан плагиатором. Хочется услышать комментарий Дмитрия Ливанова на эту тему, ведь ясно же, что пресловутый срок давности представляет для российской образовательной системы явное зло, а заодно по поводу той ахинеи, которую нес насчет срока давности его заместитель Камболов.
Что же касается отсылки диссертации в тот же совет, где она защищалась, то эта фантасмагорическая норма — несмотря на правовую аксиому nemo iudex in causa sua — продолжает оставаться надежной защитой для тех пациентов «Диссернета», которые не подпадают под срок давности. Так, «Диссернет» подавал жалобы по бывшему ректору СибАДИ Сергею Ситникову, руководителю администрации округа Домодедово Дмитрию Городецкому, прокурору Кериму Сафаралиеву, Льву Коршунову, генералу Магомедрасулу Магомедрасулову, преподавателю Ростовского государственного экономического университета Анне Понятовской, бывшему зампроректора МГУ Михаилу Загоруйко и пр. и пр. Все эти жалобы были отклонены диссоветами (а те, что дошли до ЭС ВАКа и министра — экспертными советами и министерством). Причина, по которой они были отклонены, очень проста: советы рассматривали жалобу сами на себя, а экспертные советы с радостью поддакивали им, после чего Минобрнауки бездумно штамповало приказы об отказе в лишении ученой степени. В частности, «Диссернет» особенно хотел бы поглядеть в глаза госпоже Огородовой и спросить ее, что она чувствует, проштамповав лажу по Сафаралиеву (приказ от отказе в лишении Сафаралиева ученой степени), которую ей поднесли на подпись жулики из ВАКа, прикрывающие жуликов из диссоветов.
Особые случаи представляют собой депутаты Госдумы Елена Скрынник и Надежда Школкина. Их Минобрнауки отмазывало от ответственности столь искусно, что мы до сих пор не знаем, в каких диссоветах рассматривались наши жалобы — Минобрнауки не изволило нам направить извещения о назначении заседаний, равно как и мотивированных заключений.
А вот большому начальнику из Роскосмоса Юрию Макарову, директору Орловского филиала Финансового университета Владимиру Матвееву и бывшему депутату Мосгордумы Ирине Великановой повезло с человеческой солидарностью. Их диссеры попали на рассмотрение в «чужие» советы, но, тем не менее, были рассмотрены столь же «объективно», как в «родных» советах, в итоге все перечисленные граждане остались при своих ученых степенях.
«Диссернет» напоминает Министерству образования и науки, что в грядущем году мы не отстанем от него ни по одному из перечисленных кейсов. Мы ничего не забыли, все наши жалобы, на которые ушло столько времени и труда, учтены в наших реестрах, и ерунда, которую пишут в своих заключениях по нашим апелляциям диссоветы и экспертные советы, будет лишь дополнительным поводом высмеивать жуликов, защищающих жуликов. При этом мы не теряем надежды на то, что Минобрнауки, вместо того чтобы покрывать плагиаторов, начнет вместе с нами их разоблачать. Поэтому мы поздравляем с Новым годом не только наших читателей, друзей, участников, волонтеров, экспертов, репортеров и меценатов. Мы поздравляем и сотрудников министерства и ВАКа, надеясь на конструктивное взаимодействие с их стороны, которое имело место и в ушедшем году — вспомним кейсы Жуковой и Федякиной. Хотя на эти, справедливо решенные министерством дела, приходятся десятки неосновательно отклоненных, мы не можем не высказать здесь признательности лично министру и его сотрудникам за хотя бы в этом случае проявленное мужество и мудрость.

Николас Лезард (Nicholas Lezard)"The Guardian", Великобритания)



Эти рассказы, впервые публикуемые на английском, еще одна возможность раскрыть талант автора



Это еще одна из этих вечных литературных загадок: почему Иосиф Сталин не уничтожил Михаила Булгакова? Да, немногие работы Булгакова увидели свет при жизни автора, однако вряд ли это помогло автору, особенно, такому как он, кто бесстрашно — или безрассудно — выставлял напоказ нелепую суть коммунистической власти. В одном из рассказов сборника, — который был переведен на английский язык впервые (и, насколько я понимаю, очень хорошо переведен Роджером Кокреллом — Roger Cockrell), — высмеиваются большевистское вполне благовидное стремление к просвещению масс. В рассказе солдат делится своими впечатлениями от оперы Верди «Травиата», которую ему было приказано посмотреть (хотя лучше бы он сходил в цирк). Первое, что поставило его в тупик — дирижер:

«Затем дирижер развернул перед собой какую-то книгу, посмотрел в нее и махнул белым прутиком. … Ну, а дирижер этот действительно в грамоте оказался не последний человек, потому два дела сразу делает — и книжку читает, и прутом размахивает».

Первое, что обычно требовали от российского писателя, стремящегося высмеять действующую власть, это выметаться вон из Советского Союза.

Больше всего Булгаков известен благодаря своим масштабным и основанным на более фантастических сюжетах художественным произведениям «Мастер и Маргарита» и «Роковые яйца». Заголовок последнего, как следует из пространного и подробного послесловия к «Запискам на манжетах», вытекает из длинной последовательности иносказаний и многозначительной игры слов, настолько непереводимых, что вообще не понятно, что от всего этого может остаться в англоязычном тексте. Однако эти романы были написаны еще раньше, в начале 1920-х; и, за немногими исключениями, стремления к вымыслу или (в более широком смысле этого слова) к сюрреализму в них не ощущалось. Все само по себе было настолько фантастическим и сверхъестественным, что Булгакову оставалось лишь кое-что добавить из своей врачебной практики и литературного опыта. В качестве повторяющейся темы в этом сборнике — врач, изо всех сил старающийся не стать участником ни одной из угрожающих ему российских локальных войн и распрей (которых в России того времени было предостаточно). Порой кажется, что разумнее всего будет засунуть в карман револьвер и бежать, поскольку в этом случае всегда можно оставить последнюю пулю для себя и, если схватят, пустить ее себе в лоб.

Примечательным для творчества Булгакова является то, что ему удается сохранять определенную дистанцию, с некоей иронией отстраниться от описываемых событий, при этом ничуть не умаляя ни важности, ни достоверности того, о чем он собирается рассказать. На страницах его произведений все выглядит так, будто он стремится приобщиться к происходящему, но делает это так, что каждая ситуация превращается в абсурдную черную комедию. В этом проявляется своего рода собственный булгаковский авангардизм: как будто для соблюдения литературных условностей нет ни времени, ни смысла. В «Необыкновенных приключениях доктора» рассказчик оказывается на истерзанных войной российских просторах. В 5-й главе приведены только два ряда точек и больше ничего. 6-я часть озаглавлена «Артиллерийская подготовка и сапоги», текста в ней тоже нет. А заголовок 1-й главы звучит так: «Без заглавия — просто вопль». Увидев в бинокль венский стул, сам по себе стоящий на холме, рассказчик произносит, имея в виду изготовителя бинокля: «Цейс галлюцинирует!». Мы чувствуем, что все эти детали и образы можно описать лишь на основе личного опыта и впечатлений.

И если вы никогда раньше не читали Булгакова, то этот сборник как нельзя лучше подходит для знакомства с писателем. В этих произведениях сосредоточена вся его бешеная энергия, а также, в значительной степени, его талант (в то время он подумывал оставить свою врачебную практику). Дело еще и в его высокой писательской честности и искренности: он, так сказать, выступает в роли анти-пропагандиста. Некоторые считали, что именно эта храбрость удивляла и забавляла Сталина, и именно благодаря ей писателю удалось избежать лагерей или тюремной камеры. Так случилось, что он не дожил до 50 лет только из-за болезни почек. И в «Записках на манжетах» мы видим одного из самых необычных писателей 20 века, которые начинали проявлять себя на литературном поприще. Выражаю благодарность издателю за предоставленную нам возможность познакомиться с этой книгой.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Грезы о безвозвратном Чем кризис-2015 отличается от кризиса-2009 и кто заплатит за ошибки власти Полный текст

АНТОН ОРЕХЪ


Подводя итоги предыдущего года, 2013-го, я писал, что настоящий итог прошедшего года будет подведен в году наступающем. Потому что именно Олимпиада в Сочи должна была поставить все оценки и расставить все акценты в нашем спорте. Спорту как таковому и спорту как индустрии и социально-политическому явлению.
Итог получился неожиданным со всех сторон. Насчет спортивных достижений особенных иллюзий не было. Даже с учетом «своего поля», помощи болельщиков, объяснимых симпатий арбитров и прочих привходящих факторов, больших побед в Сочи атлеты наши добиться не могли. Потому что большие победы – плод системной работы. А ее не было. Точнее, началась она слишком поздно. Сколько денег ни потратили, сколько иностранных тренеров и специалистов ни привлеки, но чемпионы не появляются за пару лет.
Однако случилось почти чудо. Россия выиграла свои домашние Игры в общем медальном зачете, подарила публике несколько, безо всяких преувеличений, выдающихся побед, дала народу отличных кандидатов в кумиры и герои. И, что особенно важно на фоне всех наших политических и националистических фобий, победа в Сочи была бы невозможна без чрезвычайно широкого использования иностранного опыта. При курсе на тотальный патриотизм и «сами с усами» нигде так обширно мы не привлекали иностранцев, как при подготовке к Играм. И это не просто сработало, но и дало очевидный вроде бы ответ на вопрос, нужен ли нам особый путь и есть ли он вообще.
А пять золотых медалей, добытых при помощи «гастарбайтеров», двух Викторов, Ана и Уайлда! Один – американец! Другой – тысяча извинений! – «узкоглазый». На тот исторический момент сильнее всего обыватель ненавидел американцев и всяких «чурок». И вот вам – Уайлд и Ан под российским флагом. Нормальные люди могли бы вокруг этих героев спорта построить отличный пиар толерантности и мира во всем мире. Но вскоре после Олимпиады всем стало уже не до этого. И что теперь говорить о том, что золото в парном катании России принес не только русский парень Траньков, но и украинская девушка с российским паспортом Волосожар. Не только про фигуристов забыли – вся сочинская эпопея пошла коту под хвост.
Как и предсказывалось, никто и не помнит про полтора триллиона, потраченных на этот проект, про украденные миллиарды и тому подобное. Смысл Олимпиады был совсем в ином. Показать мощь государства, способность его справляться с самыми масштабными проектами, показать хлебосольность и дать народу праздник благодаря спортивным победам. То есть возвеличить отчизну и в глазах собственных граждан. Победы добыли, праздник дали, возвеличить смогли, гостеприимство показали – даже несмотря на анекдоты, типа двух унитазов в одной кабинке, над которыми все угорали в первые пару-тройку дней. Потом все было, если и не идеально, то вполне пристойно, а местами действительно замечательно. В пускании пыли в глаза, строительстве «потемкинских деревень» и выносе караваев мы не имеем себе равных. Мы и вправду смогли показать миру, что сильны не только медведями с балалайками.
Но я еще раз повторяю – всё пошло коту под хвост. Потому что вместо того, чтобы извлекать все виды внутре- и внешнеполитического капитала из олимпийского успеха, Путин начал войну. И то, к чему готовились семь лет, за чем, не отрываясь, следили непосредственно три сочинских недели – было забыто меньше, чем через месяц. Дальше всем было уже не до спорта.
Но спорт был. Был Чемпионат мира по футболу, где сборная России проиллюстрировала старую спортивную шутку: «Можем ли мы проиграть в хоккей папуасам? Можем! Потому что мы можем всё». Сборная состояла из футболистов, чей уровень мастерства не совпадал с уровнем их доходов в российской премьер-лиге настолько, насколько вообще могут не совпадать в мире две вещи. Забавно, что руководство этой бездарной командой осуществлял итальянский тренер с самой высокой в мире зарплатой. И тут мы вспомнили другой анекдот: «Купил за двести баксов? Ну ты и лох! Я такой же купил за штуку!»
Прелесть итальянского наставника была еще и в том, что более «советского» тренера представить себе невозможно! Стоило отправиться на поиски на Апеннины и положить оклад в десять миллионов баксов, чтобы отыскать престарелого господина, который превратит сборную в казарму.
Но главный анекдот с Фабио Капелло был рассказан чуть позже, когда выяснилось, что платить ему нечем. И на момент написания этих строк без денег он сидит уже второе полугодие. А с учетом обвала рубля услуги этого мэтра стали обходиться в сумму совершенно космическую. И вопрос встал таким образом, что РФС должен отдать ему просто все свои деньги до копейки. Остается только хохотать в голос, а что кроме смеха здесь остается?
Курс рубля стал к концу года основным игроком на полях и аренах. Впрочем, проблемы начались еще до его обвала. Даже футбольные и хоккейные клубы столкнулись с невозможностью регулярно платить своим игрокам зарплаты. Зависимые от бюджета, они оказались в той же ловушке, в которую попала вся государственно-бюрократическая система. Понтов много, обещаний навалом, а платить по счетам все труднее.
Ну а потом дело пошло! У десятков иностранных звезд в наших чемпионатах зарплаты, конечно, не в рублях. А значит, платить им надо все больше. У многих российских звезд, как оказалось, контракты тоже в евро!
Впрочем, в хоккее все контракты, даже с легионерами, зафиксированы в российской валюте. Но от этого не легче, потому что приезжие с клюшками, потеряв по ползарплаты, уже не так счастливы выступать на Урале и в Сибири. Болтовня про то, что КХЛ вот-вот перегонит НХЛ, естественно затихла. Хотя те, кто горлопанил об этом больше всех, нынче потеряли память и делают вид, что такой темы вовсе не было.
Можно было бы, конечно, даже порадоваться. Сказать, мол, жизнь сама заставляет людей жить по средствам, платить спортсменам, исходя из экономических возможностей и реального уровня мастерства, искать внебюджетные источники финансирования, учиться зарабатывать самим, а не доить без конца бюджет, утверждая, что футболисты с зарплатой в 50 тысяч евро в месяц, представляющие нищую область или областной центр, несут важную социальную функцию и радуют бюджетников и пенсионеров, чьи пособия в сумме равны гонорару не попадающего по мячу «мастера». Можно было бы понадеяться – но вряд ли.
Паразиты по-другому жить не умеют. И те, кто воровал и пилил на спорте, не превратятся в святых. А система спорта не изменится лишь потому, что поменялись курсы на бирже – это было бы слишком просто. Как не изменится и функция спорта как такового в глазах государства. Недаром Путин лично осуществлял перестановки в руководстве хоккейной лиги. Финансирование спорта высших достижений, точнее сборных команд урезать не будут, потому что спорт станет витриной, доказывающей «преимущества нашего строя». Иных витрин и преимуществ уже просто не осталось.
Поэтому и к Чемпионату мира по футболу мы подготовимся. Ну что тут говорить, если Сечину одним махом выдали 625 миллиардов рублей, а это практически те же деньги, что запланированы на подготовку ЧМ-2018. Одним махом дали Сечину, вторым махом дадут Мутко.
Но, спасая витрину, на спасение остальных денег уже не дадут. Эти утопающие спасать себя должны будут сами. Поэтому наши клубы, наши не столь раскрученные спортсмены, наш массовый спорт ждет очень трудный год. Боюсь, что первый трудный в череде последующих.

Тали Шамир("Calcalist ", Израиль)


Как получилось, что население России в течение жизни поколения сократилось на семь миллионов человек, и есть ли тут прямая связь с падением курса рубля, рекордным количеством абортов и самоубийств, и с необходимостью признать, что бывшая сверхдержава переживает трагедию и скатывается в третий мир?

Дюжина домов, пять из которых вот-вот рассыплются в прах, да несколько кур на пустыре. Такую картину увидел корреспондент The Guardian Люк Хардинг, посетивший одну из деревень в западной части России в 2008 году. Местная жительница Тамара Матвеева рассказала ему, что после недавней смерти троих мужчин в деревне остались только женщины. Хардинг выяснил, что эта деревня не была чем-то из ряда вон выходящим. Иностранцы, посещающие только Москву и Санкт-Петербург, представить себе не могут, что на просторах бывшей сверхдержавы полно призрачных деревень, где осталось всего по несколько человек, в основном — пожилых женщин.

Население покинуло эти районы не только из-за сокращения занятости в сельском хозяйстве и процесса урбанизации. Это лишь вершина айсберга. В сентябре американская журналистка российского происхождения Маша Гессен опубликовала длинную статью в издании New York Review of Books, в которой описала явление, давно вызывающее у нее беспокойство: огромное количество ее знакомых умерли с 1993 года. Кто-то в результате несчастных случаев, кто-то по другой причине, но все они ушли из жизни до срока. Она описала, как, приехав в Москву, хотела встретиться с двумя друзьями, но выяснилось, что один разбился на вертолете, а второй утонул. «Люди падают с поездов, угорают от газа, гибнут под колесами автомобиля на тротуарах, тонут в озерах, купаясь в пьяном виде, травятся паленой водкой и наркотиками, или в молодом возрасте умирают от инфарктов и инсультов», — написала Гессен. Она привела цитату своей подруги, которая сказала, что так и выглядит гражданская война: не когда по улицам бегают толпы с автоматами, а когда люди умирают один за другим.

В России происходит нечто странное. За 20 лет, минувших после распада СССР и установления демократического строя, население всего мира увеличилось на треть. В США прирост составил 23%, в Китае — 17%, в Европе — 10%, в Израиле — так вообще 70%, во многом благодаря волне репатриации из бывшего СССР. В России за тот же период население сократилось на 5%, почти на семь миллионов человек. Масштаб сопоставим с геноцидом. Это самое продолжительное сокращение населения в истории.

Немного статистики: в 1992 году население России составляло 148,5 миллионов человек, в 2009 году их было меньше 142 миллионов, к 2014 году стало около 143 миллионов. Все эти годы смертность превышала рождаемость — двое родов на трое похорон. Исключением стал 2013 год, благодаря резкому скачку рождаемости в мусульманских районах России, в Чечне и Дагестане. По данным Росстата, к 2040 году, когда население мира должно составить девять миллиардов человек, население России сократится до 115 млн. человек.

Более пристальный взгляд выявляет и другие странности. В России рождаемость, как на Западе, примерно по двое детей на семью, но смертность, как в странах третьего мира. Каждый четвертый мужчина умирает, не дожив до 55 лет. Средняя продолжительность жизни мужчин — 64 года, на Западе — 77 лет, в Израиле — 80 лет. Даже в Йемене и Камбодже мужчины живут в среднем дольше, чем в России. Общая продолжительность жизни в России — 71 год, ниже, чем в Египте и на Филиппинах. Мужчины трудоспособного возраста вымирают.

Мертвые души

«Люди думают, будто Россия — обычная развитая западная страна, но это не так. По основным критериям, это развивающееся государство, не достигшее современного уровня», — сказал в беседе с «Калькалистом» профессор Барух-Гур Гурвиц из Хайфского университета, бывший сотрудник министерства главы правительства, работавший с «Сохнутом» по российскому направлению, историк, который уже 50 лет изучает историю России и написал три книги о российской политической и общественной жизни. По его словам, многие аналитики и обозреватели исходят из того, что Россия во многом стала продолжением сверхдержавы СССР, но по состоянию инфраструктуры, по качеству государственных услуг, по масштабу нищеты она относится к совсем другим странам.

«Это хорошо видно на примере здравоохранения. В Москве и Санкт-Петербурге за деньги можно получить все, или поехать медицинским туристом в Израиль или Германию, — говорит профессор Гурвиц. — Но в российской глубинке медицины нет. Уровень стоматологии или других медицинских услуг крайне низок. Аппараты MRI есть только в больших городах, и только на крайние случаи. Профилактическая медицина отсутствует вообще. Люди умирают от туберкулеза. Врачи отправляют пациентов за лекарствами на черный рынок. В 1990-х годах государственная система здравоохранения рухнула, и с тех пор не оправилась. Или посмотрите на их рацион. Российский средний класс потребляет очень много хлеба, картофеля и жирного мяса. Высший класс тоже считает жирное мясо качественным. Неправильное питание — главная причина того, что люди в 50 лет выглядят стариками».

Исследования, проведенные Всемирной организацией здравоохранения и крупными агентствами, подтверждают, что причина высокой смертности связана с медициной. По этим данным, 57% случаев смерти связаны с сердечными заболеваниями. В США этот показатель в три раза меньше. Смертность от инсульта выше в семь раз, от СПИДа — в девять раз. По данным The Washington Post, 1% россиян больны каким-нибудь венерическим заболеванием. В России намного выше, чем в странах Запада, уровень онкологических заболеваний. Смертность от туберкулеза составляет 16 на 100 тысяч человек. Для сравнения, в Израиле — три человека на миллион.

Но дело не только в болезнях.

Россия занимает пятое место в мире по неожиданному показателю: количеству самоубийств. По уровню смертности от травм — тоже пятое место, наравне с африканскими странами. 19-е место в мире по смертности в пожарах — на 20-м месте оказался Ирак. Смертность от наркотиков выше, чем в Боливии. По смертности в результате отравления Россия стала мировым лидером. Смертность в дорожно-транспортных происшествиях в пять раз больше, чем в Израиле, и выше, чем в Египте и Индии. Уровень насильственной смерти — 16 на 100 тысяч человек — соответствует Зимбабве, Сьерра-Леоне и Нигерии. Исключая гражданскую войну, по всем прочим критериям Россия — страна третьего мира.

Обездоленные и угнетенные

Мишель Парсонс (Michelle Parsons), антрополог из Университета Эмори в Джорджии, занимается исследованиями систем здравоохранения в мире. В начале 1990-х годов она была в России и своими глазами видела зарождения таинственного кризиса смертности. В 2006 году она снова побывала в России, на сей раз, как исследователь. Она предположила, что проблема сокращения численности населения еще глубже, и дело не только в отсутствии инвестиций в здравоохранение и инфраструктуру. Парсонс решила опросить как можно больше людей. Она встретилась с десятками россиян, которые встретили 1990-е годы в среднем возрасте. Их она назвала «выжившими». Из разговоров сложилась определенная картина, давшая представление о причинах, из-за которых эти люди утратили интерес к жизни.

Результаты исследования Мишель Парсонс изложила в книге Dying Unneeded («Агония ненужных людей»). По ее данным, люди, о которых идет речь, в молодости были полны надежд. Они родились в послевоенной разрухе, в 1960-х годах стали свидетелями бурного экономического развития. Их поколение смогло выбиться из нищеты, получить качественное бесплатное образование, работу, квартиры и пенсию. Мечта о домике у озера должна была вот-вот исполниться. В канун революции 1917 года большинство населения России жили в средневековых условиях, но через 40 лет СССР отправил первый спутник в космос. Понятно, что «поколение спутника» было преисполнено оптимизма.

Еще кое-что общее отразилось в этих интервью: москвичи любили равенство, точнее, видимость равенства. Советская пропаганда без устали твердила о равенстве, о скорой отмене денег и всеобщем изобилии. Факт низкого уровня жизни и концентрации богатства в руках коррумпированной элиты тщательно скрывался.

А потом коммунизм рухнул. В последние годы перед этим событием СССР балансировал на грани голода, но, тем не менее, это происшествие для собеседников Парсонс ознаменовало переход от надежды к отчаянию. Многие из них потеряли работу по хорошо знакомой израильтянам причине — из-за возраста. Вместо старой коммунистической пропаганды появилась реклама, которая их игнорировала. Они видели взлет олигархии, появление жуткого неравенства, чудовищной нищеты и невообразимого богатства. Они почувствовали себя лишними, пишет Парсонс. Они стали ненужными.

Тезис Парсонс не стал главным объяснением происходящего процесса, но многие исследователи включили в свои работы аспект отчаяния. Профессор Питер Кокланис (Peter A. Coclanis) из Колумбийского университета в 2010 году написал в статье в Chronicle of Higher Education, что, по мнению многих экспертов, смена режима в России в начале 1990-х годов привела к ухудшению состояния здоровья населения менее заметными путями, чем кажется на первый взгляд. Причины кроются в растущей социально-экономической напряженности, в росте неравенства, отрицательно влияющего на социально-слабые слои населения.

Зато все согласны в том, как именно отчаяние влияет на смертность. Результатом разочарования стал алкоголизм. Парсонс писала, что чрезмерная выпивка стала для опрошенных способом выдержать давление окружающей действительности. Профессор Марк Лоренс Шред (Mark Lawrence Schrad) из Университета Вилланова в Песильвании считает даже, что российское пьянство насаждалось властями умышленно. В своей книге «Водочная политика» (Vodka Politics) он пишет, что на протяжении многих лет российские власти поощряли потребление спиртного и повышали акцизы на алкоголь, чтобы пополнить казну. В XIX веке налог на водку составляли больше четверти государственного дохода. Хотя отдельные лидеры выступали против пьянства, например, Михаил Горбачев и Дмитрий Медведев, который сравнил алкоголизм со стихийным бедствием, старый подход все еще существует. В 2010 году министр финансов Алексей Кудрин говорил, что пьющие люди помогают решить социальные проблемы и развивать социальные услуги.

В России потребление алкоголя составляет, в пересчете на чистый спирт, 18 литров на человека в год. Это в два раза больше максимума, рекомендованного ВОЗ. 77% подростков старше 15 лет постоянно пьют водку, а в деревнях этот показатель превышает 90%. Исследование, опубликованное в журнале The Lancet, показало, что мужчины в возрасте 35 лет, выпивающие полтора литра водки в неделю, вряд ли доживут до 55 лет.

«Такова российская традиция, — отмечает профессор Гурвиц. — выпивка стала результатом низкого уровня жизни и скуки. В большей части России людям нечем заняться, и водка служит для них выходом. Зачастую люди пьют некачественные напитки, которые делают из чего угодно, вплоть до картофельной шелухи, бензина и одеколона».

Как будто алкоголизма не достаточно, Россия страдает еще и от наркомании. По официальным данным ФСКН, в 2013 году в стране 30 тысяч человек умерли в результате употребления героина. Для сравнения, в США таковых было 4 000. Президент Владимир Путин объявил национальную программу по излечению 2,5 миллионов наркоманов. «Главной причиной роста наркомании стала доступность наркотиков, широким потоком поступающих из Средней Азии после советского вторжения в Афганистан», — полагает Гурвиц.

По его словам, российская культура отчасти связана с депрессией. «В истории и литературе России есть много размышлений о бессмысленности жизни. Например, Чехов и его описания пустой жизни аристократии. В России традиционно господствует идея, что человек не властен над своей судьбой. Не следует забывать, что веками большинство населения страны составляли крепостные. На смену этому явлению пришел коммунизм. Народ привык, что за него все решают руководители, и он не может управлять собой. Возможно, в этом причина утечки мозгов и эмиграции наиболее энергичных людей в 1990-х годах. Сегодня в России пропала инициативность, хотя Путин и пытается возродить ее», — говорит Гурвиц.

Низвергнутый исполин

Гурвиц затрагивает также важную тему, как связь между сокращением численности населения и нынешним экономическим кризисом. Специалисты, исследовавшие демографическую ситуацию в России, не были удивлены обвалом курса рубля. Они давно ожидали чего-то подобного.

Еще в 2008 году еженедельник Economist предупреждал об опасных последствиях уменьшения численности населения России. «Если до сих пор Россия наслаждалась демографической ситуацией благодаря соотношению возрастных групп, то теперь все изменилось, — говорилось в статье. — Работоспособное население уменьшается со скоростью миллион человек в год».

Николас Эберстадт (Nicholas Eberstadt), специалист по экономике Азии и советник Госдепартамента и Всемирного банка, давно предупреждает о демографическом кризисе, который превратится в экономический для России. В своей книге «Демографический кризис России в мирное время» («Russia's Peacetime Demographic Crisis») он назвал его главной разгадкой тайны исчезающего народа.

В мае 2014 года, после того, как Россия аннексировала Крым, Эберстадт написал в статье в Wall Street Journal, что демографический спад сильно ослабил Россию: «В прошлом бывали империи, которые на подъеме расширяли территорию за счет соседних стран. Но сегодня агрессором стала дряхлеющая империя. Несмотря на нефть и газ, в прошлом году российский экспорт с трудом превзошел бельгийский. В истории еще ни разу не было "энергетических сверхдержав". Сегодня основная ценность не полезные ископаемые, а человеческий капитал. Россия в этом отношении понесла невосполнимые потери, и дальше будет только хуже. В 1990 году около 9% людей с высшим образованием в мире составляли россияне. К 2030 году их доля сократится до 3%».

По мнению Эверстадта, демографический кризис ослабляет и безопасность России. В 2011 году в Foreign Affairs он писал: «Российская армия состоит из миллиона солдат. В 1990 году в стране родились миллион мальчиков. В 1999 году родились всего 626 тысяч. В 2017 году призывников будет на 40% меньше, чем в 2008».

Эверстадт не знает, как решить проблему. В статье 2011 года он говорил о еще одной причине ослабления России — падении уровня образования: «Во всем мире чем выше образование, тем лучше здравоохранение. В России доля людей с высшим образованием на 30% больше, чем на Западе, а продолжительность жизни, как в Сенегале. Дело в том, что образование оказалось плохого качества. Международные тесты в 2009 году показали, что по навыкам чтения российские школьники уступают турецким и занимают одно из последних мест по стандартам ОЕСД». Еще одна причина для отчаяния.

У Карамазова нет братьев

Один из признаков тяжелой ситуации — низкая рождаемость. Россия, помимо других сомнительных достижений, оказалась на первом месте в мире по уровню разводов — более 51% браков распадаются. Доля россиян моложе 15 лет в населении составляет 15%. В Китае, несмотря на жесткий контроль над рождаемостью, эта категория составляет 22%.

Власти пытаются бороться с тенденцией. Например, появился новый праздник, День любви, семьи и верности, призванный помочь улучшить рождаемость. Пока безрезультатно.

Некоторые эксперты говорят, что в стране существует проблема многочисленных подпольных абортов, которые причиняют ущерб здоровью женщин. «Аборт остается в России самым распространенным средством "предотвратить" нежелательную беременность. В стране до сих пор больше абортов, чем родов. В результате операции многие женщины становятся бесплодными», — писал Кокланис в The Washington Post.

«Хотя теоретически чем меньше детей в семье, тем больше внимания родители могут уделять им, похоже, в России все наоборот, — пишет Эберстадт о наиболее трагическом аспекте проблемы. — Одновременно с падением рождаемости выросло число брошенных детей. По официальным данным, в 2004 году более 400 тысяч российских детей воспитывались не в семьях. Один из 70 детей рос в детском доме или интернате. Россия становится мировым лидером и по числу беспризорных детей, живущих на улицах. По оценкам международных институтов, количество бездомных детей может превысить число тех, кто имеет крышу над головой». Да, как во время гражданской войны.

Александр Скобов


Выродки, устроившие бойню в Париже, принципиально ничем не отличаются от наших гонителей Pussy Riot. От представителей так называемой "православной общественности", которые требовали расправы над девушками. От следователей и прокуроров, которые эту расправу организовали. От судей, которые выносили приговор, а потом признавали экстремистскими видеоролик Pussy Riot и "икону" Pussy Riot. От депутатов, которые задним числом голосовали за уголовную статью об оскорблении чувств верующих.

Их объединяет утробная ненависть к свободе. К обществу, где допустима критика и ирония в отношении любой идеологии и религии. Их объединяет стремление навязать свои религиозные табу людям, не разделяющим их религиозные представления. Навязать путем насилия. А уж будет ли это насилие государственным или "негосударственным", не суть важно.

Отечественные приверженцы традиционных ценностей уже сполна продемонстрировали это духовное родство, бросившись наперебой доказывать, что журналисты сами виноваты. Что не надо было задевать религиозные чувства мусульман. Тут и Нарочницкая, и Третьяков и ряд других поклонников "русского мира" и "русской весны". К сожалению, в унисон с ними выступили и некоторые люди умеренно-либеральных взглядов.

Вот и Георгий Мирский призывает не абсолютизировать свободу слова. Призывает Запад к самоограничению. Его логика такова: игнорирование мусульманских представлений о допустимом помогает непримиримым исламским фундаменталистам настраивать миллионы мирных мусульман против Запада. И "хотя никто в мире ислама не читает ни провинциальной датской газеты, ни парижского еженедельника, где-нибудь в Афганистане или Сомали люди, которых специально обо всем информировали, в ярости идут и убивают первых попавшихся европейцев".

Вот только люди, готовые "в ярости идти и убивать первых попавшихся европейцев" из-за карикатур, которых они не видели, точно так же будут готовы делать это из-за любого другого нарушения европейцами исламских религиозных запретов. Например, из-за того, что в Европе женщины до сих пор ходят с открытыми лицами. Если таких людей "специально обо всем этом проинформируют" радикальные исламисты. А их отказ от права печатать карикатуры не удовлетворит. Они не остановятся, пока не навяжут ненавистному Западу все свои нормы целиком, и об этом востоковед Мирский прекрасно знает. И пока у них сохранится возможность "специально обо всем информировать" жителей афганско-сомалийской глубинки, у них всегда будут рекруты.

Вопрос в том, что с людьми, которые приходят в ярость от того, что на другом конце земли люди живут не так, договориться невозможно в принципе. Вопрос в том, позволим ли мы диктовать себе правила поведения сообществам, в которых отказ от государственной религии до сих пор карается смертной казнью. Вопрос в том, что если сегодня свободное общество спасует перед исламистскими изуверами, завтра "христианские" изуверы будут расстреливать за рисунки Жана Эффеля.

Об оскорбленных чувствах. В принципе чувства любого человека, если он не патологический пофигист, травмирует сам факт существования в мире людей, мыслящих иначе, чем он. А уж как травмирует чувства, когда эти люди свои мысли еще и высказывают! Так устроена человеческая психика. Мирное, свободное, гуманное общество может существовать лишь тогда, когда люди способны свои травмированные чувства обуздывать. И давать отпор тем, кто этого делать не хочет. Где не обуздывается чувство нетерпимости к инакому – там либо война всех против всех и хаос, либо тоталитарная тирания.

Поэтому - никакой пощады чувствам тех, кто пытается их оградить, навязывая силой свои религиозные запреты людям, их чувств не разделяющим. Пусть научатся держать свои чувства при себе. И я полностью поддерживаю призыв Михаила Ходорковского продемонстрировать неподчинение распоясавшимся религиозным мракобесам, публикуя карикатуры из Charlie Hebdo. Теперь это наша святыня, политая кровью наших мучеников.

И напоследок то, что называется "офтоп". Десятки тысяч французов, вышедшие вчера на площади, не спрашивали на это разрешение у властей за 10 дней. Они просто вышли. Без подготовки. Без длительной организационной работы политических партий. Так поступают свободные люди в свободной стране.

Николас Гвоздев (Nikolas K. Gvosdev)— преподаватель и эксперт по вопросам национальной безопасности; он является постоянным автором журнала The National Interest, а также одним из авторов книги «Российская внешняя политика: вектора, сектора и интересы» (Russian Foreign Policy: Vectors, Sectors and Interests). В этой статье он высказывает свои собственные взгляды.("The National Interest", США)


Если бы я был политическим стратегом, дающим советы российскому правительству по ключевым вопросам в области национальной безопасности на 2015 год (таковым я, на самом деле, не являюсь), то тогда бы у меня были следующие пять приоритетов на этот год:

Прежде всего Кремль должен справиться с так называемым майданным вызовом на Украине. Любая консолидация склоняющейся в сторону Запада администрации, особенно той, которая проведет успешные реформы в области экономики и безопасности, облегчающие возможность рассматривать установление более тесных отношений между Украиной и НАТО, а также между Украиной и Европейским Союзом без предоставления гарантий российским ставкам, продолжает оставаться критической опасностью для интересов Москвы. Этот вызов после Оранжевой революции 2004 года был встречен созданием коалиции, которая выступала инициатором осуществления значительного политического сдвига и которая, оказавшись у власти, показала свою неспособность провести какие-либо значимые реформы. В то время, как бывший украинский президент Виктор Янукович представляет собой отыгранный материал, и вряд ли он вернется из российского изгнания, критичным (с точки зрения Москвы) является то, что украинцы — особенно на востоке и в центральных регионах страны — теперь начинают думать, что его правительство в сравнении с тем, что происходит в стране сейчас, не было, в конечном итоге, таким уж плохим. Более того, критичным будет показать, что сделанные на Майдане обещания остались пустыми словами, а обязательства, предложенные западными правительствами, не будут выполнены.

Даже с учетом обвала цен на нефть и экономического кризиса, в котором в настоящее время оказалась Россия, у Москвы все еще сохраняются многочисленные рычаги для того, чтобы удержать Украину, — начиная от поддержки ее сепаратистов и до контроля над энергетическими ресурсами. Кроме того, существует немало слабых мест в нынешней коалиции — реформаторы противостоят представителям бизнеса, националисты — тем, кто оставляет открытыми возможности практических договоренностей с Москвой. Некоторые активисты Майдана недовольны медленными, по их мнению, темпами изменений и могут склониться к тому, чтобы оказать давление на правительство в 2015 году. Однако существует также опасность того, что все большее количество украинцев на востоке, которые не пошли по пути вместе с сепаратистами, а поддержали президентские амбиции Петра Порошенко и его партию на выборах в Раду, будут отстраняться от правительства, не способного восстановить определенную степень нормальности и предсказуемости в отношениях с Россией.

Конечно, Россия в настоящее время находится под санкциями со стороны Запада из-за ее действий на Украине, и поэтому на ее набор инструментов, используемых для давления на своего соседа, оказывает влияние второй приоритет 2015 года: частичное восстановление испорченных отношений с Европой. России нужны две вещи в 2015 году: частичное ослабление санкционного режима, по крайней мере, расчистка путей для финансирования и развития новых энергетических проектов, а также остановка дальнейшего движения Украины в сторону Запада, а для этого нужно, чтобы достаточное количество членов Евросоюза и НАТО категорически выступили против шагов, направленных на повышение вероятности предоставления членства Киеву в обеих организациях. Очевидно, что Германия, традиционный партнер России в этих вопросах, является менее надежным партнером, пока у власти остается федеральный канцлер Ангела Меркель. Это связано с ухудшением ее отношений с президентом Владимиром Путиным из-за того, что, по мнению Меркель, российский президент в течение 2014 года несколько раз ввел ее в заблуждение относительно происходящих на Украине событий, и поэтому Москва будет продолжать выстраивать отношения с правящей коалицией, особенно с представителями социал-демократов, однако ее усилия будут смещены в сторону менее крупных центрально-европейских государств-членов Евросоюза (среди них Венгрия и Словакия) и будет концентрировать свое внимание на Франсуа Олланде, использую для этого аргумент относительно того, что продолжающиеся санкции и нестабильность в отношениях Евросоюз-Россия из-за Украины наносят ущерб экономикам обеих сторон. России нужно будет продемонстрировать больше гибкости в переговорах по поводу Украины, а также оказать большее давление на сепаратистов для того, чтобы они согласились на политические сделки. Однако, делая это, Москва надеется продемонстрировать к весне достаточный прогресс в подталкивании Украины в сторону решения, основанного на децентрализации/нейтрализации, для того, чтобы добиться некоторого ослабления давления на Россию со стороны Евросоюза.

Даже если Евросоюз продолжит попытки диверсификации своих энергетических источников, европейские инвестиции и техническая поддержка является полезными для развития российского энергетического комплекса и создания условий для того, чтобы он находился в лучшей позиции для поставок энергоносителей на азиатские рынки, что столь наглядно демонстрирует проект создания совместного газового комплекса компаниями Total и Новатэк на Ямале. Это подводит нас к третьему приоритету: создание китайско-российского партнерства на наиболее выгодных условиях для Москвы. Россия объявила о своем «развороте в сторону Азии» задолго до Майдана, однако события 2014 года, судя по всему, свидетельствуют о том, что Россия крайне заинтересована в поддержке со стороны Китая, и поэтому Москва по многим вопросам примет те условия, которые будут менее выгодными для нее. России нужны отношения с Китаем, также как и Китай чувствует себя более надежно, когда безопасность его северных и западных границ обеспечивается сильной Россией, способной противостоять Западу, и когда он в лице России имеет надежный источник поставок энергоносителей и сырьевых материалов, который Соединенные Штаты не могу заблокировать или наложить на него санкции. Однако Москва также нуждается в сохранении определенного баланса в своих отношениях с Пекином. Вот почему столь важным является планируемый Путиным позднее в этом году саммит в Японии, а также дальнейшее развитие российских проектов на Корейском полуострове.

Несомненно, помогает то, что Путин в лице председателя Си Цзиньпина имеет динамичного собеседника, который понимает долгосрочную ценность партнерства с Россией для китайских интересов, даже если это означает компромиссное решение краткосрочных вопросов (таких как цены на российские товары). Парадокс в том, что те отношения, который Путин, возможно, надеялся установить с Джорджем Бушем младшим после 11 сентября (2001 года), могут оказаться именно типом того партнерства, которое у него сложилось с Си, при условии, что они продолжат формировать китайско-российские отношения в оставшуюся часть десятилетия.

Интересный тест для отношений между Си и Путиным состоит в том, сможет ли Россия разрядить существующую напряженность в отношениях между Индией и Китаем. Это и есть четвертый приоритет. Улучшенные отношения между двумя азиатскими гигантами – но не слишком улучшенные – служат интересам Москвы за счет создания политического доверия, необходимого для реализации транс-синьцзянского проекта строительства трубопровода, который, наконец, установит прямую энергетическую связь между Россией и Индией. Сокращенное давление Китая на Индию — и даже, возможно, продвижение к окончательному разрешению застарелых пограничных вопросов — также может сократить некоторые стимулы для Нью-Дели в том, что касается улучшения отношений с Соединенными Штатами, особенно в области безопасности. Определенная степень соперничества между Индией и Китаем выгодна для России — оно, это соперничество, позволяет Москве балансировать между ними и продолжать свое масштабное и выгодное партнерство в области разработки вооружений с Индией, — однако, если Китай будет слишком проявлять свою властность, то будут подорваны российские усилия, направленные на создание из БРИКС более эффективного противовеса группе G-7, а также на снижение энтузиазма в Индии относительно дальнейшего продвижения по пути к установлению более тесных отношениям с Вашингтоном (даже с учетом спорадически проявляемого внимания по отношению к Индии со стороны Соединенных Штатов во время правления администрации Обамы).

И, наконец, пятый приоритет состоит в том, чтобы вновь придать импульс проекту евразийской интеграции в целом. Украинская интервенция, а также экономические проблемы России нанесли значительный ущерб привлекательности Евразийского Союза. Москва теперь вынуждена будет убеждать ключевых региональных лидеров — начиная с руководителя Казахстана Нурсултана Назарбаева — в том, что «альтернативный» Евросоюз остается хорошей сделкой, и у него есть будущее.

Россия завершила 2014 год под воздействием западных санкций и своего собственного экономического кризиса. Ей нужно восстановить в 2015 году свободу маневра за счет ограничения ущерба своих западных векторов, активного продвижения своей евразийской мечты, а также укрепления своих альтернативных вариантов в Азии.

Саммит АТЭС в Пекине и саммит группы G-20 в Австралии осенью прошлого года показали, что Путин находится под давлением, однако он не полностью изолирован, и у него есть дополнительные опции. Если администрация Обамы намерена продолжить свои усилия в 2015 году, направленные на то, чтобы сделать Путина в большей степени изгоем на международной арене, то ей нужно будет предпринять значительно более активные усилия в отношении целого ряда лидеров — от Олланда и Синдзо Абэ до Нарендры Моди и Назарбаева — для того, чтобы объяснить свои действия. Ей также нужно будет решить, сколько средств нужно инвестировать в успех правительства Порошенко на Украине, и сбалансировать желаемый результат и реальными возможностями. Однако наиболее критичный вопрос состоит в следующем: Вашингтон не может расслабиться и полагать, что проблемы российской экономики ограничат активность России на глобальной арене.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> В результате теракта в Париже погибли 12 человек Полный текст

Продолжение...

@wludss:

Что дает мировой экономике укрепление доллара и почему доллар стал силнее? Отгадка проста экономика США растет... http://t.co/7beGzQixQv

Леон Нейфах (Leon Neyfakh)("The Boston Globe", США)


По мнению Лорена Грэхэма из Массачусетского технологического института, неспособность крупной державы извлечь выгоду из своих научных знаний — это чрезвычайно серьезная проблема





Резкое падение курса российского рубля в декабре привлекло всеобщее внимание к плачевному состоянию экономики одной из важнейших стран мира. За последние несколько лет Россия практически превратилась в нефтяное государство — государство с населением в 140 миллионов человек, многие из которых имеют высшее образование, чье благосостояние по большей части основывается на добыче природных ресурсов и чья экономика растет и сокращается в зависимости от колебаний цен на нефть и природный газ. Когда цены на нефть начали падать, рубль внезапно стал чрезвычайно уязвимым.

Другие развивающиеся страны, такие как Китай, Бразилия и Индия, диверсифицировали свои экономики, сделав основой своего благосостояния технологии и различные отрасли производства. Доказательства этому можно найти, зайдя в местный магазин Best Buy, где на полках вы увидите компьютеры, произведенные в Чэнду, и жесткие диски из Таиланда, или прокатившись по улице мимо автомобилей, сделанных в Германии и Корее. Между тем, Россия не выпускает никакой значимой технологической продукции. Я даже представить себе не могу, чтобы кто-то искал в продаже ноутбук российского производства, или звонил бы по сделанному в России мобильному телефону, или смотрел бы кино на российском плоскоэкранном телевизоре.

Историк науки из Массачусетского технологического института Лорен Грэхэм (Loren Graham) потратил много лет, пытаясь выяснить, как такое могло произойти. По словам Грэхэма, самым поразительным здесь является то, что Россию нельзя назвать технологическим болотом: российские ученые сделали множество важнейших научных открытий 20 века. Среди их достижений можно назвать изобретение лазеров, они стали пионерами в области компьютерных технологий и даже предложили концепцию гидроразрыва — и все эти идеи были позже доработаны и коммерциализированы другими странами.

Неспособность превращать идеи в коммерческие начинания оказалась чрезвычайно серьезной проблемой для России и, в конечном итоге, для всего мира. Чем дольше в экономике этой гигантской ядерной державы доминируют сырьевые олигархи, а не стабильный, независимый деловой сектор, тем дольше миру придется терпеть ее попытки бравировать своим геополитическим влияниям, проявляющиеся самым непредсказуемым образом.

Сегодня российские лидеры понемногу начали признавать серьезность этого пробела в экономике. В своем ежегодном обращении, с которым Владимир Путин выступил в декабре, он заявил, что сейчас крайне важно, чтобы Россия, которую он возглавляет уже 15 лет, положила конец «критической зависимости от иностранных технологий». Пока все усилия правительства принимали форму централизованных инициатив, в том числе инициативы в городе Сколково, который правительство России — при поддержке Массачусетского технологического института — пыталось превратить в российскую версию Кремниевой долины.

По мнению Грэхэма, этого, возможно, недостаточно. «Путин говорит: мы должны диверсифицировать нашу экономику и мы сделаем это, — сказал недавно Грэхэм. — Но чтобы добиться этого, им придется внести массу изменений в правовую систему, систему патентования и изменить положение инвесторов. Технологии не развиваются сами по себе. Для этого необходимо создать самые разные поддерживающие механизмы».

Накануне поездки в Россию, после публикации своей книги в прошлом году, Грэхэм по телефону дал интервью изданию Ideas.

Ideas: Как бы вы охарактеризовали отношения России с технологиями?

Лорен Грэхэм: У России есть одна поразительная черта — я не знаю ни одной другой страны, которая бы обладала этой чертой — и она заключается в том, что за последние 300 лет в России возникло огромное множество удивительных технических и научных идей, из которых эти люди не смогли извлечь практически никакой экономической выгоды. Русские просто неспособны превращать идеи в коммерческий продукт.

— Почему?

— Я думаю, что Россия совершает ошибку, совершает ее прямо сейчас и совершала ее в течение очень долгого времени: русские всегда верили, что секрет модернизации заключается в самих технологиях. Поэтому они упорно продолжают разрабатывать новые технологии — в настоящее время они сотрудничают с Массачусетским технологическим институтом в Сколково. Они уверены, что, если они сделают новейшие разработки, получат новые перспективные технологии, они сразу же добьются успеха. Но на самом деле это практически ничего им не даст, потому что в российском обществе нет условий, необходимых для коммерческого успеха технологий — здесь речь идет о социальных, правовых, политических и экономических условиях. Политическая власть боится сильных предпринимателей, которые способны заработать огромные состояния, потому что в их лице она видит конкурентов.

— Вы изучаете российскую науку уже более 50 лет. Слышали ли вы когда-нибудь, чтобы российские ученые жаловались на это?

— Я часто слышал, как российские ученые говорили: «Все мои хорошие идеи были украдены! Вы, жители Запада, крадете их у нас!» В российском научном сообществе бытует мнение, что бизнес — это грязное занятие. И что ученому нельзя унижать себя выходом за пределы чистой науки. Кроме того, в России эта точка зрения подкрепляется тем, что там повсеместно распространена коррупция, поэтому уход в бизнес, с точки зрения ученых, равносилен переходу в сферу преступности, коррупции и махинаций.

— Можете ли вы привести какие-либо примеры?

— Весьма показательным примером являются лазеры. Лазеры — это фундаментальная основа современной экономики. Все мы пользуемся лазерами, они есть в камерах, принтерах и так далее. Мы постоянно используем лазеры. Однако лазеры нельзя назвать новой технологией: их разработали в 1950-х и 1960-х годах, и двое российских ученых получили за них Нобелевскую премию. Был еще один американец [который тоже получил Нобелевскую премию], Чарльз Таунс (Charles Townes) — но двое россиян, Александр Прохоров и Николай Басов, получили премию именно за изобретение лазерных технологий. А теперь давайте подумаем, кто сегодня зарабатывает деньги на лазерах? На мировом рынке нет ни одной более или менее крупной компании, которая продавала бы лазеры. Между тем, Чарльз Таунс… как только он разработал лазер, даже несмотря на то, что он не был бизнесменом — он был типичным профессором физики — он сказал: «Мне кажется, на этом можно заработать хорошие деньги! Я не бизнесмен, но своего я не упущу». Поэтому он немедленно получил патент на свое изобретение, а затем продал права на него бизнесу, поскольку, хотя он сам и не хотел руководить деловым предприятием, он понимал, что в его руках золотая жила. Между тем, русские ученые не предприняли никаких шагов — на самом деле в тех условиях, в которых они жили и работали, это было попросту невозможно.

— Почему? Разве попытки извлечь коммерческую выгоду из лазеров в России пресекались?

— Они не пресекались — они попросту никогда не возникали. Я брал интервью у Прохорова — ему никогда даже в голову не приходило создать свою компанию. И даже если бы эта мысль посетила его, тогда в России не существовало патентной системы, не было инвесторов, он даже не смог бы разместить акции своей компании на бирже. Механизмы, которые необходимы для того, чтобы сделать технологию экономически успешной, в Советском Союзе попросту отсутствовали. Сейчас ситуация в России не намного лучше: там до сих пор не сформировалось полноценное инвестиционное сообщество. Инвесторы-меценаты, которые вкладывают деньги в высокие технологии на стадии их разработки в Кремниевой долине, Кендалл-сквер и так далее, в России попросту отсутствуют.

— Но разве российские ученые не получают заслуженные почести?

— Разумеется, они получают заслуженные почести, но их почитают как ученых. Они не получают известность как предприниматели в области технологий. Речь идет о людях, которые работают в лаборатории и получают разного рода награды и похвалу, но при этом не делают ничего, что могло бы повлиять на экономику.

— Есть в этом правиле какие-либо исключения?

— Исключения есть, и, как правило, они относятся к сфере программного обеспечения. В области программного обеспечения легче добиться коммерческого успеха, потому что это скорее интеллектуальный, а не материальный продукт — это то, что вы создаете в своем сознании. А если речь идет об интеллектуальных продуктах, Россия может похвастаться очень серьезными достижениями — вспомните музыку, литературу и так далее. Между тем, люди в России плохо умеют изобретать материальный продукт, а затем извлекать из него экономическую выгоду — именно это нужно было сделать с лазерами. Просто изобрести лазерные технологии оказалось недостаточно.

В случае с программным обеспечением его разработчикам не приходится вступать во взаимодействие с коррумпированной системой, поскольку, если только вы не хотите построить что-то или начать производить какой-либо продукт, который требует строительства завода или хотя бы магазина, к вам не придет человек, который скажет, что вам необходима защита и покровительство и что, если вы не заплатите, ваш бизнес рухнет.

— В какой степени все это является прямым следствием того, что в Советском Союзе не было системы частного предпринимательства?

— Отголоски советского прошлого играют существенную роль, однако ими все не ограничивается. В своей книге я пишу о том, что подобные проблемы существовали и в период царизма — в особенности в 19 веке. И чаще всего я привожу в качестве примера электрическое освещение. Электрическую лампочку изобрел русский ученый Яблочков. Он поехал в Западную Европу, где он разработал систему освещения улиц Парижа и Лондона. Именно тогда Париж получил свое прозвище, которым его называют до сих пор — «Город света».

— Это больше похоже на пример того, как можно взять идею и реализовать ее на практике.

— Правильно. Но послушайте, что случилось дальше. Российское правительство убедило Яблочкова вернуться на родину после того, как он разбогател во Франции, и сделать то же самое в России. Он вернулся, основал свою компанию и обанкротился — он попросту не смог найти инвесторов! Он даже не смог убедить хозяина гостиницы, где он жил, установить там электрическое освещение. Тогда русские предпочли газовые лампы.

— Правда ли, что технологии гидроразрыва были изобретены в России?

— Об этом мало кому известно. В 1950-х годах русские разработали концепцию гидроразрыва и опубликовали несколько статей, посвященных этой теме. И что же случилось потом? Ничего. Никто так и не воспользовался этой блестящей идеей. Эти статьи были опубликованы в научных журналах. Они не были опубликованы в деловых журналах, потому что в Советском Союзе попросту не было деловых журналов. Поэтому спустя 30 лет американцы доработали технологии гидроразрыва и внедрили их.

А теперь в Россию прибыли американские компании — Chevron, Exxon, BP — которые учат русских, как работать с технологиями гидроразрыва, несмотря на то, что эти технологии были созданы русскими.

— Считаете ли вы, что нынешнее российское правительство пытается исправить ситуацию?

— Я думаю, что некоторые представители правительства понимают, что ключевой основой российской экономики должны стать интеллектуальные, а не добывающие отрасли, такие как нефтегазовая промышленность. Они это знают. Кроме того, теперь в России появился частный бизнес. Но там до сих пор существует масса препятствий.

— Как неспособность России извлекать коммерческую выгоду из научных открытий отразилась на современном состоянии России?

— Я считаю, что эта неспособность имела чрезвычайно серьезные последствия. В России есть люди, которые говорят — разумеется, это преувеличение, однако в нем присутствует определенная доля истины — что Россия — это всего лишь Саудовская Аравия с ядерным оружием. Сегодня Россия, несмотря на 300 лет попыток индустриализации и модернизации, остается экономикой, основанной в первую очередь на нефти и газе. Это трагедия, но российские лидеры продолжают считать, что лучший способ решить эту проблему — издать очередной указ. О создании Сколково, например. Я бы сказал, что неспособность России адекватно использовать таланты ее ученых и инженеров является одной из причин, по которым России не удается стать полноценной демократией. Потому что правительство, хотя оно и осознает необходимость модернизации, продолжает выбирать такие способы решения этой задачи, которые лишь усугубляют проблему.

БОРИС КОЛЫМАГИН


Переломный для новейшей истории России 2014 год прошел под знаком ухода православия из общественной жизни. Его влияние постепенно падает, несмотря на тесные объятия президента и патриарха, появление написанного в стенах Российского православного университета учебника для мигрантов и мужественную борьбу против сказочного «ока Саурона». Государство входит во многие сферы религиозной жизни, переформатирует их под себя и тем самым занимается «скрытой секуляризацией». «Православный атеизм», заявленный в свое время «последним диктатором Европы» Лукашенко, бодро перешагнул границы братской страны и гордо шествует по путинской России.
После украинских событий ресурс «политического православия» резко сократился. Русский мир, о котором грезил предстоятель РПЦ МП, в одночасье стал фикцией, отработанным материалом. И недавнее заявление белорусского духовенства о желательности автономии Белорусской церкви лишний раз напомнило о том, что вспять время не повернешь.
Но, похоже, православный ресурс сокращается не только в политике, но и в культуре. На первый взгляд политическая элита продолжает использовать господствующую конфессию в качестве средства коммуникации. Масштабные торжества в честь 700-летия Сергия Радонежского, на котором отметились многие политики, вроде бы служат тому подтверждением. Но все делается по инерции, без перспективы. Как, скажем, по инерции собирается в храме Христа Спасителя Всемирный русский народный собор, не вносящий уже много лет ничего нового в конфигурацию церковно-общественных отношений. Подобные мероприятия можно поставить в один ряд снаграждением церковными орденами гендиректора ВГТРК Олега Добродеева и главу Российского международного информационного агентства «Россия сегодня» Дмитрия Киселева.
Пропагандистские игры около церковной ограды навевают скуку. Правда, порой от них бывает и какая-то польза — кое-что перепадает и культуре. Скажем, в ходе подготовки юбилея самого почитаемого на Руси святого были отремонтированы многие древние храмы преподобного Сергия, а в Царском Селе восстановили замечательный собор, связанный с Первой мировой и семейством Романовых.
Но часто в результате этих игр культурное наследие становится заложником амбиций и идеологии. Чтобы далеко не ходить за примерами, достаточно вспомнить баталии вокруг строительства в московском Сретенском монастыре новодела рядом с древней церковью, фундамент которой может быть поврежден. Симптоматично, что решение о строительстве храма Новомучеников и Исповедников Российских на Крови «пробил» в коридорах власти настоятель Сретенского монастыря, «духовник Путина» и ответственный секретарь Патриаршего совета по культуре о. Тихон (Шевкунов). То есть человек, который вроде бы призван защищать культуру внутри церковной ограды.
Церковные топ-менеджеры интересуются культурной темой только в контексте освоения бюджетных средств, выделенных государством на культуру. Кризис во многом умерил их аппетиты. И уже не слышно, например, о проектах по превращению Ростова Великого в град-Китеж — по примеру лужковских стилизаций. Спасибо кризису.
В то же время культурные импульсы, идущие из церковной ограды, от простых прихожан, исчезают. Всякие музыкальные фестивали, литературные конкурсы, общественно-значимые инициативы погрузились в трясину церковной и государственной бюрократии, и если что-то еще живое существует, то вопреки структуре момента.
К таким живым делам стоит, наверное, отнести работу Преображенского содружества малых братств по увековечиванию памяти жертв политических репрессий. Недавно в Петербурге по благословению митрополита Варсонофия участники движения начали сбор средств на установление на Левашовском мемориальном кладбище памятника репрессированным участникам братств города на Неве.
Новый путинский секуляризм, связанный прежде всего с приспособлением религии под нужды государства, набирает обороты. Это не значит, что он не действовал раньше. Просто количество переходит в качество.
К слову, об играх путинской бюрократии с религией немало говорится в вышедшим перед самым Новым годом сборнике «Монтаж и демонтаж секулярного мира» (М., Центр Карнеги, 2014). Здесь и замечательное социологическое исследование «Вера большинства» покойного Бориса Дубина. И аналитическая статья Сергея Филатова «Русское православие, общество и власть в эпоху турбулентности». И «Легенды и мифы российской истории» Олега Морозова. И многое другое.
Статья протоиерея Алексея Уминского «Христианская община и гражданское общество» взывает к полемике. Автор рисует нам идеальную картину устроения церковной жизни — конечно, посредством общин, соборности. Но нигде не говорит о механизме защиты этих самых общин в условиях путинской России, в условиях авторитаризма и самодурства церковных топ-менеджеров. Так что его призыв создавать общины немного похож на призыв попа Гапона во время оно идти к царю. Пойти-то можно. А что делать, если начнут стрелять?
В 2014 году РПЦ МП вступила в трудные времена. Но, может быть, здесь будет и своя польза: многие горячие головы остынут. И подспудно начнется поиск конструктива.

Николай Митрохин


Показательный расстрел 1 января одного из самых харизматичных лидеров пророссийских боевиков в Луганской области - Александра Беднова по кличке Бэтмен - ознаменовал собой не только календарное, но и реальное начало нового года для территории Донбасса, оккупированной российскими войсками.

Беднов был типичным для лидеров боевиков бывшим военным "без биографии". О себе он в многочисленных интервью рассказывал немного - родился в семье военного, был командиром роты в милицейском спецназе (неизвестно где), специализирующемся на освобождении заложников. Вышел в отставку (когда?) капитаном. Для 45-летнего офицера - до обидного скромная карьера. Чем занимался после отставки, где жил, какое гражданство имел - опять же загадка. Затем - с апреля 2014 года - участие в отряде боевиков под руководством довольно известного полевого командира Алексея Мозгового, организация в его составе собственной группировки, которая выросла до размеров "бригады". Сейчас "группа быстрого реагирования ''Бэтмен''", сидящая в окружении "народной милиции" ЛНР на своей базе в Луганске, насчитывает, по данным разных источников, до сотни человек. Всего на момент убийства командира в ней состояло, по некоторым данным, до 300 человек. Остальные находились на базе в городе Красный Луч, куда Бэтмен предположительно пытался сбежать, узнав о намечавшемся аресте.

Беднов был известен активной поддержкой идей русского имперского национализма. В состав его группировки входила известная диверсионно-штурмовая разведывательная группа (ДШРГ) "Русич" - немногочисленный, но активный отряд питерских неоязычников-неонацистов, часть которых попала вместе с Бэтменом в засаду и погибла. Группу создал и возглавляет печально прославившийся в 2011 году своими живодерскими фотографиями в интернете поклонник Гитлера Алексей Мильчаков. Одиозность не помешала неонацисту пройти в 2011-2012 годах службу в Псковской дивизии ВДВ, а потом реализовать свои идеи и полученные навыки в Донбассе. Там он поменял свое прозвище "Фриц" на позывной "Серб". "Русич" (кстати, название группы ее участники предпочитают писать руническим шрифтом) воюет под знаменем со стилизованной в виде черного солнца свастикой. На войне Мильчаков любит фотографироваться с телами убитых противников и рассказывать на камеру, что группа не берет пленных.

Садистскими наклонностями, по-видимому, отличалась и основная часть группы Беднова. Сразу после его убийства один из его бывших друзей, бывший журналист Александр Чаленко сообщил в своем блоге подробности предъявленных тому посмертно обвинений. Речь шла в основном об отъеме недвижимости у луганских "мирных граждан". Хозяйку дома, в котором поселился Бэтмен, "уговорили" переписать на того имущество, угрожая посадить в тюрьму ("подвал") отряда и снять там кожу.

Заведовал тюрьмой боец по кличке Маньяк. В ней было пять камер по категориям заключенных, в том числе женская, а также специализированная пыточная. В Сети уже есть видео, на котором задержанный член группировки по кличке Фобос дает показания о том, как Маньяк использовал "полевой набор хирурга". Есть и первые признания самого Маньяка, сделанные в лучших традициях фильмов ужасов.

Так что неудивительно, что бойцы подразделения, даже оставшись без командира, не хотят так просто сдаваться луганским властям. По драконовским законам, установленным самими боевиками, попасть в пыточные подвалы одной из группировок можно за куда более мелкие преступления - пьянство, скандал с женой или появление на улице в комендантский час. Отработает ли жертва "борцов с фашизмом" свою провинность парой недель рабского труда, выкупят ли ее родственники и друзья, будет ли она изнасилована, забита на допросе или расстреляна без суда и следствия - Бог весть.

Означает ли "отстрел" Бэтмена и его приближенных, часть из которых была гражданами России, что власти (луганские ли, российские ли) взялись за наведение элементарного порядка на подконтрольных им территориях, прижимая к ногтю или уничтожая самых отъявленных "беспредельщиков"? Подавляющее большинство комментаторов, как с пророссийской, так и с условно проукраинской стороны, в это не верят. Чаще всего расстрел объясняется как реакция на попытку заговора полевых командиров Луганской области, в последнее время очень недовольных деятельностью официального главы ЛНР Игоря Плотницкого.

В убийстве Беднова как в капле воды отражается вся противоречивость ситуации, которая сложилась сейчас на оккупированной территории. Негласные переговоры Порошенко и Путина, результатом которых были минские соглашения, помогли зафиксировать сложившийся статус-кво. Обе стороны конфликта временно отказывались от боевых действий и пытались установить экономические отношения переходного (но пока непонятно куда ведущего) периода применительно к территориям восточной Украины, оккупированным Россией в конце августа - начале сентября.

В результате этих договоренностей Россия получала фактическую свободу рук для тихой колонизации подконтрольных ей территорий. Легитимизировать присутствие своей армии и администрации на Донбассе она не может под угрозой новых санкций, однако устанавливать свои порядки под прикрытием якобы независимых псевдогосударственных образований - ДНР и ЛНР - ей по силам. Украинские власти, отозвав с оккупированной территории всех государственных чиновников и прекратив там всяческое финансирование, по существу полностью переложили ответственность за состояние дел на российскую сторону. Поставки гуманитарных грузов, начавшиеся, хоть и нерегулярные выплаты зарплат, пенсий и компенсаций, формирование официальной комиссии по оказанию гуманитарной помощи - все это показывает, что Россия пусть нехотя, но все-таки взяла на свой кошт три-четыре миллиона жителей Донбасса. Внешне это вроде бы выглядит как формирование еще одного, только большого, Приднестровья. Однако на деле оккупированная часть Донбасса на Приднестровье совершенно не похожа.

В Приднестровье имелось согласие между региональной элитой - прежде всего "красными директорами", местными чиновниками и сотрудниками правоохранительных органов, которые были способны обеспечить функционирование государственных институтов, - и населением, испуганным (и запуганным) перспективой ускоренной румынизации. Российские войска под командованием генерала Лебедя и "понаехавшие" имперские националисты стали военной силой, прикрывшей создание сепаратистского квазигосударства. Но своя основа для него все-таки была.

Аналогичные процессы проходили и в Южной Осетии и Абхазии - с той разницей, что они пережили исход грузинского населения (во всяком случае, из городов) и не имели промышленности. Тем не менее это была относительно единые "страны" с плохо, но функционирующими и внутренне легитимными механизмами власти.

Совершенно иная ситуация сложилась в Донбассе. Управлять регионом с населением как у небольшой европейской страны и тем более городами-миллионниками - это совершенно не то же самое, что контролировать небольшое Приднестровье, Абхазию, а уж тем более Южную Осетию. Нужен высокий уровень компетентности бюрократии и политиков. Региональная элита Донбасса (в отличие от днепропетровской и харьковской) занимает противоречивую позицию. Однозначной поддержки от нее не получили ни сторонники независимости Украины, ни ее противники. Региональное чиновничество также придерживалось нейтралитета в конфликте. До июля подчиняющиеся Киеву "технические" областные и городские администрации вполне могли сосуществовать с "политической властью" в лице боевиков. Но когда после ультиматума сбежавшего в Донецк Игоря Гиркина местным властям дело дошло до необходимости выбора - оставаться в переполненных вооруженными группировками, а то и откровенными психопатами с автоматами в руках Донецке и Луганске или переезжать (пока временно) в Мариуполь или Северодонецк, - большинство заметных чиновников предпочло второй вариант. Разбогатев еще при Януковиче и видя порядки в ДНР и ЛНР, они понимали, что за действительные и мнимые провалы в работе могут угодить в пыточные подвалы. А те рядовые чиновники администраций, для которых личные обстоятельства или даже пророссийские убеждения были важнее потенциальных угроз, никак не могли взять на себя функции начальников департаментов или заместителей мэров: для этого нужны опыт и квалификация.

В результате на оккупированных территориях Донбасса наблюдается явный недостаток компетентных исполнителей (который усугубился после решения Порошенко об окончательном выводе государственных учреждений). Заметна и чрезмерная децентрализация "политической власти" в лице различных вооруженных групп.

Помимо противоречий между властями Донецкой и Луганской областей, которые кремлевским кураторам боевиков никак не удается склеить в "Новороссию", проблемой этих территорий стал усугубляющийся сепаратизм вооруженных групп, контролирующих отдельные города или районы.

Первые отряды боевиков, состоявшие из местных мелких бандитов, гопников, милиционеров, ветеранов войн в Афганистане и Чечне, а также русских националистов местного и российского происхождения, совершали захваты административных зданий и становились местными властителями в надежде на скорый приход России по крымскому сценарию. Поскольку этого не произошло, а никаких серьезных политических пророссийских движений в регионе не было и не появилось, создавшийся вакуум власти оказался заполнен по праву силы. Действительно, зачем бывшему ефрейтору или рядовому шахтеру, оказавшемуся в кресле главы городской администрации, уступать его неизвестно кому, если каждая неделя хозяйничанья приносит в карман "народного мэра" десятки, а то и сотни тысяч долларов? Доходы от рэкета, от перепродажи в Россию "отжатых" автомобилей и оружия, от распродажи поступившей гуманитарной помощи, от налогов, которые платят немногочисленные местные предприятия и предприниматели, прочие возможности весело и выгодно провести время - всего этого без боя никто не отдаст.

Поэтому оккупированная территория с самого начала и по сей день представляет собой конгломерат уделов во главе с князьками, чья власть основана либо только на поддержке собственной дружины, либо еще и на помощи и защите российского спецназа. Усложняется ситуация и тем, что разные князьки имеют свои - и весьма разнообразные - отношения с российскими спонсорами. Кто "дружит" с ФСБ, кто с ГРУ, кто с отдельными российскими персонами типа "олигарха-лайт" Константина Малофеева. Таким образом, на внутридонбасские расклады накладываются еще ревность и соперничество российских ведомств и частных партнеров государства.

Решившись еще в августе на упорядочение "государственного управления", российские кураторы проекта "Новороссия" сделали ставку на не особо креативных и харизматичных, но управляемых персонажей. В ДНР это "авторитетный командир" Александр Захарченко (бывший танцор, московский строитель, прапорщик на службе в военкомате), в ЛНР - бывший российский офицер Игорь Плотницкий, ранее мелкий чиновник в луганской областной администрации. Они должны были опираться на авторитет и средства российской стороны. К октябрю всем стало ясно, что эта схема просто так не работает. Снабжать находящихся на передовой боевиков оружием, боеприпасами и деньгами российская сторона была вынуждена потому, что иначе держать границу "народных республик" пришлось бы российским контрактникам, которые сейчас находятся в тылу, как правило, за пределами зоны поражения украинской артиллерии. А сами боевики сохраняли опорные базы уже по всему Донбассу, выставляя на передовую сменяемые подразделения.

Поэтому с ноября, после "выборов", призванных легализовать избранных Россией "губернаторов", российские власти перешли к тактике удаления из Донбасса наиболее заметных противников номинальных хозяев региона. Первыми жертвами этой тактики стали харизматичный "хозяин" донецкой Горловки Игорь Безлер (Бес) и лидер казачьих группировок, контролирующих запад и восток Луганской области, Николай Козицын. По имеющимся отрывочным сведениям, они были разоружены и вывезены в Россию российскими военными. Заодно, по мере затухания вооруженного противостояния, из Донбасса стали потихоньку изгоняться наиболее активные российские боевики: нужда в их военных знаниях отпала, а проблемы с любителями несанкционированной стрельбы в условиях перемирия, да и просто с людьми, настроенными на конфронтацию с любой властью, остались. Так, в подвалах ДНР оказался отличившийся резкими критическими видеообращениями заслуженный боевик Червонец из группировки Арсения Павлова (Моторолы).

Если в Донецкой области подобная тактика себя в целом оправдала и личная группировка Захарченко "Оплот", накачанная российской техникой и ресурсами, к концу года действительно стала самым крупным и влиятельным (но пока далеко не единственным) вооруженным формированием боевиков, то в Луганской области эффект получился обратный. Удаление из игры в начале декабря Николая Козицына, несмотря на все усилия российских военных, не привело к реальному переподчинению стоящих за ним казачьих атаманов номинальному главе ЛНР, хотя официально ее "армия" была создана и разномастные группировки влились в нее на правах подразделений. Они, а также упомянутые выше Алексей Мозговой, лидер в целом левой по идейным убеждениям механизированной бригады "Призрак", контролирующей город Алчевск, и Беднов-Бэтмен не просто не видели в Плотницком легитимного лидера "народной республики", но и публично обвиняли его в фальсификации выборов. Беднов, например, заявил журналистам, что 8 октября трое его людей было ранено охраной центризбиркома ЛНР при попытке зарегистрировать общественно-политическое движение группировки для участия в выборах.

Кроме того, недовольство у оппонентов Плотницкого вызывало масштабное расхищение гуманитарной помощи, поступающей из России, а также начавшаяся в декабре продажа руководством ЛНР угля Украине. 29 декабря самый известный после Козицына атаман - бывший каменщик, бывший бандит, бывший послушник монастыря, ветеран войны в Чечне, владелец квартиры в Петербурге, командир казачьего полка имени Платова Павел Дремов, чья группировка контролирует город Стаханов, расположенный к востоку от Луганска, и значительный участок линии фронта, - выступил с получившим популярность в социальных сетях видеообращением. Перемежая матерную брань по адресу Плотницкого с антисемитскими инвективами, он вместе с другими казаками потребовал отчета по всему набору обвинений. Обращение нашло своего адресата - через несколько дней Дремов, как стало известно из перехваченного и преданного огласке СБУ телефонного звонка, встречался с Дмитрием Медведевым. Согласно утверждениям Дремова, группировка должна была получить после этой встречи большое количество нового тяжелого вооружения (включая систему "Ураган") и военных специалистов, которые должны были обучить боевиков им пользоваться.

Подобная встреча, если она состоялась в действительности, а не была блефом Дремова, специально использовавшего незащищенный канал связи, резко меняла дело. Она превращала казаков, известных прежде как плохих вояк и откровенно слабых управленцев, в легитимную с точки зрения российских властей силу, достойную права контролировать значительную, если не большую часть ЛНР. В союзе с Мозговым и Бедновым они (при нейтралитете российской армии) действительно могли сбросить Плотницкого, имеющего за собой не так много "штыков", и поделить власть в Луганске. Причем Беднов мог быть ключевым элементом заговора, поскольку он имел крупную базу внутри столицы региона. Поэтому, возможно, расправа над "героем Новороссии" прошла столь показательно и брутально.

Имеет ли эта борьба пауков в банке общеполитическое значение? Безусловно. Она показывает, что процесс консолидации власти внутри оккупированных территорий у пророссийских боевиков как минимум далек от завершения. А значит, до налаживания спокойной мирной жизни, обуздания бандитских группировок, терроризирующих население, еще очень далеко. И все это на фоне зимы, ежедневно тающих запасов денег и продуктов у простых граждан, отсутствия системы распределения не слишком щедрой гуманитарной помощи из России и намечающегося открытого вооруженного конфликта между группировками за контроль над шахтами, поставляющими Украине необходимые ей марки угля, и маршрутами его транспортировки.

Значительная часть населения региона понимает это очень хорошо. Именно поэтому украинские ведомства еженедельно рапортуют о растущем числе официально зарегистрированных беженцев и вынужденных переселенцев. Если проводить исторические аналогии, то оккупированные территории Донбасса сегодня - это не новое Приднестровье и не новая Южная Осетия. Это Восточная Германия 1950-х годов, откуда на Запад ушли миллионы людей. Их гнали не только и не столько оккупационная администрация, сколько социальные эксперименты, репрессии и реквизиции новых властителей, вышедших благодаря поддержке московских друзей из грязи в князи.

15 лет на «галерах» истории

Логика развития России заставляет Владимира Путина делать державный выбор
Текст целиком >>>

Читайте далее: http://svpressa.ru/politic/article/108976/

@wludss:

Тихий вечер,луна на вершине Только души летают вдали Милый друг позабуть все на свете.. И любимых Христа обними! http://t.co/PXzFgSgpvw

("Christian Science Monitor", США)



Давайте назовем это сказанием о двух государствах или близких соседях с разными типами правления.

В прошлом году Россия и Украина вели малую войну за территорию, спровоцированную стремлением Украины выйти из тени Москвы. В этом году, когда в этой войне наступило перемирие, Россия и Украина столкнулись с резким экономическим спадом. И обе страны были вынуждены заняться решением своих внутренних проблем. Без решительных реформ, которые необходимо провести в ближайшее время, оба режима могут лишиться популярности и рухнуть.

Таким образом, в 2015 году состязание между Россией и Украиной будет заключаться не столько в применении силовых приемов друг против друга, сколько в том, которому из двух режимов удастся восстановить свою экономику.

И за их соревнованием в сфере внутренних реформ стоит понаблюдать. Многие страны задают себе вопрос, какая модель правления — автократическая или демократическая — может привести к устойчивому росту. Учитывая то, что история, культура и религия России и Украины тесно переплетены, эти два государства представляют собой два уникальных тестовых образца, позволяющих нам проверить, как можно справиться с серьезными внутренними потрясениями в рамках разных моделей правления.

Пока Украина лидирует, несмотря на повсеместную коррупцию и гигантский долг. С ноября 2014 года ей управляют лидеры, которых избрали в ходе достаточно честных и прозрачных выборов и которые пообещали провести фундаментальные реформы, в том числе сократить размеры правительственного аппарата, чтобы не было стимулов для мошенничества и взяточничества. Многие люди были назначены на министерские посты благодаря своей молодости и знанию английского языка.

Премьер-министр Украины Арсений Яценюк и президент Петр Порошенко, хотя они и принадлежат к разным партиям, объединились в рамках единой коалиции, направленной на продвижение принципов прозрачности и подотчетности. На Украине нет харизматичного лидера, вокруг которого могли бы объединиться все украинцы. Когда в 2014 году Россия превратилась в серьезную угрозу для Украины, большинство украинцев осознали, что их будущее находится в их коллективных руках.

Между тем, новый режим в Киеве ощущает на себе мощное давление — не только со стороны гражданских активистов, которые в феврале прошлого года помогли свергнуть коррумпированного лидера, но и со стороны Евросоюза и Международного валютного фонда. Украине необходимо получить еще 15 миллиардов долларов в дополнение к тем 17 миллиардам, которые МВФ уже пообещал ей предоставить. Украине необходимо срочно провести реформы, даже если они противоречат интересам олигархов, контролирующих ключевые отрасли промышленности.

В противовес Украине, Россией управляет один человек, президент Владимир Путин, который задабривает и контролирует олигархов, одновременно с этим подавляя недовольство в стране. Несмотря на то, что рейтинг популярности Путина остается чрезвычайно высоким благодаря его военным приключениям на Украине, сейчас он столкнулся с крахом российской валюты, высоким уровнем инфляции, последствиями западных санкций, введенных после аннексии Крыма, а также с резким сокращением доходов бюджета в результате падения цен на нефть. В России наблюдается сокращение численности населения, а также массовый отъезд самых богатых и талантливых ее граждан.

На сегодняшний день главная реформа г-на Путина заключается в том, чтобы оградить российскую экономику от иностранной конкуренции. Государство жестко контролирует СМИ и выборы в стране. Кроме того, правительство не хочет проводить реформы полиции и судов, несмотря на острую необходимость установить диктатуру закона в сфере гражданских и имущественных прав — не говоря уже о борьбе с коррупцией.

Вместо того чтобы проводить демократические реформы, Путин надеется, что в ближайшие два года цены на нефть снова вырастут и что в этот период времени его правительство сможет продержаться на 400 миллиардах долларов валютных резервов, накопленных за годы высоких доходов от продажи нефти.

Россиянам предлагают очень ненадежные механизмы обеспечения безопасности в обмен на их свободу, тогда как Украина, окунувшаяся в новую свободу, находится в крайне опасном положении. Какая из этих двух стран победит?

Оба эти государства должны понимать, что главным условием процветания является свобода.

ИГОРЬ ЯКОВЕНКО


Страну отпустили на двухнедельные каникулы. Поощрили за послушание и примерное поведение. Но еще большим благом, чем двухнедельное отлучение от труда, стало отсутствие начальства на своих рабочих местах.
За пять дней 2015 года не было принято ни одного репрессивного закона. Депутаты отдыхают.
Путин за пять дней не напал ни на одну соседнюю страну и не украл ни пяди чужой территории. Президент отдыхает.
Правительство за пять дней не сделало ни одной глупости. Министры отдыхают.
Ведущие пропагандисты за пять дней никого не испепелили, не повесили и не распяли. Они купаются в теплых морях, омывающих берега потенциального противника. Набираются там русского духа.
Нет, отдельные маньяки не отдыхают, им мучительно представлять, что россияне могут две недели гулять в парках, играть с детьми, целоваться с любимыми и все это время не вспоминать, что украинский фашизм на пару с американским империализмом подползает к границам Родины, и мы не имеем права отдыхать в такое тревожное время. Бывший главный санитарный врач России, а ныне помощник премьера Онищенко потребовал через «Русскую службу новостей», чтобы министры срочно в понедельник выходили на работу, поскольку, по убеждению Онищенко, «Россия ждет их трудовых подвигов». Остается надеяться, что там, где отдыхают сейчас российские министры, как обычно нет ничего русского, в том числе и «Русской службы новостей» и поэтому министры не услышат призыв страдающего чиновничьим энтузиазмом Онищенко.
Еще одно недреманное око России, Рамзан Кадыров, доверительно сообщил «Интерфаксу», а тот уже растрезвонил по всему свету, что он (не «Интерфакс», а Кадыров) готов поехать в Донбасс по приказу Путина. Отчаянной смелости этот Рамзан Кадыров, просто лев! Вспоминается видео, на котором молодой президент Чечни пользует в качестве боксерской груши немолодого и неспортивного министра своего правительства, прекрасно зная, что тот не то, что ответить, даже закрыться от президентских кулаков не посмеет. Вот и сейчас отважный Рамзан прекрасно знает, что ни в какой Донбасс никакой Путин его не пошлет. А случись, не дай Бог, с нашим гарантом очередной приступ безумия, его воплощение будет поручено не главе отдельного субъекта федерации, а Шойгу. Так что поведение главы Чечни в данном случае напоминает лихачество мелкого урки, который из-за спин своей шайки бросает вызов прохожему, будучи уверен в своей безнаказанности.
КОГДА СПИТ РАЗУМ
Нередко, размышляя об авторитарных и тоталитарных режимах, наделяют их лидеров некими превосходными качествами: умом, чутьем, умением считать варианты и уж в любом случае видеть свою выгоду, поступать рационально. Это ошибка. Такие режимы держатся за счет насилия и уничтожения конкурентов внутри и нежелания иметь с ними дело снаружи. А рушатся под непомерным нагромождением собственных глупостей. Публичная, на глазах всего мира покража Крыма была просто глупостью, а не тонким расчетом, как некоторым с перепуга показалось. Я согласен с образной трактовкой Александра Морозова, блог которого публикует Kasparov.ru: «…вдруг в 2014 году Владимир Путин выбежал, сорвал шапку с прохожего и убежал обратно в Кремль». В итоге так никто в мире не смог понять, а наши идеологи доступно объяснить, «зачем В. В. Путин совершил харакири, которое испортило жизнь стране на 3 десятилетия 21-го века».
Действительно, мог бы за это время украсть триллион баксов и еще двадцать лет гонять сапогами Навального с Немцовым по Болотной. И делать это с удовольствием и без всякого ущерба для собственного здоровья и при полном равнодушии прогрессивной общественности. Случайность? Вдруг проснувшийся мелкоуголовный инстинкт лиговского шпаненка? Это тоже, но не главное.
Главное то, что любой авторитарный режим, не говоря уже о тоталитарном — отталкивает разум и науку и притягивает мракобесие и лженауку. Это закон, не знающий исключений. Гитлер и Сталин дружно гнобили науку и одновременно посылали экспедиции на поиски мифической Шамбалы, где, по их мнению, располагался центр управления Вселенной. Гитлеровская и сталинская экспедиции в ходе этих поисков сталкивались друг с другом в Гималаях. В советское и постсоветское время количество мистиков и шарлатанов вокруг власти постоянно зашкаливало: от центров изучения торсионных полей, генерирования энергии из вакуума до вездесущих очищающих воду петриков и грабовых, воскресающих мертвецов.
Мистика и шарлатанство заполнили эфир федеральных телеканалов. Например, на ВГТРК, на одном из главных государственных телеканалов страны, на ТВ-24, по-хозяйски расположилась «авторская» программа Александра Проханова «Ясный сокол и черный ворон». Первый эфир после Нового года состоялся 4.01.2015. Описать происходившее в эфире с помощью обычных методов выборочного цитирования и парафраза невозможно, как невозможно такими методами описать камлания якутского шамана. Программа длится 14 минут, на протяжении которых Проханов говорит, а камера периодически показывает художника, который рисует Путина в обрамлении золотых колец, образующих не то очень плотный нимб, не то солнечный диск, в центре которого размещен лик президента России.
То есть перед нами – современная иконопись в эфире. Зритель приобщается к созданию иконы Владимира Путина. Проханов эту иконопись творит вербально. Путин и мы с вами являемся частью провидения, частью плана Господа. План Путина — это ощущение победной бриллиантовой звезды. Путин — это Сталин. Когда Сталин стоял на Мавзолее, он думал, что эта бриллиантовая звезда Победы двигала дивизии. Русское время разорвано, но Путин его соединил. Он это сделал с помощью гимна и двух флагов: красного и триколора. Энергия Красной империи через музыку гимна хлынула в современность. Утвердив символ Победы — красное знамя — Россия стала правопреемницей Победы. Нынешняя Россия через монастыри и иконы связана с Императорской Россией, а через музыку гимна (автор – А. А. Александров) — связана с Великой Красной Империей.
Весь этот текст и его живописное сопровождение могут быть вполне уместны, например, на канале «Культура» в рубрике «Мифотворчество и мистика в современной России» или на канале «Спас» в рубрике «Секты». Проблема в том, что данное телевизионное изделие подается как изложение «новейшей истории России и ее места в современном мире». Именно так эта программа презентуется на государственном телеканале. Когда тексты о Шамбале, Лемурии или граде Китеже располагаются на полке фэнтези — это нормально. Когда их включают в учебник истории — это проблема. Когда на основании таких текстов строится политика страны — это беда.
ЗАКОНЫ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ. ЗАКОН КАНТЛИ.
13 стран ОБСЕ, обеспокоенные тем, что Европа проигрывает России в информационной войне, собрались создать русскоязычный канал, который будет противостоять российской пропаганде. Украина, также расстроенная явным проигрышем в баталиях с российскими информационными ордами, собралась заняться контрпропагандой. Как бы объяснить и тем, и другим, что ничего этого делать не надо? Что любая попытка переиграть профессиональных шулеров на их поле бессмысленна и вредна?
Если в трамвае пьяного хама, оскорбляющего пассажиров, пытаться остановить его же методами, то в трамвае будет два хама вместо одного. Вызов полиции или коллективное высаживание хама на остановке намного эффективнее. В нашем случае речь о публичном бойкоте и организации международного общественного трибунала.
В информационной войне всегда побеждает самый отмороженный. Сегодня самые эффективные видеоролики, если брать соотношение цена-эффективность, производит группировка «Исламское государство». На одном из последних британский журналист Джон Кантли рассказывает, как хорошо живется иракцам под властью «Исламского государства». Джон Кантли, бывший военный фотограф и корреспондент The Sun и Sunday Telegraph «пытается донести до людей правду» о том, как лгут западные СМИ и как свободно и замечательно он и все окружающие себя чувствуют на территории, захваченной «Исламским государством».
Он действительно улыбается, свободно передвигается, сам ведет машину, покупает продукты, словом, ведет себя как свободный человек в свободной стране. У этого видеоролика две целевые аудитории. Первая – это люди с ментальностью наших условных «84%», которые рады, что «крымнаш» и точно знают, что это Бандера с Обамой ночью подпилили рубль и написали в лифте. Люди этой ментальности верят, что Джон Кантли говорит то, что думает. Даже если эти люди два месяца назад видели видео с этим же Джоном Кантли, который тогда был одет в оранжевую робу смертника и говорил, что ожидает своей очереди на казнь.
Люди этой ментальности готовы поверить в свободу под властью ИГИЛ, даже если они видели казни пятерых пленных, судьбу которых должен был разделить Джон Кантли, но не разделил, поскольку согласился поработать пропагандистом у палачей. Вторая целевая группа этого ролика – это люди, которые, в отличие от первой группы, умеют связывать причину со следствием. Цель воздействия на них – страх. Они должны испугаться, увидев, что «Исламское государство» может сделать с любым европейцем.
Это видео с британским фотографом позволяет вывести «закон Кантли», устанавливающий меру ответственности журналиста за предательство профессии. Ни один нормальный человек не может осуждать Джона Кантли, который стал врать и восхвалять террористов под угрозой смерти. Он, в отличие от военных, не присягал убивать и умирать по приказу государства. Он не обязан становиться героем.
Другая мера ответственности у нас, бывших советских журналистов. Ложь была пропуском в профессию. Причем, не только в профессию журналиста, но и в любую иную гуманитарную. Кто-то знал, что лжет, кто-то в ложь верил, кто-то гнал от себя сомнения. Те, кто был до конца честен, работал в котельной.
У нынешних сотрудников информационных войск имени В. В. Путина уровень ответственности на порядок выше, назовем его третьим уровнем. За отказ называть Украину фашистской страной у нас не только не казнят и не сажают, но и не гонят из профессии. Да, на федеральный эфир и приличные деньги можно не рассчитывать, но если есть талант и знание ремесла, то с голоду не умрешь, и сотни российских журналистов остаются в профессии, не предавая ее принципы.
Каждый раз, когда российские СМИ опускаются на очередную ступень по лестнице деградации, кажется, что это уже дно, дальше некуда. Эпизод с Джоном Кантли делает нас «оптимистами», заставляя признать: как же некуда, вот есть же еще «СМИ» у такой структуры, как «Исламское государство». Есть еще и КНДР с их удивительной пропагандой, которая, кстати, все больше проникает в наше информационное пространство. Так что в новом, 2015 году от ведомства Эрнста – Добродеева – Кулистикова можно ожидать новых рекордов, которые мы будем фиксировать. Для международного общественного трибунала.

Владимир Войнович


Все-таки наше общество очень, очень больное. Я не знаю ни одной другой страны, где было бы так много людей, готовых ради карьеры, денег и просто так лгать, писать ложные доносы, вести следствие по дутым делам, обвинять людей в том, в чем они невиновны, и выносить заведомо неправосудные приговоры.

Ну, в советско-сталинское время таких людей частично можно было оправдать жутким страхом, который они постоянно испытывали. Страхом, что не солжешь, не сподличаешь - сам попадешь под жернова и близких своих туда же затянешь. А теперь нет никакого внятного оправдания подобному поведению. Нельзя же считать оправданием подлости то, что не повысят в должности, обойдут премией или еще что-нибудь в этом духе.

И все-таки находится огромное количество людей, которые не боятся лгать, лжесвидетельствовать, отправлять невиновных людей в тюрьму и на гибель. Каким смелым в подлости нужно быть человеком, чтобы, зная про себя, что подлец, не бояться смотреть в глаза своим соседям, сослуживцам, родственникам и даже собственным детям.

А еще меня удивляет беспечность этих людей. Ведь большинство из них еще достаточно молоды, чтобы опасаться, что доживут (а ведь доживут!) до времени, когда произойдут в стране перемены (обязательно произойдут!) подобные тем, какими запомнился год 1991-й, И тогда, очень даже вероятно, возникнет вопрос (к сожалению, слабо прозвучавший в начале девяностых) о люстрации.

И тогда вас, бесчестных и подлых доносчиков, следователей, прокуроров и судей погонят с ваших должностей с позором, а кое-кого подвергнут суду - с полным правом на защиту, без притягивания за уши ложных свидетельств и доказательств. Это будет справедливый суд, и поэтому, в отличие от братьев Навальных, вы не дождетесь от общества ни поддержки, ни сочувствия, а ваши дети будут скрывать от людей, что они ваши дети. Искренне желаю вам жить долго!

Продолжение...

Мина Мицуи (Mina Mitsui)("Yomiuri", Япония)



В Париже возле собора Нотр-Дам-де-Пари установили 25-метровую новогоднюю елку. Ее подарил посол России во Франции в знак дружбы между странами. Многие парочки фотографируются на фоне елки с включенной иллюминацией. Почему же в этом году Франции был сделан такой подарок?

Западные страны продолжают оказывать на Россию санкционное давление. Возможно, в этих условиях президент РФ Владимир Путин решил, что именно Франция может внести раскол в антироссийскую коалицию. Президент Франции Франсуа Олланд (François Hollande) вынужден решить непростую задачу: передавать России или нет вертолетоносцы класса «Мистраль», построенные по российскому заказу. США предупредили Францию, заявив, что экспорт военных кораблей в такое время немыслим.

Между тем во Франции и правые, и левые политические круги выступают за то, чтобы передать вертолетоносцы России. Левые партии призывают не идти на поводу у США, утверждая, что невыполнение обещаний подорвет авторитет страны. Контракт на поставку «Мистралей» подписал экс-президент Франции Николя Саркози (Nicolas Sarkozy) в 2011 году. Таким образом, впервые страна, входящая в НАТО, договорилась об экспорте вооружений в Россию. Тогда еще сохранялись отголоски конфронтации между РФ и Западом в связи с грузинским конфликтом 2008 года.

Почему же Франция благоволит России? Ключ к разгадке дала газета Le Figaro, опубликовав мнение одного из историков, которое заключается в том, что Франция не должна забывать о российской помощи, которая была оказана во время Первой мировой войны. Россия и Франция бок о бок сражались с Германией во время Первой и Второй мировой войны.

Франция не забывает о старых связях также и потому, что с настороженностью относится к укреплению влияния Германии после кризиса Еврозоны. По словам социолога Эммануэля Тодда (Emmanuel Todd), европейские страны не хотят, чтобы Германия стала центром. Тодд также считает, что неправильно относиться к России как к врагу. Он выражает мнение, распространенное среди французских интеллигентов и политиков.

Франция всегда проводила собственную политику, отличную от американской. Одна из причин заключается в стратегическом подходе с точки зрения материкового государства. Если появляется сильный противник, ему дают отпор сообща. После того, как в 19 веке Франция потерпела крупное поражение во Франко-прусской войне, она полагается на Россию, которая оказывает давление на Германию с Востока. В 1894 году русский царь Николай II подарил французской столице мост, который называется Мостом Александра III.

После войны Германия превратилась в партнера Франции. Однако сейчас Германия превзошла Францию с точки зрения экономического развития. Отношения между странами ухудшаются. После украинского кризиса во Франции вновь распространилось негативное отношение к Германии.

В начале декабря президент Олланд неожиданно посетил Москву, где встретился с президентом России Путиным. После введения антироссийских санкций глава одного из западных государств впервые посетил Россию. Он надеялся урегулировать кризис. Тем не менее, Путин не изменил свою жесткую позицию. Решение проблемы было перенесено на будущий год.

Внесет ли Франция сумятицу в стройные ряды западных стран? Или она наоборот найдет путь к решению проблемы? Хотелось бы понаблюдать за тем, что может сделать Франция на дипломатическом поприще.

Верховный суд принял к рассмотрению жалобу на введение плавающего курса рубля, сообщает РИА "Новости". Иск подал бывший сотрудник Центробанка Андрей Черепанов. Заседание назначено на 17 февраля.

Ответчиком по делу заявлена Госдума, принявшая к сведению направления кредитной политики Банка России. Таким образом, по мнению заявителя, парламент одобрил действия ЦБ по введению плавающего курса рубля.

Черепанов ранее обращался в Тверской суд Москвы с иском к ЦБ, в котором также оспаривал денежно-кредитную политику. Однако суд не принял его заявление, сославшись на территориальную неподсудность.

5 ноября депутат Госдумы Евгений Федоров обратился к генпрокурору Юрию Чайке с просьбой проверить обоснованность политики Центрального банка в отношении рубля. Единорос в своем запросе раскритиковал намерение ЦБ перейти к плавающему валютному курсу, отказавшись таким образом от поддержки рубля. По мнению Федорова, финансовый регулятор нарушает статью 75 Конституции России, в которой говорится, что "защита и обеспечение устойчивости рубля - основная функция Центрального банка России".

"Действия руководства ЦБ привели к большим убыткам. Это уже уголовное нарушение, и теперь пора в дело вмешаться прокуратуре. Необходимо принять меры прокурорского реагирования, вплоть до возбуждения уголовного дела в отношении чиновников", - заявил Федоров.

В Центробанке, в свою очередь, напомнили, что регулятор отчитывается о проделанной работе перед Счетной палатой. Именно она, по словам источника, определяет правильность действий ЦБ.

10 ноября Центробанк отменил валютный коридор. 16 декабря ЦБ повысил ключевую ставку с 10,5 до 17 процентов. Регулятор пояснил это решение необходимостью ограничить "существенно возросшие в последнее время девальвационные и инфляционные риски". В тот же день в ходе торгов на Московской бирже евро пробил отметку в 100 рублей, доллар - в 80 рублей.

Впоследствии курс рубля вырос до значений около 52 за доллар и 63 за евро. Однако в последние дни 2014 года произошло новое резкое ослабление национальной валюты.

После новогоднего перерыва рубль продолжил падение. В понедельник, первый день торгов на Московской бирже, рубль торгуется по 59,5 за доллар и 70,7 за евро.

Ну вот бывает такое! Приобрел автомобиль,подготовился хорошо,но для того чтобы у тебя приняли экзамен нужна справка о здоровье.А для этого нужно пройти медкомиссию. И это правильно! Больной человек за рулем представляет для окружающих такую же опасность ,как пьяный. Необходимо добавить что медицинские справки нужны не только при сдаче экзамена на права, медицинская справка потребуется и при повторном получении водительских прав и для восстановлении водительских документов, при прохождении очередного технического осмотра и даже при оплате штрафа.
Вот где можно решить вопрос о получении водительской медицинской справки для водительского удостоверения

Важно отметить что пройти медицинскую комиссию можно в любом медицинском учреждении по месту жительста. Тут только такая особенность, что нужно много сил и времени чтобы выстаивать очереди ко многим медицинским специалистам и.т. далее.
Когда Вы обращаетесь в частные медицинские учреждения, многие проблемы отпадают сами собой.

Ждем Вас и крепкого Вам здоровья в Новом Году!