Пол Сондерс (Paul J. Saunders)- исполнительный директор организации Center for the National Interest.("The Washington Post", США)



Откуда такая истерия по поводу России? Если прислушаться к тональности того, что в Вашингтоне зовется политическим дискурсом, то возникает впечатление, что российские войска сосредотачиваются на западной границе страны, а оппозиционных активистов казнят сотнями. Некоторые события и реалии в России действительно вызывают беспокойство, но здесь нужно ощущение перспективы. Если бы Москва действительно была столицей брутального и авторитарного антиамериканского государства, то ситуация была бы гораздо хуже – и она наносила бы огромный ущерб национальным интересам США. Но если демонизировать Россию, обстановка там не изменится, и это только помешает нам получать то, чего мы хотим и в чем нуждаемся.

Изнутри Россия является коррумпированным и наполовину авторитарным государством, где граждане лишены многих мер правовой защиты, предоставляемых Биллем о правах, а выборы проходят нечестно. Но это уже не та Россия, где диссидентов регулярно отправляли в психушки (так было в 1970-е годы), в массовом порядке гнали в сибирские исправительно-трудовые лагеря (так было в 1960-е годы) или расстреливали после показательных процессов – настоящих показательных процессов, когда обвиняемый признавал свою вину после пыток и угроз членам семьи (так было в 1930-е годы).

Соответственно, внешняя политика Москвы - уже не та, что была в 1980-е годы, когда советские войска оккупировали Афганистан; или в 1960-е годы, когда Советы поддерживали революционные движения по всему миру; или в 1930-е годы, когда Сталин и Гитлер сначала облизывались на Польшу, а потом раскроили и проглотили ее. Тот, у кого возникает соблазн назвать гражданскую войну в Сирии опосредованной войной, должен вспомнить опосредованные войны прошлого, когда советские и американские «советники» оказывали гораздо большую военную помощь и содействие своим клиентам, и даже участвовали в боях, как это было во времена американской войны во Вьетнаме и советской войны в Афганистане. Россия пытается не допустить падения отвратительного режима, против которого воюет немало отвратительных людей, и эти люди порой получают оружие от американских союзников. Башар Асад должен уйти, но для прекращения конфликта в Сирии Россию необходимо убедить отказаться от своей поддержки режима вместо того, чтобы подталкивать все стороны к эскалации конфликта.

У США и России - очень разные интересы, приоритеты и взгляды на многие важные международные проблемы. Их ни по каким разумным меркам нельзя считать друзьями. Но врагами их считать также нельзя – и чем скорее мы это поймем и начнем соответствующим образом себя вести, тем эффективнее мы сможем добиваться своих целей в России и во всем мире. Полемика и разглагольствования, которые размывают эти отличия и ослабляют благоприятные возможности, лишь ухудшают политику, но ни в коем случае не улучшают ее.

Те, кто хотят «противостоять» России, редко, а то и никогда не задумываются о возможных последствиях такого курса. Во-первых, Москва тоже может решить «противостоять» Соединенным Штатам. Думаете, Владимир Путин уже противостоит нам? Вовсе нет. Враждебно настроенная Россия вела бы себя совсем иначе. Да, Россия поставляет Сирии противокорабельные ракеты, чтобы сдержать иностранную военную интервенцию, но по меркам истории она оказывает весьма незначительную военную и экономическую помощь режиму Асада. Москва не направляет туда ни войска, ни советников, она не предоставляет Сирии безвозмездную помощь и субсидии и, похоже, не делится с ней разведывательными данными для перекрытия каналов поставок оружия повстанцам. Ее военно-морское присутствие в регионе - в основном чисто символическое: российские корабли не смогут и не будут защищать Сирию от американских военных акций, которые в любом случае весьма маловероятны.

Что касается других вопросов, то хотя Россия блокирует новые санкции ООН против Ирана, она все же поддержала несколько резолюций о санкциях и отказалась от поставок зенитно-ракетных комплексов С-300 и более современных С-400. Москва не поддерживает террористов «Аль-Каиды», совершающих нападения на Соединенные Штаты и их союзников, а российские власти предупреждали ЦРУ об усиливающемся экстремизме Тамерлана Царнаева задолго до взрывов в Бостоне – пусть даже они таким образом пытались сорвать теракты на своей территории, а не на нашей. Россия не помогает противникам США в Афганистане, но помогает Вашингтону обеспечивать свои войска в этой стране, предоставляя важный маршрут снабжения - а теперь также и выводить их из Афганистана. Да, путь через Россию - длинный и дорогой, но он освобождает Вашингтон от полной зависимости от Пакистана, где пути снабжения ненадежны, а автоколонны подвергаются нападениям. И самое важное – Россия не является активной участницей масштабной военной модернизации в Китае. Если она решит изменить свои позиции хотя бы по каким-то из этих направлений, такое изменение дорого обойдется американским интересам.

Россия, пожалуй, заслуживает той критики, с которой выступают активисты и прочие люди, недолюбливающие ее внутреннюю и внешнюю политику. Активисты могут не задумываться о последствиях своих предложений, ведь забота о национальных интересах США - не их дело. Однако цель внешней политики США не в том, чтобы воздавать другим то, чего они, по нашему мнению, заслужили. Ее цель – «обеспечение общей обороны», о чем гласит конституция. И эту цель американские руководители должны ставить во главу угла при разработке политического курса. Превращение России в настоящего врага не пойдет на пользу США.

И наконец, те, кто обязаны принимать решения, должны понять: высочайший нравственный стандарт - это стандарт результатов, а не намерений, надежд или заявлений. Близорукие попытки удовлетворить эмоциональные позывы за счет фундаментальных интересов безопасности США или сирийцев, или кого-то еще, кто живет в условиях войны, являются серьезной и дорогостоящей ошибкой.

Андрей Сошников


«Мой Район» проверил научную работу губернатора Петербурга на заимствования и обнаружил много интересного.


Поиск на сайте Российской государственной библиотеки выдает две диссертации от имени Георгия Полтавченко: «Механизмы взаимодействия государства и предпринимательства в условиях обеспечения экономической безопасности» (Академия экономической безопасности МВД, 2004) и «Развитие механизмов взаимодействия властных и предпринимательских структур» (Московский государственный социальный университет, 2004). Вторая работа представлена в виде 20-страничного автореферата. Полного текста нет даже в диссертационном отделе РГСУ (бывший МГСУ), куда обратился корреспондент «МР». Там усомнились, что диссертация вообще была защищена.

Две диссертации или одна?

С поиском первой диссертации губернатора («Механизмы взаимодействия») проблем не возникло: полный текст доступен в электронном читальном зале РГБ и на сайтах, которые торгуют диссертациями. Стоимость копии «для ознакомления» – 300-600 рублей. По данным интернет-библиотеки «Антикомпромат», Георгий Полтавченко защитил «Механизмы», будучи полпредом президента в Центральном федеральном округе. Все сходится: и год, и название, и текст. Даже подпись Полтавченко на диссертации совпадает с подписью губернатора Петербурга.

Однако в Комитете государственной службы администрации губернатора на запрос «МР» ответили, что степень кандидата экономических наук присвоена Георгию Полтавченко в 2004 году в МГСУ. Вопрос о теме проигнорировали.

Краткая характеристика из автореферата МГСУ: «Диссертация изложена на 194 страницах, состоит из введения, трех глав, выводов и предложений, списка литературы, содержит 11 таблиц и 6 приложений». Столько же страниц, таблиц и приложений в доступной работе – «Механизмы взаимодействия». Она также состоит из трех глав и заканчивается разделом «выводы и предложения».

Выходит, Полтавченко и его полный тезка одновременно защитили диссертации с полностью совпадающей структурой и похожими названиями? Или речь идет об одной работе, которая почему-то оказалась в библиотеках под разными названиями? «МР» попытался уточнить вопрос у научного руководителя Георгия Полтавченко – бывшего замначальника Академии экономической безопасности МВД, сотрудника Института экономики РАН Андрея Городецкого. На все вопросы он отвечать отказался как «человек непубличный».

В апреле 2004 года в журнале Forbes вышло интервью Георгия Полтавченко, посвященное защите диссертации. В разгар кампании против Ходорковского он дает советы предпринимателям – добровольно обратиться к государству, пересчитать, сколько они недоплатили за приватизацию, и вернуть «энную сумму». В этих словах чувствуется научная подоснова. Однако и странности в диссертации обнаруживаются быстро.

200 страниц содержат всего семь сносок, термин «экономическая безопасность» не расшифровывается, и главное – копирование фрагментов в поисковик выявляет заимствование из нескольких источников. Создается впечатление, что Полтавченко абзац за абзацем копирует чужие тексты без кавычек и косвенного цитирования. В науке это называется «некорректным заимствованием» или плагиатом.

152 страницы под подозрением

«МР» показал диссертацию петербургского градоначальника главным специалистам по научным трудам российских политиков – профессору Андрею Ростовцеву и журналисту Сергею Пархоменко (проект «Диссернет»). Недавно они выявили плагиат в работах детского омбудсмена Павла Астахова, депутатов Госдумы Владимира Бурматова, Игоря Лебедева и других «лжеученых». Компьютерный анализ выявил заимствования из 12 источников на 152 страницах кандидатской Георгия Полтавченко; оригинальными оказались введение, заключение и 29 страниц основной части.

Проверка «вручную» подтвердила результаты. Два источника заимствований (Делягин и Паппэ) указаны, среди прочего, в списке литературы. В диссертации тексты экономистов приведены без кавычек. Чаще всего Полтавченко заимствует из кандидатской сотрудника Института экономики РАН Юрия Павленко, который написал несколько работ в соавторстве с Городецким. Тот ссылается на других авторов, но для диссертации Полтавченко эти ссылки оказались лишними:

«По мнению Т. Долгопятовой, основная характеристика сложившейся в российской промышленности структуры собственности – совмещение в одном лице собственника и менеджера» (Павленко, 2002);

«Основная характеристика сложившейся в российской промышленности структуры собственности – совмещение в одном лице собственника и менеджера, часто – государственного чиновника – представителя государства» (Полтавченко, 2004).

Полтавченко даже воспроизводит мысль известного ученого, польско-английского политолога Зигмунта Баумана – также без ссылки на автора:

«Силы, обладающие реальным влиянием, сегодня в основном экстерриториальны, а арена действий политиков остается локальной, и поэтому последние не могут достичь тех высот, где устанавливаются пределы суверенитетов и принимаются, запланированно или по недосмотру, решения, определяющие предпосылки и рамки политических акций» (Зигмунт Бауман, Индивидуализированное общество, перевод В. Иноземцева, 2001);

«Сегодня силы, обладающие реальным влиянием, в основном экстерриториальны, а арена действий политиков остается локальной, и поэтому последние не могут достичь тех высот, где устанавливаются пределы суверенитетов и принимаются решения, определяющие предпосылки и рамки политических действий» (Полтавченко, 2004).

Совпадения крупных кусков текста из работы Георгия Полтавченко обнаруживаются в трех диссертациях – Юрия Павленко (2002), Николая Калюжного (2003), Татьяны Окановой (2004) и девяти других источниках: книги, доклады (в том числе известного экономиста Михаила Делягина), статьи из специализированных журналов (в том числе известного общественного деятеля Аркадия Вольского). Все они вышли в 2000-2003 годах.

Все примеры заимствований в работе Георгия Полтавченко можно увидеть на странице «Диссернета»: dissernet.org/w/PoltavchenkoGS2004.html

Зачем это нужно?

Почему горожан вообще должна волновать диссертация губернатора? Влияет ли это на качество дорог или законов? Об этом «МР» спросил у координатора «Диссернета» Сергея Пархоменко:

– Это важно для понимания личности руководителя. Бывает ответственность уголовная и гражданская, моральная и политическая. Политическая ответственность является отражением некоего социального капитала. Это степень уверенности людей в том, что человеку можно доверить важные общественно-политические функции. Когда человек фальсифицирует диссертацию – сам или заказывает у каких-то умельцев, – он оказывается обладателем научной степени, которая в реальности принадлежать ему не должна.

– Зачем вообще российской элите такие «научные степени», звания? Ведь у нее есть яхты, машины, мигалки...

– Это один из самых загадочных вопросов. Очевидно, что научная степень является предметом престижа, как марка часов, костюма или автомобиля. Никакого дополнительного удобства в этих регалиях нет. Разве что перед выборами указать их в биографии – для поднятия статуса. Но есть целая индустрия людей, которые приходят и говорят, например: «Вы работали в налоговой полиции, давайте мы напишем вам диссертацию об экономической безопасности». И некоторые соглашаются.

Великий русский композитор Александр Константинович Глазунов родился в Петербурге 29 июля (10 августа) 1865 года в семье известного издателя и книгопродавца. Фирма Глазуновых существовала с конца XVIII века. Еще дед А.Глазунова в свое время издал в необычном виде "Евгения Онегина", и сам Пушкин с друзьями часто заходил в лавку Глазуновых, чтобы полюбоваться на это издание. Александр происходил из старинного купеческого рода. Мать композитора, Елена Павловна, была неплохой пианисткой, брала уроки фортепьянной игры и теории музыки у лучших музыкантов Петербурга, немало содействовала музыкальному развитию сына. Отец Александра, Константин Ильич, был умным человеком и руководил издательством, думая не только о материальной выгоде, но и о пользе дела. И он тоже проявлял интерес к музыке: играл на скрипке и рояле.

Музыка в доме Глазуновых звучала ежедневно. Для Александра она была естественна, как воздух. Сам Глазунов так вспоминал о детстве: "В доме у нас много играли, и я твердо запоминал все исполнявшиеся пьесы. Нередко ночью, проснувшись, я восстанавливал мысленно до мельчайших подробностей все, что слышал раньше". Этот феноменальный талант сына родители старались всемерно развивать. Семья могла себе позволить держать двух гувернанток, немку и француженку, которые занимались Сашиным воспитанием. Ему было девять лет, когда его начали учить играть на рояле. Александр стал брать уроки фортепианной игры у Н.Г. Холодковой (ученицы польского пианиста Антония Контского). Дальнейшее преподавание музыки мальчику поручено было Н.Н. Еленковскому. Писать музыку Саша впервые попробовал в 1878 году в популярном жанре оперы. Но гораздо больше Глазунов любил инструментальную музыку.

Тринадцати лет Глазунов играл на фортепиано, скрипке, виолончели. Он познакомился с М.А. Балакиревым, который был приглашен для занятий с матерью композитора. Балакирев понял, что Саша Глазунов - незаурядная личность, которую он решил развивать и направлять. Он увидел в по-детски написанных сочинениях признаки несомненного таланта и направил Сашу для систематических занятий к Н.А. Римскому-Корсакову. Позже Глазунов вспоминал, что Балакирев предложил принять на себя общее руководство его музыкальным воспитанием и "рекомендовал немедленно обратиться к Римскому-Корсакову для прохождения полного курса теории композиции". У Римского-Корсакова он брал уроки с конца 1879 по 1881 год. Общение с Римским-Корсаковым многое дало Глазунову. Александру помогала и собственная целеустремленность: ради музыки он мог пожертвовать многим. С 1877 года он учился 2-м Петербургском реальном училище, а вернувшись домой, садился за рояль и помногу играл либо сочинял. Список его сочинений юношеских лет разнообразен: романсы, оркестровые пьесы, наброски оперы. К 1881 году Глазунов закончил свою Первую симфонию. Его развитие шло такими быстрыми темпами, что отношения с Римским-Корсаковым вскоре изменились: в 1881 году преподавание было закончено. Николай Андреевич решительно отказался относиться к нему как к ученику. "Отныне, Александр, вы можете обращаться ко мне лишь за дружеским советом!" - так сказал он. Но это на первый взгляд странное заявление ничуть не помешало их дружбе. Юный композитор развивался очень быстро, поощряемый советами Балакирева и Римского-Корсакова, постепенно ставшими его друзьями.

Первая симфония была исполнена в Петербурге, в Дворянском собрании, 17 (29) марта 1882 года в концерте бесплатной музыкальной школы под управлением Балакирева. Римский-Корсаков, который дирижировал симфонией, назвал этот день великим праздником для всех петербургских музыкантов. "Юная по вдохновению, но уже зрелая по технике и форме, симфония имела большой успех", - писал он. Когда после исполнения этого монументального сочинения на вызовы публики на сцену вышел 16-летний автор, юноша в гимназической форме, публика была поражена. На концерте присутствовал А.Г. Рубинштейн, пианист с мировым именем, основатель Петербургской консерватории. На репетиции этого концерта Глазунов встретился с искренним ценителем музыки, крупным лесопромышленником и меценатом, обладателем колоссального состояния, Митрофаном Петровичем Беляевым. Беляев был восхищен талантом молодого композитора и решил пропагандировать его творчество. Увлечение творчеством Глазунова побудило Беляева заинтересоваться судьбой и других русских музыкантов. Сочинения Глазунова исполнялись сразу же, как только он успевал их окончить. Одно сочинение следовало за другим. Путь молодого композитора к слушателю начинался с триумфа.

Встреча с М.П. Беляевым очень повлияла на судьбу Глазунова. Начиная с этого момента, пути Глазунова и Беляева перекрещивались постоянно. Вскоре молодой музыкант стал завсегдатаем беляевских пятниц. Эти музыкальные вечера привлекали в 1880-1890-х годах лучшие силы русской музыки. К началу 1880-х годов Беляев поселился в Петербурге, вошел в кружок любителей музыки и познакомился с участниками "Могучей кучки". Чуть позже он решил выделить часть средств на активизацию музыкальной жизни России, финансировал бесплатные концерты, составленные из произведений русских музыкантов. Единственное, что требовал Беляев от организаторов этих концертов, - это чтобы в каждый из них непременно включалось какое-либо произведение Глазунова.

В 1883 году А.К. Глазунов окончил реальное училище. Затем он начал посещать вольнослушателем историко-филологический факультет Петербургского университета, но вскоре бросил его. Однако круг его интересов оставался широким. М.П. Беляев устроил 27 марта 1884 года закрытый концерт из сочинений Глазунова под управлением Римского-Корсакова и Г.О. Дютша. Этот концерт положил начало постоянному учреждению - "Русские симфонические концерты", существование которых Беляев обеспечил навсегда. Беляевым были изданы также почти все сочинения Глазунова. В конце мая 1884 года Глазунов вместе с Беляевым совершил длительное путешествие по Германии, Франции и Швейцарии, записывал народные напевы в Испании и Марокко. Во время путешествия произошло памятное событие: в Веймаре молодой Глазунов познакомился с Ф.Листом, несколько раз беседовал с ним. По инициативе Ф.Листа, первая симфония Глазунова была исполнена на съезде "Всеобщего немецкого музыкального союза" 14 (26) мая 1884 года. Вскоре Глазунов посвятил памяти Листа оконченную уже после его смерти в 1886 году 2-ю симфонию (fis-moll). В ней чувствуется влияние Листа, а также А.П. Бородина, с которым у Глазунова есть родственные черты в эпическом элементе его творчества.

Подружился Глазунов и с Лядовым - композитором, закончившим консерваторию ее профессором. На московском исполнении Первой симфонии Глазунова побывал С.Танеев - один из крупнейших музыкантов того времени. Танеев рассказал о Глазунове П.И. Чайковскому. Позже Чайковский в своих письмах Балакиреву расспрашивал о Глазунове. В октябре 1884 года Чайковский приехал в Петербург, чтобы участвовать в постановке "Евгения Онегина" в Мариинском театре. На вечере у Балакирева он встретился с Глазуновым. С этих пор между Глазуновым и Чайковским, который был вдвое старше его, завязались дружеские отношения, сохранявшиеся до последних дней жизни Чайковского. Чайковский интересовался всеми новыми сочинениями Глазунова. Благодаря творческому общению с Чайковским музыка Глазунова приобрела драматизм и патетическую взволнованность, те черты, которые Глазунов определил как "элементы оперы", внесенные, по его мнению, Петром Ильичом в симфонию.

6 ноября 1884 года в Публичную библиотеку на имя известного музыкального критика, участника "Могучей кучки" В.В. Стасова пришло письмо без подписи. В нем говорилось, среди прочего, следующее: "Я намерен оставить капитал, из процентов которого ежегодно выдавались бы премии композиторам за талантливые сочинения". Автором письма был М.П. Беляев. Так была учреждена премия имени М.Глинки. Глазунов получил премию в 1885 году за свой первый струнный квартет и пожертвовал ее на памятник Мусоргскому. Затем он продолжал получать премии ежегодно до 1903 года. Исключением был лишь 1887 год, когда все премии были выделены на сооружение памятника только что умершему Бородину. В начале 1880-х годов появилось очень много новых русских произведений для оркестра. Беляев решил сделать "Русские симфонические концерты" постоянными, чтобы в них ежегодно исполняли бы несколько программ исключительно из сочинений русских композиторов. Эти концерты устраивались с декабря 1885 года в течение тридцати лет. На каждом концерте исполнялось новое оркестровое произведение Глазунова, который сочинял так быстро и много, что никогда не давал повода нарушить это правило. На первом "Русском симфоническом концерте", в декабре 1885 года, была исполнена симфоническая поэма Глазунова "Стенька Разин".

Беляев же загорелся желанием приобрести исключительные права на издание всех произведений Глазунова и выкупил то, что Глазунов уже продал другим издателям. Для издания произведений Глазунова Беляев основал собственное дело, но не в России, а в Лейпциге, закупил передовую технику и зарегистрировал фирму под названием "М.П. Беляев". Она стала передовым русским нотным издательством, где тщательно и красиво издавались все сочинения Глазунова. Первой была издана "Увертюра на греческие темы".

Вторая симфоническая фантазия "Море" была написана Глазуновым в 1889 году (первое исполнение 18 февраля 1890 года) и посвящена памяти Вагнера. Вслед за "Морем" появились симфонические картины: "Кремль", "Весна" и другие. При всем значении этих произведений в творчестве Глазунова преобладали все же инструментальные произведения, основанные на чисто музыкальных законах и не подчиненные какому-либо сюжету. Большинство произведений Глазунова, появившихся в 1880-е годы, носит отпечаток влияния "Могучей кучки" - своеобразного клуба композиторов, организованного М.Балакиревым. Каждый начинающий композитор мог в те времена лишь мечтать попасть в такую компанию.

К концу 1880-х годов "Беляевский кружок" вырос настолько, что воплотил все наиболее передовые стремления русской музыки того времени. В него входили также Римский-Корсаков, Лядов, Витолс, Блуменфельд и другие музыканты. Глазунов вошел в Беляевский кружок в момент его образования, и авторитет его как композитора рос вместе с расширением деятельности кружка. В июне 1889 года Глазунов вместе с группой других музыкантов отправился за границу. На очередной Всемирной выставке в Париже Беляев организовал два концерта русской музыки, на которых Глазунов выступал как дирижер своих сочинений. Популярность Глазунова за границей быстро росла. Произведения его все чаще встречались в программах концертов, а в прессе начали появляться разборы его сочинений и биографические справки о самом композиторе. К 1890-м годам Глазунов достиг вершин своего таланта, расцвета своих творческих сил и блестящего совершенства техники. Те индивидуальные свойства музыки, которые Глазунов обнаруживал еще в своих ранних произведениях, теперь вылились в мастерство вполне определившегося стиля. В эти два десятилетия на рубеже старого и нового века Глазунов создал свои лучшие произведения. К ним прежде всего относятся его последние симфонии, начиная с Четвертой и включая последнюю, Восьмую. Каждая симфония совершенна в своем роде, и ни одна из них не похожа на другую.

Проявил себя Глазунов и в иной области. А.Бородин почти 20 лет продолжал работу над оперой "Князь Игорь". Большая часть оперы была написана, но 16 февраля 1887 года Александр Бородин скончался, оставив неоконченными свою оперу и Третью симфонию. За их окончание и оркестровку берутся Римский-Корсаков и Глазунов, для чего они стилизовали творческий почерк Бородина. У Римского-Корсакова был в этом опыт: после смерти Мусоргского он завершил "Хованщину". Глазунов же почти целиком написал третье действие "Князя Игоря". От увертюры оперы не осталось даже эскизов, но изумительная память Глазунова позволила ему полностью восстановить услышанную в исполнении на фортепиано самого Бородина незадолго до его смерти увертюру к опере и фрагменты третьего действия, и полностью оркестровать симфонию. А 23 октября 1890 года состоялась премьера "Князя Игоря" на сцене Мариинского театра.

Развернутыми симфоническими картинами можно назвать и превосходные балеты Глазунова. Самый знаменитый из них - "Раймонда" (балет в трех действиях) написан в 1896-1897 годах. На создание "Раймонды" его подвигло путешествие по Германии, где он увидел руины рыцарских замков, стены древних соборов - свидетелей крестовых походов. Исторически он продолжает направление, намеченное балетами Чайковского, - симфонизацию балета. Музыка уже не играет вспомогательной роли, как это было в балетах Пуни и других композиторов, писавших музыку, под которую удобно было бы танцевать. Фантазия композитора, увлеченного красочностью рыцарских легенд, породила многоцветие нарядных картин - празднество в средневековом замке, темпераментные испано-арабские и венгерские танцы... Музыкальное воплощение замысла чрезвычайно монументально и красочно. Особенно привлекательны массовые сцены, в которых тонко переданы приметы национального колорита. "Раймонда" обрела долгую жизнь и в театре (начиная с первой постановки знаменитым балетмейстером М.И. Петипа), и на концертной эстраде (в виде сюиты). Премьера "Раймонды" с огромным успехом прошла 7 января 1898 года в Мариинском театре.

В следующих балетах Глазунов идет по пути сжатия спектакля. Так всего лишь за три года появляются "Барышня-служанка, или Испытание Дамиса" (1898) и "Времена года" (1899) - одноактные балеты, созданные также в содружестве с Петипа. Сюжет в них незначителен. Первый - это изящная пастораль, второй - аллегория о вечности природы, воплощенная в четырех музыкально-хореографических картинах: "Зима", "Весна", "Лето", "Осень". Стремление к краткости и подчеркнутая декоративность одноактных балетов Глазунова, обращение автора к эпохе XVIII века, окрашенное оттенком иронии, - все это заставляет вспомнить увлечения художников "Мира искусства". "Раймонда" бесспорно принадлежит к числу лучших сочинений Глазунова. Однако балет "Времена года" более интересен по своим чисто музыкальным качествам. Партитура этого балета - образец блестящего оркестрового искусства Глазунова.

В 1899 году Глазунов был назначен профессором класса оркестровки и чтения партитур в Петербургской консерватории. Вся его тридцатилетняя педагогическая деятельность и административная работа прошла в этом учебном заведении. Общественно-музыкальная деятельность Глазунова стала особенно интенсивной после смерти М.П. Беляева 22 декабря 1903 (4 января 1904) года, когда вместе с Н.Римским-Корсаковым и А.Лядовым он стал во главе музыкальной жизни Петербурга. Смерть Беляева омрачила жизнь Глазунова. Прибавилось и хозяйственных хлопот, поскольку по завещанию трое музыкантов - Римский-Корсаков, Глазунов и Лядов - становились во главе всех трех начинаний Беляева. Среди прочих это были премия Глинки и нотно-издательская фирма "М.П. Беляев" в Лейпциге.

В декабре 1905 года А.К. Глазунов становится руководителем старейшей в России Петербургской консерватории. Избранию Глазунова директором предшествовала полоса испытаний. Многочисленные студенческие сходки выдвигали требование автономии консерватории от императорского Русского музыкального общества. В этой ситуации, расколовшей педагогов на два лагеря, Глазунов четко определил свою позицию, поддержав студентов. В марте 1905 года, когда Римский-Корсаков был обвинен в подстрекательстве революционно настроенных студентов к возмущениям и уволен, А.Глазунов, А.Лядов, Ф.Блуменфельд и А.Вержбилович вышли из состава профессоров. Через несколько дней Глазунов дирижировал оперой Римского-Корсакова "Кащей Бессмертный", поставленной силами консерваторских студентов. Спектакль, насыщенный злободневными политическими ассоциациями, закончился стихийным митингом. Глазунов вспоминал: "Я тогда рисковал быть выселенным из Петербурга, но тем не менее я согласился на это". Как отклик на революционные события 1905 года появилась обработка песни "Эй, ухнем!" для хора и оркестра. Лишь после "Октябрьского манифеста" 1905 года, предоставления консерватории автономии и отделения ее от Русского музыкального общества, Глазунов в декабре того же года вернулся к преподаванию и вскоре стал первым выборным директором консерватории. Вновь став директором, он с присущей ему обстоятельностью вникал во все детали учебного процесса. И хотя в письмах композитор жаловался: "Я так перегружен консерваторской работой, что я не успеваю о чем-либо думать, как только о заботах настоящего дня", - общение с учениками стало для него насущной необходимостью. Молодежь также тянулась к Глазунову, чувствуя в нем истинного мастера и учителя.

О его чуткости и доброте ходили легенды. Так, он как-то обратил внимание на худенькую студентку, талантливую вокалистку. Девушка была весьма бедно одета. Узнав, что она обедает на четыре копейки в день, Глазунов вызвал ее к себе и объявил, что назначил ей стипендию - 25 рублей в месяц. На посту директора Глазунов провёл огромную работу: приводил в порядок учебные планы, основал оперную студию и студенческий оркестр, значительно повысил требования к студентам и преподавателям. Он принимал в консерваторию учеников не по национальным признакам, не по сословному происхождению, а лишь тех, на кого возлагал надежды как на прекрасных музыкантов. Среди них было большое количество малоимущих, и в их пользу, в кассу взаимопомощи учащихся, он отдавал весь свой директорский и профессорский оклад. Глазунов считал своим долгом лично присутствовать на всех экзаменах в конце каждого учебного года и писал характеристики на каждого студента. Например, в мае 1910 года он прослушал 771 человека и о каждом дал отзыв. Новая должность, однако, потребовала отхода от дел не только творческих, но и музыкальных. Нужно было решать и хозяйственные вопросы.

В 1907 году Петербург, Москва, Россия да и вся Европа поздравляли 42-летнего композитора, автора восьми симфоний, трех балетов, скрипичного концерта, квартетов, крупных фортепианных пьес, романсов; профессора и дирижера с 25-летием творческой деятельности. Оксфордский и Кембриджский университеты присвоили Глазунову звание доктора музыки. В начале XX века он был одним из столпов музыкального мира.

Однако далее целый ряд событий омрачил его жизнь. В конце 1906 года умирает Стасов, летом 1908 года скончался Римский-Корсаков. Через несколько лет умерли еще двое его друзей - Лядов и Танеев. У Глазунова не было семьи, он жил с матерью. После смерти близких друзей-единомышленников обострилась его неприязнь к тем композиторам-"новаторам", которые хотели ввести в музыку новое без должного изучения того, что было создано до них, и в поиске тем для творчества использовали неоправданно вульгарные или же нарочито сложные средства музыкальной выразительности. При этом Глазунов обладал несомненным талантом распознавать действительно одаренных людей. При всей своей нелюбви к формалистам он распознал в Д.Шостаковиче гения, и, когда того хотели лишить стипендии, буквально вышел из себя. "Да вы знаете, кто такой Шостакович?! - вскричал Глазунов. - Шостакович - одна из надежд нашего искусства!"

Для творчества Глазунова наступил менее плодотворный период. Педагогическая работа и дирижирование поглощали все его силы. Он пишет концерт для скрипки с оркестром (1905), к 1909 году делает эскизы новой симфонии, из которой написана была первая часть (клавир). После Восьмой симфонии прошло тридцать лет, когда Глазунов начал писать Девятую симфонию, но так и не закончил ее. Историческая миссия Глазунова-симфониста, завершившего блестящий период классической русской симфонии, была выполнена. В начале нового века музыка начала развиваться в ином, новом направлении.

Октябрьская революция застала Глазунова всецело поглощенным педагогической и общественной деятельностью. Он сумел остаться на своём посту, наладив отношения с новым режимом, и в частности с наркомом просвещения Луначарским, и сохранить за консерваторией престижный статус. 12 июля 1918 года Ленин подписал декрет, по которому Петроградская консерватория получала права высшего учебного заведения. Все это побуждало Глазунова доверять новой власти. Несмотря на трудности первых революционных лет, первый советский ректор консерватории отдавал всю энергию делу музыкального просвещения. Он посещал конкурсы самодеятельных артистов, выступал как дирижёр на фабриках, в клубах, принимал участие в музыкально-общественной жизни страны, участвовал в строительстве новой советской культуры. Глазунов привлек к работе в консерватории новые силы, стремясь обновить и пополнить состав профессуры.

В советские годы коммунисты старались привлечь Глазунова, человека с европейским именем, свободно говорившего на нескольких языках, доктора Кембриджского и Оксфордского университетов, к различным мероприятиям типа "смотра баянистов и гармонистов". Он не мог заставить себя заниматься этими "новшествами", но открыто протестовать был не в силах. На фотографиях того времени он выглядит грустным, понурым... В консерватории его не любили, считали стариком, ретроградом. Да и как иначе могли относиться к композитору старой школы, лично знавшему классиков мировой музыки, пролеткультовские "новаторы", требовавшие сбросить классику с парохода современности. Деятельность Глазунова получила всеобщее признание: в 1922 году в связи с 40-летием творческой деятельности ему было присвоено звание народного артиста Республики. Юбилей был отмечен рядом авторских концертов и постановкой балета "Раймонда". Тем не менее, против Глазунова в консерватории были настроены как некоторые группы профессоров, желавших более прогрессивных методов преподавания, так и студентов, жаждавших большей свободы.

Осенью 1928 года Глазунов был приглашён в Вену на композиторский конкурс, посвящённый столетию со дня смерти Франца Шуберта. Он поехал в Вену со своей женой - Ольгой Николаевной Гавриловой. Из Вены они выехали в Прагу, далее в Дрезден, Лейпциг и наконец оказались в санатории в замке Хорнегг в Гундельсхайме, где А.К. Глазунов прошел месячный курс лечения. Из Германии они переехали в Париж. Командировка заканчивалась и нужно было возвращаться в Россию, но ухудшившееся здоровье не позволяло этого сделать. Помимо того нужно было побороть и осадок от постоянных столкновений и пререканий с группой профессоров Ленинградской консерватории во главе с Б.Асафьевым.

Возвращаться в Советскую Россию он не спешил. А на вопросы, какая причина заставляет его задержаться за границей, отвечал, что "хотел бы еще подлечиться" и что вернуться в СССР он хочет "в более или менее здоровом состоянии". Глазунов всегда заявлял, что его отъезд за границу был обусловлен слабым здоровьем, а не идеологическими причинами, что позволило ему сохранять творческие связи с ленинградской музыкальной общественностью. Глазунов формально числился ректором консерватории до 1930 года (его обязанности исполнял Максимилиан Штейнберг). В письмах тех лет он часто жаловался на усталость, много говорил о болезнях. Но и тогда Глазунов продолжал композиторскую и дирижерскую деятельность, хотя условия для творчества были, по его словам, "далеко не благоприятны", а концертные турне очень утомительны. Некоторое время Глазунов выступал как дирижёр, а в 1932 году в связи с ухудшившимся здоровьем вместе с женой поселился в Париже, где изредка сочинял музыку. Конечно, дело было не только в болезни и концертах. В 1920-е годы Глазунова часто упрекали в "старомодности" и "консерватизме". Полемика иногда принимала жесткие формы, а борцом Глазунов никогда не был, о чем он откровенно написал А.В. Луначарскому, прося об очередном продлении командировки.

В 1928-1929 годах он дирижировал концертами из своих произведений в Париже, Мадриде, Лиссабоне и Валенсии. Успех был величайшим. Ассоциация музыкантов и художников Лиссабона избрала Глазунова своим почетным членом. В Испании успех сопутствовал ему везде. В ноябре 1929 года он впервые посетил Америку, где дал концерты в Детройте, Нью-Йорке, Бостоне и Чикаго. В США Глазунов дирижировал свою Шестую симфонию, вместе с Владимиром Горовицем и Осипом Габриловичем он исполнял русскую программу. В Чикаго Александр Константинович простудился и заболел, что нарушило почти все планы. Вместо десяти концертов состоялось только семь. Тем не менее, Глазунов был очень доволен. Он восхищался: "здесь настоящая зима со снегом, что произвело на меня большое впечатление, так как я видел зиму за полтора года лишь во сне..." В феврале 1930 года состоялся отъезд из Америки. Только на сей раз с чувством некой горечи, ибо устроители турне не только не выплатили большую сумму денег (гонорары за концерты были довольно умеренными), но и вели себя безобразно. Больной композитор и дирижер для них уже не был полноценным человеком.

В 1930 году он дирижировал своими сочинениями в Лодзи, Варшаве и Праге. К июлю А.К. Глазунов закончил сочинять Седьмой квартет и сразу же уехал с женой на летний отдых к Альпам в Савойю. Отсюда они выезжали в Женеву, где гуляли вдоль озера и посещали русскую церковь. Свое 65-летие Александр Константинович отпраздновал у подножия Монблана. Возвращение в Париж состоялось в конце сентября. Так как постоянной квартиры еще не было, то поначалу Глазуновы жили в семейном пансионе мадам Лазаревой у Люксембургского сада. Виды на будущее были покрыты мглой. Из Америки не поступали причитающиеся деньги ни за прошедшее турне, ни за последний квартет. Назначенная в Вену концертная поездка была отменена, как считал Глазунов, "вероятно, из-за приезда туда Игоря Стравинского".

10 декабря 1930 года А.К. Глазунов пишет: "Конечно, педагогическая деятельность мне мало улыбается. Я музыкант прежних убеждений, а молодое поколение, зараженное всеотрицанием и впитавшее в себя потуги и дерзость модернистов, вряд ли отнесется сочувственно к моему направлению, которого я менять не могу. Здесь я пришелся не по вкусу. С дирижированием для граммофонных дисков ничего не вышло. Концертов не предвидится... Настроение мое скверное, и мне нездоровится. Финансы плохи - до сих пор Америка не выплатила долги. Решил ехать в Берлин на риск". В Берлин его пригласили на первое представление "Князя Игоря" в интерпретации известного дирижера Лео Блеха. К этому событию Глазунов написал краткое воспоминание о Бородине. В Берлине композитор находился пять месяцев, выезжая несколько раз в Лейпциг, а в марте 1931 года направился в Латвию, где дважды дирижировал "Раймонду". В Риге на вокзале Глазунова встречала большая делегация во главе с И.И. Витолем. Пришли также профессора Рижской консерватории, студенты, балетмейстер театра в Риге А.А. Федорова (бывшая балерина Мариинского театра, она же и исполняла в "Раймонде" заглавную партию). В июне Глазуновы вернулись в Париж, а оттуда поехали на отдых в Альпы.

К тому времени Глазунов уже не был директором Ленинградской консерватории, но до конца своих дней он не терял с ней связи. В 1931 году к Глазунову приехала депутация профессоров Русской консерватории в Париже с официальным предложением возглавить консерваторию. Но Александр Константинович категорически отказался. Причина для этого была: он не желал стать мишенью для двух враждующих сторон. Нельзя забывать, что до последнего дня своей жизни Глазунов имел только советское гражданство и жил в Париже с "красным паспортом". Для очень многих эмигрантов сей факт означал что-то ужасное: если не агент, то, по крайней мере, сочувствующий большевикам. А как бы отреагировали на "директорство" по ту сторону? Продался врагам, а то и хуже.

Тем более что в Париже в это время известный раскрыватель агентов ГПУ В.Л. Бурцев призывал в прессе эмиграцию: "Остерегайтесь!.. Всем известно, как наводнена Европа советскими агентами, начиная от профессиональных гастролеров, предназначенных для пропаганды среди европейских рабочих, и кончая молодыми, красивыми женщинами, интересующимися, главным образом, тайнами эмигрантских организаций... Один из этих агентов, циничность и откровенность работы которого превосходят все пределы, заставляет нас теперь же назвать его имя. Этот агент - дама, артистка Александрийского театра Наталия Сергеевна Рашевская, по мужу Колчина. Связи ее с ГПУ исходят из самых высших кругов. За границу она командирована грозой Северного района России - начальником петроградского ГПУ Мессингом... Еще два года тому назад мы обращали внимание на деятельность этой дамы. Так, в номере 25 "Борьбы за Россию" мы писали... артистка Н.С. Рашевская и Р.Я. Ушакова. Мы не знаем, приезжают ли эти дамы за границу только для отдохновения и развлечения или попутно им даются какие-либо поручения по завязыванию связей... Соответствующая деятельность их в Петрограде во всяком случае не вызывает сомнений у лиц, со слов которых мы печатаем настоящее предостережение". Глазунов старался оставаться в стороне от подобных подозрений и кривотолков. Ведь еще в 1928 году дочь министра при Александре II и сестра видного деятеля кадетской партии В.Д. Набокова - В.Пыхачева (урожд. Набокова) выпустила свои воспоминания. Описывая Мариинский театр, где Глазунов продолжал дирижировать, она называет его "ближайшим другом всех главарей ГПУ, прокуроров и всех Неронов вообще".

Вдали от Родины Глазунов сочинил лишь два инструментальных концерта (для саксофона и виолончели) и два квартета. 4 октября 1931 года Александр Константинович впервые сыграл в Париже свой Виолончельный концерт. В первую неделю ноября состоялась поездка в Амстердам, где была исполнена Четвертая симфония под управлением В.Менгельберга, а второй частью (поэма "Весна" и Скрипичный концерт) дирижировал сам Александр Константинович. Накануне Глазунов внезапно заболел. Несмотря на высокую температуру, он вышел на сцену, что вызвало у музыкантов невероятную приподнятость духа, и, может быть, именно поэтому играли как нельзя лучше.

Напоминали о недомогании ноги. Первые утренние шаги давались Глазунову с большим трудом, но потом все успокаивалось. Диагноз он поставил себе сам: "Больше всего похоже на ревматизм и невралгию". Однако врачи определяют у композитора экзему левой ноги, которая не поддается лечению. Приходится много лежать, и это сказывается на его настроении и работе. 11 февраля 1932 года он сообщает дочери: "Постепенно, сидя дома, я одичал, и когда третьего дня меня вывезли в зал Гаво, где я аккомпанировал на юбилее художника Коровина певице Садовской, я чувствовал себя смущенным и расстроенным. Обычная сутолока и бестолковщина на юбилейных концертах, притом устраиваемых русскими, меня очень утомила. Всех нас, артистов, торопили и просили сокращать программы, а "оратели" говорили без конца. Коровина чествовали очень серьезно, но я не выходил на эстраду вторично и не попал на фотографию..."

Душевное состояние композитора отражается как нельзя лучше в письме от 9 марта 1932 года: "Как русский, я очень страдаю, что нет родины и приходится скитаться вне ее без определенной цели. Болезнь свою переношу пока довольно терпеливо, но что будет дальше, когда терпение лопнет..." Концертов совсем мало. Приглашать на выступления больного композитора, даже и с мировым именем, считалось большим риском. Среди устроителей концертов, директоров и импресарио разошлись сообщения о срывавшихся из-за болезни выступлениях, и мало кто изъявлял желание приглашать - а вдруг снова срыв. Публика в эти тяжелые 1930-е годы растаяла, и сохранившийся круг любителей отдавал предпочтение выступлениям самих композиторов, а небольшая кучка этих знаменитостей исполняла главным образом самих себя. Для постоянных турне с дальними маршрутами нужно быть и здоровым, и молодым. Болезни же у Глазунова не унимались.

1932 год - сплошные болезни. А.К. Глазунов едва может передвигаться, гастрольные поездки утомляют, отменяются любые выезды. К экземе прибавилась опухоль на правой ступне, кожа лопалась. Но он не сдавался и продолжал работать над Квартетом для четырех саксофонов. "Стал отвратительно спать... перестал выходить из дому... За последнее время болят и суставы в руках, и мне трудно вертеть руками. Думаю, что сейчас я бы не был в состоянии дирижировать… Память стала мне изменять, и мне стоило громадных усилий, чтобы вспомнить какую-нибудь улицу Питера..." Но несмотря ни на что ("мысли мои о музыке моей переживают вялость, не то что полгода тому назад, когда я кончал "Саксофонию"), А.К. Глазунов пишет воспоминания о Н.А. Римском-Корсакове по случаю 25-летия со дня его смерти, а также часто исполняющуюся на Западе пьесу "Эпическая поэма" и посвящает ее Академии искусств. Следующие два года прошли в невероятной борьбе с болезнями и попытках работать. В сентябре 1934 года А.К. Глазунов окончил в эскизе Концерт для саксофона и посвятил его датскому саксофонисту С.Рашеру, исполнившему Концерт позже в Англии и Скандинавии.

1935-й год был связан с большим упадком сил. Пришлось отменить намечавшиеся концертные поездки в Ригу, Таллинн и Каунас. В залах Парижа в это время исполняют Пятую и Шестую симфонии, "Эпическую поэму", "Стеньку Разина" и многое другое. Шарль Видор устроил в историческом Павильоне де Каэн вечер произведений А.К. Глазунова, что вызвало у композитора радостное настроение. Он посещает разные репетиции и присутствует на некоторых концертах. Состояние здоровья ухудшается: простуды, боли и экзема уха, экзема лица, воспаление вен. Доктора запрещают читать и писать, приходится носить темные очки. Он не может не только ходить или стоять, больно даже лежать. Играть на фортепиано Александр Константинович может главным образом левой рукой. И все же ему удается, хоть и с величайшим трудом, принять участие в конкурсе шестнадцати трио по случаю 50-летия издательства М.Беляева.

3 марта 1936 года в Париже играл Рахманинов, сбор от концерта предназначался в пользу русских благотворительных организаций во Франции. А.К. Глазунов намеревался посетить концерт, но чувствовал себя настолько плохо, что вообще не мог покинуть квартиру. Нужно было беречь последние силы: афиши и газеты сообщали, что симфонический оркестр "Lamoureux" свой очередной концерт даст 21 марта в зале "Гаво" и посвящает его 70-летию со дня рождения Глазунова. Но 8 марта состояние здоровья композитора настолько ухудшилось, что его увезли в клинику Вилла Боргезе в Пари-Нёйи. После довольно тяжелой недели наступило улучшение, но в ночь на 21 марта случился тяжелый приступ уремии. Родные дежурили у его кровати всю ночь, и в 8 часов утра он тихо и мирно скончался на руках своей жены. Вечером зал "Гаво" был переполнен, и дирижер оркестра Эжен Биго сообщил публике о кончине Александра Константиновича Глазунова. Назначенный по поводу 70-летнего юбилея концерт звучал в память о великом композиторе.

Заупокойная литургия и отпевание усопшего состоялись 24 марта в 10 часов утра в русском кафедральном храме св. Александра Невского. Служил митрополит Евлогий с протоиереями о.Смирновым и о.Сахаровым. Пел большой митрополичий хор под управлением Н.П. Афонского. Храм был настолько переполнен, что более сотни присутствовавших оказались за его пределами. Гроб утопал в цветах: венки от семьи, от Музыкального общества, Русской консерватории в Париже, от беляевцев, Хора донских казаков, французских учреждений... Всех присутствовавших на отпевании не перечислить, но среди них были: Попечительный совет для поощрения русских композиторов и музыкантов (Н.В. Арцыбушев, Н.Н. Черепнин и Ф.А. Гартман); весь балет Монте-Карло во главе с директором Р.Блюмом, Верой Немчиновой, М.Фокиным; солисты и солистки Русской оперы в Париже во главе с директором - князем Церетели; Русская консерватория в полном составе во главе с председателем - князем С.М. Волконским; Российское музыкальное общество во главе с председателем Н.Ф. Алексинской; принцесса Е.Заксен-Альтенбургская: ряд известных французских дирижеров, композиторов и музыкантов. Были дочери С.В. Рахманинова - княгиня И.С. Волконская и Т.С. Конюс; князья В.Вяземский, С.Н. Гагарин, П.Оболенский, В.Трубецкой; барон де Монтаньяк, граф Сюзор, В.А. и М.А. Маклаковы, П.Н. и Н.В. Милюковы, М.Гучкова; генерал Е.К. Миллер; адмиралы М.А. Кедров, П.Б. Муравьев; делегация лейб-гвардии Измайловского полка; представители искусства - Медея Фигнер, Серж Лифарь, А.Н. Бенуа, Н.А. Тэффи, А.Седых, Н.Аронсон (снявший посмертную маску), Н.В. Плевицкая...

В 13 часов под пение "Святый Боже" гроб из церкви вынесли друзья и почитатели композитора, он был доставлен на кладбище Нуво Симетьер, де Нёйи (Nouveau Cimetiere de Neuilly). Согласно последней воле почившего на кладбище присутствовали только семья и близкие друзья. Под пение квартета профессора Н.Н. Кедрова состоялось погребение. Все парижские газеты поместили некрологи. В газете "Последние новости" от 29 марта 1936 года появилась статья уже известной тогда журналистки и писательницы Нины Берберовой: "Он был единственный из тех, кого я имела счастье видеть, кто знал Чайковского, будучи вполне взрослым человеком, кто пил с ним у Палкина, кто видел его в трудные минуты жизни. Они ехали вдвоем по Невскому на извозчике, ночью, после Шестой симфонии, и Глазунов молчал, потому что имел право не льстить Чайковскому. Он говорил о том, как Лядов и он, Глазунов, одно время были в Чайковского "влюблены", - он казался им самым "волшебным", волшебнее "наших всех".

Живя в Париже, Глазунов прекрасно знал, что происходит в Сталинском СССР, - окружавшие его эмигранты доходчиво объясняли ему это. И все же композитор неизменно возвращался мыслями к Родине, к соратникам, к консерваторским делам. Он писал коллегам и друзьям: "Мне вас всех недостает". Несмотря ни на что, Глазунов рассчитывал на возвращение, но сделать этого не успел… В 1972 году прах А.К. Глазунова перевезён в Ленинград и торжественно захоронен в Некрополе Мастеров искусств (Тихвинское кладбище) Александро-Невской лавры. Скульптурный портрет композитора был выполнен в 1951 году (арх. Р.Дюпарк, ск. К.Альтенбернд).

Один из крупнейших русских композиторов конца XIX - начала XX веков, А.К. Глазунов - соратник композиторов "Могучей кучки", друг А.Бородина, дописавший по памяти его незавершенные сочинения, и педагог, который в годы послереволюционной разрухи поддержал юного Д.Шостаковича... В судьбе А.Глазунова воплотилась преемственность русской и советской музыки. Прочное душевное здоровье, сдержанная внутренняя сила и неизменное благородство - эти черты личности композитора привлекали к нему музыкантов-единомышленников, слушателей, многочисленных учеников. Созвучность времени, ощущение исторической перспективы присуще Глазунову во всех жанрах. Логическая точность и рациональность конструкции, активное использование полифонии - без этих качеств невозможно представить себе облик Глазунова-симфониста. Эти же черты в разных стилистических вариантах стали важнейшими признаками музыки XX века. В.Стасов назвал Глазунова "русским Самсоном". Действительно, только богатырю под силу утвердить неразрывную связь русской классики и нарождающейся советской музыки, так как это сделал Глазунов.

Ну вот Вы купили свою мечту,конечно машину "Toyota",смело ездите и в дождь и ветер,в снег и метель,мороз и жару...Ваша "Toyota" отличная машина и это знает каждый автомобилист.Особенно это чувствуется на российских дорогах в глубинке,здесь ты король,особенно, если ты на внедорожнике "Toyota".Ну а на городских дорогах,особенно если нет автомобильных пробок,на автотрассе с отличным покрытием,просто лепота.Ты еедешь обгоняя ветер,душа поет и радуется Вроде все отлично, но понимаете чего то не хватает? Твой характер должен соответствовать твоей машине.Придать желаемый вид и стиль автомобилю позволяет установка тюнинга Тойота.Решение принято! Тогда вам сюда -установка тюнинга Тойота
Конечно выбор тюнинга зависит от ваших вкусов,в магазине для этих целей есть всё!
Вот только небольшой перечень:молдинги на двери широкие стиль рейстайлинг Тойота Ленд Крузер 200,решетка радиатора алюминиевая с хромированным кантом Тойота Ленд Крузер 200,боковые молдинги лексус стиль Тойота Ленд Крузер 200,защита заднего бампера уголки двойные Прадо 120,решётка радиатора черная
LACamry/01-Landavto,фары передние с кольцами черные
LACamry/09-Landavto,ходовые огни в передний бампер к-т 2шт,
дефлектор капотаLA100/20-EGR,фаркоп со съёмным крюком (ТСУ)
3032-A-Bosa,колпак запасного колесаLA100/19-Landavt, реллинги на крышу
LA100/18-Landavto,и многое другое.
И ещё- ксеноновая оптика, рейлинги, спойлера, всевозможные варианты обвеса и кенгурины, коврики, дефлекторы, защита фар – это лишь малая часть того, что имеется в продаже.Всё это надо учесть если вы проживаете не в Москве,а в провинции,где нет
качественного тюнинга Тойоты и достать запчасти весьма трудно
Если Вы живете в Москве,то добраться к нам проще простого...Садись в машину и к нам в магазин- магазин очень удобно расположен недалеко от 56 км МКАД (пересечение с ул. Горбунова) на территории Кунцевского авторынка.Если вы из другого города России смело
используйте современные средства связи – ICQ, электронную почту.Учтите что магазин работает без выходных-Телефоны:
8 (499) 408-96-88
8 (926) 00-88-360
Email:
sergey@landavto.ru
Звонки принимаются с 07:00 до 23:00 по Москве.
Email почта обрабатывается круглосуточно.
Оставляйте заявку,приезжайте к нам и Вас с радостью встретят сотрудники магазина,которые по доступным ценам и в короткий срок выполнят все ваши пожелания.
Ну вот всё сделано прочно и надежно,теперь ваша машина соответствует вашему характеру,вкусу и настроению.Теперь садись за руль и получай наслаждение!!!

Виталий Портников


То, что опрос Левада-центра о лучшем правителе России завершился триумфом дорогого Леонида Ильича, совсем не удивительно. Конечно, это триумф условный – одного Ильича от другого отделяет всего один процент, да и не менее дорогой Виссарионыч примостился на третьем месте. Но Ленин, Сталин – это уже не люди, а символы: много ли в России осталось тех, кто помнит, как при них жилось? А вот Брежнев – это то самое ощущение, которое можно признать настоящей победой власти над реальностью.

Еще не так давно "застой" казался дурной эпохой: все мы великолепно помнили пустеющие прилавки, Афганистан, а самое главное – драму деградации власти и государства, разворачивавшуюся буквально на глазах, так что никто уже и не спорил с тем, что стареющее руководство страны принимает идиотские решения. Речь шла разве что о степени идиотизма. Брежнев поселился в анекдотов, уверенно потеснив Петьку с Василием Ивановичем, Штирлица и даже евреев с чукчами. Потому что Брежнев – это было смешно по-настоящему.

А теперь больше уже не смешно. Теперь солидно и стабильно. Это означает, что власти удалось привить достаточно большой части общества идею неминуемости и позитивности "застоя", доказать, что идиотизм – это хорошо, что когда ничего не меняется, не развивается, чахнет и разлагается, это и есть жизнь. И люди поверили и "перевспомнили" - теперь с трудом размыкавший челюсти, обводивший мир мутными глазами старик кажется великим политиком – да-да, покрупнее самого Сталина, пустые полки – полными, Афганистан – интернациональным долгом, чем мы хуже америкосов? Загордились и детям рассказали: было время, когда вообще ничего делать было не надо, мы сидим, а денежки идут и рабочего человека уважали. И в самом деле, что изменилось в России со времен Брежнева? Поднялись цены? За высокими заборами раньше прятались, а теперь гордятся? Появилась колбаса? Раньше все-таки было лучше. И страна такая большая-большая, все боялись, все!

Все это означает, что Путин может спокойно стареть и утрачивать всякую связь с реальностью. Раньше казалось, что это старение и есть крах режима, но на самом деле это будет его расцвет – анекдотическое безумие, престарелые вожди, которых "молодогвардейцы" будут водить под руки, провальные решения, старческая жадность, пышные похороны. Народу, с тоской вспоминающему о временах Брежнева, будет казаться, что он вернулся: зачем нам молодой и энергичный национальный лидер, нам маразматика подавай, и чтобы ничего не менялось!

Ничего и не изменится. Это потом все рухнет, мы даже знаем как – похоронив одного вождя за другим, оставшиеся в живых изберут в президенты какого-нибудь 60-летнего пацана, который с молодой энергией побежит устраивать ускорение и развалит то, что еще осталось. И все сознательные россияне будут его проклинать и с ностальгией вспоминать время, когда они были молоды, за заборами жили Сурков с Абрамовичем, а страна была ну пусть не такой большой, но и не маленькой и ее боялись хотя бы соседи.

Дорогой Владимир Владимирович.

Антонида ПАШИНИНА



По факту жестокого избиения в Колпине активиста движения «Синие ведерки» Георгия Кокорина заведено уголовное дело. О чем сообщает он сам

По словам Георгия Кокорина,на него набросились двое людей кавказской внешности и трое — славянской. Причем среди нападавших был сотрудник ДПС Александр Хребтов. Как считает активист, группировка действовала по наущению полицейских.

«Раньше я сам не верил, что группировки из полицейских и бандитов ведут такую активную деятельность, — рассказывает Георгий Кокорин. — Но как-то нам написали в соцсетях: «Если бы ваши активисты приехали в Колпино, вам бы там полицейские руки заломали и морду набили». 19 мая я и координатор петербургского движения «Дорожный контроль» Алексей Новиков поехали в Колпино. Хотели убедить людей, что все не так, как они представляют, снять позитивное видео о том, как работают местные полицейские».
Инициативе активиста не суждено было осуществиться. Видео снять удалось. Но далеко не позитивное. Кокорин вспоминает, что они с приятелем увидели, как полицейские грузят машину нарушителя на эвакуатор. При этом патрульный автомобиль был припаркован на тротуаре. Вроде бы там должна была быть стоянка, но никаких знаков, подтверждающих это, не оказалось. По словам Кокорина, наблюдатели подошли к полицейским и высказали свои соображения на этот счет. Один из инспекторов согласился, что знаки и правда нужны. Другой тут же принялся кому-то звонить.
— Через некоторое время к нам подъехал автомобиль BMW, — продолжает активист. — Оттуда вышли двое кавказцев и трое мужчин славянской внешности. Среди них, как я потом узнал, был сотрудник ДПС Александр Хребтов. Мужчины спросили у инспектора, как проехать к улице Веры Слуцкой, а пока он отвечал, смотрели на нас. Увидели, что у меня на поясе камера, и тут же набросились. Кто-то ударил меня сзади. А Хребтов стал лупить меня по лицу и кричать: «Ты, браток, не туда заехал. Ты у себя в Петербурге будешь снимать видео, а здесь мы тебя убьем». Они сорвали с меня куртку, в которой были ключи от квартиры, паспорт и деньги, принялись топтать ногами видеорегистратор. Я звал на помощь, но инспектора просто наблюдали за происходящим. Я потом спросил у одного из сотрудников ДПС, почему он ничего не сделал, а тот удивился: «Мне стрелять нужно было, что ли?»… К счастью, на помощь подоспели люди и бандиты скрылись — трое ушли во дворы, двое уехали на машине. Потом приехал еще один наряд ДПС, но преступников ловить они не стали.
По словам Кокорина, сотрудники полиции вызвали скорую и принялись задавать вопросы. Интересовались, зачем велась съемка и что собираются делать активисты. Но те сели в машину и уехали в город.
Врачи диагностировали у Кокорина сотрясение мозга, ранения лица, ушибы рук, ног, туловища. Вплоть до пятницы он пробудет в больнице. Активист надеется, что виновные понесут наказание.
— Ко мне в больницу приходил начальник по работе с личным составом, — говорит он. — Сказал, что уголовное дело заведено, пока в отношении неустановленных лиц. Но якобы Хребтова вот-вот удастся расколоть. Вроде бы и начальник местного ГУ МВД Сергей Умнов, и его заместитель Константин Власов хотят с этим разобраться. Я надеюсь, дело так не оставят.
Между тем версия событий, изложенная на сайте ГУ МВД по Петербургу и Лен­области, отличается от рассказанной активистами. Так, по предварительным данным, распространенным пресс-службой ведомства, патрульная машина находилась не на тротуаре, а на специально отведенном для парковки месте. Активисты же «всячески пытались спровоцировать конфликтную ситуацию». Вскоре к ним примкнули еще три человека. Вместе они мешали работе инспектора. Затем к полицейскому подошел неизвестный мужчина и спросил, где находится улица Веры Слуцкой. Пока тот отвечал и заполнял служебные документы, трое мужчин и активист затеяли драку. Полицейские «незамедлительно приняли меры к предотвращению конфликта и дополнительно на место происшествия вызвали еще один наряд ДПС». После случившегося к инспекторам подошел Кокорин — он предъявил претензии, что те не применили оружие в отношении его обидчиков.
P.S.
22 апреля к Георгию Кокорину пришли сотрудницы колпинского отдела дознания. Но активист отказался давать показания, посчитав, что на представителей колпинской полиции могут оказать давление. Он будет ходатайствовать о направлении дела в ГУ МВД по Петербургу.
Пока прокуратура Колпинского района признала законным и обоснованным постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления по ст. 116, ч. 2, п. «а» только в отношении Дмитрия Платонова.
«Платонов — бывший сотрудник ППС. Сейчас выясняют причастность к случившемуся полицейского Хребтова», — сообщил Кокорин.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> «Спасти узников 6 мая» Полный текст

АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ


Вот все говорят, что у России женский характер. Не уверен. Потому что никакого среднестатистического «женского» характера не существует вовсе. Однако в том, что нынешняя отечественная власть уподобилась вполне конкретному российскому женскому типу, у меня нет сомнений. Вы все знаете этот тип — чуть-чуть за 50, размер между 54-м и 62-м. Маленькие глазки задавлены щеками, а талия, мягко говоря, бедрами. Это та тетка, которая врывается в вагон метро, разбрасывая несчастных, которые не успели выйти. Это она уверенно расталкивает всех на пути к иконе, к которой вознамерилась приложиться. Это она с удовольствием пнет вас при всяком удобном случае. Она преисполнена совершенно искренней ненависти к окружающим. Поэтому заранее ненавидит всех: тех, кто моложе и красивее, тех, кто богаче. Жизнь, блин, вообще прошла мимо. Эта бабенка не только преисполнена искренней ненависти к окружающему миру, но твердо уверена, что этот мир только и думает о том, как бы ее унизить. И она считает принципиально необходимым дать ему, черт побери, адекватный ответ.
Важнейшее внешнеполитическое событие уходящей недели: Москва уличила-таки коварный и продажный Запад в фальсификации выборов. Оказывается, коварный зарубеж подтасовал итоги «Евровидения» и вычеркнул, проклятый, все голоса, отданные Азербайджаном российской певице. Не просто представитель телеканала, участвовавшего в организации этого конкурса художественной самодеятельности, а сам министр иностранных дел Сергей Лавров с какой-то зверской серьезностью заявил, что «не оставит без ответа эту возмутительную акцию». Любопытно, каковы будут ответные действия. Неужели развернем «Искандеры»? Или ограничимся высылкой третьего секретаря шведского посольства? Налицо какой-то запредельный комплекс неполноценности.
Впрочем, главная внешнеполитическая интрига недели заключалась в размышлениях над тем, что же содержалось в ответном послании Владимира Путина американскому президенту Бараку Обаме. Напомню, что в апреле Том Донилон, советник президента США по национальной безопасности, привез в Москву предложения, реализация которых должна была, по мнению наивных американцев, вывести российско-американские отношения из тупика. В дополнение к решению Белого дома об отказе от реализации четвертого этапа развертывания ЕвроПРО (именно на этом этапе, утверждали кремлевские эксперты, США получают возможность уничтожать российские ракеты) Обама предложил заключить юридически обязывающее соглашение о постоянном обмене информацией по вопросам противоракетной обороны. А еще предложил продолжить процесс сокращения ядерных арсеналов. То есть фактически предложил продолжить процесс одностороннего уменьшения американского стратегического потенциала: ведь по количеству стратегических носителей Москва доберется до потолка действующего Договора СНВ по носителям к 2028 году, а по развернутым боеголовкам — к 2018-му.
Как бы не так! Всем же ясно, что американская дипломатия пытается с помощью недостойных уловок лишить российскую внешнюю политику главного — возможности бесконечно упрекать Запад в намерении «подорвать стратегическую стабильность». Администрация Путина погрузилась в глубокие размышления: какой именно отлуп дать зарвавшемуся в своем миролюбии Обаме. Размышления были столь мучительными, что в какой-то момент советник российского президента по международным делам Юрий Ушаков допустил, что ответ, может быть, и не удастся подготовить к запланированному на определенный срок визиту в США секретаря российского Совбеза Николая Патрушева.
Я так и вижу картину какого-нибудь будущего Репина: «Администрация Путина пишет ответ президенту Обаме». Содержание послания не разглашается, однако представление о нем дают выступления высших российских чиновников, ответственных за оборону, на проходящей сейчас международной конференции по европейской безопасности. Уже второй раз отечественное военное ведомство проводит такое мероприятие. Говорят, что есть амбиции превратить его в некий аналог Мюнхенской конференции по безопасности. Отечественные чиновники явно надеялись, что на приглашения откликнутся министры обороны западных государств, и не скрывали разочарования, когда в Москву прибыли пусть высокопоставленные сотрудники, но все-таки не первые лица. Несчастные получили по полной программе.
Глава президентской администрации Сергей Иванов небрежно заявил, что Москву совершенно не устраивают «отрывочные» предложения по ПРО. Нужны «во-первых, гарантии того, что ПРО в Европе не будет подрывать российский стратегический потенциал. Во-вторых — что такая система обороны будет защищать от возможных атак только со стороны государств, находящихся вне евроатлантического пространства». При этом из заявлений других отечественных представителей следовало, что американцы должны в этом соглашении и ограничить технические возможности своей системы ПРО, и согласовать будущие районы ее дислокации. Заместитель министра обороны Анатолий Антонов просто и доходчиво разъяснил заместителю госсекретаря США Роуз Геттемюллер и заместителю помощника министра Эвелин Фаркас, почему Москве не подходит американское предложение об обмене информацией по ПРО. Ну вот у вас, милые дамы, в гардеробах много разных платьиц и пальтишек. И что толку, если вы проинформируете нас о том, что там у вас пылится. Ведь завтра вы сможете закупить что-то новенькое. И поставить нас перед фактом. Если продолжить незамысловатый образный ряд заместителя министра, то Россия требует безусловного права определять, что и какого фасона, а также размера носить сугубо иностранным «дамам».
А вот если они не согласятся, то можно и без всякого политеса. Начальник Генерального штаба Владимир Герасимов сообщил, что «комплекс военно-технических мероприятий, направленных на нейтрализацию возможного отрицательного влияния глобальной системы ПРО США на потенциал российских ядерных сил, разработан, и мы этого не скрываем». Герасимов подчеркнул, что реализация этой системы нейтрализации будет зависеть от российских оценок способности ПРО США и НАТО ослабить потенциал российских ядерных сил. Помнится, пять лет назад местоблюститель Медведев уже грозил развернуть ракеты в Калининградской области.
Когда же речь заходила непосредственно о европейской безопасности — теме конференции, предложенной российским Министерством обороны, — то и здесь отечественные начальники концентрировались на «отлупе». Договор ДОВСЕ был объявлен сугубо устаревшим. Реликт, мол, холодной войны. Однако при этом отечественные военные руководители постоянно говорили о некоем «балансе сил» на Европейском континенте. Но если военного противостояния не существует, о каком балансе может идти речь? Или Россия предпочитает позиционировать себя в качестве даже не Советского Союза, а целого Варшавского договора, противостоящего всему Североатлантическому альянсу? Если нет, то все разговоры о превосходстве НАТО в обычных вооружениях просто бессмысленны.
Но самое поразительное другое: ни один из российских начальников не сделал ни одного конкретного предложения о сотрудничестве. Потому как велено было дать отлуп. Более того, мне кажется, даже если случится чудо и Запад примет все, даже самые неприемлемые российские предложения, буквально на следующий день Москва выкатит новые требования. Ну, например, чтобы отечественные певцы занимали бы в рамках «стратегического баланса» места не ниже второго на каждом конкурсе «Евровидения»…

Джонатан Малер (Jonathan Mahler)является редактором спортивной рубрики Bloomberg View. Он также является автором бестселлеров «Дамы и господа, Бронкс горит» и «Смерть приходит в долину счастья». Все озвученные в статье мнения отражают личную позицию автора.
("Bloomberg", США)



В эти выходные на лондонском стадионе «Уэмбли» состоится матч финала Лиги чемпионов. Это самый важный футбольный матч года, и что еще важнее — самое популярное спортивное мероприятие в мире по числу зрителей. Хотя по сути дела, победитель уже объявлен: Германия.

Для непосвященных американцев поясню: Лига чемпионов представляет собой турнир по круговой системе, в котором участвуют 32 самых сильных европейских футбольных клуба. Ее очень грубо можно сравнить с проводимым в марте баскетбольным турниром Национальной ассоциации студенческого спорта (NCAA) - «Мартовским безумием». Главное отличие заключается в том, что он длится 10 мучительных месяцев (все-таки это футбол). Матчи проводятся параллельно с участием команд в играх своих домашних чемпионатов. В результате остаются лишь два финалиста. В этом году ими стали команды «Бавария» (Мюнхен) и «Боруссия» (Дортмунд).

Обе команды из Германии. Они дошли до финала, сокрушив по пути два испанских клуба - «Реал» (Мадрид) и «Барселону». Это привело к активным разговорам о закате одной эпохи (испанской) и начале другой (немецкой). Забудьте о коротких перепасовках и гипнотизирующей игре на владении мячом - визитной карточке испанского футбола. Немцы создали новую формулу успеха.

Эта история может показаться весьма увлекательной, особенно тем из нас, кто вырос на американском спорте, где его короли постоянно то поднимаются на пьедестал, но низвергаются оттуда. В мировом футболе такого принципа не существует, в этом и заключается его популярность.

Изобретательные немцы

Несомненно, немецкий футбол заставляет к себе присмотреться. Как и сама Германия, когда-то их футбол славился организованностью и дисциплиной. Теперь это не так. Сейчас немцы играют в футбол со свободными перемещениями, с изобретательностью и гениальностью - эдакая более скоростная, более атлетичная и более напористая версия размеренного и методичного испанского стиля. Смотреть такой футбол - одно удовольствие.

Стоит сказать и о самих командах. «Баварию» можно считать крупным и богатым клубом, однако «Боруссия» относится к командам в духе фильма «Человек, который изменил все». Еще десять лет назад клуб едва не объявили банкротом, после чего он был перестроен благодаря экономически выгодному сочетанию молодых немецких талантов и недооцененных иностранных игроков. Фонд заработной платы этого клуба в разы ниже, чем, например, у мадридского «Реала». Даже история клуба удивляет: в ходе Второй мировой войны некоторые представители клуба использовали его офисные помещения для печатания антинацистских листовок (за что с ними расправлялись).

Для разочарованных фанатов, особенно болельщиков клубов английской Премьер-лиги, стоит отметить, что немецкая Бундеслига вызывает множество положительных эмоций, если разобраться в ее сложном регламенте. Членам Бундеслиги принадлежит основная контролирующая доля в своих клубах, там нет ни американских предпринимателей, ни арабских нефтяных шейхов, которые обладают чрезмерными рычагами влияния на команды и, фактически, превращают их в свои личные банкоматы. Для получения дающей право на выступления лицензии команда каждый сезон должна информировать об отсутствии каких-либо проблем в своем финансовом положении. Немецкая Бундеслига представляет собой редкий для европейских футбольных лиг пример «финансовой открытости» (это еще один пример того, как немецкий футбол отражает положение в самой Германии. В то же время испанская лига, как и сама Испания, находится в бедственном финансовом положении). Практически у всех топовых клубов имеются молодежные академии. В Германии это является обязательным требованием, благодаря чему все заинтересованы не в усилении своих клубов, а в обеспечении стабильного поступления молодых талантов в национальную сборную.

Наконец, внимания заслуживает ситуация с отстающими, хотя в Германии слышать такое слово весьма странно. Испания, в частности, «Барселона» держала футбольный мир в страхе в течение нескольких лет. Вполне объяснимо, что всем захотелось видеть падение этого лидера, особенно когда это поражение выступило бы в качестве доказательства более грамотного управления и более широкой поддержки болельщиков.

Однако давайте не будем делать никаких выводов из предстоящего финала. Невозможно сыграть как во внутреннем первенстве, так и в общеевропейском соревновании столько игр и удерживать пальму первенства. Кроме того, было бы несправедливо говорить об остальных участниках европейских первенств из Германии, основываясь на итогах одного сезона. Английские клубы доходили до стадии плей-офф во всех восьми розыгрышах Лиги чемпионов, за исключением того, что был в прошлом сезоне. А в 2008 году вообще был чисто английский финал. Такими достижениями немецкая лига похвастаться не может.

Талантливые поляки

Сможет ли Германия повторить недавний успех Испании, завоевавшей Кубок мира и два раза подряд Кубок Европы? В немецкой национальной сборной есть множество талантливых полузащитников, однако гораздо меньше нападающих: большинство нападающих «Боруссии» и «Баварии» являются иностранцами (в частности, поляк, француз, голландец и хорват).

В целом представляется более полезным рассматривать эволюцию футбола в привязке к поколениям, нежели к географии. Германия не является единственной страной, имеющей стабильное поступление молодых звезд, которые выйдут на свой пик через несколько лет. Другой такой страной стала Бельгия.

Сама Бундеслига далеко не идеальна. Она испытывает такую же проблему несбалансированности участников, как и другие европейские чемпионаты: «Бавария» и в меньшей степени «Боруссия» являются безоговорочными лидерами.

Хотя Бундеслига может похвастаться щедрыми внутренними контрактами на право телевещания, а также самой большой посещаемостью в Европе, которая во многом объясняется низкими ценами на билеты и наличием огромных стадионов, построенных к чемпионату мира 2006 года, на международном уровне все выглядит не так хорошо. Мировой футбольный рынок перенасыщен, а кроме «Баварии» ни одна из немецких команд не имеет широкой популярности за пределами своей страны. Им на пользу не идет и тот факт, что большинство из них базируются в относительно небольших и непривлекательных городах. Готовы ли во всем мире полюбить команду из городка Леверкузен?

Таким образом, Бундеслиге удалось удержать многих из ведущих игроков национальной сборной, однако для них всегда будет существовать соблазн заработать больше денег, играя за один из легендарных футбольных клубов, например, в Англии или Испании. Именно этот момент делает мировой футбол таким интересным: соперничающие друг с другом лиги борются за игроков с разных концов света, а соперничающие друг с другом сборные постоянно пытаются придумать что-то новое, чтобы воспитать новые таланты и внести в игру революционные изменения. Такое крайне редко встречается в американских чемпионатах по различным видам спорта, у которых никогда не было стимулов для развития.

Однако все это не означает, что Бундеслига не будет развиваться дальше и что немецкая система перестанет воспитывать талантливых игроков высочайшего уровня. Однако оба финалиста Лиги чемпионов едва ли представляют национальную династию. В состоятельных лигах имеются возможности для передовых инноваций. В агрессивном и конкурентном мировом футболе нет общей формулы стабильного успеха.

Дживан Вартанян





Татьяна Тютюнник


Следователи УВД по Западному округу Москвы завершили расследование уголовного дела против группировки аферистов, которую, по их мнению, возглавлял 22-летний Мартирос Вартанян — сын замгубернатора и министра автомобильных дорог, транспорта и связи Ростовской области Дживана Вартаняна. Сейчас молодой человек вместе с подельниками ожидает суда в одном из столичных СИЗО. Эта группировка полгода доставляла беспокойство столичным и приезжим автомобилистам, похищая регистрационные номера с их машин. Затем аферисты предлагали их выкупить у них. Пока в деле фигурируют 50 пострадавших.

Год назад в отделения полиции в центре и на западе Москвы стали приходить автомобилисты, которые лишились одного или сразу двух регистрационных номеров. Большинство из них были приезжими из других регионов и стран СНГ. Все они рассказывали похожую историю: однажды они обнаруживали свою машину без номеров, но под «дворником» находили записку с номером телефона, по которому нужно было позвонить, чтобы решить проблему. Люди на другом конце провода отвечали автомобилистам, что последние могут выкупить свои номера, перечислив деньги на счет мобильного телефона. Цены называли разные — 1–5 тыс. рублей. После перечисления денег им называли адреса, где можно было забрать свой номер. Обычно похищенные с машин номера были спрятаны на детских площадках или во дворах, расположенных вблизи от места кражи.

Некоторые автомобилисты, чтобы избежать лишней нервотрепки при восстановлении номеров, выкупали их у аферистов. А у приезжих из стран СНГ, которые оказались в Москве на своей машине, даже и не было других вариантов — номера необходимо было получать в стране регистрации.

После проведения специальных технических мероприятий полицейские вычислили участников группировки и осенью 2012 года задержали их. Как выяснилось, аферистами руководил 22-летний Мартирос Вартанян. Его задержали на Арбате, в квартире, в которой он был прописан и постоянно проживал.

— Во время обысков были изъяты большое количество SIM-карт, сотовых телефонов, деньги и около десятка банковских карт, — рассказали «Известиям» в полиции. — Уголовное дело было возбуждено по статье «Кража» и расследовалось следственным управлением УВД по ЗАО.

Сейчас по этому делу установлено уже более 50 потерпевших, однако следователи не исключают, что их количество может увеличиться.

По данным «Известий», на следователей по этому уголовному делу оказывалось давление. Кроме того, некие люди пытались выйти на полицейских и уладить все проблемы Вартаняна-младшего за $10 млн, однако получили категорический отказ. Сейчас предполагаемый организатор группировки ожидает суда в одном из СИЗО Москвы.

На момент публикации сам министр автодорог, транспорта и связи Ростовской области Дживан Вартанян находился в командировке, а сотрудники его аппарата не смогли связать его с «Известиями».

— Ситуацию вокруг членов его семьи может прокомментировать только сам Дживан Хоренович, — заявила «Известиям» его помощник Инна Бабаян.

Похищение автомобильных номеров стало в Москве популярным криминальным бизнесом. Столичные полицейские регулярно задерживают вымогателей. Например, в марте 2013 года в полицию обратился владелец внедорожника Jeep. Он сообщил, что с его машины были сняты номера, после чего вымогатели потребовали у него за их возврат 3 тыс. рублей. В противном случае вымогатели угрожали сжечь машину.

22 марта полицейские задержали преступников, которыми оказались 24-летний уроженец Молдовы и 26-летний житель Нижегородской области. Их проверяют на причастность к другим преступлениям.

Недавно общественный совет ГУ МВД по Москве обратился к начальнику Управления столичной госавтоинспекции Александру Ильину с предложением разрешить водителям временно ездить на автомобиле без государственных номеров, если они были украдены. Как полагают авторы предложения, заменой номеров может послужить официальный документ из полиции о возбуждении уголовного дела по факту кражи.

— Сейчас в столице у людей воруют десятки номеров в сутки, — заявлял «Известиям» зампред общественного совета ГУ МВД по Москве Антон Цветков. — По действующему закону человек не имеет права передвигаться на этом автомобиле, хотя он лишился номеров не по своей вине. Я считаю, что если у человека есть талон-уведомление с указанием реквизитов заведенного дела из полиции, что у него номер «угнали», то ему надо разрешить ездить на основании этой справки, пока он не получит в ГАИ новые знаки. Сейчас люди вынуждены бросать машину на несколько дней на месте кражи. Иначе за езду без номеров по ст. 12.2, ч. 2 КоАП РФ водителю грозит в лучшем случае штраф в размере 5 тыс. рублей либо лишение прав на срок от одного до трех месяцев. Причем наказание будет применено, даже если на автомобиле нет номера только с одной стороны. Впрочем, эксперты и депутаты скептически оценили инициативу общественников.


Сын Дживана Вартаняна сбил пенсионера



23-летний сын замгубернатора Ростовской области сбил пешехода. Дело пытаются замять.

В Ростове произошло ДТП, в результате которого пенсионер попал в больницу и сейчас находится в коме. Как сообщает «Ростовское агентство новостей», авария случилась на улице Мадояна 19 декабря. Автомобиль Volkswagen Golf сбил пожилого мужчину, когда тот переходил дорогу в неположенном месте. По информации donnews.ru, пенсионер доставлен в БСМП-2 и сейчас находится в коме. Врачи зафиксировали открытую черепно-мозговую травму и многочисленные ушибы мягких тканей.

Прибывшие на место сотрудники дорожной полиции выяснили, что за рулем Volkswagen Golf с номерами СxxxСС находился 23-летний Борис Вартанян — сын Дживана Вартаняна, заместителя губернатора, министра транспорта правительства Ростовской области.

По предварительной версии сотрудников ГИБДД, в ДТП виноват пенсионер.

ВОТ ТАК ДЕЙСТВУЕТ ПУТИНСКАЯ ПРОПАГАНДА

Александр Коляндр (Alexander Kolyandr)("The Wall Street Journal", США)


Советский лидер Леонид Брежнев – самый лучший российский правитель XX века. За ним, согласно результатам опроса, опубликованным в среду, следует Иосиф Сталин.

Брежнев руководил Советским Союзом, чьей «наследницей» современная Россия является с юридической точки зрения, в самые лучшие времена его истории. Высокие цены на нефть и огромные займы советских стран-сателлитов в Европе позволили достичь достаточно высокого уровня жизни, особенно по сравнению с эпохой сразу после Второй мировой войны. Уровень коммунистических репрессий был низок, преступность тоже упала, а люди могли въезжать в новые дома и вести собственную жизнь без особого вмешательства со стороны государства.

Однако брежневскую эпоху – с 1964-го по 1982-й годы – также характеризует советская война в Афганистане, а отсутствие важных реформ в то время содействовало стагнации, а потом и коллапсу советской системы. Однако эти годы все еще вспоминаются как «золотое время» в России. Большинство опрошенных Левада-центром положительно отзываются об этом генеральном секретаре ЦК КПСС.

Иосифа Сталина, которого в некоторых западных странах воспринимают как преступника наравне с Адольфом Гитлером, многие россияне воспринимают как создателя современного государства, лидера, стоявшего за победой над нацистской Германией, и человека с «отцовским» авторитетом. Несмотря на десятки миллионов погибших в трудовых лагерях и на фронте, а также создание Сталиным одного из самых репрессивных и кровавых режимов в Европе XX века, около 50% опрошенных воспринимают Сталина положительно, в то время как негативно его деятельность оценивают 38% населения.

Последний российский царь Николай Второй замыкает тройку самых любимых российских лидеров 20-го столетия.

В самом конце списка – Михаил Горбачев, последний глава Советского Союза, к которому негативно относятся 66% опрошенных, а позитивно – лишь 22%. Многие россияне воспринимают его как предателя, который разрушил и продал великую страну.

Сэр Пол Маккартни написал письма в поддержку Марии Алехиной и Надежды Толоконниковой, сообщается на его официальном сайте. Послания, адресованные российским судьям, написаны им от руки и датированы 20 мая.http://www.paulmccartney.com/news-blogs/news/27550-paul-shows-support-to-pussy-riot

Маккартни надеется, что российские судебные власти позволят Алехиной лично присутствовать на заседании. "Мое личное убеждение, что дальнейшее лишение свободы Марии плохо скажется на ней и на всех ситуации в целом, за которой, бесспорно, следит весь мир. В традициях справедливости, которая характерна для русских людей (многие из которых мои друзья), должен решиться этот вопрос", - пишет Маккартни.

Он также выражает надежду, что Толоконникову, которой было отказано в УДО, все же выпустят на свободу. "Я надеюсь, освобождение Толоконниковой вернет ощущение "честной игры", столь присущее русским", - написал музыкант.

Ранее письма в суд в поддержку ходатайства об УДО Алехиной направили музыканты Питер Гэбриел и Патти Смит, а также протоиерей Алексий Уминский. Судья согласился приобщить их к делу.

В среду Алехина объявила голодовку в знак протеста против отказа суда обеспечить ее личное присутствие на заседании. Она отказалась от видеосвязи и запретила своим защитникам представлять ее интересы на процессе. После заявления Алехиной в заседании был объявлен перерыв до четверга.

В августе, во время суда над участницами Pussy Riot, Маккартни написал им письмо со словами поддержки. "Дорогие Надя, Катя и Маша. Я пишу, чтобы поддержать вас в это трудное время. Я хочу, чтобы вы знали: я очень надеюсь, что российские власти будут соблюдать принцип свободы слова для всех граждан вашей страны и не накажут вас за ваш протест. В цивилизованном мире многие люди имеют право высказывать свое мнение, если это не приносит никому вреда, и я уверен, что это наилучшая практика для любого общества. Я надеюсь, что вы останетесь сильными, и уверен, что я, а также многие другие люди, которые верят в свободу слова, сделают все возможное для того, чтобы поддержать вас и принцип свободы творчества", - писал Маккартни.

ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ


Уже пару недель московское метро густо завешано цитатами из ВПЗРов (Великих Писателей Земли Русской), в диапазоне от Достоевского до Солженицына — про «укрепы» и православие, единственную опору и спасение России…
Ну что же, есть и такая версия.
Есть, правда, и другие, с цитатами не слабее — из Льва Толстого, например. Или (беря шире, про религию вообще) — из Вольтера…
Но о чем это я? Вопрос-то недискуссионный. Православие — и только православие! «При поддержке правительства Москвы», как честно написано на рекламном продукте.
Эта простота — воистину хуже воровства.
Это означает: да, мы положили с прибором на Конституцию РФ! Да, вам не послышалось. Мы положили с прибором, да! На мусульман, буддистов, иудеев, на католиков с протестантами, на сторонников теории «большого взрыва» и язычников… На все сто пятнадцать концепций мироустройства и этики. Да, мы идиоты — и ведем дело прямиком к межконфессиональному обострению! Все религии равны, но одна равнее! Подпись: «Собянин».
В России уже был когда-то один Сергей Семенович, упиравший на православие, а до кучи и на самодержавие с народностью — фамилия его была Уваров, и трудился он при государе императоре Николае Павловиче, заменяя собой идеологический отдел ЦК КПСС. Граф как-то умудрялся сочетать заповеди Христа с педерастией, а народность с неумением толком писать по-русски, но это подробности…
Главное же — с тех пор прошло почти два века, и вопреки усилиям этого унылого графа и других любителей законопачивать страну паклей по периметру, в России появились и достаточные представления о мире снаружи, и своя Конституция — и даже вроде бы недавно договорились о том, что государство у нас будет светское, и никто никому не будет тыкать в нос символами своей веры…
Себе же, кстати, дороже получается, когда тычешь слишком назойливо! И уж кто-кто, а православные должны бы помнить, как это бывает… Бывшие однопартийцы второго Сергей Семеновича (Собянина), верные ленинцы, навзрывали храмов, наплавались в бассейне «Москва»…
Наш новый Сергей Семенович тоже умудряется совмещать Христа с чем ни попадя (это я про партийное руководство в советские годы). Это сейчас он со свечкой стоит, в главном Храме, рядом с каким-то гэбешником, а в прошлой жизни за того же Солженицына ты бы уехал у них, братец, вместе с Христом, за сто первый километр как минимум!
Впрочем, о чем я…
Ах да — о православии «при поддержке московского правительства»!
Ерунда это, товарищи. Не нуждается православие в поддержке московского правительства, состоящего из членов Партии Жуликов и Воров.
А если нуждается, то тем хуже для православия.

Эми Кроуфорд (Amy Crawford)(\"Smithsonian\", США)


Астронавт «Аполлона-11», ходивший по поверхности Луны, мечтает, что американцы первыми высадятся на Марсе.

В 1969 году участник экспедиции «Аполлон-11» Базз Олдрин (Buzz Aldrin) стал вторым человеком, ступившим на поверхность Луны. В дальнейшем он уделял много сил борьбе за исследование космоса и развитие космических технологий и, в частности, призывал снова увеличить инвестиции в космическую программу. В своей книге «Экспедиция на Марс: как я вижу космические исследования» («Mission to Mars: My Vision for Space Exploration»), Олдрин излагает подробный, состоящий из множества этапов план полета к Красной планете и основания первого постоянного человеческого поселения за пределами Земли.

Эми Кроуфорд: С тех пор, как вы высадились на Луну, прошло больше четырех десятилетий. Как вы расцениваете успехи американской космической программы за это время?

Базз Олдрин: Временами у Соединенных Штатов были амбициозные проекты, но они должным образом не финансировались. После высадки на Луну интерес к космосу пошел на спад. Сначала внимание и деньги правительства США отвлекал на себя конфликт во Вьетнаме, а затем американский народ в целом утратил интерес к американскому лидерству и к технологиям. Наши мировые позиции в естественнонаучном, техническом, инженерном и математическом образовании сначала начали расти благодаря «Аполлону», а затем опять скатились вниз. Я стараюсь что-то с этим сделать.

- «Спейс-шаттл» был самым громким космическим проектом со времен «Аполлона». Считаете ли вы его успешным?

- Погибли два экипажа, бюджет был сильно перерасходован, а цели, фактически, не были достигнуты. Разумеется, мы стали пионерами в области международного сотрудничества и экспериментов с нулевой гравитацией и получили медицинские данные о последствиях долговременного обитания в космосе. Однако для национальной лаборатории это все-таки неподходящий масштаб. Чтобы построить космическую станцию, нам понадобилась помощь русских. А теперь Соединенные Штаты финансируют российскую космическую программу, чтобы американцы могли находиться на нашей космической станции стоимостью в 100 миллиардов долларов - потому что «челноки» нам пришлось списать.

- НАСА завершило программу «Спейс-шаттл» в 2011 году. По-вашему, это было преждевременно?

- Нет, эту программу надо было свернуть, но у НАСА и США было семь лет – с начала 2004 года и до конца 2010 года, - чтобы придумать ей замену. Этого сделано не было.

- Вы тревожились, что США отстанут от конкурентов. На ваш взгляд, у других государственных космических агентств, – скажем, у русских или у Европейского космического агентства - дела обстоят лучше?

- Их тоже плохо финансируют. Но они по-прежнему способны отправлять экипажи на Международную космическую станцию. А китайцы с российской помощью продвинулись так сильно, что теперь они потенциально способны нас обогнать.


- Во времена «Аполлона» мы участвовали в так называемой космической гонке с Советским Союзом. По-вашему, это важно, чтобы США лидировали в исследовании космоса, или между странами должно быть больше партнерства?

- Я абсолютно уверен, что Соединенные Штаты должны лидировать в космосе – ради собственного выживания. Это должно вдохновлять следующие поколения. Если мы утратим лидерство, вдохновлять их будут китайские достижения.

- Вы критиковали предложения президента Буша и НАСА вернуться на Луну, но Луна играет определенную роль в вашей концепции экспедиции на Марс. Вы можете это объяснить?

- Новая отправка человека на Луну ничего нам не даст. С момента нашего первого визита туда пройдет больше 50 лет, и на Луне нас, скорее всего, уже встретят китайцы. Но нам следует все же на нее вернуться без астронавтов и построить на ней с помощью роботов международную лунную базу, чтобы знать, как строить базу на Марсе.

- Как будет выглядеть эта лунная база?

- Я полагаю, что это должен быть прообраз обитаемого модуля американского межпланетного корабля. Нам следует поместить его на Луну, чтобы проверить температурный контроль – на Луне с ее 14 днями солнечного света и 14 днями темноты температура сильно меняется – и защиту от радиации, абсолютно необходимую для выхода за пределы магнитного поля Земли.

- Вы считаете, что после строительства лунной базы нам следует, воспользовавшись полученными знаниями, отправить людей на спутник Марса Фобос, чтобы можно было построить базу на Марсе?

- Я бы предпочел этот вариант. Опыт марсоходов Spirit и Opportunity показал, что с Земли невозможно должным образом контролировать находящихся на поверхности Марса роботов. То, что мы за пять лет сделали на Марсе, можно было бы сделать за неделю — большая разница, правда? — будь у нас на орбите Марса люди. Лучше будет отправить на Фобос людей на полтора года, а затем вернуть их обратно, прежде чем отправлять кого-то на Марс навсегда.

- То есть для возвращения на Землю проще стартовать с Фобоса, чем с Марса, потому что Фобос меньше и у него меньше гравитация?

- Да. Нам нужно построить с орбиты на Марсе базу, перед тем, как отправлять людей на его поверхность. И эти люди станут постоянными обитателями Марса. Они оставят Землю, как пилигримы с «Мэйфлауэра» оставили Европу, и больше на нее не вернутся.

- Вы думаете, что мы найдем людей, готовых прожить жизнь на Марсе?

- Я абсолютно в этом уверен.

- Но как их уговорить? Им придется многим пожертвовать. Это огромный шаг.

- Найти добровольцев в хорошей форме, готовых посвятить этой миссии всю жизнь, проблемой не будет. Эти люди будут понимать, что они войдут в историю. Пилигримы тоже сделали огромный шаг. Колумб сделал огромный шаг. Магеллан сделал огромный шаг.

- Зачем людям колонизировать другую планету?

- Человеческой расе могут угрожать болезни, ядерный конфликт, столкновение с особенно крупным астероидом. Стивен Хокинг (Stephen Hawking) считает, что у нас есть около 200 лет. А я сказал ему на это, что, на мой взгляд, мы можем добраться до другой планеты меньше чем через 50 лет.

- Как известно, президент Кеннеди в 1961 году заявил, что мы должны отправить человека на Луну до конца десятилетия. Как вы думаете, нам нужно аналогичное заявление, чтобы подтолкнуть экспедицию на Марс?

- Услышать такое заявление – моя цель. Лидер, который его сделает, будет значить в истории больше, чем Александр Великий, королева Изабелла и вообще кто угодно. Пятидесятилетние юбилеи «Аполлонов» - от «Аполлона-11» до «Аполлона-17», -предстоящие в период с 2019 года по 2022 год, - это подходящее время для лидера одной из стран земного шара, чтобы пообещать, что люди поселятся на другой планете Солнечной системы. Правда, вместо одного десятилетия, нам, скорее всего, потребуется два.

- Вы активно выступали за космический туризм, но пока он доступен лишь немногочисленным богачам. Как по-вашему, он может способствовать инновациям?

- Разумеется, может, вдохновляя молодежь, промышленность и правительство. Один из первых космических туристов Денис Тито (Dennis Tito), заплативший из своего кармана, чтобы полететь на российском космическом корабле на созданную при участии русских американскую космическую станцию, основал и возглавил проект Inspiration Mars, в рамках которого в 2018 году планируется послать в экспедицию к Марсу, вокруг него и обратно супружескую пару.

- Что вы думаете об этой идее?

- Это перспективный проект, который я всячески поддерживаю. Экипаж проведет в космосе полтора год. Это долгий срок, и мы многое узнаем о том, как он будет переноситься, о воздействии радиации, вхождения в атмосферу на большой скорости и так далее. Но главное, это подтолкнет лидеров и общество должным образом финансировать дальнейшие исследования.

- Сейчас, судя по всему, изрядная часть американского гения тратится на социальные сети и интернет. Вас не тревожит, что наши лучшие умы работают над приложениями для айфона, а не над полетом на Марс?

- Не все так просто. Это прогресс, и я стараюсь не отставать от развития технологий связи и информации, которые позволяют мне общаться с младшими поколениями. Иногда люди уделяют мне больше внимания, чем новостям от НАСА. Возьмем, скажем, мое участие в популярной телепередаче «Танцы со звездами» («Dancing with the Stars»). Многие лучше знают меня благодаря моим появлениям на телеэкране, а не благодаря высадке на Луну. Я стараюсь, чтобы публика обо мне не забывала. Ваше поколение разработало все эти технологии, и я пытаюсь держаться на их уровне. Но да, конечно, все это отвлекает, как и меня в молодости отвлекали «Одинокий рейнджер» и футбольная команда университета «Нотр-Дам».

- Как это было – идти по Луне?

- Мои впечатления проще всего описать фразой: «Великолепное запустение». Как сказал Нил Армстронг (Neil Armstrong), это было великолепно, что люди смогли сделать такой шаг. Но увиденное теми, кто делал этот маленький шаг, было пустыннее любого земного пейзажа.

- Что вы чувствовали, когда делали этот шаг?

- Настороженность, тревогу, радость. Страха не было. Он пришел потом. Я просто следовал за моим командиром и делал то, чему меня учили.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Алиса в стране Советов Художница Порет, поэт Хармс и все-все-все Полный текст

Ну вот Вы расширили свой бизнес и переезжаете в новый офис.У вас много тяжелых предметов:сейфы,банкоматы и платежные терминалы,оборудование ....Тогда Вам сюда
perevozka.ru
Будьте уверены что перевозки будут выполнены в срок и с высоким качеством работы.
Специалисты компании «Перевозка.Ru» учтут все Ваши пожелания,стиль работы сотрудников компании это бережное отношение к имуществу клиента,низкие фиксированные цены,четкое планирование перевозки...Да чуть не забыл! Компания с удовольствием выполнит ваш заказ на комфортный переезд на новую квартиру и позаботиться о соответствующем для этой цели транспорте.
Ждем вас все 24 часа в сутки!Лучшей компании в Санкт-Петербурге Вы не найдете,да и добраться к нам проще простого м. Фрунзенская, Набережная Обводного Канала 92, 3 этаж

Оригинал взят у в РИСУНКИ ИЗ ГУЛАГА

Нина Хрущева-правнучка Первого секретаря ЦККПСС Никиты Сергеевича Хрущева("Foreign Policy", США)

Почему нелепые попытки России заставить замолчать Алексея Навального так сильно напоминают недобрые старые времена Сталина и Хрущева?

«Россия - как кадка с тестом: ты проталкиваешь руку, достаешь до самого дна, потом вытаскиваешь ее, и прямо у тебя на глазах дыра исчезает, а кадка снова полна теста», - сказал как-то Никита Хрущев, давая характеристику стране, которой он руководил.

Бывший премьер – мой собственный прадед, 60 лет тому назад осудивший Иосифа Сталина и его вездесущий аппарат безопасности, должно быть, переворачивается в своей могиле. Правовые институты России по-прежнему работают в стиле сталинских показательных судов.

После вынесения обвинительного приговора бывшему руководителю ЮКОСа Михаилу Ходорковскому и возмутительницам спокойствия из феминистской панк-группы Pussy Riot настало время для очередного бутафорского суда – над борцом с коррупцией, юристом, оппозиционным активистом и блогером Алексеем Навальным. Несколько лет тому назад Навальный начал выступать против правящей в России партии «жуликов и воров» президента Владимира Путина под названием «Единая Россия». Будучи харизматичным лидером, Навальный встал во главе протестов против фальсификаций на парламентских выборах в 2011 году и против победы Путина на выборах президента в 2012 году. Будучи советником губернатора Кировской области и предположительно имея доступ к государственному имуществу, Навальный якобы украл мошенническим путем у государственной лесозаготовительной компании «Кировлес»16 миллионов рублей (530000 долларов). В апреле ему было предъявлено обвинение, и теперь Навальному грозит до 10 лет тюрьмы. В прошлом году следователи посчитали эти обвинения надуманными, но недавно выдвинули их вновь. Возможно, это связано с тем, что Путин все больше страшится растущего политического авторитета и влияния Навального. Рейтинг его популярности составляет в настоящее время 40%, а в прошлом месяце Навальный заявил, что будет баллотироваться в президенты в попытке вытеснить с этого поста Путина. Несомненно, действующий президент недоволен. И похоже, что он обратился к старому и проверенному способу, ведь обвинения антикоррупционных активистов в коррупции давно уже стали излюбленной тактикой Кремля.

Этот суд ни шатко, ни валко шел весь прошедший месяц, однако в последние дни обвинение столкнулось с большими затруднениями и пришло в замешательство. На суде с прямо-таки убийственными показаниями выступил свидетель обвинения, работающий чиновником в областной администрации. Он сказал, что Навальный не мог украсть лесоматериал у Кировлеса, потому что не имел такой возможности. Суд, в свою очередь, отклонил просьбу Навального объявить незаконным прошедший на прошлой неделе без санкции прокурора обыск в его кировском офисе. Другой свидетель, ранее работавший в этой компании заместителем директора, заявил, что Навальный виновен в представлении рекомендаций о заключении несправедливых контрактов. Но опять же, этот свидетель признал, что Кировлес добровольно согласился на его предложения (и это признание стало очередным унижением для государства). Когда аудитория начала смеяться, бывший директор раздраженно отреагировал: «Вы что, в цирке?» У большинства присутствующих в зале суда было именно такое ощущение, поскольку несколько уже выступивших свидетелей показали, что они не помнят ни о каких сделках с Навальным. В любом законопослушном государстве одного такого заявления было бы достаточно, чтобы снять обвинения.

У россиян снова возникает ощущение дежавю, поскольку они помнят показательные процессы 1930-х годов. То были увесистые и скучные дела с заранее подготовленными вердиктами о виновности, которые заканчивались тем, что тысячи людей были осуждены на смерть или на мучения в ГУЛАГе. Каким-то извращенным образом эти суды должны были показать «справедливость» СССР по отношению к обвиняемым, которые, боясь за свою жизнь и репутацию, оговаривали себя, помогая обвинению, и с готовностью признавались в совершении несуществующих преступлений.

Обвинения в эпоху сталинских чисток были самые разные: от покушения на убийство советских руководителей до шпионажа в интересах Запада. Из-за таких обвинений и судов было обезглавлено советское военное командование, что нанесло сокрушительный удар армии еще до Второй мировой войны. Эти суды унесли жизнь таких старых большевиков, как Григорий Зиновьев и Лев Каменев, которые после смерти Ленина делили власть со Сталиным, а также Николая Бухарина – этого эрудированного главного редактора «Правды», которого когда-то называли «наследником Ленина».

Бухарин осмелился выступить против верховного лидерства Сталина, подвергнув критике закрытость государственной власти. Это было серьезное преступление, и оно вызвало хитрую реакцию. В одной из хорошо известных историй 1937 года говорится о том, что Великий Диктатор как-то увидел в Кремле «наследника Ленина», который стоял в одиночестве. «Ты что один, Бухарчик? – мягко спросил Сталин. – Иди поближе, ты ведь один из нас». Бухарин радостно согласился, но Сталин просто играл с ним – спустя неделю Бухарина арестовали, затем много месяцев допрашивали, а когда он признался в том, что готовил покушение на Сталина, его расстреляли за попытку вернуть в Россию капитализм.

Хрущев, стоявший на стороне Сталина, сам с энтузиазмом участвовал в постановочных процессах, в том числе, в суде над Бухариным. Придя в 1953 году к власти, премьер постарался искупить вину за свое деспотичное прошлое, освободив или посмертно реабилитировав многих узников ГУЛАГа. Только в 1954-56 годах количество «политических» в советских тюрьмах снизилось с миллиона до 100000 человек. Однако обстоятельства смерти таких старых большевиков, как Зиновьев, Каменев, Бухарин и прочие, по-прежнему замалчивались.

Изгнанный в 1964 году из Кремля Хрущев пожалел о своих колебаниях. По словам моей матери, он как-то сказал дома: «Мне надо было их реабилитировать. Не было на них никакой вины! Но мне не хотелось ставить в неловкое положение коммунистических руководителей за рубежом. Они на коленях умоляли меня хранить молчание».

Хрущев размышлял над этими вопросами, а между тем, показательные процессы при его преемнике Леониде Брежневе начали возвращаться. В 1965 году арестовали писателей Андрея Синявского и Юлия Даниэля. После шумного судебного процесса их признали виновными в антисоветской деятельности и приговорили к заключению в исправительно-трудовой колонии строгого режима. Причиной стало то, что они опубликовали за границей свои антисоветские работы под псевдонимами Абрам Терц и Николай Аржак.

Прокрутим время вперед на полстолетия – через горбачевскую гласность, когда, наконец, был реабилитирован Бухарин и все остальные, через посткоммунистический период, когда казалось, что гулаги безвозвратно ушли в прошлое – и окажется, что мы снова стоим и смотрим, а вернее, живем в хрущевской кадке с тестом.

Следуя примеру Сталина с его порочным «правосудием», Путин недавно вмешался в дело Навального: «Не за политические взгляды и даже за действия люди осуждаются в судебном заседании, а за нарушение закона…. К этому и другим делам следует отнестись с предельной объективностью».

Но если сталинские показательные процессы вызывали страх у наблюдателей и покаянные заявления у осужденных, то «объективностью» нынешнего руководителя не одурачить никого. 52% людей не верят в объективность этого суда.

Новый опрос общественного мнения показывает, что половина населения страны считает путинскую партию безнадежно коррумпированной. Есть какой-то колоссальный парадокс и глубокая ирония в том, что Путин, который за 12 лет пребывания у власти накопил, по имеющимся данным, состояние в 70 миллиардов долларов, осуждает Навального, а до него осудил Ходорковского (когда-то самого богатого человека в России) за нарушения закона. В 2010 году Путин сказал о бывшем главе ЮКОСа: «Вор должен сидеть в тюрьме». Но не воровство привело Ходорковского к краху, а его щедрые пожертвования на нужды оппозиционных партий. С 2003 года ему пришлось пережить множество публичных судебных процессов, а сейчас Ходорковский находится в ГУЛАГе на севере России, и будет находиться там до 2016 года. Недавно ему сократили срок в связи с изменениями в законе об экономических преступлениях, но многие очень сильно сомневаются в том, что его когда-нибудь выпустят на свободу.

Похожим образом в 2012 году Марию Алехину и Надежду Толоконникову из Pussy Riot приговорили к двум годам лишения свободы в лагерях советской эпохи.

На самом деле, в России история повторяется и как трагедия, и как фарс одновременно, немного искажая знаменитое изречение Карла Маркса. Приговоры в судах выносятся по прихоти властей, потому что власть подвержена инерции, а апатичная публика традиционно подчиняется парадоксальной тирании. А слабое государство кажется сильным, лишая граждан основных свобод. В отсутствие принципа господства права россияне считают себя зависимыми от государства людьми, но не гражданами, живущими в независимом гражданском обществе. Такая, по сути дела, капитуляция создает благодатную среду для деспотии и для подавления основной части политических инициатив.

И тем не менее, мы медленно эволюционируем. После фальсификаций на парламентских выборах в 2011 году люди вышли на демонстрации. В 2012 году они выступили против президентских выборов, которые «нечестно» и «несвободно» (как гласили лозунги протестующих) вернули Путина на третий срок во главе государства. Сегодня лишь 26% населения говорит о том, что поддержит Путина на выборах 2018 года, когда он пойдет на четвертый срок. А в новых показательных процессах обнаружилось одна важная закономерность. Ни Навальный, ни Ходорковский не признали себя виновными. Вместо этого они продолжают высказываться из тюремных камер и из залов суда.

Освободились ли мы от застойного «теста»? Хрущев неоднократно говорил у себя дома и писал в мемуарах, что его собственный опыт жизни при деспотии (он покаялся лишь после смерти Сталина, и он осудил лишь этого человека, но не его систему) научил его следующему: сосредоточившись только на руководителе, а не на работающих институтах, можно обеспечить победу лишь наполовину.

Украденные выборы начинаются не с манипуляций с бюллетенями, не с исключения из списков альтернативных кандидатов. Они начинаются тогда, когда люди позволяют правовой системе отклониться от верного направления. Россия молчала почти десять лет, когда Ходорковского постоянно лишали права на справедливость. Истина заключается в том, что мы имеем такую правовую систему, какую заслужили. Сегодня вопрос не в том, оправдают или нет Навального в суде. Вопрос в том, насколько сильно мы возмутимся, когда его не оправдают.

Мойзес Наим (Moisés Naím)("Slate.fr", Франция)


Государства, которые попирают основополагающие демократические принципы, все меньше беспокоятся по этому поводу: возможная расплата совершенно их не тревожит. Поэтому нам нужно срочно усилить санкции против тех, кто покушается на права и свободы.

Автократы сегодня, по всей видимости, могут действовать совершенно безнаказанно, в связи с чем нельзя не подивиться поведению некоторых примеривших на себя демократическую маску государств, которые до сих пор опасаются, что их могут раскрыть. Так, авторитарные режимы тратят огромные силы, чтобы защитить свой демократический образ. Они пускаются в дорогостоящие и рискованные маневры, чтобы получить «знак качества», который неразрывно связан с основанной на «всеобщем голосовании» избирательной системой.

Зачем, например, Владимир Путин настолько запутал выборы и сформировал систему «чередования» с Дмитрием Медведевым, не считая множества других инициатив, которые были призваны создать ему образ демократического лидера? Почему нельзя просто провозгласить себя главой государства и продолжить руководить авторитарной системой, чем он, по сути, и занимался десять с лишним лет?


То же самое явление существует и в других странах, от Марокко до Аргентины, от Анголы до Венесуэлы, от Ирана до Эквадора. Все эти правительства стали настоящими мастерами в искусстве политических фокусов. С одной стороны, они заостряют внимание на выборах и прочих элементах демократии. С другой стороны, они всячески мошенничают и нарушают правила, чтобы монополизировать власть, подавить оппозицию и заткнуть рот критикам.

Некоторые государства честно признаются в тоталитаризме: это касается, например, Северной Кореи, Белоруссии или Кубы. Тем не менее, таких стран становится все меньше и меньше: с 1973 года число недемократических стран сократилось с 69 до 47.

Положительный момент заключается в том, что мы можем оказать давление на псевдодемократических лидеров, которые нарушают права и свободы сограждан. Такая возможность имеется у иностранных государств и политиков. Однако в последнее время ей, увы, мало кто пользуется.

В качестве примера давайте рассмотрим ситуацию в Латинской Америке. В 1970-80-х годах, когда во многих латиноамериканских странах балом правили кровавые диктатуры, Венесуэла представляла собой демократическое государство, которое принимало у себя и предоставляло защиту подвергавшихся гонениям военных режимов политических деятелей. К настоящему времени многие из этих бывших беженцев вернулись в свои страны и занимают высокие посты в правительствах, парламентах и политических партиях. Их молчание при виде того, что происходит в Венесуэле, поистине оглушительно.

В первую очередь обратить внимание следует на безразличие Бразилии. Эта страна, разумеется, не собирается становиться стражем демократии в регионе или самоуправно вмешиваться во внутреннюю политику соседей. Тем не менее, было бы неплохо, если бы ее власти посчитали нужным время от времени сказать несколько слов. Было бы просто прекрасно, если бы ее международная политика отражала ценности одной из крупнейших и динамично развивающихся демократий в мире. Если бы она открыто заявила о своем мнении как уважаемое и влиятельное государство. Как страна, чей политический класс пользуется моральным авторитетом тех, кто на собственной шкуре испытал последствия борьбы с жестоким и репрессивным режимом.

Демократы со всего мира и в первую очередь из Латинской Америки были неприятно поражены молчанием президента Лула да Силвы по поводу вопиющих нарушений прав человека на Кубе, а также замаскированных посягательств на демократию Уго Чавеса в Венесуэле, Рафаэля Корреа в Эквадоре и Даниэля Ортеги в Никарагуа. Мы не услышали ни слова, ни единого упрека...

Остается надеяться, что Дилма Русеф будет придерживаться другой линии. Однако пока что ничего подобного не происходит. Бразилия немедленно признала победу Николаса Мадуро, хотя и прекрасно понимала, что такой результат вызывает серьезные сомнения. Несколько дней спустя после выборов Бразилия вместе с другими странами призвала Каракас перепроверить итоги. Мадуро согласился на повторный подсчет голосов, однако Национальный избирательный совет провел его самым что ни на есть подозрительным образом.

Если правительство убеждено в своей победе на выборах, у него нет причин опасаться тщательного и прозрачного пересчета бюллетеней. Кроме того, демократическое правительство не может запретить оппозиционным депутатам выступить перед Национальным собранием. И тем более допустить, чтобы парламентарии от партии власти силой заткнули им рот и избили их прямо во время слушаний, в результате чего тем пришлось обратиться в больницу.

Уважаемая Дилма Русеф, пожалуйста, поделитесь с нами вашим мнением по этому поводу.

У советника губернатора Кировской области на общественных началах "есть полномочия давать советы, никаких других полномочий нет". С таким заявлением выступил глава региона Никита Белых, вызванный в суд в качестве свидетеля по делу "Кировлеса". Прямую трансляцию девятого заседания суда ведет РАПСИ.

Должность советника Белых в 2009 году занимал популярный блогер, член Координационного совета оппозиции Алексей Навальный. Он обвиняется в злоупотреблениях при реорганизации компании "Кировлес".

Отвечая на вопросы Навального, защищающего себя в суде, Белых подчеркнул, что реорганизация "Кировлеса" не была идеей Навального, другие эксперты также считали это необходимым. Он пояснил, что как глава региона не имел возможность списать задолженность предприятия по аренде леса, так как она в основном формируется перед федеральным, а не региональным бюджетом. По этой причине реорганизация являлась неизбежной.

Он также напомнил, что контракты с "Вятской лесной компанией", лоббирование которых приписывают Навальному, заключались "Кировлесом" на основании федерального закона о госзакупках, что ограничивает влияние на их содержание со стороны главы региона и его команды.

Белых также выразил удивление показаниями экс-директора "Кировлеса" Вячеслава Опалева, который пошел на сделку со следствием и свидетельствовал против Навального. В числе прочего Опалев выражал недовольство качеством работы ВЛК, однако, по словам Белых, одновременно он назначил свою приемную дочь главой коммерческого отдела этого предприятия.

На прямой вопрос адвоката Навального, могла ли навредить деятельность его советника области, Белых ответил: "У меня оснований делать такие выводы нет".

По версии следствия, Навальный, являясь советником губернатора Кировской области, организовал хищение имущества "Кировлеса". Для этого он якобы вступил в сговор с директором Вятской лесной компании Офицеровым и гендиректором "Кировлеса" Опалевым. Следствие полагает, что в период с мая по сентябрь 2009 года было похищено более 10 тысяч кубометров лесопродукции. Таким образом, бюджету Кировской области был причинен ущерб на сумму более 16 миллионов рублей". Навальному грозит до 10 лет лишения свободы. Опалев, который дал показания против Навального, уже получил по этому делу четыре года условно. Сам Навальный называет дело сфабрикованным и настаивает на его политической подоплеке.

Алексей Навальный является фигурантом сразу нескольких уголовных дел. По версии следствия, во время избирательной кампании 2007 года рекламная фирма Навального "Аллект" похитила 100 миллионов рублей у партии СПС. Также оппозиционера проверяют на причастность к махинациям с акциями ОАО "Уржумский спиртоводочный завод". Еще одно уголовное дело против Навального и его брата Олега возбуждено в декабре по заявлению главы "Ив Роше Восток" Брюно Лепру. Компания Олега Навального "Главподписка" якобы оказывала "Ив Роше" транспортно-экспедиционные услуги по завышенным ценам.

Александра ГАРМАЖАПОВА


Партию возглавил конкурент Виталия Милонова на парламентских выборах, бизнесмен и муниципал Андрей Палевич. В организации рассчитывают, что новый лидер отобьет партию от нападок недоброжелателей.

Напомним, скандал в петербургском «Яблоке» разгорелся в декабре 2011 года — по предварительным данным, в парламент проходили сторонники Явлинского, но в результате они оказались за бортом. А в ЗакС попали Ольга Галкина, которая возглавляла избирательный штаб Максима Резника, и Владислав Нотяг — директор частной школы, в которой работает Резник.
Разбирались, кто прав, кто виноват, партийцы год. В результате по решению федерального бюро партии в декабре 2012 года «22 члена петербургского отделения были исключены за фактическое согласие с фальсификациями при подсчете голосов на выборах депутатов Законодательного собрания Петербурга 4 декабря 2011 года».
После расставания с «Яблоком» Галкина, Резник и Нотяг ушли в «Гражданскую платформу» Михаила Прохорова. И если сначала общественное мнение колебалось, наблюдатели не умаляли заслуг Резника (политик держал организацию на плаву в тяжелые безденежные годы, партия активно работала и имела поддержку горожан), то после начала сотрудничества с Прохоровым мнение о депутатской тройке стало скорее негативным. Тем более что парламентарии стали представляться как «депутаты от «Гражданской платформы», в то время как за прохоровское объединение никто не голосовал.
Однако и само «Яблоко» после «очищения» находилось в коматозном состоянии: руководящих органов не было, мероприятия почти не проводились. Единственное, что можно было записать им в актив, — участие в формировании УИКов и работу фракции в ЗакСе.
Спустя полтора года партийцы под руководством Григория Явлинского, Сергея Митрохина, руководителя Федеральной антимонопольной службы Игоря Артемьева собрались обсудить, почему нельзя сотрудничать с леваками, чем плох огульный протест и почему Резник с друзьями сделали неправильный моральный выбор.
Митрохин признал, что петербургское «Яблоко» всегда шло в авангарде партии, а также наличие «длительного кризиса», из которого теперь отделение выходит. По его словам, прежнее руководство городского «Яблока» было настроено на конфронтацию с федеральным. Теперь «произошло полезное размежевание». Митрохин поставил перед новым руководством местной ячейки задачу — реабилитировать в глазах россиян Петербург, прозванный с подачи Милонова и ряженых казаков «столицей мракобесия».
Явлинский по традиции мыслил глобально: говорил о миссии «Яблока», которая заключается в том, чтобы мирным и законным способом изменить систему, а не отдельных персон.
Обсудив стратегию, партийцы провели безальтернативные выборы председателя. В кулуарах они признавались, что поддержали бы кандидатуру депутата ЗакСа Бориса Вишневского, однако он в силу занятости от поста отказался. Был выдвинут Андрей Палевич, которого охарактеризовали как надежного, спокойного, но твердого человека, что называется, со стержнем. Технического претендента (для видимости выбора) решили не выставлять. Одни посчитали это нормальным, другие с сарказмом предположили, что технический может неожиданно победить.
Делегатов смущал еще один момент — Палевич не смог внятно озвучить свой план действий. Пока ясно одно: он займет пост на год. Кандидат рассказал о тоталитарном стиле управления прежнего руководства, порадовался, что «Яблоко» покинули 40 человек, а тысяча честных остались, перечислил тематические школы внутри организации, сообщил, что в партии есть люди, которые хоть сейчас готовы быть губернатором Петербурга — Игорь Артемьев и Михаил Амосов, поторопил с подготовкой к муниципальным выборам, ведь декабрь 2011-го показал, что «мало провести хорошо кампанию, необходимо защитить результат». Напоследок Палевич пообещал, что ругаться с федеральным «Яблоком» не будет.
Мирный, но твердый кандидат устроил почти всех. За нового руководителя петербургского отделения отдали свои голоса 37 делегатов из 42. Двое высказались против. Трое бюллетень не получили.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Евро насмарку Почему недовольны немцы и чем это грозит Старому Свету Полный текст

Если Вы или Ваши родные и близкие люди любят музыку и хотят играть на любимых инструментах.То тогда вам сюда пианино спб!
Заходишь в салон музыкальных инструментов компании «Классика Петербург» и глаза разбегаются,здесь все чтобы удовлетворить спрос:рояли,скрипки,пианино,цифровые фортепиано,альты,виолончели,контрабасы,духовые инструменты,аксессуары.Вообщем в салоне все что нужно профессиональным музыкантам,студентам музыкальных Вузов ,учащимся музыкальных школ и просто исполнителям музыки.
Да! Ещё и сам салон находиться в музыкальном центе Петербурга,на Театральной площади,здесь все пропитано воздухом великой русской музыкальной культуры и её традиции

АЛЕКСАНДР РЫКЛИН


Интрига с возможным скорым премьерством ближайшего соратника Владимира Путина и бывшего, фактически бессменного, министра финансов всей путинской эры Алексея Кудрина вовсе не исчерпывается исключительно экономическими факторами, на которых столь подробно остановился коллега Максим Блант в своей последней статье на страницах «ЕЖа». Позволю себе даже предположить, что они, эти самые экономические факторы, в данном случае играют второстепенную роль.
Сегодня ситуация в России (и вокруг России) складывается таким образом, что приход Кудрина на высокую должность мог бы помочь Путину разрешить огромное количество чисто политических проблем. Если они его еще хоть в какой-то степени волнуют (оговорка эта не случайна, и мы к ней еще вернемся).
Итак, какую службу нынче мог бы сослужить Путину маневр с назначением Кудрина главой правительства? Если рассматривать внешнеполитический аспект такого кадрового решения, то оно, несомненно, было бы воспринято на Западе с огромным воодушевлением и, я бы сказал — облегчением. Западный политический мир, который под давлением тамошнего общественного мнения вынужден последнее время вставать в определенную позу в отношении Кремля (список Магнитского, к примеру), воспринял бы такое назначение как шаг навстречу — Леонид Кудрин пользуется на Западе большим авторитетом и доверием. Это дало бы возможность западным лидерам и дальше безоблачно сотрудничать с Путиным, продолжая игнорировать «некоторые издержки в развитии демократического процесса в России и небезупречность российских выборов»… Кудрин бы все перевесил. На какое-то время, разумеется. Впрочем, может статься, вполне продолжительное.
Что же касается реакции внутри страны на возвращение Леонида Кудрина во власть (причем на одну из ключевых позиций), то и она могла бы в какой-то мере послужить делу стабилизации режима и внести определенный раскол в политическую и общественную оппозиционную среду. Кудрин многими российским гражданами воспринимается, в первую очередь, как человек устойчивых либеральных взглядов, что по российской традиции подразумевает и приверженность реформаторству. То, что он при этом — верный путинец, как-то уходит на второй план. И совершенно не случайно Алексей Леонидович последнее время позиционирует себя как оппонент нынешнему курсу — критикует правительство, не боится вступать в словесную перепалку с лидерами «Единой России», говорит о необходимости диверсификации экономики и т.д.
Нет никак сомнений в том, что именно эти аргументы легли в основу мощной лоббистской атаки, цель которой — убедить Владимира Путина в правильности и, я бы даже сказал, безальтернативности такого решения. В бой вступили старые проверенные временем силы. А именно «семья». То, что Александр Волошин по-прежнему является могущественным (насколько этот термин в принципе применим к нынешним российским реалиям) государственным сановником, в последнее время стало вызывать сомнения. Казалось, что Путин уже перекусил эту пуповину и больше его с прошлым ничто не связывает. Многие обозреватели и аналитики придерживались той точки зрения, что аппаратное поражение так называемых системных либералов состоялось и вернуть утраченные позиции им уже не под силу. Более того, некоторые из них (в том числе и ваш покорный слуга) предполагали, что отчетливый силовой тренд в отечественной внутренней политике может привести к определенным репрессиям против тех, кто долгие годы верой и правдой служил режиму, ковал его коррупционное могущество. И я, кстати, по-прежнему не исключаю, что такой сценарий может быть воплощен в жизнь.
С моей точки зрения, для «семьи» (Волошин, Чубайс, Таня-Валя) проект под названием «Леша — наш премьер» — последний шанс сохранить свое почетное место возле трона верховного правителя и доступ к венценосному уху. И побегут эмиссары от Александра Стальевича по оппозиционным лидерам с простым призывом: не надо, ребята, мочить Алексея Леонидовича! Он же наш либеральный парень! С его приходом реформы не заставят себя ждать. Просто надо дать ему немного времени. И будут создаваться общественные комиссии по продвижению разных важных инициатив, в них включат, в том числе, людей из оппозиции, им дадут слово… Пышным цветом расцветут экспертные советы при… и прочие дивные структуры. Ну и бюджеты появятся, разумеется. И будут, конечно, пилиться, как водится…
Вся эта возня никоим образом не отразится на реальном состоянии дел в России. Собственно, этот товар Волошин и Ко сегодня и пытается продать Путину, одновременно нашептывая, что все это понарошку, что сам Алексей Леонидович данный факт прекрасно осознает и будет вести себя правильно. Поэтому наши друзья и партнеры из силового блока могут не переживать по этому поводу. Никто на их прерогативы не покусится. Нам и своей маленькой доли хватит. Модель же простая: Кудрин — идеальная либеральная ширма, способная на время (а фактор времени сегодня крайне важен) разрядить обстановку хоть снаружи, хоть внутри. И заткнуть глотки пустобрехам по обе стороны границы.
Теперь ключевой вопрос: а Путину, в принципе, еще интересны такие комбинации? Или паровоз уже несется вперед по рельсам, с которых не свернуть. Думаю, к началу осени мы получим на него ответ.

Александр дель Валь (Alexandre del Valle)-признанный геополитик, бывший сотрудник France Soir, преподаватель международных отношений в Университете Меца.
("Atlantico", Франция)


Два года спустя после начала гражданской войны в Сирии Вашингтон перестал считать уход Башара Асада необходимым условием выхода из кризиса.

Два года спустя после начала «арабских революций» и многих тысяч смертей Запад, который встал на сторону исламистской оппозиции и призывал к свержению режима Башара Асада, постепенно начинает осознавать, что вариант России (она подчеркивала важность политического решения), может быть, не так уж и плох. Всего несколько месяцев назад западные столицы делали ставку на падение власти Асада и обвиняли Москву в поддержке Дамаска. Тем не менее, США, которые не могут поставить оружие сирийским исламистам, раз те поддерживают связи с иракской «Аль-Каидой», поняли, что любое решение подразумевает участие России, так как лишь она способна подтолкнуть сирийские власти к тому, чтобы принять договор. Сирийский режим пользуется поддержкой Ирана, России, Китая, Ирака, Ливана («Хезболла»), Венесуэлы, Северной Кореи, Кубы и других стран, а также может создать дополнительные трудности во многих и без того сложных вопросах: палестино-израильский конфликт, теракты просирийских групп на территории Турции, деятельность «Хезболлы» и т.д.

Таким образом, Россию вновь начали воспринимать всерьез в западных правительствах. Отсюда следуют визиты в Москву госсекретаря США Джона Керри, британского премьера Дэвида Кэмерона и даже его израильского коллеги Биньямина Нетаньяху, который попросил Владимира Путина не поставлять в Дамаск российские зенитно-ракетные комплексы С-300. Объясняется этим и договоренность Владимира Путина и Барака Обамы по поводу международной конференции по Сирии, на которой может быть принято решение о формировании переходного правительства. Вашингтон в кои-то веки проигнорировал позицию суннитских держав (Турция, Саудовская Аравия и Катар) и не стал рассматривать уход Башара Асада как предварительное условие выхода из кризиса. В США, по всей видимости, согласились с российским предложением насчет будущего правительства, куда смогут войти все сформированные после 2014 года партии, в обмен на обещание Асада отказаться от участия в выборах.

Что касается отошедшей на второй план Франции Франсуа Олланда, она упорно продолжает поддерживать собрание группы «друзей Сирии» (все это враждебно настроенные против Асада государства), которое проходит на этой неделе в Аммане... В таких условиях Башар Асад заявил 18 мая в интервью аргентинским журналистам, что намеревается оставаться на посту до 2014 года, что вполне очевидно, раз Запад решил не проводить военное вмешательство на стороне неспособных самостоятельно одержать победу повстанцев. Кроме того, президент категорически опроверг информацию о применении властями химического оружия (по его словам, это могло бы стать предлогом для западного вторжения), которое, кстати, могли использовать и силы мятежников. Он приветствовал российско-американскую инициативу, однако отметил, что добиться от повстанцев соблюдения договора о прекращении огня будет невозможно, так как они представлены сотнями суннитских групп, которых объединяет лишь стремление уничтожить Асада и шиитскую ось Иран-Сирия-Хезболла.


Сирийский конфликт действительно все больше приобретает религиозный оттенок, что особенно важно в рамках арабских революций при поддержке нефтяных суннитских монархий, которые повсюду помогают исламистам свергнуть светские и шиитские режимы. В такой обстановке стратегия Тегерана заключается в усилении ливанской «Хезболлы», 8000 бойцов которой в настоящий момент развернуты в Сирии и помогают Асаду обеспечить безопасность подконтрольных ему зон. Отсюда и израильские авиаудары по предназначенному для «Хезболлы» оружию: эти операции не нацелены на поддержку мятежников, а призваны помешать усилению «Хезболлы», которая может напасть на север Израиля в том случае, если Тель-Авив или Вашингтон решат нанести удар по Ирану (в связи с его планами по созданию ядерного оружия).

Еще одной, пусть и менее заметной стороной сирийского конфликта является война суннитов против христиан, которых те обвиняют в поддержке Башара Асада. Хотя главой Сирийского национального совета в ноябре 2012 года был избран христианин Жорж Сабра, большинство христиан действительно поддерживают нынешний режим. Напомним, что одним из создателей партии власти «Баас» был христианин Мишель Афлак, и что христиане занимали видные должности при власти Башара (например, назначенный в 2011 году министром обороны Дауд Ражха, который погиб во время теракта в Дамаске в июле 2012 года). Христиане оказались зажаты в тисках между режимом (он призывает их встать на его сторону) и суннитской оппозицией (та требует от них поднять оружие против властей) и справедливо опасаются за свою жизнь: так, 80 000 христиан из Хомса отправились в Дамаск и Бейрут, а в общей сложности из страны бежала уже треть христиан. По данным независимого международного следственного комитета по Сирии, вооруженная оппозиция все чаще нападает на меньшинства.

Как и в Ираке, христиане (зачастую это обеспеченные люди) становятся целью нападений и похищений. Примеров тому огромное множество: в декабре 2012 года христиан из Маалулы взяли в заложники, в июле 2012 года та же участь постигла их единоверцев из Эль-Кусейра, ассиро-халдеев из Хасаке похитили, чтобы заставить их детей присоединиться к восстанию, в августе 2012 года были убиты 12 христиан из Джараманы, 21 октября во время взрыва заминированной машины в христианском квартале Дамаска погибли 15 человек, 28 ноября в Джарамане убили еще восемь христиан и 12 друзов, в Катане произошел ужасный случай с православным священником Фади Джамилем Хаддадом (исламисты сняли с него скальп и вырвали ему глаза за попытку освободить взятого в заложники прихожанина), 22 апреля этого года во время гуманитарной миссии похитили епископов Йохану Ибрагима и Поля Язиги т.д.


Все эти события вызывают беспокойство в Ватикане (папа Франциск осудил преследования христиан) и критику со стороны российских СМИ и властей, которые выступают как защитники восточных христиан от получивших «поддержку Запада» исламистов. По всей видимости, западные страны действительно куда больше волнуют интересы их суннитских «союзников» из Персидского залива, нежели участь их единоверцев-христиан из Сирии... Шиитский Иран защищает от суннитов своих собратьев-шиитов из Ирака, Сирии и Ливана. Монархии Персидского залива и Турция помогают сирийским братьям-суннитам в борьбе с шиитами-алавитами. Постхристианский Запад же в свою очередь даже ни разу не попытался защитить угнетаемых суннитами христиан в Египте, Пакистане, Нигерии или Судане...Более того, натовские державы, которые до сих пор видят в России советского врага времен холодной войны, после 1990 года не раз отправляли свои войска против пророссийских режимов (Сербия Милошевича, Ирак Саддама Хусейна, Ливия Каддафи и т.д.)... Все это опять-таки в знак «солидарности» с «союзниками» из Персидского залива и Организации исламская конференция, которые требовали защитить, Боснию и Герцеговину, Косово, Кувейт, ливийских, а теперь и сирийских исламистов.

[

Барбара Оксиньска (Barbara Oksińska), Анджей Станкевич (Andrzej Stankiewicz)("Rzeczpospolita", Польша)


Москва, конец февраля. Делегация представителей польского парламента под руководством Гжегожа Схетины (Grzegorz Schetyna) и Влодзимежа Чимошевича (Włodzimierz Cimoszewicz) ведет переговоры с Комитетом по международным делам Совета Федерации РФ. Схетина пытается надавить на россиян в вопросе возврата Польше обломков президентского «Туполева», которые уже три года лежат под Смоленском. Председатель комитета Михаил Маргелов пожимает плечами и пресекает дискуссию. «А вы дискриминируете российский капитал: вы заблокировали инвестицию Вячеслава Кантора в холдинг Azoty Tarnów», - приближенный к Путину Маргелов хорошо ориентируется в ситуации. Оставшаяся часть встречи превратилась в лоббистскую атаку россиян. «Их совершенно не интересовал список вопросов, с которым мы приехали, они в основном говорили про Azoty», - вспоминает депутат партии «Право и Справедливость» (PiS) экс-вице-министр иностранных дел Витольд Ващиковский (Witold Waszczykowski).

Вечером польских гостей пригласили на ужин, а там среди приглашенных они с удивлением обнаружили Вячеслава Кантора. Главной темой вечера стало неприкрытое лоббирование и требования отправить в отставку министра госказначейства Миколая Будзановского (Mikołaj Budzanowski). «В плане дипломатических стандартов это была невероятная встреча, я был в замешательстве», - говорит сенатор от партии «Гражданская платформа» (PO) экс-министр обороны Богдан Клих. В беседе с Rzeczpospolita Схетина и Чимошевич признались, что после визита они получили письма от Маргелова, в которых звучало практически прямое требование продать польское химическое предприятие Кантору.

Приход на Вислу

Впервые Вячеслав Кантор пришел в Польшу с бизнесом в 2004 году, однако переполох на польском рынке с его участием произошел восемью годами позже. В мае 2012 года принадлежащая бизнесмену группа «Акрон» подала заявку на покупку химического концерна Azoty Tarnów, посеяв панику в рядах его руководства и польских властей. «Акрон» планировал приобрести 66% капитала польской компании, предложив 36 злотых (около 360 рублей, - прим.пер.) за одну акцию, то есть предъявив сумму в 1,5 миллиарда злотых. Реакция была незамедлительной: польский концерн и профсоюзные организации сочли намерения Кантора попыткой недружественного поглощения и посоветовали акционерам не продавать акции. Не захотело продавать акций российскому бизнесмену и Государственное казначейство, которому в тот момент принадлежало 32% акций. Тогда Кантор решил привлечь акционеров более высокой ценой, и предложил за одну акцию уже 45 злотых. В итоге госказначейство поддержало идею увеличения капитала концерна Azoty Tarnów и его слияния с азотным комбинатом Puławy, а «Акрону» удалось купить лишь 12% акций польской компании (вместе с прежним пакетом Кантору теперь опосредовано принадлежит в ней 13,2%).

После поражения Кантор казался невозмутимым. «Это только бизнес, ничего больше. Мы не принимаем это на свой счет», - говорил он в интервью Rzeczpospolita. Позднее он заявил, что такого количества акций «Акрону» вполне достаточно. «Мы не будем увеличивать нашу долю», - уверял бизнесмен.

В Польше у Кантора сложился не слишком хороший имидж. Когда он боролся за Azoty, польские СМИ называли его «финансовым фокусником» и «мастером странных финансовых схем и подозрительных захватов предприятий», писали, что его «Акрон» «принадлежит к высшей лиге мирового теневого бизнеса». Кантора это не волновало. Вместо того чтобы заниматься имиджем, он сделал ставку на проверенный в России метод - прямые контакты с влиятельными политиками. Российский бизнесмен был уже давно знаком с Александром Квасьневским (Aleksander Kwaśniewski) и многими другими политическими деятелями левого фланга (например, Юзефом Олексы (Józef Oleksy)). Первого Кантор назначил председателем своего Европейского Совета по Толерантности и Примирению. Поэтому неудивительно, что заинтересовавшись компанией Azoty Tarnów, он попросил Квасьневскго пролоббировать свои интересы в польском руководстве.

Квасьневский и его люди, Марек Сивец (Marek Siwiec) и Ирениуш Бил (Ireneusz Bil), «обрабатывали» политиков «Гражданской платформы» и защищали предложение Кантора. «Удобрения - это не энергетика, газ или вооружения. Это не стратегическая отрасль, а правительство Дональда Туска (Donald Tusk) почему-то решило блокировать российский капитал в таком невинном месте», - писал в своем блоге Сивец.

Еженедельник Sieci обвинил в лоббировании в пользу Кантора одного из наиболее приближенного к главе правительства людей - Яна Кшиштофа Белецкого (председателя Экономического совета при премьер-министре - прим.пер.). Он сам опровергает эти обвинения и собирается подать на издание в суд. По нашей информации, фамилия Белецкого не фигурирует в каких-либо материалах Агентства внутренней безопасности (ABW), касающихся Кантора и «Акрона». Известно только, что Квасьневский вел переговоры на тему концерна Azoty Tarnów и с Белецким, и с Дональдом Туском. В конце концов транзакцию заблокировал министр Миколай Будзановский, а это не могло случиться без воли премьера.

От и до Путина

Почему Кантор и его миллиарды вызывают в Польше такую бурю эмоций? В основном потому, что Azoty Tarnów являются крупнейшим потребителем газа в стране, а контроль россиян над этой компанией мог бы похоронить польские мечты о собственном сланцевом газе. К тому же олигарх считается живым воплощением путинской модели бизнеса, служащего не зарабатыванию денег, а реализации кремлевской политики. Вот один фрагмент стенограммы встречи Путина с Кантором в 2010 году.

Путин: Вячеслав Владимирович, прежде всего, хотелось бы узнать, как на примере вашего предприятия ощущает себя вся отрасль минеральных удобрений на этапе выхода из кризиса?

Кантор: Я на всякий случай захватил альбом, который на нескольких страницах показывает развитие нашего предприятия - как пример предприятия отрасли. Потому что «Акрон» является типичным в России предприятием по производству удобрений. (...) Мы ценим моральную поддержку, что государство всегда нам говорило, что вы идете в правильном направлении.

В обмен на моральную поддержку Кантор на этой встрече обещал не повышать цену на удобрения для российского сельского хозяйства. Но отношения между Путиным и Кантором не всегда были такими близкими. Когда в конце 90-х Путин пришел к власти, он начал очистку страны от ельцинской «семьи» и олигархов, которыми та обросла.

Так сложилось, что большинство из них имело еврейские корни: как Борис Березовский, Михаил Ходорковский или Кантор. Березовский сбежал в Лондон, где недавно умер, Ходорковский лишился имущества и попал в тюрьму, а Кантору повезло больше: после нескольких лет эмиграции он смог найти общий язык с путинской командой. Сейчас бизнесмен входит в число лиц, приближенных к президенту, и подчеркивает свое еврейское происхождение. «Мы категорически против параллелей между гитлеризмом и сталинизмом. Мы не защищаем сталинизм, но видим принципиальную разницу между теми, кто развязал Холокост, и теми, кто его прекратил», - говорил он в 2009 году в Москве после встречи с Дмитрием Медведевым, который занимал тогда пост главы государства. Европейский еврейский конгресс, которым руководит Кантор направил Медведеву предложение отмечать 27 января не Международный день Холокоста, а день освобождения советской армией узников Освенцима, напомнив этим о ее героических подвигах.

В 2005 году по просьбе покидающего президентское кресло Александра Квасьневского Кантор помог пригласить Путина на мероприятия, приуроченные к 60-ой годовщине освобождения концлагеря Аушвиц-Биркенау. Российский лидер был тогда в обиде на польского президента за оранжевую революцию на Украине, которая отобрала власть у пророссийской команды.

[…]

Отказался ли Кантор от идеи купить Azoty Tarnów? Многое говорит о том, что нет. В апреле «Акрон» при помощи связанных с ним компаний снова начал покупать акции польского концерна. Сейчас он контролирует уже 15,34% его капитала и стал вторым после государства акционером. Более того, «Акрон» заявил, что он продолжит скупку акций, хотя не планирует приобретать контрольного пакета. Российский холдинг рассчитывает завязать стратегическое сотрудничество с польским концерном. Между тем, руководство Azoty Tarnów уверяет, что это невозможно и не скрывает своих опасений перед конкурентом. Теоретически контроль над польской компанией не может приобрести никто, кроме Государственного казначейства, поскольку устав ограничивает права прочих акционеров порогом в 20% голосов на общем собрании. Однако если «Акрон» сможет получить пакет в 20% акций, он сможет ввести в наблюдательный совет Azoty Tarnów своего представителя, что даст россиянам возможность получить доступ к секретной информации компании, касающейся, в частности лицензий, патентов и технологических линий.

Борис Соколов


Высказывание Леонида Гозмана насчет сходства между "Смершем" и СС стало поводом к грандиозному скандалу, который все набирает обороты. Но многие его участники и комментаторы не вполне представляют себе те исторические реалии, о которых идет речь.

Так что же такое "Смерш", о котором широкая публика знает главным образом по фильмам – экранизации романа Владимира Богомолова "В августе 44-го" и нескольким российским и украинским сериалам? Вопреки распространенному мнению, это не была какая-то новая организация, созданная в апреле 1943 года. В Красной Армии с самого начала имелись особые отделы – органы военной контрразведки, призванные выявлять неприятельских шпионов, а также "политически неблагонадежные" элементы. Подчинялись особые отделы сначала ВЧК, потом ОГПУ, затем НКВД. А в 1941 году, незадолго до начала войны, Сталин, собираясь напасть на Германию, провел реорганизацию органов безопасности. Главное управление госбезопасности было выделено из состава НКВД в отдельный Наркомат государственной безопасности, а управление особых отделов было передано в состав Наркомата обороны.

Сталин рассчитывал, что война будет короткой и победоносной. С началом войны он собирался стать верховным главнокомандующим и наркомом обороны и в этом качестве лично контролировать армейские органы безопасности, а через них – настроения военнослужащих. Иосиф Виссарионович еще с 30-х годов опасавшийся, что в победоносной Красной Армии может родиться новый бонапарт, делал все, чтобы предотвратить его появление. НКГБ должен был вести разведывательную деятельность за рубежом, прежде всего в Германии и других странах Европы, которые предстояло оккупировать Красной Армии, а после окончания боевых действий – помогать просоветским правительствам европейских стран создавать собственные органы госбезопасности. Кроме того, НКГБ должен был бороться со шпионами и антисоветскими элементами на территории СССР за пределами армейского тыла. В ведении НКВД оставались внутренние и пограничные войска, милиция, тюрьмы и лагеря. Войска должны были следовать за действующей армией, охранять ее тыл, депортировать неблагонадежные элементы, бороться против антисоветских вооруженных формирований. Милиция же должна была поддерживать общественный порядок в тылу, а ГУЛАГ – принимать новое пополнение и трудиться для фронта, для победы.

Однако война началась совсем не так, как планировал Сталин. Красная Армия с большими потерями откатывалась вглубь страны. В условиях стремительного отступления особые отделы очень скоро оказывались в зоне действий местных органов НКВД и НКГБ. Последним также приходилось взаимодействовать друг с другом в борьбе со шпионами, диверсантами и в выявлении "антисоветского элемента". Поэтому для лучшей координации действий всех органов безопасности в складывающейся критической ситуации Сталин уже в июле 41-го вернул управление особых отделов и НКГБ в состав НКВД.

Но вот в апреле 1943 года, вскоре после Сталинграда, Сталин обрел уверенность, что Советский Союз одержит победу, а Красная Армия теперь будет безостановочно двигаться на Запад. И опять воссоздал ту же структуру органов, которая существовала накануне войны, - и с теми же задачами. Только возвращенное в состав Наркомата обороны управление особых отделов было переименовано в Главное управление контрразведки "Смерш" ("Смерть шпионам"). Новым, кроме названия, стало его непосредственное подчинение Сталину как наркому обороны. Начальник же у военной контрразведки остался прежний – Виктор Абакумов. За победоносной Красной Армией нужен был глаз да глаз. И Сталин теперь собирался получать сводки о настроении Красной Армии и особенно ее высшего комсостава непосредственно от Абакумова, без посредничества Берии.

"Смерш" же продолжал заниматься тем же самым, что и до переименования. И люди там остались прежние - выходцы из НКВД, многие из которых участвовали в Большом терроре 1937-1938 годов. В мае 1943 года, вскоре после создания "Смерша" в НКО, были созданы еще два "Смерша" - Управление контрразведки "Смерш" Наркомата военно-морского флота и Отдел контрразведки "Смерш" НКВД. Они подчинялись, соответственно, наркому ВМФ адмиралу Кузнецову и оставшемуся наркомом внутренних дел Берии.

Появления нового бонапарта из среды адмиралов Сталин не опасался, понимая, что крейсера и подлодки к Москве не перебросишь. Поэтому он оставил флотскую контрразведку в ведении наркома Кузнецова. А вот "Смерш" НКВД сегодня сильно демонизируют. Гозман и многие его сторонники убеждены, что два "Смерша", армейский и флотский, были хорошими, правильными, честно выполняли свой долг и были настоящей грозой шпионов. А вот "Смерш" НКВД – это, дескать, настоящее порождение дьявола, и именно на него приходятся основные преступления, которые молва связывает с названием "Смерш". На самом деле "Смерш" НКВД по сравнению с главным армейским "Смершем" был образованием достаточно безобидным. Он "окормлял" внутренние и пограничные войска, а также милицию, которая во время войны была на положении военизированного формирования. Конечно, и здесь были фальшивые шпионские дела, равно как и обвинения в антисоветских высказываниях и других мнимых преступлениях. Но поскольку численность формирований НКВД была на порядок меньше, чем численность действующей армии, то подобных и других преступлений на счету у армейского "Смерша" тоже неизмеримо больше.

Иногда смершевцы ловили настоящих шпионов. Но когда таковых не оказывалось, для выполнения плана их приходилось выдумывать. 31 мая 1943 года Сталин издал приказ, согласно которому за фабрикацию шпионских дел были осуждены на пять лет тюрьмы или на отправку в штрафбат руководители и сотрудники особого отдела 7-й отдельной армии, действовавшей в Карелии. Активных боевых действий там почти не было, так что шпионов было не найти днем с огнем. Вот контрразведчики и стали фабриковать дела против ни в чем не повинных бойцов и командиров, а трибуналы послушно штамповали расстрельные приговоры.

Кстати сказать, вопреки распространенному убеждению, военные трибуналы особым отделам не подчинялись - они находились в ведении армейского командования. Другое дело, что командиры и члены трибуналов чаще всего старались не ссориться смершевцами и обычно выносили требуемые приговоры. Но в трибуналы дела передавали не только контрразведчики, но и армейские командиры и комиссары. И расстреливали не только за шпионаж (чаще мнимый) и антисоветские разговоры, но и за дезертирство, бегство с поля боя и общеуголовные преступления. Всего в годы войны по приговорам военных трибуналов было расстреляно около 157 тысяч человек. Сколько из них было казнено по материалам "Смерша", с точностью определить нельзя, но его вклад был безусловно значительным. Для того чтобы загреметь под расстрел или в штрафбат за "антисоветскую пропаганду", достаточно было доноса агента "Смерша" о том, что красноармеец хвалил немецкую технику или рассказал сомнительный анекдот. Несомненно, многие тысячи из числа расстрелянных ни в чем виноваты не были, а признания из них были вырваны пыточным следствием.

Неверно представление о том, что "Смершу" (особым отделам) подчинялись заградотряды. Последние формировались из войск НКВД и возглавлялись войсковыми командирами. Было, правда, одно исключение. Заградотряды Сталинградского и Юго-Западного фронтов в сентябре-декабре 1942 года, в самый напряженный период борьбы за Сталинград, возглавляли работники особых отделов.

Опергруппы "Смерша" принимали участие в депортации "наказанных народов". Они также "фильтровали" освобожденных пленных и "остовцев", определяя, кого отправить в лагерь, а кого в армию. С вступлением советских войск в Европу работы у смершевцев прибавилось. Они депортировали в СССР или определяли в местные концлагеря бывших членов нацистской партии, представителей имущих классов, интеллигенции и всех тех, кого считали противниками привезенных в обозах Красной Армии коммунистов.

Вопреки еще одной распространяемой легенде, сотрудники особых отделов ("Смерш") не обязаны были участвовать в боях. Хотя отдельные боевые эпизоды в их биографии и случались, особенно при внезапных прорывах противника. Четырем смершевцам посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза, но трудно сказать, насколько описание их подвигов соответствует действительности.

Наиболее известное преступление армейского "Смерша" - это так называемая "Малая Катынь": расстрел без суда и следствия в Августовских лесах (Белостокское воеводство на востоке нынешней Польши) 592 поляков, осуществленный помощником начальником ГУКР "Смерш" генерал-майором Горгоновым с группой контрразведчиков в июле 1945 года. Сохранилось сообщение Абакумова Берии о командировании этого генерала с командой смершевцев "для проведения ликвидации арестованных в Августовских лесах бандитов". Еще в расстреле участвовали опергруппы и батальон войск управления "Смерш" 3-го Белорусского фронта (Абакумов был по совместительству уполномоченным НКВД по этому фронту). Это было не подразделение войск НКВД, а обычный армейский стрелковый батальон, выделенный в распоряжение "Смерша" (это к вопросу об участии в военных преступлениях частей Красной Армии). Всех арестованных обвинили в том, что они являются бойцами распущенной к тому времени Армии Крайовой. Но из них имели оружие только 69 человек, и среди расстрелянных было 27 женщин и 15 подростков.

Так правомерно ли сравнивать "Смерш" с СС? В действительности СС скорее можно уподобить "большому" НКВД, каким он был в 1941-1943 годах (за исключением войск СС, которые по функциям мало отличались от соединений Красной Армии). А "Смерш" имеет больше общих черт с айнзацгруппами СД, которые действовали вместе с вермахтом и занимались в первую очередь "окончательным решением еврейского вопроса", уничтожением цыган, а также выявлением представителей партийно-советской номенклатуры, борьбой с советскими разведчиками, диверсантами и партизанами. В составе айнзацгрупп практически невозможно выявить тех, кто был бы причастен только к законным контрразведывательным операциям, но не имел отношения к военным преступлениям и преступлениям против человечества. И точно так же среди смершевцев трудно найти "чистого контрразведчика", непричастного ни к незаконным депортациям, ни к бессудным расстрелам, ни к фальсификации шпионских и других политических дел. И в этом смысле сравнение, проведенное Леонидом Гозманом, представляется в целом корректным.

В Германии, как справедливо замечает Гозман, художественных фильмов об СС нет. Даже батальный фильм о Сталинграде несколько лет назад сняли, очевидно, только потому, что в Сталинграде не было войск СС. А вот фильмов о Курской битве или о Харьковском сражении февраля–марта 1943 года, где эсэсовцы играли активную роль, нет до сих пор. И это при том, что войска СС по размаху военных преступлений принципиально не отличались от вермахта. Ну а уж фильм о героях-контрразведчиках из айнзацгрупп, успешно ликвидирующих советских диверсантов, – это вообще за гранью возможного.

А у нас фильмы о "Смерше" наверняка снимать еще будут. Только хотелось бы, чтобы в них речь шла не только о подвигах смершевцев в борьбе со шпионами и диверсантами, которых было не так много, как принято думать, но и о преступлениях, которых в действительности было немало.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Левада-центр ведут к закрытию Власть начала бороться с социологами Полный текст

Гарри Каспаров("El Pais", Испания)


Гарри Каспаров - возможно, лучший шахматист в истории человечества - в настоящее время является одной из знаковых фигур оппозиционного движения в России. Благодаря своей известности, он менее уязвим, чем другие противники президента Владимира Путина. В настоящее время это самый яркий представитель российской оппозиции.

До того, как другие почувствовали, в каком направлении развиваются события в постсоветской России, Каспаров, вдохновленный примерами известных диссидентов, предупредил о том, что его страна скатывается к диктатуре. За это его невзлюбила российская власть. Но при этом Каспаров также стал и весьма неудобной фигурой в Вашингтоне и других столицах, стремящихся иметь удобные для себя отношения с Россией.

Его деятельность сосредоточена в области защиты прав человека. По этому вопросу на прошедшей неделе он вновь выступил с резкой критикой на Форуме свободы Осло (Oslo Freedom Forum), одним из основателей которого он является. В интервью с газетой El País Каспаров говорит о той опасности, которую Путин представляет для России и остального мира.

El País: Что изменилось во время второго президентства Путина? Как обстоят дела?

Гарри Каспаров: Дела обстоят ужасно. В России завершается процесс перехода от диктатуры одной партии к диктатуре одного человека. Это плохая новость, но в то же время хорошая. Ибо это агония, режим стал менее гибким, у него меньше возможностей для маневра, он входит в последнюю фазу, которая, думаю, не продлится долго. Я полагаю, что в ближайшие два-три года мы будем наблюдать массовый взрыв, который обойдется стране очень дорого, поскольку Путин не уйдет в силу своей непопулярности и поражения на выборах. Путин будет удерживать власть до печального конца. Россия уже прошла ту фазу, во время которой была возможна мирная передача власти.

Читайте также: Каспаров - «Политические перемены в России несут в себе негативную генетческую память»

- В чем состоит план Путина?

- Находиться у власти столько, сколько будет возможно.


- Но в России есть Конституция, законы.

- Да, но все весьма условно и может быть изменено в соответствии с его желанием остаться у власти. Его правление уже нелегитимно, поскольку фактически он находится у власти четвертый срок [он включает период президентства Дмитрия Медведева], хотя формально это третий. Он показал, что Конституция для него - не более, чем кусок бумаги, который он может использовать, как ему вздумается.

- Как же в таком случае остановить Путина?

- В 90-годы Россия, русский народ потеряли великую возможность действительно изменить положение дел. Что касается путинского режима, то тут все очень непросто. Дело в том, что Путину крупно повезло, и люди старшего возраста считают, что его президентство – значительное улучшение по сравнению с лихими девяностыми.

- Что осталось от «российской весны», от протестных выступлений двухгодичной давности?

- Она принесла определенные результаты, показав, в частности, что режиму безразлично мнение граждан, показав нелегитимную суть правления Путина. Нельзя утверждать, что протестовавшие исчезли. Они по-прежнему ведут борьбу. До декабря 2011 в протестных акциях участвовало не более 4.000 человек, сегодня их как минимум 25.000. А в наиболее острые моменты мы видели на улицах более 150.000 человек. Этого недостаточно, но протесты уже идут, и наша цель – добиться действительно массовых демонстраций на улицах.


- В этом и заключается Ваша антипутинская стратегия, в массовых протестах?

- Лишь с помощью протестных выступлений удастся свергнуть режим. Путин не отдаст власть посредством мирного конституционного процесса.

- Какую роль играете лично Вы в процессе свержения Путина и впоследствии?

- Я не верю в то, что сейчас не надо строить личных планов. Я делаю то, что могу, чтобы свергнуть режим. Как только моя страна станет свободной, я могу рассмотреть различные варианты. Но у меня было достаточно славы в течение моей жизни, так что каких-то особых личных ожиданий у меня нет. Главным для России и, кстати, для всего остального мира, является свержение Путина, потому что, находясь у власти, он влияет на другие страны, включая свою.

- Какие цели преследует Путин в Венесуэле и в Латинской Америке?

- Все диктаторы, существующие на Земле, поддерживают между собой тесные связи, будь то Путин, чависты, Иран, Северная Корея, Сирия… Они взаимодействуют, но, что особенно важно, опираются друг на друга, поскольку не хотят перемен и боятся эффекта домино. Они боятся, что в случае падения одного, с проблемами столкнутся все остальные.

- Как Вы считаете, Путин пытается воссоздать советскую империю?

- Нет, дело не в этом. Это не идеология, это деньги. Все основано на деньгах и власти, а не на идеологии.


- Его отношения с правительством Венесуэлы основаны на деньгах?

- У Венесуэлы есть деньги. Думаю, что они, скорее, защищают друг друга. Потому что, если Путин уйдет, чависты потеряют своего главного союзника за рубежом. А если чависты не удержатся у власти, то весьма вероятно, что все латиноамериканские правительства, идущие в фарватере его политики, столкнутся с большими проблемами.


- Какую позицию займет Путин по кризису в Сирии?

- Он будет поддерживать Башара Асада до конца, потому что боится, что в случае свержения Асада многие россияне могут подумать, что Путина тоже можно свергнуть. Таково великое братство диктаторов, которые будут защищать друг друга до конца.

- Следовательно, нынешние переговоры с США по Сирии - это всего лишь фарс?

- США – супердержава, и Путину необходимо успокоить российскую бюрократию, обеспокоенную тем, что ее интересы должным образом не обеспечены в США и Европе. Путин пытается вести переговоры с США, чтобы погасить резонанс от дела Магницкого. Такова его единственная цель. Интересы у них разные. В критический момент Путин не предложит никакого конструктивного решения по ситуации на Ближнем Востоке, потому что его интересы абсолютно иные. Мы хотим снижения цен на нефть, чтобы произошло оживление мировой экономики. А Путин хочет их роста, чтобы он сам, чависты и иранские правители удержались у власти.


- В таком случае, Вы считаете ошибочной политику Администрации Барака Обамы, ведущей с ним диалог?

- Не знаю. Думаю, это застарелая проблема. 75 лет тому назад мир пытался умиротворить Гитлера, а сейчас такая же политика умиротворения проводится в отношении Путина. С диктаторами нельзя вести переговоры. Это не сработало 75 лет тому назад, не сработает и сейчас.

ВЛАДИМИР НАДЕИН


Победа была радостью, гордостью, торжеством, ликованием, счастьем, но прежде всего и больше всего — надеждой.
Матери надеялись, что вернутся их сыновья. Жены надеялись, что их не разлюбили повидавшие Европу мужья. Мужики на фронте и бабы в тылу надеялись, что вот-вот распустят колхозы. Слухи о колхозах гуляли по солдатским окопам, начиная с 41-го года, и власти мудро не спешили с опровержениями. Писатели надеялись на смягчение цензуры, зэки надеялись на амнистию, маршалы надеялись на кремлевские балы в блеске звезд и трофейных нарядов. Но если уместить все эти чувства в одном понятии, то можно сказать, что все надеялись на свободу.
«Мы ждем с надеждой упованья минуты вольности святой». Пожалуй, никогда в истории страны эти гениальные пушкинские строки не отражали общественных настроений с такой исчерпывающей точностью, как в эти первые недели после победы.
Сегодня мы точно знаем последний день, когда советским людям еще можно было на что-нибудь уповать. Это было воскресенье, 24 июня 1945 года, знаменитый парад победы. Жуков на белом жеребце, поверженные знамена из немецких музеев. На понедельник пришелся Большой Обед («Я пью за великий русский народ»), а потом знаменитая фотография: маршал Сталин, один в белом кителе, сидит в середине. Все прочие, маршалов числом за тридцать, генералов за тысячу — все вокруг в подсобных позах и зеленых мундирах.
Белый китель был лишь началом. Буквально в течение года вождь изъял великую победу из общенародной собственности и вручил её самому себе решительно и безраздельно.
Уже на следующий день после Большого Обеда, 26 июня, был принят указ Президиума Верховного Совета СССР о введении звания генералиссимуса. Еще днем позже им стал Иосиф Сталин. Над боевыми маршалами, чтобы знали свой шесток, поставили министром бездарного партийного функционера Булганина. За клевету на колхозы вновь начали массово сажать. Под шумок переименования наркоматов в министерства провели большую чистку, чиновничество возросло и поголовно надело мундиры. Экономисту Николаю Вознесенскому, стремительно вознесшемуся сталинскому выдвиженцу, было поручено научно доказать, что помощь союзников ничего не значила для победы. Надо бы, справились бы и сами.
Главные итоги войны Сталин подвел сам. 9 февраля 1946 года он выступил на предвыборном собрании Сталинского избирательного округа в Москве. Фронтовикам были посвящены удивительные слова, до которых не додумался ни один полководец, от Александра Македонского до Анатолия Сердюкова.
Сталин сказал:«Говорят, что победителей не судят, что их не следует критиковать, не следует проверять. Это неверно. Победителей можно и нужно судить, можно и нужно критиковать и проверять. Это полезно не только для дела, но и для самих победителей: меньше будет зазнайства, больше будет скромности».
Ну, а что-нибудь, кроме зазнайства победителей? Есть ли в обширной речи всемогущего владыки хоть единое слово о помощи миллионам инвалидов, о вдовах и сиротах, о сохранении памяти павших? Прочтите, эта запись есть в интернете. Вся она, от начала до конца, являет собою безудержное, не знающее приличий самовосхваление деятеля, никому ничем не обязанного, всё всегда предвидевшего и не знающего за собою ни малейшей вины.
Никогда советская империя не была столь грозной и обширной, как при Сталине. Польские, венгерские, корейские, китайские и прочие вожди Европы и Азии, бледнея от ужаса, вползали в сталинский кабинет. Самой большой численности узников ГУЛАГ достиг к славному 70-летию великого вождя. В Москве, в рядовом продмаге, продавали хоть такую, хоть сякую икру. В Молдавии крали детей на котлеты. Без суда расстреляли несколько видных генералов, Жуков перенёс два инфаркта. Подстроили гибель великого артиста Соломона Михоэлса. Разгромили генетику и теорию относительности. Публично унизили великую Анну Ахматову, гениального Дмитрия Шостаковича, чудесного и мудрого Михаила Зощенко. Разоблачили затаившихся врагов в руководстве братских компартий и торжественно казнили их. От маразма или ради потехи до смерти запытали своих — жестокого секретаря ЦК Кузнецова и раболепного экономического гуру Вознесенского. Сделали атомную бомбу. Помучили кремлевских врачей. Половина страны ещё десятилетие после победы ходила в сапогах и гимнастерках с темными пятнами вместо погон. Штатские пиджаки перелицовывались по многу раз. На всех мужиков после бритья был один «Шипр», на всех дам перед свиданием — одна «Красная Москва». Мир не подозревал, какого невыносимого цвета могут быть женские рейтузы в СССР — до диверсии Ива Монтана, тайком вывезшего женские принадлежности, которые сразили Париж, оставалось еще полтора десятилетия.
Мне не удалось найти никакой статистики, которая отражает жизненный уровень ветеранов войны в годы после победы. Приходится полагаться на то, что мне доступно: на историю моей семьи.
Воевали в ней все мужчины надлежащего возраста.Отец мой, Дмитрий Пименович Надеин, 1908 года рождения, в самые первые дни войны, как тогда говорили, ушел на фронт. Был членом союза писателей, кандидатом филологических наук, и естественно, что его назначили редактором дивизионной газеты «За Родину». В атаку редакторов не слали, и, возможно, отец сумел бы оказаться среди тех счастливчиков, кто уцелел на долгом пути «от Москвы до Берлина». Но под Ростовом-на-Дону немцы, когда брали город во второй раз, ударили откуда-то с тыла, и отец, как и вся его редакция, погиб.
Мама вначале получила письмо от командира дивизии, что отец пропал без вести. Но позже пришла формальная похоронка. Мама ей не поверила. Как и многие жены фронтовиков, пристрастилась к гаданию на картах. В эвакуации, в Бухаре, мама за гроши снимала крохотное саманное строеньице у татарина-сапожника. Как бы она ни уставала за день, вечером выкраивала минуты, чтобы разбросать по столу потрепанные желтые карты. Изредка расклады её печалили, но много чаще она поднималась от стола с просветленным лицом. «Ты сам видишь, — вертела она перед моими ничего не понимающими глазами своих королей и валетов. — Карты не врут, папа жив».
Сам воздух в эвакуации, отрезанной цензурой от правдивых новостей, был наполнен невероятными легендами. По большей части о воинах, которые погибли, сгорели, утонули, скончались от ран. Матери и жены не верили ни бумагам, ни рассказам очевидцев. Мертвые чудесным образом воскресали для своих любимых — пусть без ноги, без глаза, но живые и желанные. На истории с печальным исходом спроса в обществе не было. Матери и жены истово верили в спасительную, совершенно материальную силу своей любви.
Пишу об этом здесь потому, что эта вера оказалась прочно связанной с нашим квартирным вопросом. Едва лишь до Бухары дошла весть об освобождении Одессы, как мы тронулись в путь. Дорога была долгой, только на изразцовом полу Киевского вокзала в Москве мы провели больше недели, среди сотен таких же нетерпеливых.
Мы оказались среди первых вернувшихся, и мама ликовала. Замысел её, который она вынашивала годами в эвакуации, был красив и прост. Следовало получить у властей непременно ту самую, просторную, в три окна, комнату на первом этаже в доме по улице Карла Маркса, где мы жили до войны и откуда отец уходил на фронт. Прибрать её, намыть, чтобы все сияло. Ну а дальше так совсем просто. «Представляешь, — говорила мне мама, наверное, сотни раз. — Папа приходит домой, открывает дверь, а мы его вместе встречаем».
Но нашей комнаты нам не вернули. Сказали, что на двоих она слишком велика. Мама куда-то ходила, плакала, требовала, жаловалась в обком и Сталину — не помогло. Она вся как-то погасла. Мне думается, именно тогда она впервые допустила мысль, что «Митя уже не вернется». Потом прошли годы, жизнь продолжалась, но больше никаких квартир у государства мама не просила и, понятно, не получала.
Семен Пименович, дядя Сеня, старший брат отца и учитель начальной сельской школы, срочно мобилизованный рядовой пехоты, попал в плен к немцам в первый же месяц войны. В лагере настрадался, едва не помер от голодного запора. В ноябре 41-го его, как и всех обитателей лагеря, немцы отпустили на все четыре стороны. И он отправился пешком из белорусского Полесья в родные степи под Николаевом.
Недели спустя, когда добрел, ждала его в селе Владимировка нечаянная радость. Вновь, уже под немцами, открылась сельская школа, и место учителя его ждало. Почти два года учительствовал, но потом пришли наши, и дядю Сеню, понятно, мобилизовали. Он снова стал простым солдатом. И снова (судьба такая, что ли?) попал в плен — где-то недалеко от памятного жестокими боями венгерского озера Балатон.
Этот плен длился недолго, меньше месяца, когда наши его освободили. Дали ему другую винтовку, и дядя Сеня, в той же телогрейке, довоевал уже до самого конца.
Медалей ему не досталось, но и карам не подвергли. Может, забыли про два плена и «службу на немцев». Но сам дядя Сеня про них не забыл. В родном селе он больше не появлялся. Вместе с тетей Лизой, которая его всю войну ждала, тихо поселился на окраине Кировограда. Должность ниже не бывает: подчитчик в областной типографии. Никогда ни у кого ничего не просил. Вообще не высовывался. Жил в жуткой четвертушке старого одноэтажного дома. Вход прямо из черного коридора, три кровати, печь-грубка, полка для посуды и стол. А больше ничего и не вместилось бы. Сын Витя поступил в Кировоградское летное училище, разбился в учебном полете. Дочь (забыл, как звали) родила двух ребят, но вскоре умерла от рака груди, а зять женился и куда-то исчез вместе с внуками. Умерли дядя Сеня и тетя Лиза друг за дружкой и в той же развалюхе.
Может, я увлекся с подробностями дядиной жизни, но главный вывод понятен: квартиры от государства этот фронтовик получить никак не мог.
Дядя Витя был разбитным фронтовым шофером. Сначала возил горючее на бензовозе, потом какого-то генерала. При генерале и получил все свои четыре медали. После войны как младший из сыновей наследовал большую хату деда, с нами не делился, продал ее после смерти родителей и, доложив сколько-то, купил дом в Скадовске. Про войну рассказывать не любил. Только, выпив крепко, бормотал: «Какие ребята были! Вы все говно!». И скрипел зубами. Протрезвев, не скрипел, но в воспоминания не углублялся. Квартир от государства не получал.
Мамин брат дядя Леня, Леонтий Романович Кругляк, еще до войны показал себя хорошим учителем математики в старших классах, а потому дорога ему была прямиков в артиллеристы. Командовал батареей гаубиц, орден Красной Звезды получил за выигранную артиллерийскую дуэль. Про войну говорил кратко: «Всем было тяжело». Путем сложных махинаций, с участием влиятельных родителей кого-то из учеников, получил первую комнату в скверной коммуналке. Следующие 15 лет тетя Сима посвятила обменам — их было не меньше пяти. Дядя Лёня разочаровался в педагогической карьере и посвятил себя частным урокам. Его ученики успешно поступали в вузы, и денег на обмены хватало. Завершили свои дни они в огромной, торжественной двухкомнатной квартире в благородном старом доме. Обошлись без государства.
Мамина сестра, юная красавица тетя Рая, вышла замуж за техника-интенданта Аркадия Кордонского, равно влюбленного в неё и в авиационные моторы, не подозревая, что скоро, пусть и ненадолго, станет генеральшей. Но так случилось. За три года в авиадивизии перестреляли всё начальство, а рядового техника к началу войны вознесло в высокое командование. Кто знает, стал ли бы он маршалом и героем. В марте 42-го, по пути на какое-то важное совещание, самолет, на котором он летел, сбили немцы. В эвакуации тетка делилась с нами генеральским аттестатом. Никаких квартир от государства она не получала. Умерла на 4-м этаже хрущевской пятиэтажки без лифта, в однокомнатном кооперативе.
Ничего этого я бы здесь не писал, если бы речь шла только о моей семье. Тут ведь всегда как выпадет — кому орел, кому решка. Но так жили все. Так или хуже. Нищенская, унизительная жизнь советского народа была запрограммирована на самом верху, эта программа годами проводилась жестко и последовательно, не оставляя миллионам тех, кого лицемерно называли победителями, ни малейшего шанса на нормальное человеческое существование.
Когда во всех воевавших странах уже существовали специальные государственные программы для помощи бывшим воинам, инвалидам и членам их семей, в СССР не было ничего подобного. Не было, как в США, Англии, Голландии особых департаментов по делам ветеранов. Не существовало ветеранских объединений и схожих неправительственных организаций. На словах о бывших воинах обязали заботиться всех: партийные и советские органы, собесы, колхозы и заводы, Министерство обороны. Но у семи нянек дитя без глазу. Сталинские же няньки отличались особой ленью и черствостью, а своих подопечных, особенно беспомощных, с тяжкими увечьями, предпочитали упрятать подальше, лишь бы с глаз долой. Немцы, вернувшиеся из советского плена в 1955 году в ФРГ, получали пособия, кратно превосходившие доходы советских героев. Пенсии семьям погибших стыдно сравнивать.
Интересы победителей в Советском Союзе просто некому было отстаивать. Первая общественная ветеранская организация была создана только при Горбачеве, в 1987 году. Возглавил её отставной член Политбюро К. Мазуров — тот еще борец за народные права.
Забавно, но первым высшим руководителем СССР (России), который официально признал право участников войны на бесплатные квартиры от государства, стал Дмитрий Медведев. Все, кто раньше был, от Сталина до Путина (в первую свою восьмилетку) подобных обязательств не брали. Хотя позорные «фронтовые» 100 грамм начали наливать уже в 20-ю юбилейную годовщину.
Не армянский коньяк, не шотландское виски. Всё та же еловая дрянь, только в войну её разливали по флягам из железных бочек, а тут, извольте, культур-мультур — из бумажных стаканчиков.
До войны народную нищету оправдывали необходимостью отстоять социалистическое Отечество от империализма. После Победы империализм, увы, совсем озверел. Это прибавило нам нужду встать на защиту братских Польши, Венгрии, Чехословакии, Болгарии, Восточной Германии (позже ГДР), братской Югославии (позже — прислужнице капитализма, еще позже — опять братской), Албании (вначале братской, потом сволочи). Братские Китай, Северная Корея, Вьетнам. Потом откуда-то из американского подбрюшья выскочила ненасытная братская Куба. За нею братские Ангола, Конго (Браззавиль), Конго (Леопольдвиль), Эфиопия, Никарагуа, Эритрея, Намибия. За ними строем или вперемешку затейливо родственные Египет, Сирия, Тунис. Алжир, Ливия. И конечно, особо, Афганистан.
Сегодня у всех этих братьев к России пробуждаются огромные финансовые претензии. А ещё — у стран Балтии, Украины, у большинства членов «союза нерушимого». Подсчеты клиентов часто верны. Историческая особенность нашего вклада в мировой порядок оставалась неизменной: чем больше мы обирали своих ради чужого блага, тем больше нищали и деградировали те, кого мы благодетельствовали. То, что отнимали у фронтовиков из моей семьи, вовсе не шло впрок семьям в Польше и Венгрии.
Мой давний коллега Леонид Шинкарев, удивительно дотошный и правдивый фактограф и бытописатель, несколько лет работал собственным корреспондентам «Известий» в Монголии. В один из своих приездов он поведал за чашкой кофе о беседе, которая тогда произвела на меня гнетущее впечатление. Шинкарев пересказал слова молодой монгольской дипломатки, женщины вполне современной, знатока нескольких европейских языков, только вернувшейся из Женевы.
— Милый Леня, — с вежливой задумчивостью сказала эта раскосая изысканно европейская дама. — Я тебя уважаю и верю тебе. И все равно я не в силах объяснить тебе своего отношения к Советскому Союзу. Этого не понять и американцу. Только когда монгол встречается с чехом, а поляк с эстонцем — только тогда у нас находятся нужные слова, чтобы рассказать друг другу, как мы все вас ненавидим.
Половину века советское руководство ногтями и зубами держалось за «нерушимость послевоенных границ», гневно протестовало против «пересмотра итогов войны». Внимательный гражданин, не чуждый истории, без труда проследит причинные связи между напыщенным бахвальством советских вождей, назначивших себя главными победителями нацизма и бескорыстными освободителями Европы, с одной стороны, и тесными квартирами, очередями, жалкими зарплатами советских людей — с другой.
Вожди желали властвовать всласть и до биологического упора. Это им долго удавалось. Людям назойливо внушалось, что за такую несравненную победу положено платить двойную цену. Сначала — для её достижения, затем — для её удержания. Более того, чем выше оказалась цена, тем прекраснее победа.
От довоенной Испании до проклятого Афганистана — куда только на этой планете не пропихивал СССР свои прелести, свои автоматы Калашникова и своих чекистов. Не было ни одной страны, где бы это не вызывало отвращения и гнева.
Но так было раньше. Вот уже двадцать лет Россия не навязывает заблудшим народам свой опыт построения социализма. Сегодня нашими главными экспортными товарами являются не самое верное учение, а углеводороды и коррупция. Ни то, ни другое не нуждается в вооруженном сопровождении.
Отчего же люди Путина, почти на десять лет застывшие в нерешительности, все же ударили во всемирно-исторические барабаны? Пусть родились они, по большей части, уже после войны, но должны же представлять, пусть по рассказам старших, и что наделали немцы, и что вытворяли наши с этой исстрадавшейся землей. Пиррова победа — детские шалости в сравнении с убийственно-самоубийственной трагедией, которая надолго, если не навсегда, искалечила восточно-европейское славянство.
Да знают они, всё знают. Но больно уж испугались за свою стабильность. Дрожь поджилок утихает при виде красивых танков с пустыми пушками. Миссия выглядит выполнимой: если удастся убаюкать лестью эту победу, а затем переманить её на свою сторону, то все минувшие выборы сами собою станут честными, а все будущие — безоблачными.
На воинских парадах долго не говорят. В краткой речи по поводу 68-й годовщины Верховный главнокомандующий о многом сказать не успел. Но нашел минутку и поклялся «всегда отстаивать правду о войне».
Вообще-то не президентское это дело — лезть в исторические дискуссии. Но больно приспичило. Почему, когда и как — это и станет темой завершающей части моих заметок.

ВЛАДИМИР НАДЕИН


Настоящая весна в наших краях обычно приходит вместе с праздничными запретами. Вот и опять, чуть потеплело, Москву погнали в объезд центра. Как стемнеет, начинается типа комендантский час. Нет, арестовать не арестуют, но штатским от Красной площади лучше держаться на расстоянии. Машины только по спецпропускам. В метро ограничения на выход-вход. 14-м троллейбусным и 18-м автобусным линиям изогнули пути следования так, чтобы везли народ куда угодно, только не в центр.
Конечно, наблюдается отдельное народное возмущение. Но зря. Шестьдесят восьмая годовщина, пора бы привыкнуть.
Делается это, чтобы люди не путались под ногами у танков. В начале мая танки у нас какие-то нервно творческие. Они репетируют. Танки прихорашиваются, подмазываются, важно фыркают черными выхлопами прямо в ноздри Юрию Долгорукому. Князь терпит. Приближается День Победы — всероссийский фестиваль подмалеванной бронетехники.
Это ничего, что 68-я — дата не очень круглая и как бы недостаточно юбилейная. Тут, как при выборах в Госдуму, важно не сколько народу набежало, а кто его считал. Если вы топаете по знаменитой брусчатке с казенным ружьем, косясь на грудь четвертого, то для вас она, может, и 68-я. А если стоите в самом центре трибуны и, натужно улыбаясь, делаете ручкой миллионам с утра поддатых подданных, то вас одолевает совсем иная арифметика.
Для человека с трибуны нынешнюю 68-ю назначили очень даже юбилейной. Во-первых, армия прошагала под отеческим взором как бы нового президента, только что публично отряхнувшего со своих ног прах изжитого тандема. Во-вторых, армию будет вести от победы к победе новый министр обороны — пожалуй, единственный в мире полный генерал и Герой, который никогда не был ни сержантом, ни майором и ни разу не слышал свиста вражеской пули. В-третьих, Вооруженные силы страны, как сухопутные, так и военно-морские, должны наконец показать всему миру, что они обрели былую мощь и что им больше не страшен «батальон блондинок» Сердюкова. Конечно, солдатам и старшинам, офицерам и генералам безумно интересно, сколько конкретно и чего именно украл у державы многолетний министр-реформатор. Любознательность армии навсегда останется неудовлетворенной. Однако сделано немало, чтобы эти сомнения не отразились на безукоризненности парадных шеренг. От стройного топота сапог, от грозного лязга гусениц пусть дрожат поджилки и у главарей НАТО, которые сидят в Брюсселе, и у заправил Болотной площади, которые сидят в СИЗО «Матросская тишина».
Годовщина победы — праздник шумный. Ошалелая пальба начинается задолго до праздничного салюта. Телевизионные каналы вздуваются от неудержимого героизма. Из каждого распахнутого окна на уже теплом юге, из каждой приоткрытой форточки на все ещё прохладном севере, по всем 11 часовым поясам огромной страны строчат пулеметы, рвутся снаряды и бомбы, гремит канонада. Наше молодецкое «ура» несется из миллионов телевизионных ящиков, и укрыться от этого ужаса трудно даже на приусадебном участке.
Ни один день в году не сулит такого обильного патриотического съёма, как День Победы. Кремлевские идеологи рвут почву из-под копыт покойного белого жеребца, на котором 68 лет тому назад гарцевал маршал Жуков. С одной лишь музыки композитора Давида Тухманова умелые люди колотят славные бабки. На молодежные танцы под дождем, на наркомовские сто грамм из бутылки с гладким Жириновским в золотом овале, на стылую перловку из якобы солдатских котлов якобы образца 1941 года списывают жирные куски региональных и муниципальных бюджетов.
Для большинства пляшущей публики, которая смутно помнит, за кого конкретно был Адольф Гитлер, это был праздник с лапшою на ушах. Детали пропали, их размыло временем, но от тысячекратного повторения в головах миллионов укоренилась одна великая формула. Если не бояться тавтологии, то излагать её следует так:
«Великий Советский Народ в Великой Отечественной Войне одержал Великую всемирно-историческую Победу».
Конечно, величия тут многовато. Тавтология выглядит невыносимой, и масло получается слишком масляное. Ну и что? Попробуйте заменить этот эпитет иным словом, и вы сами убедитесь, что получается типичное не то.
В самом деле, словосочетание «советский народ» без слова «великий» смотрится незавершенно, будто картина без рамы. Великая Отечественная война, или, сокращенно, ВОВ — это уже давно не образ, а термин. Наконец, произносить словосочетание «всемирно-историческая победа» просто так, без прилагательного, — это, по нынешним временам, тянет на кощунство. Много не много, а «двушечка» светит.
Так что примем эту триединую формулу за данность и рассмотрим каждую из её частей по существу.
А если по существу, да еще и по отдельности, да ещё на трезвую голову, то сомнения в её небитой истинности нарастают неудержимо.
Документальным фактом является то, что 22 июня 1941 в природе не существовало никакого такого «советского народа». Не было, и всё. Первые упоминания о «новой исторической общности» под названием «советский народ» появились как результат натужного озарения кремлевских мыслителей только в середине 70-х годов прошлого столетия, в позднее брежневековье. До этого говорили «советские народы», «многонациональный Советский Союз». И. Сталин, уже после войны, пустил в оборот такой комплимент, как «единая семья братских народов».
Это была странная семейка: от разных пап и разных мам. Более того, от разных дедушек и бабушек. Большинство туркмен не подозревали о существовании литовцев — и наоборот. Братья и сестры в быту не понимали друг друга, а политически мечтали послать всю эту семью куда подальше. Ненависть к ней, как ничто иное, объединяла эстонцев и таджиков, украинцев и армян.
После бесшумного, исторически мгновенного развала Советского Союза нелепо тратить усилия, доказывая этот тезис. Но у нас отсчетом 41-й, а не 91-й. Поэтому важно понять, что СССР вошел в войну при огромной поляризации интересов народов, в разное время и по-разному вовлеченных потоком истории в состав «единой семьи». Их устремления резко расходились как на личностном, так и на социальном уровнях. Миллионы людей в Балтии, на Украине, в Крыму и на Кавказе, ставшие жертвами безумных репрессий сталинского режима, с надеждой отчаяния ожидали немцев.
Народы не бывают предателями. Им некого предавать. Сталин выслал с мест исторического проживания десятки народов. Формально — за массовое сотрудничество с оккупантами, сочтенное изменой. Но для очень многих крымских татар, чеченцев, калмыков немцы были «врагами моего врага». То есть, пусть и не задушевными друзьями, но естественными союзниками. На оккупированных землях это проявлялось зримо. Дойди немецкие егеря до Тбилиси и Еревана, выселять пришлось бы и Закавказье.
В 1941-м большинство украинских городов встретило оккупантов цветами и паляницами на рушниках. Быстро и повсюду было организовано местное самоуправление. Бывшие большевики охотно шли в бургомистры, бывшие чекисты — в полицию. Открылись церкви, вздохнул мелкий бизнес, было покончено с принудительной русификацией делопроизводства и образования.
Нужно было обладать бесподобным самомнением и упрямством Гитлера, чтобы так быстро и бесповоротно испортить, в целом, благоприятную для немцев идеологическую среду на оккупированных территориях. Дневники Геббельса, в истинности которых нет сомнений, говорят о многих попытках, его и Геринга, уговорить фюрера на четкую и скорую программу создания на территории СССР национальных независимых государств — понятно, в военно-политической орбите Германии. Гитлер раздраженно отмахивался. Он считал, что до победы и без победы от Германии потребуют слишком многого.
Оккупационное правление было жестоким, однако ужас, внушенный советской карательной практикой, нередко перебивал отвращение от нацистских зверств. Особенно наглядно это проявилось в тех краях, которые были заняты Советским Союзом после 1939 года как приз за пакт Молотова-Риббентропа. Когда в 1944 году на западе Украины объявили призыв в дивизию «СС Галичина», то добровольцев набралось на две дивизии. То же и в Латвии. Намеревались создать из волонтеров 15-ю дивизию — хватило и на 20-ю. В составе немецких войск сражались казацкие (они себя русскими не считали), татарские, среднеазиатские национальные вооруженные формирования. Многие показывали образцы отваги.
Национальное сопротивление советскому режиму продолжалось и после завершения войны. Оно надолго пережило Гитлера. Боевые действия многотысячной Украинской повстанческой армии (УПА) были невозможны без поддержки народа. «Лесных братьев» стран Балтии удалось рассеять после 10 лет массовых депортаций и широкомасштабных операций Советской Армии.
СССР никогда не был любимым Отечеством для многих народов, в него угодивших, и потому говорить о единых устремлениях, которые определили победу «великого советского народа», терминологически бессмысленно.
Немногим больше реальных исторических оснований называть участие СССР во Второй мировой войне Великой Отечественной войной. Её первая фаза — классический империалистический захват обширных территорий. Её второй стадии, уже после нападения Германии 22 июня 1941 года, присущи отчетливые признаки типичной гражданской войны.
Оставим в стороне происхождение возвышенного термина, тут слишком много от пропаганды. Стоит, впрочем, вспомнить, что впервые словосочетание «великая отечественная» было применено в России к Первой мировой войне, начало которой сопровождалось взрывом простодушного народного ликования во всех странах-участницах.
22 июня 1941 года — беспримерная веха в истории мировой пропаганды. Никогда прежде судьба не отводила населению большой страны столь краткого срока, чтобы сжечь всё, чему поклонялись, и поклониться всему, что сжигали. Еще накануне немцы официально считались надежными партнерами нашей страны, а их война против западных демократий сопровождалась сочувствием советской прессы.
За считанные часы, от предрассветных бомбежек до полудня, когда по радио растерянно выступил официальный глава Советского правительства Молотов, предстояло поменять плюсы на минусы — и наоборот. И так во всём — в политической риторике, в умонастроениях «рабочего класса и трудового крестьянства», в репертуаре театров и кино, в газетных карикатурах. Ничего странного, что при такой бешеной пропагандистской скачке были подхвачены риторика, образы и символы, позаимствованные у недавней, по тем временам, Первой мировой. Художники черпали скорое вдохновение в старых плакатах, и даже у знаменитой песни «Вставай, страна огромная!» есть прямые поэтические и музыкальные предтечи из 1914 года.
Из засекреченных архивов вытащили царский термин «великая отечественная» и тут же приладили его к новым обстоятельствам. Термин пришелся кстати и тогда, и много позже. Сталин лично реабилитировал «палача Суворова» и «царского прихвостня Кутузова», как бы приглашая к общей борьбе не только «беззаветно преданных делу социализма», но и всех патриотов единого Отечества.
Этот призыв поставил миллионы людей, которые любили свою страну, перед выбором немыслимой нравственной сложности. Гитлер бил Сталина, это было очевидно. Бил в пух и прах. То есть именно так, как то предвидели и предсказывали, шепотом и в самое ухо только самым близким друзьям, многие умные и образованные соотечественники. В отличие от лжи, заполонившей последующие холопские мемуары, предвоенное советское общество вовсе не являло собою однородную лягушачью икру. В стране сохранилось немало проницательных, вдумчивых аналитиков, просто разумных и наблюдательных граждан, которые сознавали беспросветную пагубность сталинской политики.
И вот настал момент, когда события подтверждали их правоту и самые затаённые мрачные прогнозы сбывались сполна и с нарастающей быстротой.
То была страшная правота, от которой на сердце становилось ещё тяжелее. Победа Гитлера несла торжество иноземному господству, позор и несчастья Родине. Победа Сталина означала национальную независимость, но при неизбежном продлении кровавых оргий тирана, которого многие, и не без оснований, считали ещё и безумцем.
В последние годы в нашей литературе, кино и, особенно, в популярных телесериалах катают вот такой сюжет. Герой — полковник (генерал, комдив) Красной Армии. Он отважен, умел и предан Родине, но все равно его арестовывают, терзают, требуют признать правдивость безумных обвинений. Герой все выносит, не признается, после чего вшивым зэком (вариант: рядовым солдатом) оказывается в зоне боевых действий, где себя блестяще проявляет. Некоторые драматурги идут по второму кругу: героя опять ни за что арестовывают, снова больно бьют, однако ни на воинской отваге мученика, ни на его боевом даровании это практически не отражается.
Недостатком подобных схем является даже не то, что в НКВД били много больнее, нежели иные современные драматурги это себе представляют. Сами герои, согласитесь, какие-то придурковатые. Сколько их не бей, а партия всегда права. Потом партия вышла из моды — ну и что? Её место заняла родина, которая, что бы ни вытворяла, неправой не бывает.
Бывает, ещё как бывает.
Через сталинские чистки, через ад голодоморов, расказачивания, раскрестьянивания, через «классовую ликвидацию» нэпманов, буржуазных специалистов, красного и белого офицерства, через бесправие «лишенцев» и мытарства «членов семей врагов народа» прошли многие миллионы советских граждан. Ничего, даже отдаленно подобного, Россия до большевизма не знала в самые мрачнее годы царской реакции.
Это не могло не отразиться на характере войны. В Первую мировую противник не сумел вовлечь в свои ряды ни единой боевой единицы, которая состояла бы из граждан Российской империи. Были пленные, однако предателями они не считались. Ленин и немногие иные «пораженцы», сидевшие в заморских пивных, считались выродками.
В гражданской войне 1918-1922 гг. самым крупным формированием «белых» была армия адмирала Колчака, численность которой на пике достигала 140 тысяч сабель и штыков. Тогда судьба Советского правительства висела на волоске. Русская освободительная армия (РОА) генерала Власова под конец 1944 года, когда исход войны был очевиден, превышала 150 тысяч военнослужащих, со своими танками и самолетами. А всего на стороне немцев воевало не менее полутора миллионов бывших советских граждан.
К осторожному употреблению термина «отечественная война» зовет и тот факт, что завершилась она не только изгнанием иноземных захватчиков, но прирезкой соседних земель. Их отторгли у Польши, Венгрии, Румынии, Японии, а древняя столица Восточной Пруссии Кёнигсберг стала исконно русским городом под забавным для тех мест именем «Калининград». Война началась захватом чужих территорий, завершилась захватом чужих территорий, а это явно не к лицу войне «отечественной».
Сколь ни сомнительны первые две составные части великой триады, часть третья вызывает еще более грустные вопросы. Да, победа стран антигитлеровской коалиции над германским нацизмом была и всемирно-исторической, и, без малейшего преувеличения, — великой. Ради неё народы Советского Союза понесли нестерпимые жертвы. Но досталась ли эта победа им, воевавшим, страдавшим, голодавшим? Они ли, солдаты и солдатские вдовы, герои и несчастные калеки насладились плодами её торжества? Если совсем просто: одержал ли «великий советский народ» эту победу или ему позволили её недолго подержать?
Давайте мысленно представим себе наш окоп в сражающемся Сталинграде. Ребята в обожженных ватниках, худых шапках, обмотках. Развалины, мороз, непроглядная тьма. Пули свистят — головы не поднять. Политрук с красными от бессонницы глазами, согнувшись в три погибели, проводит перед атакой последние идейные наставления. «Славные бойцы Красной Армии! — хрипло провозглашает политрук. — Тот из нас, кто выживет в этой атаке… Тот, кто пленит Паулюса и сломает хребет фашистскому зверю на Курской дуге… Тот, кто благополучно пройдет с боями до Берлина… Тот, кто восстановит из разрухи народное хозяйство… Тот, кто обеспечит своим трудом наш космический триумф… Кто не пожалеет сил ради построения к 1980 году материально-технической базы коммунизма… Кто благополучно переживет застой, «перестройку», лихие девяностые и отдаст свой голос за партию «Единая Россия»… Тот из нас, — тут политрук, подняв над головою пистолет, бесстрашно выскочит из окопа, — в честь 68-й годовщины великой Победы получит от благодарного государства малогабаритную квартиру в новом микрорайоне! А теперь вперед и смерть немецким оккупантам! Ура-а!».
Для того Сталинграда речь, конечно, маловероятная. Но ведь всё — правда. Именно так обошлись с народом-победителем.
Согласно преданиям, нашему Суворову принадлежит мудрость, согласно которой, война не закончена, пока не похоронен достойно последний погибший в ней солдат. В этом смысле Вторая мировая для нас не закончится никогда. Суворов наших дней должен бы изменить свою формулу примерно так: война не закончена до тех пор, пока последний выживший в ней солдат не получит от государства благоустроенное жилье с существенной скидкой на стремительно растущие коммунальные услуги.
Казалось, что тут у нас шансы сохраняются, хотя и шаткие. Но опять не сложилось. Во все предыдущие победные годовщины власти клялись обеспечить ветеранов квартирами. А на сей раз — молчок. К чему бы?
Это умолчание натолкнуло меня на мысль, которую я прежде неизменно гнал от себя. Моя жизнь, судьбы членов моей семьи казались слишком низкой точкой обзора, с которой никак не разглядеть величия мировых столкновений. С малых лет я гордился нашей Победой, упиваясь её торжественной абстракцией, но на деле никак на неё не претендуя. Да и с чего бы? Как говорил мой ровесник Высоцкий, «я не воевал, мне не довелось».
Но мой отец, его братья, брат моей мамы и муж моей тетки — они воевали все. Воевали по-разному, с медалями и без, но вот что касается квартир…
Впрочем, тут одним словом не скажешь. Поэтому я приглашаю тебя, дорогой читатель, к следующей части этих заметок. В кратких квартирных новеллках я постараюсь показать, что коммунальные кухни на двадцать семей — совсем не гиблая обзорная позиция для глобальных катаклизмов. А вы примерите на себя судьбы моей семьи — может, что и совпадет.