Джейкоб Хайльбрунн (Jacob Heilbrunn)("The National Interest", США)


Майкл Хирш (Michael Hirsh), один из самых талантливых комментаторов в области внешней политики, недавно опубликовал в Atlantic весьма провокационную статью, в которой он утверждает, что Митт Ромни (Mitt Romney) во время своей предвыборной кампании вовсе не лгал, заявив, что Россия является для Америки геополитическим врагом номер один и по-настоящему угрожает национальной безопасности США. Тогда президент России Владимир Путин заметил следующее: «Я ему благодарен, что он так свободно формулирует свою позицию, поскольку своими высказываниями он подтвердил правильность нашего подхода к проблемам противоракетной обороны». Между тем, Ромни стал объектом насмешек со стороны огромного множества обозревателей, в том числе и вашего покорного слуги, за то, что он поддался ностальгии по холодной войне вместо того, чтобы здраво оценивать реальность. Президент Обама воспользовался этим высказываем Ромни, чтобы выставить последнего абсолютным невежей в вопросах внешней политики.
Чепуха, утверждает Хирш. Ромни, убеждает он нас, узнал крайне неудобную правду о России, которая ведет себя все более агрессивно по отношению к Америке и Западу в целом. К великой радости бывшего советника Ромни Эрика Фернстрома (Eric Fehrnstrom), который уже написал на своей страничке в Twitter о статье Хирша, его кандидат теперь реабилитируется. Правда о России сейчас стала совершенно очевидной, даже несмотря на то, что законодатели в Вашингтоне отказываются ее признавать. В настоящее время Россия под руководством президента Владимира Путина возвращается на опасную антиамериканскую позицию – позицию, в рамках которой, основываясь на империалистических традициях царизма, Россия пытается противостоять Западу:
«До такой степени, которую американские законодатели пока еще публично не признали, Россия при президенте Путине стала главной силой, противостоящей мощи и влиянию США в мире – более серьезной, чем Китай (который зачастую следует примеру Москвы на заседаниях Совета Безопасности ООН). Упрямство в отношениях с Вашингтоном – это не просто позиция, это и есть внешняя политика России. И оно выходит за рамки недавнего обмена ударами, когда Россия запретила американским родителям усыновлять российских сирот и ввела ограничения на деятельность неправительственных организаций в ответ на Акт Магнитского, принятый в 2012 году и названный в честь убитого российского адвоката, согласно которому правительство США может наказывать россиян, виновных в нарушении прав человека. На самом деле Вашингтон неверно трактует цели Путина еще со времен Джорджа Буша-младшего».
Хирш приводит в пример попытки Путина восстановить образ Сталина и представить его как эффективного руководителя, который практически в одиночку одержал победу во Второй мировой войне, умалчивая при этом о том, что Дядя Джо поделил Польшу с нацистской Германией. Он также указывает на то, что в распоряжении России находятся тысячи ядерных боеголовок, а также на ее желание контролировать действия Америки по всему миру. Он упоминает о неуступчивости России на заседаниях Совета Безопасности ООН. Он говорит об отказе России помочь США в создании новой пост-асадовской Сирии.
Единственной проблемой смелых заявлений Хирша является то, что Россия, по всей видимости, постепенно пересматривает разумность своего отказа сотрудничать с США в сирийском вопросе. Несмотря на то, что международная конференция, проведение которой поддержал министр иностранных дел России Сергей Лавров, не принесла никаких ощутимых результатов – хотя об этом еще слишком рано судить, это можно назвать довольно многообещающим шагом, который свидетельствует о том, что в глобальных вопросах точек соприкосновения у России и США гораздо больше, чем различий. Ни та, ни другая страна не заинтересована в том, чтобы Сирия оказалась в руках исламских террористов или чтобы она распалась на отдельные территории, а во главе ее встали исламские радикалы.
Россия и Америка, возможно, будут противостоять друг другу в течение всего следующего десятилетия. Россия вполне может остаться противником США. Однако предположение о том, что эта дряхлая нация, развращенная избытком природных ресурсов и разрушаемая неспособностью должным образом их инвестировать, сможет в ближайшее десятилетие превзойти Китай по мощи и влиянию, совершенно неубедительно. Поэтому заявление Ромни остается таким же ложным, каким оно показалось в тот день, когда он его произнес в сентябре 2012 года.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> Насилие как политика Полный текст

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> «Я верую в отдельных людей» Полный текст

Мэттью Кобб (Matthew Cobb)("The Independent", Великобритания)



Сложно в наш век оставаться безучастным, когда политические потрясения, например, в Сирии и Ливии, мгновенно документально фиксируются в твиттере и блогах, а фотографии сразу же выкладываются в сети. Но впервые активное участие СМИ в событиях отмечено почти 70 лет назад – в Париже.
Интернет преобразил процесс распространения информации о том, как в странах происходят революции. Однако многие приемы, позволяющие одержать победу в информационных войнах, были впервые опробованы Французским Сопротивлением, в частности его участниками – сотрудниками СМИ Робером Дуано (Robert Doisneau) и Анри Картье-Брессоном (Henri Cartier-Bresson).
Когда в августе 1944 года войска союзников, наконец, прорвали немецкую оборону в Нормандии, коллаборационисты спешно покинули столицу и информационный вакуум быстро заполнили газетчики, фоторепортеры, кинооператоры и корреспонденты радио, участники патриотического движения «Свободная Франция».
Умолкли СМИ Рю де Реомюр, парижского аналога лондонской Флит-Стрит, которые на протяжении четырех лет извергали потоки пропаганды режима Виши. Помещения редакций заняли сторонники Движения Сопротивления, которые до этого в условиях подполья с невероятным риском выпускали огромное количество газет.
Но прежде, чем вышли в свет первые номера газет, сгорающим от нетерпения журналистам пришлось выждать четыре дня ввиду угрозы танковых обстрелов редакционных зданий. Из-за нехватки бумаги все газеты выходили в одном формате – это были широкоформатные газеты-листовки, и все продавались по одной цене. Их распространяли на улицах, зачастую на виду у все более беспомощных немецких патрулей, и парижане, истосковавшиеся по новостям, мгновенно расхватывали газеты, несмотря на то, что в них далеко не все было правдой.
Газетные фотографии были плохого качества. С самого начала восстания десятки фотографов – в том числе Дуано и Картье-Брессон – объединились и поделили город на сектора. Участники Движения сопротивления сообщали им о предстоящих боевых действиях, и те устремлялись в указанные места, чтобы запечатлеть события. Тысячи снимков сделали не только фотографы, но и простые парижане, которые брали фотоаппараты, драгоценную пленку и направлялись туда, где бои были в самом разгаре, чтобы запечатлеть эти исторические события. И эти фотографии – какие-то были настоящими произведениями искусства, а некоторые всего лишь сделанными впопыхах снимками, способствовали созданию популярного образа повстанческого движения.
К работе подключились и кинооператоры. Тысячи метров пленки были отсняты представителями еще одной группы – парижскими кинематографистами. Они фиксировали подробности событий, после чего в кратчайшие сроки монтировали 30-минутные киноролики, которые потом смотрели во всем мире. Подобно современным видео в YouTube, эти фильмы позволяли запечатлеть события в истории так, как их видели, в том числе, и сами парижане.
И еще одним средством медийного сопротивления стало радио. После побега коллаборационистов замолчала и вишистская станция Radio-Paris. Вечером 21 августа в эфир, наконец, вышла парижская радиостанция Движения Сопротивления, и на протяжении следующих трех дней она выпускала сводки боевых действий и интервью с руководителями Движения, которые нередко звучали на фоне канонады.
Самой важной функцией СМИ была их способность организовать и мобилизовать население. По радио передавали просьбы о помощи с баррикад, из которых парижане узнавали, на каких участках боевых действий требуется их помощь. Радио снабжало городские кварталы информацией о событиях у соседей и передавало сообщения о перемещениях немецких войск. В газетах печатались инструкции, как самим изготовить «коктейль Молотова», и сообщались адреса, по которым принимали раненых. Подобно современным социальным сетям средства массовой информации Парижского Сопротивления объединяли людей вокруг общего дела.
Радиослужба движения «Свободная Франция» на Би-Би-Си, которая начала вещание летом 1940 года, использовалась для манипулирования ходом событий. В полдень 23 августа станция распространила абсолютно ложную информацию о том, что Париж освобожден. Парижане недоумевали и негодовали – по парижским улицам по-прежнему рыскали немецкие танки и ежедневно гибли сотни людей. Командование союзников тоже пришло в ярость.
Дезинформация разлетелась по всему миру – повсюду от Нью-Йорка до Манчестера торжествовали победу, а британское коалиционное правительство заказало торжественную мессу в Соборе Святого Павла. На следующий день все объяснили ошибкой перевода. Но никакой ошибки не было – весь этот план был задуман руководителем отдела пропаганды «Свободной Франции» Жоржем Бори (Georges Boris) для того, чтобы ускорить наступление союзников на Париж.
Радиостанция реабилитировала себя на следующий день, когда освобождение началось на самом деле. Вечером 24 августа по мере продвижения союзных войск к центру Парижа радиостанция Движения Сопротивления непрерывно передавала последние сводки, а затем обратилась ко всем городским церквам с призывом бить в колокола в честь победы.
Завершающий этап «восстания СМИ» стал для них одновременно кульминацией в освещении событий. Знойным полднем 26 августа генерал де Голль вместе с руководителями «Свободной Франции» и Движения Сопротивления прошли маршем по Елисейским полям. То, как де Голль неспешным шагом прошел по Парижу в окружении танков и самой многочисленной толпы, которую когда-либо видел Париж, снимали десятки кинооператоров и фотокорреспондентов, комментировали забравшиеся на крыши автомобилей десятки радиожурналистов. Запечатлившие радость и ликование снимки разлетелись по всему миру и стали олицетворением освобождения всей Франции. Тогда, как и сейчас, в нашу эпоху цифровых технологий, СМИ не просто фиксировали историю – они помогали ее формировать.

NewTimes.ru В центре Москвы прошла акция "Смерть кремлевским оккупантам" Полный текст

http://www.pobediteli.ru/flash.html

Венди Йонассен (Wendi Jonassen) и Райан Лафлин (Ryan Laughlin)("The Atlantic ", США)




В воскресный день посреди холодной зимы прихожане отца Николая и члены его семьи собираются в гостиной у него дома, где подают рыбный пирог, соленого лосося, а также текилу Jose Cuervo 1800. Но перед тем, как сесть за стол, все вместе встают лицом к красному углу, где висят иконы с ликами главных святых в золоченых окладах, со свечами и старинными русскими драгоценностями. Они в один голос молятся, произнося нараспев молитву на старославянском. После этого они умолкают, крестятся и делают 12 поклонов.
Когда род Якуниных в 1968 году начал строить русскую православную деревню под названием Николаевск в безлюдном уголке Аляски на полуострове Кенаи, он был гораздо малочисленнее. Эти представители староверов, секты русских православных, отошедших от церкви в 1666 году, когда государством были осуществлены церковные реформы, проделали в течение пяти веков более 30 тысяч километров в поисках идеального места для защиты своих традиций от внешнего воздействия.
Женщины носят бирюзовые, розовые, красные и сиреневые платья из атласа, сшитые в неизменном старинном стиле, и закрывающие ноги до щиколоток. Замужние женщины покрывают головы платками, подходящими по цвету к их нарядам. У отца Николая роскошная рыжая борода, доходящая до верхней части его округлого живота, а волосы, собранные в хвост, опускаются до пояса традиционной русской рубахи.
Круглощекий младенец дремлет в люльке рядом с сыном отца Николая Василием Якуниным, которого большинство уже считает следующим священником общины. Первый священник появился в Николаевске в 1983 году, а до этого здесь несколько веков жили без духовенства. Это привело к наметившемуся в настоящее время расколу общины.
Василий сидит сгорбившись в кожаном кресле и играет в стрелялку на своем iPad, в то время как остальные гости, собравшись за обеденным столом, смеются и передают друг другу блюдо пирожков с вареньем, подаваемых на десерт. Единственный взрослый человек, кто не пьет текилу, это Ефросинья Якунина, находящаяся на четвертом месяце беременности. Она вынашивает ребенка, который станет 15-м внуком отца Николая.
«Если бы мы перестали верить, прекратили ходить в церковь и придерживаться православного образа жизни, - говорит отец Николай,- мы перестали бы существовать».
Род Якуниных, предки которых проделали длинный путь через самые отдаленные районы планеты — из Сибири в Китай, Бразилию, а затем в Орегон — оставил о себе память в истории как о семье, находящейся в поисках бескомпромиссного образа жизни. Однако, даже находясь на краю света, невозможно вечно противостоять переменам.


До того, как пуститься в это странствие по свету длиной 30 тысяч километров, староверы почти 200 лет мирно жили в отдаленном районе Сибири. Перемены у них начались раньше, в 1666 году, когда глава церкви патриарх Никон заменил православные молитвенники и внес изменения в существовавшие традиции. «Все это насаждалось насильственно, ну, то есть, население заставляли принимать все это,- говорит отец Николай.- И если что, ни у кого не должно было возникать никаких вопросов. Если кто-то ставил эти изменения под сомнения, его избивали. Ему отрезали пальцы, вырывали язык, ну, или что-то в этом роде».
Введенные патриархом Никоном изменения, такие как новое написание имени Иисуса в молитвенниках и троеперстие при совершении крестного знамения, казалось бы, не несли в себе ничего особенного. Тем не менее, это вызвало серьезные потрясения. «Нам, современным людям, это сложно понять,- говорит профессор Стенфорда Джек Коллман (Jack Kollman), специализирующийся на изучении России. - Это очень похоже на волшебство и чистоту произведений Шекспира. Стихи невозможно переделать в прозу, не утратив этого волшебства. То же самое и для русского православного крестьянина... То, как ты крестишься... Ведь все знали, что так их креститься научил Господь. [Их] отец и дед попали в рай, потому что они исповедовали свою веру так, как их учили. Шекспира не перефразируешь».
Староверы выступили против реформ и против патриарха Никона. Они решили, что государство это антихрист, и что скоро непременно наступит конец света. В качестве ответной меры власти сажали в тюрьму и убивали тех, кто эти изменения не принимал. Многие староверы либо тайно продолжали придерживаться старообрядчества, либо переселялись в Сибирь, где жили в уединении. В Сибири староверы жили несколько веков, однако многие из них, включая семью Якуниных, были вынуждены уехать после коммунистической революции в начале века. «Если бы их оставили в покое и не угрожали арестами, они по-прежнему жили бы там. Они бы остались в Сибири»,- говорит о своей семье отец Николай. Однако «им сказали, что появилось указание об аресте … моего деда». Семья решила бежать.
Как вспоминает отец Николай, они в спешном порядке были вынуждены покинуть свою сибирскую деревню. Передвигались они лишь по ночам, часто зажигая спички, чтобы ориентироваться по компасу. Это путешествие происходило в середине зимы. Отец Николай уверен в этом, потому что помнит, как они пересекали замерзшую реку, чтобы попасть в Маньчжурию.


Из всех пристанищ во время странствий по свету Китай дольше всего был для них домом. Они жили возле города Харбин до самого окончания Второй мировой войны, когда завершилась японская оккупация Китая. Они быстро приспособились к новой среде в Китае, промышляя охотой на лосей, у которых срезали рога, ловили тигрят для зоопарков и убивали тигров-людоедов. «Мой отец за свою жизнь убил 36 тигров»,- говорит с улыбкой отец Николай, держа в руках отретушированную фотографию пятерых бородатых русских и одного китайца, стоящих рядом с тушей тигра.
Однако после того, как в 1949 году японские войска были выведены из Китая, китайские власти потребовали, чтобы все иностранцы покинули страну. У староверов не было никаких документов, подтверждающих их местожительство. «У нас ничего нет,- говорит член нынешней общины на Аляске Акати Калугин (Акакий? – прим. перев.),- у нас нет никаких документов или свидетельств. Мы как призраки». Калугин не помнит, где он родился — в Китае или в России, однако вспоминает, что основную часть детства провел в Маньчжурии.
После того, как китайские власти дали всем иностранцам пять лет на то, чтобы они покинули Китай, староверы столкнулись с дилеммой: вернуться назад в Россию, где их будут преследовать как дезертиров, бежавших из коммунистического рая, или попытать счастья в другой стране. Тех, кто возвращался в Россию, сразу же арестовывали и сажали в тюрьму.
«Моего отца забрали, когда мне было два года,- вспоминает Калугин те времена, когда, по словам представителей общины, Советская армия перешла границу с Китаем и начала вылавливать староверов. - Они грузили всех в товарные составы и отправляли обратно в Россию». Калугин не видел своего отца 50 лет, до того момента, когда они снова воссоединились на Аляске.


С началом холодной войны многие страны отказались принимать религиозных беженцев. Староверов разбросало по всему свету; они оседали в Турции, Аргентине, Австралии. Что касается Якуниных и Калугиных, то они вошли в состав группы, направившейся в Бразилию.
Семьи отца Николая Якунина и Акати Калугина жили за счет натурального хозяйства. Они поселились в трех построенных на скорую руку русских православных селах неподалеку от Сан-Паулу. Хотя Бразилия стала первым местом, где они могли свободно исповедовать свою веру, жизнь в Южной Америке была для них очень тяжелой.
«У нас [было] две или три коровы, насколько я помню. [Мы] доили коров, делали сливки и масло, и в городе продавали все это. Мы жили очень бедно»,- вспоминает отец Николай.
Помимо тропического климата староверам было трудно привыкнуть к новому календарю, определяющему, на какие дни выпадают священные для них праздники. «Бразилия находится с другой стороны от экватора, поэтому Рождество там празднуется в середине лета,- говорит отец Николай с усмешкой. – … Жарко».
Отцу Николаю было всего девять лет, когда он уехал из Бразилии, а у Акати Калугина уже была семья. Будучи вынужденным кормить несколько ртов, он с большим трудом зарабатывал на жизнь и удерживал семью вместе. Однажды, когда его дети играли на улице, он услышал крики. Он выбежал наружу и увидел, что изо рта одного из его детей идет пена. «Это было в деревне в Бразилии. Он везде лазил, а если что-то видел, то сразу же хватал это. Дети всегда остаются детьми, - говорит Калугин. - Его укусила за рот змея или скорпион, на нижней губе было три небольших точки. Так я потерял первого ребенка».
Когда семья Калугиных в очередной раз решила переехать, это решение было вызвано не преследованиями на религиозной почве, а поиском лучших экономических перспектив. В разгар холодной войны занимавший тогда должность генерального прокурора США Роберт Кеннеди (Robert F. Kennedy) предоставил им убежище. Некоторые староверы обосновались в Нью-Джерси, однако большинство из них перебралось в Вудберн, штат Орегон, в надежде найти там дом, где они будут проживать постоянно.


«Совсем недавно мой брат рассказал мне, что буквально в первый же день после приезда ... в Орегон ему уже предложили работу, - говорит отец Николай, - и он вместе с отцом пошел работать. В этот же день им заплатили деньгами. Они пошли и купили мешок муки и мешок картошки. Тогда отец сказал, что да, здесь мы можем жить. Здесь мы можем заработать себе на жизнь».
Однако по прошествии нескольких лет старшее поколение начало опасаться, что молодежь станет слишком американизированной, часто употребляя алкоголь и общаясь с плохой компанией. «Некоторые из членов моей семьи стали работать в лесу, занимаясь лесозаготовками и посадкой деревьев, а также работая на различные компании,- говорит Акати Калугин. - Тогда мы все поняли, что долго так продолжаться не может, потому что город [в штате Орегон] начал быстро разрастаться. Представители старшего поколения поняли, что им следует переехать в какую-то более отдаленную местность».
С помощью благотворительной организации Фонд Толстого (Tolstoy Foundation) пять семей продолжили свое путешествие и добрались до небольшого клочка земли возле Анкор-Пойнт на полуострове Кенаи. Первые несколько месяцев они жили в палатках. В течение этого времени все обосновавшиеся здесь члены общины строили жилые дома и хозяйственные постройки. Поначалу они пытались жить натуральным хозяйством, выращивая овощи для себя. На въезде в поселение общины имелись ворота, которые придавали им еще большее ощущение уединения, которое они так искали.
В 2013 году Николаевск представляет собой небольшое поселение на Аляске с населением около 350 человек. Молодым холостякам для поисков невесты приходится уезжать за пределы деревни. «Я со своей женой познакомился на вечеринке в Орегоне,- говорит Василий. - Многие из нашей молодежи, кто еще не женился, направляются в Орегон на поиски невесты, поскольку [там] шансов найти женщину, невесту, намного больше. Кроме того, у нас там есть родственники, поэтому там это сделать легче».
Благодаря рыбалке и способности ко всему приспосабливаться семья Якуниных чувствует себя на Аляске вполне комфортно. Они могут позволить себе крупные лодки и грузовики. Хотя Василий Якунин утверждает, что ни его отец, ни дядя ничего не знали о рыбалке, когда прибыли на Аляску, сегодня русские рыбаки славятся здесь своей агрессивной тактикой и самодисциплиной. Проживающие в соседних поселениях американцы могут рассказать немало историй о том, как русские забрасывают сети слишком близко к другим судам, не обращая внимания на замечания со стороны береговой охраны. При этом на помощь они приходят только в том случае, если об этом просит другой русский.


Однако все это не означает, что внутри самой общины не было никаких разногласий. Когда семья Якуниных в 1970 году прибыла на Аляску, у общины не было священника. Они жили без представителя духовенства с момента проведения реформ в русской православной церкви. «Если мыслить критериями 1660-х годов, а также если учесть, что люди не приемлют официальную церковь, нельзя ожидать, что недавно произведенные в сан священники найдут здесь признание, поскольку посвятить их в сан могут только иерархи церкви, - говорит профессор Коллман. - А в 17-м веке ни один иерарх не перешел к старообрядчеству». Таким образом, веками путешествовавшие по свету, адаптировавшиеся к местным условиям и сохранявшие свои устои староверы в целом были едины в том, что настоящих священников больше не существует.
Однако заново обретя свободу на территории США, община получила возможность и средства для поисков священника, а, по словам отца Николая, им просто нужен был духовный пастырь. В 1983 году они отправились в Румынию, нашли там архиерея и посчитали, что он может произвести в сан их первого за 300 лет священника.
Как говорит отец Николай, «это вызвало серьезные противоречия, создало еще один раскол» в рядах им немногочисленной общины.
Новый священник и его сподвижники построили в Николаевске традиционную церковь с куполом в форме луковицы прямо через дорогу от более скромной церкви без священника, в которой продолжали собираться те, кто с подозрением относился к этому богохульному посвящению в сан. В 1985 году церковь без священника сгорела дотла, и от нее осталась лишь груда пепла.
Акати Калугин, принадлежащий к группе, не признающей священника, так сильно нервничает, когда говорит об этом происшествии, что начинает искажать свой и без того довольно слабый английский. «Нам говорят, пожар начался с чердака от электрического. Но знаете что? Никакого электрического в церкви нет. Так как, черт возьми, начинаться пожар? Там же не было электрического. В этом-то и вопрос: кто ее поджег?».
После пожара несколько семей уехали из Николаевска, чтобы создать новые поселения без священника в еще более отдаленных районах полуострова Кенаи. Единственная дорога до села Качемак представляет собой крутую петляющую трассу, которая зимой покрывается льдом, а летом становится скользкой от грязи. «Сначала, когда они создавали это поселение, добирались туда обычно на лодке или на вертолете»,- говорит Калугин. После спуска по петляющей дороге до Качемака, расположенного на упирающемся в гору побережье, нужно проехать еще около километра. Зимой груды чистого, отдающие синевой льда размером с матрас заполняют берег, создавая дополнительные препятствия для въезда в Качемак.
Посторонним в этом поселении не рады. Деревня без священника гораздо более тихая и традиционная по сравнению с Николаевском. На въезде в поселение с обеих сторон дороги на деревьях закреплены знаки, запрещающие въезд. Возникает впечатление, что попал в город-призрак. Здесь нет ни магазинов, ни ресторанов, только школа, молельня и несколько десятков домов.
«Думаю, что с точки зрения старовера мир является враждебным местом. Они так считают, исходя из своего опыта, своей истории и, как они сами это называют, «предательства», - говорит Коллман. - Они не знают, откуда мы приехали, какие у нас в головах мысли, чем вызвано наше любопытство». По словам Коллмана, если их сравнивать с амишами, то стороннему наблюдателю просто невозможно понять, как устроен быт представителей этой более консервативной общины без священника.
В некотором плане это является положительным моментом. «На мой взгляд, [представители общины без священника] преуспели больше, - говорит сын отца Николая Василий Якунин, - потому что они не любят приезжающих к ним чужаков, которые влияют на их образ жизни, заставляют больше общаться на английском и тому подобное».

* * *

Несмотря на имеющиеся в настоящее время теологические разногласия между Качемаком и Николаевском, они ведут борьбу на одном и том же фронте, пытаясь сохранить старообрядчество и традиционный русский образ жизни. Их объединяет один общий стимул - придерживаться собственных традиций, которые они пронесли через весь земной шар.
Но даже на краю света, на Аляске, откуда пути дальше уже нет, заметно активное проникновение американской культуры и модернизации. Создается впечатление, что как бы далеко они ни забрались, от будущего им не скрыться.
Тренер женской баскетбольной команды средней школы Николаевска Би Клауч (Bea Klauch) наблюдает за этими изменениями в течение всех тех 23 лет, что живет здесь. «Родители больше не выступают против того, чтобы девочки получали высшее образование после школы, - говорит она. - Более того, они поощряют это. Однако проблема заключается в том, что уехав из деревни на учебу, дети иногда не возвращаются обратно, чтобы строить свой дом здесь. Число учащихся в поселковой школе сокращается из года в год».
Незначительные проявления ассимиляции были заметны уже в ходе более коротких остановок членов общины, например, в Бразилии. «По-русски фасоль будет «фразоль» (так в тексте - прим. перев.), - говорит Василий,- однако мы говорим «фийон». Это португальское слово». Однако несмотря на то, что Сибирь они покинули почти 100 лет назад, многие староверы по-прежнему говорят на старославянском языке, древнем крестьянском диалекте, появившемся много сотен лет назад. Церковная служба в Николаевске, длящаяся четыре-пять часов, по-прежнему ведется только на старославянском. Во многих домах старшие члены семей говорят только на старославянском, а детей ругают, когда они переходят на английский язык в неподобающей ситуации.
Однако сейчас впервые в истории Николаевска большинство молодежи говорит на английском как на основном языке. Хотя многие из них могут общаться на старославянском, полное исчезновение этого языка - лишь вопрос времени.
В начальной школе Николаевска по-прежнему проводятся уроки русского языка. Учитель Люба Дорвалл (Luba Dorvall), работающая в школе 27 лет, начинала в качестве переводчицы для тех детей, которые не говорили по-английски. Однако сейчас, в 2013 году, Дорвалл начала обучать детей староверов, не говорящих по-русски. Она заставляет их писать в тетрадках в широкую полоску, повторять слова, которые она, стоя перед классом, показывает на ламинированных карточках. Дети также поют песни на русском, сидя в кругу. Делается все точно так же, как делает учитель, преподающий в детском саду испанский язык группе американских детей. Однако, по словам Дорвалл, детей все труднее приучить любить язык.
«[Я] пытаюсь заинтересовать [детей], привить им интерес к дальнейшему изучению языка. У нас есть программа до шестого класса. Но на этом она заканчивается, - говорит Дорвалл на ломаном английском, - Для старших классов такой программы у нас нет. Однако некоторые из них, равно как и мои дети, проходят онлайновые курсы обучения русскому языку Розетты Стоун (Rosette Stone)».
По всей видимости, под угрозой находится даже церковная служба на старославянском. «Я смотрю в будущее, и, возможно, если не при мне, то при священнике, который будет после меня, придется позаботиться о том, чтобы использовать в церковной службе английский язык», - говорит отец Николай.
Несмотря на неизбежно надвигающуюся модернизацию, в Николаевске удалось сохранить множество традиций. При этом у жителей поселения находится время для праздников. Каждый год 19 декабря все жители поселения широко празднуют день святого покровителя, именем которого назван населенный пункт. После пятичасовой церковной службы начинается пиршество, в котором участвует вся община. Женщины надевают платки и длинные атласные платья. Детей усаживают за один стол позади остальных, за другим столом сидят подростки-мальчики. При этом молодая девушка сидит за отдельным столом, а для женщин постарше отведены свои места. Отец Николай, Василий Якунин и священник сидят в центральной части зала перед изящно украшенным иконостасом. Это шумное пиршество сопровождается беседами и смехом. Зал умолкает, когда кто-то произносит речь на старославянском или английском языке. Все едят уху из палтуса и сандвичи с лососем. Старшие запивают все это текилой Coronas или водкой.
Время от времени отец Николай встает и произносит молитву. Весь зал перестает смеяться и есть, вставая и присоединяясь к нему. Люди поют на старославянском, крестятся и кланяются. Затем чтение молитвы обрывается, будто кто-то внезапно выключил звук, и весь зал начинает кланяться и креститься в течение нескольких минут, не произнося ни слова.
«Нигде не допускать никаких компромиссов. Именно так делали мои отцы и наши предки, - говорит отец Николай. - И мы тоже сохранили эту традицию».

Илья Мильштейн


Владислав Юрьевич замолчал. Позавчера он отказался комментировать "графоманию" пресс-секретаря СК Маркина. Вчера не стал объяснять причины своей отставки. Позже, сказал, растолкует, когда это будет уместным. То есть нескоро, как можно понять.

Собственно, он и раньше был немногословен, хотя и афористичен.

Суверенная демократия. Вторая нога власти. Осажденная крепость. Рассерженные горожане. Долгожданная жесткость. Политическое наследие Суркова невелико по объему, таинственно по содержанию, и тут заложена истинная трагедия. Ибо здесь вам не сказочная Франция, где политику государства лично определяет серый кардинал, разве что три мушкетера путаются у него под ногами, а король мало кому интересен. Здесь Россия с ее вертикально устроенной системой подавления демиургов. Здесь умных циничных советников терпят, выслушивают и даже поощряют, но и только. Туда, где начинается настоящая власть, политтехнологов не пускают.

Между тем яркие серые кардиналы – народ амбициозный, и все пытаются переломить свою кривую судьбу. Кончается это для них всегда плохо. Даже на посту вице-премьера пиарщик остается пиарщиком, то есть исполнителем чужой воли. При том, что явно или втайне он иногда считает себя достойным большего и, долго соприкасаясь с высшей властью, порой уверяется в том, что мог бы и сам справиться с непосильной ношей.

У Суркова крупными буквами на самолюбивом лице было написано, что он достоин большего.

Партийный строитель, руководитель проекта по уничтожению реальной политики в России, куратор путинюгенда, Владислав Юрьевич справедливо считал себя одним из отцов-основателей российского государства – в том виде, в котором оно пребывало как минимум до 24 сентября 2011 года. Выстроить и развести, вдохновить и замарать – в таких делах он бывал неподражаем. А так называемая пропаганда, которая по праву называлась сурковской? Вообще говоря, это большая честь, когда твое имя связывают с целой отраслью политического хозяйства, причем одной из важнейших, в которой бывший агитпроп счастливо соединяется с новейшими достижениями цивилизации. Выборные манипуляции, Селигер, травля оппозиционеров в Сети и в офлайне – все это недаром приписывают уволенному. Он весьма плодотворно потрудился в прошлом на тех постах, которые доверял ему Владимир Владимирович. Тогда, должно быть, он и почувствовал себя человеком, без которого России просто не прожить. И когда его перебросили на инновации, Владислав Юрьевич, наверное, полагал, что его карьера идет по восходящей. Уничтожил политику, а теперь создаст экономику – новая задачка, поставленная перед ним, казалась ничуть не труднее прежней. Однако тут его и поджидала катастрофа.

Выяснилось, что система, которую он выстроил, такая полезная применительно к нуждам суверенного государства, губительна для модернизации. В стране, где все построено на разводках, откатах и всевластии силовиков, разворуют и придавят любую Кремниевую долину, как ее ни назови. Сперва разворуют, а потом, уничтожая все надежды на грядущие иностранные инвестиции, придут прокуроры и придавят. По правилам той игры, которую демиург расписывал для целей внутренней политики.

Заодно грохнулась и суверенная, она же управляемая демократия, и десятки тысяч людей, вышедших протестовать в декабре 2011 года, подвели черту под эпохой. Самое же скверное для Суркова заключалось не в том, что эпоха кончилась, а Сколково разворовали и придавили. Самое скверное заключалось в том, что он уверовал в свою миссию, стал высокомерен и замахнулся на святое. Иначе не объяснить, почему вице-премьер поехал в Лондон и оттуда, с берегов Темзы, вознамерился объяснить Бастрыкину, что такое презумпция невиновности. Это было политическим самоубийством, и никакие речи про "долгожданную жесткость" тех же самых силовиков, которые поныне упаковывают в СИЗО людей с Болотной, уже не могли спасти Владислава Юрьевича. С долгожданной жесткостью ему ответил даже не Бастрыкин, а Маркин. В газете "Известия".

В сущности это тоже была сурковская пропаганда, только на новом ее этапе. На том, где сам творец уже не нужен и при случае, если много возомнит о себе, может стать ее жертвой. Экс-вице-премьер возомнил и, похоже, только теперь опомнился, поняв, что последует дальше, ежели он не угомонится. Поэтому комментариев нет и не будет, и Сурков на глазах превращается в Сердюкова – самого молчаливого из наших отставников. Молчание его хочется назвать красноречивым, как и все предыдущие выступления.

АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ


Похоже, путинские имиджмейкеры окончательно решили задачу, которая никак не давалась им все предыдущие годы правления. Несколько лет подряд я писал о том, что адекватного пропагандистского «сопровождения» праздника Победы так и не найдено. Того единственного праздника, который дает шанс на единение российского общества: либералов, коммунистов, государственников, анархистов, левых, правых. Включая даже андроидов от, прости Господи, «Единой России». Потому что именно великая и страшная война напоминает всем нам об общей беде и ее преодолении. Преодолении, которое потребовало жертв от каждой конкретной семьи. Память о войне передается пока что от поколения к поколению.
Как раз по этой причине, из-за своей искренности, этот праздник никак не давался Путину. Казалось бы, чего проще: рассказать правдивую историю собственной семьи, действительно трагическую и героическую. Блокада, страдания, отец, израненный в боях. Но, видимо, это, на взгляд Путина, унизительно для лидера страны, спускает его с пьедестала, ставит в общий ряд с миллионами сограждан. И поэтому каждый раз официальная пропаганда выбирала некий кондово-советский вариант: с громыхающими по Красной площади танками, бесконечными телефильмами про подвиги в тылу врага наших штандартенфюреров штирлицев и гауптштурмфюреров вайсов, ансамблями песни и пляски. Но при этом даже путинским пиарщикам было как-то неловко превращать войну в подобие «Гусарской баллады». Понимали, что, как ни крути, людей объединяют не штирлицы с вайсами, а память об общей трагедии. Но и громко говорить о двадцати пяти, а может быть, о сорока миллионах погибших было не с руки. Ведь эти чудовищные потери, так или иначе, но ставили под вопрос неизбывную мудрость руководства страны в лице эффективного менеджера тов. Сталина И.В.
И вот теперь где-то на самом верху, похоже, приняли окончательное решение: гулять, так уж без всякого стеснения. Тем более что все меньше остается людей, которых можно стесняться — ветеранов войны. Как-то тихо исчезло из повестки дня громкое путинское обещание обеспечить всех участников войны жильем. Ни слова об этом не было сказано во время общения «отца нации» с подведомственным народом. А вечно оптимистичный премьер, которого отрядили на специальную встречу с ветеранами в Красногорске, поведал, что государство продолжает успешно реализовывать программу… завершение которой планировалось еще в 2010 году. Стоит набить в «Яндексе» слова «реализация программы обеспечения жильем ветеранов», и вы узнаете десятки историй о том, как людей, ставших беззащитными из-за своей старости, по сто раз гоняют по чиновничьему кругу. У одного сущую развалюху признали годной для проживания, у другого аж на 12 сантиметров больше жилплощади, чем положено.
За всем этим издевательством стоит простой и циничный расчет: старик-то доживает последние месяцы. Глядишь, помрет и избавит от необходимости заботиться о нем. Легко произносить со слезой в голосе «Никто не забыт», если это не требует в дальнейшем никаких усилий. И пузатый директор мурманского филиала ЗАО «Военно-мемориальная компания», поздравивший ветеранов открыткой с описанием льготных похоронных услуг, выразил по сути коллективное бессознательное путинского чиновничества: достали эти ветераны, никакой пользы от них, только жалобы. «Это информация о ритуальных услугах. Ну и что из этого? У нас что, в стране похорон, что ли, нет? …Ну, смешно, правда. Я же не написал в письме "я вас жду", извините меня. Я написал, какие льготы есть», — ничего не стесняясь, заявляет он журналистам. А три тетки из иркутского военкомата пошли еще дальше — устроили триста фиктивных похорон еще живых ветеранов, дабы присвоить деньги, выделенные на эти цели.
Начальники страны тоже поняли, что заботиться о ветеранах у них не выходит, и просто закрыли тему. Теперь они и в общении с участниками войны избегают бытовых вопросов. Оказывается, главное, что волнует ветеранов, это недостаточная патриотичность молодежи и избыток жестокости на телевидении. Ну, еще городу Красногорску хорошо бы присвоить почетное наименование города воинской славы — других проблем у ветеранов практически нет.
В путинской России единственный настоящий российский праздник используется прежде всего для самоутверждения нацлидера. Именно поэтому ветеранов аккуратненько отодвигают на третий план. Согласитесь, фотографироваться на фоне пожилых, не слишком ухоженных людей не слишком удобно. Другое дело — вышколенные гвардейцы-десантники, юные казачата, а также танки и гаубицы, пусть выпущенные 30 лет назад, но зато блистающие вполне свежей краской. Поэтому-то военный парад остается главным событием этого праздника. Громыхание старым железом куда предпочтительнее слез на глазах.

ЗДОРОВЬЯ ВАМ НАШИ ДОРОГИЕ ВЕТЕРАНЫ И ЖИВИТЕ С НАМИ ПОДОЛЬШЕ!


























ЭТОТ ФИЛЬМ О РУССКОМ СОЛДАТЕ И ЕГО ПЕЧАЛЬНОЙ СУДЬБЕ

По Марк Огден


Как эксклюзивно сообщил на телеграф Спорт вчера вечером, 71-летний мужчина, который вел Соединенных их внутренний титул 20-го в прошлом месяце, возьмет на себя ответственность его финальной игры, когда его команда сталкивается Вест Бромвич Альбион на Hawthorns 19 мая.
После дня бешеной спекуляции, в течение которых неоднократные попытки связаться Олд Траффорд не удалось сформировать ответ, Соединенные выступил с заявлением, в 9:10 утра в Нью-Йоркскую фондовую биржу, чтобы подтвердить, что Фергюсон, назначенный в ноябре 1986 года, покинет свой пост в конце этого месяц.
В заявлении говорится: "Сэр Алекс Фергюсон уйдет в отставку в конце сезона, Манчестер Юнайтед объявлено сегодня.
"Самым успешным менеджером в истории английского футбола будет распрощаться после игры Вест Бромвич Альбион 19 мая и войти в состав совета футбольного клуба".
С Эвертона Дэвид Мойес менеджер и тренер Реала Жозе Моуриньо фаворитами добиться успеха Фергюсон, шотландец признался, что его решение уйти в отставку пришла в нужное время для него и для клуба.

"Решение уйти в отставку является одним, что я много думал о и тот, который я не принимать всерьез", сказал Фергюсон. "Это самое подходящее время.
"Это было важно для меня, чтобы оставить организацию самым решительным образом форме, и я считаю, что я сделал это.
"Качество этой лиге победы команды, и баланс возрастов в нем, служит хорошим предзнаменованием для дальнейшего успеха на самом высоком уровне в то время как структура молодежи настройки гарантирует, что долгосрочное будущее клуба остается одним ярким .
«Наши учебные являются одними из лучших в мировом спорте и наш дом Олд Траффорд по праву считается одним из ведущих мест в мире.
"Двигаясь вперед, я рад взять на себя роль как директора и посла за клуб. С помощью этих мероприятий, а также многих других моих интересов, я с нетерпением жду будущего.
"Я должен отдать должное моей семьи, их любовь и поддержка была необходима. Моя жена Кэти был ключевой фигурой на протяжении всей моей карьеры. "
Кто должен заменить Фергюсона в качестве менеджера Юнайтед?
Микаэль Лаудруп
Мануэль Пеллегрини
Лоран Блан
Гари Невилл
Майк Фелан
Жозе Моуринью
Юпп Хайнкес
Юрген Клопп
Оле-Гуннар Сульшер
Дэвид Мойес

А ВЫ КАК ДУМАЙТЕ?

Жан-Поль Бетбез (Jean-Paul Betbèze)("Atlantico", Франция)


Несмотря на немалую цену поддержки европейских стран, переживающих трудности, кризис позволяет подготовить более плодородную экономическую почву на будущее. А главный победитель здесь - безусловно, Германия.

Парадоксально, но, быть может, все-таки факт. Во всяком случае, будем на это надеяться. Кто выйдет победителем из кризиса в еврозоне? Если предположить, что все страны продолжат следовать текущему курсу, и что Берлин не изменит позиции, ответ, скорее всего, будет выглядеть следующим образом: Германия - на первом месте, а Франция не так уж далеко позади. Этому есть сразу несколько причин.

Первая причина в том, что еврозону все же удастся сохранить (разумеется, благодаря Германии). Таким образом, еврозона вновь вернет доверие к себе посреди кризиса, а Германия покажет, что неукоснительно придерживается двойной политики кнута (требования реформ) и пряника (финансовая помощь). Франция же с помощью реформ сможет продемонстрировать не только модернизацию и упрощение политической сферы, но и перемены в социальной среде.


Второй момент заключается в том, что еврозона сможет в целом повысить свою конкурентоспособность (понятное дело, под руководством все той же Германии) с помощью постепенного перехода на новые методы общественного диалога. Речь будет идти не только о снижении зарплат, например, в Испании и Италии, но и более широком обсуждении умеренности в окладах в целом. Во Франции в таких условиях будет принят закон, по которому приоритет будет отдаваться сохранению рабочего места, а не уровня оплаты труда, тогда как рабочая неделя будет меняться в зависимости от объемов заказов. Невиданное дело! Такая новая регуляционная модель по немецкому образцу повысит устойчивость еврозоны ко всем ударам и заложит основы для наиболее эффективного развития в посткризисный период.


Третья причина - это существенное укрепление системы помощи странам, переживающим трудности. Прежде всего, это будет подразумевать уменьшение сроков подготовки бюджетов и их представления как на национальном, так и европейском (федеральном?) уровне. Это даст всем немалый выигрыш по времени, а также позволит улучшить координацию. Далее, в обмен на кредиты и поддержку от стран будут требовать конкретные шаги: это касается Греции, Ирландии, Португалии и других государств. Всем ясно, что пилюля окажется горькой, но она даст результаты в течение четырех-пяти лет. Испании будут готовы предоставить исключительную помощь, однако страна предпочтет обойтись без нее. Вполне вероятна ситуация, когда сама возможность выделения помощи подталкивает государства к тому, чтобы отказаться от нее. Точно такая же логика подходит и для Италии.


В случае оказавшегося на грани банкротства Кипра помочь государству с оплатой счетов придется иностранным вкладчикам. Все вынесут для себя важный урок, а систему банковского контроля будет необходимо расширить. В рамках всех этих программ страны еврозоны получат среднесрочные и долгосрочные займы на самых выгодных условиях, а Германия выступит для них главным гарантом. Средства выделят Греции, Ирландии, Португалии… Причем, вопрос насчет условий выплаты стоять не будет, потому что кредиты и гарантии предоставят немцы и французы с их хорошей репутацией.

Четвертая причина представляет собой следствие трех предыдущих: долгосрочные ставки пойдут вниз для всей еврозоны и Германии - в первую очередь. Кроме того, она будет и впредь выступать гарантом европейской системы, что позволит ей продолжить курс экономического развития и экспорта (хотя следовать ему станет на порядок сложнее), а также укрепить свое влияние с помощью среднего и малого бизнеса. В то же самое время Германия оставит позади Францию в процессе европейского строительства, так как может похвастаться большей эффективностью: это позволит ей негласно обеспечить проведение реформ в различных государствах и выделение кредитов.

В целом, с кризисом в еврозоне удастся совладать путем масштабных реформ под влиянием Германии и с помощью ее гарантий. Ценой тому станет снижение темпов экономического роста, который, тем не менее, будет отличаться куда большей устойчивостью. Германия постепенно разожмет тиски жестких требований, которые она выдвигала в начале процесса. Главный выигрыш для нее будет заключаться в том, что она сыграет роль лидера в переходном периоде. Пусть этот лидер (по крайней мере, первое время) не пользуется особой любовью, финансовые рынки не смогут не оценить его заслуг.

Александр Скобов


Инициатива двоих депутатов от КПРФ об амнистии обвиняемым по Болотному делу, уже поддержанная одним депутатом-справедливцем, возможно, действительно отражает собственную позицию части депутатов от обеих системных партий. Но столь же вероятно, что одновременно она является инспирированной Кремлем разводкой. Прямо или косвенно инспирирована эта разводка, выполняют ли депутаты прямое поручение администрации или их подтолкнули к этому исподволь - неважно.

Кремлевских не может не беспокоить радикализация значительной части умеренно-либеральной интеллигенции, в том числе и достаточно статусной. Их не может не беспокоить все чаще раздающиеся из этой среды призывы не фотографироваться рядом с диктатором и не принимать из его рук награды, даже заслуженные. Говорят, что Кремль легко может себе позволить полностью игнорировать мнение всей интеллигенции, так как он сделал ставку на поддержку консервативных низов. Но утверждающие это не понимают разницы между левым и правым популизмом.

Это левопопулистский режим в Венесуэле может длительное время удерживать власть, несмотря на явную оппозицию всей бизнес-элиты и большей части среднего класса. Может, потому что он имеет реальную активную поддержку вполне самоорганизованных социальных низов. И даже может позволить себе проводить выборы, несравненно более честные, чем в России. Правопопулистский путинский режим опирается на пассивную покорность патерналистски настроенной, зависимой от любого начальства, неорганизованной, разобщенной массы. Но активно защищать режим эта масса не сможет и не будет. Реальная сила путинской власти в сохранении лояльности большей части крупного капитала и среднего класса. В конформизме большей части культурной элиты, которая в значительной степени определяет культурные ориентиры общества в целом. И если режим начнет вызывать решительное эстетическое отторжение у всего сколько-нибудь культурного и образованного, он долго не устоит.

Наша статусная интеллигенция, увы, никогда не отличалась стойкостью. И сейчас в ее среде найдется немало доброхотов, которые призовут "не дуть на Кремль", не злить его - а вдруг он действительно прощупывает почву на предмет спуска на тормозах Болотного дела на условиях значительного ослабления давления со стороны оппозиции?

Понятно, что решение вопроса об амнистии всецело находится в руках Кремля. Депутатов от ПЖиВ, имеющих ворованное большинство в Госдуме, не понадобится исподволь подводить к "правильному решению". Им просто напрямую укажут, как голосовать. Понятно также, что объявленная "парламентом" амнистия – это самая удобная возможность для Кремля отыграть ситуацию назад почти без потери лица. Кремль смертельно боится показать, что он уступает давлению. А если это будет выглядеть не как уступка давлению, а как барская милость? Так, может, попросим все вместе о милости?

И начнут просить. Кремлевские паханы будут долго куражиться: "А вы попросите нас получше. Тогда мы подумаем. А теперь еще спляшите. А теперь еще покукарекайте". Подержав ситуацию в подвешенном состоянии, они максимально используют ее для оттягивания от оппозиции части умеренных со статусом. Вызовут в ней новые расколы, взаимные обвинения, склоки. Добьются ее ослабления, а в итоге кинут. Потому что нельзя не кинуть фраера. Хотя бы для поддержания собственного статуса.

Возможно ли в принципе, что в Кремле уже принято или будет принято решение устроить шоу с демонстрацией доброй воли? Безусловно, там будут взвешивать все "за" и "против". С одной стороны, если Кремль все же пойдет на амнистию, это снизит накал противостояния власти с обществом. В оппозиции громче зазвучат голоса "лоялистов", которые будут доказывать что с Кремлем все-таки возможен диалог, что его можно убедить отказаться от реакционной, репрессивной политики и "встать на путь исправления". С другой стороны, первая видимая уступка воодушевит оппозицию на более активное выдвижение дальнейших требований. Она покажет павшим духом, что это дело отнюдь не безнадежное. Требования освобождения девушек из Pussy Riot, Таисии Осиповой, юкосовцев, других узников, которых значительная часть общества считает неправосудно осужденными, - эти требования никуда не денутся. Никуда не денутся и требования отмены репрессивных законов. Как не денутся никуда требования признания фальсификации итогов выборов 2011 и 2012 годов. Потому что, выражаясь несколько витиеватым языком членов президентского совета по правам человека, часть общества, считающая эти выборы сфальсифицированными, "далеко не мала и политически активна". И она, эта часть, не забудет и не простит.

Таким образом, амнистия на какое-то время укрепит режим, приведет к частичной временной "разрядке напряженности". Она как минимум притормозит назревание социального взрыва и, если кремлевская клика не натворит чего-нибудь еще, вернет утерянные на настоящий момент шансы на ее сравнительно плавный и мягкий уход. Но вставать на этот путь кремлевским имеет смысл лишь в том случае, если они в принципе готовы на дальнейшие уступки. О том, есть ли такая готовность, мы узнаем тем скорее, чем скорее удастся заставить Кремль продемонстрировать хоть какую-то реакцию на инициативу об амнистии.

В любом случае амнистия – это последний шанс для Кремля вернуть политический процесс в мирное, ненасильственное русло. Это также последний шанс для достопочтенных системных либералов оправдать свое присутствие в прикремлевских квазиобщественных структурах. Отмыться от обвинений в том, что они лишь легитимизируют и подпирают преступную власть. Продемонстрировать способность настоять хоть на чем-то. Заставить власть хоть в чем-то к ним прислушаться, а не вытереть в очередной раз о них ноги, что власть только и делала все последнее время. Найти в себе силы дать Кремлю понять, что это действительно уже последняя черта. Что отказ от амнистии неизбежно будет означать полный отказ от какого бы то ни было дальнейшего сотрудничества с ним в рамках его советов и палаток. Даже для самых умеренных и самых системных.

Это и последний шанс для обеих партий думской полуоппозиции хотя бы частично вернуть себе репутацию, столь легкомысленно растранжиренную ими после выборов. Но для этого надо не стыдливо прятаться за как бы в частном порядке выдвинутую отдельными депутатами инициативу, а открыто и громко поддержать предложение об амнистии на уровне высшего партийного руководства.

Что же касается оппозиции подлинной, то ее требования были и остаются прежними: немедленное освобождение узников Болотной и привлечение к ответственности представителей власти, виновных в беззаконном насилии над мирными демонстрантами. Какая юридическая форма должна быть найдена для выхода из тупика, в который загнала ситуацию власть, – это проблема не оппозиции, а власти. Один совет я все же могу ей дать – не жалко. Если Кремль все-таки надумает провести через Думу амнистию, оговорить, что она распространяется на всех участников столкновений на Болотной площади. На всех – это значит на обе стороны. Не только на "узников Болотной", но и на омоновцев, избивавших демонстрантов, и на их начальников, отдававших приказы. Как в 94-м году, когда Дума амнистировала одновременно и тех, кто был посажен, и тех, кто их сажал. Можно опять же вспомнить и опыт пиночетовской диктатуры, которая, прежде чем начать, огрызаясь, отползать от власти, подстраховалась тем, что заблаговременно сама себя амнистировала. Пригодится ведь.

Екатерина КОЛЕСОВА


Правда о холокосте была известна на Западе задолго до конца войны

Ян Карский — легендарный курьер Сопротивления, памятники ему установлены во многих странах; он первым, еще в 1942 году, доставил на Запад информацию о лагерях смерти. Награжден Крестом храбрых, орденами Воинской доблести, Белого орла, медалью Свободы и званием «Праведник народов мира». Судьбе героя (и 70-й годовщине восстания в Варшавском гетто) посвящена выставка «Человек свободы», открывшаяся в Европейском университете показом фильма Грюнберга «Карский и властелины человечности» в рамках совместного проекта генконсульств Польши, Израиля и США в Петербурге. Но ключевым моментом проекта стала презентация русского перевода книги Карского «Я свидетельствую перед миром. История подпольного государства».

Душит боль и стыд
Когда в 1945-м мир увидел тонны складированных детских волос, девичьих туфелек, золотых коронок и рвы с миллионами тел — он содрогнулся и онемел… Но не от удивления, как принято считать. А от стыда. Потому что еще в 1942-м Ян Карский, официальный эмиссар Варшавской Делегатуры, рассказывал всей Европе об этих рвах. А в июле 1943-го он был принят Рузвельтом. Но документы и микрофильмы, доставленные им, были настолько страшны, что их предпочли забыть. Свой отчет он представлял политикам, епископам, представителям СМИ и Голливуда. Он выучил рапорт наизусть и пересказывал его за 18 минут, чтобы не «утомить» слушателей, которые не желали верить и называли все это «пропагандой польского правительства в эмиграции». Тогда в 1944 году Ян Карский написал книгу «История подпольного государства».
«Читать эту книгу очень тяжело, — пишет в своем вступлении переводчик Наталья Мавлевич. — Душит боль и стыд. Но это должно наконец прозвучать и по-русски. Блестящий молодой дипломат Карский вместо светских приемов выбрал пытки в гестапо, но благодаря его подвигу все вовремя узнали страшную правду. Узнали — и ничего не сделали. Незадолго до смерти он сказал: «Все разведки прекрасно были в курсе, что происходит с евреями. Они им сочувствовали — но для них это не имело военного значения».

Экскурсия в ад
Католик, без какой-либо примеси еврейской крови, эрудит-интеллектуал и полиглот, Карский говорил о себе: «Моя мать горячо уверяла, что Бог по-разному являл себя разным людям, поэтому появились разные религии, церкви, обряды, но Бог — общий». А вот что он пишет в главе «Гетто»:
«Перед отъездом мне, по приказанию польского правительства, устроили встречу с двумя лидерами еврейского сопротивления. Ночью, в разрушенном пустом доме, они говорили мне: «Через пару лет Гитлер проиграет войну, но нас-то не будет. Нас, три миллиона, убьют раньше… И других, свозимых со всей Европы. Этого-то и не понимают в мире. Немцы не собираются превращать нас в рабов, как другие народы. Нас они решили убить всех, до последнего младенца. Вот в чем разница». Они назвали цифры смертности в гетто. Я похолодел. За два месяца тут, в моем городе, нацисты совершили 300 тысяч убийств! О гибели целого народа — вот о чем я должен был сообщить всему миру.
— Я понимаю ваши чувства. В Лондоне наше правительство представит меня официально. В рамках этой миссии я передам ваше воззвание всему миру. Что вы хотите, чтобы я сказал?
— Правда? Вы думаете, вас допустят к Черчиллю и Рузвельту? — вскричали оба. — Передайте же, что ответственность за геноцид ляжет на великие державы. Ведь в их силах помешать катастрофе. Но они там наверняка считают, что истеричные евреи все преувеличивают, — в отчаянии прошептал сионист. Я кивнул.
— Но этого не может быть! — вдруг закричали они в один голос, потрясая кулаками, — Почему они не хотят организовать эвакуацию хотя бы детей?! Пусть известные евреи устраивают голодовки в публичных местах и умрут мучительной смертью на глазах всего мира. Уж это разбудит сильных! И еще. Мы не хотели посвящать вас в это… Мы требуем жертв от наших заграничных братьев, так как мы разделим эти жертвы. Мы решились на смерть в бою.
— Мы действительно собираемся организовать оборону гетто, — подтвердил бундовец. — Вот тогда и посмотрим, могут ли евреи не только страдать по воле Гитлера, но умереть с оружием в руках.
И они предложили провести меня в гетто, чтобы я собственными глазами увидел все — ведь в такое никто не поверит. Через два дня они провели меня через тайный ход на Мурановской улице. Проживи я сто лет — и то не забуду этого ужаса. Подвальный лабиринт, точно Стикс, отделял наш мир от этого мира мертвых. Сюда было согнано 400 тысяч евреев. Множество трупов валялись на земле, раздетые догола. Смрад, стоны умирающих детей… Сытые полицейские в толпе исхудалых людей казались распухшими… Вдруг началась паника, женщины хватали детей и бежали. Меня затолкали в подъезд: «Быстро, быстро! Вы должны это видеть! И рассказать всему миру! Скорей!» — и подтолкнули к окну. И я увидел. Малолетки из гитлерюгенда с револьверами. Выстрел, звон стекла и детский вопль. Юный палач радостно вскрикнул. Стрелять по сверстникам — спортивное соревнование… Через два дня я снова с теми же спутниками ходил по улицам ада — я был обязан детально все запомнить».

«Я сделаю ВСЁ»
Потом бундовец провел Яна Карского в лагерь уничтожения в деревне Белжец, где, как теперь известно, погибли 600 000 евреев и цыган.
«Выбрали день, когда будет казнь. Узнать это было легко — многие украинцы охранники были продажны. У одного из них и достали для меня форму и документы. Говорили, что неразбериха и коррупция в лагере так велики, что никто не заметит подмены. Задолго до лагеря стали слышны команды, выстрелы и дикие вопли. Проводник спросил: «Как вам будут платить? Советую брать поштучно. Оптом невыгодно, а те, кто хотят вызволить близких, не торгуются». Еще спросил, скоро ли немцы выиграют войну, и услышав, что, может, и не выиграют, ужасно удивился: это ж просто смешно, ведь все яснее ясного: Гитлер — колдун или сам черт, и никто никогда его не победит.
Запахло нечистотами, усилился трупный смрад, и вот мы внутри, среди обезумевшей массы обреченных. Всех привозимых по 3–4 дня держали без капли питья. И никакого порядка, везде царил хаос. Потом всех погнали в вагоны. «Все в поезд! Он отвезет вас туда, где вы получите работу!» — эсэсовец расхохотался и выстрелил в толпу… Однако самое страшное мне еще предстояло увидеть. Скоро весь состав затрясся и завыл: полы в поезде смерти были засыпаны густым слоем негашеной извести. Люди кричали, обугливаясь заживо… Проживи я сто лет — картины лагеря останутся у меня перед глазами. Мне никогда не избавиться от них, и при одном воспоминании к горлу подступает рвота».
Обо всех зверствах нацистов Ян Карский рассказал не только политикам, но и режиссерам, и писателям с мировой славой: Герберту Уэллсу, Артуру Кестлеру, надеясь, что они перескажут это с большей силой, чем он. Но действия не было. Кроме одного.
«Меня попросил о встрече член Польского совета в изгнании Шмуэль Зигельбойм. 2 декабря 1942-го я передал ему отчаянные требования из гетто. Прощаясь, он посмотрел мне в глаза: «Пан Карский, я сделаю ВСЁ, о чем они просят… Вы верите мне?» Верю ли я? Какая разница, верю я или нет! Но оказалось, что разница была. До самой смерти я буду помнить этот день! После нашей встречи он лично обращался к Черчиллю и Рузвельту, выступал по английскому радио, прося ПОВЕРИТЬ в геноцид и газовые камеры, пока не поздно… А 13 марта 1943 г. покончил с собой, оставив записку: «Может, моя смерть сломит стену вашего равнодушия». Написал, что сделал все, что мог, но ничего не вышло, вчера все его братья погибли в сожженном гетто. Он отравился газом. А мне казалось, что это я подписал приговор. Ведь я сам передал ему это их отчаянное «пусть умрут на глазах у всего мира», и он спрашивал, верю ли я, что он готов? А я не понял».
В 1982-м Карский выступил с речью: «Бог выбрал меня, чтобы Запад узнал о трагедии. Тогда мне казалось, что эта информация поможет спасти миллионы людей. Это не помогло, я ошибался. Человечество совершило второе грехопадение: одни — не желая знать, другие — видя и оставаясь равнодушными».
Карский считал, что ему удалось слишком мало. Но когда неонацисты и антисемиты по всему миру начали повторять, что «6 миллионов убитых — не точная цифра, а значит, холокоста не было», Карский вернулся в публичное пространство, чтобы опровергать эту ложь. «Все было так же! — твердил он. — Всем хотелось не верить моим словам и документам. Помощник Рузвельта верховный судья Франкфуртер отрезал: «Я не могу вам поверить. Я не говорю, что вы лжец, но рассказанное вами столь чудовищно, что я не могу заставить себя поверить в это…»

Мир не желал знать. И не желает
После презентации книги высоким гостям был задан неожиданный вопрос. Знают ли господа консулы трех стран, что в России на сегодня нет идеи популярнее, чем идея спасительности этнических чисток? Что интернет-форумы в 2013 году переполнены требованиями к властям — поскорее наконец начать аналог гитлеровского «освобождения от меньшинств», оставив титульную нацию на своей земле в гордом одиночестве? Что антифашистов убивают, а милиция заявляет: «Антифашист или фашист, нам без разницы»?
Генконсул Израиля Эдвард Шапира заверил всех, что в России нет лозунгов расовой неполноценности, пояснив: «Их нет, просто потому что этого не может быть никогда». Генконсул Польши Петр Марциняк подтвердил: он хорошо знает русский народ, по-отцовски доброжелательный к любым нациям и абсолютно не склонный к шовинизму, расизму или ксенофобии. Этот народ не может желать никаких этнических чисток, и точка. А генконсул США Брюс Тернер усугубил безмятежность коллег, объявив, что никогда русские не унизят грубым словом (не то что касанием) ни одного нерусского — их братское отношение к согражданам по федерации вообще не нуждается в обсуждении.
В зале повисла неловкая тишина. И только глаза Карского на экране стали еще печальнее.

АЛЕКСЕЙ КОНДАУРОВ


Статью Андрея Амальрика «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?» мне довелось прочитать в начале 70-х годов, и тогда она не показалась сколько-нибудь реалистичной. Впрочем, не только мне — оперуполномоченному 7-го отдела 5-го Управления КГБ СССР, но и куда более продвинутым и многоопытным функционерам из ЦК КПСС и учёным из академических институтов. Надо сказать, что в диссидентских кругах и на Западе тоже не слишком поверили пророчествам автора о затяжной партизанской войне Китая с СССР, распаде советского восточно-европейского блока и самой великой державы.
Что говорить о 70-х годах прошлого века, когда даже в августе 1991 года мало кто понимал, что СССР оставалось существовать несколько месяцев. Точно так же, как накануне февраля 1917-го вполне себе неглупые люди не до конца осознавали (достаточно почитать стенограммы думских заседаний конца 1916 — начала 1917 годов) неотвратимость скорого падения самодержавия и последующего развала российской империи.
Сегодня «трезвые головы» тоже не очень верят «фантазёрам», предсказывающим крах путинского режима. В частности, покойный Березовский постоянно являлся объектом ироничных усмешек за «навязчивое» желание видеть на коротком временном отрезке поверженным своего лютого врага. Не дождался. Констатирую сей факт без всякого сарказма, а сочувствуя тому, что человек ушёл из жизни до отпущенного природой срока, не увидев исправленной народом собственной и «семьи» «ошибки» конца 90-х.
Умные аналитики снисходительно кривят губы, читая о «воровском пароходе» Андрея Пионтковского, и как будто не находят в действительности подтверждений убеждённости публициста, что в ближайшие пару лет многие в России будут рукоплескать уходу Путина из Кремля. Считается, что это из области ненаучной фантастики.
Вот и последовательный противник «путинизма» Борис Немцов (не говоря уже о встроенных в «вертикаль» либералах и думских «оппозиционерах»), похоже, начинает задумываться о стратегии политического поведения, смирившись, что Путин «просуществует» аж до 2024 года. Хотя на такой длинный отрезок времени, думается, и господь бог не планирует, допуская возможность всякого рода неожиданностей.
Для политика, бесспорно, важны рассудочные аргументы «трезвенников» о запасе прочности режима, с тем чтобы не ошибиться с выбором форм и методов противостояния. Но эмоциями «фантазёров» и не лишенными здравого смысла резонами тоже не стоит пренебрегать, так как российская история уже не единожды преподносила неприятные «сюрпризы» тем, кто считал существующие конструкции власти достаточно надёжными.
К факторам, определяющим устойчивость нынешнего режима, принято относить высокие цены на энергоносители и сырьё, большие золотовалютные резервы, пока ещё пристойные рейтинги Путина, мотивированный репрессивный аппарат, ангажированность системной оппозиции и слабость несистемной, сонно-ленивое состояние общества и неразвитость гражданского самосознания.
Те, кто утверждает, что Путину не усидеть в президентском кресле до новых выборов 2018 года, учитывают ускоряющуюся деградацию пораженной коррупцией системы управления государством, стоящую на пороге (несмотря на по-прежнему высокие цены на отечественное сырьё) экономическую стагнацию с непременным усилением социальной напряженности, всё более бросающуюся в глаза при затухающей экономике интеллектуальную ограниченность и организационную беспомощность и президента, и премьера. При таком развитии число готовых терпеть этих двоих с неизбежностью будет убывать, а число разделяющих настроение тех, кто выходил в 2011-2012-м на Болотную площадь, увеличиваться. Повышать градус внутреннего неприятия власти будет и любое закручивание гаек — от политических процессов до ограничения деятельности НКО.
Может показаться странным, но при нынешних удовлетворительных рейтингах доверия к Путину, периодически публикуемых социологическими службами, представляется, что он очень быстро из ключевой «скрепы» системы превратится в её самое слабое звено.
Во-первых, легитимность его избрания на третий срок не уйдёт из повестки дня никогда. И о ней будут вспоминать тем чаще, чем напряженнее будет ситуация в стране.
Во-вторых, у него нет никакого проекта, который вернул бы обществу ощущение позитивного движения. Но такой проект и не появится при Путине, так как любое движение — хоть вправо, хоть влево — несёт в себе риск нарушения статус-кво и пресловутой «стабильности», якобы главного «достижения» этого «государственного деятеля». Активная же часть общества может много чего терпеть, но не отсутствие жизненной перспективы, которая в том или ином виде раньше всегда присутствовала.
В-третьих, сегодняшние цифры социологов, свидетельствующие о поддержке, требуют значительной коррекции в сторону уменьшения. Дело даже не в том, что эти цифры на поверку могут оказаться лживыми. Вряд ли есть сомнения, что тот же Левада-Центр даёт корректные результаты исследований. Дело в «опрашиваемых». В полицейском государстве нет никакой гарантии, что интервьюер, позвонив случайному респонденту и спросив про отношение к действующему президенту, получит откровенный ответ. Ведь тот, к кому обращаются с подобными «провокационными вопросами», скорее заподозрит в незнакомце местного опера, чем действительно поверит, что проводится социологическое исследование.
В-четвёртых, даже с поправкой на запуганность и зашоренность населения, опросы свидетельствует об обозначившемся тренде снижения популярности Путина. Можно говорить уверенно, что падение продолжится. Во всяком случае, не видно ни объективных, ни субъективных предпосылок, которые могли бы изменить тенденцию. Набирать обороты негативный для Путина процесс будет и за счёт усиления разочарования той части населения, которая голосовала за него в надежде, что, вернувшись в Кремль, он моментально изменит их жизнь к лучшему. Это была чистой воды иллюзия, но до «голосовавших сердцем» уже скоро начнёт доходить понимание несбыточности ожиданий и автоматически станет нарастать раздражение к тому, кому верили 13 лет. А на горизонте — полная «безнадёга». Исторических примеров моментальной трансформации обожания политика массами в свою диаметральную противоположность — ненависть — нет числа.
В-пятых, за 13 лет от означенной персоны накопилась жуткая усталость. А людей, имеющих в голове больше одной извилины, ещё и досада мучает, что долларовый фонтан нулевых безвозвратно «профукан» этим гражданином на олимпиады, чемпионаты, атэсы, обогащение дружков и чиновной обслуги.
Не безнадёжно «дремотно» и общество. Во всяком случае, в столице, чему подтверждением стотысячное людское море на улицах Москвы в 2011-2012 годах. Выходившие тогда на Болотную площадь и Сахарова никуда не делись, и отношение их к Путину ничуть не изменилось, а стало после арестов 6 мая и бесчеловечной «двушечки» для молодых матерей из Рussy Riot более нетерпимым. Что думают о нём на необъятных просторах родины от Калининграда до Владивостока, можно каждый день узнать из комментариев на сайте «Путин должен уйти». Не боясь впасть в серьёзную ошибку, следует полагать, что только на московских и окрестных кухнях сегодня попивают чаёк не меньше миллиона, которых с души воротит при одном упоминании имени кремлёвского сидельца. Был бы сегодня у несистемной оппозиции бесспорный лидер, этот миллион стоял бы уже на улице. Но факт отсутствия такого не означает, что за пассионариями не выйдут завтра. Постоянный же миллион на улицах Москвы с внятным лозунгом отставки в течение короткого времени вынудит верхушку к манёвру и сдаче «благодетеля». Сдадут, не дожидаясь, когда жареный петух клюнет. В 1917 году 300-летний дом Романовых слили, а нынешнего-то без роду, без племени… ещё и свои грехи на него попытаются списать.
Не стоит переоценивать и репрессивные возможности: равнодушие общества к политическим преследованием тем выше, чем успешнее авторитарный режим в экономической области, но «съезд победителей» не маячит на горизонте.
Путин и присные сами добьются (и своими неумными действиями, и тупым бездействием) в ближайшие год-полтора, что «миллион» захочет-таки дружно прогуляться по московским улицам. И ему, «миллиону», кроме всего прочего интересно будет услышать, а что же всё-таки после Путина и есть ли свет в конце туннеля. Кто такого рода интерес удовлетворит, тому и требования к «сливающим» режим формулировать поручат.
Политик, сколько-нибудь чувствующий ущербность и историческую бессмысленность нынешнего режима и борющийся за власть, никогда не согласится с вероятностной оценкой экспертов, допускающих, что во главе с Путиным существовать придётся не только до 2024 года, но даже до 2018-го. Страна такого издевательства над собой определенно не выдержит. Значит, включив мозги, необходимо будет прошибить стену апатии и равнодушия к общей судьбе.

Илья Мильштейн


Ненависть, как и любовь, трудно имитировать.

Это особого рода страсть, которую писатель-классик назвал чувством "омолаживающим". Особого рода личная неприязнь к потерпевшему – такая неприязнь, что кушать не можешь. Особого рода зрение, когда разглядываешь объект – и прямо помираешь от желания объясниться. Объяснение в ненависти, как и объяснение в любви, требует сильного душевного подъема.

Общественные страсти неотличимы от персональных.

Только все гораздо крупнее: толпа на площади и власть во дворце, который, к примеру, может называться Зимним. Казаки с нагайками и пролетариат со своим булыжником. Танки на улицах и народ, голыми руками останавливающий железяку с хоботом. А потом вождь, окруженный восставшими соотечественниками и корреспондентами иностранных агентств, утверждается на поверженном танке и громовым голосом объявляет: кончилось ваше время, коммуняки!

Это еще называется драйв. Революционная ярость, в разные эпохи захватывающая и озверевшую матросню, и тихую до поры интеллигенцию. Важно только, как завещал другого рода классик, чтобы верхи не могли, а низы не хотели. Иными словами, чтобы обстоятельства времени пробуждали в народе соответствующие настроения. Чтобы сама эпоха отличалась пассионарностью.

Десятые годы ХХI века в России в отношениях власти с народом порождают совсем другие чувства. Взаимное отчуждение. Взаимное недоверие. Взаимный страх. Солидарные скверные предчувствия, выраженные в песне "Когда закончится нефть", а также в некоторых газетных колонках и экономических обзорах. Что же касается ненависти, то это острое чувство проявляется лишь эпизодически, когда гарант конституции, сорвавшись, вдруг заговаривает про бандерлогов, а потом ясным майским днем власть избивает народ и в течение года выборочно хватает и отдает под суд невиновных. Это вызывает ответную вражду, но липкого страха и отвращения в ней больше, чем прямой революционной ненависти.

Личную неприязнь к посадившему испытываешь, но кушать можешь и даже хочешь. И дело тут не только в том, что креативным москвичам, вышедшим год спустя на свою Болотную, не хватает пролетарского классового чутья. И не в том даже, что собирательному спящему Уралвагонзаводу нечего терять кроме своих цепей и топ-менеджеров, а тебе есть что терять. Дело главным образом в том, что революция немыслима без молодого беспамятства и забвения исторического опыта, а в стране, пережившей за двадцать с небольшим лет два путча и две полноценных гражданских войны, слишком жива память об этих путчах и этих бойнях.

Собственно, так называемая путинская эпоха есть порождение двух московских и двух чеченских войн. И держится она не столько на штыках и гэбешных провокациях, сколько на усталости людей, едва вдохнувших этой зыбкой, с терактами и заграничным походом мирной жизни. На той же халявной нефти и надолго вбитом в головы убеждении, будто демократия – это хронические невыплаты денег, танки на площадях и войны на окраинах, а стареющий чекист в Кремле с душой чекиста и мозгами чекиста – это воплощение стабильности.

Оттого демократические лидеры из бывших обречены годами выслушивать мантры про ограбленный народ – при том, что тот же народ скорбно соглашается с несогласными, когда ему указывают на масштабы нынешнего воровства. Оттого политики нового поколения, произносящие яростные речи с импровизированных трибун, выглядят полководцами без армии. Если не вызывают чувство неловкости. Оттого и революция, способная даже в депрессивном состоянии вывести на площадь десятки тысяч людей, страшится сама себя и не знает, куда ей идти. Идти и вправду пока некуда.

Таковы митинги протеста в эпоху стагнации, в ситуации безвыходности, весьма похожей на ту, что люди постарше наблюдали в застойные брежневские годы. Тогда ведь тоже протестные выступления порождали лишь страдальцев, в защиту которых демонстрировали или писали письма наверх новые диссиденты, пополнявшие в свою очередь ряды политзеков. И тосты за успех нашего безнадежного дела звучали все глуше и отчаянней.

Впрочем, имеется и разница, которая представляется весьма существенной. Советская власть казалась куда более непрошибаемой, чем путинский режим, а сгинула в одночасье, как и непрошибаемая царская власть. Нынешнее политическое устройство счастливо соединяет в себе обе субстанции: деградацию зрелого социализма – с хоругвями, коммунистический гимн с двуглавым орлом, героев труда с казаками, и это удвоение маразма внушает неожиданно оптимистические мысли. Насчет того, что, может, вообще обойдется – без омолаживающего чувства ненависти, кровавых разборок и концлагерей, а система сама сдуется под гнетом собственных, как бы сказать, несовершенств. При деятельной помощи несогласных с Болотной, чья историческая роль сводится к тому, чтобы сдерживать отчаяние и революционные порывы, ограничиваясь обычным бытовым презрением.

Любимица Путинской власти и любовница Сердюкова госпожа Васильева











Сергей Машкин


Деньги "Оборонсервиса" тратились на приближенных Евгении Васильевой, их друзей, подруг и помощников

Как стало известно "Ъ", фигуранту громкого уголовного дела "Оборонсервиса" о масштабных хищениях имущества Минобороны, экс-начальнику ОАО ОМС Максиму Закутайло вскоре будет предъявлено новое обвинение — в растрате (ст. 160 УК РФ). Получив должность в Москве, господин Закутайло, как полагает следствие, настоял на переезде из Санкт-Петербурга своей подруги Анастасии и целый год выплачивал ей деньги из средств Минобороны. Следствие не исключает, что другие участники хищений тоже могли содержать своих друзей и помощников за армейский счет.

По данным участников расследования, Максим Закутайло попал в военно-хозяйственную систему благодаря протекции своей гражданской жены, бывшего руководителя центра правовой поддержки "Эксперт" Екатерины Сметановой, обвиняемой в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в рамках дела "Оборонсервиса". Она отрекомендовала мужа своей подруге, обвиняемой по той же статье УК Евгении Васильевой, занимавшей должность начальника департамента имущественных отношений (ДИО) Минобороны и полностью контролировавшей в системе подбор руководящих "коммерческих" кадров.

Как рассказал "Ъ" один из свидетелей по делу, при устройстве на работу молодой юрист из Санкт-Петербурга Закутайло блестяще прошел собеседование у Госпожи — так подчиненные называли Евгению Васильеву,— основанное на принципах нейролингвистического анализа. Соискатель, например, не имел карих глаз, лысины и бороды, что могло свидетельствовать о его природной лживости, пришел на беседу в черном костюме и белой рубашке, подчеркивая, таким образом, уважительное отношение к работодателю, а свое резюме уместил на половине странички, давая понять, что ценит время Госпожи.

Произведя, таким образом, достойное впечатление на близкого к тогдашнему министру обороны Анатолию Сердюкову начальника ДИО, господин Закутайло поступил на работу в ОАО "Оборонсервис", ведающее всеми непрофильными активами Минобороны, и сделал на хозяйственном поприще блестящую карьеру. Юрист с 2010 года возглавлял крупные минобороновские акционерные общества — "Спецремонт", "Управление торговли командования воздушно-космической обороны", "101-й Центральный авторемонтный завод" и, наконец, "Окружной материальный склад Московского округа ВВС и ПВО" (ОМС).

Последняя должность и стоила ему свободы. По данным следствия, гендиректор ОАО ОМС за бесценок продал коммерсантам находящийся в его хозяйственном управлении коттеджный поселок Минобороны Пересыпь на берегу Азовского моря, оборудованный собственными пирсами для яхт и вертолетной площадкой. Объект, в который оборонное ведомство вложило около 300 млн руб., ушел всего за 92 млн руб. как 3 га пустующей земли. Кроме того, около 5 млн руб. так называемого агентского вознаграждения гендиректор ОАО ОМС выплатил своей супруге Екатерине Сметановой за поиск покупателя и оформление сделки.

Однако обвинение господину Закутайло по двум эпизодам мошенничества, как выяснилось на днях, не будет окончательным. Изучая биографию фигуранта дела, сотрудники главного военного следственного управления (ГВСУ) СКР установили, что, перебравшись в Москву в 2010 году, Максим Закутайло привез вместе с собой свою питерскую подругу. По данным следствия, она была фиктивно устроена на должность помощника господина Закутайло и за не полностью проведенный в столице год получила по его распоряжениям из кассы фактически принадлежавших Минобороны обществ порядка 300 тыс. руб. Эти действия господина Закутайло ГВСУ СКР квалифицировало по ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата).

Отметим, что в ожидании результатов многочисленных финансовых и бухгалтерских экспертиз, которые дадут оценку профессиональной деятельности обвиняемых по делу "Оборонсервиса", ГВСУ СКР взялось за изучение их личных доходов и расходов. Так, например, было установлено, что риэлтор Сметанова, формально независимая от Минобороны и оформлявшая совершенные с военной недвижимостью сделки за пятипроцентное агентское вознаграждение, получала еще и зарплату в ОАО "Главное управление обустройства войск" (ГУОВ), структурно входившем в минобороновское ОАО "Оборонсервис". На ставках в ГУОВ были и многие сотрудники ООО "Центр правовой поддержки "Эксперт"" и ООО "Мира", которыми руководила госпожа Сметанова.

Появились у следствия дополнительные вопросы и к экс-начальнику ДИО Евгении Васильевой, которую обслуживал целый штат прислуги из поваров, горничных, охранников, водителей и проч. Ранее предполагалось, что все они получали зарплату наличными, которые добывала для участников военно-хозяйственной группировки коммерсант Ирина Егорова, арестованная в прошлом месяце (см. "Ъ" за 15 апреля). Теперь ГВСУ СКР проверяет данные о том, что часть обслуги была фиктивно трудоустроена в структурах "Оборонсервиса". Таким образом, не исключено, что растрату инкриминируют и другим фигурантам громкого дела.

Тупиковая ветвь революции
Протестное движение не было обречено изначально, и страна упустила колоссальный шанс подняться на первую ступеньку развития гражданского общества. Революционной ситуации, когда верхи не могут, а низы не хотят, не было. Но был невероятный подъём, умело подавленный руками оппозиционных «лидеров».

Читать дальше...

Юлия Смирнова("Die Welt", Германия)


Государственная власть безжалостно действует против активных граждан, которые год назад приняли участие в демонстрации против существующего режима

Таких молодых людей, как Леонид Ковязин, в России называют «ботаниками». Худощавый, немного покатые плечи, смущенный взгляд. Он все время нервно поправляет очки. Он стоит внутри металлической клетки в помещении одного из московских судов. Ковязина доставили сюда из его родного города Кирова. Судья спрашивает его, зачем он во время митинга, проходившего 6-го мая, опрокидывал биотуалеты. «Полиция напала на людей, и мы хотели их защитить», - отвечает он.

Это судебное заседание состоялось в сентябре прошлого года, и суд решил оставить студента из Кирова под стражей в изоляторе предварительного заключения. За решеткой он отметил свой 26-й день рождения, а в марте женился на своей подруге Евгении Тарасовой. Церемония бракосочетания продолжалась семь минут, после чего молодоженам было предоставлено полчаса времени. Оба они иначе представляли свою свадьбу, а Ковязин вообще не собирался жениться, поскольку не хотел «испортить жизнь» своей знакомой. Он исходит из того, что следующие несколько лет он может провести в тюрьме. Его обвиняют в «участии в массовых беспорядках».

6-го мая 2012 года, в день третьей по счету инаугурации Владимира Путина в качестве российского президента, в Москве прошла демонстрация, во время которой ситуация накалилась до предела, что в итоге привело к актам насилия. Десятки человек, демонстранты и полицейские, получили ранения, сотни людей были задержаны. В последующие недели и месяцы проводились аресты оппозиционеров, а также обыски в их домах. Генеральная прокуратура хочет доказать, что «массовые беспорядки» на Болотной площади во время проводившегося там 6-го мая прошлого года митинга были спланированы за рубежом, и что соответствующее финансирование также поступило из-за границы. В настоящее время под прицелом российской юстиции находятся 28 человек. Многие из них - такие же простые участники демонстрации, как и Ковязин.

На самом деле 6-го мая прошлого года он должен был принять участие в репетиции любительского театра в Кирове, в котором он уже давно играет.

Однако еще больше он мечтал снимать документальное кино. Он готовил видеоматериалы для провинциальной газеты «Кировский наблюдатель». И 6-го мая он был послан в Москву как журналист для того, чтобы снять репортаж о митинге. Его камера фиксировала события на Болотной площади, и этот репортаж можно посмотреть в его блоге. Демонстранты приближаются к Болотной площади, скандируя слова «Путин – вор». Обстановка ожесточенная, но спокойная. Перед площадью, на которой уже возведена трибуна для выступающих, колонна демонстрантов останавливается. Путь ей преграждают полицейские. В полной экипировке они выстроились в четыре ряда, их черные шлемы сверкают на солнце. Пожилая дама обращается к полицейским: «Как вам не стыдно!» Демонстранты некоторое время ждут, а затем начинают усаживаться на асфальт.

Человек с лысиной достает гитару, и все начинают петь хором песню времен Второй мировой войны: «И, значит, нам нужна одна победа». Молодая женщина лежит на дороге и улыбается, а затем вдруг встает на ноги. «Они давят», - кричит кто-то. Настроение резко меняется. Демонстранты кричат: «Дайте нам пройти». Неожиданно в объективе камеры появляются молодые люди из первого ряда в масках.

Человек с длинными волосами что-то неясно говорит о штурме Кремля. Камера Ковязина начинает раскачиваться. Полицейские приближаются к толпе и кричат «Назад!» «Ребята, не бейте меня», - просит кто-то. Полицейские грубо бросают людей на землю. На асфальте что-то горит. Ковязин все время продолжает снимать своей камерой образовавшийся хаос. Полицейские оттаскивают мужчин и женщин.


Люди кричат: «Позор!» На лицах можно заметить панику. Полицейские размахивают дубинками. Демонстранты свистят и называют полицейских «фашистами». Женщина в белом кружевном кардигане истерически вращает головой и повторяет: «Так не должно быть». Собравшиеся на площади кричат «Свобода» и «Мы остаемся». Кто-то устанавливает палатку. В кадр попадает мужчина с окровавленным лицом. Полицейский шлем плавает в воде. Вскоре после этого камера выключается.

В этот момент что-то происходит в голове у самого Ковязина. В образовавшейся панике он - уже не безучастный наблюдатель. Еще на одном видео показано, как он вместе с другими участниками акции толкает опрокинутые туалетные кабины, и делается это для того, чтобы преградить путь полицейским. После митинга его задерживают за нарушение общественного порядка. Затем его освобождают. А в сентябре в его доме, расположенном в одной из деревень под Кировом, проводится обыск, а его самого арестовывают и направляют в Москву. Зачем он начал переворачивать туалетные кабины? Он хотел устроить революцию? «Он - никакой не революционер. Он хотел помочь людям», - говорит его жена Евгения Тарасова. Ковязин на самом деле не является членом какой-либо политической организации, и у него нет иллюзий относительно возможности смены власти в России в ближайшее годы. То, что он сделал 6-го мая, является следствием паники, утверждает его адвокат.


Десятки людей обвиняются в участии в беспорядках, в призывах к массовым беспорядкам и в применении насилия в отношении полицейских. У обвиняемых - различные биографии. Среди них, например, 57-летняя пенсионерка Елена Кохтарева. На одном из видео можно рассмотреть, как она бросает в полицейских пустые пластиковые бутылки. 19-летняя анархистка Александра Духанина якобы бросила в полицейских камень. Она находится под домашним арестом, тогда как Кохтарева не имеет права покидать Москву. Большинство обвиняемых мужского пола находятся в тюрьме уже около года. Среди них много активистов левого движения, студентов, есть также ученый-физик и заместитель директора одного издательства. Некоторых из них обвиняют в том, что они бросали в полицейских куски асфальта, а другим вменяется в вину нанесение ударов полицейским. Владимир Акименков из организации Левый фронт болен, и в условиях изолятора предварительного заключения у него портится зрение. Михаил Косенко содержится в психиатрическом отделении тюремной больницы.

Что же произошло 6-го мая 2012 года на Болотной площади? На 7-е мая было запланировано приведение к присяге Владимира Путина в качестве российского президента на шестилетний срок. После протестной зимы полиция опасалась распространения духа оранжевой революции, как это произошло на Украине, когда оппозиционеры на площади Майдан установили палатки и заставили Януковича провести новые выборы. Часть российской оппозиции, которая в России расколота и представляет собой широкий спектр от левых до националистов, была разочарована и потребовала проявления большей смелости. Некоторые активисты хотели разбить в Москве палаточный лагерь, тогда как другие призывали к тому, чтобы 6-го мая провести акцию не на Болотной, а на Театральной площади, и оставаться там как можно дольше, до инаугурации Путина. 6-го мая полиция в любом случае была намерена не дать демонстрантам возможности перейти через мост и направиться к Кремлю. Мост был заблокирован автомобилями для уборки улиц, а полицейские выстроились там в несколько рядов. Все это привело к тому, что проход людей на Болотную площадь был ограничен.

Ситуация стала еще сложней, когда руководители оппозиции начали сидячую забастовку, а некоторые участники демонстрации попытались прорвать полицейский заслон. Однако образовавшийся хаос, судя по всему, не был заранее спланирован ни представителями оппозиции, ни полицией. Генеральная прокуратура обвиняет оппозицию в планировании массовых беспорядков. Тогда как оппозиция говорит о настроенных на применение насилия провокаторах и требует расследовать действия полицейских во время проведения митинга.

Этот случай приобрел в октябре совершенно иное звучание. Близкий к государству телеканал НТВ показал фильм под названием «Анатомия протеста».

Там было использовано видео, которое якобы было снято скрытой камерой летом в белорусской столице Минске. В этом видео фигурируют российский левый политик Сергей Удальцов, грузинский депутат Гиви Таргамадзе, а также два активиста левого движения – Леонид Развозжаев и Константин Лебедев.

Качество записи очень плохое, и поэтому в фильме были использованы субтитры. В нем утверждается, что Таргамадзе финансировал российскую оппозицию. Якобы собравшиеся там люди планировали организацию беспорядков по всей стране, а также захват власти в Калининграде (Кенигсберг) и во Владивостоке. После показа этого фильма российский Следственный комитет возбудил уголовные дела против всех его фигурантов. Хотя использованное видео было сделано в июне, этот случай следственные органы связали с якобы имевшими место массовыми беспорядками 6-го мая. Через некоторое время начались обыски в домах региональных активистов Левого фронта, возглавляемого Удальцовым.


Сам Удальцов, находящийся в настоящее время под домашним арестом, называет это видео фальшивкой. Развозжаев попытался получить убежище на Украине, однако был возвращен в Россию. Он сначала дал признательные показания, однако позднее от них отказался и заявил, что они были сделаны под пытками. Против него было возбуждено второе уголовное дело, и он был отправлен в Сибирь. Адвокаты Развозжаева говорят о том, что на него оказывается сильное давление.

Лебедев, в отличие от Развозжаева, поддерживает версию обвинения. Он заявил, что действительно получил деньги из Грузии и вместе с другими фигурантами дела планировал организацию массовых беспорядков, а также проведение «тренировочных лагерей». Якобы поэтому он рассчитывал на более мягкий приговор – в итоге он получил четыре с половиной года тюрьмы. Оппозиция была шокирована его признанием. Его бывшие коллеги вспоминают о том, что Лебедев начал свою карьеру в близком к Кремлю молодежном движении. Они также задают вопрос о том, не сотрудничал ли он с самого начала со спецслужбами?

Верные Кремлю телеканалы весь год подробно сообщали о новых арестах и обысках. Официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин почти каждый день появлялся в новостях.

Такие понятия, как «массовые беспорядки» и «зарубежное финансирование», оказывали воздействие на сознание телезрителей. Это дело было разделено на несколько процессов, и большинство из них должны начаться летом. Вместе с процессом против блогера Алексея Навального их можно считать ударом, наносимым по противникам Путина. Параллельно с расследованием средства массовой информации проводят свою кампанию по дискредитации оппозиции.

То политическое значение, которое приобрело это дело, значительно осложняет положение обвиняемых участников демонстрации, в том числе и студента Ковязина из города Кирова. Вместо банального нанесения имущественного ущерба он теперь обвиняется в участие в беспорядках, цель которых состояла в организации революции и захвате власти. Государство намерено создать из дела о беспорядках 6-го мая прецедент, и поэтому приговоры могут оказаться весьма суровыми.

В изоляторе предварительного заключения Ковязин остается верным своему увлечению и продолжает документировать происходящие события. Он описывает обыденную жизнь, а также своих сокамерников. В своем дневнике он пишет: «Камера размером восемь метров на три метра. Стены выкрашены в светло-зеленый цвет, освещение тусклое. Окна мутные. Кровати, естественно, металлические, и через три дня решетки через матрас начинают колоть спину. Но потом к этому привыкаешь». Именно в такой камере он может провести следующие несколько лет своей жизни.

NewTimes.ru /newtimes.ru/b/h.gif" target="_blank">http://newtimes.ru/b/h.gif) no-repeat; height: 0.25em; margin: 1.2em 0"> "Узники Болотной" — специальный репортаж The New Times с митинга 6 мая Полный текст

ВЛАДИМИР ВОЛКОВ



Владимир Путин и Синдзе Абэ договорились активизировать работу по заключению российско-японского мирного договора. В то, что сторонам на этот раз удастся найти компромиссное решение застарелому спору, верится по-прежнему с трудом. Тем не менее, именно сегодня у России есть уникальный шанс вовлечь Японию в проект развития Дальнего Востока, не прибегая к раздаче своих территорий.
В 2005 году мне довелось присутствовать на дискуссии в Московском центре Карнеги (МЦК), посвященной перспективам развития российско-японских отношений. Тема эта возникла неслучайно: на осень того же года было запланировано большое азиатское турне президента Путина, одним из главных пунктов в котором значился Токио.
Накануне визита, от которого, уж не знаю, почему, ожидали чего-то вроде прорыва, в профессиональном сообществе развернулась бурная дискуссия о возможных путях решения старого конфликта. Мнение, высказанное на этот счет одним из ведущих экспертов МЦК Дмитрием Трениным, не скрою, тогда меня несколько шокировало.
Решить проблему он предложил путем уступки Японии всех четырех островов Южно-Курильской гряды – единовременно или по формуле «два плюс два». Стратегические выгоды от подписания мирного договора, убеждал эксперт, перевесили бы для России потерю незначительной части своей территории. В обмен она получила бы стратегического партнера, необходимого для развития дальневосточного региона, нарастающий упадок которого превратился во вполне осязаемую угрозу целостности страны.
Собственных ресурсов для полноценного решения этой задачи у России явно недоставало – нефть по сто долларов за бочку была еще только впереди. Поэтому нельзя исключить, что соблазн последовать подобным рекомендациям у правительства в тот момент все же был. Так или иначе, семь лет назад «чуда» не произошло – встреча Путина с тогдашним японским премьером Дзюнъитиро Коидзуми закончилась ничем. Публичная дискуссия по этому вопросу оказалась заморожена. И вот в начале этого года возьми да и случись новая оттепель.
В известной степени тон новому обсуждению вновь задал Дмитрий Тренин. В опубликованной в январе новой работе «Тихоокеанское будущее России. Урегулирование спора вокруг Южных Курил», написанной в соавторстве с Ювалом Вебером, директор МЦР отстаивает старый тезис: России следует пойти на компромисс, передав Японии Шикотан и Хабомаи в обмен на обязательство Токио «поддерживать экономическую деятельность на островах и в России».
Эти острова составляют лишь 7% территории, на которую претендует Япония, и к тому же Москва уже согласилась их вернуть в соответствии с совместной Декларацией 1956 года, поясняют авторы. В конечном же счете, полагают они, все четыре острова Курильской гряды должны стать частью Японии – Итуруп и Кунашир, где предлагается организовать совместную экономическую зону, следует передать под юрисдикцию Токио через 50 лет.
В результате в лице Японии Россия может получить на Тихом океане мощного стратегического партнера – «вторую Германию» со всеми вытекающими экономическими и политическими плюсами. При этом Южным Курилам (сиречь, Северным территориям) будет уготована роль «второго Гонконга», тогда как Владивосток сможет превратиться в российский Шанхай.
Перспективы, что и говорить, завораживают. В Кремле, вероятно, о них тоже наслышаны. Более того, кажется, готовы смягчить свою переговорную позицию по территориальной проблеме.
О возможности некоего компромиссного решения еще год назад на встрече с иностранными журналистами говорил сам Путин.
А в начале этой недели в Москву впервые за 10 лет приехал японский премьер-министр Синзде Абэ. Одним из главных результатов этих переговоров стала договоренность ускорить работу, направленную на скорейшее подписание мирного договора.
На какие именно уступки готовы пойти в Кремле в обмен на нормализацию отношений с Японией, пока неизвестно. Выскажу личное пожелание, что до сдачи своей территории на этот раз дело все-таки не дойдет.
Во всяком случае, именно сейчас возможности России настаивать на своем видении этой проблемы сильны, как никогда. Экономическое положение страны сегодня, объективно, не идет ни в какое сравнение с тем же 2005 годом. Это означает, что у России есть собственные финансовые резервы для того, чтобы вкладывать в развитие дальневосточного региона – соответствующие планы, как известно, сейчас активно обсуждаются. Это в свою очередь будет стимулировать приход в регион частных, в том числе иностранных инвестиций – и не обязательно японских.
В свою очередь Токио сегодня больше, чем когда-либо прежде заинтересован в развитии отношений с Москвой – и прежде всего в сфере экономики. В частности, не секрет, что Япония хотела бы увеличить закупки российского сжиженного газа. Актуальность этих поставок резко возросла после Фукусимы, но договориться с Газпромом пока не удается – как всегда, вопрос упирается в цену.
Не меньше японцы заинтересованы и в расширении сбыта своих товаров и полноценном участии в потенциально сверхприбыльных проектах по развитию Сибири и Дальнего Востока. Не в последнюю очередь к этому японцев толкает кризис, сильно ударивший по японским экспортерам. А о том, что интерес к участию в подобных проектах у японского бизнеса есть, и он велик, свидетельствует количество прибывших вместе с Абэ в Москву руководителей местных компаний – более полутора сотен. Не стоит забывать и о том, что Япония не без оснований опасается конкуренции за ресурсы и рынок дальневосточного региона со стороны Китая, отношения с которым у Токио в последнее время особенно обострены.
Иными словами, в пользу России сегодня сложился уникальный набор факторов, которые дают ей возможность, играя на многочисленных интересах разных сторон, наращивать экономическое сотрудничество с восточным соседом без территориальных уступок. Не воспользоваться этим «окном возможностей», которое, очевидно, не будет открыто вечно, было бы действительно большой ошибкой, граничащей с преступлением. Не говоря уже о том, что сдача Курильских островов большинством в России была бы воспринята как очередное сокрушительное геополитическое поражение страны. Унизительное вдвойне, учитывая, что потерпеть его пришлось бы от «Германии», пусть даже и «второй».

Дженни Курпен, Алексей Девяткин, Михаил Маглов, Филипп Гальцов и другие политэмигранты


Мы, граждане России, вынужденные покинуть родину в связи с событиями на этой площади год назад, событиями, которые сегодня мы можем без преувеличения считать трагическими не только для узников Болотной и для себя, но и для всей страны, для всех ее граждан. За прошедший год мы стали свидетелями того, как государство окончательно сформулировало свою позицию и всеми действиями подчеркнуло, что его граждане – его главный враг. Граждане России, осознающие свои права и главное из них – право на свободу мыслить и иметь свое мнение, те, кто боролся за соблюдение основных принципов демократии, объявлены преступниками и находятся в заключении.

6 мая 2012 года навсегда поделило нашу жизнь на «до» и «после», навсегда изменило нас. 27 человек стали фигурантами «Болотного дела», 18 содержатся под стражей по выдуманному обвинению, часть под подпиской о невыезде, другие объявлены в розыск, не менее двадцати человек покинули Россию, чтобы избежать преследования за несовершенные преступления. Активист партии «Другая Россия» Александр Долматов трагически погиб в Нидерландах, так и не получив статуса политического беженца, так и не вернув себе право на свободу.

Уже год мы убеждены в том, что 6 мая 2012 года на Болотной площади в Москве не было события, которому следствие дало квалификацию «массовые беспорядки». Все, чему мы стали свидетелями в дальнейшем, только укрепило нас в этой уверенности. Год назад люди, пришедшие на площадь, планировали поучаствовать в мирной протестной акции, они были одеты в обычную городскую одежду и обувь, не приспособленную для уличных боев, они пришли с детьми, среди них были пожилые люди, и у них не было планов устраивать драку с полицией.

Именно государство разделило, а затем столкнуло своих граждан между собой на этой площади, именно оно повинно в разожженной тогда ненависти и насилии, именно оно напало с помощью людей в форме на мирных горожан, и именно оно объявило одних преступниками, а других героями.

Главное, что мы хотели бы сказать, обращаясь к вам, не побоявшимся прийти сюда вновь: оставайтесь людьми, будьте сильными, помните товарищей, невинно арестованных и осужденных, будьте верными себе, своим идеалам и друг другу. Россия будет свободной!

Оливер Буллоу (Oliver Bullough)- автор книги «The Last Man in Russia: The Struggle to Save a Dying Nation» (Последний человек в России: Борьба за спасение умирающей нации).
("The Wall Street Journal", США)


Путин упускает свой шанс побороть любовь русских к алкоголю и остановить катастрофическую убыль населения

Владимир Путин начал второй год своего третьего президентского срока, и скорее всего, он будет властвовать в стране все нынешнее десятилетие – как он властвовал в России все прошлое десятилетие. В этом он похож на кремлевских долгожителей Иосифа Сталина и Леонида Брежнева. Нравится нам Путин или вызывает у нас отвращение, но этот человек стал олицетворением целой эпохи.

Пройдут века, и в учебниках по российской истории никто и не вспомнит про нарушения прав человека и про построенные нефтепроводы. Путина будут вспоминать только по одному-единственному поводу – как человека, упустившего шанс спасти свою нацию от медленного упадка и умирания.

Организация Объединенных Наций прогнозирует, что к 2050 году в России будет проживать 116 миллионов человек, или на 30 миллионов меньше по сравнению с 2000 годом, когда Путина избрали президентом. Такая убыль равна всей численности населения Канады.

Винить Путина в этой проблеме нельзя, поскольку началась она еще тогда, когда он учился в ленинградской школе. Продолжительность жизни россиян в середине 1960-х годов начала снижаться, а количество рождавшихся в то время детей стало ниже уровня возмещения населения. Эпоха спутника и Юрия Гагарина, когда Кремль был уверен в себе и вел себя напористо и агрессивно, также стала тем временем, когда фундамент страны начала подтачивать эпидемия алкоголизма.

В период с 1940 по 1980 год производство алкогольных напитков в России утроилось. Согласно некоторым оценкам, в поздний советский период примерно треть рабочих отсутствовала на рабочем месте по причине пьянства. И лишь в 1985 году государство начало что-то делать для наведения порядка.


В этом году к власти пришел Михаил Горбачев. Он закрыл 90% московских вино-водочных магазинов, начал закрывать ликеро-водочные заводы и вырубать виноградники. За три года продолжительность жизни восстановила утраченные позиции, а в 1986 году показатели рождаемости сравнялись с 1962 годом. Годом позже рождаемость выросла еще больше. Согласно последним данным, благодаря кампании Горбачева количество смертей сократилось на 400000 в год.

Но эти его решения больше всего разозлили простых россиян, которые воспользовались появившейся у них свободой слова и начали осуждать его, стоя в очередях за водкой. Горбачева осыпают бранью по сей день. К 1991 году политика борьбы с пьянством почила в бозе, затем распался Советский Союз, и показатели рождаемости резко упали. За последние 16 лет коммунизма родилось 36 миллионов россиян, а умерло 24,6 миллиона. За первые 16 лет капитализма все стало наоборот: родилось 22,3 миллиона, умерло 34,7 миллиона.

Эта демографическая катастрофа имеет далеко идущие последствия. Внезапно стало не хватать солдат для армии. А что касается государственных финансов, то хотя русские умирают молодыми, средний возрастной показатель населения все равно увеличивается. Это значит, что усиливающееся бремя оплаты пенсий всей своей тяжестью ляжет на плечи работающего населения.


Все это было известно Путину, когда он пришел в Кремль. И ситуация с тех пор немного улучшилась. Благодаря выплатам для родителей и временному увеличению числа россиян в репродуктивном возрасте общее количество детей, рождающихся ежегодно, в его первое десятилетие увеличилось на 50%. В прошлом году россиян родилось примерно столько же, сколько умерло.

Однако у Путина была уникальная возможность спасти россиян благодаря скачку рождаемости, который вызвала антиалкогольная кампания Горбачева. Те дети при Путине стали взрослыми, и теперь они сами производят на свет потомство. И их так много, что если создать условия для второго беби-бума, то численность населения в России начнет расти. Но сейчас эта возможность почти упущена. Родившимся в 1985 году россиянам в текущем году исполняется 28 лет, а русские женщины редко рожают детей после 30. Беби-бум закончился в 1989 году, и когда это поколение продвинется вперед по возрасту, следующее поколение будет очень малочисленным. И этого сократившегося поколения 1990-х ни в коем случае не хватит для восполнения численности российского населения.

Все демографы знали о приходе этой волны молодых россиян. Путину надо было приготовиться к этой волне, оседлать ее и создать молодому поколению самые благоприятные возможности и стимулы – бесплатный уход за детьми, образование, здравоохранение, то есть все, что только можно себе представить. Иными словами, обеспечить возможности для репродукции.


Вместо этого, отчаянно нуждаясь в голосах после прошлогодних протестов, президент пообещал поднять зарплаты работникам государственной сферы и расходы на оборону, исключив при этом всякую возможность увеличения пенсионного возраста. Эти обещания стоят денег, которые можно было потратить на детей. А денег нет, поскольку российский бюджет балансирует на грани дефицита. По данным Росстата, в прошлом году в России было почти 24 миллиона человек в возрасте от 20 до 30 лет. А через десять лет их будет всего 14 миллионов, то есть, на 40% меньше.

Во время апрельской телеконференции Путин похвастался улучшением показателей по численности населения, поставив это в заслугу своей политике. «В целом демографическая ситуация движется в положительном направлении», - заявил президент. Но он подвел российский народ. В данный момент никакой политикой, никакими мерами нельзя заткнуть дыру, которая появится внезапно из-за дефицита родителей. Именно с такой проблемой Россия столкнется в будущем. А тех «рекордных показателей рождаемости», о которых Путин говорил во время телеконференции, в любом случае недостаточно для восстановления естественной убыли населения.

В дополнение к существующим проблемам и беспокойствам в 2012 году до 69,7 уменьшилась продолжительность жизни россиян. Это было первое снижение за десятилетие, и оно погасило надежду на то, что продолжительность жизни среднестатистического россиянина превысит показатели горбачевской эпохи и впервые станет больше 70 лет. Среднестатистический американец умирает в возрасте 78 лет, британец - в возрасте 80 лет, а японец - в возрасте 83 лет.

У русских было много врагов, с которыми им приходилось сражаться – от Наполеона до Гитлера. И мужчины, участвовавшие в этих сражениях, заслужили почетное место в учебниках истории. Но Путина будут вспоминать как человека, который не сумел защитить русских от самого страшного врага: от их любви к водке.

Ирина АНДРИАНОВА


Всесильный Росреестр распоряжается землей по своему усмотрению и сам себя проверяет

Куда бы вы ни пожаловались на земельное нарушение (самозахват участка, огораживание берега, незаконное изменение категории и вида использования земли) — все ваши жалобы будут переадресованы в одно и то же место. Прокуратура, Комитет по госконтролю природопользования, даже местная администрация скорее всего перенаправят любой ваш запрос в Территориальное управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра). Где он и будет похоронен.

Естественная монополия
Росреестр — удивительный орган. Он обладает монополией в части права контроля над земельными нарушениями (даже прокуратура обязана направлять ему для проведения проверки информацию о нарушениях, и лишь по результатам проверки может принять решение о мерах реагирования), и при этом сам решает, реагировать ему на тот или иной запрос, проводить проверку или нет. Это закрытая структура, которая сама контролирует собственную деятельность (ведь регистрирует земельные участки тот же Росреестр!). Неудивительно, что сплошь и рядом имеют место вопиющие земельные нарушения, а протесты рассыпаются о стену молчания.
Лесные земли, оформленные как земли сельхозназначения с видом использования «под дачное строительство»; оформление двойной собственности на одни и те же участки (например, лесной фонд Российской Федерации, в котором вдруг оказываются частные дачи); оформление в собственность земель общего пользования, в том числе береговых полос водных объектов и муниципальных дорог; документарная регистрация земельного участка совершенно в другом месте (например, в 50 км от его фактического местоположения); регистрация участка задним числом, когда масса береговых участков по всей области вдруг оказывается переданной в собственность аж в 1993 году; липовые подписи мертвых душ на поддельных актах — все это Росреестр. Недавно в Подмосковье случился редкий скандал с участием Управления Росреестра Раменского района (редкий потому что обычно эта структура неподсудна): земельные инспекторы не только оформили в частную собственность берег по фиктивным документам, но еще и ухитрились прирезать к будущим дачам нуворишей чужие земельные участки, давно принадлежащие другим частным лицам. Видимо, в этом основная причина того, что дело дошло до суда: когда у людей отнимают общественный берег и лес, они обычно воевать не идут. А вот когда строители вдруг приходят на твой дачный участок и начинают деловито возводить через него забор — тут невольно дойдешь до крайних мер.

Ответственности не несем
Впрочем, случай в Раменском так и остался единственным в своем роде. За многочисленные факты земельного произвола в Ленобласти Росреестр пока что ни разу не ответил (исключением является, пожалуй, только история с дачной застройкой Левашовского полигона). Так, у «Новой» есть ответ прокуратуры, подтверждающий, что земельные участки на берегу Вуоксы напротив памятника истории — крепости Тиверск (Мельниковское МО, Приозерский район) были выделены на территории Лесного фонда. Однако прокуратура почему-то не поспешила привлечь к ответственности чиновников районного Росреестра. Далее, в Выборгском районе в 2010 г. суд (!) признал факт незаконной приватизации участка в пределах береговой полосы реки Рощинка. Перед приватизацией имело место незаконное формирование земельного участка берега и постановка его на кадастровый учет. Все это было сделано силами главного земельного инспектора Выборгского района А. В. Максимова. Однако даже после решения суда виновные не были наказаны. Берег вернули в муниципальную собственность, тогдашний глава Выборгского района Константин Патраев заявил, что имела место техническая ошибка. Жители Рощино направили обращение в прокуратуру с просьбой возбудить уголовные дела в связи с превышением служебных полномочий — в том числе против Максимова. Ответ был отрицательным: Выборгская прокуратура не усмотрела в действиях чиновников ничего криминального и предложила заявителям самим обращаться в Следственный комитет.

Все для вашего удобства
Махинации Росреестра обычно концентрируются в местах, где особенно высока стоимость земли. Где, соответственно, свободных участков почти не осталось и возможности легально построить элитную дачку почти нет. Именно там богатые застройщики обращают свои взоры на берега и леса. Именно там наблюдается высокий спрос на противозаконную лояльность земельных чиновников, который они с готовностью удовлетворяют. В безусловных лидерах здесь Выборгский район, особенно в той части, что граничит с Курортным. Там борьба идет уже чуть ли не за каждый дециметр элитной земли. Так, в начале 2000-х годов с карты поселка Рощино исчезла половина муниципальной улицы Островная — по соседству, кстати, с тем участком берега, что был возвращен через суд в 2010-м. А причина проста — крупный бизнесмен, акционер Выборгского ЦБК Анатолий Карагополов пожелал иметь там дачу. Разумеется, с собственным берегом. И конечно, весьма немаленькую, под стать своему положению. Одна беда, что свободных (и даже несвободных) участков в этом месте уже не было. Был, правда, очень маленький участок, но для солидного поместья этого бы точно не хватило. Но Карагополов легко вышел из положения. Купив этот маленький участок, он прирезал к нему кусок улицы Островной (неотчуждаемая по закону территория общего пользования) и береговой полосы реки Рощинка (также территория общего пользования, которая даже по тогдашнему законодательству не могла передаваться в собственность). Все это можно было бы списать на правовой хаос начала 90-х. Однако в начале 2000-х, когда стартовал единый земельный кадастр и появилась структура, позднее названная Росреестром, участок Карагополова был благополучно легализован! С береговой полосой и половиной улицы, несмотря на то что «дорога песчано-гравийная улица Островная», частично находящаяся ныне за забором дачи Карагополова, включена в реестр муниципального имущества (№3-355, длиной 480 м).

Мертвые души
По мере развития событий на улице Островной начали применяться совсем уж экзотические методики подтасовки документов — например, подписи «мертвых душ». В процессе документарного и фактического «поглощения» дачей Карагополова части муниципальной улицы требовалась подпись владелицы соседнего дома на акте согласования границ. В акте согласования стоит личная подпись хозяйки дома № 3 по улице Островной Агеевой В. А., невзирая на то обстоятельство, что она умерла за полгода до составления указанного акта.
В результате работ, проведенных землеустроителем Олегом Михеевым, участок Карагополова увеличился в два раза и, естественно, границы наложились на береговую полосу с одной стороны и улицу Островную — с другой, поглотив полностью и берег озера, и часть улицы. Один из участков, на которых стоит дача Карагаполова (всего их 6) был продан Анатолию Кимовичу неким Изотовым Д. Е., 1930 г. р., за 19 тысяч рублей. Причем сделал это пенсионер Изотов якобы спустя всего месяц после того, как сам получил и оформил в собственность свой участок 24.03.1999. Похожим способом Карагополов получил еще один соседний участок, принадлежащий некой Вершининой Н. Д., 1928 года рождения. Причем почерки различных подписантов на документах так поразительно схожи, как будто один и тот же человек подписывался и за Изотова, и за Вершинину, и за Карагополова, и за землеустроителя Михеева. Прирезая к имеющимся участкам все новые и новые, Карагополов в результате получил 6 земельных участков, свой личный берег и личную улицу. Что же осталось простым смертным? Куцый огрызок береговой полосы шириной в пять метров и 223 погонных метра Островной улицы без возможности разворота для пожарных машин и другой спецтехники. Кстати, пожарный надзор оштрафовал МО «Рощинское городское поселение» за отсутствие пожарного разворота и предписал установить таковой. Но где? Дорога и прилегающая территория стараниями тех же чиновников теперь находится в частной собственности. Вот и платят теперь муниципалы штрафы из бюджета за неисполнение пожарных предписаний.
Все документы, подтверждающие продажу, находятся в Выборгской прокуратуре. Только проведя экспертизу землеустроительной документации, можно признать незаконным межевание кадастрового инженера Олега Михеева. Но кто ее будет проводить? Все тот же Росреестр. Который и легализовал всю эту земельную вакханалию.

Участки без места
Еще одна популярная метода Росреестра — незаконное документарное оформление участка в другом месте (отличном от его реального местоположения). Так, по данным Публичной кадастровой карты, один из соседствующих с Карагополовым участков находится совсем не в Рощино, а в поселке Барышево (в 50 км к северу!). Любопытно, кто же в Барышево владеет участком, который по документам числится за соседом Карагополова? Скорее всего никто. Этот участок — просто точка с кадастровым номером, без установления границ. Видимо, ее просто наугад ткнули в карту, чтобы хоть куда-то пристроить один из участков, не умещающихся на земной поверхности. С подобной регистрацией участка в другом месте мы сталкивались уже не раз. «Новая» писала о незаконной застройке берега озера Молодежное в Приозерском районе; земельный участок, который, согласно ответу Комитета по госконтролю природопользования (со ссылкой на проверку Росреестра), был выделен в собственность, на Публичной кадастровой карте оказался на расстоянии в нескольких километров от места событий. И тоже, естественно, без установления границ. Однако градостроительный план на этот эфемерный участок муниципалы почему-то подписали и разрешение на строительство — выдали!

Как я вовремя успел
Но такая экзотика клиентам Росреестра требуется не всегда. В последнее время архипопулярной методикой продажи непродаваемых участков становится оформление их задним числом. Якобы тот или иной участок берега был продан еще в начале 90-х годов; а то, что хозяин «вспомнил» о нем лишь сейчас, объясняется лишь его невероятной забывчивостью. Напомним, что после 2006 года вступила в силу ч. 8 ст. 27 Земельного кодекса, согласно которой приватизация участков в пределах береговых полос запрещена. Но что делать, если ранее приватизированные береговые полосы уже закончились, а спрос нуворишей растет? Судя по новой волне застройки элитных береговых участков, которые еще вчера были свободными, в начале 1990-х был какой-то шквал приватизации берегов. Во всяком случае, у всех вновь объявившихся владельцев чудесным образом имеются документы о регистрации участков от 1992–93 гг. Причем, как можно заметить, этих покупателей в 90-е интересовали весьма отдаленные и на тот момент труднодоступные берега, хотя имелись свободные участки и гораздо ближе! Нынешние застройщики, вдруг «вспомнившие» о своих давнишних приобретениях, видимо, обладали даром предвидения и каким-то образом знали, что через 20 лет мимо их берега пройдет хорошая асфальтовая дорога либо к нему вплотную подступят границы поселения…
К такого рода махинациям можно отнести продажу берега озера Молодежное, расположенного вплотную к трассе А-129 на участке Приозерск — Кузнечное (в собственность была передана полоска суши между водой и дорогой шириной всего 20–35 м). Так вот, согласно Публичной кадастровой карте, участки с соответствующими кадастровыми номерами оформлены в собственность еще в 1992 году! Примерно тогда же, в 1993-м, были выданы документы на целых 27 (!) участков на берегу Вуоксы напротив крепости Тиверск (как упоминалось ранее, это еще и Лесной фонд). Об этом нам сообщил начальник земельного отдела МО «Мельниковское сельское поселение» А. А. Бахарев. Непонятно, как 27 собственников разом могли забыть о своих участках на целых 20 лет, а потом синхронно вспомнить. Но, учитывая частоту подобных «озарений» по Карельскому перешейку, надо полагать, нас ждет еще немало сеансов коллективного возвращения памяти. Целая серия таких возвращений случилась в последние годы в Токсове (Всеволожский район), где чудесным образом «нашлись» старые документы собственности на последние свободные земельные участки на берегах озер Вероярви и Чайное. Несмотря на явную липу и наличие возмущенных обращений граждан, Росреестр никаких мер не принял. Дома на самозахваченных участках были успешно достроены.

Не мешайте нарушать
Отдельно хочется рассказать о том, как Росреестр реагирует на жалобы граждан. В канцелярии этого учреждения, видимо, существует специальный бланк ответа-отказа, в который подставляют нужные фактические данные и отправляют заявителю. Причем неважно, от кого пришло письмо: от частного лица или из прокуратуры. Ответ будет один и примерно такой: «Проверять не будем, ибо имеем право не проверять». Так, движение «Против захвата озер» пыталось обращаться в прокуратуру по поводу захвата участка в береговой полосе реки Рощинка (поселок Рощино, Береговая ул., 2–4). Сначала тогдашний замруководителя Управления по Ленинградской области А. А. Низовский ответил, что провести проверку не представилось возможным из-за отсутствия на месте (!) владельца участка Кашина А. Е., а также за «отсутствием сведений о его надлежащем извещении о времени и месте проведения проверки и ввиду ограниченного доступа на земельный участок». Выходит, если хозяин-нарушитель в ответ на звонок проверяющих органов не открывает двери, то он никогда не будет проверен и привлечен к ответственности?
Впрочем, как выяснилось, на этот раз Управление уж слишком разоткровенничалось. Следующим письмом Низовский объяснил, что его структура вообще может забыть о нарушении Кашина. Плановую проверку, мол, мы провести не можем, так как адрес Береговая, 2–4, не стоит в нашем плане проверок; а внеплановую проводить не будем, так как в списке условий для проведения внеплановой проверки вашего случая нет. Далее замруководителя, откровенно издеваясь, приводит список оснований для внеплановой проверки, где черным по белому указано, что к таковым относятся «угроза окружающей среде», «приказ надзорных органов», также проведение внеплановой проверки возможно после «согласования с органами прокуратуры». Так как ни одно из этих условий Низовский для себя не увидел (хотя налицо все три), в проведении проверки было отказано. Хотя просьба о проведении проверки поступила из прокуратуры!
Добавим, что у нас накопилось уже несколько ответов-отказов, написанных под копирку. Во всех случаях нарушители благополучно ушли от ответственности, потому что Росреестр не счел возможным их проверять, а другого органа, уполномоченного следить за земельными нарушениями, у нас просто нет.
Приходится признать, что в России просто физически нет возможности наказывать землезахватчиков в правовом режиме. Государство создало им надежный заслон в лице Росреестра. Это единственный настоящий хозяин русской земли, который ею распоряжается, ее продает, ее регистрирует, а также сам себя «проверяет» и «наказывает». Что же нам остается? Только одно: бороться за освобождение своей земли и от захватчиков, и от Росреестра своими силами и средствами.

Cотрудник 2 оперативного полка ГУ МВД Москвы Лесанов Виктор. Участник разгона Болотной год назад. ВОТ РЕАЛЬНОЕ ЛИЦО,БЕЗ МАСКИ!!!

Бывший президент Чешской республики Вацлав Гавел
накануне своей смерти предупреждал россиян...

Это последняя прижизненная публикация Вацлава Гавела в российской прессе — 9 декабря 2011 года. Мы тогда не знали, что он, откликнувшись на просьбу газеты, писал эти строки, преодолевая страшную боль. Тело отказывало, но голова работала, как всегда, безупречно. Смеем предположить, что Вацлав Гавел торопился сказать людям что-то очень важное. Он успел — читайте.

— Думаю, что российское общество ведет борьбу с самой жесткой из всех известных форм посткоммунизма, с этакой особенной комбинацией старых стереотипов и новой бизнес-мафиозной среды. Возможно, политологи найдут связь сложившейся в России ситуации с нынешними арабскими революциями, но лично я слышу в происходящем, прежде всего, эхо крушения «железного занавеса», отзвук политических перемен 1989-1990 годов.

Поэтому я уверен, что необходимо, в первую очередь, убедить граждан России в том, что режим, который преподносится им под видом демократии, никакой демократией не является. Этот режим отмечен лишь некоторыми – крайне формальными – приметами демократии.

Не может быть и речи о демократии до тех пор, пока власть оскорбляет достоинство граждан, подминает под себя правосудие, средства массовой информации и манипулирует результатами выборов.
Но самой большой угрозой для России было бы равнодушие и апатия людей. Напротив. Они должны неустанно добиваться признания и соблюдения своих прав и свобод. Оппозиционным структурам следует объединиться, сформировать теневое правительство и разъяснять свою программу людям по всей России.

Оппозиции следует создать влиятельные правовые институты для защиты граждан от полицейского и правового произвола.
Оппозиция должна обратиться к соотечественникам, которые на личном опыте убедились в действенности демократических свобод на Западе, с призывом вспомнить о своих корнях и поддержать развитие гражданского общества на родине.

А теперь скажите...Услышали ли мы предостережение этого человека???

ИВАН СТАРИКОВ


Что не говори, а Россия мистическая страна.
Заголовок этой заметки особенно актуален на следующий день после Страстной пятницы. Всего лишь второй раз, за последние восемь лет, события повторяются с пугающей неизбежностью.
«Предполагалось, что процедура зачитывания приговора займет три дня. Начавшись в Страстную среду, судилище должно было завершится в Страстную пятницу.
По Ершалаиму поползли злые слухи: ''Гражданин П. судит гражданина Х.'' Прокуратор ли собственнолично допер, или бойкий и толковый помощник его гражданин С. смикитил, но, дабы не дать народу нежелательных ассоциаций, отменили без лишних объяснений заседания суда. Воспаленный народ в неведении долго толпился у запертых дверей суда и разошелся, так и не получив ответа. Суд был перенесен, состоялся без лишних свидетелей, был подконтролен и послушен Кремлю и не делал ни малейших попыток творить правосудие». Это я пишу в своей книжке «Букварь моей жизни» о первом суде над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым.
Вот и сейчас все повторяется уже в новом политическом процессе над узниками Болотной. Никто опять, и особенно Кремль, не собирается творить правосудие.
Коммунисты Борис Кашин и Анатолий Локоть подготовили проект постановления об амнистии участников событий 6 мая 2012 года, которое поддержали лидер Гражданской платформы Михаил Прохоров и ряд депутатов Государственной думы.
Немедленно главный думский законник Павел Крашенинников откликнулся, что нет никаких юридических перспектив его принятия. Я не профессиональный юрист, не был министром юстиции, не возглавляю Союз законодателей России, однако убежден, что Павел Владимирович как минимум лукавит.
Впрочем, обо всем по порядку.
Слово «амнистия» мне не нравится. Оно подразумевает совершение преступления — свидетельствую: не было никакого преступления.
6 мая 2012 года я, примерно за час, пришел на ул. Якиманка со стороны кинотеатра «Ударник». Неприятно удивило небольшое количество идущих на марш и митинг людей.
Встретился Борис Немцов, грустно пошутили, что наш народ больше привык к 20-градусному морозу, чем к майскому теплу. Поэтому 4 февраля и народу было больше. Прошли до Калужской площади, поняли, что ошиблись. Впереди колыхалось море людей и флагов.
Власти с самого начали повели себя провокационно, закрыв на выход несколько станций метро. Нехитрый расчет был на то, что многие граждане, собравшись на митинг оппозиции, проедут нужные станции и возвращаться будет лень.
Второе: попасть на Якиманку, свободно минуя рамки металлоискателей, можно было с многочисленных переулков, думаю, именно там формировались и проходили инструктаж группы провокаторов.
Третье: число людей, пришедших в тот день на марш, было заметно больше, чем в остальных случаях. Граждане были в праздничном настроении, шли с шарами, многие с детьми.
Подойдя к началу Якиманки, я услышал гул, многие были поражены количеством ОМОНа и техники, перегородившей Большой Каменный мост. Мне показалось, что он просто намазан толстым слоем черной икры, такое впечатление создавали блестевшие на солнце шлемы омоновцев.
Давка была организована по команде, все это убедительно представлено в докладе, который прошел 26 апреля в гостинице «Космос».
Начавшееся избиение и преследование разбегающихся в панике людей многократно подтверждено материалами и свидетельствами многочисленных очевидцев. Я уж не говорю про таких известных людей, как профессор и философ Игорь Чубайс, народная артистка Наталья Фатеева и многих других.
Так что преступление было — со стороны власти, которая отдавала распоряжения и руководила этим беззаконием. Рано или поздно мы узнаем имена организаторов, и они будут просить об амнистии, потому что выполняли чьи то устные приказы.
А теперь, собственно, вернусь к неправде, которую сказал маститый юрист, многократный председатель думского Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников.
Был прецедент, был. Будучи депутатом Первой Государственной думы, отлично помню.
23 февраля 1994 года нижняя палата Федерального собрания, вопреки воле президента России, проголосовала за амнистию участников и организаторов событий в городе Москва 3-4 октября 1993 года. А Генеральный прокурор Алексей Казанник это постановление Государственной думы принял и выполнил.
Тот мятеж.
«На мост, развернув башни в сторону Белого дома, лязгая гусеницами, выдвигались несколько танков! Доносились звуки очередей. Дробно, с расстановкой, били крупнокалиберные пулеметы. И это не где-нибудь на полигоне, а в центре Москвы!.. Поводив 125-миллиметровым стволом, танк лениво плюнул огнем, и через секунду на стене белоснежного дома-парохода вспух уродливый нарыв. Залпы следовали один за другим, на верхних этажах парламента вспыхнул пожар» («Букварь моей жизни»).
Согласитесь, это вам не сколотая зубная эмаль у омоновца и не перевернутые биотуалеты.
Но выход из тупиковой ситуации был найден, потому что тогда у России был парламент, и он нашел компромисс для гражданского мира. К сожалению, дрессированные депутаты нынешней Думы оставляют мало надежд на такой исход.
Помнится, по Булгакову, прокуратор Иудеи Понтий Пилат спрашивал Левия Матвея после казни Иешуа: «Что он говорил?».
Он говорил: «Самым страшным человеческим пороком является трусость»
Вот и я напоминаю нашим парламентариям, в Пасху. Многие из них, по новой моде, придут на главное богослужение в храм Христа Спасителя. Так, может, хотя бы здесь они вспомнят о страшном человеческом пороке, о котором, собственно, и говорил Иисус Христос.
Ну а нам, людям, «в которых квартирует совесть» и, добавлю, человеческое достоинство, надо прийти 6 мая на Болотную, и тогда есть шанс, что и они не струсят.