Энтомологическое оружие — то есть биологическое оружие, в котором для атаки противника используются насекомые, впервые было использовано ещё в античные времена. Правда, серьёзных масштабов его разработка достигла лишь в XX веке, и тогда же она постепенно сошла на нет. Тем не менее, насекомые на войне успели снискать себе поистине чудовищную славу.

Фактически существуют три вида энтомологического оружия:

• первый вид предусматривает заражение насекомых патогеном и распыление их над районом назначения; эти насекомые действуют в качестве акторов, заражая людей и животных, которых они способны укусить;
• второй тип энтомологического оружия использует насекомых для прямого уничтожения сельскохозяйственных культур; в этом случае насекомых не обязательно инфицируют, но они должны представлять угрозу для сельского хозяйства;
• третий тип привлекает незараженных насекомых, таких как пчелы или осы, для непосредственного нападения на противника.

«Гранаты» из скорпионов — один из древнейших прецедентов, имевший место около двух тысячелетий назад. Римский император Септимий Север в походе на Месопотамию был вынужден остановиться перед крепостью Хатрой, окружённой неприступными стенами. Вместо прямого штурма римляне начали собирать ядовитых скорпионов и закидывать ими защитников. Вряд ли это убило многих воинов Хатры, но в качестве психологической атаки сработало и вынудило крепость сдаться.

Пчелиные ульи использовались как импровизированные бомбы теми же римлянами, а затем и множеством других народов с древних времён до наших дней. Например, во время второй итало-эфиопской войны (1935−1936 годы), эфиопские партизаны умудрялись бороться с помощью пчёл против итальянских танков. Удачно заброшенный в танк улей превращал танк в ловушку — экипажу ничего не оставалось, кроме как эвакуироваться.

Были и другие виды «пчелиного оружия». Самым простым и небезопасным из подобных примеров можно назвать тактику нигерийского народа тив — они помещали пчёл в деревянные трубы, а затем буквально выдували их на врага. Более оригинальный и надёжный метод использовался в средневековых замках Англии, Шотландии и Уэльса — в стенах крепостей целенаправленно создавались условия для размещения пчелиных семей. В мирное время пчёлы спокойно собирали мёд, а в случае осады замка накидывались на нападавших, защищая собственный дом.

Пчёлы-«нюхачи» возникли совсем недавно, когда было обнаружено, что эти насекомые обладают великолепным обонянием. Особые «отряды» пчёл могут использоваться как для обнаружения наркотиков на таможне, так и для сапёрных работ. Биологи из Хорватии уверены, что пчёлы смогут находить мины значительно успешнее, чем натренированные собаки или даже электронные устройства. Пожалуй, это самый мирный из возможных вариантов военного применения насекомых.

Блохи как энтомологическое оружие кажутся не столь опасными, как пчёлы, но на деле всё совсем иначе. Во время Второй мировой войны Япония использовала заражённых чумой блох, сначала проверяя их на пленных, а затем рассеивая с помощью специальных бомб над территорией Китая. В результате вспыхнувших эпидемий погибло около 500 тысяч человек.

Насекомые-киборги, управляемые на расстоянии, являются оружием разведки, а не убийства, но в любом случае служат целям войны. Вживив в мозг насекомого электроды, можно получить работающего «жучка» в прямом смысле этого слова.

Комары с жёлтой лихорадкой также помещались в бомбы во время испытаний в США в 1950-х годах. Они считались крайне перспективным оружием в случае войны с СССР, так как жёлтая лихорадка в Союзе не являлась распространённой болезнью, и иммунизация не проводилась.

Колорадский жук в качестве оружия, конечно, не был способен навредить врагам напрямую, но сожрать их посевы — более чем. Эксперименты с ним проводились в нацистской Германии, а затем, возможно, и в США.

Целый ряд сведений о применении энтомологического оружия относится к печально знаменитому колорадскому жуку. Впервые об этом заговорили в 1943 году, когда англичане заподозрили немцев в сбрасывании контейнеров с жуками на поля острова Уайт. Сами контейнеры и жуки не были обнаружены, но по определению специалистов повреждения на листьях картофеля были вызваны именно колорадскими жуками. В годы холодной войны неоднократно возникали подозрения, что США применяют колорадских жуков против стран социалистического блока.

Если в СССР эти подозрения чаще всего циркулировали как слухи, то в ГДР в 1950 годы обвинения агротерроризме в адрес США звучали вполне официально. Они отражены и в восточногерманских плакатах тех времен. Восточные немцы даже прозвали колорадского жука Amikäfer, соединив слова Amerikanischer «американец» и Käfer «жук». Аналогичные заявления в 1950-е годы делали правительства Польши и Чехословакии. Неоднократно обвинения звучали и со стороны кубинских властей, утверждавших, что американцы забрасывают на остров вредителей сахарного тростника. Но документальных подтверждений все эти подозрения так пока не получили.

Мухи, переносящие холеру, также применялись японцами во время Второй мировой. Они показали меньшую эффективность, чем чумные блохи и в основном держались в качестве запасного варианта.
Малярийные комары разрабатывались в нацистской Германии в качестве биологического оружия и испытывались в концентрационных лагерях. Документы об этом были представлены публике лишь в 2013 году в публикации журнала Endeavour. К счастью, до реального применения малярийных комаров дело не дошло.

ПРОМЫШЛЕННОЕ РАЗВЕДЕНИЕ БОЖЬИХ КОРОВОК

Промышленное разведение божьих коровок — один из самых поразительных фактов в истории использования насекомых для борьбы с другими насекомыми. Известно, что для тлей и червецов божьи коровки — страшные хищ­ники. Но как их размножить, этих хищников?.. Сначала пробовали использовать некоторые их странности, напри­мер то, что они всегда зимуют в одном и том же месте, под одними и теми же камнями на вершинах холмов и гор. Иногда даже их удавалось набрать очень много.

При этом не следует забывать, что каждый год на одном и том же месте зимовки оказываются другие, новые особи — ведь срок жизни божьих коровок совсем недолог. Остается пред­положить, что существует некое очень сильно действую­щее и чрезвычайно стойкое пахучее вещество, которое притягивает божьих коровок на расстоянии многих кило­метров. С действием таких веществ энтомологи уже зна­комы: например, самцов крупных ночных бабочек браж­ников привлекает к самкам тоже пахучее вещество. Мэлл доказал, что они находят самок, отделенных от них рас­стоянием в одиннадцать километров!

Достоверно здесь, во-первых, то, что привлекающее вещество выделяется крошечной железой, находящейся в брюшке самки; если железу извлечь, самец будет копулировать с этим едва заметным для невооруженного глаза органом; во-вторых, по краям окружности радиусом в 11 километров содержа­ние пахучего вещества в воздухе может в лучшем случае быть равным одной молекуле на кубический метр. Есте­ственно, возникает тысяча вопросов и прежде всего: что же тогда такое «запах вещества» при подобном его разве­дении? И может ли он направить самца к чему бы то ни было?.. Но мы, кажется, выходим за рамки нашей темы. Садоводы прибрежных равнин Калифорнии горько жа­ловались на тлей, опустошавших их сады. Вот тогда-то и появилась у Карнса (1910) мысль о сборе божьих коро­вок (Hippodamia).

Но здесь, пожалуй, следует предоста­вить слово Балаховскому, в прекрасной работе (1951) которого можно найти сколько угодно подобных примеров. «В 1910 году Карнс решил переносить зимующих божьих коровок с вершин гор в плодовые сады прибрежных рав­нин, чтобы бороться с тлями. В свое время метод пользо­вался большим успехом, несмотря на то что смертность божьих коровок при перемещении составляла 50—75%. Применение инсектицидов мало-помалу вытеснило из практики этот биологический метод, который в штате Ва­шингтон, где существовала фирма, продававшая божьих коровок по цене 6—8 долларов за килограмм (8—10 тыс. особей), все же продержался с 1924 по 1936 год. В 1943 го­ду, во время последней мировой войны, из-за нехватки ни­котина и других контактных инсектицидов биологический метод снова начал широко применять Хипперс (Калифор­ния).

Он помещал божьих коровок в холщовые мешки емкостью 9 килограммов для искусственной зимовки при 4—6°. Таким именно способом фирма распространяла сре­ди фермеров различных районов США колонии божьих ко­ровок по цене 2,5 доллара за 4,5 килограмма с гарантией, что смертность их не превысит 10%. Некоторые землевла­дельцы закупали по 15—20 килограммов божьих коровок на одну фруктовую плантацию. Танассе и Хэтч сообщают, что в 1946 году садоводы долины Ятима в штате Вашинг­тон использовали более пяти тонн божьих коровок».

Все это происходило до наступления новой эры биоло­гической борьбы, и речь идет еще, если можно так выра­зиться, о кустарном применении божьих коровок. Но ог­ромные размеры плодовых насаждений позволяют финан­сировать и применять любые методы борьбы с вредителями, даже самые дорогие и рискованные: ведь в случае удачи огромны и размеры выигрыша. Так обстояло дело во время катастрофического нашествия червецов Pseudococcus на цитрусовые плантации Калифорнии. К несчастью, среди местной фауны у вредителя не было достаточно сильного врага.

Поэтому энтомологи вспомнили об одном австралий­ском жучке, Cryptolaemus montrouzieri, о котором еще с 1890 года было известно, что он — заклятый враг различ­ных видов червеца. Но, к сожалению, этот жучок зимует в стадии куколки в опавших листьях или под корой деревь­ев, причем смертность его достигает 98%. Значит, просто ввезти его еще недостаточно, надо его «производить». Вот почему сначала в Риверсайде (США), а затем в Испании были построены фермы, разводившие криптолемуса. В ог­ромных камерах с постоянной температурой на заражен­ных червецом побегах картофеля жучок массами разви­вался в холодное время года. Делались даже попытки, и, надо сказать, вполне успешные, приготовления консервов из замороженных при низких температурах тлей и черве­цов, которых можно было в любой нужный момент скарм­ливать криптолемусу, что позволило бы отказаться от разведения червеца на картофеле.

Но это оказалось недоста­точно рентабельным. По данным Балаховского, в 1928 го­ду гигантские инсектарии Риверсайда поставили 48 мил­лионов жучков для апельсиновых плантаций Калифорнии. Результаты были прекрасные, что не помешало энтомоло­гам искать большего, иными словами, искать паразита, который размножался бы самостоятельно, не требуя за­трат на свое разведение. В 1927 году в Австралии, в первоначальном очаге Pseudococcus, опустошавшего калифор­нийские сады, Компер нашел двух перепончатокрылых хальцидид, которые нападали на червецов; один вид, после того как его ввезли в Калифорнию, размножился так ин­тенсивно, что проблема Pseudococcus была почти разре­шена. Это напоминает еще один известный случай, происшед­ший несколько раньше, когда на цитрусовых плантациях Калифорнии и Лазурного берега так же внезапно появился крупный австралийский желобчатый червец. Ввезенная тоже из Австралии божья коровка родолия благодаря сво­ей «феноменальной эффективности» помогла справиться с этим бедствием. Но строить фермы для «массового выпус­ка» родолий не пришлось — они превосходно размножа­лись самостоятельно. Вот уж поистине бесценные помощ­ники человека, эти малютки! Не удивительно, что их назы­вают «божьими коровками», и понятно, почему существует примета: «Убьешь божью коровку — жди беды».

Что сейчас с оружием из насекомых?

Пентагон может разрабатывать биологическое оружие под видом реализации научного проекта. К таким выводам пришла группа европейских учёных, изучивших американскую исследовательскую программу Insect Allies («Насекомые-союзники»). Её заявленная цель — повышение устойчивости сельскохозяйственных культур путём использования «полезных вирусов», распространять которые планируется с помощью насекомых. Специалисты из ЕС отмечают, что создаваемые США технологии могут быть применены далеко не в мирных целях. Минобороны РФ накануне также заподозрило Вашингтон в разработке биооружия. По данным ведомства, на постсоветском пространстве Вашингтон курирует лаборатории, которые являются «постоянным источником биологических угроз».

В октябрьском номере журнала Science учёные из ведущих европейских научно-исследовательских организаций опубликовали материал, посвящённый программе Insect Allies (дословно — «Насекомые-союзники»), которую курирует Управление перспективных исследовательских проектов Минобороны США (DARPA).

Авторами статьи выступили сотрудники Университета Монпелье (Франция), Института эволюционной биологии Макса Планка (Германия) и Фрайбургского университета (Германия). По их мнению, работы в рамках Insect Allies могут противоречить Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия от 16 декабря 1971 года.

Согласно официальной информации, цель Insect Allies — создание эффективного метода защиты сельскохозяйственных культур (прежде всего кукурузы) от паразитов, различных заболеваний и негативных природных явлений, например засухи.

DARPA планирует повысить устойчивость растений весьма оригинальным способом. По задумке Пентагона, насекомые будут заражать культуры специальными вирусами, которые содержат «полезные гены». По мнению руководителя Insect Allies Блейка Бекстайна, это укрепит продовольственную безопасность Соединённых Штатов.

Программа стартовала в 2016 году. По разным данным, на её реализацию было выделено от $10 млн до $45 млн. На сайте одного из участников проекта — Университета штата Северная Каролина — говорится, что исполнителями Insect Allies выступает команда генетиков, вирусологов и энтомологов. Кроме того, над программой работают учёные из Университета штата Огайо, Университета штата Оклахома, Службы сельскохозяйственных исследований Минсельхоза США.

Американские специалисты намерены совершить прорыв в технологии редактирования геномов CRISPR/Cas9 (Clustered Regularly Interspaced Short Palindromic Repeats). Как заявляется, в отдалённой перспективе развитие этого направления генетической инженерии позволит лечить наследственные заболевания высших организмов, включая человека.

Однако европейские учёные не разделяют оптимизма DARPA по поводу пользы Insect Allies для агропромышленной отрасли. В своей статье «Исследование в области сельского хозяйства или новая система биологического оружия» они заявили, что метод использования насекомых выглядит «очень ограниченным» применительно к кукурузе и другим культурам.

Специалисты уверены, что для борьбы с вредителями гораздо эффективнее использовать традиционные методы опрыскивания растений. К тому же учёные сомневаются, что в условиях засухи и других катаклизмов заокеанским коллегам удастся в короткие сроки вывести необходимое количество насекомых.

В связи с этим США рискуют столкнуться с вполне обоснованными обвинениями в разработке так называемых биологических агентов, что является нарушением конвенции, полагают авторы материала. Также они опасаются, что подобное поведение Соединённых Штатов может спровоцировать старт аналогичных разработок в других государствах и, как следствие, гонку запрещённых вооружений.