Лоскутное одеяло момента от моих друзей. Зависимость и свобода. «Бессмысленный и дикий» бунт воли….. Жизнь и смерть. Волна отчаянья и шанс подняться в истинное небо……… волна… волна….волна……
Shiva.
«рядом с тобой расцветают... даже древние камни
счастье... это ли слово?
нечеловеческих слов ...выразить это... дай мне!
дай мне солнца лучи, дай мне воды струи,
летящую облака тень, ветров морских поцелуи...
может быть только так.. может и то не точно...
я расскажу тебе... как мне с тобой... очень...
(C)
...люблю тебя...»
00:14 ~
Утащил... захлестнул...
поработил.. привязал.. утопил в себе....
не выбраться.. не выплыть...
не докричаться...
не хочу...
LaNet 09:08
помоги сдвинуть
мир, дай рычаг и точку,
чтоб опереться
и - от Ларки. Как всегда – великолепно…… Гармония возможности выхода и неизбежности страха финала пятого акта…… Если будет – ошибка……. Не ошибись….. детка, детка…… беги, не смотри же назад……. играй – до конца….. и – увидь окончание. То, которого ИСТИННО ХОЧЕШЬ. Так и будет всё ….. Да.
Verdad 14:24 1.11.06 11.11
Выбит из колеи, жизни и смыслов. Раздавлен, уничтожен, унижен. С утра приступ паники с холодеющим сердцем и дрожью рук, днем приступ истерии с невозможностью молчать и сидеть на месте. Суетливый перебор не нужных мыслей, суетливые движения, суетливые нервно-дрожащие как у запойного глаза и гвоздь, который вонзаешь себе прямо в глаз. Чтобы найти точку опоры. Паника – не знакомая, не узнанная, не понятная. Волна животного ужаса смешанная с приступом потери дыхания. Самоудушение – потеря дыхания заблудившегося в расползающемся сознании. Не мысль, но реакция. Вести себя как ребенок – кричать, выть на одной ноте и с пузырями «хочу» шантажировать. Я буду хорошим, только… Я спрыгну с крыши, я не буду есть, я буду вставать по утрам, я буду слушаться, я буду, я не буду, я буду, не буду… Я, я, я, я… Только. Если. Вести себя идиотом – тянуться руками и пускать пузыри на губах закатив глаза. Вести себя женщиной – ныть целый день, не слушать доводы, капризно хмурится и театрально плакать, вздыхать, снова ныть и упорно бить в одну точку. Вымогать, заглядывать в глаза, заламывать руки и прижиматься грудью. Беззвучно рыдать и распахивать ресницы открывая дождливое море глаз. Вести себя мужчиной – напиться, разбить машину и чужое лицо, спланировать, продумать детали, разобраться, решить, сделать самому, презрительно хмыкнуть и убеди себя что не интересует, брезгливо пожать плечами – мне это не надо, у меня на это нет эмоций.Я прихожу со словами: «у меня умер друг». И мне всё равно кто и что думает, как это выглядит и где среди слов прячется значение. Что значат жалкие люди по сравнению с Ним. Их можно заменить, а он неповторим в своей ранимости, уязвимости перед тяжестью реальности. Страшно не то, что я так говорю, страшно что я на самом деле так думаю. Осознанно – зависимость, время условно, нет ничего, что стоит хранить. Инстинктивно – разрыв декораций и бешенство, волны бешенства и сорванные печати. Гвоздь, в правый глаз, рывком. Ручку, через центр, пригвоздив ладонь к столу. Гвозди, молотки и костыли – символы обуздания, поиска контроля, обретения не заинтересованности, возвращения силы. Гвозди, брызги и тяжелые деревянные молотки с округлыми окончаниями, дробить, вбивать, разрывать. Ассоциативный ряд эмоций, логика переноса цвета настроения в слова. Всполохами в голове мазки краски – желания, всколыхнувшийся неожиданностью ворох желаний присущих от природы. Гвозди, молотки и костыли. Костыль – найти точку в которой не живет истерика. Точка холода и волны истерики снаружи, уже лишь омывают. Не затрагивают. Неожиданность – педантичный ум не терпит внезапностей. Постепенно, абстрактно, не торопясь. Спешка вырывает из контекста вернее смерти. Предсказуемо и рассчитано – так должно быть. Для порядка, а порядок и есть главный смысл. Срываешься с места и часть тебя остается в том кадре, часть в этом. И здесь голые эмоции, а там обнаженные мысли. Кадр из фильма – слоями растекается тело сквозь секунды. Призрачный след как отражение через воду. Там сердцевина, а тут лишь лишенное разума безумие судорог. Насмешливо – все так смешно, эта беготня маленького «я» перед ногами большого. Шизофрения с раздвоением личности – отстраняешься и чувствуешь себя богом – тебе всё равно.У меня умер друг и мне плевать, что нового я могу купить в воскресенье. В субботу хочу быть с ним. Этой ночью, завтрашней. Не потом, но сейчас. У меня умер друг и мне плевать сколько лучших еще ходят по земле, у меня умер этот, лишился разума и слюнявым идиотом бормочет что-то о конце света и хитиновых ножках саранчи отрываемых с мясом. Ему требуется лоботомия, но у меня нет инструментов и руки дрожат сопричастностью.И я включаю Дистербед – лучший голос тысячелетия. И делаю глубокий вздох. Мы меняемся местами – тот кто одинок и тот кто один. Один шаг в сторону, один по прямой и на встречу, не касаясь даже краем. Уверена в этот момент глаза меняют цвет, а зрачки форму. Интервал – четыре часа. Четыре часа на разные изгибы губ. Четыре часа на огонь и четыре минуты, чтобы нарисовать шпили оскалившегося не заточенной сталью собора. Прах – эмоции это всегда зависимость, тлен – зависимость это всегда сквозная дыра под лопаткой и попытка заткнуть разорванные артерии старым тряпьем с запахом формальдегида, пыль – опора может быть нужна лишь калеке, лишенному, обделенному, нуждающемуся. Не нуждаться – вот высшая степень. Проникновения внутрь времени, освобождения от липких объятий пространства.Я немного лукавлю, я совсем не лукавлю. Я преувеличиваю и преуменьшаю. Ведь точка отсчета слишком значительна для итоговых выводов. Я лукавлю, но всё же время пропущено через электрический ток, пространство расчерчено импульсами злости и расстояние от себя до себя растягивается становясь не обратимым. Относительность от говорящего – кто из нас говорит весомее для того что от нас слышат.