Муж и жена

И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть. (Быт.2:23-24)

Также и вы, жены, повинуйтесь своим мужьям, чтобы те из них, которые не покоряются слову, житием жен своих без слова приобретаемы были, когда увидят ваше чистое, богобоязненное житие. Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной [красоте] кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом» (1Петр.3:1-5).
Также и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследницам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах. (1Пет.3:7)

Благонравная жена приобретает славу, а трудолюбивая приобретают богатство. (Притчи 11:16)

Добродетельная жена — венец для мужа своего; а позорная — как гниль в костях его. (Притчи 12:4)

Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь, во все дни суетной жизни твоей, и которую дал тебе Бог под солнцем на все суетные дни твои; потому что это — доля твоя в жизни и в трудах твоих, какими ты трудишься под солнцем. (Еккл.9:9)
Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу. Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. (1Кор.7:3,4)

Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава — муж, а Христу глава — Бог. (1Кор.11:3)

Итак муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия; а жена есть слава мужа. Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа. Посему жена и должна иметь на голове своей [знак] власти [над] [нею], для Ангелов. Впрочем ни муж без жены, ни жена без мужа, в Господе. Ибо как жена от мужа, так и муж через жену; все же — от Бога. (1Кор.11:7-12)
Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви. Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя; а жена да боится своего мужа. (Еф.5:22-33)

Итак желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения; чтобы также и жены, в приличном одеянии, со стыдливостью и целомудрием, украшали себя не плетением [волос], не золотом, не жемчугом, не многоценною одеждою, но добрыми делами, как прилично женам, посвящающим себя благочестию. Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием. (1Тим.2:8-15)

Серия сообщений "наследие Отцов":

Часть 1 - свт.Филарет
Часть 2 - чтение Евангелия
...
Часть 69 - Святитель Василий, Епископ Кинешемский
Часть 70 - Родители и дети
Часть 71 - Муж и жена
Часть 72 - кто первый?
Часть 73 - прстить нельзя помиловать
Часть 74 - кто рядом..

Родители и дети

Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе. (Исх.20:12), (Втор.5:16.)
Проклят злословящий отца своего или матерь свою! (Втор.27:16)

Кто ударит отца своего, или свою мать, того должно предать смерти. (Исх.21:15)

Кто злословит отца своего, или свою мать, того должно предать смерти. (Исх.21:17)

Кто будет злословить отца своего или мать свою, тот да будет предан смерти; отца своего и мать свою он злословил: кровь его на нем. (Лев.20:9)

Разоряющий отца и выгоняющий мать - сын срамной и бесчестный. (Прит.19:26)

Кто злословит отца своего и свою мать, того светильник погаснет среди глубокой тьмы. (Прит.20:20)

Кто обкрадывает отца своего и мать свою и говорит: "это не грех", тот - сообщник грабителям. (Прит.28:24)

Глаз, насмехающийся над отцом и пренебрегающий покорностью к матери, выклюют вороны дольные, и сожрут птенцы орлиные! (Прит.30:17)

Зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего? Ибо Бог заповедал: почитай отца и мать; и: злословящий отца или мать смертью да умрет. А вы говорите: если кто скажет отцу или матери: дар [Богу] то, чем бы ты от меня пользовался, тот может и не почтить отца своего или мать свою; таким образом вы устранили заповедь Божию преданием вашим. (Матф.15:3-6)

Серия сообщений "наследие Отцов":

Часть 1 - свт.Филарет
Часть 2 - чтение Евангелия
...
Часть 68 - Благослови врагов моих, Господи
Часть 69 - Святитель Василий, Епископ Кинешемский
Часть 70 - Родители и дети
Часть 71 - Муж и жена
Часть 72 - кто первый?
Часть 73 - прстить нельзя помиловать
Часть 74 - кто рядом..

кто первый?

Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой.
(Мф., 5, 23-24).
Справедливость требует, чтобы сам же ты первый пришел и примирился, как бывший причиною вражды. Или ты обижен, и тот был причиною вражды? И в этом случае следует начать примирение тебе... как не ты был причиною вражды, так не тебе быть и причиною ее продолжения; может быть и тот, сознав вину свою, устыдится и вразумится. Но он высокомерен? Тем более ты не медли придти к нему; он страдает двумя болезнями: гордостью и гневом. Сам ты высказал причину, почему ты должен придти к нему; ты здрав, ты можешь видеть, а он во тьме; ибо таковы гнев и гордость. Ты свободен от них и здоров; приди же к нему, как врач к больному. Говорит ли кто-нибудь из врачей: такой-то болен, поэтому я не пойду к нему?... Но что, скажешь, если от того самого он еще более возгордится? Тебе нет до этого нужды; ты сделаешь свое дело, а он пусть отвечает сам за себя: только бы нас не упрекала совесть, что это произошло от опущения с нашей стороны чего-нибудь должного.

Поспешим же и постараемся примириться с обидевшими нас, справедливо ли или несправедливо они гневаются... Если же, оставшись врагами, придем на то страшное судилище, то непременно подвергнемся крайнему осуждению по определению Судии, и получим неизбежное наказание оба, и несправедливо гневающийся – за то, что несправедливо гневается, и справедливо гневающийся – за то, что злопамятствовал.
Святитель Иоанн Златоуст (IV-V век).
усть будет так, что она напрасно обидела тебя, всё же ты должна сходить к ней и примириться. Хоть жестокое сердце твое не захочет примириться, понудь его, помолись Богу и проси Его помощи, чтобы Господь смягчил сердце твое. Непременно так сделай, иначе ты погибнешь. Ибо суд Божий во Второе пришествие будет по Евангелию.
Схиигумен Иоанн (Алексеев) (1873-1958).


Крайне, крайне редко поступают так, как поступил святитель Тихон Задонский. Когда кротко и тихо попробовал он увещевать гордого молодого помещика исправить жизнь свою и в ответ получил удар по щеке, как поступил он?
Он упал в ноги этому дерзкому, прося простить, что ввел его в гнев, в раздражение. А каков был результат?
Результат был поразителен: дерзкий молодой человек был так поражен и потрясен, что сам пал в ноги святителю и потом совершенно изменил свою дурную жизнь и стал образцовым христианином.
Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) (1877-1961).

Серия сообщений "наследие Отцов":

Часть 1 - свт.Филарет
Часть 2 - чтение Евангелия
...
Часть 70 - Родители и дети
Часть 71 - Муж и жена
Часть 72 - кто первый?
Часть 73 - прстить нельзя помиловать
Часть 74 - кто рядом..

простить нельзя помиловать


Протоиерей Александр Ильяшенко

– Отец Александр, что же такое обида? Только внутренняя боль или удерживание в себе зла, памяти на злое?
– Я сначала не отвечу на эти вопросы, а сам вас спрошу: можно ли себе представить обиженного Спасителя, или обиженную Божью Матерь?.. Конечно, нет! Обида – это свидетельство духовной слабости. В одном месте Евангелия сказано, что иудеи хотели возложить на Христа руки (то есть схватить Его), но Он прошёл посреди них, сквозь толпу агрессивную, кровожадную… Не написано в Евангелии, как Он это сделал, возможно, Он так гневно на них посмотрел, как говорится, молнию метнул глазами, что они испугались и расступились. Я себе так это представляю.

– Нет ли противоречия? Глазами сверкнул – и вдруг смиренный?.

– Нет, конечно. Слово Божие говорит: «Гневайтесь и не согрешайте». Господь не может грешить – Он Единый Безгрешный. Это мы маловерные и гордые, если гневаемся, то с раздражением и даже со злобой. Потому и обижаемся, что думаем, что и на нас злятся. Гордый уже внутренне готов обижаться, потому что гордость – это искажение человеческой природы. Она лишает нас достоинства и тех благодатных сил, которые Господь щедро дарует каждому. Гордый же человек сам от них отказывается. Смиренного человека обидеть невозможно.

– И всё-таки, что такое обида?

– Во-первых, это, конечно, острая боль. Действительно очень больно, когда обижают. Мы по своему неумению отражать физическую, словесную и духовную агрессию постоянно удар пропускаем. Если любого из нас посадить играть в шахматы с гроссмейстером, то ясное дело, что он проиграет. И не только потому, что не умеет играть, но ещё и потому что гроссмейстер очень уж хорошо играет. Так вот, лукавый (как сатану называют) играет отлично. Он знает, как ходить, чтобы человека зацепить за самые болевые точки. Обиженный может думать об обидчике: «Ну, как он мог? Откуда он знал, что мне это причинит боль? Почему именно так сделал?» А человек, может, даже ничего и не знал, просто лукавый его направил. Вот кто знает, как нам боль причинить. Апостол Павел говорит: «Наша брань не против плоти и крови, а против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной». Лукавый двигает нами, и мы ему, пусть неосознанно даже, по своей гордости, подчиняемся.

Гордый человек не умеет различать добро и зло, а смиренный умеет. Я, например, по своей гордости могу сказать нечто, что человека очень больно ранит. Не потому, что я хочу причинить ему боль, а потому, что лукавый в мою горделивую душу вкладывает такие слова и в такое время, когда тот, с кем я общаюсь, наиболее беззащитен. И я действительно попадаю в очень для него болезненную точку. Но все-таки эта боль оттого, что человек не умеет смиряться. Смиренный человек скажет себе твёрдо и спокойно: «Это я получил по своим грехам. Господи помилуй!» А горделивый начнёт возмущаться: «Ну, как же так можно?! Как же можно ко мне так относиться?»

Когда Спасителя привели к первосвященникам, и слуга ударил Его в ланиту, с каким достоинством Он ему ответил. Разве Он обиделся или расстроился? Нет, Он явил поистине царственное величие и абсолютное самообладание. Ну, опять-таки, можно ли себе представить, что Христос на Пилата или на первосвященников обиделся?.. Смешно. Хотя Его мучили, издевались, клеветали… Не мог Он обижаться совершенно, никак не мог.

– Но Он же Бог и человек, батюшка.

– Так, Господь и нас зовёт к совершенству: «Научитесь от Меня, яко кроток и смирен есмь сердцем». Он говорит: «Хочешь, чтобы тебя обида не касалась, хочешь быть выше любых обид, значит будь кроток и смирен сердцем, как Я».

– А если обида не по заслугам?

– А Его по заслугам обижали?

– Но это нечестно, если какая-то неправда, клевета, то ты просто кипишь, потому что не согласен с этим.

– Мне кажется, что может быть ещё больнее, если тебе правду скажут: «А-а-а, вот, ты какая!» «А я ведь, действительно, такая… Вот гады!»

– В точку попали!

– Попали в точку. Да ещё при всех сказали! Нет, чтобы потихонечку, чтобы деликатно как-нибудь сказал, по головке погладил или бы подсластил. Прямо при всех!.. Это ещё побольнее будет. «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня». Это хорошо, когда незаслуженно злословят. Когда незаслуженно – блаженны, а когда заслуженно – надо каяться и просить прощения.

– А вторая часть вопроса? Обида – включает удерживание в себе зла, памяти на злое?

– Да, конечно мы продолжаем хранить обиду в памяти. Нас обидели и вместо того, чтобы напрячь свои духовные силы, и этот очень болезненный удар отразить, мы не только его принимаем, но начинаем, как бы, расковыривать и инфицировать и без того болезненную рану. Мы начинаем прокручивать мысленную цепочку: «Как он посмел… Да, я так вот хотел, а он вот как… А если бы я сказал так, если бы я объяснил, и если бы ещё,.. то он бы все понял». Но на этом месте мысль обрывается, и ты начинаешь все с начала. Сколько ты не напрягаешься, сколько не стараешься быть хладнокровным, спокойным, сколько не пытаешься обстоятельно, и разумно преодолеть обиду, оказывается, что твои мысли просто гуляют по замкнутому кругу. Ты укореняешься в мысли, что тебя незаслуженно обидели, и начинаешь себя жалеть: «Ах, вот, я какой несчастный… А тут ещё такие люди… Ждал от него одного, а он, оказывается, вон какой! Но ничего, уж я ему объясню, что со мной так нельзя: как же ты мог – скажу».

Человек попадает в бесконечный мысленный круговорот. Он напрягается, изобретает, что бы такое ему сказать, как ответить. Чем дольше человек в нём пребывает, тем труднее обидчика простить. Он только удаляется от этой возможности, потому что сам себя укореняет в обиде, более того, вырабатывает в себе стереотип, говоря языком биологическим, условный рефлекс, который не даёт с этим человеком общаться. Только увидишь его… и пошло: «Раз он, такой-сякой, негодяй так с тобой поступил, значит с ним невозможно разговаривать. Ты к нему так хорошо, а он к тебе так плохо…» И люди перестают друг с другом общаться, потому что просто не могут обиду преодолеть: «Я бы может быть и рад с ним поговорить, вроде даже и настроился, и пришёл, и хочу, а ничего не получается».

Про это в русской литературе есть прекрасный рассказ Н. В. Гоголя «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Поссорились из-за сущего пустяка (Гоголь – гений), ну, просто не из-за чего. А ерунда перешла в смертельную ненависть. Они у сутяг истратили все свои деньги, обнищали, и всё равно судятся и враждуют друг с другом, хотя это абсолютно бесперспективно. Были хорошие спокойные, добродушные соседские отношения, и всё потеряно. Почему? Потому что не прощёная обида. И каждый уверен, что другой – враг. Эта вражда их обоих изглодала, и будет глодать до смерти.

– Батюшка, а как быть когда с человеком возникла какая-то ситуация, которую ты не понял. Потом выяснил с ним, всё простил, забыл. Всё забыл. Нормальные отношения. В следующий раз человек делает что-то худшее. Ты опять прощаешь. Но он ещё хуже с тобой поступает. И тогда начинаешь сомневаться. А может, не надо было прощать, что бы он понимал, что так нельзя себя вести? Может быть, нужно как-то по-другому? И тогда, когда ты в третий, четвёртый раз прощаешь, просто уже примирился с линией его поведения, примирился с тем, что он такой, и надо просто прощать, вдруг отношения достигают такой высокой точки, когда вспоминается первое, второе, пятое…

– Это означает, что ни первое, ни второе, ни пятое ты не простила.

– Но я же думала, что простила…

– А не надо принимать желаемое за действительное. Это не только твоя ошибка, для каждого из нас это весьма характерно.

– Ты считаешь, что простил. Не выясняешь отношения, даже никаких претензий…

– Но внутри всё кипит… Только это означает, что мы обиду куда-то в подсознание затолкали, и там она пребывает. Потому что, когда человек грешит (а обида – это грех, не важно справедливо или несправедливо нас обидели, это зло, которое вторгается в нашу жизнь), он старается это сам от себя подальше спрятать… Есть некая духовная реальность, она ворвалась в жизнь, и просто так не исчезнет, она здесь. Если мы эту духовную реальность пытаемся затолкать в подполье своего сознания, это не значит, что она исчезла, это значит, что она пребывает в твоём сознании, но в тех его уголках, куда ты стараешься не заглядывать. И там обида скрыто таится и ждет своего часа.

Это можно сравнить с болезнью: человек является носителем опасной болезни, но она дремлет. Вирусы присутствуют в организме, и если происходит какая-то перегрузка, организм ослабевает, болезнь может вспыхнуть и обрушиться со всей силой на человека, который даже и не подозревал, что он болен.

Если мы своими силёнками пытаемся справиться с обидой, ничего реально не достигаем. Это просто противоречит словам Господа, который говорил: «Без Меня не можете творити ничего». – По своей гордости я сам желаю простить. – Ну, желай. Можешь до посинения желать. Можешь, допустим, пойти в лес и желать, чтобы комар тебя не кусал. Пожалуйста. Сколько хочешь можно напрягаться. Но комар-то этого не знает и все равно тебя укусит. А лукавый это не комар, это активная, злобная, агрессивная, исключительно подвижная и инициативная сила, которая ищет и выбирает момент, когда человек перед ней наиболее беззащитен. И тогда нападает и держит человека мёртвой хваткой – напоминает острые моменты, толкает мысль анализировать ситуацию и переживать ее вновь и вновь: «Как же можно вот так поступать несправедливо? Как? Ну, как ты мог? Ты, такой-сякой, ближний мой и знаемый мой, столько лет мы рядом, а ты мне такое сказал!» А он, может быть, даже и не заметил, что сморозил глупость и не понял, что так глубоко и больно задел. Просто не знает, что обидел тебя. Потому что лукавый тут подсуетился, а человек просто стал орудием дьявольской силы.

– Ну, хорошо, есть лукавый, лукавая сила, а где Господь? Чего Он хочет?

– Чтобы человек из гордого стал смиренным. Господь попускает нам эти испытания, для того, чтобы мы боролись со своей гордыней. Хочешь победить эту внутреннюю духовную заразу – криком кричи, просто криком кричи. Не на обидчика кричать надо, не на окружающих срывать свою боль, а Господу кричать: «Господи помоги! Господи, не справляюсь. Господи, вот сейчас этот грех меня потопит. Господи, дай сил мне его преодолеть!» Возложи на Господа твою печаль. Даже не возложи, а возверзи. Наверх забрось, высоко-высоко, Господу свою печаль отправь. Не в подсознание запихай, не на окружающих навесь: «Ах вы, нехорошие такие, меня не жалеете», а «Господи, пожалей, дай сил преодолеть мою слабость, дай силы перенести». Вот чего Господь от нас ждёт. Если будешь так просить, если будешь молить Господа, чтобы Он тебя укрепил и дал силы перенести боль, Господь поможет. Боль от обиды – это объективная реальность и подчас непереносимая. Как её терпеть? Да, зачем терпеть-то? Как раз таки нельзя терпеть. Нужно приложить всю свою веру, все свои духовные силы, но надеяться не на себя, а на Господа, без Божьей помощи ты её не преодолеешь, не перетерпишь.

– Батюшка, а слёзы – это плохо?

– Слёзы бывают разные. Бывают слёзы от гордости, от обиды, от неудач, от зависти… А есть слёзы раскаяния, благодарности, умиления.

– А если, на исповеди мы говорим о том, что согрешили грехом обиды, а она не проходит?..

– Это свидетельство нашего маловерия, неумения каяться и бороться с грехом. Ещё раз говорю: обида сама не пройдёт. Если ты хочешь от неё избавиться, поступай с ней, как с любым другим грехом – проси у Бога исцеления. Вот, курильщик, допустим, или алкоголик, сам справиться со своим грехом не может, всё, точка. Совершенно спокойная констатация факта: я не могу. Это не значит, что я плохой, неполноценный, ненормальный. Это значит, что я всего лишь обыкновенный человек, поэтому не могу сам справиться с грехом. Если бы мог, Господу не надо было бы приходить на землю. Зачем тогда Богу надо было принимать уничижение, становиться человеком, жить и переживать страшные преследования и гонения, терпеть крестные муки, если люди могли без Его помощи обойтись? Зачем Христос был? Чтобы спасти человека.

Тебе плохо, но разве ты просишь о спасении, о помощи Господа? Ну, как ты Его молишь? Есть результат? – Нет, но, он же меня так обидел! Ах, я не могу. – Да не в том дело, как тебя обидели, а в том, как ты молишься! Если ты молишься по-настоящему – значит, результат будет. Что, Господь бессилен, что ли тебя от лукавого защитить? Да, ты просто не молишься, ты же не просишь! Ты не хочешь, чтобы Господь тебе помог. Если захочешь, то сможешь. На то Господь и даёт нам Свою божественную, всепобеждающую, самую великую в мире силу. Какой там лукавый?

Десять больше единицы, сто больше десяти, миллион больше ста, а миллиард… Но есть бесконечность. И по сравнению с бесконечностью, миллиард – всё равно нуль. И пусть лукавый могущественный, но Всемогущий только один Господь. Если Бог с нами, то никто против нас… Вернее – мы с Ним, Господь-то всегда с нами. Если мы с Богом действительно, под его божественным благодатным покровом, тогда ничего с нами сделать невозможно. Нас можно уничтожить физически, но не нравственно, нельзя принудить нас делать то, чего мы не хотим. Не хочу обижаться – значит, и не обижусь. Меня обидят – значит, я буду молиться так, чтобы эту обиду силой Божией преодолеть.

– Мне кажется, часто человек, сам того не осознавая, не хочет простить обиду, потому что осознание своей правоты и неправды обидчика как-то утешительно.

– Да: никто меня не жалеет, так хоть я сам себя пожалею. Это категорически мешает. И опять таки в этом есть или горделивая попытка своими силёнками справиться, или принять желаемое за действительное. Обида – больно. Даже, крапивой обожгись – и то больно. Конечно, и комариный укус, и даже ожог можно перетерпеть. Но есть какие-то глубокие раны, они просто так не проходят. Ну, допустим, на руке, нарыв какой-то… Тут медицинская помощь нужна. Ты можешь изо всех сил глядеть на свою рану и говорить: «Хочу быть здоровым». Бесполезно. Сейчас, особенно среди православных, очень распространено самолечение. Звонят врачу, и тот по телефону человека лечит. День лечит, два, неделю, месяц пока человек не понимает, что лучше бы ему всё-таки пойти в больницу… Там его, наконец, начинают лечить, он поправляется. А по телефону лечить нельзя, будь ты трижды православный врач или трижды православный пациент. Если болезнь серьёзная, нужно принимать адекватные твоему состоянию усилия. А каково наше духовное состояние? Молиться мы не умеем, смиряться не умеем, терпеть не умеем, практически ничего не умеем. Разве что бездумно долдонить по молитвослову молитвы – это мы умеем.

– А как понять, простил ты человека по настоящему или пытаешься обмануть самого себя? Что является критерием прощения обиды?

– Можно проверить себя чисто умозрительно. Представь, что ты к обидчику приходишь, предлагаешь помириться, и он бросается тебе на шею, вы целуетесь-обнимаетесь, плачете-рыдаете и всё отлично. Потом представь: ты приходишь и говоришь: «Давай помиримся? Прости меня, пожалуйста», а в ответ слышишь: «Знаешь, ты иди отсюда…», – «Во-о-о-от. Ага! Я тут так смирился, я к тебе пришёл прощения просить, мир предлагать, а ты!..»

Был такой владыка Мелитон, его при жизни называли святым. Он жил в Ленинграде. Я имел счастье немножечко с ним быть знакомым. Он ходил в стареньком пальтишке, один, без всякой свиты. Однажды владыка Мелитон приехал к замечательному старцу архимандриту Серафиму Тяпочкину, постучался в калиточку, а келейница в простом старичке архиерея не увидела и сказала: «Отец архимандрит отдыхает, подожди». И он смиренно ждал. Как-то я у владыки спросил: «Вы такой любящий человек, как Вы смогли быть таким?» «Какой я любящий? – удивился он, а потом задумался, – За всю жизнь, я только раз человека обидел».

Так вот, когда владыка был молодым человеком (ещё до революции), он учился в епархиальном училище, на миссионерских курсах, устроенных по типу интерната. Учился Миша (тогда его так звали, Мелитон – это монашеское имя) всегда хорошо. Однажды он сидел в классной комнате, делал домашнее задание вместе с другими ребятами, и вдруг туда вбежал Колька, разгильдяй и безобразник, и разбросал нюхательный табак. Все начали чихать, кашлять… Шум, гам. Колька смылся, а тут появляется инспектор: «Что за шум?» И вот владыка рассказывал, что сам не знает, как у него вырвалось: «Это Колька табак разбросал», – заложил товарища. Тогда это было совершенно недопустимо. Нигде, ни в армии, ни в гимназии, ни в епархиальном училище, нигде. Заложить товарища – последнее дело. Ну, Кольку тут же в карцер за безобразия на два часа. А Миша вокруг этого карцера круги нарезает, переживает – как же товарища заложил. Хотя этот безобразник его спровоцировал, сам не занимается и другим мешает, Миша переживает, молится, ходит… Наконец, через два часа Кольку выпускают, он к нему бросается: «Коля, прости меня! Не знаю, как у меня вырвалось!» Он ему: «А ну, пошёл отсюда…». Михаил опять: «Коля, прости меня!» Лет 14-15 мальчишке было. Его ударили по одной щеке – он вторую подставил. Ну, что поделаешь, Колька злющий-презлющий, Миша поворачивается, но не успел он сделать несколько шагов, Коля его догоняет: «Миша, и ты меня прости!»

Если можешь подставить вторую щеку, тогда второй раз у нормального человека рука не поднимется, когда ты действительно смиренно, с любовью попросил прощения. Уж надо совсем быть злодеем, чтобы и второй раз ударить.

Такая вера у мальчика Миши была, такая молитва, что сам простил безобразие, которое Колька учинил, и принял всю вину на себя, хотя его спровоцировали.

Это просто люди из другого теста. Они не мирились с тем, с чем мириться нельзя – со злобой, обидой, грехом. А мы: «Ах, меня обидели, и я обиделся». Ты не имеешь права быть обиженным, в своей душе носить обиду – это грех, болезнь духовная. Как хочешь – только ты её преодолей. Если ты с Господом, это возможно. Если больно тебя задели, значит нужно иметь терпение, терпеть и бороться столько, сколько нужно, чтобы ты грех действительно победил. Здесь «хочу» совершенно недостаточно. Критерий один: сможешь ли ты вторично стерпеть грубость или не сможешь?

Но, конечно, речь идёт о более-менее обыкновенных, бытовых грехах. Бывают грехи тяжкие, на грани смертных (скажем, измены – это совсем другой разговор). Но собственно из этих повседневных отношений, из этих непреодолённых грехов копится греховный ком, который может раздавить. Терпеть его нельзя. Не хочешь, чтобы эта зловонная гниющая мусорная куча тебя погребла под собой, значит, борись с каждым грехом до победы. Старайся раскаяться так, чтобы и следов его не осталось в душе. А раз не осталось, значит, он ушёл в небытие.

– Как это? Ведь были слова, были поступки, они же были – это факт?!

– Господь говорит, что изглаживает грехи, но что такое грех? Всё что в мире существует – сотворено Богом. Сотворил Господь грех? Нет. Значит, грех не существует, как другие Богом сотворённые идеи, духовные и материальные сущности. Всё что сотворил Господь – благо. А грех – это зло, и Господь греха не сотворил, значит, в этом смысле греха нет, это некий мираж. Мираж бывает? Бывает. Видишь мираж? Видишь. Но на самом деле того, что ты видишь, нет? Нет. И греха в таком смысле нет. С одной стороны есть, а с другой стороны – нет. Если ты каешься, то эта псевдо-духовная сущность изгоняется Господом вон из этого мира. Как её не было, так и будет. И если ты действительно забыл и простил, ты можешь с человеком общаться, как будто ничего и не было. Но для этого ты должен приложить огромные духовные усилия. Это вовсе не так-то легко. Каждый знает, как трудно прощать. Мы не прощаем, потому что не прикладываем тех духовных усилий, которые необходимы, чтобы победить зло, чтобы грех полностью изгнать из этого мира. Мы ограничиваемся тем, что успокаиваемся со временем.

– Батюшка, а бывает, что не знаешь, вдруг человек обиделся? Не разговаривает почему-то…

– Ну, подойди и скажи, но только с любовью и мягко: «Я тебя чем-нибудь обидел?»

– Но…

– Но вот тогда и молись так, чтобы твоя молитва преодолела то зло, которое невольно и неведомо для тебя тобой соделано. Лукавый же не в открытую действует. Он пользуется нашими слабостями. Надо сказать: «Какая же я грубая, неделикатная, если что-то такое сделала и даже не заметила, как человеку боль причинила. Господи, прости меня окаянную. Я виновата. Обидела человека так, что он со мной даже разговаривать не хочет. Что же я такое сделала? Господи, даруй ми зрети моя прегрешения».

– А если у человека изъян. Если он пьёт. Если он хам?.. Как с ним говорить?

– На такие вопросы трудно отвечать, потому что нужно смотреть на конкретную ситуацию. Но в качестве примера могу привести рассказ из книги «Отец Арсений» «Медсестра». Там, отвечая на вопрос, как же она такой хорошей выросла, сестричка объясняет, что такой её воспитала мачеха. У неё умерла мать, и эта осиротевшая девочка, мучила свою мачеху по первому разряду, просто издевалась, как только может 14-летний ребёнок. Но мачеха была очень глубокой, по-настоящему глубокой христианкой. Она молилась, трудно передать как. И своим смирением, пламенной молитвой и верой эта мачеха сумела переломить сердечко озлобившейся девочки.

Её родной папа раз в год крепко запивал, приводил товарищей, пьяная компания вваливалась в дом, и её родная мама, когда была жива, страшно пугалась, забивалась в угол, выслушивала упрёки и чуть ли не побои терпела. Девчонка со страхом ждала очередного папиного запоя (ещё до примирения с мачехой). И вот вваливается пьяный папочка с дружками и требует, чтобы жена на стол накрыла. А тихая и безответная мачеха вдруг хватает одного дружка, за порог вышвыривает, другого – туда же и дверь закрыла. Папенька: «Как, на моих дружков!» Чуть было её не ударил. Но она схватила, что попалось ей под руку и так его отметелила… И всё, вопрос был решён.

– Это смирение?!

– В том-то и дело, что смирение – добродетель сверхъестественная. Господь сказал: «Я смирен». Кто-то из святых отцов сказал, что смирение – это одеяние Божества. Оно сверхъестественно. Смиренный человек, тот, который побеждает зло в самом его корне. И если ему для этого нужно применить физическую силу, значит, он её применит. Это вовсе не тюфячок-половичок, об который ножки можно вытирать: «Ах, я терплю, я такой смиренный». А внутри всё бурлит-кипит… Какое же это смирение? Это пассивность перед злом.

– Если близкий человек ведёт себя, мягко говоря, нехорошо по отношению к тебе, особенным раскаянием не страдает, не будет ли всепрощаемость ему же во вред?

– Будет. Будет конечно. Но, я только что привёл пример мачехи и девочки. У мачехи хватило духовной чистоты, чтобы понять как ей себя вести с этой девочкой. Потому что наверняка у неё руки чесались и неоднократно, или хотелось папе рассказать… Но она поняла, что ребёнок себя так ведёт от какой-то дикой боли. Девочка лишилась матери! Поэтому встретила в штыки кроткую, смиренную, тихую, любящую мачеху. Мачеха среагировала не с обидой, не со злобой в ответ на эту страшную агрессию, которая на неё изливалась, а удивительно по-христиански, с одухотворённым смирением. Своей любовью, молитвой, терпением и смирением она смогла преодолеть тяжелейшее для этой девочки искушение.

– А как понять, когда надо смиряться и промолчать, а когда…

– Для этого-то как раз смиряться надо. Только смиренный человек различает добро и зло. Как Господь благословит, так он и будет себя вести. Иному, может быть, полезно спустить семь шкур. Недавно один генерал (ему уже к 80-ти) рассказал мне: «14-ти лет я стал вести себя совершенно безобразно. Причём семья у нас была непростая, в гостях бывал знаменитый кораблестроитель академик Алексей Николаевич Крылов, они с папой по-французски разговаривали, и я по-французски понимал. Когда же темы были для меня запретными, они переходили на немецкий. И вот однажды в ответ на какое-то мое очередное хамство папочка взял и выпорол меня как следует. Это не было унижением моего достоинства. Просто у меня был переходный возраст, гормональный взрыв. И отец этот взрыв погасил мощным противоположным действием. Я своему папе благодарен». Отец без злобы его порол. Но я вовсе не призываю всех пороть своих детей, потому что для этого надо быть такими папочками и мамочками, которые это могут делать со смирением, внутренне сохраняя присутствие духа. Смиренный человек не теряет духовный мир ни при каких обстоятельствах. Надо отодрать? Ну, значит, выдерем для пользы дела, только с любовью.

– Можно ли идти к причастию, если никак не можешь побороть боль?

– Бывают грехи, которые за один раз не преодолеешь и, конечно, в такой ситуации особая помощь Божия необходима. Поэтому нужно причащаться, нужно молиться, каяться, бороться со своим грехом. И понимать, что, либо ты победишь в себе свой грех, напрягая все свои силы, либо грех без всяких усилий победит тебя.

– Что значит, победит тебя?

– Значит, ты потеряешь этого человека, совсем с ним общаться не сможешь. Раз у тебя на душе грех, ты будешь и поступать греховно, будет мстительность, злопамятность, обидчивость. Будешь копить обиды, искать и видеть там, где их нет, всё истолковывать в дурном смысле. Это приведёт к деградации духовной. Но причащаться нужно только при условии, что ты от души молишься и от души каешься. Пусть ты этим грехом обуреваем, но ты с ним борешься. Бывают грехи, которые быстро не преодолеваются, с ними нужно бороться постоянно, только следить, чтобы не расслабиться, не устать и не потерять надежды, что с Божьей помощью ты их победишь. Тогда конечно просто необходимо причащаться.

Господь нам посылает такие испытания, чтобы мы учились с грехами бороться. О каких-то давних грехах мы забыли, даже про них и не думаем, но мы же грешные всё равно, вот, Господь нам и посылает нынешний видимый грех, чтобы мы его ощущали и преодолели. Но поскольку человек – существо целостное, если он побеждает этот грех, то побеждает и другие. Человек грешный, а Господь милостивый. Ты просишь прощения за один грех – Господь может тебе и другие простить. Но нельзя относиться к причастию, как к какому-то лекарственному средству: принял таблетку – у тебя голова прошла. Между прочим, если голова в данный момент перестала болеть, это не значит, что болезнь прошла. А здесь речь идёт о том, чтобы исцелиться полностью, чтобы эта нравственная боль не возвращалась.
URL статьи: http://www.pravmir.ru/kak-prostit-obidu/

Серия сообщений "наследие Отцов":

Часть 1 - свт.Филарет
Часть 2 - чтение Евангелия
...
Часть 71 - Муж и жена
Часть 72 - кто первый?
Часть 73 - прстить нельзя помиловать
Часть 74 - кто рядом..

ВИДЕО: ПРИРОДА ЗЕМЛИ

1. Niagara Falls, Canada




Читать далее...

Святейший Патриарх Пимен


Святейший Патриарх Пимен родился 23 июля 1910 г. в городе Богородске Московской губернии в семье служащего.

Еще учась в школе, отрок Сергей в праздничные и свободные от учебы дни любил бывать в храме, где часто читал и пел на клиросе, а также иподиаконствовал у епископов Богородских Никанора и Платона.

В 1923 г. Сергея, обладавшего прекрасным голосом, пригласили в архиерейский хор собора. Пение в хоре соединялось с серьезными теоретическими знаниями. Овладев мастерством вокального и регентского искусства, вскоре он уже сам пробовал силы в управлении хором своих сверстников в паломничествах по святым местам Центральной России.

В 1925 г. после окончания школы Сергей переехал в Москву и вскоре в Сретенском монастыре принял постриг в рясофор с именем Платон. В этот период жизни инок Платон управлял церковными хорами в московских храмах.
Читать далее...

Православная стенгазета № 85



В номере: святой великомученик Пантелеймон, толкование Евангельского чтения, священник Сергий Круглов о том, всегда ли надо умереть, чтобы стать мучеником, изречения преподобного Амвросия Оптинского, рубрика «Простые вопросы»: о сглазе.

св.Георгий

В Англии вам покажут место, где он родился, в Грузии вам скажут что он грузин, под Дамаском вам скажут что он именно отсюда, между тем - у нас в России - он русский. Так кто же он - святой Георгий Победоносец?

любовь - не эмоция

Серия сообщений "о.Димитрий Смирнов":

Часть 1 - во что веруешь?
Часть 2 - что важно
...
Часть 56 - откуда негры.. и не только
Часть 57 - о.Димитрий и П.Мамонов
Часть 58 - любовь - не эмоция

Мать Тереза /Агнес Бояджиу/

Мать Тереза /Агнес Бояджиу/ Mother Tereza Дата рождения: 27.08.1910 [Скопье] Дата смерти: 05.09.1997

Биография

Ее считали святой еще при жизни. Ей выпала нелегкая и радостная доля нести людям - в который раз! - благую весть, что Бог есть любовь и что смысл жизни каждого смертного лишь в том, чтобы любить и быть любимым. В ХХ веке она стала не просто символом милосердия, но вместе со своими послушницами являла реальную силу, с которой нельзя было не считаться. Ею восхищались, перед ней преклонялись, ее боготворили.

Благая весть от фрау Штарк

Она ждала меня у подъезда под дождем - согбенная, седая, с внимательным взглядом. Нет, не мать Тереза - фрау Штарк.

- Она целовала каждого умирающего в лоб!

Фрау Штарк, всю жизнь проработавшая для ордена иезуитов с больными детьми и стариками, в июне 1988-го ездила в Калькутту. Видела мать Терезу и не может ее забыть.

Я слышала волнение и пафос в голосе фрау Штарк. Я чувствовала, что эта сцена занимает центральное место в ее воспоминаниях. И не могла понять почему.

- А куда еще может поцеловать монахиня умирающего человека?

- Вы не понимаете. Европейцам это не понятно. В Европе нет таких городов, как Калькутта, где в кустах водятся ядовитые змеи, а трущобы осаждают стены дворцов. Люди - миллионы! - там рождаются, живут и умирают на кучах мусора. И уходят из жизни буквально под ногами прохожих. В Калькутте до сих пор так. И вот сестры Ордена милосердия, который основала мать Тереза, свозили эти живые останки в Sterbehaus, отмывали, откармливали, лечили. И они перед смертью вновь чувствовали себя людьми!

- Sterbehaus - это "дом смерти" или "дом для умирающих"?

Все равно. Это огромный полутемный барак, где на матрасах лежат люди. Туда принимали всех, даже самых безнадежных, от которых отказывались больницы. И вот их и целовала в лоб мать Тереза. На прощание. Вопреки всем представлениям о нормальной человеческой брезгливости. Эта женщина излучала свет. К ней со всех сторон тянулись руки. Всем хотелось ее коснуться.

- И вам тоже?

- Я сказала "всем".

- А из мертвых она не воскрешала?

- Она излучала любовь, великую любовь, любовь к каждому. Вам этого мало? Каких еще чудес желаете вы?

- Вы хотите сказать, она любила всех - вас, меня. Но как же это возможно? Ведь я и она - мы ни разу не встречались.

- "В каждом человеке я вижу Христа. А поскольку Христос навсегда один, то для меня в данный конкретный момент это тот, кто стоит передо мной". Так она говорила.

- Значит, она любила не людей, а Христа.

- Она любила Христа и поэтому людей.

Когда мы расстались, я посмотрела на себя в зеркало. Никого, кроме себя, я там не увидела. Но, благодаря странной идее об универсальной любви, жизнь матери Терезы из вороха удивительных и непонятных событий выстроилась для меня в великолепное жизненное полотно.

Как мать захочет, так и будет

Так говорили сестры Ордена милосердия про свою мать.

Свобода, удивительная, завидная свобода, свобода поступков и мыслей. Откуда она у пожилой, не очень образованной монахини в грубых сандалиях? Да она вытворяла просто все что хотела.

Принцесса Анна, Ясир Арафат, Джордж Буш, Фидель Кастро. Рейганы, Рональд и Нэнси. Дэн Сяопин, принцесса Диана, король Норвегии Харальд V, принц Чарльз. Пий XII, Иоанн XXIII, Павел VI, Иоанн Павел II... Именной указатель в любой биографии матери Терезы озадачит вас самыми невозможными сочетаниями. Матери Терезе действительно открывались двери и хижин, и дворцов.

Она могла: приготовить обед на шесть тысяч человек; не спать много суток подряд; всегда улыбаться; зайти в посольство Ирана и оставить там записку аятолле с просьбой срочно ей позвонить, чтобы обсудить проблему заложников; забыть медаль лауреата Нобелевской премии мира где-то в гардеробе королевского дворца.

Она утверждала, что ничто так не укрепляет дух и не открывает души беженцев, как вычищенная выгребная яма (разумеется, она чистила ее неоднократно). Ей постоянно приходили в голову нестандартные мысли: в поисках возможности дешевого перемещения в пространстве она предложила себя Air-India в качестве стюардессы. К сожалению, ей отказали.

Она говорила с королями и нищими, держала речь перед полными залами. И никогда не писала речей. Ей нужно было просто помолиться, чтобы знать, что сказать.

Ради норвежского короля она надела носки, и об этом писали газеты.

Почетный доктор теологии Оксфордского университета, она украшала свой быт статуэтками девы Марии и открытками с кровоточащим сердцем Христа, лечилась от усталости и от болезней молитвой и постом, ей можно было позвонить ночью - в любой час - и удостоиться беседы, в Рождество она пела Христу "Happy birthday to you".

"Невозможная смесь святого Франциска с фельдфебелем", - похвалил ее местный сотрудник Красного креста. В разрушенный войной Бейрут она прибыла с пасхальной свечой и иконой девы Марии. Помолилась. Наступило перемирие. Потом она пересекла линию фронта и притащила кучу замурзанных слабоумных детей из какого-то разбомбленного детского дома.

Расцвеченная чудесами, история ее жизни стала произведением устного народного творчества.

Однажды, когда Калькутту в очередной раз осадила новая волна голодных (Ганг разлился?) и мать Тереза и сестры готовили обед на семь тысяч человек, кончились продукты, и стало ясно, что завтра никто не получит благотворительного хлеба и супа. И вдруг - о чудо! - отцы города по непонятной причине отменили занятия в школах. И весь хлеб из школьных столовых достался голодающим.

Однажды мать Тереза сидела пригорюнившись и ломала голову, где бы ей раздобыть 50 000 рупий, чтобы оборудовать детский дом в городе Агра. И вот, когда ей окончательно стало ясно, что дома у сирот скорее всего не будет, вдруг - о чудо! - раздался телефонный звонок. Незнакомый голос сообщил, что матери Терезе присуждена некая филиппинская премия Magsaysay Prise (вы слышали что-нибудь о такой?). И тогда, конечно же, всем стало ясно, что Бог желает детский дом в Агре.

А вот быль о провидении, спасшем подушечку. Однажды сестра Андреа, первая немецкая сестра Ордена милосердия, прибыла в Калькутту и явилась к матери. И вдруг оказалось, что спальное место на полу есть, но вот накрыть его нечем. И тогда мать решила вспороть свою подушечку, чтобы из ее тряпичного содержимого соорудить гостье матрасик. И только она занесла над подушечкой нож, как - о чудо! - в дверь постучали. Кто там? На пороге некий покидающий Калькутту господин с матрасом в руках, который ему больше не нужен. (По другой версии, прибыла целая машина с матрасами из отеля, в котором поменяли обстановку.)

И конечно, чудо о передвижных лепроклиниках тоже заслуживает упоминания. Как известно, население не любит прокаженных, особенно в Индии, где эту болезнь считали проклятием, посланным Богом за грехи. На благую весть об открытии лепрозория население отреагировало градом камней. После многочисленных попыток мать Тереза поняла, что Бог категорически против стационара. Чтобы услышать Божью волю, она углубилась в молитвы. И Бог выразился яснее. В течение двух месяцев случилось следующее: матери Терезе пожертвовали 10 тысяч рупий, крупнейший в Индии специалист по проказе предложил матери Терезе свои услуги, и, наконец, из Америки прибыла машина скорой помощи. И мать Тереза догадалась, что Богу угодно вместо стационарной открыть передвижную лепроклинику! Есть целая серия рассказов на темы: мать Тереза и СПИД, мать Тереза и война, мать и апартеид, мать и проказа.

"Как мать захочет, так и будет", - говорили сестры.

Как? Почему? Откуда берутся идеи и силы? Кто помогает? Кто советует? Кто поддерживает? "Иисус Христос", - неизменно отвечала мать Тереза. Журналисты были разочарованы. А мать между тем говорила правду. Она всегда чувствовала в своей жизни присутствие Христа. И достаточно долго строила с ним свои отношения.

Вперед, Христу навстречу

"Агнес была такой хорошенькой. Прекрасно пела, играла в спектаклях, писала для католической газеты. И вот передо мной стоит женщина, которую больше, чем годы, состарили лишения", - прибывшая в Калькутту миссис Куни, владелица магазинчика из Мельбурна, расплакалась при виде любимой кузины, бывшей Агнес Бояджиу. Они не виделись целую жизнь, лет сорок.

Агнес Бояджиу, будущая мать Тереза, родилась в Скопье в албанской семье 27 августа 1910 года и была младшим, третьим по счету ребенком обеспеченных родителей. Бизнес ее отца состоял сначала в том, что он снабжал врачей Скопье лекарствами. Потом он торговал товарами, привезенными из Италии.

Скопье - городок на Балканах со всеми признаками турецкого наследия: с базарами, минаретами и невероятно пестрым населением. Все религии и секты были представлены в маленьком Скопье. Семья Бояджиу добавляла этому букету пестроты: эти албанцы были католиками. Большая редкость. То есть представляли абсолютное религиозное меньшинство и среди албанцев, которые, как известно, в основном мусульмане, и среди православных сербов. А с лежащей неподалеку католической Хорватией Сербию разделяла долгая и нудная вражда.

Агнес была хорошая, послушная, внимательная, доброжелательная. Прекрасно пела в церковном хоре, помогала маме и отстающим. Была набожной и романтичной. То хотела быть писательницей, то музыкантшей, то миссионером в Африке. Африку вскоре вытеснила Калькутта, куда в 1924 году отправилась группа католиков с Балкан.

Ни первая мировая война, ни перекройка границ, ни провозглашение независимости Албании не потрясли семью так, как внезапная кончина отца. Агнес тогда было четырнадцать, и она смогла сполна оценить мужество и предприимчивость матери, которая сумела сама не только зарабатывать на семью, но и заботиться о бедных соседях.

Впоследствии житие матери Терезы любили представлять в живых картинах послушницы основанного ею ордена. Сцена, когда семнадцатилетняя Агнес просит благословения матери стать монахиней и отправиться в Калькутту, удавалось им лучше всего. Мама пережила шок. Агнес такая тихая, такая разумная, такая домашняя, покладистая! Откуда эта прыть? Ах, и где эта Калькутта, на каком краю земли? Отдать дочь Богу, а тем более в Калькутту, означало, особенно по тем временам, расставание навсегда. Шок продолжался двадцать четыре часа. Потом мать благословила.

Брат Лазарь, который учился в военной академии где-то в Австрии, счел решение своей младшей сестренки девической блажью, о чем ей и написал. Ответ Агнес бесконечно цитируют все ее многочисленные биографы: "Ты считаешь себя значительным, потому что будешь офицером и станешь служить королю с двумя миллионами подданных? Я же буду служить королю всего мира".

26 сентября 1928 года Агнес вошла в поезд, идущий из Скопье в Загреб. Мама Драна была права: больше она свою Агнес так и не увидела. Агнес через всю Европу едет в Дублин, в монастырь сестер ордена Лорето, где за два месяца ей предстояло выучить английский. На пароходе прочь из Европы, через Суэцкий канал, в Красное море, в Индийский океан плыла навстречу своей судьбе уже не милая Агнес, а сестра Тереза (и корреспондент загребской газеты "Католическая миссия").

Да, у бедняжки почти нет багажа и плохое знание английского! На самом деле у сестры Терезы все было при себе. Она везла в свою землю обетованную самое важное, что можно было захватить из родного балканского захолустья, - стихийный экуменизм, которому впоследствии дивились передовые умы теологии. Экуменизм, выросший из традиций добрососедства, из материнского хлебосольства, из открытости дома Бояджиу. И из здравого смысла, подарившего наблюдение: главное, чтобы человек был хороший, а кто он - христианин, мусульманин, иудей, не так уж важно.

Чистота и непосредственность восприятия Евангелия, которое для нее было всем - и таинством, и инструкцией, и отдохновением - это тоже балканское наследство. Католическая община Скопье была малой и сплоченной. Всех можно было пересчитать по головам. И слово Евангелия казалось обращенным к каждой голове, как во времена первых христиан. А рано овдовевшая мама Драна, на которую с возрастом все больше и больше, вплоть до жестов и выражений, становилась похожа мать Тереза, преподала ей урок трудолюбия, жизненной стойкости и деятельной любви.

Прощай, монастырь

"Идя по улице, я наткнулась на нищую, полуобнаженную семью, хлопотавшую над своим умершим родственником. Они готовили умершего в последний путь, раскрашивали лицо, как того требуют традиции. Душераздирающая картина!

То, что сестры приняли за сухие ветки, оказалось истощенными ножками ребенка, к тому же слепого. 'Если вы его не возьмете, я оставлю его на траве, пусть достанется шакалам'. И это говорит отец! Если бы наши люди это увидели, воздержались бы от жалоб на свою участь и поблагодарили Бога, что живут в таком изобилии", - вот, наверное, последний репортаж из Калькутты сестры Терезы.

В Калькутте сестра Тереза стала учительницей в школах ордена Лорето. Целых шестнадцать лет она преподавала бенгальским девочкам на бенгальском языке историю и природоведение. Целых шестнадцать лет она верой и правдой старалась образованием победить бедность, в полном соответствии с концепцией ордена Лорето. И у нее хорошо получалось. Она и тут занималась с отстающими. И пела в церковном хоре. И пользовалась заслуженным уважением учительского, равно как и ученического коллектива. Стала даже директрисой одной из школ. И вдруг... Мать Тереза (в 1937 году, приняв монашеские обеты, она стала называться матерью Терезой) покинула монастырь. Оказывается, она, такая вроде бы открытая, два года вела переписку с Римом, чтобы добиться разрешения стать вольной монахиней.

16 августа 1948 года мать Тереза, тридцати восьми лет, переодевшись в купленное на рынке дешевое сари, покинула сестринскую обитель (где ей было хорошо, которая была ей родным домом, где ее любили и ценили), чтобы исчезнуть в трущобах Калькутты. В кармане у нее было пять рупий и намерение не возвращаться назад никогда. 10 сентября 1946 года по дороге из Калькутты в Дарджилинг ей было откровение покинуть орден Лорето и поселиться в трущобах Калькутты, чтобы служить беднейшим из бедных.

А незадолго до откровения в жизни матери Терезы случился такой эпизод - ужасная и обычная для Калькутты история. Мать Тереза увидела, как покрытую коростой, заживо гниющую, обездвиженную женщину в городскую больницу привез на тачке сын и оставил у входа. Мать Тереза попыталась ее в эту самую больницу пристроить. Умирающую в больницу не взяли. Сначала мать Тереза попыталась умирающей помочь, но не все в человеческих силах: "Я не могла возле нее находиться, ее коснуться, переносить ее запах. Я убежала. И стала молиться: 'Святая Мария! Дай мне сердце, полное чистоты, любви и смирения, чтобы я могла принять Христа, Христа коснуться, любить Христа в этом разрушенном теле'. Я вернулась к ней, я к ней прикоснулась, я вымыла ее, я помогла ей. Она умерла с улыбкой. Это был для меня знак, что любовь Христова и любовь к Христу сильнее, чем моя слабость".

Годы спустя у одного журналиста, наблюдавшего по заданию редакции ежедневную возню матери Терезы и сестер с умирающими, вырвалось: "Я бы не сделал этого и за миллион долларов!"

"За миллион и я бы не сделала, - ответила мать Тереза. - Только бесплатно. Из любви к Христу".

Тереза беднейших из бедных

"Господин Гомес! Мне нечего есть. Дайте мне, пожалуйста, поесть". Такие записки до сих хранятся у Альфреда Гомеса, который по рекомендации местного священника пустил к себе в пустующий верхний этаж монахиню Терезу. Поселившись на матрасике у господина Гомеса, мать Тереза совершенно не знала, что же ей дальше делать, как же служить беднейшим из бедных. Никаких дальнейших указаний "сверху" не поступало. Надо было выкручиваться самой.

Целыми днями она скиталась по улицам, время от времени совершая попытки просить подаяния. Основала "школу" среди мусорных куч. Учила никому не нужных детей мыть руки и писать на асфальте. (Тогда она, конечно же, не знала, что тем самым положено начало системе детских приютов Ордена милосердия Shishu Bhavan для нежеланных и ненужных детей - младенцев из мусорных ящиков, маленьких инвалидов, сирот.)

Еще она стаскивала куда-нибудь под крышу умирающих бездомных и старалась облегчить им страдания. Она не знала, что пройдет время и молва о блаженной монахине достигнет городских властей, которые никак не могли запретить миллионам бездомных умирать где попало, и за это их критиковали газеты. Тогда ее найдут и предложат "подряд": развернуться в огромном полутемном помещении, примыкающем к храму богини Кали, где некогда содержался жертвенный скот и было достаточно места умирать. Так появился Nirmal Hriday - дом для умирающих в Калькутте.

Еще пройдет время, и журналист BBC Малькольм Мугеридж возьмется снимать фильм в этом полутемном помещении без всякой надежды на качество и вдруг, проявив пленку, увидит, что все поле экрана залито каким-то мягким, приятным светом. "Это светится Божья непреходящая любовь. Чудо! Свершилось чудо!" Таков был комментарий. Но этот фильм Something Beautiful for God вышел на экраны только в 1969 году.

А в 46-м мать Тереза писала в своем дневнике: "Господь! Что за муки одиночества сегодня" - и не рассчитывала на чудеса. Тем не менее следующее, после святого откровения чудо случилось в ее жизни уже через три года.

...Ее звали Субхасисни Даш. Бенгалка, бывшая ученица матери Терезы. Будущая сестра Агнес, первая послушница, первая сестра. Вслед за ней в том же 1949 году к матери Терезе присоединились еще одиннадцать последовательниц, в основном бывших ее учениц. Вы не поверите, но всего их было, как и полагается для хорошего начинания, двенадцать.

В следующем, 1950-м, Орден милосердия был признан Римом.

Io sete!**

Эти слова распятого Христа можно прочитать в любой часовне Ордена милосердия - хоть в Риме, хоть на Сейшелах. Для любого христианина они символизируют вечную неутоленность в любви. "Пить! Любви!" - именно этот призыв учила мать Тереза читать в глазах людей. По матери Терезе, мир описывается всего в двух терминах: "любовь" и "не любовь". И есть "простая" задача - хотя бы держать границу между двумя этими областями. Как? Творить малое, но с большой любовью.

Сестры Ордена милосердия, которые кроме традиционных монашеских обетов (бедности, безбрачия, послушания) дают еще обет служения беднейшим из бедных, живут так же, как и их подопечные: нет у них ни холодильников, ни стиральных машин, они более чем неприхотливы в еде, моются простым мылом, ездят только на общественном транспорте. Их собственность - сари, сандалии, зонтик на случай дождя, тощий матрас. Но от беднейших из бедных монахинь отличает не только маленькое распятие у левого плеча.

Жизнь этих добровольцев трудна, однообразна, скучна. Это бесконечный тренинг любви с перерывами на работу. Работать - значит для них чистить, мыть, стирать, бинтовать, проявлять чудеса терпения, выносливости и отсутствия брезгливости (омерзительных ран прокаженных сестры ордена касаются без перчаток), иногда находиться под пулями (как, например, в Белфасте или в Эфиопии). Все это, конечно, можно совершить (еще не то совершали), вопрос состоит в том, как при этом самому получить и другим передать заряд радостной бодрости (а в чем же еще состоит любовь)?

Тут важно было быть готовым к работе. Эту готовность мать Тереза определяла безошибочно - по улыбке тихой радости, отражающей душевную собранность и покой. Несобранным, беспокойным и нервным можно было на работу не выходить. Им предлагалось молиться до тех пор, пока не наступало прозрение, пока не удавалось разглядеть раны страдающего Христа во всех проявлениях человеческой слабости и безобразия.

"Мы не социальные работники, мы не бригады скорой помощи, мы из ордена любви Христовой".

Тренинг любви начинался в четыре утра с молитвы св. Франциска Ассизского.

Господь! Дай мне силы

Утешать, а не быть утешаемым,

Понимать, а не быть понятым,

Любить, а не быть любимым.

Ибо, когда отдаем, получаем мы

И, прощая, обретаем себе прощение.

Этой молитвой начинался день, состоящий опять-таки из множества молитв. Мать Тереза знала только одно действенное лекарство против напастей, сомнения, болезней - обращение к Богу. Она прописывала молитву всегда и от всех болезней. Откровения Игнатия Лойолы, Франциска Ассизского дополнялись "творчеством" матери Терезы, которая во время так называемых медитаций бралась за перо.

Вот такое, например, описание круговорота любви и покоя в природе:

"Плод покоя - молитва,

плод молитвы - вера,

плод веры - любовь,

плод любви - покой".

Покой внутренний, покой сердца, покой языка, покой глаз, покой духа, радость, как правило, тихая. Любимые слова в лексиконе матери Терезы. Она учила сестер "выращивать" покой, как настоящий йог.

И только такие, сильные, радостные, спокойные, они были готовы к ежедневным сражениям за любовь. Враг, с которым сражались сестры, надевал разные личины. В Индии он назывался "проказа". В Америке - "СПИД". В Южной Африке - "апартеид". Но для матери Терезы это была все та же нелюбовь, немилосердие, нежелание душевно трудиться, эгоизм, глупость - вечные человеческие пороки, отправившие на Голгофу Христа. И почерк матери Терезы, что в развивающихся странах, что в так называемых цивилизованных странах был одинаков.

Она прибывала на поле брани одна и без оружия. Никого не проклиная, не обличая и не задабривая, открыто брала под защиту тех, кто, по ее мнению, в ней нуждался. И, добившись общественного прозрения, для закрепления успеха открывала миссию, в которой поселялись сестры Ордена милосердия.

В Индии она доказала, что проказа - это вовсе не проклятие Господне, а просто болезнь и ее можно вылечить, если своевременно взяться. Она оказалась упорнее и последовательнее швыряющегося камнями населения и родственников, вычеркивающих больных из памяти. Вместо лепрозория был построен поселок, где прокаженные проживали семьями, до полного выздоровления или смерти и даже позволяли себе рожать - здоровых! - детей. Мать Тереза охотно приглашала туда любопытствующих на чаек.

Ее способности производить сенсацию могли бы позавидовать имиджмейкеры политиков и кинозвезд. Она приехала в Нью-Йорк в 1985-м, в самый разгар истерии в связи с эпидемией СПИДа. Посетила тюрьму, где умирали трое инфицированных преступников. Ужаснулась. Посетила мэра Нью-Йорка. И он после встречи с нею в двадцать четыре часа умирающих освободил. К Рождеству в Гринидж-виллидж открылся первый приют для больных СПИДом (она любила преподносить Христу ко дню рождения дорогие подарки). И пока обывателей трясло от страха, а священники недоумевали, при чем тут христианское милосердие (по отношению к лицам, совершившим содомский грех! За то и наказание!), Gift of Love ("Подарок любви" - так называется приют для больных СПИДом в Нью-Йорке) принял первых несчастных постояльцев. И мать Тереза просветила население по телевизору, что СПИД - это предостережение Господне, это знак. О чем? О наступающем конце света? Нет, конечно. Это знак, что следует в конце концов нам открыть сердца и возлюбить друг друга. Обыватели от такого просвещения просто обалдели. И "Подарок любви" матери Терезы как-то незаметно превратился в подарок любви горожан своим несчастливым собратьям.

"Я не понимаю, что такое апартеид", - заявила она, появившись в Претории в самый разгар южноафриканских событий. Наверное, все-таки понимала. А может, и чисто по наитию были подобраны сестры: одна белая, одна черная, одна бенгалка и одна китаянка. Они истово трудились на пользу бедным, являя собой живой пример интернациональной дружбы.

"Вы лечите не причину, а следствие. Вы латаете дыры. Вы выпускаете пар. Ваш труд тонет в океане проблем, которые могут быть решены только совместными усилиями на государственном уровне".

Мать Тереза не принимала такой критики. Она считала, что следует действовать в полном соответствии с буквой и духом Писания.

"Я алкал - и вы дали мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне". Так в Евангелии от Матфея сформулированы простые правила жизни, отличающие праведника от неправедника. А вот о необходимости борьбы за человечество на уровне государственных структур или с государственными структурами в Евангелии нет ни слова. При этом колоссальные средства, стекавшиеся к матери Терезе со всего мира, на которые были построены детские дома, больницы, школы и приюты, служили веским доводом обратному - что начинать можно и с малых сих. "Малое, но с большой любовью!" Никаких грандиозных проектов, которые слишком часто становятся надгробием любви.

Святая? Сумасшедшая? Одержимая?

Мать Терезу, которая всегда много и тяжело работала, носясь по всему миру, однажды все-таки настигла болезнь. Сердце перестало поспевать за своей хозяйкой.

И вот вам пример, чем можно заниматься в больнице. Передо мной текст длинной - на две книжные страницы - медитации матери Терезы. Вот что значит иметь время.

Что для меня Иисус? Это мать Тереза спрашивает себя. И тут же длинно, обстоятельно и прямолинейно сама себе отвечает: "Иисус - это..." Дальше следует удивительный список: Иисус - это слово, которое следует произнести. Правда, которую... Путь, который ... Свет, жизнь, любовь, радость, мир. Идем дальше. Иисус - голодный, которого нужно накормить. Жаждущий, которого... Бездомный, которого... Больной. Одинокий! Нежеланный! Прокаженный! Нищий! Запойный! Душевнобольной! Слепой! Калека! Заключенный! И даже проститутка, которую нужно спасти от опасности и пристроить в жизни. Эта проститутка появляется в самом конце, перед - и здесь совсем уже курьезное сочетание - "Иисус - это человек с зачерствевшим сердцем, которому надо помочь его смягчить".

Далее следует мощная кода:

"Иисус - мой Бог, мой Супруг, моя жизнь, моя единственная любовь.

Иисуса люблю я всем своим сердцем, всем своим существом.

Я все ему отдала, даже свои грехи,

и он перемолол их во мне в нежность и любовь.

Я - супруга распятого супруга".

Ну, каково?

Я показала написанное психиатру. Он работал в "Крестах". Всякое видел. Он - понимает.

Психиатр прочитал и сказал: "Огромная жизненная сила. Цельная натура. Находится во власти навязчивой идеи. Скорее всего, сумасшедшая. Возможно, святая. Неопасна... Но скажите же мне, кто она?"

"Я все ему отдала, даже свои грехи". Грехи? У матери Терезы?

Великая грешница. Мать Тереза и мама

Tirana. Perlat Rexhepi 5, Shk I ap. 4, Бояджиу Драна, Бояджиу Ага. По этому адресу проживали мама и сестра. Откуда мне известен адрес? Его старались опубликовать все, кто писал о матери Терезе. Они правильно надеялись на то, что люди пошлют весточку маме матери (извините за невольный каламбур), томящейся за железным албанским занавесом. Письма действительно приходили в Тирану, тысячи писем. Они стали главным утешением хорошей женщины Драны в старости.

Иногда и матери Терезе передавали печальные письма оттуда. Сестра Ага писала, что мать тяжело больна, весит 39 килограммов, что жить ей осталось совсем недолго и что перед смертью она мечтает попрощаться со своей дочкой, бывшей Агнес.

Находясь в Риме, всемогущая защитница бедных и больных, всемирно известная мать Тереза, приятельница принцев и прокаженных, посетила посольство Албании. Она заставила прослезиться посольского чиновника, сказав ему на родном языке, что пришла к нему за помощью, как "ребенок, ищущий матери". Она принесла также письменные заверения итальянских властей о готовности принять близких матери Терезы. Итальянская инициатива была оставлена без внимания. Матери Терезе милостиво разрешили въезд. Но не выезд.

Что делать? Ехать в Албанию и проститься с матерью? Это значит остаться там навсегда, нарушить обет верности Христу, бросить орден, оставить поверивших ей сестер. Было также известно, что даже на свободу в пределах Албании рассчитывать не приходится: как служительнице культа, ей была приуготовлена прямая дорога в тюрьму или лагерь, в хорошую компанию ко всем остальным попам, распространителям религиозного дурмана, которые не пожелали перекраситься и не успели спастись.

Не ехать в Албанию? Не проститься с матерью? Но как же тогда быть с проповедуемой во весь голос любовью к ближним?

Любое решение - грех. Выбора у нее не было. Она поехала. Не в Албанию, а куда-то в Йемен, помогать жертвам землетрясения. Помогла. В июле 1972 года в Калькутту пришло известие о кончине Драны Бояджиу, мамы. Через год умерла сестра Ага.

В 1992 году президент свободной Албании Рамиз Алия присвоил матери Терезе звание почетного гражданина, вручил премию за отличную работу на ниве гуманизма и прогресса, а также учредил благотворительный фонд ее имени. Так мать Тереза побывала на дорогих могилах. К ее удивлению, они были ухоженными.

Возможно, где-то наверху все-таки происходит взаимозачет сделанного добра? Никто этого не узнает.

В отличие от несгибаемых революционеров, которые у "религиозников" позаимствовали замечательный принцип жертвовать личным ради общественного и близкими ради идеи, мать Тереза признавала свой грех.

И она была доброй матерью. Для руководителя молодого, но влиятельного и набирающего силу ордена вела себя нетипично: она никогда не ставила сестер перед выбором между общественным и личным.

Всемирно-историческое значение матери Терезы

Останавливали ли вы военные действия, где и когда? Удавалось ли вам: инициировать мирные переговоры, марши мира, предотвратить народные волнения, чреватые большим количеством жертв?

На все эти вопросы соискатель Нобелевской премии мира мать Тереза честно отвечала: "Нет!"

Малькольм Мугеридж (упоминаемый выше журналист ВВС, снявший о ней фильм и сделавший интервью, благодаря которому мать Тереза стала телезвездой; он впоследствии крестился и стал католиком) понял, что так дело не пойдет и взялся за перо. И он разъяснил всемирно-историческое значение матери Терезы. Оно в том, что "мать Тереза, всю свою жизнь полностью и безоговорочно посвятив Христу, умела в каждой страждущей душе разглядеть черты Спасителя и к нему соответственно относиться; и что она, вместе с сестрами Ордена милосердия, став генератором любви в мире, тем самым противодействует индивидуальному и коллективному насилию во всех его формах".

В конце следует привести данные, свидетельствующие о процветании Ордена милосердия, который сегодня насчитывает около 300 000 сотрудников в 80 странах мира, о сети детских домов, приютов, больниц, лепрозориев. Мать Тереза умерла, а дело ее живет. Но не в количестве лепрозориев ее дело.

"Выглянула в окно и вижу: мать Тереза идет! Весна во Фрайбурге - это готика и цветущие сады. А она точно такая, какой я видела ее в Доме смерти - в сари, маленькая, чуть сгорбленная, целеустремленная, быстрая. Словно спешила на помощь, словно весь путь от Калькутты до Фрайбурга прошла пешком. Я засмеялась - нельзя было не засмеяться. Мне стало спокойно и хорошо. Оказывается, во Фрайбурге открылся какой-то католический конгресс". Так вспоминает фрау Штарк свою последнюю встречу с матерью Терезой.

Вдруг выглянешь в окно, а там - мать Тереза идет!

Высадилась ли она как десант, прилетела, как Мэри Поппинс, на зонтике? У кого какая фантазия. Важно знать, что время от времени случается нечто из ряда вон выходящее, если выглянешь в окно.

И я вместе с "Домовым" с радостью поучаствую в распространении легенды о матери Терезе. Эта правильная и талантливая легенда, которая возвращает нас к основам. Ведь все мы в детстве хотели быть хорошими и старались делать так, чтобы нас любили.

Мать Тереза и я

Недавно я побывала в индийском ресторанчике. В папке меню лежал листок.

"Жизнь - это шанс, не упусти его. Жизнь - эта красота, удивляйся ей. Жизнь - это мечта, осуществи ее. Жизнь - это долг, исполни его. Жизнь - это игра, так играй! Жизнь - это любовь, так люби. Жизнь - это тайна, разгадай ее. Жизнь - это трагедия, выдержи ее. Жизнь - это приключение, решись на него. Жизнь - это жизнь, спаси ее! Жизнь - это счастье, сотвори его сам. Жить - стоит. Не уничтожай свою жизнь!"

- Кто это написал? - спросила я хозяина.

- Святая, - бросил он.

Я села пить свой кофе. Открыла книгу о матери Терезе. Строчки со вкладыша в меню, те же самые строчки. Еще одна "медитация" матери Терезы. "Опубликована" на стене при входе в приют для больных СПИДом, открытый Орденом милосердия в нью-йоркском Гринидж-виллидж. У приюта есть имя. Он называется "Подарок любви"

http://www.peoples.ru/state/sacred/teresa/

 

***Молитва родителей на благословение детей.***

"Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, благослови, освяти, сохрани чадо мое силою Животворящаго Креста Твоего. Аминь."

Читать далее...

О СВЯТЫХ ИКОНАХ

В храме — в иконостасе и по стенам, — и в доме — в пе- реднем углу — находятся святые иконы, перед которыми мы молимся. Иконою, или образом, называется изображение Самого Бога, или Божией Матери, или ангелов, или святых угодников. Изображение это непременно освящается святой водою: через это освящение иконе сообщается благодать Святого Духа, и икона чтится уже нами как святая. Бывают иконы чудотворные, чрез которые пребывающая в них благодать Божия проявляется даже чудесами, например, исцеляет больных. Сам Спаситель дал нам Свое изображение. Умывшись, Он отер пречистый лик Свой полотенцем и чудесно изобразил его на этом полотенце для больного князя Авгаря. Когда больной князь помолился перед этим нерукотворенным изображением (образом) Спасителя, то исцелился от болезни своей. Молясь перед иконою, мы должны помнить, что икона не Сам Бог или угодник Божий, а лишь изображение Бога или угодника Его. Поэтому не иконе мы должны молиться, а Богу или святому, который на ней изображен.

ПРИТЧА О НЕОБЫЧНОЙ ТЕРАПИИ ОДНОГО ПСИХОЛОГА

Обязанности Мужчины и Женщины

 

 

второе обретение мощей пр.Серафима


Из воспоминаний архиепископа Истринского Арсения (Епифанова):

Чтобы все было понятным, расскажу предысторию событий. В вопросе обретения мощей преподобного Серафима Саровского очень помог покойный ныне архиепископ Тамбовский Евгений (Ждан). Именно с его назначением в 1987 году на Тамбовскую кафедру стали предприниматься большие усилия по возрождению духовной жизни на Тамбовщине. Попутно Владыка изучил массу документов и случайно наткнулся на те, которые содержали описание вскрытия сотрудниками НКВД раки мощей преподобного Серафима Саровского. Конечно, это жуткая бумага — в отношении святого угодника Божия было проявлено мародерство, но она ценна буквальным, детальным описанием каждой косточки, каждого позвонка, обнаруженного в раке Преподобного.

В 1990 году состоялся Поместный Собор Русской Православной Церкви, на котором митрополит Ленинградский Алексий был избран на Патриарший престол. А в конце года мне позвонил директор Музея истории религии Ленинграда Станислав Алексеевич Кучинский: «Владыка, я не могу утверждать точно, но нами обнаружены мощи какого-то угодника Божия. Мощи скелетного состава, никаких покровов. Сохранилась только одна рукавичка на мощах, на которой — такая надпись: „Преподобне отче Серафиме, моли Бога о нас!“ По описи эти мощи у нас не проходят, нашли мы их случайно, завернутыми в один из гобеленов... »

Конечно, я сразу же поставил в известность Святейшего Патриарха. Святейший переговорил со Станиславом Алексеевичем, и тогда же, в декабре, под председательством Владыки Евгения была создана специальная комиссия. Я тоже входил в нее, а также и некоторые священнослужители Санкт-Петербургской епархии.

И вот мы приехали в Петербург (тогда еще Ленинград) и в присутствии директора, его заместителей и сотрудников музея поднялись в ту комнату, где лежала «находка». Разумеется, мы привыкли всегда доверять только документам — здесь же никаких документов не было. Но я уже говорил вначале, что еще в 1988 году Владыке Евгению удалось обнаружить акт вскрытия мощей преподобного Серафима Саровского с подробным описанием (собственно, поэтому Владыка Евгений и стал председателем комиссии). По этому-то акту мы и стали сличать найденные мощи с описанием. Все найденное досконально сходилось с останками преподобного Серафима Саровского! Даже такой факт: помните из жития Преподобного, как его до полусмерти избили разбойники, искавшие у него деньги? И вот даже это сходится: у найденных мощей заметна довольно сильная вмятина на грудной кости!

Что меня тогда поразило больше всего? Голова преподобного Серафима была в скуфейке с круглым отверстием на лбу. По-видимому, на это отверстие раньше была наклеена какая-то круглая металлическая пластинка, чтобы люди к ней прикладывались. Так вот, кости черепа Преподобного — темного цвета, а это место — светлое-светлое, настолько оно зацеловано. От этого возникло какое-то радостное чувство...

После освидетельствования мощей Святейший Патриарх дал распоряжение директору Софринского завода изготовить раку для преподобного Серафима. Потом вызвал митрополита Нижегородского и Арзамасского Николая и сообщил ему об обретении мощей преподобного Серафима.

Церковный народ узнал об этом событии немного позже. На Рождественском Патриаршем поздравлении в Богоявленском Елоховском соборе Святейший Патриарх в ответ на приветствие митрополита Ювеналия, обращаясь к молящимся, сказал: «А еще хочу, дорогие мои, сообщить об одном необычном явлении, которое Господь даровал нам в эти дни: обретены мощи преподобного и богоносного отца нашего Серафима, Саровского чудотворца!» Меня поразило, как весь собор буквально вздохнул: настолько это глубинное переживание было в людях!

В середине января 1991 года Святейший Патриарх отбыл в Петербург (тогда еще Ленинград), там мощи Преподобного с торжественным пением были вынесены из хранилища в Казанский собор (он еще не был передан Церкви), где было совершено краткое молитвословие. Затем мощи перенесли в Александро-Невскую Лавру, в святых воротах которой дорогую святыню встречали клир и паства Ленинградской епархии.

Несколько недель мощи преподобного Серафима находились на поклонении в Троицком соборе Александро-Невской лавры. В праздник блаженной Ксении Петербургской Святейший опять посетил Северную столицу, а вечером 6 февраля мощи преподобного Серафима при пении множества собравшегося на улицах народа — «Преподобне отче наш Серафиме, моли Бога о нас!», «Величаем тя, преподобне отче наш Серафиме!» — крестным ходом были перенесены из Александро-Невской лавры на Московский вокзал. Проходя по Старо-Невскому, по другим улицам, которые были определены для крестного хода, как было умилительно видеть множество народа со свечами, слышать это тихое молитвенное пение! Не было ни крика, ни гомона, ни какого-то ажиотажа... Не было той сумятицы, какая сопутствует обычно митингам, собраниям... Все пронизывало особенное, духовное радование!

Для доставки мощей Преподобного в Москву был выделен специальный вагон поезда. Когда процессия с крестным ходом подошла на вокзал, мы увидели, что все перроны и подходы к зданию вокзала были сплошь заняты народом! В этот момент, мне кажется, работа вокзала вообще была парализована...

Когда отъезжали, такое было чувство, без слез не передашь! Вагон с мощами преподобного Серафима был в поезде последним, в нем также находился Святейший Патриарх. Когда поезд тронулся, все люди, стоявшие на перронах или у входа в вокзал, опустились на колени. Этот момент — поклон жителей Петербурга, прощавшихся с Преподобным — настолько запечатлелся в памяти, что его трудно забыть. Это был единый душевный порыв...

По пути в Москву духовенством всю ночь читались акафисты, служились молебны. Утром прибыли на Ленинградский вокзал столицы. Наш приезд никак не был афиширован, но все равно: когда наш поезд подъехал, нас было намного меньше, чем встречавших мощи на перроне! Такая всех охватила радость, когда каким-то образом разнеслась весть о прибытии мощей, что люди прибыли и без объявления.

От Ленинградского вокзала к Богоявленскому кафедральному собору состоялся большой крестный ход с мощами преподобного Серафима. Помню, это случилось на праздник иконы Божией Матери «Утоли моя печали»: морозный день, поземка, но погода никак не сказывалась на настроении собравшихся, радость переполняла всех!

Когда мощи Преподобного внесли в Богоявленский собор, сразу спонтанно начался благодарственный молебен: ни книг, ни последования — все наизусть, по вдохновению, такое воодушевление было!

В этот же вечер у мощей преподобного Серафима состоялось наречение во епископа Саранского Владыки Варсонофия, а на следующий день, 8 февраля, совершилась его епископская хиротония. И ведь это, я думаю, тоже не случайно: Саранск — это в Мордовии, а Мордовия входила раньше в Тамбовскую Епархию, где подвизался преподобный Серафим!

С февраля до июля 1991 года мощи Преподобного пребывали в Богоявленском кафедральном соборе. Летом состоялся грандиозный крестный ход — уже на автомобилях — во главе со Святейшим Патриархом, иерархами и священнослужителями Русской Православной Церкви для переноса мощей преподобного Серафима Саровского в Дивеево, во вновь открытую Дивеевскую женскую обитель.

Этот крестный ход прошел буквально по всей России: по городам и Московской, и Владимирской, и Нижегородской областей, и дальше — через Арзамас — в Дивеево. Конечно, запомнилось многое: множество людей разного звания и положения, стремившихся приобщиться к святыне. Повсюду крестный ход сопровождала масса людей, особенно поразили меня встречающие в Лакинске. Поскольку в этом городе не было предусмотрено остановки, а кроме того, уже на подъезде к Лакинску начался ливень, мы хотели ехать, не останавливаясь. Но что мы увидели? На дорогу вышло много людей — с хоругвями, крестами, цветами и иконами. Они вышли поприветствовать преподобного Серафима! А тут — ливень! И вдруг, увидев наш кортеж, все эти люди, несмотря на потоки воды, становятся на колени! Трудно передать, какие тобой овладевают чувства, когда видишь такое благоговение перед святыней!

И так было по всему пути следования: повсюду люди выходили на обочину, встречали мощи Преподобного, каждый по-своему выражал радость от встречи со святыней.

Въезжаем во Владимир... Владыка Владимирский, архиепископ Евлогий, со множеством клира вышел навстречу мощам к Золотым воротам города. И тут — такая поразительная картина: мощи стоят по центру, Владыка Евлогий — во вратах, клир около него, а вокруг все заполнено народом! Огромнейшая площадь, вниз от собора, сплошь занята людьми, которые пришли поклониться преподобному Серафиму.

На следующий день маршрут продолжился далее. И повсюду, на каждой остановке, совершались службы, пелись молитвы. Заезжали и в Вязники, и в Гороховец...

Потом приехали в Нижний Новгород: большой ярмарочный собор, масса людей... Собор стоит на открытой площади, тени нет, жара... Пришлось выносить мощи на паперть южного придела, чтобы люди могли приложиться: народ шел нескончаемым потоком. Далее — в Арзамас, там в соборе была совершена епископская хиротония Владыки Иерофея, ныне почившего. Далее крестный ход с мощами Преподобного проследовал в Дивеево.

По дороге в Дивеево находится несколько сел и деревень, оттуда тоже выходили люди — с крестами и иконами, вставали по обочине... Пришлось, конечно, и здесь останавливаться.

Так прошел этот удивительный крестный ход — с большими и малыми остановками. Сейчас я хочу поблагодарить всех, кто принял в нем участие: кто помощью, кто молитвой, кто еще чем-то... Скажу спасибо всем, потому что без нашей общей солидарности невозможно было бы организовать такое значительное мероприятие, которое целиком захватило все наше общество.

А затем уже Господь сподобил нас обрести мощи и других угодников Божиих, преподобный Серафим Саровский был первым...

Серия сообщений "обитель пр.Серафима":

Часть 1 - Дивеево - как провести день
Часть 2 - Преполовение
...
Часть 32 - день памяти прп.Александры Дивеевской
Часть 33 - воспоминания..
Часть 34 - второе обретение мощей пр.Серафима
Часть 35 - 4 удел Пречистой

4 удел Пречистой

Серия сообщений "обитель пр.Серафима":

Часть 1 - Дивеево - как провести день
Часть 2 - Преполовение
...
Часть 33 - воспоминания..
Часть 34 - второе обретение мощей пр.Серафима
Часть 35 - 4 удел Пречистой

Он и она


"Беседы о семье". - беседы о семье и воспитании детей
Выпуск 1: Протоиерей Димитрий Смирнов. "Он и она".
Выпуск 2: Протоиерей Димитрий Смирнов. "Почему в современном мире мало Христианских семей".
Выпуск 3: Протоиерей Артемий Владимиров. "Эмансипация или женственность, инфантильность или мужественность?".
Выпуск 4: Протоиерей Димитрий Смирнов. "Любовь не эмоция, а добродетель".
Выпуск 5: Священник Павел Гумеров. "Как выжить православной семье в современном мире?".
Выпуск 6: Протоиерей Артемий Владимиров. "Да будут два во плоть едину...".
Выпуск 7: Священник Павел Гумеров. "Семейные конфликты: профилактика и лечение".

Серия сообщений "азы православия":

Часть 1 - отчитка
Часть 2 - исповедь
...
Часть 98 - быль
Часть 99 - да исправится молитва моя
Часть 100 - зачем венчаться