Я не изобрету велосипед, если еще раз скажу об этом: то, что можно посмотреть по телику детям, лично у меня вызывает ужас, за редкими исключениями. Новый детский канал — для детей с 3 до 8, а если старше? Наличие кабельного телевидения дает большое преимущество перед одноклассниками, не оторваться сутки напролет. Гнусные мультики — Бивис и Батхед могут повеситься в туалете от зависти. Включаем — зеленые черепастые человечки прокручивают друг друга в мясорубке. Многосерийный бред, жуткий по содержанию и форме. Уродливые детки с двумя зубами в раззявленном рте. Жестокие герои. Просто прикольная Розовая Пантера смотрится на этом фоне как отдушина. Несомненным завоеванием являются каналы о животных,«Дискавери», спорт. Лучше уж «Формула-1» на французском языке, чем летучие японские демоны, говорящие одинаковыми писклявыми голосами. И хочется посмотреть в глаза создателю черепашек-ниндзя. Комиксы становятся мультиками, мультики — компьютерными играми и игрушками. Все это существует в детском сознании, замещая настоящую жизнь.

            Более старшие от нарисованных героев могут перейти к застекленным. «Дом-2» — это, типа, любовь. «Наша Раша» — это, типа, юмор, чем ниже пояса шутка, тем смешнее. Пусть многое непонятно, но они уже взрослые, Булгакова и Достоевского уже смотрели. У шестиклассников принято цитировать «Комеди club», иначе будешь лохом и тебя выгонят с проекта. В школе лохом быть никак нельзя. Доказать мальчику 11 лет, что у него может быть личное мнение, еще труднее. Нужно быть таким, как все. Школа, где учится мой старший сын, — физико-математический лицей, полный маленьких гениев и вундеркиндов. Может быть, это пока позволяет сохранять там уважение к знаниям, а не только к модели сотового телефона.
            У нас сильные предметники. Учительница литературы на родительском собрании много раз повторяет, что дети должны вдумчиво читать, учиться формулировать мысли. Приходим в книжный магазин — «100 сочинений», уже все сформулировано. Подарили «Большую школьную хрестоматию». Тысяча страниц мелкого текста. Поэзия — Анненский, Блок, Фет, Цветаева, Некрасов. Проза — «Война и мир», «Анна Каренина», Чехов, «Повести Белкина». На первой странице читаем: «Хрестоматия составлена по специальной методике, в пересказе с сохранением оригинального текста и ключевых глав». В бешенстве отнимаю вечером у сына эту книгу, им задали «Дубровского». Я, конечно, благодарна составителям, что они сохранили у Пушкина «ключевые главы» и даже «оригинальный текст», но как доказать ребенку, что это уже не Пушкин? Одна моя знакомая заставляла сына читать за деньги, покупала ему такие вот книжки, в пересказе: «Старуха Изергиль», адаптированный вариант. Экранная версия. Чтобы был экшн, а рассуждения зануды Горького все опустить.
            Это, конечно, проблема семьи, а не школы. Читают-то дома. И сочинения пишут дома. Проще купить готовые тексты, чем со слезами и скандалом в последнюю ночь перед сдачей насильно заставлять ребенка формулировать мысли,Весь образовательный процесс идет по пути упрощения, наименьшего сопротивления, а в книгах по психологии детей пишут как раз обратное. Нужно ставить задачи, заведомо более высокие, чем те, которые ребенок может выполнить с легкостью. Почему мы так плохо думаем о наших собственных детях, считаем их не в состоянии прочитать оригинальный текст на русском языке(!) и высказать свое мнение?
            В этом году на писательском семинаре разбирали не очень, к сожалению, удачный текст. Повесть из школьной жизни. Одна из участниц в защиту автора предположила, что повесть хотя и не может быть названа настоящей прозой, но вполне имеет право быть напечатанной. Сейчас издается такая серия «Книги для девочек», вот туда подойдет. Что это за девочки такие? Что они должны читать? Плохие повести? Журналы «Барби» и «Братц» — адаптированный вариант женских глянцевых журналов? Мне попался недавно один такой, октябрьский. Тема номера — подготовиться к Дню всех святых. Каких святых? Спросите у девочек.
            У меня, слава богу, мальчики. По крайней мере, не нужно бороться с Барби. И старшему, и младшему я с годовалого возраста каждый день читала вслух перед сном. Обязательно, чтобы появилась привычка к чтению. И она появилась, только теперь проблема другая. Что читать? По-моему, чтобы говорить с ребенком на одном языке, важно иметь возможность цитировать одни и те же книжки. Книжки моего детства быстро кончились, дальше — пустота.
            Младшему шесть, с ним легче, потому что много еще впереди. Он пока еще с удовольствием осваивает Винни-Пуха, Незнайку, Алису и Карлсона. Еще не брались за «Волшебника Изумрудного города», Муми-троллей и хоббитов. Старший же мучает меня просьбами найти что-нибудь интересненькое. Беляева читал, Жюля Верна читал все подряд. Дюма, про «Трех мушкетеров» в рецензии учительнице литературы написал, что это «очень познавательная книга по истории Франции». Индейцы и пираты закончились, Булычев и Толкиен закончились, Стругацкие, Лем, Брэдбери пока тоже закончились, до более взрослых времен. Книги о животных Даррелл и Сетон-Томпсон закончились тоже. Алексин был, «Кондуит и Швамбрания» была, Том Сойер был. Был период детских детективов, так себе, надоело. Года два назад принесла ему Рыбакова, помня, как сама читала взахлеб «Кортик» и «Бронзовую птицу». Не пошло: «Мам, там одни пионеры, речовки, советы отряда. Скучно!» Перечитала сама — действительно одни пионеры. А раньше мне так не казалось. А Гайдара прочитал с удовольствием, несмотря на пионеров. Что дальше? Только Гарри Поттер остался.
            В книжных магазинах целые залы детской литературы, а купить нечего. Для малышей — русские сказки, прочитанные года в три, в четыре. Современные сказочки, яркие и дорогие, с приключенческим сюжетом или детективным (звери ищут клад или спасают кого-нибудь) — редко попадаются удачные. Разве что только «Зоки и Бада», на мой взгляд, веселая и добрая книжка, с хорошим юмором. Попытки привести старых героев в новые условия чаще всего неудачные. «Бизнес Крокодила Гены». Гена не должен заниматься бизнесом (каким, не захотелось читать, может быть, показывать Чебурашку за деньги?), он еще во времена моего детства работал в зоопарке крокодилом. Пусть бы там и оставался.
            Полки для детей постарше: это читали, это тоже, это давно. Остаются бесконечные ряды фэнтези сомнительного качества. Пародии и переделки Поттера. Дмитрий Емец. Зеленые монстры на обложках, младшие братья Волкодава, драконы, магические шары и призмы. Альтернативная история в фантастической обработке. Штудировать монстров, чтобы говорить с ребенком на одном языке, почему-то не хочется. Все они похожи друг на друга, написаны довольно убогим, я бы сказала плоским, языком. Это для девочек или для мальчиков?
            «Если б, мама, все книги были такими же интересными, как Гарри Поттер, я бы все книги мира прочитал!» — говорит мне сын. Поттер, конечно, да. Я сама — по книге за ночь, когда все спят. Первые три, или четыре, понравились больше. Там и школа, и дружба, и разные узнаваемые проблемы. Главные герои-волшебники наделены чертами, которые подвергаются обычно насмешкам в классе: очкарик, рыжий и девочка с торчащими зубами. Кто уже к седьмому тому об этом вспоминает? Книга ушла далеко в сторону от людей, ближе к дементорам, оборотням и заклятиям. Война добра со злом приобрела вид «Дозоров»: где-то вне человеческой жизни и разума. Как факт — бились и бьются, но никто пока не победил. Это хорошо или плохо? Для Поттера плохо, когда зло погибнет, Джоан Роулинг перестанет писать.
            Вообще, писать книги для детей очень сложно. Ответственно. Наверное, Льюис Кэрролл мучился той же проблемой, когда решил придумать своей маленькой воспитаннице историю про Страну Чудес и Зазеркалье. Но ведь написал же. Много было книг, и не только про приключения. Про жизнь, про отношения в классе, про любовь и дружбу, про то, что происходит внутри тебя, про взросление, про войну. Разве сейчас нет войны? Война есть, мало дружбы. Дети разучились дружить. В их представлении дружба — это вместе тусоваться, а позвонить больному мальчику из их же компании — редкость. Если ты влюблен в девочку, это значит, что надо слать ей эсэмэски: «С добрым утром, любимая», а донести портфель до остановки, проводить домой не приходит в голову.
            Не надо понимать буквально, что, если ребенок прочитает правильную хорошую книжку, сразу научится дружить. Нет. Но мне кажется, это единое направление современного общества. Разобщение, расслоение, одиночество. Что может быть страшнее одиночества ребенка? Страх перед реальной жизнью, ее фальшивость, жестокость. Дети и подростки в любимых книгах моего детства и юности сталкивались с этими же проблемами наверняка. Они мучились, искали выход. Думали. Сейчас для того, чтобы оторваться от реальности и принять ее несправедливость, можно спрятаться за толпой зеленых уродцев, потеряться в ней. Нажать кнопку компьютера и замочить пару монстров. Расслабиться. Монстры, правда, дохнут плохо, прячутся, отстреливаются, у каждого по нескольку жизней. Опять кнопкой щелк, щелк другой — телевизор. Бэтмен спешит на помощь, спасает мир. Может, фантастическая новая реальность к лучшему? Лучше разыгрывать сражение хоббитов с гоблинами на свежем воздухе и учить эльфийские танцы, чем шляться по улицам с сигаретой и пивом, воровать, колоться.
            Я пытаюсь добиться от старшего сына, что бы он хотел все-таки прочитать. Какую книгу? Про сверстников? Историческую? Фантастику? Он долго думает, потом говорит: «Знаешь, мам, я б любую книжку прочитал, только чтобы она была хорошо написана, интересно».