Быстро смеркалось; Фродо сидел, склонив голову между колен, плечи обвисли, руки упирались в землю, и судорожно подергивались пальцы.

Сэм горестно смотрел на него, покуда их не скрыла друг от друга непроглядная темнота.

Слова на язык не шли, и он вернулся к своим невеселым мыслям.

Усталый, измученный страхом, из сил он, однако, не выбился.

Конечно, думал он, оба они давно протянули бы ноги, кабы не эльфийские хлебцы.

Есть-то, конечно, все равно хотелось - ох, не отказался бы Сэм от каравая хлеба на придачу к сковороде жаркого!

- но, когда ешь одни путлибы, так оно, может, и лучше.

И то сказать, они придавали духу, и окрепшее тело подчинялось власти, какой не дано смертным.

Думалось же ему о том, что по дороге дальше идти нельзя - она уводила во мрак, - а Гора возвышалась справа, на юге; пора было сворачивать.

Только путь до нее далекий, и все по голой, дымящейся, обгорелой земле.

- Воды надо, воды! - пробормотал Сэм. Он крепился, как мог; язык распух и, казалось, не помещался в пересохшем рту; но все равно воды оставалось немного, меньше половины фляги, а идти еще дня два-три. Фляга давно бы опустела, если б они не отважились выйти на оркскую дорогу: там изредка попадались каменные водоскопы - затем, наверно, чтобы войска не погибли от жажды среди выжженной равнины. В одном из них на дне была вода - затхлая, загаженная орками, но на худой конец сгодилась и такая. Однако с тех пор прошли сутки, и больше воды не сыщешь.

Наконец, ни до чего не додумавшись и отложив заботы на завтра, Сэм забылся прерывистым сном.

Ему мерещились злобно мигающие огоньки, какие-то ползучие тени, слышались звериные шорохи и мучительные крики; он вздрагивал, открывал глаза: никого и ничего, глухая темень.

Только один раз, когда он, дико озираясь, вскочил на ноги, уже вроде бы наяву привиделись бледные огоньки-глаза - мелькнули и тут же погасли.

Медленно, как бы нехотя отступила тревожная ночь.

Тускло забрезжило утро; здесь, невдалеке от Горы, землю обволакивал дымный туман, тень завесы, которой окутался Властелин Черной Башни.

Фродо неподвижно лежал на спине.

Сэму очень не хотелось его будить, но он знал, что придется, что он-то и должен помочь хозяину собраться с силами.

Он склонился к Фродо, погладил его по лбу и сказал ему на ухо: - Просыпайтесь, хозяин!

Опять нам пора в путь.

И Фродо вскочил на ноги, будто колокол грянул над ним, поглядел на юг, увидел Гору за пустошью и снова поник.

- Нет, Сэм, не дойду я, - сказал он. - Тяжело мне очень, ужас как тяжело.

Еще прежде чем рот раскрыть, Сэм знал, что скажет не то, что слова его зряшные, что лучше бы он смолчал, но уж очень было жалко хозяина.

- Давайте, сударь, я его немного понесу, - сказал он. - Понесу, сколько хватит сил, а вы пока отдохнете.

Глаза Фродо яростно сверкнули.

- Отойди! Не тронь меня! - крикнул он. - Оно мое, говорю тебе. Прочь! - И рука его потянулась к кинжалу. Через миг он печально промолвил: - Нет, нет, Сэм. Ты пойми, ты должен понять. Это моя ноша, я не могу избавиться от нее, даже на время. Дорогой мой Сэм, ты раз мне помог, но больше это не выйдет. Я не могу отдать его тебе, я с ума сойду, если ты его коснешься.