Арагорн взял у Элроира серебряный рог, затрубил в него - и всем послышались глухие ответные раскаты, дальним эхом из пещерных глубин.

Высок и величав был всадник, хотя из-под шишака его ниспадали на плечи седые пряди; и понурые ратники бодрились, взирая на своего бесстрашного и непреклонного вождя.

На широких лугах возле шумной реки стояли строй за строем без малого пятьдесят пять сотен конников в полном вооружении; и еще несколько сот воинов при запасных конях с легкой поклажей.

Одиноко запела труба.

Конунг поднял руку, и двинулась молчаливая рать Мустангрима.

Впереди ехали двенадцать телохранителей конунга, прославленные витязи; за ними сам Теоден и Эомер одесную.

Они распростились с Эовин наверху, в Укрывище, и горька была память прощания, но думы их устремлялись вперед.

Затем ехали посланцы Гондора и Мерри на своем пони, а следом - еще двенадцать телохранителей.

Ехали мимо длинного строя конников; суровы и недвижны были их лица.

Уж почти миновали строй, как вдруг один из конников повернул голову и пристально поглядел на хоббита.

"Совсем еще юноша, - подумал Мерри, встретив его взгляд, - невысокий, худощавый" .

Он уловил отсвет ясных серых глаз и вздрогнул, внезапно поняв, что в лице этом нет надежды, что его затеняет смерть.

Серая дорога вела вдоль берега Снеговой, бурлящей в каменьях; мимо селений Ундерхерга и Обернана, где скорбные женские лица выглядывали из темных дверей; войско не провожали в путь ни рога, ни арфы, ни поющие голоса.

Так начался великий поход на восток, о котором слагали песни многие поколения ристанийцев.

Из темного Дунхерга в тусклое утро Вывел сын Тенгела свою последнюю рать И достиг Эдораса, но царственные чертоги, Старинные, златоверхие, были застланы мглой.

Здесь, в обители предков, он распростился с народом, Со своим свободным народом и с очагом своим.

Простился с высоким троном и с благословенным кровом, Под которым он пировал в былые светлые дни.

И дальше поехал конунг, по пятам за ним гнался ужас, Впереди ожидал рок.

Но он присягал на верность, Он принес нерушимую клятву, и он исполнил ее.

Теоден ехал дальше.

Пять дней и ночей Мчались эорлинги вперед восточным путем Через Фольд и Фенмарк, через Фириэнвуд.

Шесть тысяч копьеносцев мчались через Санлендинг.

К могучей твердыне Мундбург у горы Миндоллуин, К столице Государей, из-за Моря приплывших, Теперь осажденной врагами и окруженной огнем.

Судьба торопила их, и темнота поглотила, Поглотила коней и конников, и стук уходящих копыт Заглох в тишине: так нам поведали песни.

Когда конунг приехал в Эдорас, Медусельд и правда был застлан мглой, хотя полдень едва наступил.

Задержался он здесь ненадолго, и к войску его примкнули десятков шесть всадников, опоздавших на сбор.