Наш ответ Чемберлену! А кто это такой?
Джозеф Остин Чемберлен |
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Наш ответ Чемберлену! А кто это такой?
|
|
|
Без заголовка |
|
|
|
Без заголовка |
Эта программа используется хирургами-кардиологами американских госпиталей для быстрого снижения веса пациентов, страдающих ожирением, при подготовке к операциям. Перед началом курса желательно провериться у своего терапевта на наличие таких заболеваний как диабет, булимия или анемия.
Эта диета быстро сжигает жиры и ее секрет в том, что ты сжигаешь больше калорий, чем принимаешь. Она, кроме того, очищает организм и дает ощущение комфорта.
Основой диеты является специальный сжигающий жиры суп (см. рецепт ниже), который очень прост в приготовлении и его надо есть в любое время, когда чувствуешь голод.
Помни: чем больше ты ешь супа, тем больше ты теряешь веса!
|
|
Без заголовка |
У Пако де Лусия – лоб святого или инквизитора, глаза мученика или пророка, пальцы хирурга или… гитариста. Эти слова нашей современницы Дины Дубровской перекликаются со строками Гарсиа Лорки, переведенными Мариной Цветаевой и посвященными гитаре фламенко:
Так прощается с жизнью птица
под угрозой змеиного жала.
О гитара,
бедная жертва
пяти проворных кинжалов!
Лёд и пламень, страсть и холодная сталь серых глаз, сверкающие фейерверки головокружительных пассажей и застывшие отголоски древних магических заклинаний… Всё это – в музыке Пако де Лусия.
|
|
Без заголовка |
 |
| Вера Комиссаржевская |
Великая актриса. Чайка русской сцены. Солнце России. Так называли ее в начале XX века. Так называют ее до сих пор. «Я вспоминаю ее легкую, быструю фигурку в полумраке театральных коридоров... ее печальные и смеющиеся глаза, требовательные и увлекательные речи. Она была вся мятеж и вся весна», — писал о ней Александр Блок.
Ее провожали в последний путь ученые и писатели, знаменитые актеры и студенты, городские обыватели и рабочие. Она соединила всех своим талантом.
На чердаке одного парижского дома жил очень бедный и очень талантливый скульптор. Он лепил прекрасную статую, и та была почти уже готова, когда ночью неожиданно ударил мороз. Глина еще не затвердела, и вода могла изнутри разрушить творение. Тогда мастер укутал статую в свое единственное теплое одеяло. Наутро его нашли мертвым — возле прекрасной статуи...
Эту историю Вера Федоровна Комиссаржевская любила больше всего, и она серебряной нитью прошла через всю ее жизнь. Еще в детстве отец постоянно говорил Вере, что она должна раз и навсегда выбрать — или «вкусный пирог с начинкой» (простая, обеспеченная жизнь), или служение «чистому идеалу». Она выбрала идеал, гармонию и красоту — выбрала театр, хотя тогда, в начале XX века, работать в театре было непросто: два спектакля в день, а между ними — репетиция, в сезоне 58 ролей, каждые два-три дня — премьера. Но при всем при этом Комиссаржевская всякую новую роль не играла, она в ней жила.
|
|
Без заголовка |
Этот разговор произошел летом 1918 года на даче Бриков в Левашове. Эльза Каган наведалась туда проститься со старшей сестрой перед отъездом в Европу. В саду она обнаружила Осипа Брика, его жену Лилю и Владимира Маяковского, сидевшего у ее ног - тихого, счастливого, совсем не похожего на себя.
"Да, мы теперь решили навсегда поселиться втроем", - деловито подтвердил Осип Брик. Бедная Эльза решила, что все происходящее - очередной футуристический эпатаж. Однако сильнее недоумения было острое чувство горечи: она все еще любила этого долговязого трубогласного Маяковского.
...Именно Эльза три года назад притащила его, своего давнего ухажера, в петроградскую квартиру Бриков. Маяковский только что закончил поэму "Облако в штанах" и, готовый читать свои произведения когда угодно и где угодно, самоуверенно расположившись в проеме двери, раскрыл тетрадь... "Мы подняли головы, - вспоминала Лиля Юрьевна, - и до конца вечера не спускали глаз с невиданного чуда". Эльза торжествовала: ее друга приняли всерьез! Жаль, она не обратила внимания, какими глазами Маяковский смотрел на хозяйку дома. Дальше произошло нечто совсем уж странное. Закончив чтение, Маяковский, словно сомнамбула, приблизился к Лиле и, раскрыв на первой странице тетрадь с текстом, спросил: "Можно я посвящу это вам?" Под перекрестными взглядами сестер - восхищенным Лилиным и недоуменно-отчаянным Эльзиным - он вывел над заглавием поэмы: "Лиле Юрьевне Брик". В тот же день Маяковский восторженно выкрикивал своему другу Корнею Чуковскому, что встретил ту самую, неповторимую, единственную....
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Имя боливийской художницы Грасиэлы Родо Буланже совершенно неизвестно российской публике. В рунете нет ни малейшего упоминания о ней, и это, в общем, не удивительно, мы своих-то художников не больно знаем, а тут какие-то латиносы. Вот Фриде Кало в этом отношении повезло – американцы сняли о ней фильм, который с успехом прошел по всему миру. Впрочем, у Фриды была яркая жизнь, она была женой Диего Риверы, дружила с Троцким, Бретоном, Пикассо. О личной жизни Грасиэлы мало что известно: она живет скромно, много работает и не блистает в высшем обществе. Зато в кругах близких к искусству ее хорошо знают и ценят за яркость таланта. Возможность оценить ее творчество предоставляется теперь и вам.
Хотя Грасиэла живет во Франции уже давно, в своем творчестве она остается верна боливийским традициям, которые уходят корнями в искусство инков и других индейских народов. Больше всего она любит изображать коротеньких человечков, и это роднит ее с колумбийцем Ботеро. Но у Ботеро они несколько карикатурны, иногда смешны, а иногда и зловещи, а у Грасиэлы они всегда жизнерадостны как дети, даже, если это старички и старушки.
|
|
Без заголовка |
Несколько стихотворений Блока на тему ожидания, проиллюстрированных скульптурами разных авторов на ту же тему. Привязка скульптур к стихотворениям условна.
Хранила я среди младых созвучий
Задумчивый и нежный образ дня.
Вот дунул вихрь, поднялся прах летучий.
И солнца нет, и сумрак вкруг меня.
Но в келье — май, и я живу, незрима
Одна, в цветах, и жду другой весны
Идите прочь — я чую серафима,
Мне чужды здесь земные ваши сны.
Идите прочь, скитальцы, дети, боги
Я расцвету еще в последний день,
Мои мечты — священные чертоги,
Моя любовь — немеющая тень.
Статуя на кладбище в Риме. Надпись по-итальянски означает: Я верю, что воскресну
|
|
Без заголовка |
|
|
||
 |
07.11.1901, Ташкент – 01.04.1991, Москва Народная артистка РСФСР (1970). |
|
|
Детство Жила-была девочка. Жила в маленьком одноэтажном Ташкенте, с кирпичными тротуарами, маленькими ишаками и проходящими караванами верблюдов. Девочка хорошо училась и много читала. Ее звали Катей, Екатериной. "Люди часто интересуются моей фамилией, - вспоминала актриса. - Одни спрашивали, почему я выбрала такой псевдоним, а другие уверяли меня, что я родилась в Одессе и что я дочь одесского градоначальника Зеленого, поэтому у меня такая фамилия. Мне приходилось отказываться от такого родства просто потому, что у меня был свой отец, хотя и не генерал". В их семье никто ни с кем не дружил. Мама и папа - совсем не подходящие друг другу люди. Аккуратный и педантичный, незначительный чиновник-служака Василий Иванович Зеленый берег каждую копейку скромного жалования. Маму выдали замуж шестнадцати лет, она так и не привыкла к нему, старшему, в очках, несимпатичному, с усами и бородкой. читать дальше... | ||
|
|
Без заголовка |
«И даль свободного романа...»
«Он охладительное слово
В устах старался удержать»
«Татьяна в тишине лесов...»
« Едва дыша, без возражений...»
«Татьяна любопытным взором
На воск потопленный гладит»
«Она бесчувственно-покорна,
Не шевельнется, не вздохнет»
«Рукою стиснув пистолет,
Глядит на Ленского Евгений»
«Уж не пародия ли он?»
«В тоске безумных сожалений
К ее ногам припал Евгений»
Примечание:
Гризайль (фр. Grisaille от gris — серый) — вид однотонной (монохромной) живописи, выполняемой в разных оттенках одного цвета, чаще всего серого. Техника гризайли широко использовалась в станковой живописи в Средние века. Примером может служить Алтарь Геллера, созданный Маттиасом Грюневальдом и Альбрехтом Дюрером по заказу богатого франкфуртского купца Якоба Геллера.
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
В 1891-м году, к 50-летию со дня смерти Лермонтова, было издано юбилейное собрание сочинений поэта, к оформлению которого были привлечены многие известные художники того времени. Среди прочих оказался и Врубель, которого тогда никто не принимал всерьез. Однако именно рисунки Врубеля к поэме "Демон" как нельзя лучше подошли к самой сути лермонтовской поэзии. Без иллюстраций Врубеля цель художественного издания сочинений Лермонтова не была бы достигнута. Рисунки других художников рядом с врубелевскими смотрятся бедными, стереотипными, они не поднимаются выше принятой в те годы нормы. Даже удачные рисунки таких мастеров, как Репин, Суриков, Васнецов, Поленов, Шишкин, являются станковыми произведениями на лермонтовские темы, а не иллюстрациями к его поэзии и прозе. Между тем критики больше всех поносили именно Врубеля за "непонимание Лермонтова", за безграмотность и неумение рисовать. Даже ценители искусства, критики и художники не поняли рисунков Врубеля. Стасов назвал их «ужасными», Репину Врубель стал «неприятен в этих иллюстрациях». В то время лишь в узком кругу молодых художников и ценителей понимали значение этих рисунков Врубеля, их адекватность произведениям поэта. Никто из иллюстраторов Лермонтова ни до, ни после Врубеля не подошел к его творческому и философскому миросозерцанию так близко, как это удалось художнику, заколдованному «Демоном» Лермонтова и своим собственным. |
К. Коровин вспоминал, как Врубель работал над иллюстрациями к произведениям Лермонтова:
"Я видел, как он остро, будто прицеливаясь или что-то отмечая, отрезывая в разных местах на картоне, клал отрывистые штрихи, тонкие, прямые, и с тем же отрывом их соединял. Тут находил глаз, внизу ковер, слева решетку, в середине ухо и т.д., и так все соединялось, соединялось, заливалось тушью и лицо Тамары, и руки, и звезды в решетке окна..." .
"Прощание Зары с Измаилом" (ГТГ),
"Пляска Тамары"
"Тамара в гробу"
"Тамара и Демон" ( ГТГ).
"Несется конь быстрее лани..."
Иллюстрации к стихотворению Лермонтова "Русалка"
Русалка плыла по реке голубой, озаряема полной луной...
"Дуэль Печорина с Грушницким", иллюстрация к произведению М. Лермонтова "Герой нашего времени" (ГТГ)
|
|
Без заголовка |
|
«Портрет мадам Девосе |
|
|
Владимир Бугроменко
|
|
Без заголовка |
Луиза-Элизабет Виже-Лебрен. Автопортрет Ей была предопределена интереснейшая судьба: дружба с монархами, восхищение поклонников и многолетние странствия. Во многом благодаря её талантливой кисти мы знаем в лицо тех, кто вершил на рубеже XVIII и XIX веков историю и в бурлящей революциями Европе, и в далекой России.
А началось все 16 апреля 1755 года, когда в семье скромного парижского художника Луи Виже родилась дочь, получившая красивое имя Луиза-Элизабет. У неё было обычное детство девочки из обеспеченной, но не богатой городской семьи. Правда, была одна особенность: кукол ей заменяли карандаши, краски и кисти, вызывая недовольство монахинь монастыря, в котором она воспитывалась с десяти лет. Но отец потакал увлечению дочери. Мог ли Луи предполагать, что его имя останется в истории только благодаря таланту девочки, которую он всячески баловал.
В 13 лет для Луизы началась новая жизнь. После трагической смерти отца, его друзья определили девочку в мастерскую исторического живописца Г. Бриара. Об этом периоде своей жизни Луиза всегда вспоминала с умилением: она была окружена заботой талантливых художников, относившихся к ней, как к дочери. Вскоре она превратилась в стройную и обворожительную девушку, делавшую несомненные успехи в живописи. По настоянию матери Луизу в 1776 году выдали замуж за посредственного художника и торговца картинами Ж. Лебрена. Семейная жизнь, к сожалению, не сложилась. Муж оказался посредственностью не только в живописи, живя за счет жены, чьи портреты стали пользоваться популярностью. Правда, в личную жизнь супруги он не вникал, поговаривали даже, что и отцом дочери Жюли, родившейся у Луизы, был совсем не он. В 1779 году в жизни Луизы произошло событие, круто изменившее её жизнь. Художницу пригласили в Версаль написать портрет королевы Марии-Антуанетты. Нет ничего удивительного, что две талантливые женщины, да к тому же ровесницы, сдружились. Луиза стала придворной художницей, на неё буквально «посыпались» заказы. В среде французской аристократии стало престижно иметь портреты, написанные Луизой Виже-Лебрен. Стоит отметить, что кисть её была легка, а портреты изящны и эффектны. Любопытно, что Академия художеств приняла её в свои члены только в 1783 году, причем не за портреты сановников и дам высшего света, а за автопортрет, с которого так и брызжет молодость и лукавство.
Слава бежала впереди прекрасной художницы и просто обворожительной женщины, которую с удовольствием принимали и в королевских дворцах, и в аристократических салонах. Объехав многие страны Европы, в 1795 году Виже-Лебрен добралась до Петербурга, в котором задержалась почти на 7 лет. Здесь вышла замуж её дочь, здесь были написаны более 50 портретов, ставших украшением лучших российских музеев, здесь она стала почетным вольным общником Императорской Академии художеств. Но не все было так прекрасно, как хотелось бы. Не сложились отношения с Екатериной II. Императрица не всегда заслуженно критиковала работы художницы, а про портрет своих внучек, великих княжон, даже сказала, что они похожи на мопсов, греющихся на солнце. Похоже, стареющая императрица просто испытывала небольшую ревность: элегантная француженка постоянно окружена толпами поклонников, а на её полотнах женщины всегда прекрасны. По-человечески Екатерину можно понять, даже волшебная кисть художницы не в состоянии вернуть молодость, а быть красивой хочется в любом возрасте, тем более, что последнему фавориту всего двадцать с небольшим лет.
Неспешная петербургская жизнь нравилась художнице. В конце жизни она написала любопытные мемуары «Воспоминания о моей жизни», в которых много страниц посвящено петербургскому периоду. Её наблюдения, особенно высшего света, точны, а описания подробны и правдивы, пока не касаются тех сторон жизни, которые она могла видеть только мельком. Когда их читаешь, даже кажется что Луиза немного идеализирует российскую действительность. Её заявления, что в Петербурге не увидишь пьяных, а простой народ трудолюбив, мягок нравом и не склонен к воровству, наверное, не совсем объективны, но приятны, так как исходят из уст иностранки. Буквально восторг у неё вызывает открытость и хлебосольность русского дворянства, возможность месяцами пользоваться радушным гостеприимством, не тратя собственных средств.
В 1802 году Луиза вернулась в Париж, но пробыла там недолго, снова отправившись путешествовать по европейским столицам. Только в 1810 году она окончательно вернулась во Францию. Виже-Лебрен еще долго писала портреты, но постепенно стала отказываться от заказов, а потом и вовсе отошла от живописи, благо средств для безбедной жизни хватало. Писала мемуары и просто наслаждалась покоем, которого ей так не хватало раньше.
|
|
|
Без заголовка |
В середине 1880-х гг. Э.Дега начинает использовать пастель. Причиной этому явился прогрессирующий конъюнктивит, которым художник заболел, находясь на военной службе в качестве добровольца при осаде Парижа. Именно в это время он создает свои знаменитые изображения обнаженной натуры. Преклонение перед человеческим телом он выразил в серии пастелей, представляющих женщин за туалетом ("После ванны", 1885, частное собрание). Эти восхитительные работы были показаны на восьмой, последней выставке импрессионистов в 1886 г.
Женщина в чане, моющая спину. 1886, 70 x 70 см, Картон, пастель
|
|
Без заголовка |
|
Пролегала дорога в стороне, |
Родилась в Петербурге. По отцовской линии происходила из рода маркизов де Мерикур, которые, бежав от французской революции 1789 г., перебрались в Россию. Отец Елены был офицером.
Детские годы Гуро прошли в псковской деревне Новоселье. В восьмилетнем возрасте она начала рисовать, сочинять стихи и вести дневник. В 1890 г. поступила в Рисовальную школу при Императорском обществе поощрения художеств. В 1903-1905 гг. занималась в студии художника Я. Ционглинского. Там она познакомилась со своим будущим мужем — композитором и художником Михаилом Матюшиным.
Также Гуро посещала художественную школу Е. Званцевой, где преподавали Л. Бакст и М. Добужинский.
На живопись Гуро оказали влияние символизм М. Врубеля и В. Борисова-Мусатова. Художница увлекалась также неоимпрессионизмом и была членом импрессионистской группы Н. Кульбина.
Цветовые эксперименты, проводимые Гуро, во многом стали основой научной теории цвета, разработанной М. Матюшиным и его учениками в начале 1920-х гг.
|
|
- Мадам, вам не страшно покориться моей кисти? - молодой художник застыл в ожидании ответа.
Нет!