При ином повороте событий сегодня в российской Госдуме мог бы сидеть здоровенный финский мужик и рассуждать о войне в Украине.

Этим народным избранником мог бы быть Вилле Хаапасало — настолько он приближен к сильным мира сего в России. Конечно, если верить на слово.

В книге, выходящей сегодня в свет под названием «И в это тоже не поверишь, или 2000-е Вилле Хаапасало в России», он рассказывает о том, как единороссы предлагали ему стать думцем.

Параллельно он вполне мог получить и российское гражданство.

Суперпопулярный в России актер задумался на секунду, но отказался от практически гарантированного думского кресла.

В своем интервью Хаапасало рассказывает о том, что ему все равно удалось войти в высокие кабинеты.

«Я приближен к сильным мира сего. Не скажу, что как-то особенно влиятелен, но недалек от кулуаров», — говорит финский актер.

«У меня есть знакомые, которые принимают решения, а еще такие, кто выходят на баррикады и выступают против других моих знакомых».

Далее Хаапасало рассказывает историю, как он часто делает.

В мире Хаапасало Россия удивительным образом преображается во всякого рода истории, правда, процент их вероятности остается на совести аудитории. Так или иначе, но его стоит послушать потому, что историй он наслушался в России больше, чем кто-либо другой из финнов, причем из источников поприличней.

Итак, история: аннексия Крыма и то, как Хаапасало знал, что все это планировалось уже лет шесть назад. Пожалуйста, Вилле:

«Еще прошлой осенью все знали: что-то грядет. Некоторые мои знакомые даже вывезли свои заводы из Крыма. Производство кинопродукции замерло, у меня заморожены 4 картины. Говорили, что, мол, в ожидании олимпиады. Чего? Как это связано с олимпиадой? Крымская операция должна была уместиться в период между олимпиадой и паралимпиадой», — говорит в своей книге Хаапасало.

Вилле Хаапасало (42) поехал в Россию в 1991 году, только окончив лицей, и поступил в СПГАТИ, даже не владея русским языком. Популярность он приобрел в середине 1990-х с выходом на экраны малобюджетной картины «Особенности национальной охоты», неожиданно для всех приобретшей гигантскую популярность. После этого Хаапасало пользуется в Россией статусом суперзвезды.

Проведенные в России годы помогли ему научиться воспринимать вещи иначе, чем это делается на Западе.

Скажем, война на Украине, на его взгляд, является настоящим «гордиевым узлом», завязавшемся после развала СССР — события, которое, кстати, охарактеризовано президентом Путиным как «крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века».

«У всех бывших советских республик - те же проблемы. В начале 90-х совершались необдуманные шаги. Сначала рухнул СССР, и тогда все кругом начали что-то делать и даже не задумывались о том, что через четверть века вдруг появятся неразрешимые проблемы, — говорит Хаапасало. — Все шло более-менее хорошо до определенной точки, пока российская экономика не имела никакого значения. Сейчас, когда Россия дошла до уровня настоящего государства, на поверхность вышли принципы - типа, газ больше нельзя отдавать бесплатно. А еще, дескать, ты в нашем лагере или в ихнем?»

Сегодня на мировой арене фигурирует уже совсем другая Россия, чем, к примеру, в 1990-е. Страна поигрывает военными мускулами и пытается завоевать авторитет где только возможно. Контроль государства над масс-медиа ужесточился, и, кстати, именно СМИ занимаются разжиганием национального духа.

Хаапасало утверждает, что он еще десять лет назад опасался подобных «раскладов», а сегодня они стали частью будничной жизни россиян.

«У меня - до жути всяких знакомых, имеющих возможность задуматься об эмиграции. Сейчас все они думают, а не уехать ли из России. Пока еще никто не уехал, но все рассматривают такой вариант всерьез. Атмосфера страха постепенно одолевает».

На его взгляд, самой важной задачей для нынешних власть имущих в России является возвращение стране статуса сверхдержавы.

«Всё одно к одному: 20 лет назад развал СССР и дележка его частей были сделаны кое-как, и "ноги" всех нынешних конфликтов растут именно оттуда. Поэтому-то нам в Европе так сложно понять происходящее. Они не следуют привычным нашим схемам — рациональным и понятным. Один мой знакомый с пеной у рта кричал про „крымнаш“, а я ему, мол, чего-чего?!»

«Такой национализм ослепляет, каким бы образованным и умным ни был человек. Это еще та зараза».

«Огромная масса народа — на этой стороне. В итоге, нам отсюда сложно понять состояние умов в России. Сложно понять, что происходит в России, потому что и в России это сложно понять».

Хотя можно попытаться.

Возьмем, к примеру, отделившиеся от СССР страны и их проблемы:

«У меня есть один хороший друг, — умница такой — он и рассказал мне обо всем на примере своей машины: в Армении или Грузии есть металл, из которого можно лепить автомобильные двери. Ладно, делаем двери. А колеса будет лучше делать..., да хоть в Азербайджане. В Советском Союзе все так и делалось. А потом все эти запчасти посылались на тольяттинский завод, где из них собирались „Жигули“.

Жигули-не-Жигули, но СССР все равно распался, а экономика этих крохотных государств основывалась на производстве запчастей. Ну двери „жигуленков“ сложно продать во Францию или в Китай. В этих странах так мало производства, что они остались в зависимости от России. В физическом смысле: производство закончилось, а ничего не было создано вместо него. Они зависят от российских денег. И тут появляется Европа, начинает грузить по-всякому, предлагать, что она-де готова прибрать их к себе. И тогда меняется расклад сил. А это еще и в свое время не было решено до конца».

Относительно командно-административного стиля управления советской экономикой и проблемах промышленного производства, сконцентрированного в огромных мегаполисах, написано гигантское количество исследований и отчетов. Часть стран бывшего СССР сумела сломить путы старых производственных цепей и интегрироваться в Запад. Часть же не смогла.

В этом соль историй Хаапасало: они настолько правдивы, что в них хочется верить. И вполне устраивает то, что мир на секундочку становится размером с «маленького человека», а не превращается в многосложный клубок неразрешимых проблем, как его показывают дипломаты и экономисты разных мастей.

Так что зададим ему вопрос, беспрестанно звучащий во всех кабинетах, академических кругах и на правительственных совещаниях повсюду в Европе: «А что, Вилле, как там с будущим России?»

«Чертовски сложно сказать. Что до меня, так я не знаю, да и никто не знает, в конечном-то итоге. Государство хочет стать сильным — это и к бабке не ходи, это видно, слышно и ощутимо во всем. После кризиса 2008 года государство взялось жесткой рукой за общество и не отпускает по сей день. Куда пойдет народ? Пока еще большая часть - „в деле“, но есть и те, кто против. В худшем случае, опасаюсь, что в России кончится оппозиция и застопорится демократическое развитие. Уже сейчас там практически однопартийная система. Одно совершенно точно: Россия пришла в европейскую и мировую политику, чтобы остаться».

Книга «И в это тоже не поверишь, или 2000-е Вилле Хаапасало в России» выходит в четверг 25.09. Авторы: Кауко Рёюхкя и Юха Метсо.

 

Источник