Жизнь Джии Каранджи была очень яркой, но очень короткой: она построила блестящую модельную карьеру, которая в какой-то степени и стала причиной ее смерти в молодом возрасте. Джиа умерла в 26 лет – она стала первой знаменитой женщиной в Америке, скончавшейся от СПИДа.

Мир кажется основанным на деньгах и сексе. Я ищу лучшие вещи, чем это, такие как счастье, любовь и забота.

Джиа Мари Каранджи родилась 29 января 1960 года в небольшом городке в Пенсильвании. Ее отец Джо был владельцем закусочной, а мама Кетлин занималась воспитанием дочери. В 11 лет девочка перенесла сильный удар – ее родители развелись. Мать, которую она так любила, оставила семью, лишив дочь родительского внимания, которого ей всегда так не хватала.

Став постарше, Джиа стала проявлять особое внимание к девочкам – она никогда не интересовалась мальчиками и с 14 лет ухаживала за девушками, дарила цветы и посылала им стихи собственного сочинения. Джиа очень открыто говорила о своих предпочтениях, что очень шокировало ее мать. Она водила девочку к психологам, но ничего не помогало – Джиа была твердо уверена в своей ориентации. Тогда-то ее мама подумала, что очаровательная Джиа могла бы попробовать себя в модельном бизнесе – она думала, что это поможет в воспитании дочери, дисциплинирует ее и поможет отказаться от «пагубной страсти», как она называла любовь дочери к девочкам. Позже Кетлин Каранджи осознает, что это было самой большой ошибкой в ее жизни.

Джиа легко согласилась на переезд в Нью-Йорк, чтобы попробовать себя в модельном бизнесе. Тем не менее, она никогда не считала работу модели делом всей своей жизни:

Я никогда не хотела стать моделью, это не было моей мечтой, я просто увлеклась этим. Я просто хотела сделать маме приятно.

В 18 лет Джиа попала в агентство Вильгельмины Купер – легендарной женщины, которая в прошлом была успешной модель. Вильгельмина была в восторге от юной Джии – ей нравилась ее интересная внешность, крутой нрав и дерзкая манера общения. Кроме того, Джиа была брюнеткой, а в модельном бизнесе 70-х годов особое предпочтение отдавалось блондинкам, поэтому Вильгельмина решила рискнуть и в тот же день подписала с Каранджи контракт.

Первые несколько месяцев новоиспеченная модель выполняла мелкие заказы, снималась в телерекламе и работала с неизвестными фотографами. Однако блестящая карьера супермодели не заставила себя долго ждать: Джиа познакомилась с выдающимися мастерами тех времен – Ричард Аведон и Артур Элгорт были поражены не только экзотической внешностью Джии, но и ее способностью легко вживаться в абсолютно разные образы:

Она в один момент была взрослой элегантной женщиной, а в другой мы уже видели перед собой Лолиту. Такие способности очень ценились в модельном бизнесе.

Известный модный фотограф Франческо Скавулло с воодушевлением вспоминал день, когда Джиа впервые пришла к нему на фотосъемку:

Она была удивительна, ей не нужно было ничего говорить, она сама знала, какую позу лучше принять, когда улыбнуться или закрыть глаза. За всю мою карьеру были всего три девушки, которые приходили в мою студию, и я говорил себе: «Вот это да!». Джиа была одной из них.

Одной из первых значимых фотосессий Джии стала ее работа с фотографом Крисом фон Вангенхаймом, который снимал ее для американского Vogue. После того как нужные кадры были отсняты, Крис предложил моделям «заняться настоящим искусством» и попозировать ему в обнаженном виде. Из всех на это согласилась только отчаянная Джиа: фотографии обнаженной Джии, стоящей за сетчатым металлическим забором стали сенсацией – до этого никто не видел ничего подобного.

Джиа с визажистом Сэнди Линтер, которая позже стала ее подругой и любовницей.

После этой фотосессии в конце 1978 года перед Джией открылись все дороги в модельный мир: она появлялась на обложках всех крупных глянцевых изданий. Только за первую половину 1979 Джиа украсила собой обложки американского, британского и французского Vogue и дважды обложку Cosmopolitan US. Всем очень нравилось лицо и тело Джии – ее фигура значительно отличалась от худосочных тел моделей тех времен, а ее грудь считалась лучшей в модельном мире – она даже не требовала ретуши.

Обложка Cosmopolitan, на которой фигуристая Джиа предстала перед читателями в желтом купальнике в греческом стиле, была названа лучшей за всю карьеру модели.

Однако красивая внешность Джиа резко контрастировала с ее взрывным и капризным характером. Почувствовав свою незаменимость, она позволяла себе отказываться от выгодных предложений, сама выбирала проекты, в которых хотела бы участвовать, уходила с фотосетов, если ей не нравился фотограф, отменяла дорогостоящие съемки или вообще не являлась на них. Как-то раз она не снималась несколько недель, потому что ей не нравилась ее новая стрижка. Но все это было мелочами по сравнению с тем, с какой страстью она отдавалась камере, когда все же находила в себе желание работать – ради этого клиенты готовы были стерпеть многое. За первый год работы Джиа получил 100 тысяч долларов – для тех времен это были огромные деньги для модели.

Я в состоянии купить себе все, что захочу, если я вижу что-то, я могу это купить. Когда Вы пользуетесь спросом, и люди говорят, «я хочу тебя, я хочу тебя» — нелегко отказать. Я не люблю разочаровывать людей. Таким образом, Вам приходится очень много работать. И если Вы хотите взять выходной, потому что он Вам необходим,, чтобы отдохнут, то на следующий день Вы должны будете работать в удвоенном темпе. Модели никогда не должны исчезать, уставать или болеть. Они должны быть все время на виду.

Карьера Джии была на высоте, но ее личная жизнь не складывалась. Среди ее друзей были модели Джулия Фостер и Дженис Дикинсон, визажист Синди Линтер, к которой Джиа питала очень нежные чувства. Мама Джии старалась навещать дочь в Нью-Йорке как можно чаще, но всего этого было недостаточно – она была очень одинока. Одна из ее подруг говорила:

Она очень быстро влюблялась в людей, которых едва ли знала. Она была очень одинока и несчастна. Однажды, глубокой ночью она пришла ко мне домой только для того, чтобы ее кто-нибудь просто обнял.

Страдающая от одиночества Джиа стала частой гостьей клуба «Студия 54», в стенах которого не было никаких запретов. Наркотики были неотъемлемой частью клубной жизни, и Джиа начала баловаться кокаином – «для отдыха», как тогда говорили.

В середине 1980 года от рака легких умирает подруга и наставница Джии, которая нередко заменяла ей мать, — Вильгельмина Купер. Боль потери невозможно было снять даже кокаином и Джиа перешла на героин, ступив на путь в один конец. Все те тысячи долларов, что Джиа заработала нелегким трудом за два предыдущих года стали уходить на наркотики.

Но несмотря на страшную зависимость Джиа по-прежнему была самой востребованной моделью тех лет. По началу наркотики не мешали ей работать – она с тем же увлечением позировала на камеру и отдавалась ей, но очень частые срывы и истерики, неадекватное поведение и помятый внешний вид стали причиной для слухов – Джиа наркоманка. Фотографы и клиенты понимали, что что-то не так, но продолжали закрывать на все глаза – гораздо важнее для них было заполучить обложку со знаменитой моделью.

Джиа много раз пыталась завязать с наркотиками, лежала в клиниках, стала участницей программы по помощи наркоманам, но ничего не принесло результатов – каждый раз она возвращалась к героину из-за чувства одиночества, а смерть в автомобильной катастрофе ее хорошего друга Криса фон Вангенхайма окончательно ее подкосила. Джиа продолжалась сниматься, но нередко съемки заканчивались звонком ее агенту с требованием забрать «спящую обколотую Джиу из студии, пока ее оттуда не вышвырнули». Нередко Джиу останавливали за вождение в нетрезвом виде или за кражу – денег на наркотики совсем не осталось. Говорили, что Джиа даже занялась проституцией, лишь бы скоротать еще один вечер в компании героиновой дозы. Это был конец.

Последней обложкой Джии стал апрельский выпуск американского Cosmopolitan в 1982 году, которая стала подарком от фотографа Франческо Скавулло — к тому времени Джиа уже не получала практически никаких заказов. Скавулло говорил, что Джиа очень прибавила в весе, и поэтому он сказал ей убрать руки за спину, чтобы выглядеть стройнее. Но всем было ясно, что таким способом модель пыталась скрыть страшные следы от уколов.

Знаменитое фото Джии, на которой видно следы от уколов (вздутая вена на правой руке) — их не удалось окончательно убрать даже с помощью ретуши.

После этого Джиа просто пропала. Говорили, что она вернулась домой, чтобы лечь на лечение и окончательно избавиться от пагубной страсти, но мало кто в это верил. Через несколько месяцев о Джии забыли совсем. В 1986 году она попала в больницу с симптомами воспаления легких, однако врачи поставили страшный диагноз – СПИД.

Джиа лежала в больнице в своем родном городе и, наконец, получила то, о чем она всегда так мечтала, — внимание матери. Кетлин Каранджи проводила в палате дочери все время, не подпуская никого, кроме медперсонала, к ее кровати. Состояние Джии с каждым днем становилось все хуже – из-за слабости она едва могла говорить, ее тело было покрыто множеством нарывов и язв, вместо пышной шевелюры на голове остался легкий пушок.

Джиа Каранджи умерла 18 ноября 1986 года. Ее похоронили в закрытом гробу, церемония погребения была очень скромной. Никто из ее нью-йоркского окружения не знал о ее смерти, даже в ее родном городе об этом знали только родственники и самые близкие друзья семьи. Новость о том, что восхитительная супермодель Джиа умерла, дошла до Нью-Йорке только через год.

Из дневника Джии:

Жизнь и смерть, энергия и покой, если я остановилась сегодня, это все же того стоило, и даже ужасные ошибки, которые я сделала и которые я бы исправила, если бы могла, боль, что сжигала меня и оставила шрамы в моей душе — это все стоило того. Чтобы мне позволили пойти туда, куда я шла — к этому аду на земле, к этому раю на земле и обратно, внутрь, под, между, сквозь них, в них и над ними…