Из-за футбольных хулиганов дисциплинарная инстанция УЕФА приняла решение оштрафовать Российский футбольный союз и наложить на сборную отложенную дисквалификацию за беспорядки после матча со сборной Англии на Евро-2016. "Историческая правда" по материалам журнала "Огонек" вспоминает, как советские органы ровно 90 лет назад боролись со спортивными и не только со спортивными хулиганами, которые в 20-е годы прошлого века из "социально близких элементов" вдруг превратились в самую большую угрозу советского режима. 

Из статьи "Мобилизация советской общественности"
В Москве, в клубе «Правдист», состоялось широкое совещание по вопросу о мерах борьбы с хулиганством*. В совещании участвовали представители Наркомвнудела, Наркомюста, Наркомздрава, милиции, заводских и фабричных ячеек, клубов и редколлегий рабочих стенгазет.
Председатель Наркомвнудела тов.Киселев говорит, что до 85% хулиганов состоит из подростков и молодежи от 15 до 25 лет. Среди них значительное число — комсомольцы. Деревенские комсомольцы хулиганствуют, большей частью, на почве примитивно понимаемой антирелигиозной борьбы.
В городах хулиганство проявляется в форме дикого озорства, оскорбления личности, драк, нередко тяжелых уголовных преступлений.
Рост хулиганства отмечается, главным образом, в промышленных губерниях и в городах. В этом отношении на первом месте в последовательном порядке стоят: Иваново-Вознесенская, Тульская, Московская и Ленинградская губернии. В Иваново-Вознесенской губернии в прошлом году было вынесено около 1000 судебных приговоров за хулиганские проступки, а по август этого года таких приговоров вынесено 4000. В Москве, только в одном районе милиции (11-й район) хулиганство с мая по август этого года сделало скачок свыше, чем на 300%, при чем этот рост в сентябре обнаруживается еще сильнее, в виду возвращения хулиганствующих элементов с дач и пригородных местностей, где они летом сосредоточили свои «операции».
Рабочие считают хулиганство язвой, выросшей на почве бытовых условий, и находят, что одних судебных и административных репрессий недостаточно для его ликвидации, а необходима организованная самодеятельность самих рабочих масс, тесное взаимодействие между рабочими и печатью и устранение духа казенщины и шаблона в культурной работе на предприятиях.

Совещание в клубе «Правдист»
* * *
Из выступления члена коллегии Наркомвнудела П. К. Сергиевского:
Хулиганство за последнее время не только угрожает общественному порядку и человеческой личности, оно становится постепенно анти-политическим, контр- революционным явлением.
Ни для кого не секрет, что хулиганство является отражением старого, исковерканного дореволюционного быта. Оно находит свое распространение и сейчас, вследствие недостаточно хорошо поставленной культурно-просветительной работы. Годы гражданской войны также оставили след на развитии хулиганства: в то время подростки по большей части оставались без присмотра, очень часто они были брошены на произвол судьбы.
Хулиганство растет очень сильно. Наша, не совсем хорошо поставленная, статистика в этой области красноречиво говорит об этом. Если принять число случаев хулиганства, совершенных в 1923 году за 100%, то из выборочного обследования Иваново — Вознесенской губернии (один из крупнейших промышленных районов) получается такая картина: в 1923 г. - 100%, в 1924 г. - 178%, в 1925 г. - 217% и за первые 9 месяцев этого года — 383%.

Где же больше всего протекает хулиганство? По нашим сведениям, город в этом отношении идет несколько впереди, хотя, по цифровым данным, на сельские местности падает 57% всех случаев хулиганства. Как это ни странно, но все общественные группы принимают участие в хулиганстве . Особенно хулиганство пышно расцветает там, где имеется много пивных и винных магазинов. Чем больше пивных, тем больше случаев хулиганства — таков закон восходящей кривой хулиганства.
Вот некоторые интересные данные об участии различных групп населения в хулиганских выходках.
В Ленинграде за июль этого года за хулиганство было задержано: 49% -рабочих, 10,7% - крестьян, 12,1% - служащих, 16,6% - безработных и 11,6% - прочих лиц.
В Москве с 1-го октября 1925 г. по 1 — е сентября 1926 г. из задержанных и переданных суду за хулиганство: 54,6% - рабочих, 15,7% - служащих, 1,3% - лиц свободных профессий, 3,2% - торговцев и предпринимателей, 4,9% - кустарей и ремесленников, 10,6% - безработных и 9,8% - прочих.

Эти данные говорят за то, что рабочие по хулиганству, как это не прискорбно в первых рядах. Цифры — очень серьезные, достаточно угрожающие, и к ним надо внимательно присмотреться.
Кто же больше всего хулиганит: молодежь или старики? Из 195 человек, привлеченных за хулиганство в течение 3-х месяцев, в Ярославском уезде 160 мест падает на молодежь от 18 до 25 лет (82,5%). Опять чрезвычайно показательная цифра.
Какие виды имеет хулиганство, как классифицируется оно по категориям, - об этом известно почти всем. Больше всего — телесные повреждения (87,2%), насилия над личностью. Случаи полового насилия начинают становиться достаточно частыми. Не говоря уже о знаменитых насилиях в Ленинграде и Харькове, я могу указать еще на ряд до сих пор неизвестных новых фактов: только что мы получили сообщение из Нижнего Новгорода об изнасиловании 14 хулиганами девушки в селе Торемском, Павловского уезда; в железнодорожной сторожевой будке № 15 Сормовской ветки 12 хулиганов тоже совершили изнасилование девушки. А мало ли еще нераскрытых случаев насилия.

Каково положение с хулиганством? За последнее время мы начали получать несколько успокоительные данные. Из Тулы, из Нижнего Новгорода и других мест приходят сообщения, что число, случаев хулиганства постепенно уменьшается. Показательные суды, крутые репрессивные меры, применяемые к хулиганам в некоторых районах — дают себя знать.
Но это капля в море. Борьба с хулиганством только начинается. Это борьба особенно трудна в деревне. Здесь не хватает милиции. Она не настолько квалифицированная, как в городе; административный аппарат в деревне гораздо слабее городского. Да и общественные организации в деревне еще недостаточно осознали всю важность борьбы с хулиганством.
В то время, как в целом ряде городов — в Москве, Ленинграде, Туле — общественность всколыхнулась — организуются дружины, комиссии содействия по борьбе с хулиганством, - в деревне остается все попрежнему, деревенская общественность еще спит.
По прежнему хулиган в деревне является одним из хозяев положения, одним из героев сегодняшнего дня.
Мы поставили доклад в Совнаркоме о положении дел с хулиганством; мы предложили ряд конкретных мероприятий какие, по нашему мнению, могут посодействовать успешной борьбе с хулиганством. Высылка в административном и судебном порядке, усиление кар (вплоть до применения к хулиганам высшей меры наказания), отмена досрочного освобождения и условного освобождения хулиганов, - все все это должно помочь возможно скорейшей ликвидации хулиганства.
Но этого мало. Надо, чтобы вся общественность в городе, и особенно в деревне, всколыхнулась до единого человека, необходимо чтобы лозунг: решительная и упорная с хулиганством — укрепился в сознании всех слоев советского населения.
* * *
Из очерка "Говорухин — не хулиган"
"Многолик хулиган, и в разнообразии своем безобразен.
Из ишимского округа пишет селькор: «В деревне Кислой хулиганят все, кто не потерял еще трудоспособности. Даниил Нагорных напился самогону, ходил по улице и так скрежетал зубами, что из зубов от такой веселой забавы полилась кровь. В результате, оказались сильно расшатанными все зубы...».

В той же деревне Егор Шлыков напился пьяным, снял с себя штаны, и в таком виде отправился вдоль по деревне людей посмотреть и себя показать. Шлыков ничего не трогал, никого не был, даже скверным словом не обмолвился. Он только бегал нагишом по улицам. И все-таки этот поступок является хулиганским. Ибо основная черта хулиганства — неуважение к человеческой личности, озорство.
Является ли хулиганом Говорухин? Говорухин, которого недавно Уральский областной суд приговорил к расстрелу за убийство двух граждан?
Послушайте самого Говорухина. Он после приговора, перед расстрелом, прислал суду письмо. Приводим в выдержках письмо Говорухина: «Автобиография Говорухина Александра, он же Карп Петрович, д. Жуковой, Багарякского района, Шадринского округа. Сын бедного крестьянина. Мальчиком бил у соседей стекла в рамах, избивал мальчишек.
11 лет я сделал первое преступление, украв у отца 5 рублей. Это было в селе Ураим около Н.-Петровска, где мы жили в голодный год. Вскоре после этого у хозяев, где мы жили на квартире, из кладовой я стянул гармошку.
Хозяйские сыновья научили меня увезти лошадей с упряжкой. Я увел и вместе с ними уехал на ней на другой хутор. Кража не прошла даром. Когда я возвратился в деревню, меня избили. Не унимался. Начал красть хлеб из амбаров и домашние вещи.
В праздник на другом хуторе двум человекам нанес тяжелые ножевые раны. В это время мне было 12 лет. После этого вместе с отцом уехал на заработки в Крылатовский завод, где в свободное время хулиганил, дрался с мальчишками.
13 лет с отцом отправился в Уфалей. Здесь у рабочих из казармы стащил табак, сахар, изрезав при этом одного мальчишку.
15 лет у отца украл 300 рублей и сбежал. Поймали. Привели в сборню. Избили. Бить не давался; когда бил отец, то я нанес ему несколько ножевых ран. Отец за это наградил меня ударом кола по голове. Еле выжил, так как удар был настолько силен, что одной ногой я уже был в гробу.
Это было в 1918 году. Вступил в Красную армию добровольцем. Был назначен артельщиком госпиталя. В госпитале занялся мародерством, снимал с больных хорошую одежду, продавал её. Госпиталь был в 1920 году расформирован. Преступления прошли безнаказанно.
После расформирования госпиталя, судьба бросила из одной части в другую. Удалось устроиться в караульном полку в г. Томске. Однажды остался за караульного начальника. За взятку удалось отпустить на свободу из дома заключения 40 человек. Преступление сошло с рук. На второй раз выпустил на волю 25 человек, устроил им побег. Все сошло благополучно.
С 1921 по 1932 год служил конюхом в батальоне ЧОН. С товарищами на казенных лошадях ездил на грабеж. В этот же период при моем участии около Ивановского кладбища были ограблены 5 человек, из них четверо мужчин и одна женщина.
Около 1 апреля 1923 года принял участие в ограблении вагона с мануфактурой.
После операции с мануфактурой уехал в Сибирь, в город Ачинск, где принял участие в трех кражах. После Ачинска было совершено до 5 краж в Красноярске, где чуть не попался, но успел скрыться.
При переезде из Красноярска в Томск подделал себе документы на имя Шишина Александра и потом на Добрынина Василия. В Томске, после того, как был отпущен под расписку о невыезде, со склада губземотдела украл 7 хомутов и лошадь. При моем же участии в Томске была ограблена гостиница.
Вскоре после этого был арестован, но из-под ареста сбежал и уехал в г. Свердловск, свел знакомство с преступным миром. Занялся карманными кражами...
Отбыв срок наказания, как 22-летний, был призван на военную службу. Попал в г. Вольск, в железнодорожный батальон. В Вольске быстро сошелся с преступниками и несколько раз ходил с ними на ночные кражи. За неподчинение начальнику угодил в Самарский штрафной батальон. Здесь оскорбил начальника и за это был приговорен к 1 году лишения свободы.
При выходе из исправдома в первую же ночь украл разных вещей на 100 рублей. Пропил.
В Свердловске встретил двух мужчин, в которых я опознал тех двух незнакомых, которые на суде сделали мне замечание. Схватил финский нож и поочередно их зарезал...».
Вот исповедь — кого, хулигана? - нет, бандита. Можно ли причислить Говорухина к лику хулиганов? Нет. Он был хулиганом, но стал уголовным преступником. Почему же в уральских газетах о Говорухине писали, как о хулигане?
Почему ленинградские, харьковские и другие насильники названы хулиганами? Почему темная личность, пырнувшая прохожего «финкой» в бок, приобретает вдруг звание хулигана? Может быть, эта личность не имеет такого уголовного стажа, как Говорухин? Но ведь и Говорухин, когда «порезал» в первый раз, может быть, и не знал, что его деятельность так широко разовьется.
Озорничание в клубе и насилие над девушкой — одно и то же? А горлание похабных песен и убийство — одно и то же? Голый пробег по селу и поджог села — одно и то же?
Надо произвести «размежевание». Всякий бандит, убийца и насильник будет весьма благодарен, если его наименуют хулиганом. Хулигана легче судят. Хулигана пытаются убедить культурной работой.
Я надеюсь на винтовочку,
Надеюсь на наган.
Я на жулика родился,
А считаюсь хулиган.
Так поется в хулиганской частушке. Автор частушки очень удивлен: он считает себя жуликом, а общество зовет его хулиганом.
* * *
Из статьи "Дело «40» в Ленинграде":
В начале сентября в Ленинграде произошел случай совершенно чудовищного хулиганства. В центре города, недалеко от Октябрьского вокзала, в Чубаровском переулке, на проходившую по улице девушку, недавно окончившую рабфак, напали 30 хулиганов. Под угрозой ножевой расправы, они завязли ей глаза и затащили в сад завода «Кооператор». Здесь все 30 хулиганов один за другим изнасиловали Беликову. У выхода из сада к первой группе хулиганов присоединилась вторая, в 10 человек, которые также приняли участие в насилии. Беликова вырвалась из рук насильников только в четвертом часу утра. Она добрела до постового милиционера, которому заявила о произошедшем. До сих пор арестовано свыше 20 человек. К аресту других хулиганов приняты меры. Рабочие Ленинграда требуют сурового наказания хулиганам.

На снимке: на переднем плане дерево, под которым было совершено насилие. Вдали виден забор, сквозь который хулиганы втащили Беликову.

* * *
Из очерка "Дела Хулиганские" (автор М. Неведомский)
Почти во всех отделениях милиции имеются камеры заключения, почти во всех камерах сидят лица, обвиняющиеся по 176 статье, столь популярной в наши дни. Еще недавно — несколько месяцев назад — суд был к ним весьма снисходителен, карал «дела хулиганские» заключением в ардоме сроком от 7 суток до 2-х месяцев. Теперь времена переменились. За то, что прежде давали 2 месяца, теперь часто дают год и два за что 2 года - 10 лет и высшая мера наказания.
Хулиган не хочет мирится с подобной «несправедливостью», это, по его мнению, - хулиганство. Если бы он про это раньше знал, если бы мог раньше призадуматься над своей участью!.. Но, к сожалению, раздумье пришло к нему слишком поздно — в камере, за решеткой, с узким глазком, с крепкой дубовой дверью.

Большинство из привлеченных за хулиганские дела клянутся, что они ничего не знают, не помнят, попали в милицию по «пьяной лавочке», ну, а раз человек пьян, что с него возьмешь?
В 27-м отделении милиции, в Марьиной роще, на пьяного хулигана, избившего публику, надевают смирительную рубашку. Притом же пил он не самогон какой, законную «горькую». Выходит, как-будто он госпромышленность поддерживал, и его не за решетку сажать надо, а всякое внимание ему оказывать: человек он нужный и полезный. Вот, что на языке у хулигана, когда он говорит о себе, нагло поглядывая вокруг и вздергивая вверх свои плечи. А в памяти у него в этот миг неожидано вырастает, до странного отчетливо, вся та история, за которую грозит ему теперь неумолимая 176-я. И чем яснее для него самого, что он виновен, тем с большим азартом старается он уверить окружающих, что сидит он по пустякам, или, что тоже бывает «пострадал за правду». Но реестровая книга при отделении милиции готова разоблачить его в нужный момент. .
К числу «пострадавших за правду» относит себя Абуладзе, грузин, 50 лет, инвалид 2-й категории, бывший официант «Медведя».
Он говорит, стоя по-военному, руки по швам, глядя прямо в лицо своими злыми, черными, хитрыми глазами.
- Сыжу за правду! Минэ всэ знают! У «Мэдвэдь» знают. Мине обижали. Из комнаты выгонят хатэл. Я никого не боюс. Суд не боюс. Гапау не боюс. Минэ вэс дом знает!
Оказывается, его, действительно, весь дом знает. И милиция тоже. Он неутомим, этот старик, по части кляуз и ложных доносов. Он не любит тишины, она ему органически противна. Где Абуладзе, там крик, ругань и драка. Одно из его последних деяний — погоня с ножом за «врагом», который его обижал. Не вступись жильцы и милиция, которая хорошо знает Абуладзе, плохо пришлось бы его «врагу».
Жена его подала в милицию заявление с просьбой освободить ее от сожительства, к которому ее принуждает Абуладзе.
Егоров и Хмелевский тоже недовольны судом и 176 статьей.
Егоров — торговец, Хмелевский — контролер на Балтийской железной дороге. Им приходится отбывать годичный срок заключения в Таганском ардоме.
Им - «спасавшим Россию».
Впрочем, до «спасения России» они занимались вывинчиванием электрических лампочек на лестнице одного из домов. Когда кто-то из жильцов дома невежливо помешал им в этом занятии, торговец и контролер решили развлечься другим способом. Выбежав на улицу, они стали приставать к женщинам, уверяя их, что в этот вечер им все позволено. Последние в этом усомнились. Усомнился и один из прохожих, вступившийся за женщину. Этого не могли стерпеть ни Егоров, ни Хмелевский. Они стали избивать его. Они наказали его.
Собралась толпа, но она пользовалась даровым зрелищем и молчала. Так безопасней. Избив дерзкого прохожего, Егоров и Хмелевский двинулись дальше. Кажется, на углу Б. Головина пер., внимание их было привлечено вывеской врача. Вывеска возмутила их. Это была «жидовская» вывеска. А раз «жидовская» - они должны были избавить улицу от такой неприятности. С опасностью для своих рук, они сорвали ее. Они не пожалели своей крови «честных русских людей», они готовы были пролить ее за спасение России. С полным сознанием своего патриотического долга пошли они дальше, крича:
- Бей жидов, спасай Россию!
По пути прихватили они в качестве союзника кошку, и и встретив гражданина с «подозрительной» физиономией, били его кошкой во имя спасения все той же России.
Так беспрепятственно дошли они сначала до угла Сретенки, где их арестовала милиция, а потом до Таганского ардома, где теперь на досуге раздумывают они, что бы еще сделать для спасения России.
В Сретенском ардоме сидит осужденный на 3 месяца инвалид Мочалов, торговец на Ананьевском рынке. Осужден за то, что «охранял» права инвалида. Он был грозой для своих братьев — торговцев. Он их буквально терроризировал. И они уважали его. Желая проверить степень этого уважения к себе, однажды подошел он к одному из торговцев обуви. Выбрал ботинки, примерил их, по ноге ли они ему, решил, что по ноге, и ушел в них, не заплатив ни копейки денег продавцу заявив:
- Инвалиды не платят!
Правда, милиция не согласилась с ним. Он был арестован, но вскоре выпущен на поруки. На свободе ему стало скучно. Он стал развлекаться, гоняясь с ножом по рынку за публикой. Доставленный в камеру, перебил все стекла.
Перечисленные «дела хулиганские» не самые темные и опасные из дел, которыми завалены сейчас и милиция, и суд. Они взяты наудачу, но и они характерны для хулиганской массы, ее психики и настроения.
* * *
Дело об изнасиловании в Ростове
В начале сентября в Ростове на Дону произошел возмутительный случай хулиганства. Две девушки завлекли свою подругу Суханову в подвал, напоили ее, и при их помощи девушка была изнасилована их приятелями. Девушка сошла с ума. Среди хулиганов — 2 рабочих, комсомолец и комсомолка. Краевой суд в течении нескольких дней разбирал дело и приговорил всех обвиняемых к лишению свободы от 1 года до 5 лет.

На снимках: наверху слева— место преступления— подвал дома в Нахичевани (под Ростовом). В правом углу видны уступ и паропроводы, на которые была брошена после изнасилования Суханова; справа участницы преступления — Лазарева (наверху) и Кознышева (ниже); внизу— участники преступления (слева направо) Постников, Тер-Вартаньян и Мурутаев.


* * *
Из статьи "От проституции к труду"
Далеко от центра города, за Покровкой и Разгуляем, в Немецком переулке, приютился трудовой профилакторий для бывших проституток при втором венерическом диспансере.
Профилакторий широко развил свою деятельность, обслуживая в настоящее время 220 женщин, порвавших со своим тяжелым прошлыми ставших на путь трудовой жизни.
Техника поступления в профилакторий такова: заболевшая венерической болезнью женщина обращается в диспансер своего района. Здесь врач устанавливает ее связь с проституцией, и, в случае выраженного ею добровольного желания порвать с улицей, после двухнедельного лечения в диспансере, направляет ее в профилакторий. К этому времени у больной уже исчезают внешние явления ее болезни, и она становится безопасной (в смысле внеполового заражения) для окружающих.
Последнее особенно важно, если принять во внимание, что в профилактории не все больны венерическими болезнями. Так, например, на 220 человек— 180 венеричек и 40 здоровых, — здоровых, конечно, относительно, ибо значительная часть из них — наркоманки. Попав в профилакторий и получив работу, больная одновременно продолжает курс лечения в диспансере до полного выздоровления. В профилактории работница проводит обыкновенно срок от 6 месяцев до 1 года, после чего ее перебрасывают на фабрику. С этой переброской, правда, связано множество затруднений. Начать хотя бы с того, что такая работница, прежде всего, не член союза... Но в таких случаях оказывает свое содействие районный совет (шеф профилактория), и дело быстро улаживается. С 1924 г. удалось перебросить на фабрики и заводы свыше 100 работниц, о работе которых профилакторий имеет наилучшие отзывы.
В профилактории ведется культурная и санитарно-просветительная работа: имеются кружки для занятий с малограмотными (85%) и неграмотных (7%); здесь же работница проходит политграмоту и обучается в школе кройки и шитья; имеется стенная газета «По новым рельсам».
Вы входите в бельевую профилактория — длинную, узкую комнату, и сразу же вас оглушает стрекотание 32 зингеровских машинок. Здесь шьют мешки и медицинские халаты. Работают в две смены: от 7 до 4 дня и от 4 до 12 ночи. Каждая работница в среднем шьет от 35 до 40 мешков или 5 до 10 медицинских халатов.
Медицинская сестра приводит в мастерскую женщин, желающих работать в мастерской.
Возраст работниц профилактория колеблется от 17 до 25 лет — редко старше, но иной 17-летней без труда можно дать и 30 лет и больше. Вас введет в заблуждение желтизна лица, ранние морщинки и тусклые, апатичные глаза. Это— новенькие. Печать улицы еще не смыта трудовой жизнью профилактория. Им еще здесь не по себе. На первых порах особенно трудно сидеть сгорбившись над колесом машинки и строчить, строчить, строчить...


* * *
Типы хулиганов

Иван Лебедкин (слева), 21 год, Иван Каталкин, 20 лет, «развлекались» в районе Марьиной рощи, нанося побои прохожим. Каждый осужден по 176 статье на 1 месяц в Сретенском арестном доме. Михаил Морозов, 28 лет, задержан в Марьиной роще за хулиганство.
* * *Из статьи "Нападение на комсомольскую организацию"
4 сентября (1926), в 7 часов вечера, в Новосибирске комсомольская ячейка кирпичного завода направилась в центр города, чтобы принять участие в факельном шествии. Неожиданно на комсомольцев напали вооруженные ножами хулиганы и с криками «бей комсомольцев», разогнали их, избив четверых. Присутствовавший тут же милиционер Крупенников отказал комсомольцам в содействии, заявив, что он не может один справится с шайкой.
Комсомолец Семенов нашел извозчика и поехал сообщить милиции о нападении. Хулиганы заметили это и вышибли из пролетки извозчика и седока.
С трудом удалось сообщить милиции. Явившемуся одному милиционеру удалось задержать хулигана Махоткина, которого, однако, после составления протокола о пьянстве и дебоше отпустили. Хулиганы решили, что их действия останутся безнаказанными.
Нападение на заводскую молодежь продолжались. Так, например, председателя фабкома Кухтина хулиганы ранили ножом.
Началось срочное следствие. Было арестовано 4 хулигана. В этот день около завода нащли записку: «Громову, Богданову, Чупину и Кухтину (актив комсомольцев завода) осталось жизни до воскресенья, 12 сентября».
12 сентября было арестовано 7 хулиганов, и 13-го— два хулигана.
Перед судом предстало 13 хулиганов и младший милиционер Крупенников. Следствие выявило яркую картину терроризирования хулиганами рабочего коллектива.
В начале лета молодежь завода, руководимая ячейкой, организовала игры на лужайке. Отдельные хулиганы, ругаясь, расталкивали играющих, вызывали их на драку, мешали играм и т. д. Ячейка организовала клуб. Хулиганы являлись сюда, ругались в слух, кололи присутствующих шилом. Когда их удалили, они грозили расправой.
Актив молодежи завода четыре раза жаловался милиции, но безрезультатно. Комсомольцы ограждали клуб, беспощадно выдворяя нарушающих порядок. Хулиганы же завоевывали улицы и вечером не давали прохода публике. Клуб оказался в осадном положении. Столкновение 4 сентября представляет наивысший момент борьбы за улицу. Процесс происходит в самом большом доме, им. Ленина. Среди подсудимых хулиганов— 9 чернорабочих и 4 кустаря. Все они в возрасте от 16 до 20 лет, все беспартийные. Четверо— Махоткин, Прохоров и Семен и Иван Егоровы — обвиняются в нападении на демонстрацию, остальные в дебошах и срыве клубной работы.
Общий быт окраины рисуется так. Как только приближается вечер, улица пустеет. Жители боятся выйти на улицу. Слышна матерщина, выстрелы, крики. Даже сейчас комсомольцы терроризируются хулиганами. !8 сентября секретаря ячейки Богданова забросали камнями. Мать председателя фабкома т. Кухтина предупредил неизвестный, что «напрасно сын затеял бузу».
Комсомольцы заявляют: «Примите меры, иначе нам придется уйти из комсомола».
— Как можно, — показывает комсомолка Губина, — посещать собрания и клуб, когда обратно нельзя вернуться. Нам три раза приходилось ночевать в клубе.

Братья Егоровы
Суд приговорил братьев Егоровых и Прохорова к 6 годам заключения со строгой изоляцией; четвертый хулиган, Махоткин, приговорен к 5 годам заключения; 8 хулиганов, срывавших общественную работу комсомольской ячейки, приговорены к 2 годам заключения, из них 5 человек с последующей высылкой из Новосибирска. Милиционер Крупенников приговорен к одному году заключения. Один обвиняемый оправдан.

* * *
Из очерка "Кто бережет твой покой" Николая Погодина
Советский милиционер, туго затянутый в черную шинель, в барашковой шапочке, с красной палкой в руке, подымаемой над головой, монументально и молчаливо командующий ревущими трамваями, сумасшедшими автомобилями, непутевыми мотоциклетками, велосипедами, извозчиками и дрогерами... мы замечаем его лишь тогда, когда нам нужно узнать адрес или тогда, когда ему приходится заметить нас.
Недавно 8 хулиганов напали на постового милиционера. Прохожие бросились защищать милиционера, хотя это грозило опасностью. Но они не только кулаками отстояли милиционера, но и задержали четырех головорезов, которых и доставили в отделение. Милиция в борьбе с хулиганством связывается с рабочими дружинами завода, контактирует свою работу с профсоюзными и общественными организациями, милиция во много и много, часто незаметно для нас, выполняет заказы нашей общественности...

В управлении милиции есть эффектные карты и схемы, рисующее преступность по Москве. Наиболее пораженные преступностью районы, отмечены черным цветом, менее — серым, совершенно спокойные — белым. Интересны эти мрачные схемы. В центрах Москвы чернее, чем на рабочих окраинах, кроме только Дорогомилова, где по всем видам краж и налетов дело рисуется в самых черных красках. А вот в районе Пречистенки, Остоженки и Кропоткинской набережной— мир и спокойствие.
Милиционер говорит по вновь установленному телефону.
Зато уж в Сухаревском районе — чернее черного. В самом же центре, на Петровке, Дмитровке, Тверской и Театральной — больше, чем где бы то ни было, процветают мелкие кражи. А в Кремле ни мелких, ни крупных— чисто и бело.
Но самое тяжелое не в этом и даже не в борьбе с хулиганством для милиционера. Самое тяжелое, это когда нужно выселять, когда нужно взыскивать штраф, когда нужно описывать...
Советская милиция воспитывается в том же духе, как и Красная армия. Может быть сложнее. Кроме знания строевой и специфически строевой службы, кроме знания административных своих прав и обязанностей, милиционер обязан усвоить еще социально-правовые, общие и практические вопросы революционной законности.
Он должен быть маленьким юристом. А тут общественные вопросы и обязанности, а тут изучение методов борьбы с преступниками, вплоть до детального знакомства с хитрым японским джиу-джитсу, ибо милиционер имеет право стрелять только в крайних и решительных случаях.
Милиционер работает на улице, он стоит лицом к лицу с улицей. А улица большого города — это не та веселая улица, куда мы выходим погулять, наивно любуясь романтикой бурного и цветистого движения ее.
Милиционер видит другую «романтику», для нас неуловимую: незаметный торг старичка с девушкой, у которой в руке чемоданчик и ясные голубые глаза; прокрадывающегося в толпе карманника; мелкого воришку из дверей магазина, подозрительного молодого человека в американской шляпе и китайских очках, делающего кому-то через перекресток странные знаки; хулигана, который сейчас станет куролесить; шмыгающего торговца кокаином; неестественно-полных женщин с контрабандными чулками под одеждой; звероподобную старуху, ведущую куда-то 15-летнюю девочку. Свисток, и «романтика» нарушена...
А ночью, когда выползает то, что прячется от дневного света, все темное, преступное и зловещее, что таит в себе дно большого города, это неискоренимое, кошмарное дно, — ночью милиционер стоит лицом к лицу с миром этого дня. Ночные рестораны, пивные, столовые, чайные, дома ночлега, тайные притоны, подвалы, трущобы тогда оживают своей полуночной, опасной жизнью, тогда они празднуют свой веселый и разгульный «день». И тогда кто-то, обходя милиционера, грозит ему браунингом и сжимает автоматическую «финку» в кармане и хрипло кричит из-за угла:
— Стоишь, гад?... Ну, стой!
Утром в сводке милиции — убили... Так просто подошли, и усмехаясь, убили за то, что он советский милиционер.
* * *

В Саратове органами милиции и ГПУ была произведена грандиозная облава, во время которой задержано свыше 100 хулиганов. В целях скорейшего рассмотрения дел, саратовский губернский суд выделил специальную дежурную камеру, которая быстро разбирает поступающие дела о хулиганстве. Немедленно после облавы состоялся показательный процесс над хулиганами, вызвавший большой интерес в рабочей массе. В течение двух дней после облавы народными судьями Саратова было рассмотрено до 88 дел о хулиганстве и по ним было привлечено к ответственности более 100 человек. Суд приговорил 26 хулиганов к лишению свободы на разные сроки — от 10 дней до 10 месяцев. На снимке: один из задержанных хулиганов дает показания народному суду.

 

По материалам журнала "Огонек"