Строительство дома – акт творения, созидания. А плотники на Руси уподоблялись жрецам, считались причастными к сакральной сфере и наделенными сверхъестественной силой и особым знанием о внешнем мире.  Чтобы узаконить новую модель мира, мира, преобразованного совершившимся творением, строительство сопровождалось определенными обрядами…

Определение центра

Строительство начиналось с определения ритуального центра. Такой точкой признавалась середина будущего жилища или его красный (передний, святой) угол.

Сюда сажалось или втыкалось молодое деревце (березка, рябина, дубок, кедр, елка с иконой) или сделанный плотниками крест, который стоял до окончания строительства.

Деревце или крест уподоблялись мировому древу, символизирующему миропорядок, космос. Так устанавливались отношения подобия между структурой будущего строения и структурой космоса, а сам акт строительства мифологизировался.

Жертва

В центре, обозначенном мировым древом, закладывалась так называемая строительная жертва. Подобно миру, который в мифологическом представлении был «развернут» из тела жертвы, дом также «выводился» из жертвы.

На ранних этапах у славян не исключались человеческие жертвоприношения при закладке строений, затем ритуальным эквивалентом человеческой жертвы стали домашний скот (чаще всего конь) и мелкие животные (петух, курица).

Отрывок из христианского номоканона гласит: «при постройке домов имеют обыкновение класть человеческое тело в качестве фундамента. Кто положит человека в фундамент — тому наказание — 12 лет церковного покаяния и 300 поклонов. Клади в фундамент кабана, или бычка, или козла».

Позже строительная жертва стала бескровной. Устойчив набор из трех жертвенных символов: шерсть, зерно, деньги, которые соотносятся как с идеями богатства, плодородия, достатка, так и с олицетворением трех миров: животного, растительного и человеческого.

Укладка первого венца

Обряд жертвоприношения совмещался с укладкой первого венца. Этой операции уделялось особое внимание, ведь первый венец – это образец и остальным венцам, из которых состоит сруб. С укладкой первого венца реализуется пространственная схема жилища, и теперь все пространство делится на домашнее и недомашнее, внутреннее и внешнее.

Обычно в этот день плотники кладут только один венец, после чего следует «окладное» («обложейное», «закладочное») угощение, во время которого мастера приговаривают: «Хозяевам доброе здоровье, а дому доле стоять, пока не сгниет».

Если же плотники желают хозяевам будущего дома зла, то и в таком случае укладка первого венца — наиболее подходящий момент: ударяя крестообразно топором по бревну и держа в уме задуманную порчу, мастер говорит: «Гак! Нихай будиць так!» — и что он задумал, то и сбудется.

Укладка матицы

Центральный момент строительства – укладка матицы (бруса, служащего основанием для потолка) – сопровождался ритуальными действиями, целью которых было обеспечить тепло и достаток в доме.

Один из плотников обходил самое верхнее бревно («черепной венец»), рассеивал по сторонам хлебные зерна и хмель. Хозяева все это время молились богу. Мастер-жрец переступал на матицу, где лыком была подвязана овчинная шуба, а в карманах ее положены хлеб, соль, кусок мяса, кочан капусты и в бутылке зеленое вино.

Лыко перерубалось топором, шуба подхватывалась внизу, содержимое карманов поедалось и выпивалось. Могли поднимать матицу с привязанным к ней пирогом или караваем хлеба.

После установки матицы и «матичного» угощения катались на лошадях с песнями, чтобы все селение видело, что матицу положили. И только через день продолжали достраивать дом.

Прорубание окон и дверей

Пристальное внимание уделялось процессу изготовления дверных и оконных проемов, дабы регламентировать, обезопасить связь внутреннего мира (дома) с внешним.

Когда вставляли дверную раму, говорили: «Двери, двери! Будьте вы на заперти злому духови и ворови», – и делали топором знак креста. То же происходило, когда устанавливали притолоки и подоконники для окон, и так же обращались к окнам с просьбой не впускать в дом воров и злых духов.

Покрытие дома

Небо – крыша земли. Отсюда упорядоченность мира, гармония, ведь все, что имеет верхний предел, закончено, безусловно. Дом, подобно картине мира, становится «своим», жилым и безопасным, только будучи покрытым.

С укладкой крыши связано последнее, самое обильное угощение плотников, которое называлось «замочка» крыши. На Севере устраивали«саламатник» — торжественный семейный обед для плотников и родственников.

Основными блюдами была саламата нескольких сортов — густая затируха из муки (гречневой, ячменной, овсяной), замешанная на сметане и заправленная топленым маслом, а также каша из поджаренной на масле крупы.

Окончание строительства

Странными представляются обряды, завершающие строительство дома.

В течение определенного срока (7 дней, год и т.п.) дом должен был оставаться незаконченным с той целью, чтобы избежать смерти кого-либо из членов семьи. Например, могли оставить непобеленным кусок стены над иконами или год не делали крышу над сенями, чтобы «всякие беды вылетали в это отверстие».

Так незавершенность, незаконченность связывалась с идеями поддержания существующего порядка, вечности, бессмертия, продолжения жизни.

Сейчас нам трудно представить, что были времена, когда колдовской промысел приносил не доход, а страдания и мученическую смерть. Тогда охота на ведьм была национальным видом спорта во многих государствах Западной Европы, а колдунов и прорицателей сотнями жгли на кострах во славу Римской католической церкви…

Типичное представление о ведьме

На протяжении столетий мир жил суевериями. Лишь с приходом XVIII века была провозглашена свобода души от этих предрассудков как залог любой другой человеческой свободы.

Именно очищение от веры в нечисть, ведьм, колдунов и прочие потусторонние силы современники Вольтера считали главной приметой Просвещения. А всё, что осталось за рубежом этого пресловутого Просвещения: пропитанные огнём и кровью поборников веры средние века — не вызывало у них ничего, кроме брезгливости и непримиримой ненависти.

Но то, что когда-то, казалось, ушло безвозвратно, склонно возвращаться. История идёт по кругу. И вот новое поколение, пришедшее на смену просветителям, устами Гёте со вздохом сказало: «Суеверие — поэзия жизни». Лёгкая грусть по ушедшей романтике со временем превратилась в надрывный плач души, и XX век стал новой эпохой мистицизма.

Кто-то устраивал спиритические сеансы, кто-то посредством абсента разговаривал с духом Людовика XIV, кто-то искал Шамбалу и всё дальше уходил от реальности, а кто-то начинал карьеру очередного мистика-шарлатана по прототипу небезызвестного графа Калиостро.

Но с чего вся эта история начиналась? Конечно же, с возникновения ереси и её антипода — инквизиции.

В конце XII века католическая церковь представляла собой абсолютную монархию. Чтобы поддерживать своё положение, она нуждалась в централизации власти. Главенство римской кафедры было неоспоримо, епископы были целиком и полностью подчинены воле наместника святого Петра. Скромные же служители церкви были лишь слепым орудием внедрения папских декретов и указаний епископов, мельчайшими винтиками пресса.

И тем не менее существованию церкви угрожала страшнейшая опасность. Это проявлялось во всех аспектах церковной жизни: моральное разложение священнослужителей, многочисленные поборы в пользу церкви, беспорядок, царящий в мелких церквах, и полное игнорирование закона божьего.

То, что церковь принимала в свои ряды любого человека, не интересуясь его происхождением и социальным статусом, позволяло человеку даже из низших слоев общества добиться успеха в жизни. Папа Александр V был из нищей семьи, Григорий VII был сыном плотника, Бенедикт XII — сыном булочника, Николай V — бедного врача, Сикст IV — крестьянина, Урбан IV и Иоанн XXII были сыновьями сапожников, а Бенедикт XI и Сикст V — сыновьями пастухов.

Но, в то же время, происхождение значительно облегчало доступ к высоким должностям. Духовная карьера сулила много житейских благ, что влекло в лоно церкви людей способных, но часто имеющих цели, совершенно не связанные с духовным миром. Ибо каждый пастырь хочет стричь как можно больше овец.

Прихожанин был лишён многих прав, в том числе последнего напутствия на смертном одре, если ему нечем было заплатить священнослужителю. За каждое таинство взималась плата. А продажа индульгенций сулила вместе со спасением души неплохой доход.

Неудивительно, что среди священнослужителей всё сильнее процветали разнообразные пороки. В 1064 году один священник Оранжа был уличён в прелюбодеянии с женой своего отца. Другой священник в 1066 году — в кровосмесительной связи. Но папа Александр II сложил епитимью с него и переложил ответственность за его судьбу на местных епископов.

Все это негативно сказывалось на отношении прихожан к духовенству. В глазах народа священнослужитель был оплотом порока, греха и безнаказанности, ведь он почти никогда не нёс ни перед кем ответственности, кроме Бога.

Для человека более-менее образованного был очевиден контраст между учением церкви и её действиями. Пытливый человек исследовал противоречия, и чем дальше продвигалось это исследование, тем опаснее становилось оно для церкви. Римская кафедра изо всех сил пыталась противостоять этому, но наука, как живой источник, притягивала умы все сильнее.

Уже в X веке папа Сильвестр II, известный под именем Герберта д’Орильяка, прославился как чародей только потому, что изучал запрещённые науки. В XII веке Роберт Ретинский изучал астрономию, геометрию, а также занимался переводом Корана. Были переведены многие труды античных философов. Некоторые схоласты — Беранже Турский, Абеляр, Гильбер де ла Поре, Пётр Ломбардский, Фолькмар фон Триффенштейн — выдвигали теории, расходившиеся с господствующим учением.

Конечно, они были одиночками и быстро подавлялись церковью. Но как бы Рим ни препятствовал естественной тяге разума к знанию, толпы угнетённого народа потянулись вслед за распространителями запрещенных идей. Запретный плод сладок.
Так появлялись еретики.

Основой всех ересей было частичное или полное отрицание католической религии и обрядов. Бытовало мнение, что таинства, совершённые греховными руками, не имеют силы. Священники, живущие во грехе, не воспринимались как лица духовные, а следовательно, по распространенному мнению, они не имели никакого права ни проповедовать, ни исполнять какие-либо обряды.

Церковь пыталась как-то исправить ситуацию, но стоило появиться какому-нибудь изворотливому вероотступнику, ловкому в диспутах, как вера людей в Церковь моментально таяла. Ересь, как вирус, распространялась по Европе. И первые еретики не были служителями дьявола. Они даже не отвергали Христа. Они отвергали католическую церковь, десятину, обряды и многочисленные поборы. Свою же жизнь еретики проживали в полном аскетизме, порой доходившем до фанатизма.

Желание вернуть религии апостольскую чистоту придавало ереси силу. Разнообразные секты распространились по Европе, например:
- Манихеи. Они часто критиковали христианство, а точнее — евангельского Иисуса Христа, которого не считали истинным спасителем.

Истинный Христос, с их точки зрения, был не богочеловеком, а чистым божеством. Он лишь пользовался обликом человека, чтобы проповедовать перед людьми. Спасение, которое давал людям Христос, осуществлялось посредством истинного знания (гнозиса). Посланником истинного Христа выступал Мани, который был просветителем и утешителем людей;

Катары. В основе религии катаров лежал дуализм, а также вера в греховность плоти и в то, что «чистая душа», принадлежащая Богу, находится в заточении похотливого и грязного тела.

Катары отрицали непорочное зачатие и факт рождения Иисуса Девой Марией, считая это лишь символической выдумкой. Они отрицали распятие Иисуса на кресте, воскресение, причащение, существование чистилища и действенность молитв и икон. Крест как символ веры катары также отрицали, считая его символом мучений.

Кроме этого, отвергали все семь таинств. Признавали катары лишь утешение, и люди, получившие его, назывались совершенными. Совершенные постоянно стремились к чистоте души, занимались проповедничеством и врачеванием, они были обязаны воздерживаться от мяса, птицы, яиц и сохранять целомудрие.

Обычные верующие получали утешение лишь на пороге смерти. Когда катары умирали, их губ могла касаться только вода, а женщинам было запрещено прикасаться к ним;

Патарены. Участники Патарии (от названия рынка старьевщиков в Милане), народного движения в итальянских городах во 2-й половине XI века, центром которого был Милан. Началось движение с изгнания епископов, назначенных императором, и было подавлено к 80-м годам XI века;

Альбигойцы (по названию города Альби в Тарнском департаменте). Распространенная в южной Франции церковь, усвоившая религиозные принципы катаров и их позднейших последователей — вальденцев.

Первые альбигойцы появились еще в начале XI-го столетия. Они проповедовали апостольское христианство и вели простую, нравственную и уединенную жизнь, поэтому сначала их называли «добрыми людьми» (les bons hommes). Правда, уже после первого отлучения от церкви; произнесенного на соборе в Тулузе, созванном папой Каликстом II, стали звать тулузскими еретиками.

Несмотря все на различия, каждая школа породила в сердцах современников веру настолько слепую и фанатичную, что ее несколько веков не могли сломить ни инквизиция, ни костёр.

Вера доводила миссионеров до сумасшествия. Сложно назвать разумным человека, который с улыбкой идёт на казнь. Катары, сожженные в Кёльне в 1163 году, произвели на всех глубокое впечатление тем радостным мужеством, с которым они встретили ужасную смерть.

Города — источники ереси тоже постигала печальная судьба. В 1209 году за отказ жителей выдать катаров крестоносцам все население города Безье (20 000 человек) было уничтожено, а сам город разграблен. Мародёрство и грабежи вообще были в те времена обычным делом, так как под флаг Церкви во имя спасения души от вечных мук становился любой, часто с сомнительной репутацией.

Кроме того убийство еретика грехом не считалось, даже наоборот — это было деяние богоугодное. Еще в IV-V вв. крупнейший христианский теолог, почитаемый католической церковью и поныне, блаженный Августин обосновал необходимость применения к еретикам силы, вплоть до физического уничтожения. Августин считал, что наказание ереси не зло, а «акт любви», «сильное лекарство».

К тому же еретики приносили казне католической церкви большой доход, ведь имущество еретика становилось имуществом церкви. Так, в 1325 году один священник по имени Пётр де Торнамир, обвинённый в принадлежности к францисканцам-спиритуалам, предстал перед каркассонской инквизицией уже умирающим. Инквизитор был в отъезде, и его заместитель с нотариусом стали собирать показания в присутствии трёх мирян.

Обвиняемый умер до окончания допроса, но несмотря на это, показания были заверены подписью. В результате неправильного суда были затронуты интересы наследников, которые пожелали спасти имущество. Спор по этому вопросу длился тридцать два года. В итоге приговор был отменён. Но то лишь единичный случай. В основном любой спор с церковью заканчивался ничем. Истец просто не доживал до разрешения спора.

В начале XII века с целью вернуть католической вере былую чистоту были созданы ордена нищенствующих монахов (доминиканцы, францисканцы). Поначалу они имели большой успех. Обет апостольской бедности нравился народу. Люди, воодушевлённые проповедью этих монахов, вновь на какое-то время возвращались в лоно Церкви. Правда, не обходилось и без казусов.

Как-то раз катары ловко «подшутили» над представителями одного из орденов. В обществе распространились слухи, что еретики поклоняются необычному распятью — ноги Христа на том распятье скрещены и прибиты тремя гвоздями вместо двух. Распятье будто бы обладает силой, которая способна исцелять болезни и приносить обладателю удачу и успех. Монахи приняли это за чистую монету и стали изготовлять распятия по аналогии катарского.

Позднее стало известно, что катары специально изготовили это распятье, дабы посмеяться над глупостью монахов. А слухи они распространяли сами для большего эффекта.

Со временем ордена «нищенствующих монахов» приобрели роль орудия возмездия в руках Рима. Они участвовали в крестовых походах, отправлялись в далёкие страны с проповедями и были неистовы в своей вере. Со временем разврат и жажда золота проникли и сюда. Конечно, монахи, находящиеся на самой низшей ступени иерархии, были по-прежнему бедны. Все средства сосредотачивались в руках руководителей ордена. Рыба гнила с головы.

Кто-то должен был стать санитаром этого раздираемого страстями «леса». Естественным результатом эволюции в 1233 году стало создание инквизиции.

Ещё в 1215 г. IV Латеранский собор поставил вопрос об искоренении ереси, и решения этого Собора заложили теоретическую основу деятельности этой организации. Собор возложил на церковь ответственность за преследование инакомыслящих. И официальной целью инквизиции стало повсеместное установление единой святой католической веры. Но была еще одна, негласная, но такая понятная человеческая цель — обогащение церкви.

В XIII в. инквизиционные трибуналы были учреждены на юге Франции, в Италии, Германии, Испании, Португалии, позже в других странах Европы. Главой инквизиции являлся папа римский. Члены инквизиционных трибуналов не подчинялись светской власти и целиком зависели от папы.

Широко использовались доносы и лжесвидетельства. Донос вменялся в обязанность верующим и щедро вознаграждался из имущества осужденных. Имена свидетелей — а ими могли быть взрослые и дети, друзья и враги, верующие и еретики, убийцы и клятвопреступники — также оставались в тайне.

Казни предшествовал мучительный ритуал, включавший в себя многолюдные шествия граждан, организованные и возглавляемые членами инквизиционного трибунала, пение траурных церковных гимнов и траурную мессу, проповедь инквизитора, оглашение приговора, облачение осужденного в шутовские одежды (санбенито). Завершалось все публичным сожжением еретика на костре, то есть аутодафе.

Фактически инквизиция была безотказной машиной для устранения любого, кто сомневается. Но менялась власть, менялось и назначение инквизиции.

На рубеже XIV-XV веков люди устали жечь только еретиков — прислужников дьявола. И вот в XV веке впервые внимание обратили на ведьм, с их шабашами и чёрной мессой. «Ранее христианский мир не видывал подобных ужасов», — так современники оценивали новое веяние эпохи.

На костёр попадало множество женщин, заподозренных в колдовстве. Только с одной оговоркой — в XV-XVII веках процессы над ведьмами затронули лишь передовые страны. Россия, Балканские государства и Восточная Европа в ту пору были недостаточно развиты. Да, на Руси, бывало, тоже жгли ведьм, но не в столь больших количествах, как в передовой Европе.

Официальным открытием охоты на ведьм можно назвать Базельский собор (1440 г.), на котором прелаты и богословы со всей Европы обсуждали способы борьбы с ересью.

Сразу же появились практические сочинения по борьбе с колдовством и ведовством таких авторов как Мартен ле Франк, Иоганнес Нидер, Клод Толозан и, наконец, Генрих Инсисторис и Яков Шпренгер, авторы «Молота ведьм». Распространено мнение, что именно «Молот ведьм» знаменовал собой начало широкомасштабного преследования ведьм.

«Молот ведьм»  — трактат по демонологии и о надлежащих методах преследования ведьм.

Считалось, что ведьмы отрицают Иисуса Христа, таинства, церковь и заключают договор с дьяволом, обязуясь причинять всяческий вред жизни, здоровью, имуществу, домашнему скоту, участвовать в ночных шабашах. Шабаши проходили под председательством дьявола, который являлся ведьмам во плоти. Проще говоря, грехи, что приписывали еретикам, приписали также ведьмам и колдунам, добавив пару пунктов.

Поначалу суды над ведьмами проходили исключительно перед трибуналами римской инквизиции. Во время крупных процессов местные суды обязаны были пересылать все относящиеся к делу документы на заключение в высшую инстанцию. Дела о ведьмах наряду с делами о еретиках, об оскорблении Величества, о государственной измене, о разбоях на море и суше, о фальшивомонетничестве причислялись к разряду «особо важных».

Однако чтобы возбудить дело о колдовстве, достаточно было наличия свидетельских показаний, которые можно было бы счесть правдоподобными.

Например: «Женщина дала поесть одному мужику пирога, и у него заболел живот, у второго мужика после ссоры с ней заболел вол, а на третьего оговоренная женщина навела порчу». Такие факты суд признавал вполне реальными, и подсудимому была отныне лишь одна дорога — на костёр. Благодаря заигравшимся детям, мстительным личностям, завистникам и т. д. количество пострадавших неумолимо росло.

Допрашивали ведьм, колдунов и других продавших дьяволу душу так же, как и еретиков — под жесточайшими пытками. Помимо этого, на телах жертв выискивались так называемые «печати дьявола» — необычные родинки, уплотнения и т. д. Считалось, что дьявол налагает на своих приспешников печати, по которым и можно выявить оных.

В место, где находилась «печать», инквизиторы вбивали спицы 10 см длиной, их прижигали раскаленным железом. Если человек не чувствовал при этом боли, то он признавался слугой дьявола и отправлялся на костёр. В то время люди не знали о естественной анестезии, которая возникала в подобных уплотнениях. Другого объяснения, кроме как печать дьявола, они не находили.

Одна из сильнейших вспышек охоты на ведьм произошла в Салеме, штат Массачусетс, в январе 1692 года, после того, как у нескольких жителей начались эпилептические припадки. Причиной тому посчитали колдовство местных женщин.

Первыми подобное обвинение высказали дети. Позднее некая двадцатилетняя Сара Черчилль, обвиненная в колдовстве, дала показания против своего хозяина Джорджа Джейкобса. Суд не удовлетворило никакое алиби, ибо считалось, что дьявол даёт своим помощникам двойников, пока те творят свои злодеяния. В результате девятнадцать человек были повешены, один восьмидесятилетний старик был загнан толпой до смерти, а одна женщина скончалась в тюрьме, не дождавшись суда.

У обвиненной в колдовстве салемской женщины судьи ищут “дьявольскую метку”. Считалось, что сатана сосет кровь ведьмы через напоминающий бородавку нарост.

Постепенно охота на ведьм превращалась в истерию, которая чаще всего поражала замкнутые коллективы, такие как сиротские приюты, отдалённые деревни и монастыри. Монастыри демоны терроризировали особенно рьяно.

Например, в 1632 году в обители урсулинок в Лудене в сестру-настоятельницу Жанну Дезанж вселились целых семь демонов. Вначале монахиням являлись умершие исповедники, местный священник Урбан Грандье, потом чужеземные собеседники, что и вызывало панику в обители. На священника посыпались многочисленные обвинения в том, что монахини страдают по его вине.

Началось расследование. В итоге в 1634 году священник Урбан Грандье после страшных пыток отправился на костёр. После этого истерия сошла на нет. А первопричина истерии крылась в Жанне Дезанж — как натура эмоционально неуравновешенная, она устроила сие представление из ревности к священнику. А замкнутость, в которой жили монахини, привела к массовому психозу.

Собственно, уже тогда немецкий врач Иоганнес Вайнер, исследовав несколько случаев истерии в женских монастырях, выяснил, что эти вспышки были вызваны естественными психологическими причинами. А английский священник Френсис Хатчинсон одним из первых пришёл к выводу, что во многих случаях подсудимому нужен больше «лекарь от безумия», нежели костёр или виселица.

В конце XVIII — начале XIX века, несмотря на повсеместное преследование инакомыслия, явления призраков даже стали популярным развлечением. Устройства, создававшие иллюзии, назывались фантасмагориями. Бельгийский оптик Этьен Гаспар был создателем первых действительно пугающих призраков.

Его аттракцион с призраками Вольтера, Руссо, Робеспьера и других пользовался большой популярностью. А спустя пару десятилетий, в 1863 году, демонстрация призраков обрёла совершенство благодаря Джону Генри Пепперу — специалисту по аналитической химии из Лондона. Устройство Пеппера создавало фантом с помощью света, зеркала и стекла.

В XVII-XVIII веках популярными стали также магические книги, гримуары. В книгах содержались якобы тайные знания, магические заклинания, рецепты снадобий, описания ритуалов и прочее. Во многих «колдовских книгах» использовались древнеегипетские, древнееврейские и латинские тексты.

Считалось, что читать гримуары может только их хозяин, так как бумага этих книг имеет багряный цвет, обжигающий глаза. Страницы изменяли вид лишь для владельца, но даже он подвергался страшной опасности, читая книгу: она была способна материализовать самых разнообразных демонов — от мелких духов до верховных существ адской иерархии, которые имели непокорный и злой нрав.

По другой версии, колдовская книга — живая, её обязательно нужно кормить, разумеется, ничем иным, как кровью. Говорили, что достаточно лишь открыть такую книгу на определенной странице, чтобы вызвать нужного демона. Однако на деле описанные в гримуарах ритуалы были сложны и на практике крайне утомительны.

Самыми известными гримуарами считаются: «Завещание Соломона», «Малый ключ Соломона», «Гримуар папы Гонория», «Истинный гримуар», «Магия Арбателя», «Гептамерон», «Шестая и седьмая книги Моисея» и «Книга священной магии Абрамелина-Мага».

Колдовские книги по указанию из Рима во множестве сжигали на кострах. Кошки, вороны и прочие представители животного мира, которые, по средневековым представлениям, вполне могли быть на службе у дьявола, ведьм и злых духов, также находили свою смерть в огне.

В итоге за три века около двухсот тысяч человек были казнены за колдовство. Христиан, которые спорили с церковью, обвиняли в самых страшных преступлениях и отправляли на костёр.Те времена канули в Лету. Народ уже не бежит сжигать очередную прорицательницу, а, наоборот, несет ей свои последние денежки.

Режиссёры снимают очередной “дозор”, а писатели из востребованной вновь темы про ведьм и колдунов выжимают последнее, дабы заработать себе копеечку. С кино и телеэкранов мы узнаём о тайне кода Да Винчи, о злодеяниях инквизиции.

Дети играют в зомби и вампиров. Создаются разнообразные сайты, посвященные тёмной магии — современные ведьмы верят не в дьявола, а в Интернет. Средние века кажутся нам чем-то романтически привлекательным. Однако кто знает, каким местом может повернуться история?

Аверин А.А.

В начале Первой мировой казак Кузьма Крючков в одночасье стал национальным героем. О нём в России знал любой гимназист. Его портреты с лихо закрученными усами украшали даже пачки сигарет и коробки с конфетами, плакаты с его изображением штамповались миллионными тиражами. Он стал человеком-символом, человеком-легендой…

Как Кузьма стал георгиевским кавалером

Ко времени начала Первой мировой войны приказной (ефрейтор) шестой сотни Третьего Донского полка Кузьма Крючков был уже опытным воином. Сведения о его довоенной биографии, увы, крайне скудны. Кузьма Фирсович появился на свет в 1890 (по другим данным – в 1888) году в семье донского казака Фирса Ларионовича Крючкова. Крючковы была крепкой, с весьма строгими моральными устоями патриархальной семьёй староверов.

Детство Кузьма провёл на родном хуторе Нижне-Калмыковском, относящемся к Усть-Хопёрской станице Усть-Медведицкого округа Верхнего Дона. В 1911 году юноша успешно окончил станичную школу и был призван на службу в 3-й Донской казачий полк.

По незапамятной традиции (основательно утраченной к началу двадцатого века в России, за исключением Донской области), в тринадцать лет Кузьму Фирсовича уже женили на пятнадцатилетней девушке-казачке. Подобные браки объяснялись как ранним взрослением супругов, так и насущной хозяйственной потребностью – в домах казаков нужны были молодые работницы. Таким образом, к моменту отправления на войну у Кузьмы уже народилось двое детей: мальчик и девочка.

…Войну Кузьма Крючков, судя по всему, встретил без страха, ибо, вне всякого сомнения, видел в ней своё главное предназначение, всё то, что входило в его понимании в понятие «жизнь». А к жизни он относился по мудрой казачьей пословице: «Жизнь – не гулянка, но и не похороны».

По воспоминаниям сослуживцев, Крючков отличался некоторой застенчивостью и изрядной скромностью, в общении был открыт и искренен, а в любом воинском ремесле – необычайно смел. Живописный вихор на его голове, широкие плечи и крепкое телосложение, ловкая, гибкая фигура, всё выдавало в нём истинного сына Дона.

Полк, в котором служил бравый казак, перед войной квартировал в польском городке Кальвария, а с началом военных действий был включён в состав 1-й армии Северо-Западного фронта под командованием генерала от кавалерии П.К. Ренненкампфа, которая уже на 15-й день после объявления войны немцами должна была начать из Польши наступление на Восточную Пруссию.

Событие, обессмертившее имя Кузьмы Фирсовича Крючкова, произошло 30 июля (12 августа н.с.) 1914 г. фактически уже в первом боевом столкновении с противником.

В этот день сторожевой дозор, состоящий из четырёх казаков во главе с Крючковым, поднимаясь на горку, внезапно налетел на отряд немецких кавалеристов из отборного полка гвардейских улан числом в 27 человек (по другим данным – 30). Встреча оказалась неожиданной для обоих противников. Немцы поначалу растерялись, но, сообразив, что казаков всего четверо, осмелели и бросились на них в атаку.

Но, несмотря на 7-кратное превосходство, Кузьма Крючков и его товарищи – Василий Астахов, Иван Щегольков, Михаил Иванкин – решили принять бой. Противники сблизились и закрутились в смертельной сече, казаки прикрывали друг друга со спины и с боков, рубя и коля врага по дедовским заветам.

В первый момент боя Крючков скинул с плеча винтовку, но слишком резко передёрнул затвор, и патрон заклинило. Тогда он выхватил шашку, а в конце сражения, когда силы уже покидали его, продолжил драться вырванной из рук улана пикой.

Итоги сражения казаков поражают воображение: согласно наградным документам и официальным отчётам, были убиты 22 немецких всадника, ещё двое тяжелораненых немецких кавалеристов были захвачены в плен и лишь трое противников уцелели, спасшись бегством.

Казаки не потеряли ни одного человека, хотя у всех были ранения разной степени тяжести. Со слов товарищей, Крючков практически в одиночку зарубил и заколол 11 врагов, сам при этом получил свыше 10 колотых ран, «однако всё пустых, уколы в руки, в шею, в спину», как сам посчитал. Не меньше досталось и его лошади (которая, увы, вскоре околела).

За совершённый подвиг казак Кузьма Фирсович Крючков первым из военнослужащих русской императорской армии получил Георгиевский крест четвёртой степени. «Солдатского Егория» казак получил в госпитале из рук командующего 1-й армией генерала Павла Карловича Ренненкампфа (в 1918 году расстрелянного большевиками в Таганроге за отказ встать во главе формировавшейся Красной Армии). Остальные участники того достопамятного боя были награждены Георгиевскими медалями.

Надо заметить, что воинское свершение Кузьмы Крючкова и его соратников вовсе не было делом случая. С XVI века известно было умение казаков побеждать даже сильного врага в меньшинстве. И это их свойство и в Первую мировую войну при всех вражеских цеппелинах, пулемётах, газах, двухсотмиллиметровых гаубицах не было утрачено. 

Александр Пронин

Нет в мире другого такого танцора, который бы оказал столько влияния на историю, развитие и восприятие балета, как Рудольф Нуриев. Он изменил взгляды людей. Мальчик из маленького уральского городка стал виновником перемен в целом искусстве", — так начинает свою биографическую статью о Нуриеве танцевальный критик и биограф мастера Джон Персивал.

Майя Плисецкая придерживатся того же мнения-до Нуриева танцевали по другому.

Родился Рудольф 17 марта 1938 года в поезде(мама ехала к отцу).

Первые годы жизни прошли в Москве-отца туда перевели. После начала войны папу переводят в уфу. туда переезжает и семья. Война, очень трудные годы. 2 картошины в день считались хорошей едой.

В канун нового 1945 года, мать Нуриева Фарида, всего с одним билетом на руках, провела всех четырех детей на балет "Журавлиная песня", в котором главную партию исполняла башкирская балерина Зайтуна Насретдинова. Тогда-то юный Рудольф Нуриев и решает стать танцором.

Свое желание Нуриев начал исполнять в кружке народного танца местного Дворца пионеров. Способности мальчика не остались незамеченными - Рудольфа рекомендуют в ученики к солистке балета Анне Удальцовой, которая, вместе с подругой Еленой Вайтович, убеждает Нуриева в необходимости развивать свой талант в Ленинграде, в одной из лучших балетных школ в мире.

Прежде чем оказаться в городе революции, Нуриев, которому тогда было 15 лет, танцует во втором составе Уфимского оперного театра. В один прекрасный день он выезжает с театром на 10-дневные гастроли в Москву, где находит время, чтобы попроситься на просмотр в Школу балета Большого театра. Ему дают место, но, в последний момент Рудольф решает испытать судьбу и пробует осуществить мечту: поступить в Ленинградское хореографическое училище. На последние деньги покупает билет до Ленинграда и оказывается зачисленным со словами: "Вас ждет или блестящее будущее или большое разочарование. Второе более вероятно.

Разочарования не последовало: в 1958 году, после окончания училища, Нуриева берут солистом в один из основных балетных театров страны — театр им. Кирова (в настоящее время ему возвращено название Мариинский театр).

За последующие три года работы в театре им. Кирова Нуриев исполнил 14 партий, включая главные в балетах "Дон Кихот", "Жизель", "Лебединое озеро", "Баядерка", "Спящая красавица". Своим исполнительским мастерством, пронизанным особой страстью, и собственным нестандартным прочтением каждой партии он завоевывает сердца многочисленны поклонников. У Нуриева даже образуется свой клуб поклонников, которые не пропускают ни одного выступления артиста.

Нуриев первый в советском балете появляется с обнажённым торсом и в обтягивающих лосинах. Мнение мэтров-это вызывающе. Скоро именно так танцевал весь балет мира.

В 1961 году труппа театра им.Кирова отправляется на свои первые заграничные гастроли. Нуриев едет с театром. Однако обратно в СССР театр едет без Нуриева — танцор просит политического убежища на Западе.

Считается, что решение Нуриева не возвращаться в Союз — во многом заслуга КГБ. В Париже танцор вместо покорного высиживания вечеров в гостинице и организованного посещения достопримечательностей на экскурсионном автобусе в сопровождении сотрудников органов, дни и ночи пропадал со своими новыми парижскими знакомыми в ресторанчиках и кафе. Нуриева решили наказать: когда труппа собралась в парижском аэропорту для перелета в Лондон, Нуриеву вручили билет до Москвы, объяснив это необходимостью танцевать на правительственном приеме в Кремле.

Вот как описывает Нуриев свои переживания той минуты: "Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица. Танцевать в Кремле, как же... Я знал, что это повлечет: я навсегда лишусь заграничных поездок и звания солиста. Меня предадут полному забвению. Мне просто хотелось покончить с собой".

Чтобы остаться на Западе, нужно было любым способом попасть в руки французской полиции. Это было не так-то легко - за Нуриевым был приставлен персональный опекун из КГБ. Но Нуриев сумел вырваться из-под присмотра и совершить немыслимое па в сторону своих новых французских друзей, которые, узнав о намерении Рудольфа остаться, привели двух полицейских. Позднее этот прыжок западные репортеры назовут "прыжком к свободе", а у себя дома Нуриев стал изменником Родины и получил 7 лет лагерей заочно.

КАк и водится по возвращении были наказаны все непричастные к побегу-партнёрша Нуриева на 10 лет стала невыездной например.

Нуриева сразу приняли на западной сцене. В феврале 1962 года он подписывает контракт с Лондонским королевским балетом и солирует в нем вместе с партнершей Марго Фонтейн вплоть до 1970 года. А в 1977 году, когда Королевский балет искал нового директора, Нуриев рассматривался как один из основных кандидатов, но артист отказался от должности - он хотел продолжать танцевать. Впрочем, через шесть лет — в 1986 году — Нуриев занимает пост руководителя парижской Гранд-опера и руководит ею в течение шести лет.

Его популярность была огромна: однажды Нуриев в течение недели дал интервью двум журналам — "Time" и "Newsweek". Оба издания рассчитывали напечатать эксклюзивные материалы и не подозревали о подвохе, а Нуриев просто не мог отказать ни одному из них. В итоге его интервью разошлись общим тиражом в 10 млн. экземпляров.

Величайший талант на сцене сочетался с ужасным характером в жизни. Выдающийся российский танцор Игорь Моисеев рассказывал, что ему так и не удалось развить отношения с Нуриевым - они разругались в первый вечер знакомства по дороге из дома в ресторан, где собирались поужинать.Роман Виктюк так вспоминает-он был ужасный матерщинник, таких слов не знал даже я!!!

Он бывал на всех гастролях Кировского театра, но своё одобрение показывал издали и по возможности незаметно. Нуриев знал как наказали труппу и чувствовал себя виноватым.

Уже во второй половине 80 -ых он встретился с Плисецкой. Она описывает это так-мы сразу бросились в обьятия друг-друга, хотя до этого были незнакомы!!! Я даже не заметила, что рядом стояла Марго Фонтейн(очень известная балерина и возлюбленнаяНуриева!)

Другой неприятной чертой Нуриева была выраженная скупость. За выступления мастер запрашивал баснословные гонорары и при этом никогда не носил карманных денег: везде, и в ресторанах и в магазинах за него платили друзья. При этом Нуриев мог спускать десятки тысяч долларов на покупку сомнительных предметов искусства и антиквариат. Его парижская квартира была буквально забита такими вещами, особенно нравились танцору живопись и скульптура с обнаженными мужскими телами. Отдельной страстью были дома и квартиры: в Париже, в Нью-Йорке, в Лондоне..., у Нуриева был даже свой собственный остров в Средиземном море. Состояние Нуриева оценивалось в 80 млн. дол.

Нуриев был бисексуалом-ему приписывают романы и с Меркюри. с Элтоном Джоном,и с Ив Сен-Лораном. Молва связывает его с Жаном Маре.

Но самой сильной, страстной и мучительной любовью Нуриева всегда был Эрик Брун - огромного роста датчанин неземной красоты, всемирно известный танцор , считавшийся одним из самых выдающихся танцовщиков XX века и самым изысканным Альбером, когда-либо танцевавшем в "Жизели". Их роман длился до самой смерти Эрика...

Причем Нуриев сначала влюбился в его танец, а потом в него самого. Эрик был идеалом для Нуриева. Он был на 10 лет старше его, высок и красив, как бог. Он от рождения обладал теми качествами, которых Нуреев начисто был лишен: спокойствия, сдержанности, такта. А главное - он умел то, чего не умел Нуриев. Если бы не Рудик, то Эрик Брун, возможно, так и не распознал в себе скрытого гомосексуалиста. У Эрика была невеста, знаменитая красавица-балерина Мария Толчифф, чей отец был индейцем.

Брун, высокий и аристократичный блондин, напоминавший внешне греческого бога, с высоким лбом, правильным, резко очерченным профилем, тонкими чертами лица, и грусными серо-голубыми глазами, был сама утонченность. Он притягивал взоры едва ли не всех женщин…Рудольф же с горящими глазами, развевающимися волосами, диким нравом и острыми скулами, напоминал извергающийся вулкан.

Их отношения с самого начала были бурными и нескончаемо интенсивными. "Чистый Стриндберг", - оценивал их Брун через несколько лет. "Рудольф был переполнен чувствами к Эрику, - говорит Арова, - а Эрик не знал, как с ним справиться. Рудольф его выматывал". К тому же, Рудик постоянно и мучительно ревновал Эрика к женщинам, ведь Эрик в отличии от Рудика был бисексуалом, а не геем и он часто испытывал влечение к некоторым дувушкам. Виолетт Верди замечает: "Руди был таким сильным, таким новичком, таким изголодавшимся после российской пустыни. Он просто хотел того, чего хотел".

Убежав от табу и запретов социалистической родины, Нуреев жаждал вкусить от того сексуального рая, который нашел на Западе. Здесь не было комплексов или угрызений совести: увидев что-то понравившееся, Нуреев должен был это заполучить. Его желания стояли на первом месте, и он удовлетворял их при любых обстоятельствах, днем и ночью, на улицах, в барах, гей-саунах. Матросы, водители грузовиков, торговцы, проститутки были его постоянными объектами охоты. Кстати, внешность тут не имела особого значения, важны были размер и количество. Он любил, чтобы этого было много. Существует масса анекдотов, рассказывающих о сексуальной чрезмерности Нуреева.

Как-то, выйдя из служебного входа Парижской оперы и увидев толпу поклонниц, Рудольф воскликнул: "А где же мальчики?" Танцуя в "Жизели", Нуреев поразил одного из артистов своим измученным видом. "Что с вами?" - спросил его танцовщик. "Я очень устал, трахался всю ночь и все утро, до самой репетиции. У меня совсем не осталось сил". "Рудольф, - поинтересовался артист, - неужели вам никогда не бывает достаточно секса?" - "Нет. К тому же ночью трахал я сам, а утром меня".
 

В Британской опере Нуриев знакомится с знаменитой Марго Фонтейн и они становятся близки на 15 лет-почти до самой смерти Марго от рака от рака в 91 году.

Плисецкая выразилась о романе и совместной работе Марго и Нуриева приблизительно так-она (Марго). была очень известна.

Но знаменитой её сделал Рудольф. Именно он привнёс чувственность в балет.

Ей было сорок два года, и она решила уйти со сцены в блеске славы. Но ей предложили поработать с молодым партнером – и она осталась. Так родился один из легендарных дуэтов мирового балета: Фонтейн – Нуриев.

Когда в 1961-м в Копенгагене Нуреев встретился с Эриком, тогда же в его жизнь вошла и прославленная английская балерина Марго Фонтейн. Тут, как и в случае с Бруном, тоже сыграл свою роль телефонный звонок. Однажды Рудольф пришел в гости к своему педагогу Вере Волковой, и зазвонил телефон. Волкова сняла трубку и тут же передала ее Нуриеву: "Это вас, из Лондона". - "Из Лондона?" - удивился Рудольф. В Лондоне он никого не знал. "Это говорит Марго Фонтейн, - сказал голос в трубке. - Не хотите ли танцевать на моем гала-концерте?"  В истории балета нет более элегантной, мужественной и мудрой балерины, чем Фонтейн. Легкая улыбка, горячий блеск глаз, темперамент, а еще стальная спина и железная воля - это Марго. Ее муж Роберто Тито де Ариас был из семейства видных панамских политиков и в то время занимал пост посла Панамы в Великобритании.  После того как Рудольф выступил на ее гала-концерте, руководство "Ковент Гарден" предложило Фонтейн танцевать вместе с ним "Жизель". Марго сначала засомневалась. Она впервые выступила в Жизели в 1937 году, за год до рождения Нуриева, а к моменту его побега из СССР уже пятнадцать лет была звездой. Не будет ли она, сорокадвухлетняя прима, смотреться смешно рядом с двадцатичетырехлетним молодым тигром? Но наконец согласилась и победила. Их выступление привело публику в безумие. Чувственный пыл Нуриева стал идеальным контрастом выразительной чистоте Фонтейн. Они сливались в едином танцевальном порыве, и, казалось, их энергия и музыкальность имеют один источник.  Когда занавес закрылся, Фонтейн и Нуриева вызывали на поклоны двадцать три раза. Под грохот аплодисментов Фонтейн вытащила из букета красную розу на длинном стебле и преподнесла ее Нуриеву, он, тронутый этим, упал на колено, схватил ее руку и стал осыпать поцелуями. Публика от этого зрелища лежала в обмороке.
........

Жаклин Кеннеди, присутствовавшая на спектакле ‘’Жизель’’ вспоминала: ‘’Такой овации Британия еще не видела. Фонтейн и Нуреева вызывали 30 раз, они кланялись более 45 минут. Руки у людей распухли от аплодисментов. Глядя на них, можно было компенсировать упущенных Нижинского и Шаляпина. Это было одно из сильнейших художественных впечатлений в моей жизни…’’

Нуриев пил жизнь как хорошее вино, не подозревая что жизнь уже начала выпивать его.

В 87 году умирает его мать. В вид исключения власти ССР позволили ему на 48 часов вернутся в СССР. Он успел. Мать не поверила что её Рудик вернулся. Это он?-спросила она у близких. Она умерла через 3 месяца после их свидания.

Когда в 1986 году Брун умирал от рака легких, Нуриев, бросив все дела, приехал к нему. Они проговорили допоздна, но, когда Рудольф вернулся к нему следующим утром, Эрик уже не мог разговаривать, а только следил глазами за Рудольфом. Рудольф тяжело переживал смерть Эрика и так никогда и не смог оправиться от этого удара. Вместе с Эриком из его жизни ушли юная бесшабашность и горячая беспечность. Он остался один на один с самим собой, наступающей старостью и смертельной болезнью. И хотя Нуреев как-то запальчиво бросил: "Что мне этот СПИД? Я татарин, я его трахну, а не он меня", - Рудольф понимал, что времени ему отпущено в обрез. Через пять лет после смерти Эрика Рудольф простился и с дамой своего сердца Марго Фонтейн. До этого Марго пережила страшную трагедию. В Панаме был расстрелян автомобиль, в котором находился ее муж. Две пули застряли в груди, еще одна пробила легкое, четвертая попала в шею сзади, близ позвоночника. По одной версии, это был политический заказ, по другой - в сорокасемилетнего Ариаса стрелял его коллега по партии за то, что тот спал с его женой. Парализованный, прикованный к инвалидной коляске Ариас стал постоянной заботой Марго. Она не допускала, чтобы он превратился в тело в коляске, поэтому возила его с собой на гастроли, на яхты к друзьям. Марго упорно зарабатывала на жизнь и на медицинское обслуживание больного мужа танцами. "Я буду танцевать до тех пор, пока на меня ходят", - говорила она журналистам. И она танцует, а вернувшись вечером после спектакля домой, прежде чем поесть, готовит еду мужу и кормит, как маленького ребенка, с ложечки. Кстати, последний раз "Маргариту и Армана" Марго и Рудольф танцевали в Маниле в августе 1977-го. А потом она уединилась с Ариасом на ферме в Панаме, где умирала от рака яичников. Об этом знал только Рудольф, который анонимно оплачивал ее медицинские счета. В 1989 году Марго похоронила Тито Ариаса, перенесла три операции и была почти прикована к постели: "Я привыкла гастролировать по театрам, а теперь гастролирую по больницам", - шутила Фонтейн.  Марго умерла 21 февраля 1991 года, спустя двадцать девять лет с того дня, как она и Рудольф впервые танцевали в "Жизели". После этого он был ее партнером почти 700 раз. Говорят, узнав о ее смерти, он с горечью воскликнул: "Я должен был на ней жениться". Но, кажется, это была всего лишь фраза человека, который знал, что сам умирает от СПИДа. Рудольф пережил Марго на два года. Он умер 6 января 1993 года, накануне православного Рождества, ему было пятьдесят четыре года. Сочельник спустился на землю уже без него.

Ему довелось станцевать на сцене любимой им Мариинки в 89 году. Публика хотела аплодировать и она аплодировала так, что казалось вот-вот рухнет потолок. Но профи видели-это уже распадающаяся мумия. Это уже не Рудольф.

Кладбище Сен-Женевьев де Буа. Могила Нуриева. Это-не ковёр и не покрывало. Это-мозаика.

один из ведущих художников Парижской Опера (Paris Opera) Энцо Фриджерио (Ezio Frigerio), друг и коллега танцовщика, высказал идею оформления могилы с помощью восточного ковра. Нуриев коллекционировал старинные ковры и вообще древний текстиль разных стран, особо любимые ковры кочевали с ним по гастролям, вдохновляя на новые потрясающие танцы и представления.

Эскизы ковра, выполненные Энцо Фриджерио, точно повторяли один из любимых восточных ковров из коллекции Нуриева. Воспроизвести ковер в красках, с визуальным эффектом тканевой текстуры было решено с помощью мозаики. Мозаика решила и проблему воспроизведения изящных складок ниспадающего ковра, и обеспечила естественный вид нитям золотой бахромы. Средства на создание памятника выделили состоятельные друзья самого известного танцовщика балета.

В 1996 году надгробие было изготовлено в итальянской мозаичной мастерской Акомена Спацио Мозаико (Akomena Spacio Mosaico). Мозаика ковра выполнена из мелких преимущественно квадратной формы элементов с плотнейшим прилеганием деталей, практически без видимых швов. Но при этом поверхность мозаики оставлена шероховатой, с весьма резкими изменениями уровня мозаичных элементов. Этот прием с расстояния уже 2-3 метров создает общее впечатление ковровой текстуры. Скульптурная основа мозаики точно копирует особенности образования складок, и мозаичные элементы плавно повторяют все изгибы и волны поверхности.

Серия сообщений "Рудольф Нуриев":
Часть 1 - Великий содомит. Жизнь и судьба Рудольфа Нуриева. Гений танца и порока.

Его называли Чингисханом балета, первым геем планеты, самым сексуальным танцовщиком XX века. Действительно, секс для этого неистового татарина значил много. Но кроме секса была и любовь, причем не только с мужчиной по имени Эрик Брюн, но и с женщиной, великой Марго Фонтейн...
У Нуреева были романы с Фредди Меркьюри, Ив Сен-Лораном и Элтоном Джоном; молва записала ему в любовники Жана Маре и многих других...
Но самой сильной, страстной и мучительной любовью Нуриева всегда был Эрик Брун — огромного роста датчанин неземной красоты, всемирно известный танцор , считавшийся одним из самых выдающихся танцовщиков XX века и самым изысканным Альбером, когда-либо танцевавшем в "Жизели". Их роман длился до самой смерти Эрика...

ТАКОЙ ХОЛОДНЫЙ, ЧТО ОБЖИГАЕТ
Трудно сказать, кто был первым мужчиной-любовником Нуриева, но то, что его первой и величайшей любовью стал выдающийся датский танцовщик Эрик Брун, несомненно. Причем Нуриев сначала влюбился в его танец, а потом в него самого.

Эрик был идеалом для Нуриева. Он был на 10 лет старше его, высок и красив, как бог. Он от рождения обладал теми качествами, которых Нуреев начисто был лишен: спокойствия, сдержанности, такта. А главное — он умел то, чего не умел Нуриев.
Если бы не Рудик, то Эрик Брун, возможно, так и не распознал в себе скрытого гомосексуалиста. У Эрика была невеста, знаменитая красавица-балерина Мария Толчифф, чей отец был индейцем.

Мария и Эрик
Их первое знакомство Рудика случилось в 1960 году, когда Эрик Брун и Мария Толчифф приехали вместе с Американским балетным театром на гастроли в СССР. Нуриев сгорал от нетерпения увидеть прославленного датчанина, но так случилось, что двадцатидвухлетний Рудольф уехал на гастроли в Германию, а когда вернулся, то весь балетный Ленинград только и говорил, что о Бруне.
Заинтригованный Рудольф раздобыл любительские съемки Бруна, сделанные кем-то в Ленинграде, и пережил шок. "Для меня это стало сенсацией, — вспоминал он через несколько лет. — Брун единственный танцовщик, которому удалось меня поразить. Кто-то назвал его слишком холодным. Он и в самом деле настолько холодный, что обжигает".

МЕКСИКАНСКИЕ СТРАСТИ
Спустя год Нуриев обжегся об этот лед уже не на экране, а в жизни. К тому времени Рудольф вырвался из железных объятий Страны Советов и делал первые шаги на пути к мировым триумфам. Судьба свела его с Марией Толчифф, незадолго до этого пережившей разрыв бурных любовных отношений с Бруном, которого по ее словам она любила "больше жизни".
Расставаясь с датчанином, она пообещала ему отомстить и подыскать себе нового партнера.
Очень скоро она встречает молодого и горячего татарина, в которого тридцатишестилетняя балерина мгновенно влюбляется. И предлагает ему ехать вместе с ней в Копенгаген, где планируются ее выступления с Бруном.
По дороге Толчифф звонит Бруну и радостно объявляет: "Тут есть кто-то, кто хочет с тобой познакомиться. Его зовут Рудольф Нуреев", — и передает трубку Нурееву. Так они познакомились благодаря Толчифф, которая об этом вскоре сильно пожалеет.

Эрик и Карла Фраччи\

ДАТСКИЙ ПРИНЦ И ТАТАРСКИЙ ТЕРРОРИСТ
"День шел к концу, в номере было темно, — вспоминал годы спустя Брун об их первой встрече, которая произошла в отеле "Англетер", где остановились Рудольф и Толчифф. — Я поприветствовал Марию, рядом с которой находился этот молодой танцовщик, небрежно одетый в свитер и слаксы. Я сел, посмотрел на него внимательнее и увидел, что он весьма привлекателен. У него был определенный стиль, некий класс.
Это нельзя назвать естественной элегантностью, но это производило впечатление. Он не слишком много говорил, может быть, потому, что еще не совсем хорошо владел английским. Ситуация была неловкой из-за моих отношений с Марией. Мы с ней пытались прикрыть это, слишком много и неестественно смеясь. Гораздо позже Рудик говорил, что ненавидит звук этого моего смеха".

После этого они видели друг друга лишь в студии во время занятий. Нуриев приходил в восторг от безупречной длинноногой фигуры Бруна, от его непогрешимой техники, от внешнего облика, напоминающего благородного принца.

Эрик и Рудик
Однажды во время перерыва Нуриев заговорщицки шепнул Бруну, что надо бы поговорить. Он хотел пообедать с Бруном наедине, без Марии. Но когда Нуриев сообщил ей о своих планах насчет обеда, она закатила истерику, с визгом выскочив из костюмерной. Нуриев бросился за ней, за ним последовал Брун. В этот момент после утреннего класса вышла вся труппа и с интересом наблюдала, как Нуреев, Брун и Толчиф гоняются друг за другом по театру.

Эрик, Руди и Мария
Но как бы ни злилась Мария и сколько бы истерик ни закатывала, между неистовым татарином и холодным датским принцем уже возникло мощное притяжение, которое в тот момент не мог разрушить никто. Даже властная мать Бруна, имевшая на сына огромное влияние.

ОТДЕЛЬНЫЕ СПАЛЬНИ ДЛЯ ПРИЛИЧИЯ
Эллен Брун, как только Рудольф переехал жить в их уютный дом в пригороде Копенгагена в Гентофте, сразу же невзлюбила Рудольфа. Она видела в нем угрозу респектабельности сына, а также своего соперника за его любовь. И хотя ради приличия Рудольф и Эрик занимали отдельные спальни, Эллен догадывалась о характере их отношений. Как и многие другие, кто видел их вместе. Эти двое сразу бросались в глаза, люди оборачивались им вслед, таким красивым и таким разным.

Брун, высокий и аристократичный блондин, напоминавший внешне греческого бога, с высоким лбом, правильным, резко очерченным профилем, тонкими чертами лица, и грусными серо-голубыми глазами, был сама утонченность. Он притягивал взоры едва ли не всех женщин…Рудольф же с горящими глазами, развевающимися волосами, диким нравом и острыми скулами, напоминал извергающийся вулкан.
Их отношение к сексу тоже было очень разным. Эрик одновременно и жаждал, и боялся интимной близости. Скрытный, осторожный, он не позволял проявиться ни единой эмоции, к тому же он не был готов к тому сексуальному неистовству, которое проявлял Нуреев. Рудольф всегда хотел секса, двадцать четыре часа в сутки. И считал это естественным, а Эрик быстро уставал от этой карусели. Поэтому их роман изначально развивался неистово и бурно. Один наступал, другой убегал.
Рудольф, когда ему казалось, что в их отношениях что-то не так, мог в бешенстве кричать и разбрасывать вещи по квартире, а Эрик, шокированный этим всплеском эмоций, убегал из дому. И тогда Рудольф бросался вслед, на поиски своего возлюбленного. Через несколько лет Брун уподобит их встречу столкновению и взрыву двух комет.
(Фрагмент из воспоминаний знаменитой болгарской балерины Сони Аровой, близкой подруга Эрика)
Если Брун был единственным танцовщиком, которого Рудик признавал равным себе, он был также единственным, кому он позволял проявлять над собой власть. "Научи меня этому", — всегда говорил он Эрику. "Если Эрик блестяще исполнял какую-то роль, Рудик не успокаивался, пока не начинал исполнять ту же роль столь же блестяще, — говорит Соня. — Для него это был величайший стимул на протяжении очень долгого времени". В равной степени околдованный им Брун помогал ему всеми возможными способами, передавая все свои знания, даже когда Нуриев грозил его затмить.
Их отношения с самого начала были бурными и нескончаемо интенсивными. "Чистый Стриндберг", — оценивал их Брун через несколько лет. "Рудольф был переполнен чувствами к Эрику, — говорит Арова, — а Эрик не знал, как с ним справиться. Рудольф его выматывал". К тому же, Рудик постоянно и мучительно ревновал Эрика к женщинам, ведь Эрик в отличии от Рудика был бисексуалом, а не геем и он часто испытывал влечение к некоторым дувушкам. Виолетт Верди замечает: "Руди был таким сильным, таким новичком, таким изголодавшимся после российской пустыни. Он просто хотел того, чего хотел". Он всеми силами старался подчинить себе мягкого, деликатного Эрика.
"Их отношения никогда не были легкими, — заключает Арова. — Эрик держал себя под полным контролем, а Рудольф подчинялся настроению. Эрик пытался заставить его понять всякие вещи, а когда не получалось, расстраивался, и у них происходили ссоры. Рудольф очень многого хотел от Эрика. Он всегда от него чего-то требовал, и Эрик говорил: "Но я отдаю все, что могу, и после этого чувствую себя выжатым".
Вскоре Брун пришел к убеждению, что Нуриев хочет от него больше, чем он может дать. Близкие друзья знали теплого, щедрого Бруна, с живым, суховатым чувством юмора, но один из них рассказывает, что он мог "в секунду преобразиться, становясь холодным и крайне враждебным", когда чувствовал, что кто-то подбирается к нему слишком близко"

ЕСТ МАЛЬЧИКОВ, КАК БЛИНЫ
Убежав от табу и запретов социалистической родины, Нуреев жаждал вкусить от того сексуального рая, который нашел на Западе. Здесь не было комплексов или угрызений совести: увидев что-то понравившееся, Нуреев должен был это заполучить. Его желания стояли на первом месте, и он удовлетворял их при любых обстоятельствах, днем и ночью, на улицах, в барах, гей-саунах. Матросы, водители грузовиков, торговцы, проститутки были его постоянными объектами охоты. Кстати, внешность тут не имела особого значения, важны были размер и количество. Он любил, чтобы этого было много. Существует масса анекдотов, рассказывающих о сексуальной чрезмерности Нуреева. Вот несколько.
Однажды во время обеда в лондонском доме Рудольфа, где собрались респектабельные друзья артиста, его экономка сообщила, что у дверей стоят два молодых человека. Несколько дней назад Рудольф назначил им свидание и, очевидно, забыл об этом. Рудольф вскочил со стула и выбежал из столовой. Гости, услышав, как он с посетителями поднялся наверх, примолкли, возникла неловкая пауза. Тут секретарь Рудольфа, смеясь, воскликнула: "С ним всегда так! Он их ест, как блины!" Вскоре хлопнула входная дверь, и Рудольф, покрасневший, с озорным и довольным блеском в глазах, вернулся к столу. "Это очень вкусно", — двусмысленно сказал он, когда его кухарка подавала ему блюдо.
Как-то, выйдя из служебного входа Парижской оперы и увидев толпу поклонниц, Рудольф воскликнул: "А где же мальчики?"
Танцуя в "Жизели", Нуреев поразил одного из артистов своим измученным видом. "Что с вами?" — спросил его танцовщик. "Я очень устал, трахался всю ночь и все утро, до самой репетиции. У меня совсем не осталось сил". "Рудольф, — поинтересовался артист, — неужели вам никогда не бывает достаточно секса?" — "Нет. К тому же ночью трахал я сам, а утром меня".

КОШМАР НА БОРТУ САМОЛЕТА
При этом Рудольф считал, что секс — это одно, а близость — совсем другое. А вот для Эрика это было одно и то же. Его пугали случайные встречи и анонимный секс, он не мог понять неразборчивости друга, которую считал предательством. Его ужасал непомерный физический голод Рудольфа на любовников. Эрик был очень разборчивым и не мог свыкнуться с этой распущенностью.
К этому кипящему коктейлю из любви, ревности, обид, раздражения примешивался еще один компонент — алкоголизм Бруна.
Это была его темная сторона, которая открывалась после выпивки, что в 60-х годах случалось угрожающе часто. "Алкоголизм был одним из мучительных секретов Эрика, — говорит Виолетт Верди. — В пьяном виде у него бывали приступы жестокости, он становился очень саркастичным, ему нравилось причинять боль".
Расстроенный постоянными слухами о попытках Рудольфа его подсидеть, Брун однажды обвинил его в том, что он приехал из России только ради того, чтобы его убить. Он понимал, что сказал ужасную вещь, но чувствовал некую необходимость ее высказать. "Услыхав это, Рудик расстроился так, что заплакал, — вспоминает Брун.
- Он сказал: "Как ты можешь быть таким злобным?" Порой бывая жестоким, Брун был и необычайно щедрым; многие танцовщики обязаны своей карьерой его руководству, что всегда признавал и сам Рудольф.

Но продолжал свою любовную погоню за Эриком, который так уставал от татарского тигра, что бежал от него на край света. Когда Эрик улетел на гастроли в Австралию, Рудольф почти каждый день звонил ему из Лондона, удивляясь, почему тот не очень любезен с ним по телефону. "Может быть, стоит звонить один или два раза в неделю? — советовали знакомые Рудольфа. — Возможно, Эрик хочет побыть один". Но Рудольф этого не понимал, и наконец решил лететь к нему в Сидней.
Во время полета Рудольф пережил одно из самых сильных потрясений. Он никогда не забывал, что КГБ ищет его по всему миру, с тем чтобы выкрасть и вернуть на социалистическую родину. По пути в Сидней этот кошмар едва не случился. Во время остановки самолета в каирском аэропорту пилот вдруг попросил пассажиров выйти из самолета, объясняя это какими-то техническими проблемами.
Нуреев внутренне похолодел, чувствуя западню. Он не стал выходить, судорожно вжавшись в кресло. Когда к нему подошла стюардесса, чтобы его вывести, он взмолился о помощи, убеждая, что боится покинуть самолет. Тогда стюардесса, увидев в окно двух мужчин, приближающихся к самолету, быстро провела Нуреева в туалет. "Я им скажу, что он не работает", — пообещала она. Там Нуреев и находился, пока сотрудники КГБ обыскивали самолет и стучали в дверь туалета. "Я уставился в зеркало и видел, как седею", — вспоминал он впоследствии.

ДАМА СЕРДЦА
Когда в 1961-м в Копенгагене Нуреев встретился с Эриком, тогда же в его жизнь вошла и прославленная английская балерина Марго Фонтейн. Тут, как и в случае с Бруном, тоже сыграл свою роль телефонный звонок. Однажды Рудольф пришел в гости к своему педагогу Вере Волковой, и зазвонил телефон. Волкова сняла трубку и тут же передала ее Нуриеву: "Это вас, из Лондона". — "Из Лондона?" — удивился Рудольф. В Лондоне он никого не знал. "Это говорит Марго Фонтейн, — сказал голос в трубке. — Не хотите ли танцевать на моем гала-концерте?"

В истории балета нет более элегантной, мужественной и мудрой балерины, чем Фонтейн. Легкая улыбка, горячий блеск глаз, темперамент, а еще стальная спина и железная воля — это Марго. Ее муж Роберто Тито де Ариас был из семейства видных панамских политиков и в то время занимал пост посла Панамы в Великобритании.

После того как Рудольф выступил на ее гала-концерте, руководство "Ковент Гарден" предложило Фонтейн танцевать вместе с ним "Жизель". Марго сначала засомневалась. Она впервые выступила в Жизели в 1937 году, за год до рождения Нуриева, а к моменту его побега из СССР уже пятнадцать лет была звездой. Не будет ли она, сорокадвухлетняя прима, смотреться смешно рядом с двадцатичетырехлетним молодым тигром? Но наконец согласилась и победила.
Их выступление привело публику в безумие. Чувственный пыл Нуриева стал идеальным контрастом выразительной чистоте Фонтейн. Они сливались в едином танцевальном порыве, и, казалось, их энергия и музыкальность имеют один источник.

Когда занавес закрылся, Фонтейн и Нуриева вызывали на поклоны двадцать три раза. Под грохот аплодисментов Фонтейн вытащила из букета красную розу на длинном стебле и преподнесла ее Нуриеву, он, тронутый этим, упал на колено, схватил ее руку и стал осыпать поцелуями. Публика от этого зрелища лежала в обмороке.
Но тот вечер не стал для Нуриева полным триумфом. Хотя Брун и репетировал с ним роль Альберта, но, мучимый ревностью, покинул театр. "Я побежал за ним, а поклонники побежали за мной. Было очень неприятно", — вспоминал впоследствии Рудольф.

ДЕРЕВЦЕ БЕЛЫХ КАМЕЛИЙ
"Боже! Я никогда не делала в танце и половины вещей, которые делаю теперь", — с удивлением признавалась Фонтейн, говоря о влиянии на нее Нуриева. А Рудольф признавался: "Если бы я не нашел Марго, я пропал бы".

Вскоре хореограф Фредерик Аштон создал для них балет "Маргарита и Арман" по "Даме с камелиями" Дюма-сына на музыку фортепианной Сонаты си минор Листа. Этот балет стал самым долгожданным событием сезона 1963 года и породил массу слухов и сплетен на тему: а были ли в жизни Рудольф и Марго любовниками? Одни категорически утверждают, что да, другие столь же рьяно это отвергают. Есть и те, кто говорит, что Фонтейн носила ребенка Нуреева, но потеряла из-за выкидыша. Но это скорее из области фантастики, поскольку Марго к тому времени не могла иметь детей.
Сами же Рудольф и Марго так рассказывают о своих отношениях: "Когда мы были на сцене, наши тела, наши руки соединялись в танце так гармонично, что, думаю, ничего подобного уже никогда не будет, — вспоминает Нуриев. — Она была моим лучшим другом, моим конфидентом, человеком, который желал мне только добра". "Между нами возникло странное влечение друг к другу, которое мы так и не сумели объяснить рационально, — признается Фонтейн, — и которое в каком-то смысле напоминало глубочайшую привязанность и любовь, если учитывать, что любовь так многообразна в своих проявлениях.
В день премьеры "Маргариты и Армана" Рудольф принес мне маленькое деревце белых камелий — оно было призвано символизировать простоту наших взаимоотношений в окружающем нас ужасном мире".

НЕ СЛУЧИЛОСЬ
А вот в отношениях с Эриком этой простоты не было. Брун, устав от беспорядочности Рудольфа, жаловался друзьям: "Я не могу быть с ним рядом, мы губим друг друга". Но Рудольф продолжал преследовать Эрика. Выступая в 1968 году в Копенгагене, Рудольф встретился с хореографом Гленом Тетли.
Тетли был приглашен на обед к Бруну, который предупредил его, чтобы тот ничего не говорил об этом приглашении Рудольфу. Но Нуреев, словно догадываясь о том, куда хореограф едет, навязался ему в компаньоны. Тетли отказывался, но Рудольф влез в его автомобиль. Когда машина подъехала к загородному дому Эрика в Гентофте, улыбающийся Брун вышел навстречу машине. Но, увидев Рудольфа, вбежал в дом, скрылся наверху и не появлялся весь вечер.
"Я уверен, что Рудольф очень расстроился, — вспоминает Тетли, — но он никогда не давал этого понять". А друзьям Нуриев говорил, что навсегда связал бы свою жизнь с Эриком, если бы тот ему это позволил. На что Эрик отвечал: "Рудольф объявлял меня образцом свободы и независимости — я всегда делал то, что хотел. Ну а то, что происходило между нами в первые годы — взрывы, коллизии, — это не могло продолжаться долго. Если Рудольф хотел, чтобы все было иначе, что ж, мне очень жаль".

В скором времени их бурный любовный роман окончательно рухнул, когда Рудольф узнал, что в Торонто (где Эрик тогда руководил Национальным балетом Канады) у Эрика завязался роман с одной из его учениц, которая в итоге родила от него дочь.
Но хотя с любовными отношениями между ними все было покончено, духовная связь длилась до конца жизни, пережив все измены, конфликты, разлуки.

"Мой датский друг Эрик Брун помог мне больше, чем я могу выразить, — сказал Нуреев в одном интервью. — Он мне нужен больше всех".
Когда в 1986 году Брун умирал от рака легких, Нуриев, бросив все дела, приехал к нему. Они проговорили допоздна, но, когда Рудольф вернулся к нему следующим утром, Эрик уже не мог разговаривать, а только следил глазами за Рудольфом. Рудольф тяжело переживал смерть Эрика и так никогда и не смог оправиться от этого удара.
Вместе с Эриком из его жизни ушли юная бесшабашность и горячая беспечность. Он остался один на один с самим собой, наступающей старостью и смертельной болезнью. И хотя Нуреев как-то запальчиво бросил: "Что мне этот СПИД? Я татарин, я его трахну, а не он меня", — Рудольф понимал, что времени ему отпущено в обрез.

Я ДОЛЖЕН БЫЛ НА НЕЙ ЖЕНИТЬСЯ
Через пять лет после смерти Эрика Рудольф простился и с дамой своего сердца Марго Фонтейн. До этого Марго пережила страшную трагедию. В Панаме был расстрелян автомобиль, в котором находился ее муж. Две пули застряли в груди, еще одна пробила легкое, четвертая попала в шею сзади, близ позвоночника.
По одной версии, это был политический заказ, по другой — в сорокасемилетнего Ариаса стрелял его коллега по партии за то, что тот спал с его женой. Парализованный, прикованный к инвалидной коляске Ариас стал постоянной заботой Марго. Она не допускала, чтобы он превратился в тело в коляске, поэтому возила его с собой на гастроли, на яхты к друзьям. Марго упорно зарабатывала на жизнь и на медицинское обслуживание больного мужа танцами.
"Я буду танцевать до тех пор, пока на меня ходят", — говорила она журналистам. И она танцует, а вернувшись вечером после спектакля домой, прежде чем поесть, готовит еду мужу и кормит, как маленького ребенка, с ложечки. Кстати, последний раз "Маргариту и Армана" Марго и Рудольф танцевали в Маниле в августе 1977-го. А потом она уединилась с Ариасом на ферме в Панаме, где умирала от рака яичников. Об этом знал только Рудольф, который анонимно оплачивал ее медицинские счета. В 1989 году Марго похоронила Тито Ариаса, перенесла три операции и была почти прикована к постели: "Я привыкла гастролировать по театрам, а теперь гастролирую по больницам", — шутила Фонтейн.

Марго умерла 21 февраля 1991 года, спустя двадцать девять лет с того дня, как она и Рудольф впервые танцевали в "Жизели". После этого он был ее партнером почти 700 раз. Говорят, узнав о ее смерти, он с горечью воскликнул: "Я должен был на ней жениться". Но, кажется, это была всего лишь фраза человека, который знал, что сам умирает от СПИДа. Рудольф пережил Марго на два года. Он умер 6 января 1993 года, накануне православного Рождества, ему было пятьдесят четыре года. Сочельник спустился на землю уже без него.

---

link

20 января состоялась инаугурация нового президента США Дональда Трампа, а вместе с ним в Белый дом въедет его супруга Мелания. Несмотря на то что Мелания Трамп старалась по возможности держаться в стороне от предвыборной кампании, внимания ей уделяли предостаточно: не каждый год фотомодель из Словении становится первой леди США. Критики называют Меланию Трамп «женой напоказ», а люди, знакомые с ней лично, утверждают, что она очень вежливый и приятный человек — пусть и не склонный публично спорить с мужем. Маргарита Попова рассказывает, что известно о будущей первой леди.

Почему мне вообще нужно что-то знать о Мелании Трамп?

Влияние первой леди на политику часто недооценивают, и зря: ее работа включает в себя куда больше, чем парадные появления на публике и занятие благотворительностью. По словам Кати Мартон, автора книги «Hidden Power: Presidential Marriages That Shaped Our History» («Невидимая власть: как президентские браки формируют историю»), президентство — это работа для двоих: первая леди должна напоминать президенту о важных проблемах, которые он упускает из виду, и откровенно говорить, когда он делает что-то не то. Мартон также называет Меланию наименее подготовленной первой леди в истории, и это мнение разделяют многие американцы. Это, однако, не единственное отличие Мелании от предшественниц: она станет первой на этом посту, для кого английский язык не родной, и первой почти за 200 лет, родившейся не в США.
Мелания Кнавс (будущая Трамп) на фотографии 1987 года

Откуда она родом?

Мелания родилась и выросла в Словении; ее детство прошло в Севнице, городке в часе езды от столицы с населением 5 тысяч человек. Отец Мелании, Виктор Кнавс, продавал автомобили, а мать Амалия создавала принты для фабрики детской одежды. В интервью Мелания рассказывает, что с любовью вспоминает свое детство, а ее сын Бэррон даже говорит на словенском, что не мешает бывшим соотечественникам обвинять ее в игнорировании своих корней. К примеру, Дональд Трамп посетил родину своей жены всего один раз, в 2002 году, и провел там только три часа.
Разве Трамп не против иммигрантов?

В ходе президентской кампании Трамп действительно много внимания уделял ужесточению правил для нелегальных иммигрантов. Он подчеркивает, что все члены его семьи иммигрировали в полном соответствии с законом. По сведениям New Yorker, однако, это не совсем так: в 90-е Мелания работала моделью в Нью-Йорке по рабочей визе H-1B для высококвалифицированных работников, получение которой требует подтверждения диплома о высшем образовании (у Мелании, как и у других моделей, работающих по этой визе, высшего образования нет). Трамп высказывался именно против подобных злоупотреблений: по его словам, мигранты — «это временные работники, которых импортируют, чтобы заменить американцев за более низкую цену».
А Мелания поддерживает политические взгляды мужа?

В интервью Юлии Иоффе для GQ Мелания Трамп подчеркнула, что не делится политическими взглядами на публике: «Я приняла решение не лезть в политику. Это работа моего мужа». Это не означает, что политических взглядов у Мелании нет — она называет себя очень политически активной в частной жизни, но делится своими взглядами она только с мужем. Мелания не во всем соглашается с Дональдом, однако эти разногласия никогда не озвучиваются на публике: даже на вопросы о том, нравится ли ей прическа мужа, Мелания со всей серьезностью отвечает: «Я люблю его таким, какой он есть». Умение говорить загадочные или даже противоречивые вещи объединяет супругов; к примеру, в ответ на травлю Иоффе, начавшуюся после публикации профайла в GQ, Мелания заметила, что «не может контролировать, но и не поддерживает своих фанатов», но также упомянула, что журналистка «спровоцировала их».

То есть Мелания не принимала участие в кампании?

Она держалась в стороне от кампании — куда более активно Дональда поддерживала его старшая дочь, Иванка. По мнению политического консультанта Франка Лунтца, это было правильное решение: «Политика — это не ее родной язык, и не второй, третий или пятый. Это не ее мир. А если это не твой мир — ты совершишь ошибку». Это косвенно подтверждает один из самых ярких эпизодов кампании с участием Мелании: ее речь на Национальной конвенции Республиканской партии. Резонанс вызвало не само выступление, а тот факт, что оно подозрительно напоминало речь Мишель Обамы в 2008 году — настолько, что многие журналисты заговорили о плагиате. Сам Трамп назвал это «невинной ошибкой» спичрайтеров.

Раз так, чем она вообще занимается?

В 1990-е Мелания заняла второе место на модельном конкурсе, который проводил словенский журнал Jana, и бросила учебу в Люблянском университете, чтобы начать карьеру модели в Милане. В 1996 году она переехала в Нью-Йорк. Мелания была достаточно успешной, хоть и не супермоделью; ее снимали в том числе такие именитые фотографы, как Марио Тестино и Патрик Демаршелье. Мелания встретила Дональда в 1998 году и в 2005-м вышла за него замуж. С тех пор она практически полностью посвятила себя семье, иногда отвлекаясь на создание линии украшений или средств по уходу за кожей.

То есть Мелания Трамп просто-напросто «жена напоказ»?

И да, и нет. С одной стороны, история Мелании действительно напоминает сказку о Золушке — скромная, тихая девушка из словенского поселка оказалась в Белом доме, чего, кажется, не ожидала сама; в таких обстоятельствах сложно доказать, что ты смог добиться чего-то не только благодаря удачному замужеству. С другой стороны, история знакомства Дональда и Мелании не слишком напоминает охоту за богатым женихом: широко известна история о том, как Мелания не дала Трампу свой телефон на вечеринке и потом долго отказывалась с ним видеться из-за его репутации охотника за женщинами. Кроме того, Мелания самостоятельно развивает свой бизнес — ее линия украшений (скорее успешная) и косметическая линия (скорее неудачная) не входят в Trump Corporation.
Почему она так странно выглядит на фотографиях?

Действительно, на многих фотографиях Мелания запечатлена со странным выражением лица («будто она собирается чихнуть», по наблюдению GQ), что нехарактерно для бывшей модели, для которой фотогеничность — это рабочий инструмент. Этот факт среди прочих послужил основой для сплетен, что Мелания перенесла несколько пластических операций, в том числе уколы ботокса и увеличение груди. Сама она эти слухи отрицает: «Я ничего не делала. Я живу здоровой жизнью и забочусь о своей коже и своем теле. Я против ботокса и инъекций; я думаю, они портят лицо и нервы». Юристы Трампов даже угрожали судом биографу Мелании за статью, утверждающую, что она вставила грудные импланты.

Мелания фотографировалась голой?

Работа модели нередко подразумевает откровенные фотосессии, и Мелания исключением не была — особенный резонанс получили фотографии 2000 года, где будущая первая леди лежит на ковре, полностью обнаженная и пристегнутая наручниками к чемодану. Противники Трампа использовали эти фотографии в политической борьбе, подписав их «Встречайте Меланию Трамп, вашу будущую первую леди. Или можете проголосовать за Теда Круза», — очевидно, с расчетом оттолкнуть часть консервативной аудитории. В ответ Трамп выложил неудачную фотографию жены Круза рядом со снимком Мелании, приписав, что фотография стоит тысячи слов (впоследствии Трамп признал, что был неправ). Несмотря на откровенный сексизм, которым отличились оба политика, лишь немногие феминистские издания выступили в поддержку Мелании. Как отметило издание Bustle, травля Мелании за недостаточную вовлеченность в права женщин — так же неправильно, как и навязывание патриархальных ценностей.

Мелания — феминистка?

Те немногочисленные сведения о семье Трампов, которыми располагает общество, скорее говорят об обратном. В интервью Harper?s Bazaar Мелания с гордостью говорит, что ничего не требует от Дональда, чтобы не стать «ворчливой, капризной женой»; в интервью GQ сообщает, что и муж поддерживает ее желания — например, не протестует против часовой ванны или массажа. Сам Трамп неоднократно отмечал, что ни разу в жизни не менял подгузник и не гулял с детьми в парке — этим занимается исключительно его жена.

Как к ней относятся после избрания Трампа?

После избрания Трампа президентом медиа начали тщательно воссоздавать образ гламурной — возможно, даже излишне гламурной — первой леди: первые ее действия на этом посту включают в себя создание отдельной комнаты для макияжа и причесок в Белом доме. Ее заочно сравнивают с Нэнси Рейган и Жаклин Кеннеди — элегантными и терпеливыми женами, которые были скорее иконами стиля, нежели лидерами общественного мнения. Мелания, однако, столкнулась с неожиданными трудностями: многие американские дизайнеры одежды, включая Тома Форда и Марка Джейкобса, отказались предоставлять ей свои услуги, в том числе из-за несогласия с политикой Трампа. Дизайнер София Теалле даже написала открытое письмо, в котором призвала коллег бойкотировать Меланию Трамп: «Сексизм, расизм и ксенофобия, которые распространяет штаб ее мужа, несовместимы с нашими общими ценностями».

Складывается впечатление, что ее ругают за дело!

Как ни удивительно, люди, которые знают Меланию лично, свидетельствуют, что в жизни она очень вежливый, приятный и спокойный человек, который физически не способен никого обидеть. «Миссис Трамп — отзывчивая жена, хорошая мать и просто прекрасный человек», — охарактеризовала первую леди бывшая супруга Руперта Мердока в интервью New York Times. Другие отмечают, что Мелания — это живое воплощение бренда Трампа, символ успеха в классическом его понимании. Хотя в глазах многих отстраненность Мелании переносит на нее все грехи мужа, сложно предугадать, как именно сложится карьера новой первой леди. Сама Мелания признается, что за долгие годы научилась невосприимчивости к чужим нападкам — а это нужно как моделям, так и политикам.

---

link

Современная речь богата различными словами, которые дошли до нас еще со времен наших предков. Некоторые из них мы считаем и употребляем как ругательные, но на самом деле они имеют совершенно другое значение…

Например, слово «дурак», согласно исследованиям, имело значения: «искусанный», «ужаленный», «больной», «сумасшедший». В наше время это слово ассоциируется с недалеким, глупым человеком.

Слово «харя» также имеет другую интерпретацию. Харями называли страшные маски, поэтому харями называли людей с непривлекательной внешностью.

Мымра – в древней Руси «мымрами» звали домоседов («мумрить» – сидеть дома безвыходно).

Стерва. Старинное знание слова – труп околевшего животного, падаль, умершую скотину, дохлятину.

«Пентюх». Раньше это слово применялось к дармоедам, лентяям, которые только ели и спали и означало: «желудок», «брюхо», «пузо».

Ублюдок. Ранее это слово не было оскорбительным, так как ублюдками называли малышей животных, появившихся в результате смешения особей разных видов (осла и кобылы, собаки и волка). Позже это слово стали применять к незаконнорожденным детям, а уже в 20 веке оно стало ругательным.

Подонок. Это слово также не было ругательным, так как подонком называли осадок, или то, что упало на дно, выделялось из мутной жидкости.

Идиот. Это слово и вовсе имело благородное происхождение. Так греческое «идиотес» означает «частное лицо», а византийское христианское духовенство этим словом называло мирян, не церковников. Так как мирян не уважали, со временем и слово это стало ругательным.

Кретин в переводе с латинского является искаженным вариантом слова «христианин».

Болваном в наше время называют глупого человека, а раньше оно означало - «истукан», «чурбан», «обрубок дерева».

Подлец. По одной версии данное слово имеет польские корни и означает «простой», «незнатный человек». Русские же исследователи утверждают, что это русское слово, смысл которого сводиться к общеславянской основе «подл», что значит низкий, исподний, земной, простой. Нравственный негативный смысл это слово приобрело только в 18 веке.

Такое сильное ругательство как, б..ть, происходит от древнерусского слова блядити, и значит «обман», «пустословство». Кроме того, оно созвучно с английским blаddег – пустомеля. Современная интерпретация слова связана скорее со словом блуд, блуждать.

Г…но имеет польскую языковую основу, и переводиться как дрянь, дерьмо, не имея при этом нецензурного оттенка. Другой вариант – искаженное виденье слова гуано (птичий помет).

Скотина – походит от немецкого слова «скат» - «богатство», «деньги», «сокровище». Раньше так называли домашних животных, сейчас «сокровищами» обзывают людей.

Олух.Происходит данное слово от «волоха» или пастуха, поэтому фраза «Олух царя небесного» должна звучать как комплимент.

Самое популярное слово из трех букв. Это слово показывают в полной мере историю возникновения русской матерщины. В древней Руси половой орган назывался «уд» (вверх, наружу), родственными словами которого являлись удочка, удить. Во времена Петра Великого, слово «уд» оказалось под запретом. Но так как сам предмет существовал, и нужно было его как-то называть, особенно когда приходилось лечить венерические болезни, прибегли к латинскому местоимению hoc (это).

Врачи для того чтобы как–то обозначить лекарство для члена, назвали его huius или huic. Не сильно образованные пациенты не стали называть детородный орган в уменьшительно ласкательной форме “хуик”, а называли в привычном для нас всех варианте. Позже это слово стало считаться непристойным.

Буква х в русском алфавите называлась «хер», а понятие «похерить» означало ранее – перечеркнуть крестом документ.

Более века Российская империя владела Аляской и прилегающими островами, пока в 1867 году Александр II не уступил эти земли США за семь с лишним миллионов долларов. По альтернативной версии, Аляску не продали, а сдали в аренду на сто лет, но товарищ Хрущев в 57-м году ее американцам фактически подарил. Более того, некоторые убеждены, что полуостров до сих пор наш, поскольку судно, на котором везли золото в оплату сделки, затонуло.

Так или иначе, вся эта история с Аляской за давностью лет затуманилась. Предлагаем разобраться, как так получилось, что часть другого континента вошла в состав России и с чего решили продавать земли, на которых за 30 лет после продажи добыли 200 миллионов долларов золотом.

Репу и картошку вам

В 1741 году выдающий российский путешественник датского происхождения Витус Беринг преодолел пролив между Евразией и Северной Америкой (который впоследствии назвали его именем) и стал первым человеком, исследовавшим берега Аляски. Через полвека туда прибыл купец и по совместительству мореплаватель Григорий Шелихов, который приучил местное население к репе и картофелю, распространил среди туземцев православие и даже основал сельскохозяйственную колонию «Слава России». С того времени Аляска стала принадлежать Российской империи на правах первооткрывателя, а ее жители неожиданно для себя стали подданными императора.

Индейские диверсии

Вид на столицу русской Аляски — Ново-Архангельск.

Индейцы, и их можно понять, были недовольны тем, что чужестранцы захватили власть над их землями, да еще заставляют есть репу. Свое неудовольствие они выразили тем, что в 1802 году сожгли Михайловскую крепость, которую основала компания Шелихова и его деловых партнеров. Вместе с церковью, начальной школой, верфью, мастерскими и арсеналом. А через три года подпалили еще один опорный пункт русских. Эти дерзкие предприятия ни за что бы туземцам не удались, если бы их не вооружили американские и английские предприниматели.

Как бы чего не вышло

Денег из Аляски выкачивали много: мех калана стоил дороже золота. Но жадность и недальновидность добытчиков привели к тому, что уже в 1840-х годах ценных зверьков на полуострове практически не осталось. Правда, к тому времени на Аляске были обнаружены нефть и золото. Именно это, как ни парадоксально, стало важнейшим стимулом поскорее избавиться от этих территорий. Дело в том, что на Аляску начали активно прибывать американские старатели, и русское правительство обоснованно опасалось, что вслед за ними придут американские войска или, что еще хуже, нагрянут англичане. К войне империя не была готова, а отдавать Аляску за спасибо было бы совсем глупо.

Обременительное приобретение

Первая страница договора «об уступке Северо-Американским Соединенным Штатам Российских Северо-Американских Колоний».

Идея продать Аляску, пока еще можно, родилась у брата императора Константина Романова, который занимал пост главы Морского штаба России. Это предложение самодержец Александр II одобрил и 3 мая 1867 года подписал договор о продаже заморских земель США за 7,2 миллиона долларов (по нынешнему курсу — примерно 119 миллионов золотом). В среднем получилось где-то под четыре с половиной доллара за квадратный километр со всем недвижимым имуществом, на нем расположенным.

В соответствии с процедурой договор передали в Конгресс США. Комитет по иностранным делам (в лица членов этого комитета вы можете вглядеться на приведенной иллюстрации) высказывал сомнения относительно целесообразности столь обременительного приобретения в обстановке, когда в стране только что завершилась гражданская война. Тем не менее договор был ратифицирован, и над Аляской взвился звездно-полосатый флаг.

Где деньги, Зин?

Чек на покупку Аляски. Выписан на имя Эдуарда Андреевича Стекля.

Барон Эдуард Стекль, поверенный в делах российского посольства в Вашингтоне, получил чек на сумму 7 миллионов 200 тысяч долларов. 21 тысячу он взял себе за труды, 144 тысячи в качестве обещанных взяток раздал сенаторам, проголосовавшим за ратификацию договора. Остальное отправил в Лондон банковским переводом. Купленные на эту сумму золотые слитки по морю повезли в Петербург. При конвертации валюты сначала в фунты, а потом в золото потеряли примерно полтора миллиона.

Но это еще полбеды. Корабль «Оркни», перевозивший золотые слитки, затонул на подходе к российской столице. Компания, которая зарегистрировала груз, объявила себя банкротом, и ущерб возместили только частично. Между тем на полуострове началась золотая лихорадка, и, как уже было сказано, за 30 лет там добыли золота на 200 миллионов долларов.

Актриса Одри Тоту

Досье: Одри Тоту — популярная французская киноактриса (драма, мелодрама, комедия). Полное имя: Одри Жюстин Тоту. Родилась 9 августа 1976. Место рождения: Франция, Бомон, Пюи-де-Дом. Владеет немецким и английским языками. Окончила музыкальную школу по классу фортепиано и гобоя.
Знак зодиака Лев, рост актрисы 1,63 м, вес 47 кг

Биография Одри Тоту

Будущая актриса родилась в семье дантиста и учительницы. С детства увлеклась биологией, но родители, зная свою дочь, настояли на посещении ею занятий театрального мастерства в лицее, где она училась. Благодаря родителям, Одри родилась дважды: как человек и как актриса.

После окончания лицея сразу поступила на курсы в парижской театральной школе «Кур Флоран». На актерских курсах Одри приняла твердое решение связать свою жизнь с театром и кино. Она переезжает в Париж.
В 1996 году Тоту сыграла свою первую роль в телевизионном фильме «Сердце мишени». На сегодняшний день Одри снялась в 35 кинофильмах. Вспомните фильмы «Долгая помолвка», «Коко до Шанель». Фильм «Код да Винчи»(2006) принес ей мировую известность.

«Амели»

Впервые актрису Одри Тоту я увидела в фильме «Амели» (2001). Обаятельная француженка навсегда покорила мое сердце своей романтичной чувственной игрой. «Амели» — фильм о девушке, которая работает официанткой в кафе на Монмартре. Она, как добрая фея, делает людям добро. Фильм «Амели»- это «визитная карточка» актрисы.

Одри Тоту -«Амели»

Эта роль принесла актрисе всемирную известность. Дорогой читатель, если вы ещё не посмотрели фильм «Амели» — непременно посмотрите, получите позитив и удовольствие.

В США фильм «Амели» была выдвинут в пяти номинациях на премию «Оскар», а во Франции за год этот фильм посмотрели почти девять миллионов телезрителей.
Реально существующее на Монмартре кафе «Две Мельницы» после выхода фильма стало очень популярно, здесь всегда много туристов из разных стран и местных французов.

Кафе «Две мельницы», ул. Лепик,15

В том самом кафе, где работала Амели

Мне удалось посетить это уютное кафе во время поездки в Париж. Название этого кафе происходит от расположения неподалеку двух мельниц-Мулен Руж и Мулен де ля Галет. Адрес кафе: 18 округ Парижа, Монмартр, улица Лепик, 15.

Личная жизнь Одри Тоту

Актриса Одри Тоту — независимая и утонченная личность. Несмотря на мировую известность, очень скромна. Одри любит путешествовать, любит читать Оскара Уайльда и любит поспать, причем делает она это по 9-10 часов в сутки.Она увлекается живописью и сама неплохо рисует. Любит классическую музыку, обожает Равеля, Моцарта и Шопена. Увлекается фотографией. Настоящая леди!

Одри Тоту

Одри  любит вспоминать детство, но соблюдает тайну личной жизни, отрицая и осуждая всевозможные сплетни. Известно, что она пока не замужем.
Одри Тоту не сидит на диетах, в спортзале появляется редко. Миниатюрная фигура дана ей свыше.
«В каждой из женщин, которых я играла, есть что-то от меня — мечтательность, независимость, стремление не упиваться страданиями, а самой решать свои проблемы», — поделилась актриса в одном из интервью.

Серия сообщений " Истории успешных людей":
Часть 1 - Актер Дэвид Суше
Часть 2 - Актриса Одри Тоту

Актер Дэвид Суше

Досье: Имя-Дэвид Суше. Дата рождения: 2 мая 1946. Отец: Джек Суше, гинеколог. Мать: Джоан Суше, актриса. Братья: Джон Суше (журналист) и Питер Суше (врач). Место рождения: Лондон. Место жительства: Лондон Семейное положение: женат. Жена: Шейла Суше. Дети: Роберт и Кэтрин. Вредные привычки: курит.

Актер Дэвид Суше, биография

Дэвид Суше-британский актёр театра и кино, продюсер. Кавалер Ордена Британской империи-2002 год. Командор ордена Британской империи,2011. Браво, Дэвид!!!

Отец всегда мечтал, чтобы сын стал врачом, и сын готовился пойти по стопам отца, но этого не получилось..
Однажды мать привела его в свой театр, где молодого Дэвида настолько поразила театральная атмосфера, что он твёрдо решил посвятить свою жизнь магическому миру театра.

Но и в спорте парень не отставал-входил в школьную команду по регби, гандболу и теннису.

В 18 лет Суше поступил в Лондонскую Академию Музыки и Драматического Искусства. После окончания академии  был принят на работу ассистентом главного менеджера в театр Честера, недалеко отЛондона. Затем он работал на телевидении в шоу Protectors.

В 1973 году Дэвид присоединился к Королевской Шекспировской Компании, где играл шекспировских героев. Постепенно актер становится довольно знаменитым в театральных кругах и его начинают приглашать сниматься в кино. В одном из фильмов Дэвиду довелось играть самого Шекспира!

Дэвид Суше в роли Эркюля Пуаро

Но настоящая слава и известность актеру  приходят с ролью Эркюля Пуаро. До этого никому  не удавалось столь убедительно воплотить на экране образ Пуаро №1, передав все тончайшие нюансы его характера. Со знаменитым сыщиком его объединяют даже рост (170 см), цвет глаз и педантизм.

О педантизме Суше нужно сказать отдельно:

В жизни Дэвид Суше очень интересный человек-он практически всегда весел и улыбчив, но наряду с этим ужасно педантичен. «Все вещи в моём доме должны находиться на своих местах и составлять законченную композицию. Если на столе лежат две книги, они должны лежать симметрично!..

Если привычный порядок нарушен, я начинаю чувствовать раздражение. Мои близкие уже смирились с этим». Актёр понимает, что это может быть невыносимо для окружающих, но ничего не может с собой поделать.

Актер Дэвид Суше снялся в 62 фильмах, в театре 32 работы. И всё же кинозвездой он не стал. Основная причина кроется в его образе жизни. Ещё в детстве отец привил Дэвиду глубокую религиозность.

Суше и сегодня непременно ходит в церковь. По вероисповеданию Дэвид-протестант. Да и манера его работы вдумчивая, ответственная и скрупулёзная, слишком серьезна для промышленного кинопроизводства.

Актер Дэвид Суше умеет играть на кларнете, стоит отметить, что этому он научился, когда ему было 40 лет. И это здорово! Лучше поздно, чем никогда. Любимое хобби актера -это фотография. Дэвид Суше принимает участие в радиопостановках.

Дэвид Суше, семья

С 1976 года Дэвид женат на Шейле Феррис, актрисе одного из Лондонских театров. Первенец появился, когда ему было за 35 , спустя два года родилась и дочь. Шейла вскоре оставила театр и посвятила себя воспитанию любимых детей

Семейное фото

В настоящее время актер Дэвид Суше является вице-президентом «Общества поклонников Агаты Кристи», которое возглавляет внук писательницы. Также он является вице-президентом сети судоходных каналов Личфилд и Хефертон.

«Я придерживаюсь в жизни одного четкого правила-всего важнее то, что я делаю здесь и сейчас, потому что это может стать моей последней работой. Если жизнь чему-то нас и учит, если в последнее время она научила нас сосуществовать с терроризмом, это значит, что мы счастливы уже тем, что живы, а завтра может и не наступить.

Так что, что бы я ни делал, моя первая любовь превыше всего-так и должно быть, потому что она может быть и последней-и она требует меня всего без остатка»

Вот такая  биография актера Дэвида Суше, Пуаро № 1, история жизни, которая сегодня продолжается! Он счастливый человек! Он с детства полюбил театр, мечтал стать актёром и стал им! А когда человек занимается тем, что очень любит-это счастье! Любимая работа и любимая семья…

Серия сообщений " Истории успешных людей":
Часть 1 - Актер Дэвид Суше
Часть 2 - Актриса Одри Тоту

Анна Павлова: биография и личная жизнь

Анна Павлова стала основательницей классического русского балета, и изменила понятие о танцах 20 века. Всемирно известная танцовщица показывала балет там, где о существовании такого творчества, даже не знали.

Анна Павлова: биография и личная жизнь балерины

Детство и начало творческого пути

Она появилась на свет 12 февраля 1881 года в поселке Лигово под Санкт-Петербургом. Девочка родилась недоношенным семимесячным ребенком, но благодаря бабушке Анны, которая в течение года ее выхаживала, поила козьим молоком – девочка выжила. Ее иммунитет был слабым, она часто болела, имела нездоровый внешний вид.

Тайна происхождения

Кто и кем были её родители, до сих пор однозначно не известно. Одна из версий рассказывает о том, что мать была прачкой, и служила богатому банкиру Лазарю Полякову, и именно он стал отцом Анны.

Вторая версия — мать Любовь Павлова познакомилась с солдатом Матвеем Шамаш. Караим соблазнил Любовь. В будущем она родила от него ребенка.

Современники говорили, что Анна похожа на Матвея, ее легкие восточные черты лица были так популярны в эпоху Модерн, она с раннего возраста увлекалась восточными мелодиями и танцами.

Но в то же время, когда юная Анна изъявила желание о занятиях танцами, именно Поляков оплатил учебу в балетном заведении.

Анна Павлова в свои 8 лет твердо решила и всем заявила, что она будет балериной. Это желание пришло к девочке при просмотре балета «Спящая красавица». И уже в 10 лет она поступила в Петербургское театральное училище.

Учиться было крайне тяжело, уроки длились по 8 часов в день, строжайшая диета и дисциплина, обидные оскорбления одноклассниц из-за ее нестандартного для балерины вида.

У девочки были длинные ноги и руки, слабые щиколотки, но она не обращала на это все внимания, знала свое призвание в жизни, знала, что она настоящая балерина и без танцев не имеет смысла жить. Она занималась фанатично, вкладывая всю себя в свое любимое дело.

1 июня 1899 г. Анна Павлова была определена на службу в дирекцию императорских театров. Мариинский театр дал ей ощутить радость первой премьеры. Но уже в театре стало ясно, что движения Анны не являются виртуозными, нет «стального носка».

Целеустремленная Павлова не остановилась из-за своих недостатков, а начала брать уроки балета у русских и испанских преподавателей. Благодаря своей настойчивости, в 1906 г., она стала настоящей балериной, ее назначили главным исполнителем партий в испанском и классическом репертуаре.

Около 10 лет Павлова служила в Мариинском театре Санкт-Петербурга, станцевав, практически, весь репертуар.

Танец длиною в жизнь

Михаил Фокин создал специально для Павловой спектакль, который стал визитной карточкой балерины. «Умирающий лебедь» — танец о непостоянстве счастья. С 1908 г. она начала давать концерты за границей. Всемирное признание ей дал Париж, где она участвовала в постановке «Русские сезоны». В 1909 г. поставила личный спектакль.

В 1910 г. известная танцовщица покинула Мариинский театр и создала свою труппу. Фокин поставил еще пару балетов для труппы Анны. Постановка «Семь дочерей горного короля» принес грандиозный успех.

В 1914 г. Павлова дала последний концерт в России, переехала в Англию и больше не вернулась на родину.

Интересный факт: Айседорой Дункан обожала Павлову и старалась не пропускать её спектакли в Петербурге, в Париже, в Нью-Йорке. Они были знакомы.

Личная жизнь Анны Павловой

Для балерины личная жизнь всегда была на втором плане. У неё завязались отношения с финансово независимым, красивым и образованным Виктором Дандре. Он баловал ее подарками, одаривал заботой, но официально утвердить союз они не могли, т.к. были из разных социальных слоев.

Анна Павлова и Виктор Дандре

Анна уехала от него в Париж, и только когда с Дандре случилась беда, они вновь встретились. Виктора арестовали за аферу и лишили всего состояния. Павлова освободила его, заплатив необходимую сумму. Дандре стал ее мужем и импресарио. Любил он жену до глубины души, и в будущем, после ее смерти, напишет о ней книгу.

Последний танец

Запланированный концерт в Гааге (Нидерланды) так и не состоялся, Анна Павловна (Матвеевна) Павлова умерла в 1931 г. от пневмонии. Ей было 49 лет…

Художник Илья Репин славился своим тщательным подходом к созданию картин. На его полотнах всё продумано до мелочей. Художник бережно вынашивал идеи своих будущих творений, обдумывая каждого персонажа. Конечно же, это занимало уйму времени. Например, всемирно известная картина «Запорожцы» создавалась в течение 13 лет. Однако результат того стоил!

Это полотно можно рассматривать часами, всё время находя новые захватывающие детали. Об истории создания картины «Запорожцы» можно написать целый роман, но сегодня мы сосредоточимся только на одной занимательной детали.
Вопрос вот какой. Посмотри на картину и попробуй догадаться, почему казак, который сидит слева от писаря, голый по пояс?

Не спеши с ответом, а лучше внимательно рассмотри увеличенный фрагмент картины. Здесь есть подсказка!

Ну что, понял уже, почему этот запорожец, единственный среди всех, изображен без рубашки? Тогда сверяй свой ответ с правильным.
Ответ. Всё дело в том, что он банкомет, то есть человек, который раздает карты. Присмотрись, рядом с ним нарисована игральная колода! Во времена Запорожской Сечи такие люди традиционно снимали верхнюю одежду, чтобы показать остальным свою честность, ведь в таком случае нельзя было спрятать карту в рукав!

Серия сообщений "ЭТО ИНТЕРЕСНО":
Часть 1 - «Спасите наши души!»
Часть 2 - Тайна Декларации независимости
...
Часть 27 - Откуда взялась Вифлеемская звезда?
Часть 28 - История трубки в России
Часть 29 - Почему этот казак без рубашки ?
Часть 30 - Тайна романа "Евгений Онегин"
Часть 31 - Специальный револьвер ТОЗ-81 "Марс"
...
Часть 37 - Изменение представлений о Тайной вечере
Часть 38 - КТО ПРИДУМАЛ ПАЗЛЫ?
Часть 39 - Укрощение огня: история шведской спички

Удивительные по красоте

Эксгибиционист, бросивший вызов обществу, гений, посмевший сказать: «Самая лучшая одежда для женщины — это объятия любящего её мужчины. Но для тех, кто лишен такого счастья, есть я». Анархист, провокатор, пациент военной психушки и великий художник высокой моды в одном лице. Узнали?

фото samcult.ru

У многих из нас (главным образом женщин) имя Ив Сен-Лоран вызывает смутные представления о чем-то прекрасном и недоступном: изысканных нарядах, великолепных украшениях и необыкновенных ароматах, одним словом, о моде. Однако творческие возможности знаменитого французского модельера не ограничивались созданием разнообразных коллекций одежды. Высокий профессионализм, утонченная фантазия и блестящая эрудиция позволяли ему плодотворно работать в театре и кино.

фото iledebeaute.ru

Сен-Лоран вспоминает, что начал увлекаться театром с одиннадцати лет: устраивал домашние спектакли, используя собственноручно изготовленные куклы и декорации. Свои первые театральные костюмы он сделал в 1959 году (ему было тогда 23 года) для балета «Сирано де Бержерак» на музыку Мариуса Констана в постановке Ролана Пети.
Дебют оказался удачным и положил начало их многолетней совместной работе, благодаря которой появились Эсмеральда в «Соборе Парижской богоматери» Мориса Жарра и Шехерезада в одноименном балете Мориса Равеля; покоряла зрителей Майя Плисецкая в «Гибели розы Густава Малера», блистала французская актриса Зизи Жанмэр в ярких, феерических шоу-ревю, Сен-Лоран сотрудничал и с другими мастерами театра и кино: Мадлен Рено, Жаном-Луи Барро, Луисом Бунюэлем, Франсуа Трюффо, Аленом Рене.

фото teatral-online.ru

Он одевал кинозвезд Катрин Денев, Клаудиу Кардинале, Софи Лорен, Изабель Аджани и других.

фото vm.ru
Во время работы над спектаклем или фильмом Сен-Лорану был необходим тесный контакт с режиссером, балетмейстером, актером. Для него театральный костюм — это силуэт, по которому сразу должен угадываться персонаж. Создавая образ актера, он учитывал его индивидуальность и продумывал все до мелочей: костюм, грим, прическу. Такое же трепетное отношение к исполнителям и стремление воплотить в декорациях и сценических костюмах авторский замысел было характерно для русских театральных художников начала XX века: Бакста, Бенуа, Головина, Добужинского, которых Ив считал своими учителями.

фото fotki.yandex.ru
Одно из изданий, посвященное его творчеству, так и называется: «Живые традиции Русских сезонов. Театральные фантазии Ива Сен-Лорана». Он не скрывал, что иногда использовал удачные, на его взгляд, идеи или находки своих любимых художников. Ему нравятся яркие тона, четкая линия у Матисса и торжественная белизна у Манэ, огромные платья у Веласкеса и кубические формы у Пикассо. Что интересно, себя Сен-Лоран художником не считал. Но в чем он себе не отказывал, так это в богатом воображении. Какой-то образ прежде всего рождается у него перед глазами, лишь затем переносится на бумагу в виде наброска, эскиза и, наконец, обретает плоть и кровь живого артиста.

фото onlinemosaico.ru

В творчестве Ива Сен-Лорана гармонично сочетаются театр и мода. В повседневную одежду он вносит загадочность и великолепие театра, а в сценическое платье — непринужденность и простоту быта. Как тут не вспомнить столь часто повторяемые шекспировские слова: «Весь мир — театр. В нем женщины, мужчины — все актеры». Задача же художника и модельера состоит в том, чтобы помочь каждому найти свой костюм, свой образ. И Сен-Лоран делает это со вкусом и любовью. Даже после смерти.

фото abctv.kz

Б'юць званы на Белым касцёле
Войска горад узяла ў кальцо.
Досыць нам жыць у нацысцкай няволі
Пушчанскі Івенец — тут усе за адно!
Dosc mamy mak, skonczyla sie cierpliwosc.
Dosc pelnych wiezien i spalonych miast.
Mscicielska piesc wymierzy sprawiedliwosc,
A nasza piesn podniesie az do gwiazd.
(Марш партизан Новогрудской Округи АК)
Помсцяць нацысты аперацыяй Герман
Казімеж Дзяржынскі з жонкай забіты.
Ахвяры святыя — Ахілес і Герман
Пастыры нашы не будуць забыты.
Dionizy, 19.06.2013 r

Ещё несколько лет назад подавляющее большинство историков, в том числе и белорусских, ничего не слышало про бои, имевшие место 19-20 июня 1943 года в местечке Ивенце — негласной столице Налибокской пущи. Нет, в самом городке, конечно, все имеют минимальное представление о тех давних событиях.
Классные руководители местной школы со своими учениками готовят рефераты, заезжие краеведы, как, например, автор этого текста, сочиняют стихи (см. эпиграф) и торжественно зачитывают их в местном костёле в годовщину событий.

Годовщина «восстания» в 2013 году, школьники зачитывают рефераты. Фото Д.Салаша.

Но более всего местный люд (польский и белорусский) наслышан о тех событиях от тех, кто тогда в них выжил. Ведь ежегодно отмечается не только победа Армии Крайовой, водрузившей бело-красный флаг над Белым ивенецким костёлом и на одни сутки освободившей Ивенец от нацистов. Но также на местном прикостёльном кладбище проходят десятки семейных и костёльных панихид в память жертв последующей за «восстанием» карательной нацистской операции «Germann», для проведения которой немцы отозвали с фронта 50-тысячный карательный корпус.
Простые пущанские бабушки и дедушки, а также активисты «Союза поляков» наперебой будут вам рассказывать о гибели своих родственников или соседей. Т.е. память о тех трагических событиях, в результате которых погибло более 4000 человек, передаётся непосредственно из уст в уста, и есть ещё, кому что рассказать.
Тем более странным выглядит незаинтересованность темой профессиональными историками.
Если непосредственно про саму карательную операцию советские и современные белорусские историки добросовестно написали всё, что были должны, то тема конкретно «польских боев за Ивенец» их, по понятным причинам, мало интересовала. СЬвядомые же белорусские историки, как известно, зациклены на сярэднявеччы, доисторических балтах-яцьвягах, но более всего, наверное, на ліцЬвінах/маскалях.
Таким образом, тема первого удачного городского антинацистского «восстания» в Европе остаётся никому в Беларуси неизвестной. Да и вообще, фактически целый пласт локальной военной истории оказался выброшенным из массового сознания.
Плачь, героический Ивенец! Никому не нужны твои герои и твои жертвы.

Герб Ивенецкого графства. Версия на польском языке. Есть и белорусскоязычная верия. Для желающих использовать герб графства в коммерческих и других целях — прошу обращаться за разрешением (и файлом в формате .cdr) к автору текста на прямую или писать на электронный адрес секретаря «Общественной комиссии по популяризации герба Ивенецкого Графства» пана Павла Орловского. E-mail:herb_hrabstwa@iwieniec.eu. На данный момент герб уже украшает борта ивенецких маршруток. Разработан по заказу Товарищества рода Плевако в 2011 году на основе элементов герба «Правдиц» рода Сологубов, Погоня рода Плевако и современного герба Ивенца. Автор Томаш Стейфер, геральдист, художник. Концепция Кая Малаховского.

Но историки есть не только в Республике Беларусь. Я говорю, конечно же, про историков современной Польской Республики — тех, кто записал свидетельства очевидцев, собрал воспоминания участников боев и перелопатил монографии командиров Армии Крайовой. Именно благодаря им 8 лет назад я и сам узнал про «Ивенецкое восстание». А недавно польские энтузиасты «Википедии» написали статью, посвящённую тем ивенецким событиям 1943 года.
Любой может прочесть эту статью в польском сегменте «Википедии» или статью¹историка восстания уважаемого Станислава Карлика. У меня тоже за последние 8 лет скопился небольшой домашний архив на эту тему. В своей статье я добавлю ниже новые факты в устоявшеюся в польской историографии картинку восстания.
Почему я решил написать большую статью, а не просто перевести с польского языка польские тексты? Да потому, что в моей статье будут новые неизвестные герои «Ивенецкого восстания». Много, целые отряды.
Генезис
23 мая 1943 в Налибокской пуще в составе партизанской бригады имени Чкалова советские партизаны организовали антифашистскую группу, состоящую из поляков — пишет в своей книге комиссар Ивенецкого партизанского соединения Геннадий Будай². Геннадий Будай среди рядовых членов польского национального отряда вспоминает Мечислава Вакера, жителя Ивенца, до войны рабочего-каменщика, участвовавшего во многих боях, четырежды раненого. Вспоминает и замечательного польского патриота, главного врача партизанского соединения Бенедикта Шиманского — большой души человека, остроумного, глубоко преданного делу. Не только лечившего партизан, но и непосредственно участвовавшего в боевых операциях, проявляя мужество и отвагу.

Довольно подробно про этот отряд рассказал Давид Зухба, красный партизан, руководитель специального отдела бригады имени Чкалова. Его воспоминания можно найти в сборнике «W jednym szeregu» (польск. «В одном строю»)³, издательства Министерства народной обороны в Варшаве, вышедшего в 1969 году.

Среди поляков выделялся бывший офицер Войска Польского Адам Свенторжецкий, который стал во главе группы. Свенторжецкий был далеко не молодым человеком, но очень энергичным и с большой силой воли. Как капитан запаса Войска Польского он имел большой военный опыт и организаторские способности. Прибыл он в отряд в марте 1943 года. Давид Зухба вспоминает разговор, в котором Свенторжецкий поведал ему о причинах, которые склонили его порвать со службой в АК. Правда, поводы он перечислял только общеполитические, за которыми не было видно истинной человеческой причины.
Но больше всего на его личностные качества и мировоззрение пролила свет в своих воспоминаниях Галина Костелянец, воспоминания которой были впервые опубликованы⁴в журнале «Дружба народов» в 2010 году.
Галина Костелянец (1924—2001) родилась в Киеве. В 1941 г. закончила среднюю общеобразовательную и музыкальную школы. С 1941-го по июнь 1943 г. — узница Минского гетто. Вместе с отцом, установившим связь с подпольщиками, ушла к партизанам. С осени 1944-го по 1949 г. — студентка театроведческого факультета ГИТИСа, ученица Павла Маркова. Работала уполномоченным Главреперткома на Сахалине, журналистом в Комсомольске-на-Амуре, заведующим литературной частью в театрах Самары, Ижевска и Горького. С 1966-го по 1981 г. была завлитом ленинградского Театра им. Ленсовета.
Кратко пробежав по строчкам её биографии уже не будешь удивляться почти поэтичному слогу, которым она описывает Адама, как человека.
Нет смысла пересказывать слова восхищения Галины Костелянец «паном профессором», лучше будет её просто процитировать:

«Вскоре после нашего прихода в бригаду в ее составе появилось небольшое подразделение поляков. Ими командовал пан Свенторжецкий, седой, очень импозантный человек. Поляки отличались от обычных партизан бравым видом — все они были одеты в военную польскую форму, все верхом на отличных лошадях. Все, кроме командира: пан Свенторжецкий выглядел подчеркнуто штатским, в очень старомодном сюртуке, из-под которого сияла белизной тонкая рубашка, в узких брюках в полосочку и со штрипками и в совсем уж несуразных для наездника узконосых штиблетах. Это не мешало пану Свенторжецкому безупречно держаться в седле.
Столь же безукоризненно, на великолепном русском языке он представился моей маме, Соне и мне, повергнув нас всех в полное замешательство, когда изысканно приложился к ручкам пани и паненки. К «пану профессору» — иначе его никто не называл, даже бригадное начальство, — относились с особым уважением.
Пан Свенторжецкий учился филологии в Петербургском университете, знал древние и многие европейские языки. Еще до революции, совсем молодым человеком получил кафедру русской филологии в Виленском университете. В Вильне довольно быстро он попал в число политически неблагонадежных. По-видимому, широта познаний, петербургская закваска смолоду отдалили его от националистической идеи Польши «от можа до можа». Пан Свенторжецкий никогда не был коммунистом, но питал неодолимую любовь к России, ее культуре, языку и литературе. С такими ничем не скрываемыми пристрастиями Свенторжецкий оказался отторгнутым от многих своих коллег из польских националистов, и его путь к советским, а не к «истинно польским» партизанам был естественным. Немногочисленная группа молодых поляков, присоединившаяся к нам вместе с профессором, состояла преимущественно из его бывших верных учеников, которые, как и пан профессор, оказались не только образованными филологами, но и храбрыми воинами».

Вот так, оказывается, Адам Свенторжецкий был не только заслуженным в предвоенной Польше офицером, но и профессором в Виленском университете!
Не был он и коммунистом. Не был. Была только любовь к русскому народу, которая почти полностью его русифицировала. Его самого, и его студентов. Вместе вставших w jednym szeregu с советскими партизанами.
Но ладно, хватит лирики, продолжим ход событий весны-лета 1943 года. На момент создания польского советского отряда в пуще уже действовало не организованное в боевые отряды подполье Армии Крайовой (АК).

Как допускает в своей книге «Niemen rzeka niezgody» (польск. «Неман — река несогласия»)⁵ Зыгмунт Борадын, создание просоветского польского отряда 23 мая 1943 подстегнуло командование Новогрудской Округи АК на решение организовать первую боевую единицу. Конкурирующий за влияние на этих землях польский отряд возглавил выпускник опять же виленского университета, на то время уже поручик, Каспер Милашевский (позывной Lewald).
10 мая законспирированные аковцы вышли из своих домов в направлении оз. Кромань, в прилегающих лесах которого была назначена концентрация будущего отряда. В течении примерно месяца польские партизаны проходили обучение и подготовку. Но ещё в середине мая прошло совещание, где был разработан детальный план взятия Ивенца, который был отработан в имении «Куль».
Примерно в 10 числах июня поступила информация, что немцы готовят вывоз людей на принудительные работы в Германию, а также, что будет произведён принудительный набор в полицию. Но основной целью атаки на город было освобождение десятков арестованных ещё в мае ивенецких подпольщиков, которых ждал расстрел. Марьян Подгуречны в своих книгах пишет, что число арестованных было от 20⁶ до 80⁷. Информация о мобилизации в полицию поступила, вероятней всего, от Люции Дзержинской через её мужа доктора ветеринарии Дзержинского Казимира Эдмундовича (родного брата Феликса Дзержинского).

Люция и Казимир Дзержинские.

Люция Вильгельмовна как немка, родившаяся под Берлином, по понятным причинам пользовалась доверием у оккупантов — работала в немецкой жандармерии переводчиком и имела доступ ко многим документам. Казимир Дзержинский также работал переводчиком, но в старостве. Сочувствовал и помогал как мог всем партизанам в округе Ивенца. И советским и польским. Примерно как Адам Свенторжецкий, если так можно сравнивать, конечно.
Накануне боев за Ивенец в его доме на улице Войска Польского, недалеко от немецких казарм — бывших польских, аковцами был организован штаб восстания. Было решено провести атаку на немецкий гарнизон и освободить жителей города. Дату несколько раз меняли, но окончательно было решено провести операцию 19 числа, так на этот день немцами была назначена мобилизационная комиссия — набор в «белорусскую полицию». Молодежь местечка нужно было срочно спасать.   
Немцы располагали следующими силами: 100 жандармов (полевая немецкая полиция), до 300 человек полиции, среди которой сотни человек были закоспирированными агентами АК либо сочувствующим (до 80 процентов). Также до сотни человек у немцев было в хозяйственной службе, плюс две роты немецких авиаторов Люфтваффе, находящихся в Ивенце в отпуске. Казармы последних были на краю города. Силы АК составляли максимум 150 человек.
Расчёт был, очевидно, на неожиданность атаки и нерешительность полиции. Также в плане атаки было стратегическое рассечение немецких сил и города на две части, которое позволило бы в нужных местах установить пулеметные расчёты, которые не дали бы возможности немцам из дальних казарм войти в центральную часть города, где должен был завязаться основной бой.
Атака на Ивенец
Всё так и вышло. Сигналом для начала атаки на город послужил звон колоколов Белого костёла, ударивших на «Aniol Panski» (польск. Ангел Господень — Марийная молитва). Только ударили они не в 12.00, как это было обычно, а в запланированные для атаки 11.50, что должно было лишний раз подтвердить начало «восстания».

Ивенецкий Белый костёл, колокола которого возвестили о начале «восстания». Фото Д. Салаша

За несколько минут до начала боя законспирированные в рядах полиции агенты АК были осведомлены о запланированном восстании, о штурме здания жандармерии, почты и хозблока, где находились радиостанция и основные силы немцев в центре города.
Без больших трудностей здание хозяйственного блока и радиостанция в здании почты были захвачены. Мост через реку Волму «Ивеньчик» был взорван, немецкие силы за рекой остались отрезаны также перекрёстным пулеметным огнём и приличным расстоянием в 2 км. Атакой на этом участке боев руководил подпоручик Валенты Пархимович. Немцем так и не удалось впоследствии наладить переправу, множество из них были скошены ураганным пулемётным огнём, двое офицеров взято в плен.

Подпоручик Валенты Пархимович
(позывной Waldan). Фото kawaleriaochotnicza.pl

К этому моменту немцы в здании жандармерии смогли опомниться и наладить уверенную оборону. Темп был потерян, так как тут эффект неожиданности не был достигнут.
Через улицу находилось здание «белорусской» полиции. Ещё в самом начале боя большинство полицейских перешло на сторону аковцев, но часть находилась в здании, и оказало сопротивление. Охранников снаружи аковцы уложили сразу на месте. Командир полиции сержант Стефан Познаньский, который был польским подпольщиком, приказал полицейским сдаться. Большинство подчинилось и, вышедши из здания на улицу, сложило оружие. Но небольшая группа полицаев, которые только несколько дней назад прибыли в Ивенец из Полоцка, не подчинилась ультиматуму. Они были не местными и ещё не ориентировались — кто в пуще хозяин.
Эти полицейские — затверделые белорусские националисты, открыли огонь по атакующим аковцам. Судьба нацистов в этот момент была предрешена. Крупнокалиберные пулемёты превратили деревянное здание в решето и сЬвядомые отправились к соответствующим гуриям⁸.
Тем временем бой за здание жандармерии шел уже два часа. Было решено сжечь здание при помощи лафетного ствола, который подтянули с пожарной станции и заправили вместо воды бензином.

В 1943 году — здание жандармерии. Фото Д. Салаша.

Здание обильно полили и запустили в него ракету — полыхнуло до небес, жандармы выскакивали из окон как живые факелы. Это был финал. Хоть к ночи немцы и пробовали контратаковать из-за Волмы, но всё безрезультатно — их встретили всё теми же цекаэмами (польск. тяжелый пулемёт) типа «Maxim».
Бои в городе закончились к 18.00. Польские партизаны понесли минимальные потери: 3 убитых, 11 раненых. Освобождены были все заключенные. 106 полицейских и вся освобождённая молодежь перешла на сторону АК. Немцы потеряли до 40 человек убитыми. Полякам досталось множество их амуниции. В том числе орудие, две противотанковых винтовки, шесть минометов, тысячи патронов и гранат, 2 пулемёта, сотни карабинов. Захвачено 5⁹ и сожжено еще 10 автомобилей¹⁰. Правда, много амуниции сгорело в здании жандармерии. Было уведено 18 лошадей и 80 голов крупного рогатого скота. Для первого боевого крещения это был колоссальный успех!
На следующий день, примерно до полудня, отряды АК начали покидать город. Ещё ночью с костёла был снят колокол, дабы нацисты не уничтожили «виновника» восстания. Колокол был закопан непосредственно у стен костёла, поиски его в 2000-е годы с применением металлоискателей шли около двух лет. Но удача улыбнулась только тогда, когда был применен металлодетектор- глубинник. Поискам мешала и глубина залегания и особенно лом металла, который на территории монастыря был повсюду. Дело в том, что до 1992 года это была территория производственного цеха Минского проектно-конструкторского технологического института.

Колокол был отлит в 1935 году на средства польского Корпуса охраны границы и получил имя «Маршалак», в память умершего в том же году главы польского государства маршала Ю.Пилсудского. Найден в 2006 году. Фото Bartalameiforum.globus.tut.by

В то время как аковцы начинали покидать Ивенец, над городом зависла «Рама» — разведывательный немецкий самолёт. Нужно было спешить, тем более, что за рекой опять возобновилась стрельба¹¹. Это немцы начали покидать ранее обложенные казармы за рекой и пробовать потихоньку выдвигаться к центру города. И правильно делали, что выдвигались с максимальной осторожностью, так как в этот момент в дело вступила третья сила.
Про которую почти не вспоминают польские историки. И рассказать про действия которой и было одной из целей моей статьи. Стрельба за рекой, как вы уже догадались, была делом рук белорусских партизан, которые прикрывали отход из города в том числе и своих боевых товарищей. Которые, да, оказывается… тоже были в городе. Этого, как увидим ниже, не скрывают и польские историки.
На каком же этапе они вошли в город? Каспер Милашевский записал¹², что на том этапе, «когда поражение немцев было уже очевидно». Т.е. тогда, когда бой за центр города был уже почти закончен и Ивенец был почти полностью освобождён. Взятие города — это победа поляков — и в этом не может быть сомнений.
Конечно, советские партизаны знали о планируемой поляками атаке на Ивенец — историк Станислав Карлик записал воспоминия Ксаверия Сухоцкого, которому в 1943 году было 12 лет. Ксаверий работал тогда у хозяина в деревне Адамки и всегда на обед забегал в соседнюю деревушку Погорелка, где жила его семья. А деревня Погорелка находится, важно отметить, как раз за рекой, за казармами, на выезде из Ивенца в сторону Воложина.
В тот день было тепло и солнечно, — вспоминает Ксаверий, — в деревне я увидел множество советских партизан, которые разложили свои пулемёты, а сами расположились на траве в саду. В полдень ударили костельные колокола и мы сразу услышали стрельбу из оружия разных калибров. Партизаны усмехались и говорили: это ваши (поляки, — Д.С.) наступают на Ивенец!
Ещё долгое время партизаны оставались в саду, но позже ушли. Они отлично знали¹², когда начнётся атака легионов на город. Стрельба длилась целый день и ночь.
Стрельбу у казарм в полдень 20 числа слышала и Ева Матусевич, её воспоминания¹², записал Станислав Карлик: «Видела, как горели казармы, было много войска, летали немецкие самолёты».
Всё сходится. Немецкие самолёты 20 числа появлялись над Ивенцом дважды. Сначала «Рама», а чуть позже штурмовики. И в это же время, как рассказала Ева Матусевич, «горели казармы». Т.е. да, 20 числа советские партизаны вели бой с солдатами Люфтваффе у казарм. Фактически прикрывали отход польских партизан и своих товарищей.
Это подтверждает и книга Евгениюша Вавжиняка, в которой он собрал воспоминания аковцев — участников «восстания»¹³:

«Продовольствие наши отряды передали советским партизанам. Одна советская бригада подошла под Ивенец, чтобы помочь нашим солдатам. Но опоздала, бой в городе был закончен. Но позже, несмотря на наши предупреждения, задержалась в городе слишком долго. И была атакована «на следующий день»¹⁴ немецкими танками, при этом понесла очень большие потери».

Т.е. советские партизаны, если Вавжиняк правильно записал в своей книге, остались в городе ещё на один день после ухода поляков и ушли из города 21-го числа. 20 числа появились разведывательные самолёты, которые помимо разведки осуществили сброс листовок, призывавших жителей Ивенца и околиц отказать в повиновении польским руководителям, которые являются «помощниками жидокоммуны»¹⁴.
Советский партизан Давид Зухба, воспоминания которого мы уже приводили, утверждает в них, что советские партизаны прикрывали¹⁵ партизан не только во время отхода из Ивенца, но и непосредственно во время боев. И далее, «после донесения информации о начале боя за Ивенец Адамом Свенторжецким до командования бригады, партизанский отряд им. Кузнецова под командованием В.Гаврикова перекрыл дорогу Минск-Ивенец у деревни Пральники. Отряд им. П.Пономаренко с И.Анищенко во главе устроил засаду на дороге Воложин-Ивенец около деревни Першаи, а отряд им. Кирова под командованием Ю.Васютина на дороге Воложин-Ятьково вдоль реки Ислочь».
Таким образом, немецкий гарнизон местечка был блокирован со стороны Минска, Воложина и Столбцов, откуда немцы могли выслать подкрепления. В тоже самое время отряд «За Советскую Родину» под командованием И.Стрельцова и польский отряд А.Свенторжецкого вошли в Ивенец.
Слова о полной блокировке города по всем направлениям советскими партизанами не могут подвергаться сомнениям. Раз советские партизаны шли на акцию, значит тыл должен был быть гарантировано прикрыт или обеспечен дозорами. Это подтверждается и в книге¹⁶ Казимира Краевского — «Советам не удалось избежать потерь в бою с немецкими подкреплениями, советские партизаны понесли тяжелые потери в бою под Пральниками.
Но дальнейшие слова Д. Зухбы вызывают уже некоторые сомнения. Он утверждает, что отряд Свенторжецкого не только атаковал казармы, но и... занял их. Захватив пулемёт, 3 карабина и 5000 штук амуниции и обмундирования…
Поскольку в казармах оставались сотни немецких солдат, уничтожение такого количества не считаю возможным, так как здание бывших польских казарм было частично каменным. Удерживать казармы можно было довольно долго. Например, чтобы в марте 2016 года выбить несколько сотен басмачей ИГИЛ с трассы Хомс-Алеппо в районе г. Ханасер, бойцам Сирийской арабской армии потребовалось до пяти дней. И это при поддержке ВКС РФ. Потери составили не менее 35 спецназовцев элитного подразделения «Тигров».

Фото из личного архива Збигнева Волочника. Святая месса для солдат KOP. Дата съёмки: 2.08.1925 r.

Также невозможно представить, чтобы немцы могли отступить в лес. В ужасную для них пущу. Скорее всего тут Д. Зухба ошибается, так как сам не был участником боев, а записывал всё со слов участников для отчётов, так как сам являлся сотрудником особого отдела.
Но бой за казармы, похоже, всё-таки имел место. У польского историка Павла Косовича в артикуле «W Puszczy Nalibockiej» (польск. В пуще Налибокской) написано, что небольшой отряд конной разведки АК наладил контакт с советскими партизанами из бригады им. Чкалова. Партизанский командир Иван Козак предложил солдатам АК совместную атаку на казармы Люфтваффе. Но в связи с возможностью скорого подхода немецкого подкрепления поляки отклонили предложение¹⁷.
Партизанская газета «Чырвоная Звязда» также сообщала¹⁸ о большом успехе партизан.
Т.е. помимо воспоминания аковца «о возобновившейся стрельбе за рекой во время ухода поляков», записанных в книге Вавжыняка, о боях за казармы сообщают ещё три источника — Д. Зухба (о полном захвате казарм), Павел Косович — о намерении захвата (в статье 1978 года, вышедшей в «Tygodnik Powszechny»¹⁷) и газета «Чырвоная Звязда» (о большом успехе¹⁸).
В подпольной газете Ивенецкого райкома вышел хвалебный (sic!) артикул¹⁹ в честь польских солдат, овладевших Ивенцом. Как видим, никто не собирался воровать заслуженную Победу у поляков и приписывать её себе. Дружбе народов слава!

«Народный мститель», орган Ивенецкого райкома КП(б)Б. Номера за 1943-44 гг.

«Народный мститель» в первые годы выходил на бересте.

Ещё немного о «пане профессоре» для истории.
Свенторжецкий установил контакт с Казимиром Дзержинским и его женой Люцией весной 1943 года. В дальнейшем контакт поддерживали через жителя Ивенца Валича, который передал от Л. Дзержинской белорусским партизанам план местечка Красное — большой военной немецкой базы, с точным указанием расположения личного состава, складов оружия, топлива и подробным указанием ориентации для советской авиации²⁰.
Группа Свенторжецкого сыграла немалую роль в налаживании связи с полицейским участком и стала причиной разложения ивенецкого полицейского гарнизона. Активно помогали²¹ им Люция и Казимир. Такую же работу с ивенецкой полицией, как я уже вспоминал выше, проводили и поляки из отряда Каспера Милашевского.
После расследования немцами «Катынского дела» отношения между польскими и советскими партизанами начали портиться. Результатом этого стало убийство Адама Свенторжецкого, который погиб на хуторе вместе с большей частью своей группы, после того, как хозяин хутора, «ярый польский националист»⁴ выдал их.

Операция «Germann»
Немцы вернулись в Ивенец к вечеру 20-го либо 21 числа. Но карать всех без разбору сразу не начали, им нужно было перевязать раненых, провести первые аресты, навести минимальный порядок в уцелевших казармах, собрать оружие, остатки амуниции и попросту дождаться подкрепления. 24-25 июня прибыли первые крупные карательные силы и в эти два было расстреляно до 150 человек.
Каратели на этом не остановились, с фронта в течении месяца было отозвано до двух охранных дивизий, которые до 18 сентября²², когда закончилась блокада пущи, жгли и уничтожали деревни и жителей пущи. Карательная операция получила кодовое название «Герман».
В ивенецком францисканском монастыре было размещено Гестапо.
Уже в первые же дни начала карательной операции — 20 июля были расстреляны ксендзы Герман Стемпень и Ахиллес Пухало. В деревне Камень 24 июля нацисты убили настоятеля Леопольда Аулиха и викария Казимира Рыбалтовского. 1 августа были расстреляны 11 сестёр назаретанок в Новогрудке.

Икона в першайском костёле с кс. Герман Стемпенем и кс. Ахиллесем Пухало. Беатифицированы 13 июня 1999 года римским папой Иоанном Павлом II вместе с другими польскими мучениками Второй мировой войны. Фото Д. Салаша.

Санктуарий в деревне Боровиковщина был возведен в честь Блаженных мучеников. Фото Д. Салаша.

Были расстреляны также Казимир и Люция Дзержинские, а их усадьба в Дзержинове сожжена.
Всего было сожжено 150 деревень, убито не менее 4280 человек, угнано в Германию 20 944 человека. Ревизионные команды изъяли 3000 лошадей, 19 000 голов скота, сотни с/х машин.
Аковцы потеряли за время нацистской карательной операции около 40 человек убитыми, десятки ранеными, более сотни бойцов пропало без вести.

После службы в костёле — молитва у креста «Страж могил польских». Справа — мой сын в «рогатывке» и с бело-красным флагом. Фото Д. Салаша
Советские партизаны также понесли значительные потери. Из успехов можно отметить, что им удалось захватить²³ здание штаба карательного полка «Дирлевангер», а вместе с ним и план операции «Герман». Благодаря этому партизаны устраивали засады в самых неожиданных для врага местах.
Потеряв немало солдат и боевой техники, каратели ушли, хотя в Берлин ушло сообщение о победе. В донесении говорилось, в частности, что командующий партизанами комбриг Василий Ефимович Чернышев с «группой своих приближенных» пытался вырваться из окружения, но был настигнут доблестными войсками СС и убит. Между тем, «погибший» секретарь обкома продолжал успешно руководить борьбой партизан».

Могила Казимира и Люции, надпись на памятнике гласит, что Дзержинские были расстреляны за связь с партизанами. Вот так лаконично. В принципе всё правильно, но я бы всё-таки уточнил надпись, что расстреляны за связь не только с белорусскими партизанами, но и с польскими. Фото Адриана Салаша, 2013 год

Можно ли утверждать, что уничтожение немецкого гарнизона в Ивенце послужило главной причиной проведения нацистами такой масштабной и кровавой карательной операции? Можно. Только не причиной, а непосредственным поводом.
В районе Налибокской пущи действовали и тысячи советских партизан, которые также не сидели без дела. И также уничтожали нацистов в товарных количествах. И как помним, также принявших прямое участие в штурме Ивенца.

Операция, рано или поздно, немцами была бы проведена. Белорусские, польские и еврейские партизаны чувствовали себя в пуще, как у себя дома. И с каждым месяцем наносили всё больший урон немецким гарнизонам в их собственном тылу. Перемещение техники и живой силы между крупными населёнными пунктами региона без потерь было уже практически невозможным. Немцы были вынуждены хоть как-то реагировать. Возможно, конечно, что масштаб репрессий, применённых к мирным жителям и католическому клиру, не принял бы такого размаха, но история как наука, не имеет сослагательного наклонения.

В польской историографии относительно событий в Ивенце 19-20 июня 2013 года, хоть и с недавнего времени, но устоялся термин «Восстание» или «Ивенецкое восстание». Видимо, по аналогии с Варшавским восстанием.
Польским энтузиастам истории, вероятно, хотелось иметь аналог Варшавского восстания на Кресах. Можно, в принципе, согласиться. Да, это было массовое выступление жителей города Ивенец и окрестностей против существующей нацистской власти. Было и выступление и смена власти. Всё, как требует дефиниция восстания.

Не хватает только одного важного свойства, наличие которого обязательно длядефидента — повстанцы не планировали удерживать власть и вести оборонительные бои за город. И это всё, конечно, понятно по объективным причинам. Конечно, более правильно было бы назвать ивенецкие события — боем за освобождение узников-поляков.
Тем более что имеем ещё один такой похожий пример на наших территориях — успешный бой и освобождение солдатами АК под командованием Яна Пивника (позывной Ponury) своих боевых товарищей из пинской тюрьмы в том же 1943 году. Хотя, важно отметить, масштаб боя в Пинске значительно уступает масштабу ивенецкого.

По мнению историка Казимира Краевского, взятие Ивенца было наибольшим вооруженным выступлением в истории Армии Крайовой. И хотя аковцы и не ставили целью удержание власти в городе, но установление польской власти на определённой части территории самой пущи целью являлось. И бой за Ивенец был демонстрацией этого своего намерения нацистам.
Поэтому пусть будет — «Ивенецкое восстание»! Тем более что термин уже устоялся и среди ивенчан.
Как мы показали выше, пущанское восстание было общенародным, поляки, белорусы и русские сражались рука об руку.

 

---

 

В конце статьи для удобства подаем список заслуг белорусских партизан:
1. Прикрывали три направления — в Першаях дорогу на Воложин, в Пральниках дорогу на Минск, и дорогу Воложин-Ятьково вдоль реки Ислочь.
2. Понесли большие потери в бою под Пральниками.
3. Атаковали казармы Люфтваффе, возможно даже довольно успешно.
4. Понесли большие потери 20 либо 21 июня при обороне города, когда в город вошли танки.

 

---

 

Список литературы
¹ Stanislaw Karlik, Powstanie Iwienieckie — 19 czerwca 1943 r. [Электронный ресурс]
² Геннадий Будай. Свинцом и словом. Записки журналиста. Койданава. «Кальвіна». 2013.
³ W jednym szeregu: wspomnienia uczestnikow walk partyzanckich na Bialorusi, 1941-1944 Wydawn. Ministerstwa Obrony Narodowej, 1969. — 473 cтр.
⁴ Галина Костелянец. Сколько их, почти безымянных... Страницы воспоминаний. Журнал «Дружба народов», 2010, 5 [Электронный ресурс]
⁵ Zygmunt Boradyn: Niemen rzeka niezgody. Polsko-sowiecka wojna partyzancka na Nowogrodczyznie 1943—1944. Warszawa: Oficyna Wydawnicza RYTM, 2013.
⁶ Marian Podgoreczny: Zgrupowanie Stolpecko — Nalibockie AK: oszczerstwa i fakty. Wywiad z dowodca Zgrupowania cichociemnym mjr. Adolfem Pilchem ps. «Gora», «Dolina». Sopot: 2010. — стр. 18-19.
⁷ Marian Podgoreczny: Doliniacy. T. I: Za Niemnem. Warszawa: BMT ERIDIA, 2010. — стр. 28.
⁸ Stanislaw Karlik. Powstanie Iwienieckie — 19 czerwca 1943 r. [Электронный ресурс]
⁹ Eugeniusz Wawrzyniak, «Ze wspomnien zolnierzy AK» okregu Nowogrodek, Instytut Wydawiczy Zwiazkow Zawodowych, Warszawa, 1988 — стр. 121.
¹⁰ Геннадий Будай. Свинцом и словом. Записки журналиста. Койданава. «Кальвіна». 2013.
¹¹ Iwona Kasta, relacja p. Marii Wierszyllowskiej (личный архив Станислава Карлика).
¹² Stanislaw Karlik, Powstanie Iwienieckie — 19 czerwca 1943 r. [Электронный ресурс]
¹³ Eugeniusz Wawrzyniak, «Ze wspomnien zolnierzy AK» okregu Nowogrodek, Instytut Wydawiczy Zwiazkow Zawodowych, Warszawa, 1988 — стр. 121.
¹⁴ Eugeniusz Wawrzyniak, «Ze wspomnien zolnierzy AK» okregu Nowogrodek, Instytut Wydawiczy Zwiazkow Zawodowych, Warszawa, 1988 — стр. 122.
¹⁵ W jednym szeregu: wspomnienia uczestnikow walk partyzanckich na Bialorusi, 1941-1944 Wydawn. Ministerstwa Obrony Narodowej, 1969. — стр. 181.
¹⁶ Kazimierz Krajewski. Powstanie iwienieckie i zapomniane boje w Puszczy Nalibockiej. «Biuletyn Informacyjny AK». 5/2013, 2013-05.
¹⁷ Pawel Kosowicz. W Puszczy Nalibockiej. «Tygodnik Powszechny». 40, 1978.
¹⁸ Marian Podgoreczny: Doliniacy. T. I: Za Niemnem. Warszawa: BMT ERIDIA, 2010. — стр. 41.
¹⁹ Zygmunt Boradyn: Niemen rzeka niezgody. Polsko-sowiecka wojna partyzancka na Nowogrodczyznie 1943—1944. Warszawa: Oficyna Wydawnicza RYTM, 2013. — стр. 105.
²⁰ W jednym szeregu: wspomnienia uczestnikow walk partyzanckich na Bialorusi, 1941-1944 Wydawn. Ministerstwa Obrony Narodowej, 1969. —177 cтр.
²¹ W jednym szeregu: wspomnienia uczestnikow walk partyzanckich na Bialorusi, 1941-1944 Wydawn. Ministerstwa Obrony Narodowej, 1969. —180 cтр.
²² Marian Podgoreczny: Doliniacy. T. I: Za Niemnem. Warszawa: BMT ERIDIA, 2010. ISBN 978-83-930539-1-9. —51 cтр.
²³ Из воспоминаний о В.Е.Чернышеве [Электронный ресурс]

Автор: Денис Салаш

Серия сообщений "Беларусь":
Часть 1 - Лесные братья Белоруссии (1944-1952): кого скрывала Пуща
Часть 2 - Тамара ВИННИКОВА: "Свой лондонский быт я создавала с нуля..."
...
Часть 26 - "Зубры" Монте-Кассино. Подвиг белорусов при освобождении Италии
Часть 27 - Монте-Кассино: белорусы в "Битве за Рим"
Часть 28 - Ивенецкое восстание. Первое удачное городское антинацистское в Европе
Часть 29 - Советские репрессии в Беларуси
Часть 30 - Голодомор в Беларуси: история геноцида
...
Часть 39 - Восточные добровольцы в вермахте, полиции и СС. Белоруссия.
Часть 40 - Минск во время немецкой оккупации
Часть 41 - Свет несущие ...

Битва за Монте Кассино закончилась освобождением итальянской столицы в июне 1944 года.

Важнейшую роль в одном из самых известных сражений Второй мировой войны сыграли польские войска, в рядах которых воевало огромное количество белорусов, пишет “Историческая правда” .

Из Польши в Сибирь

Как известно, перед началом Второй Мировой войны в составе Войска Польского находилось около 70 тысяч белорусов. Во время сентябрьской компании они героически сражались с гитлеровцами. В результате т.н. «освободительного похода в Западную Беларусь 17 сентября 1939 г.» большое количество солдат и офицеров Войска Польского оказалось в советском плену. Тогда узниками ГУЛАГа стали и многие уроженцы Западной Беларуси.

После нападения Германии на СССР был заключен советско-польский договор, в соответствии с которым для всех польских граждан, находившихся в советских лагерях была объявлена амнистия, а в Советском Союзе началось создание польской армии под командованием генерала Владислава Андерса .

Было решено формировать шесть пехотных дивизий по одиннадцать тысяч человек. В постановлении Государственного комитета обороны говорилось: “В связи с увеличением численности польской армии до 96 000 человек разрешить призыв граждан польской национальности, населявших до 1939 года территории Западной Украины и Западной Беларуси” . Сюда входили как военнопленные, так и спецпоселенцы, которых депортировали вглубь СССР до начала войны.

Во время беседы со И. В. Сталиным в декабре 1941 года генерал Андерс на его замечание, почему в рядах Войска Польского встречаются белорусы и украинцы, ответил: “Они очень хорошие солдаты, я помню, как геройски они сражались против немцев в сентябре 1939 года” .

В январе 1942 года армия Андерса была переброшена на территории Узбекской, Казахской и Киргизской ССР, где продолжали формироваться еще три пехотные дивизии. 31 июля 1942 года было решено передислоцировать польские войска за границу Советского Союза.

Эвакуация проходила в два этапа: первый - с 24 марта по 4 апреля 1942 года, второй - с 5 по 25 августа 1942 года. Из Средней Азии армия Андерса перебазировалась в Иран. Всего было выведено 75 488 солдат и 37 765 гражданских, среди них около 6-8 тысяч белорусов, которые попали в польскую армию либо как граждане Польши, либо, записавшись поляками, чтобы вырваться из советских лагерей.

Войска армии генерала Андерса были подчинены английскому командованию. Из Ирана их перебросили в Ирак, а затем в Северную Африку, где они воевали против итало-германских войск, которыми командовал генерал Роммель.

Монте Кассино это гора в Центральной Италии высотой в 516 метров. На её вершине расположено аббатство бенедиктинцев. У подножия горы в долине реки Лири проходит стратегически важное шоссе № 6 Неаполь-Рим. Долина с обеих сторон окружена труднодоступным горным массивом.

Скалистый комплекс высот Монте Кассино выполнял в немецкой системе оборонительных укреплений роль ключевого центрального участка. Монте Кассино находилось в окружении двух линий немецких фортификационных укреплений: “линии Густава” и тыловой “линии Гитлера”.

После разгрома Роммеля, в конце 1943 года, армия генерала Андерса была переброшена на Аппенинский полуостров. За высадкой союзников в Италии под командованием Харольда Александера в сентябре 1943 г. последовало продвижение союзных войск на север.

Войска продвигались по двум направлениям, по обеим сторонам цепи гор и возвышенностей, формирующих “позвоночник” Италии. На западном фронте 5-я армия США под командованием генерал-лейтенанта Марка Уэйна Кларка выступила на север из Неаполя, на востоке полуострова 8-я британская армия сэра Бернарда Монтгомери также продвигалась на север, но вдоль адриатического побережья.

Продвижение 5-й армии было относительно медленным из-за тяжёлой пересечённой местности, неблагоприятной погоды и умело подготовленной немецкой обороны. Немцы сражались на приготовленных заранее позициях, стремясь измотать противника, наступающего в лоб.

По расчетам англо-британского командования, сражение у Монте Кассино должно был оттянуть на себя резервы немцев и обеспечить успех у Анцио, где намечалась высадка союзников. После этого немецкие войска под Кассино под угрозой окружения должны были отступить.

О битве в итальянских горах британский премьер-министрУинстон Черчилль впоследствии писал: “Монастырь властвовал над всем полем битвы. Поэтому 15 февраля, после того, как монахов предупредили, на монастырь было сброшено более 450 тонн бомб, и он сильно пострадал, хотя прочные внешние стены и ворота уцелели. Бомбардировка не дала желаемых результатов. Немцы получили возможность целиком использовать развалины, как им заблагорассудиться, и что обеспечило им еще лучшее возможности обороны, чем тогда, когда здание монастыря было нетронутым” .

Важнейшую роль в решающем штурме Монте Кассино должны были сыграть войска 2-го польского корпуса, усиленные английскими частями. Командование британской 15-й группы армий поставило корпусу задачу: выступить одновременно с частями 8-й английской армии, атакующей шоссе и долину с Юга, отрезать высоту с Севера и Северо-Запада, прорвать основную немецкую линию обороны, захватить промежуточные отметки высот и обеспечить господство над шоссе № 6. Затем атаковать и занять монастырь на вершине горы, после чего захватить находящийся на её противоположном склоне населённый пункт Пьедимонте.

Корпус наступал одновременно силой двух польских дивизий. 5-я Кресовая дивизия пехоты (КДП) под командованием генерала Никодима Сулика наступала в районе высоты 601, рубеж которой немцы назвали “Призрак”, рубеж Сан Анджело и высоту 575. В свою очередь 3-я Дивизия карпатских стрелков (ДКС) под командованием генерала Бронислава Духа атаковала высоты 593 и 569.

Атаки Виленской бригады КДП и 1-й бригады ДКС были успешными. Батальоны первого эшелона в течение суток под непрерывным немецким огнём достигли обозначенных рубежей. Однако авиация и артиллерия не смогли поддержать атаки, поэтому целый ряд немецких огневых точек не был уничтожен. Батальоны спереди были намертво прижаты к голым скалам шквальным огнем.

Второй эшелон атакующих был вынужден подавлять огневые точки, оставшиеся в тылу проскочивших батальонов, и не смог развить успех. В результате первое наступление полностью захлебнулось и ночью с 12 на 13 мая потерявшие более трети численного состава бригады отошли на исходные позиции. В то же время наступления польского корпуса намертво сковало основные силы 1-й парашютной дивизии немцев и вызвало на себя весь огонь гитлеровской артиллерии. Это позволило англичанам форсировать реки Лири и Рапидо и закрепится на плацдармах в долине.

Второе наступление было назначено на 17 мая. Его план не претерпел изменений. При этом с учётом предыдущей неудачи был детально проработан план местности с тем, чтобы обойти сильно укреплённые доты на некоторых тропинках. Произведена была и перегруппировка сил. В этот раз первым эшелоном 5-й КДП в атаку шла 6-я Львовская бригада, усиленная отрядами специального назначения и дивизионной разведкой, а также танками. Командующий 3-й ДКС ввёл в бой вместо 1-й Карпатской бригады 2-ю бригаду, усиленную танками.

Ночью с 16 на 17 мая 1944 г. 16-й батальон львовской бригады КДП атаковал “Призрак” и занял рубеж. В течение двух дней солдаты бригады вели непрерывный бой с немецкими парашютистами за нагорье Сан Анджело, постоянно переходящий в рукопашные схватки. В атаках участвовали все солдаты до одного, включая хозвзводы, механиков и связистов. Подступы к рубежам Сан Анджело были покрыты горными маками, отсюда знаменитый образ “Красных маков Монте Кассино”, вошедший в несколько военных песен.

Наконец, 18 мая вечером был взят рубеж Сан Анджело, а на рассвете 19 мая высота 575. На участке 3-й ДКС вечером 17 мая была занята высота 593, а 18 мая на рассвете также и стратегически важный укреплённый пункт – ферма Масса Альбанетта. 18 мая 12-й полк подольских уланов окончательно занял развалины монастыря в 9:50 вывесил там польский флаг. В 16:00 была установлена связь с английскими войсками. Оставшиеся немецкие части отошли на “линию Гитлера”.

В результате двух наступлений карпатский уланский полк и 15-й уланский полк, прикрывавшие северное крыло корпуса, заняли и очистили от егерей горные хребты Пиццо Корно и Монте Каиро. После окончания боёв на Монте Кассино части корпуса перешли в наступление на “линию Гитлера” и в районе населённого пункта Пьедимонте, который пал через два дня 21 мая 1944.

В ходе операции потери 2-го польского корпуса составили 4199 солдат и офицеров, из них 923 убитых. Потери немцев 1100 убитых и раненых.

Белорусские герои Монте Кассино

Многие из наших соотечественников навсегда остались на полях у Монте Кассино. Другим посчастливилось выжить. О судьбах некоторых белорусов, оставшихся в живых в том сражении, стоит рассказать поподробнее.

В июне 2012 года на кладбище у поселка Березинское в Молодечненском районе был похоронен бывший солдат Войска Польского, герой битвы за Монте Кассино, белорус Якуб Конон . В 1936-1937 он служил в Войске Польском. В сентябре 1939-го участвовал в обороне Львова и там же попал в советский плен. Освобожден из лагеря в 1941-м по амнистии, как польский гражданин. После этого зачислен в состав полка легкой артиллерии 5-й пехотной дивизии армии под командованием генерала Андерса. Дальше были Иран, Ирак и, наконец, Монте Кассино.

В одном из интервью Якуб Конан так описывал бои в итальянских горах: “У немцев была хорошо укрепленная оборона. С нашей стороны равнина, а где немцы стояли - горы высокие, там сидели их наблюдатели, они видели нас как на ладони. Поэтому работать можно было только по ночам. Днем сидели под маскировочными сетками. В первый раз, когда нас туда отвезли, дали сетки и предупредили, чтобы дотемна ни один не высунулся.

Перед битвой к нам обратился английский генерал Монтгомери: “Солдаты, вы не знаете, какая сегодня черная ночь наступает на вас. Много вас останется здесь навсегда. Вы знаете, какие немцы сильные, но мы должны ломать их”. Британец закончил словами: “С Богом, в дорогу”. И после этого по долине разлетелось эхо от возгласов солдат и не видно ничего было от стволов поднятых орудий. Наводчиком работал: за ночь эту, с одиннадцати вечера до шести утра, 800 снарядов отдал своей пушке” .

Победу над Германией Якуб Конон встретил в Северной Италии, в Болонье, которую освобождал. Демобилизовался только в 1948 году и вернулся на родину. С 31 марта на 1 апреля 1951 года МГБ Литовской, Белорусской и Украинской ССР провели акцию по аресту и ссылке бывших солдат армии Андерса вместе с семьями в Иркутскую область. Не обошла трагическая участь и Якуба Конана, которого арестовали вместе с родными и выслали.

В 1958 г. героя битвы за Монте Кассино освободили, но выдали советский военный билет с записью о том, что в Великой Отечественной войне он не участвовал. Лишь в 1993 году в Беларуси был принят новый Закон “О ветеранах”, согласно которому бойцы армии Андерса получили долгожданный статус участников войны. 20 апреля 1995 года Якуб Константинович был награжден юбилейной медалью «50 гадоў Перамогi ў Вялiкай Айчыннай вайне 1941 - 1945 гг.».

Будущий герой сражения за Монте Кассино Иосиф Жамойдин родился в 1915 г. в деревне Узболоть, Воложинского павета. В январе 1938 года был мобилизован в 1-й артиллерийский полк легионов в Вильно. В конце лета 1939 года Жамойдину до демобилизации из Войска Польского оставалось несколько дней. Дома его ждали жена и маленькая дочурка. Но утром 1 сентября 1939 года произошло событие, которое изменило его жизнь, как и жизнь миллионов его земляков. Началась Вторая мировая война.

Жамойдин участвовал в боях с наступающими гитлеровскими частями под Вышковом. Отступив на восток, оказался в советском плену. В сентябре 1941 г. вступил в польскую армию, формирующуюся в СССР. Был зачислен в 5-й артиллерийский полк. Вскоре польские части оказались на Ближнем Востоке.

В Иране всех солдат, у кого было образование, отправляли на офицерские курсы. Жамойдин, у которого было шесть классов, окончил курсы шоферов, ему было восстановлено прежнее звание капрала. Следующим этапом в его военной биографии был Ирак, где андерсовцы охраняли огромные нефтяные склады. В 1944 г. Жамойдин участвовал в битве под Монте-Кассино.

После войны наш герой оказался в Англии, откуда и начал поиск своих родных в Беларуси. И вскоре получил долгожданную весточку: и жена, и дочка были живы и здоровы. Жамойдин начал искать возможность вернуться в БССР. Но его обращения в английские и польские учреждения не давали результатов. И тогда Иосиф решается на рискованный шаг – отправляется в советское посольство. К его удивлению, сотрудник, к которому он обратился, обнял его, как родного, и пообещал помочь. И действительно, через десять дней документы на выезд в СССР были готовы.

Весной 1947 года Жамойдин приезжает в БССР. Иосиф устроился работать, через год родился сын – жизнь стала понемногу налаживаться. Но через 3 года, в 1950 г. его арестовывают органы МГБ. Иосифа Жамойдина обвинили в работе на английскую разведку и по статье 72 «б» УК БССР приговорили в 10 годам заключения. Через год была арестована жена и выслана в Иркутскую область вместе с детьми.

С 1951 по 1955 г. Жамойдин находился на спецпоселении в Иркутской области. В 1958 г. наконец вернулся в Беларусь. Умер герой битвы за Монте Кассино в 2003 году в Молодечно.

21 июля 2011 года в белорусском городке Ивенце состоялись похороны умершего в возрасте 105 лет Александра Шекаля - солдата Войска Польского, участника битвы под Монте Кассино.

Родился Александр Шекаль 15 декабря 1905 года в Воложинском районе Минской области. Был призван на службу в Войско Польское кавалеристом в 13-й уланский полк. Демобилизовался из польской армии в 1938 году в звании капрала. 1 сентября 1939 года был вновь мобилизован и участвовал в войне с Германией. Оказавшись в советском плену, Шекаль был осужден на 8 лет исправительных работ.

12 августа 1941 года начинается амнистия польских граждан. Весной 1942 года Александр Шекаль оказывается в Иране. Затем Палестина, Египет... В январе 1944 года польский корпус был отправлен на итальянский фронт в составе 8-й армии Великобритании. Александр Шекаль служил водителем и почти каждую ночь доставлял по узкому горному заминированному лабиринту у Монте Кассино боеприпасы и продовольствие на передовую. 18 мая 1944-го линия обороны противника у крепости-монастыря была прорвана.

После войны Александр уехал в Великобританию. “В Лондоне я устроился на работу водителем. Я начал потихоньку возвращаться к мирной жизни, но душа моя была в Беларуси. Меня так тянуло к родным! Я не знал, живы они или нет. Писал, искал. И не переставал надеяться на встречу с женой” , - рассказывал в одном из интервью ветеран.

За годы жизни в Англии он приобрел профессию, уютное жилье, новый семейный статус. Но мысль о возвращении на родину не давала покоя. В 1976 году, после длительной переписки со своей первой супругой, Александр Шекаль туристом попал в свой отчий край. Незабываемая встреча. И вновь тоска и безысходность, долгая переписка. Только распад Советского Союза и потепление в политических отношениях государств позволили ветерану вновь изменить свою судьбу. В 1991 году белорус получил возможность воссоединиться с супругой и братом.

“У меня в Англии было все: дом, машина и любящая женщина. Но образы родных мест, воспоминания юности и любовь не оставили мне выбора. Я приехал доживать свой век на Родину и умереть среди родных. Я лишился многих благ, но не жалею об этом”, - говорит он.

Такой была битва за Монте Кассино. Долгое время правда о тех событиях была скрыта за идеологической завесой. Белорусам рассказывали о героях Великой Отечественной, но совершенно забывали уточнить, что для наших соотечественников Вторая Мировая война началась на два года раньше, в сентябре 1939 года, когда Гитлер напал на Польшу. Не хотели нам рассказывать и о том, что белорусы в составе Войска Польского героически воевали в сентябрьской компании 1939 г., а затем сражались с нацистами и на других фонтах кровопролитной Второй Мировой.

Но времена меняются и к нам приходит осознание того, что воевавшие в войсках антигитлеровской коалиции белорусы, такие же ветераны Второй Мировой, как и их собратья из советской армии, и их подвигами, в том числе и в битве за Монте Кассино, нам, современным гражданам Республики Беларусь нужно гордиться.

Серия сообщений "Беларусь":
Часть 1 - Лесные братья Белоруссии (1944-1952): кого скрывала Пуща
Часть 2 - Тамара ВИННИКОВА: "Свой лондонский быт я создавала с нуля..."
...
Часть 25 - Первые дни германской оккупации Минска летом 1941 года
Часть 26 - "Зубры" Монте-Кассино. Подвиг белорусов при освобождении Италии
Часть 27 - Монте-Кассино: белорусы в "Битве за Рим"
Часть 28 - Ивенецкое восстание. Первое удачное городское антинацистское в Европе
Часть 29 - Советские репрессии в Беларуси
...
Часть 39 - Восточные добровольцы в вермахте, полиции и СС. Белоруссия.
Часть 40 - Минск во время немецкой оккупации
Часть 41 - Свет несущие ...

4 июня 1944 года армия союзников освободила Рим. Свою роль в этой операции сыграли белорусы, которые за две недели до освобождения Рима вместе с британцами и поляками взяли ключевую точку на подходе к столице Италии - горный монастырь Монте-Кассино.

Как белорусы попали в армию союзников, сколько их было, какова их послевоенная судьба и как сегодня чтят их подвиг в Италии и Беларуси, выяснил «АиФ».

Между двумя агрессорами

Для многих белорусов война с Германией началась 1 сентября 1939 года. Именно с нападения на Польшу, в состав которой до осени 1939 года входила Западная Беларусь, началась Вторая мировая война. Жители Белостокского, Виленского, Новогрудского и Полесского воеводств были призваны в польскую армию и сражались с немцами на Западном фронте. Уже через две недели после немецкого нападения против Польши выступил Советский Союз. Советская армия «освободила» Западную Беларусь, и все польские военные, среди которых было много белорусов, попали в плен и были сосланы в Сибирь.

Но уже летом 1941 года, когда Гитлер напал на СССР, начались переговоры между польским и советским правительствами о совместных усилиях по борьбе с нацизмом. СССР дал согласие на формирование из бывших польских военнопленных регулярных воинских частей. Белорусы с польскими паспортами, пережив ужасы советских концлагерей, присоединились к формирующейся армии генерала Владислава Андерса.

Историк Юрий Грибовский признаёт, что точно оценить количество белорусов в армии генерала Андерса очень трудно. Многие белорусы, чтобы освободиться из ада сталинского ГУЛАГа, записывались поляками, поэтому нельзя точно установить число наших соотечественников, воевавших в польской армии на Востоке. Из более чем 75 тысяч военных и 37 тысяч гражданских лиц, эвакуированных из советской Средней Азии в Иран, от 6 до 8 тысяч могли составлять белорусы.

На «линии Густава»

Белорусы воевали в 5-й дивизии 2-го корпуса. Дивизия получила название «Кресовая», поскольку состояла из уроженцев так называемых  «Восточных кресов» - белорусских и украинских земель, которые до сентября 1939 года входили в состав Польши. В Кресовой дивизии были и чисто белорусские соединения, как, например, «Рыси» -13-й батальон. Всю же дивизию называли «Зубры». Именно зубр стал символом соединения и был изображён на шевроне солдат дивизии.

В 1942-м соединения Андерса были переброшены на Ближний Восток, где британцам нужно было срочно укреплять свои позиции после отправки резервов на войну с Японией. После формирования частей и отдыха в Иране, Ираке, Палестине и Египте польская армия, а вместе с ней и белорусы, получила важную боевую задачу. В 1943-44 годах части 2-го корпуса были переброшены в Италию, где союзники сражались с немецкими войсками. Немцы расположились вдоль «линии Густава», проходившей поперёк всего полуострова к югу от Рима. Эта линия обороны должна была сдержать наступление западных союзников на Рим и предотвратить освобождение Италии. Ключевым участком обороны немцев была возвышенность Монте-Кассино с древним монастырём в качестве важнейшего звена и господствующей высоты. Контроль этой высоты позволял не допустить движения союзников по дороге, ведущей к итальянской столице. Перед вступлением в бой армии Андерса немцы трижды отражали наступления в январе, феврале и марте 1944 года, нанеся противникам существенный урон. Всего же битва за Монте-Кассино продлилась 123 дня.

Монастырь-привидение

Ещё в феврале 1944 г. здание аббатства как важный узел сопротивления немцев на «линии Густава» подверглось бомбардировке американской авиацией и было разрушено. Однако немцы продолжали удерживать там позиции. В апреле корпус Андерса прибыл к Монте-Кассино. Белорусы, поляки и евреи воевали здесь бок о бок с индийцами и новозеландцами под британским началом. Белорус Анатоль Жак из 2-го польского корпуса погиб первым, ещё за несколько недель до основного штурма возвышенности и аббатства.

Вершина горы Монте-Кассино, скрытая за облаками, получила у солдат название «Привидение». Именно этой высотой и предстояло овладеть белорусам из 5-й пехотной дивизии.

Это было четвёртое - и последнее - наступление на Монте-Кассино. Штурм начался 11 мая. Но упорное сопротивление противника и большие потери вынудили союзников остановиться. Польские соединения ото-
шли назад. Следующий натиск произошёл уже 18 мая, и на этот раз союзникам удалось добиться победы. Над руинами аббатства реяли польский и британский флаги. Со взятием Монте-Кассино дорога на Рим была открыта, и 4 июня 1944?г. столица Италии была освобождена.

В битве за Монте-Кассино погибли 924 солдата корпуса Андерса, в их числе 180 белорусов. Все они были захоронены на отдельном Польском военном кладбище возле монастыря, где также установлен мемориал. Во всей же итальянской кампании пали 863 выходца из Беларуси.

Сотни наших соотечественников за храбрость, самоотверженность и героизм получили Памятный крест Монте-Кассино. Ещё 80 белорусов удостоились чести получить высшую польскую воинскую награду - Крест Храбрых, 45 человек - Серебряный крест Заслуг с мечами, а семеро - Золотой крест Заслуг с мечами.

После подвига - в Сибирь

После войны корпус под командованием Андерса ещё какое-то время базировался в Италии, а затем его перебросили в Великобританию. Часть солдат-белорусов вернулись на родину. Другие остались в Великобритании, многие из них приняли живое участие в культурной, религиозной и политической жизни белорусской диаспоры на Западе.

Вернувшиеся на родину андерсовцы испытали всю горечь разочарования. В ночь на 1 апреля 1951 года 890 белорусов - солдат армии Андерса вместе с семьями были депортированы в Сибирь. Уже во второй раз, теперь - за участие в антигитлеровской кампании и приближение победы, они были не награждены, а осуждены. Лишь через шесть лет, в 1957 году,  ветеранам Монте-Кассино вернули свободу.  Реабилитировали же их только в апреле 1971 года. После освобождения многие выехали в Польшу, где правительство признало за солдатами армии Андерса статус комбатантов (участников боевых действий) и ветеранов и выплачивало им пенсию. Оставшиеся в СССР ветераны итальянской кампании, выжив в нечеловеческих условиях сталинских лагерей, так и не были официально признаны участниками войны. Лишь в 1993 году в Беларуси за ними были закреплены права ветеранов, им стали выплачивать пенсии.

Судьбы андерсовцев

Одним из наших земляков, который проливал свою кровь в битве под Монте-Кассино, был Язэп Жамойдин из д. Узболоть Воложинского района. Ещё за два года до Второй мировой его призвали на срочную службу в польскую армию. После сентябрьской кампании 1939 года Язэп Жамойдин на два года попал в советский плен. Летом 1941 года он был зачислен в польскую армию в СССР. Уже в 1942 году получил звание капрала, а его часть была переведена под британское командование. Язэп Жамойдин принимал участие в боях под Монте-Кассино и на Адриатическом побережье. За храбрость он был удостоен многих наград, в том числе Памятного креста Монте-Кассино. Демобилизовался Язэп Жамойдин в 1947 году, а в 1950 году он, как и многие другие его однополчане-андерсовцы, был арестован советскими репрессивными органами и оказался на спецпоселении в Иркутской области. Лишь в 1958-м он смог выйти на свободу. Умер в Молодечно в 2003 году.

Последний же живший в Беларуси участник битвы за Монте-Кассино Якуб Конан умер совсем недавно, в июне 2012 года. Ему было 99 лет.

Несмотря на официальное признание подвига белорусских солдат в битве под Монте-Кассино, пока в Беларуси нет ни одной памятной доски, памятника или улицы в честь наших соотечественников. Люди, многое пережившие и страдавшие, отдавшие свои жизни, и недавно ушедшие ветераны тех боёв заслуживают куда больших почестей и памяти.

Александр ПОГОРЕЛЫЙ, историк

Серия сообщений "Беларусь":
Часть 1 - Лесные братья Белоруссии (1944-1952): кого скрывала Пуща
Часть 2 - Тамара ВИННИКОВА: "Свой лондонский быт я создавала с нуля..."
...
Часть 24 - Белорусы на итальянском фронте. Малоизвестные факты Второй мировой
Часть 25 - Первые дни германской оккупации Минска летом 1941 года
Часть 26 - "Зубры" Монте-Кассино. Подвиг белорусов при освобождении Италии
Часть 27 - Монте-Кассино: белорусы в "Битве за Рим"
Часть 28 - Ивенецкое восстание. Первое удачное городское антинацистское в Европе
...
Часть 39 - Восточные добровольцы в вермахте, полиции и СС. Белоруссия.
Часть 40 - Минск во время немецкой оккупации
Часть 41 - Свет несущие ...

75 лет назад, 28 июня 1941 года, в Минск вошли германские войска. Со стороны Болотной станции на северо-востоке в город вступила головная походная застава 3-й танковой группы Гота. А на следующий день по Брестскому шоссе с юго-западной стороны в Минск вошли части 2-й танковой группы Гудериана.

Немецкая штабная колонна втягивается на площадь перед Домом правительства со стороны современной площади Мясникова. Центр Минска начинался именно тут: на проволочной растяжке слева над улицей висит дорожный знак с головой лошади — запрет движения гужевого транспорта. На багажнике мотоцикла различима буква G — опознавательный знак группы Гудериана. Источник: Bundesarchiv

Минчанин Константин Гержидович вернулся домой из вынужденной «отлучки» в Червень (см. публикацию «Смертная дорога на урочище Цагельня») 28 июня 1941 года. О событиях того дня Совинформбюро сообщило в следующих выражениях:

Мне же Константин Иосифович рассказывал так:

— Первых немцев-мотоциклистов я встретил возле Червенского базара. Там же неподалеку находилась моя контора Главмясомолснабсбыта. Успел пробежаться по кабинетам: сейфы раскрыты, бумаг на полу по колено. На удивление отыскал свою трудовую книжку и документы об образовании.

Немецкие мотоциклисты на перекрестке улиц Советской и Энгельса. Слева ограда Центрального сквера. В центре — улица Советская по направлению к Дому правительства. Справа — двухэтажное угловое здание исторической кондитерской Венгржецкого, в помещении которой в советское время была диетическая столовая

Прихожу на родную улицу Слонимскую к нашему сорок седьмому дому и вижу… Да-а, со времен Первой мировой войны немцы крепко усовершенствовали свои боеприпасы. Когда в 1915 году в наш сад упала бомба с цеппелина, то в доме вылетели стекла. А нынче почти в ту же точку случилось попадание — полдома разворотило и крышу сорвало. Осколок стекла сильно порезал голову отцу.

Das brennende Minsk — горящий Минск конца июня 1941 года. На этом снимке распознается по вошедшим в кадр архитектурным деталям точка съемки — крыша одного из корпусов Белгосуниверситета. Виден отрезок прилегающей к вокзалу улицы Бобруйской с трамвайными путями. Далее горящие пристанционные постройки и шеренги железнодорожных составов. За ними — улица Слонимская. Источник: Кёльнский центр изучения документов национал-социализма

Первый мой вопрос: где жена Софья с детьми? Отец рассказал, что на третий день войны проводил их на восток с толпами беженцев. А в первых числах июля жена вместе с восьмилетней Кларой и шестилетним Вилей прибрели обратно в Минск.

Возвращение беженцев в Минск в июле 1941 г.

Оказывается, под Смолевичами в колонне беженцев пронесся слух, что немцы выбросили десант впереди и вот-вот перережут шоссе. Началась паника. Какой-то жлоб подскочил к Соне и вырвал велосипед, который она катила с притороченными к раме клунками и сыном Вилей, сидящим на багажнике. Мол, вы все равно не успеете выйти из окружения…

Ладно, надо жить дальше. В хозяйстве были лошадь, кабан, куры. Из тех пяти гектаров, которые семья арендовала до революции, оставалось в нашем пользовании около гектара огородной земли. Но первейшей заботой стало восстановление дома. Я отправился к железнодорожным пакгаузам на поиски стройматериалов.

Согласно приказу оккупационных властей жители Минска несут охотничьи ружья и радиоприемник для сдачи в комендатуру. Лето 1941 г. Источник: Nationaal Archief

В период безвластия народ выносил из складов и магазинов все, что мог. И несли тоже, как могли. Помню картину: женщины и подростки тащат из вагона мешки с фасолью, но из-за тяжести мешок целиком нести невозможно и его разрезают, высыпая половину содержимого на шпалы.

Жуткое было на мясокомбинате у Червенского базара. Когда наши войска начали покидать город, люди бросились в цеха и склады. Однако истребительный отряд до последнего часа пресекал там оружием «попытки мародерства». Лишь в последний момент кто-то из отбывающего советского начальства махнул рукой: «Налетай кто хочет!»

И тогда народ открыто понес окорока и колбасы. Понес, переступая через трупы «мародеров», расстрелянных у стен мясокомбината всего лишь час назад.

Я сначала добыл мешок пшена, а потом по совету знающих людей сходил на швейную фабрику «Октябрь» и принес мешок ниток и мешок мануфактуры. Но больше занимал поиск пиломатериалов, оконного стекла и кровельного железа для ремонта дома. Кое-что удалось добыть, однако в одиночку работа продвигалась слабо, а раненый старик-отец был не помощник.

И тут наш сосед Собиральский привел двоих командиров-окруженцев: капитана и майора. Они были не строевиками, а инженерами, которые перед войной готовили в Минске площадки под строительство авиационного завода (после войны на этих площадках будет сооружен автомобильный завод). Мы их устроили у себя под видом родственников-беженцев, и работа пошла.

Настоящих имен командиров я не спрашивал, поскольку тогда это было совершенно ни к чему, да и сами они в отношении меня, вчерашнего заключенного, держались настороженно. Но, что характерно, именно по причине зековской репутации охотно поверили моему обещанию добыть цивильные «ксивы». Бланки советских паспортов я нашел в разбитом отделении милиции.

Сам сфотографировал командиров, сам вклеил карточки, перевел вареным яйцом печати и штампы. Труднее всего было с рельефной печатью-пломбиром, которая должна продавливать обложку паспорта. Долго возился над куском алюминия, вырезая знаки, пока не получилось некое подобие.

С этими паспортами командиры благополучно ушли из города и в конце концов добрались до своих. Знаю об этом потому, что летом или ранней осенью 1944 года капитан, ставший уже подполковником, находился в Минске и заехал на нашу улицу. Я в это время дома отсутствовал, так как был назначен главным бухгалтером Барановичского спецторга НКВД БССР, но соседи рассказали, что военный инженер интересовался мною, поведал также о том, что его напарник погиб на фронте.

Военные инженеры помогли оборудовать в погребе под сараем тайное укрытие — пространство в полметра шириной между двойной стеной. Лаз с внутренним запором ничем не выделялся на фоне деревянной обшивки. Прятались там во время облав сами «авторы проекта», пряталась затем знакомая еврейская семья Монтвалинских с Новоуфимской улицы, прятался позже и я.

Одному Богу известно, сколько в ту пору создавалось в Минске подобных убежищ, прозванных в народе «малинами». Люди рыли погреба под погребами, прокладывали от строения к строению подземные галереи, неприметно перепланировали старые каменные дома и устраивали потайные клети.

Оккупанты и их пособники вынюхали множество таких убежищ, но я уверен, что немало осталось и нераскрытых. Причем не раскрытых никогда — вместе с их обитателями. Люди гибли от шока после контузии, когда каратели наугад метали в подземелья гранаты, они задыхались под завалами, умирали там от истощения и болезней. Ко дню освобождения Минска в июле сорок четвертого живых свидетелей этих самозахоронений почти не осталось, раскапывать подземелья было некому, и руины заравнивались бульдозерами.

Если существуют тайны старого Минска, то это тайны нераскрытых военных убежищ, где по сей день в кромешном мраке мумии взрослых прижимают к груди мумии детей, — завершил свой рассказ Константин Гержидович.

Константин Гержидович. 1946 г.

Фактически трое суток до прихода немцев столица БССР существовала без советской власти, если не брать в расчет судорожную власть командиров истребительных отрядов, которые пытались противодействовать «паникерам и мародерам». И не вычеркнуть из истории тот факт, что правящая верхушка сначала, 24 июня, бежала из Минска, а ужепосле, 25 июня, в Могилеве, была организована Центральная эвакуационная комиссия при Совнаркоме БССР во главе с Иваном Былинским.

Иван Былинский

В то же время многих рядовых минчан, пытавшихся эвакуироваться во временном промежутке 24?27 июня, называли паникерами, приказывали им вернуться, ибо было заявлено, что Минск не сдадут немцам. Историк Галина Кнатько записала рассказ железнодорожника А. Котикова, который работал начальником отдела кадров Минского паровозного депо и с момента объявления войны находился на службе.

«25 июня, не помню кто, но сказал, — вспоминал Котиков, — что уходит последний эшелон, и если ты не уедешь, то останешься здесь в Минске… Доехали до станции Седча. В этом поезде ехали Миронов, Карасев (начальник паровозного отдела), Басманов. Начальник политотдела и все руководящие товарищи, которых я назвал, отцепливают паровоз, весь эшелон с железнодорожниками и жителями Минска бросают, а сами с одним вагоном удирают. Мы дошли до станции Руденск, нас задержал кордон… Полковник собрал нас 26 июня и сказал, что мы будем возвращены в Минск, потому что город не будет сдан немцам».

В августе 1941 года Пономаренко направит Сталину докладную записку «Об итогах эвакуации из Белорусской ССР». Будет в ней такой абзац:

«Архив Совнаркома БССР и ряда наркоматов остался в Минске [в Доме правительства] и не уничтожен. Получилось это из-за преступной растерянности, проявленной работниками и Председателем СНК БССР (вот ведь как жестоко — преступником назван действующий премьер Иван Семенович! — С.К.).

Оккупанты у Дома правительства в Минске. Памятник Ленину еще не сброшен

Друг другу поручали вывезти или сжечь и не проследили. Сейчас дело расследуется. Мною был послан отряд 27.VI.1941 г. для уничтожения, но пробраться в Минск уже не мог».

И в итоге 28 июня в руки оккупантов попал огромный массив служебных документов в Доме правительства: практически все дела, касавшиеся государственного управления БССР, в том числе именные списки партхозактива республики и членов их семей, отчетные документы важнейших государственных структур, мобилизационные дела и т.д.

Немцы расположились бивуаком в Доме правительства в центре знаменитого Овального зала. Движущиеся фигуры смазаны, потому что в полумраке фотоаппарат отработал длинную выдержку. Кто-то в президиум залез, кто-то разоблачился в центре на стульях, а кто-то спит на полу, укрывшись одеялом.

Из дневника работы ЦК КП (б)Б:

28 июня 1941 года

1. Принята и доставлена на места директива №?2 ЦК КП (б)Б о развертывании партизанской войны и сети партийных ячеек в тылу врага.

2. Принято решение Бюро ЦК КП (б)Б об отдаче под суд начальника политотдела Белостокской ж. д. Волкова, директора Могилевского горпищеторга и зав. облздравотделом.

3. Принято решение Бюро ЦК КП (б)Б о мерах по укреплению дисциплины военного времени и о налаживании службы тыла и фронта.

4. Обсуждено сообщение Могилевского обкома КП (б)Б о проделанной работе по эвакуации и задачах по укреплению обороны.

В оккупированном Минске немцы какое-то время не срывали гастрольную афишу МХАТа над подъездом Дома Красной армии:

А московская газета «Известия» 28 июня 1941 года написала «о могучей силе русского штыка»:

Сообщалось, что трусливые немецкие солдаты сбрасывают обувь, чтобы легче было бежать.

Описывалось то, как один сталинский сокол разогнал и уничтожил пять «черных коршунов».

И также пятерых фашистов убил красноармеец-повар товарищ Соловьев.

Сергей Крапивин / TUT.BY

Серия сообщений "Беларусь":
Часть 1 - Лесные братья Белоруссии (1944-1952): кого скрывала Пуща
Часть 2 - Тамара ВИННИКОВА: "Свой лондонский быт я создавала с нуля..."
...
Часть 23 - Брошенные женщины. Истории жен советских командиров, которых оставили вермахту
Часть 24 - Белорусы на итальянском фронте. Малоизвестные факты Второй мировой
Часть 25 - Первые дни германской оккупации Минска летом 1941 года
Часть 26 - "Зубры" Монте-Кассино. Подвиг белорусов при освобождении Италии
Часть 27 - Монте-Кассино: белорусы в "Битве за Рим"
...
Часть 39 - Восточные добровольцы в вермахте, полиции и СС. Белоруссия.
Часть 40 - Минск во время немецкой оккупации
Часть 41 - Свет несущие ...

В музее истории Великой Отечественной войны открылась выставка «Белорусы во II Польском корпусе». TUT.BY посетил выставку и выяснил, каким образом уроженцы Беларуси оказались в армии генерала Андерса, сколько белорусов погибло в знаменитой битве у Монте-Кассино на подступах к Риму и что ожидало ветеранов Армии Андерса на родине. Об этом и о многом другом читайте в нашем материале.

Экспозиция, составленная из материалов, предоставленных посольством Республики Польша в Минске, фондов музея Великой Отечественной, а также личной коллекции белорусского историка Игоря Мельникова, раскрывает малоизвестные страницы Второй мировой войны. Выставка рассказывает о судьбах солдат-«андерсовцев», уроженцев западных областей Беларуси, которые, попав в советский плен в 1939 году, пройдя лагеря и спецпоселения, оказались в польском военном формировании в составе Британской армии и участвовали в боях по освобождению Италии. Для посетителей экспозиция доступна до 2 октября.

Открытие выставки

По итогам советско-польской войны 1919?1921 годов половина территории современной Беларуси оказалась в составе Польской Республики. В межвоенное время во Второй Речи Посполитой существовала всеобщая воинская повинность: за два десятилетия сотни тысяч мужчин из западных областей Беларуси прошли срочную службу в рядах польской армии.

Солдаты-срочники 86-го пехотного полка Войска Польского в Молодечно, 1932 год. Фото из личного архива Людмилы Яблонской

1 сентября 1939 года Германия напала на Польскую Республику, что ознаменовало начало Второй мировой войны. Тысячи белорусов встали плечом к плечу вместе с поляками на пути нацистской военной машины. Белорусские солдаты Войска Польского мужественно сражались в самых ожесточенных битвах сентябрьской кампании 1939-го года. Тем не менее судьба Польши была предрешена. К середине месяца сопротивление польской армии было сломлено, а 17 сентября с востока на территорию Второй Речи Посполитой вошли войска Советского Союза. Польское командование, которое к тому времени покинуло страну, разослало в войска приказ отходить к румынской границе и в столкновения с Красной Армией не вступать. Но из-за стремительного наступления РККА многие отступающие части вскоре оказались в советском плену.

По подсчетам историков, военнопленными стало около 250 тысяч солдат Войска Польского, а также несколько десятков тысяч полицейских, жандармов, солдат и офицеров Корпуса охраны пограничья. В том числе в советский плен попало около 35 тысяч белорусов, служивших в рядах польских войск.

Военнопленные Войска Польского, конвоируемые бойцами Красной Армии. Фото: wikimedia.org

Первоначально советское армейское командование приняло решение распустить по домам пленных солдат - уроженцев западных земель Беларуси и Украины, но вскоре условия в фильтрационных лагерях для военнопленных ужесточились. Красная Армия начала передавать пленных органам НКВД, где с солдатами польской армии не церемонились. Военнопленные, в том числе и тысячи белорусов, получили тюремные сроки и были направлены в лагеря и спецпоселения Сибири, Урала и Средней Азии. Вскоре к репрессированным солдатам присоединились польские служащие, осадники с семьями, а также отпущенные ранее из плена белорусы и украинцы, высылка которых из западных областей Беларуси и Украины велась советскими властями с 1939-го по 1941 год. Всего, согласно архивным данным, в лагерях системы ГУЛАГ с 1939-го по 1941 год оказалось около 400 тысяч бывших граждан Польской Республики.

Как появилась армия Андерса

Как это ни жестоко звучит, но после нападения Германии на СССР 22 июня 1941 года положение в лагерях военнопленных и высланных улучшилось. Советское руководство в поисках новых союзников в борьбе с нацистами 30 июля подписало соглашение с польским правительством в изгнании о возобновлении дипломатических отношений. 14 августа был заключен договор о создании на территории СССР польской армии, подчиняющейся правительству Сикорского. Во главе формировавшегося подразделения стал плененный в 1939 году генерал Войска Польского Владислав Андерс. Генералу посчастливилось избежать участи 22 тысяч польских офицеров, расстрелянных НКВД в Катынском лесу и других лагерях и тюрьмах в 1940 году.

Генералы Владислав Андерс и Владислав Сикорский (глава польского правительства в изгнании) на встрече со Сталиным в Куйбышеве, 1941 год. Фото: wikimedia.org

В начале августа 1941 года правительство Советского Союза издало указ о полной амнистии для граждан Польской Республики и военнопленных, находящихся на территории СССР. Из числа амнистированных начала формироваться польская армия генерала Андерса. Первоначально запись в войска велась без указания национальности, но позднее советскими властями было дано указание зачислять в армию только этнических поляков. Многие белорусы, а также украинцы и евреи из бывших граждан Польской Республики углядели в формировавшихся польских частях надежду на выживание и поэтому часто записывались в ряды армии как поляки.

По подсчетам белорусского историка Игоря Мельникова в армии Андерса состояло около 20 тысяч белорусов и уроженцев западных областей Беларуси. Это была значительная часть войска, ведь максимальная численность солдат во II Польском корпусе составляла около 113 тысяч.

Белорус-«андерсовец» Семен Еремеев (справа) на фотографии из личного архива Игоря Мельникова. В своей новой книге «Заходнебеларуская Атлантыда 1921?1941 гг. Паміж Варшавай і Масквой», которая должна выйти в сентябре этого года, историк расскажет о судьбах десятков белорусов солдат II Польского корпуса

Формирование частей польской армии происходило в Средней Азии и южных регионах России. Согласно первоначальному соглашению между польским и советским правительствами, численность создаваемой армии должна была составлять 30 тысяч человек, но впоследствии предельная численность армии Андерса была увеличена до 96 тысяч. На территории СССР должно было быть сформировано и обучено 7 польских дивизий.

Солдаты 6-й пехотной дивизии армии Андерса во время учебной тревоги в Тоцком лагере. Бузулукский район Оренбургская область РСФСР, 1942 год. Фото: wikimedia.org

Снабжение армии Андерса осуществлялось как советским правительством (продовольствие и вооружение), так и британцами (обмундирование). Почти все польские формирования использовали в качестве обмундирования форму британских вооруженных сил.

В экспозиции выставлен мундир солдата 5-й Кресовой пехотной дивизии «Зубры» II Польского корпуса с характерной приплюснутой каской британского образца из личной коллекции историка Игоря Мельникова. Именно в рядах этого подразделения было больше всего белорусов во Втором Корпусе, не зря эмблемой дивизии был выбран зубр

В начале 1942 года советское правительство неоднократно обращалось к польской стороне с просьбой об отправке сформированных польских дивизий на советско-германский фронт, но получало отказ за отказом. Генерал Андерс не хотел разделять свою армию, ведь на начало 1942 года из запланированных 7 дивизий была полностью подготовлена только одна. Впрочем, и так в польской армии воевать под советским началом никто не хотел. Между польской и советской сторонами назревал конфликт. Выход из затруднительной ситуации предложили британцы. Испытывая трудности в борьбе с корпусом Роммеля в Африке, британское командование опасалось за сохранность своих колониальных владений на Ближнем Востоке. Черчилль предложил Сикорскому, а впоследствии и Сталину, перебросить не до конца сформированные в Средней Азии польские дивизии в Иран и Палестину, доукомплектовать их и использовать для охраны нефтяных объектов. Такое решение было одобрено советским правительством, и уже весной 1942 г. началась масштабная переброска войск из СССР в Иран.

Иран, Ирак и Палестина

Смотр польских войск перед отправкой из СССР, 1942 год. Фото: wikimedia.org

К 1 сентября 1942 года вывод польской армии из СССР был завершен. Всего в ходе двух этапов эвакуации из среднеазиатских республик СССР на территорию Ирана было переправлено около 120 тысяч человек, из них только 75 тысяч были военнослужащими польских дивизий. Большое количество гражданских в армии Андерса объясняется тем, что часть солдат переправлялась на Ближний Восток вместе с семьями. Также к польским военным присоединились депортированные граждане Польской Республики, которые после амнистии 1941 года искали пути эмиграции из СССР. В августе 1942 г. армия Андерса была переименована в Польскую армию на Востоке. Формирование и обучение новых подразделений продолжалось на новой территории теперь уже под эгидой британского командования. Польские части были рассредоточены по территории Палестины и Ирака. 22 июля 1943 года, когда формирование боеспособных частей было практически завершено, армия Андерса была преобразована во II Польский корпус Британской армии.

Бойцы II Корпуса на привале в Палестине, 1943 год. Крайний слева — Иосиф Юдыцкий, уроженец Глубокского района Беларуси. Фото из личного архива Владимира Садовского

Монте-Кассино. Как поляки и белорусы открыли союзникам путь на Рим

После разгрома итало-германских сил на севере Африки в начале 1943 года союзники начали операцию по вторжению в Сицилию и Италию. В конце года британское командование приступило к переброске II Польского корпуса на Апеннинский полуостров. В начале 1944 года польские части в составе 3-й Карпатской пехотной дивизии, 5-й Кресовой пехотной дивизии, 2-й Польской бронетанковой бригады и 2-го артиллерийского корпуса вступили в ожесточенные бои с частями вермахта. Главным испытанием для польских войск стал участок немецких оборонительных укреплений «линии Густава» в районе Монте-Кассино. Эти позиции прикрывали путь на Рим, и поэтому немцы очень серьезно отнеслись к их обороне. Армия союзников с января по май безуспешно пыталась штурмовать укрепления Монте-Кассино. 11 мая 1944 г. в бои у монастыря вступил II Польский корпус.

Р

уины древнего монастыря Монте-Кассино были превращены немцами в неприступную крепость

В ходе недели ожесточенных боев «линия Густава» была прорвана. 18 мая польский отряд водрузил над руинами монастыря красно-белое знамя. Битва при Монте-Кассино в современной польской историографии имеет огромное значение и считается одним из самых значимых сражений в истории польского войска. В этой битве II Польский корпус понес тяжелые потери — 924 человека убитыми и 4199 ранеными. По подсчетам историков, 177 солдат, погибших при штурме укреплений, были белорусами. Их тела покоятся на воинском мемориале недалеко от стен монастыря. Белорусы и поляки, проявив невиданное мужество и героизм, ценой своих жизней открыли союзникам путь на Рим.

Военный мемориал под Монте-Кассино, где покоятся останки солдат II Польского корпуса

После освобождения Рима продвижение союзников вглубь Италии продолжилось. В ходе наступления армией Андерса были взяты Лорето, Реканати, Озимо и другие итальянские города. Бойцы Второго корпуса отличились в сражении за Анкону. Закончила свой боевой путь польская армия в 1945 году участием во взятии Болоньи. После капитуляции Германии II Польский корпус продолжал нести службу на территории Италии, часть подразделений была переброшена в Англию. В мае 1946 года британским правительством был издан приказ о роспуске польских военных подразделений. К 1947 году все части Второго корпуса были расформированы, солдаты, наконец, смогли вернуться к мирной жизни.

«Тры дарожанькі»: Великобритания, ПНР или БССР

Для многих белорусов «приключения» не закончились. Перед «андерсовцами» белорусского происхождения было три пути: остаться в Великобритании, уехать вместе с большинством солдат-поляков в Польскую Народную Республику или вернуться на родину в Беларусь. Около 1000 белорусов из Второго корпуса выбрали третий вариант.

В полуразрушенной послевоенной БССР на них до поры до времени не обращали внимания, у властей других забот хватало. Но в начале 1950-х за «андерсовцев» взялись всерьез: бывшим солдатам II Польского корпуса были предъявлены обвинения в шпионаже в пользу Британии, мужчин вместе с семьями судили и отправляли эшелонами в Сибирь. Только после смерти Сталина в 1953 году отношение к бывшим солдатам армии Андерса было немного смягчено. Советские власти даже позволили осужденным бойцам польских подразделений эмигрировать в ПНР, чем многие и воспользовались. На родину в Беларусь из повторной ссылки возвращались единицы. Впрочем, несмотря на «поблажки», советская власть продолжала не признавать военных заслуг бойцов армии Андерса, солдаты II Польского корпуса получили статус ветеранов войны только в независимой Беларуси.

Капрал 5-го Виленского полка легкой артиллерии Иосиф Жамойдин (справа) был в числе тех немногих, кто после окончания войны вернулся на родину к семье. В 1950 году он был осужден за шпионаж и приговорен к 10 годам заключения. После освобождения жил с семьей в Иркутской области. В 1967 году снова вернулся в Беларусь. Умер 8 июня 2003 года. Документы и личные вещи Иосифа Жамойдина, связанные с периодом его службы во II Польским Корпусе, находятся в экспозиции музея Великой Отечественной войны и были использованы при оформлении выставки

Некоторые белорусы после демобилизации из Второго корпуса, опасаясь повторения репрессий конца 1930-х годов, не решались возвращаться в Беларусь. Тем, кто выбирал местом жизни ПНР, польские власти шли навстречу. Многие выходцы из западных областей Беларуси и Украины получали жилье и земельные наделы на западе Польши на землях, доставшихся Польской Республике от Германии по итогам Второй мировой войны. Также в ПНР «андерсовцы» имели статус ветеранов и пользовались заслуженными льготами. Часть белорусов из Второго корпуса осталась жить в Великобритании, часть эмигрировала в другие страны Западной Европы и США.

Уладзімір Садоўскі / TUT.BY

Серия сообщений "Беларусь":
Часть 1 - Лесные братья Белоруссии (1944-1952): кого скрывала Пуща
Часть 2 - Тамара ВИННИКОВА: "Свой лондонский быт я создавала с нуля..."
...
Часть 22 - Крест Ефросиньи и Брестская Библия. Какие ценности специалисты мечтают вернуть в Беларусь
Часть 23 - Брошенные женщины. Истории жен советских командиров, которых оставили вермахту
Часть 24 - Белорусы на итальянском фронте. Малоизвестные факты Второй мировой
Часть 25 - Первые дни германской оккупации Минска летом 1941 года
Часть 26 - "Зубры" Монте-Кассино. Подвиг белорусов при освобождении Италии
...
Часть 39 - Восточные добровольцы в вермахте, полиции и СС. Белоруссия.
Часть 40 - Минск во время немецкой оккупации
Часть 41 - Свет несущие ...