Д-р Леонид Смиловицкий

Весь послевоенный период в Советском Союзе тема "дети и Холокост" подменялась темой «дети и война». Только начиная с 1990-х гг., появились первые книги, рассказывающие судьбе еврейских детей в период войны. На Западе и в Израиле этой теме начали уделять внимание значительно раньше хотя примеры по Белоруссии отсутствуют даже в новейшей литературе. В Белоруссии, которая наиболее пострадала в годы войны среди других бывших республиках СССР, история нацистского геноцида разработана достаточно подробно. Однако при этом не было принято говорить о жертвах среди еврейского населения. Сегодня белорусская историография продолжает сохранять прежнюю методологическую ошибку, настаивая на том, что трагедия евреев Белоруссии являлась неотъемлемой частью трагедии белорусского народа, тогда как нацисты никогда не убивали белорусов по этническому признаку.

Документы о Холокосте в Белоруссии сохранили мало сведений, посвященных детям. Почти не осталось описаний их поведения в гетто, мироощущения, взаимоотношений со взрослыми и сверстниками, евреями и неевреями. Посещать школу немецкие власти им запретили, а немногочисленные детские учреждения носили характер временных приютов, боровшихся за выживание. Большинство свидетельств было получено после войны, когда дети выросли и вступили в самостоятельную жизнь. Все эти годы они хранили свой трагический опыт и искали объяснения случившегося. Современная литература о Холокосте накопила достаточно личных рассказов, историй, воспоминаний о детях, в том числе дошкольного и младшего школьного возраста. Важность их трудно переоценить. Это почти единственный источник, дающий представление о происходившем с точки зрения детской психологии. Известно, человеческая память избирательна и пристрастна в восприятии прошлого. Рассказы многих изобилуют подробностями и деталями, которые спустя десятилетия нельзя проверить.

Наименее изученная сторона проблемы, которая и в будущем будет вызывать большие трудности у исследователей - отсутствие достоверной статистики. Известные только общие числа. Из шести миллионов жертв Катастрофы восточноевропейского еврейства дети составили почти полтора миллиона чел. Сколько среди них было из Белоруссии? Потери еврейского населения в республике были катастрофическими. Если в начале июня 1941 г. вместе с еврейскими беженцами из Польши евреи насчитывали в БССР почти одного миллиона человек, то в 1959 г., спустя 15 лет после её освобождения, только 150 тыс. чел. Нацисты не вели специальный учет детей. Их интересовали взрослые узники, как бесплатная рабочая сила, квалифицированные специалисты. Особое отношение существовало к бывшим советским и партийным работникам, активистам, потенциальным противникам режима, подлежавшим немедленной ликвидации. Дети выпадали из этой схемы. Но роль и влияние их на мир взрослых были очень велики. Они были самой острой болью и главной надеждой обитателей гетто. Особенность детского восприятия состоит в осмыслении самых сложных понятий предельно просто, даже предметно-конкретно. Мир они делят на "плохих" и "хороших", "добрых" и "злых". Поэтому тема "дети и Холокост" остается одной из наиболее трудоёмких. Она настолько осязаема, что почти никого не оставляет безучастным, доступна для массового восприятия, а значит субъективна. Мало документов, много эмоций. Ответы на её вопросы могут быть найдены путем обобщения и сопоставления обширной базы данных, которая накапливалась все послевоенные годы.

Начало войны

В период стремительного наступления немецких войск лишь немногих детей смогли вывезти вглубь страны. Территория БССР была оккупирована к началу сентября 1941 г., а эвакуироваться удалось только десяти процентам еврейского населения республики. Если принять во внимание, что взрослое трудоспособное мужское население было призвано в Красную Армию, то можно предположить, что дети составили не менее одной третьей части вывезенных в восточные районы СССР. Сотни еврейских детей находились к началу войны на отдыхе в летних лагерях, детских садах и яслях. Дети Баси Цукерман с началом войны отдыхали в дачном поселке Ждановичи недалеко от Минска. Её предприятие эвакуировали в Саратов и Бася пыталась забрать Жанну и Риту, но проезд в этом направлении был закрыт. Басю не пустили в Ждановичи, пообещав, что детей самостоятельно эвакуируют. Однако всё сложилось иначе. Спустя некоторое время, Жанна и Рита со своим дядей Айзиком Цукерманом оказались в гетто Минск. Все дети погибли, выжил только Айзик, который бежал в лес и воевал в партизанском отряде им. Пархоменко бригады им. Чапаева. Сын и дочь поэта Моисея Кульбака, Рая и Илья, вместе с детским садом отдыхали в Ратомке, а их двоюродные сестры и брат - Инна, Матуся (Матильда) и Эля (Илья) Кульбаки - в пионерском лагере в Тальке под Минском. Когда город начали бомбить, сестра Моисея Кульбака Таисия (Тоня) поехала в Ратомку забрать Раю, но детсад уже эвакуировали. Кульбаки остались жить в местечке Лапичи, где погибли в августе 1941 г. - апреле 1942 г. Волику Рубежину 25 июня 1941 г. начальник пионерского лагеря "Медвежино", в который родители привезли его перед самой войной, сказал, что машин нет и добираться в Минск нужно самостоятельно. Подойдя к своему дому на Степянской улице, мальчик узнал, что его мать и младший брат Марик бежали, а отец - в армии. К дверям была прикреплена записка, из которой он понял, что утром мама была в лагере и они разминулись. Около месяца Волик жил в своей квартире, продавал и менял вещи на Комаровском рынке, чтобы прокормиться, а в августе, как и десятки тысяч других евреев, оказался в гетто.

Спасение зависело от умения сориентироваться в сложной обстановке, не растеряться, найти выход, казалось, из безвыходной ситуации. 22 июня 1941 г. было запланировано открытие пионерского лагеря на озере Нарочь для 500 детей. Почти всю организационную работу возложили на старший отряд в возрасте 15-16 лет. Рано утром небо гудело от рева самолетов, которые шли низко с черными крестами на крыльях в сторону Минска. Обслуживающий персонал из местных жителей на работу не вышел. Некому было накормить детей. Начальник лагеря Лев Файшлевич вместе с вожатыми Ривой Берман и Леной Лагацкой вскрыли продуктовый склад. Вожатые Михаил Бурштейн и Лева Марон поехали на станцию Кобыльники искать эшелон для эвакуации. Они сумели добиться у военного коменданта Молодечно 4 вагона для пионерского лагеря. Трое родителей из Вильнюса в последний момент приехали на автобусе и забрали своих детей. Спустя час автобус остановили немецкие диверсанты и расстреляли пассажиров. Уцелел один Дима Любавин, которого тяжелораненым подобрали местные жители и больше полгода прятали в подвале.

С началом войны многих эвакуировали в сельскую местность, где угроза артиллерийских обстрелов и бомбардировок была невелика. Часть еврейских детей так и осталась там среди своих белорусских и русских сверстников. Весной 1943 г. в одном из совхозов Минской области нацисты обнаружили целый барак с детьми, которые были предоставлены сами себе. Крестьяне приносили им подаяние, семилетние ухаживали за трехлетними, многие уже погибли от голода, болезней и холода. Немцы пытались выяснить национальную принадлежность детей и отправили всех на вокзал в Минск, где продержали двое суток без еды и питья. Трое старших пытались бежать, но были застрелены. Затем детей стали продавать, начиная с 35 марок за ребенка. Мария Готовцева рассказывала, что немцы зазывали прохожих и торговались. Когда большинство распродали, цену снизили до 10 марок. Дети плакали, протягивали руки и просили: "Купите, иначе нас убьют!" Эти сведения подтвердили минчанки Марфа Орлова и Феня Лепешко.

Дети в гетто

Сведений о том, сколько детей было заключено в гетто, не сохранилось, но известно, что их было много, и они продолжали появляться каждый месяц. В Минском гетто к ноябрю 1942 г. насчитывалось 2 тыс. 127 детей или 22,5% всех жителей. В самом городе вне гетто проживало 102 тыс. 132 жителей, включая 44тыс. 892 детей в возрасте до 18 лет (44%). Дети мало общались между собой, даже те, кто не отличался раньше замкнутостью, теперь не стремился поделиться с другими. Все быстро повзрослели, детство кончилось с приходом немцев. Книг, каких-либо игр в домах не было, освещения отсутствовало, спать ложились рано. Мальчики и девочки, независимо от возраста были озабочены проблемой выживания. У большинства были мысли, что делать завтра? Общее настроение было подавленным. Люди ходили, разговаривали, размышляли, что делать и как жить, интересовались тем, что происходит в мире, пользовались любой информацией и слухами.

В отдельных гетто несколько раз в неделю разрешали базарчики. Там толпились люди и, каждый что-то предлагал. Знали у кого, что можно спросить. Продавали за деньги, обменивали на вещи, реже на драгоценности. Торговали одеждой. Опытные портные перелицовывали пальто, пиджаки и брюки, шили ватники. Самыми ценными продуктами, вырученными за одежду, считались мука и жир. Но получить их можно было за пределами гетто, выход, куда был категорически запрещен. Многие дети и подростки, выбираясь за проволочное заграждение, расфасовывали муку в небольшие мешочки, подвязывали их к телу и вносили на территорию гетто вечером вместе с рабочими колоннами. Муку продавали или обменивали у пекарей на хлеб. Его резали на небольшие порции и продавали поштучно. Животных, домашней птицы, собак или кошек в гетто не было. Мяса и фруктов никто не ел, иногда была морковь и картофель, капуста. Большинство варили овощной суп. Пользовались отходами столовых. Дети подбирали вареные кости после разделки на кухнях немецких воинских частей или вынимали из мусорных ящиков. Из них вываривали жир, готовили студенистый навар, который шел в пищу или на продажу.

Гетто непрерывно облагали контрибуциями, что часто служило основной темой разговоров. Немцы постоянно приказывали что-то им поставлять: столько-то одеял, белья, обуви, потом что-то ещё. Однако большинству сдавать было нечего. В некоторых гетто организовали еврейскую полицию. Узникам она была также неприятна, как и белорусская, стоявшая на воротах снаружи. Еврейские полицейские были не менее строгими и жестокими. Некоторые из них имели уголовное прошлое и стремились выслужиться. Они говорили на идиш, русском, белорусском и польском языках. Вместо оружия у еврейских полицейских были дубинки и палки. Обходы по домам они предпринимали редко, имея списки узников, знали, где кто проживает. С полицией предпочитали не связываться, потому что у последних была власть и безнаказанность, основанные на хороших отношениях с полицией из белорусов и русских.

Среди еврейской полиции были разные люди, те кто помогал спастись и кто выдавал. В минском гетто полицейские ходили вместе с жандармами и иной раз оказывали неоценимую услугу узникам, предупреждая на идиш: "гейт нит... Анклейфт... Цит оп фун данен!" (Не ходите, убегайте, срывайтесь отсюда!). Когда опасность миновала, снова сообщали: "Идн, гейт арус. Дер погром шен кеэндикт" (Евреи, выходите. Погром уже закончился). В гетто Плиссы еврейский полицейский Яков указал карателям на места, где прятались некоторые евреи. В гетто Глубоком полицейские имели резиновые дубинки, они издевались над узниками не меньше немцев. Но для всех конец был один, хотя люди, служившие в еврейской полиции, не хотели верить, что нацисты не оставили возможности выжить даже в виде соучастия в их преступлениях. В этом тоже был феномен Холокоста, любому другому народу нацисты оставляли такой шанс. В Барановичах юденрат состоял из 26 чел., председателем которого назначили адвоката Овсея Гиршевича Изыксона, а полицейским помощником - Наима Пиневича Вальтмана. Полицейские и жандармы совершали в гетто налеты, которые кончались побоями и расстрелами. В марте 1942 г. членов юденрата послали закапывать могилу-ров возле Зеленого моста, где еще находились раненые узники. Когда они отказались, Овсея Изыксона, Давида Морина и переводчицу Менову раздели и заставили танцевать у открытой могилы под губную гармошку, а потом расстреляли.

Большинство гетто просуществовали до весны 1942 г. Среди их обитателей, несмотря на уготованную общую участь, наблюдалась дифференциация в зависимости от прежнего социального положения. Между состоятельными евреями, имевшими до 1939 г. своё дело (лесопилку, мельницу, магазин, аптеку, мастерскую или фабрику) и малоимущими (кустарями, поденщиками, рабочими, ремесленниками) существовала определенная дистанция. Она проявлялась даже тогда, когда дискриминация нацистов уравняла всех. "Западники" ненавидели "восточников", которые накануне войны экспроприировали и их собственность.

Многие взрослые сумели выжить в гетто именно благодаря детям. В Слуцке, Гомеле, Вилейке, Бобруйске и других местах дети и подростки подползали под проволокой и ходили выменивать продукты, несмотря на то, что гетто охранялось. В Минске дети убегали на железную дорогу собирать уголь, валявшийся вдоль путей и таким образом пережили холодную зиму 1941-1942 гг. В Бресте Борис Пикус и Роман Левин по примеру польских подростков стали чистильщиками обуви. Они ходили к вокзалу и госпиталям, солдатским клубам и предлагали проходившим немцам: "Бите хер, штивель путцен". Другие собирали окурки сигарет "Юно рунд", вытряхивали остатки табака и продавали на рынке. Делать это нужно было с большими предосторожностями из-за постоянных облав. Братья Самуил и Александр Марголины из Узды работали в немецкой сапожной мастерской, где шили новую и ремонтировали старую обувь с фронта. За вынос сапог из мастерской могли расстрелять, но добротные сапоги были целым состоянием, а голодным узникам мало было что терять. Евреев проверяли только при входе. Самуил и Александр приходили на работу в тапочках, переобувались после работы в сапоги и выходили из мастерской. Таким образом они похитили несколько десятков пар сапог. Часть обуви передали в лес партизанам, а часть продали на "толчке" гетто.

В борьбе за выживание дети занимались спекуляцией и воровали. К этому их вынуждала вся криминальная атмосфера оккупационного режима. В Минском гетто дети и подростки покупали продукты питания на Суражском базаре у крестьян из окрестных деревень и перепродавали раненым немцам на железнодорожной станции. Солдаты охотно покупали масло, молоко, яйца и сыр. Порой, еврейские дети и подростки предпринимали рискованные шаги, чреватые опасностью для жизни. Внутрь масла для увеличения веса вкладывали кусок металла или камень. Дождавшись, когда немцы уходили с котелками на вокзал за горячим обедом, дети проникали в вагон. Не обращая внимания на то, что в некоторых купе лежали тяжелораненые, они шли по коридору и похищали всё, что попадало под руку: часы, одежду, зажигалки, ножи и даже очки. Через некоторое время это продавалось на рынке. По ночам на товарных станциях дети забирались в вагоны с продовольствием, взламывали ящики на открытых платформах.

Миша Столяр ходил с мальчиками на станции "Минск-пассажирский" и "Минск-товарный", где они воровали, меняли и выклянчивали, объединялись в группы и шайки. У всех были клички, у Миши - Черт. Опекал его русский подросток 16 лет - Капиталист, которому Столяр был обязан отдавать половину того, что собирал, а за это получал защиту. Некоторым эти лихие "набеги" стоили жизни. Немцы устраивали облавы, спускали собак. Русских мальчишек часто отпускали, а евреев - в машину. Расстреливали на еврейском кладбище. Миша Столяр сходил за русского, его отпускали дважды, а Мишу Тайца везли на кладбище на машине, с которой он выпрыгнул на ходу. Охранник выстрели, но была осечка. Зимой 1941 г. во время облавы охрана поймала более десяти еврейских мальчиков. Их избили прикладами и затолкали в кузов грузовика, отвезли к еврейскому кладбищу на ул. Сухая и у ворот расстреляли. Спасся один Янкеле Купер. На следующий день после трагедии он рассказывал, что уцелел благодаря тому, что сумел воспользоваться замешательством немцев. Ловившие его солдаты на время растерялись, увидев до какой степени Купер был завшивлен, и не решались к нему приблизиться.

В других случаях нелегальные поиски продуктов за пределами гетто становились спасением жизни. Яша Могильницкий из гетто Шумилино с августа по ноябрь 1941 г. уходил в деревню в поисках пищи. Там что-то обменивал и возвращался с продуктами для матери и сестры. Если раньше мать Яши опасалась этих походов, то потом, предчувствуя скорый конец гетто, сама выпроваживала сына в деревню. В ноябре 1941 г. Яков отсутствовал два дня, и в это время каратели провели акцию в Шумилино. В Бешенковичах, куда ушел мальчик, массовых расстрелов еще не было и его рассказов о том, что произошло в Шумилино, никто не хотел слушать. Наоборот накричали, что он провокатор.

Нацисты старались избежать неожиданностей во время проведения своих акций. Сначала убивали взрослых и здоровых мужчин, а затем женщин и детей, больных и стариков. В Витебской области группа евреев из Чашников осенью 1941г. была направлена на торфяные разработки. При желании они могли легко покинуть рабочий лагерь, т. к. в начале их даже не проверяли, но никто не уходил. Немцы утверждали, что Москва взята, войне конец, а кроме того за побег расстреливали семью. В 1941 г. в Борисовском гетто провизор Абрам Залманзон отравил ядом себя, жену и двух малолетних детей. В результате депрессии хотела покончить с собой Сима Левина из Брестского гетто. Она просила соседку Чиченову принести из аптеки яд, чтобы отравить детей и себя. Старшая дочь Тамара старалась всегда быть рядом с ней. Во дворе был маленький сарайчик, и дети боялись, что мать там повесится. Соседи говорили ей, что еще не конец, "наши вернуться", но та никому не верила. Мордух и Роза Марголины из Минского гетто в октябре 1943 г. были обнаружены в тайном укрытии ("малине"). Они были обессилены, сломлены духовно и физически. Когда полицейский, который вел их на расстрел, предложил бежать, Мордух спасся, а Роза отказалась: "Стреляйте, сыновья за меня отомстят". Еврейская девочка из местечка. Городок уговаривала мать бежать из гетто, у них было много знакомых в окрестных деревнях, но женщина была ко всему равнодушна после расстрела сына. В Яновичах, когда немцы приходили забирать группы евреев на расстрел, некоторые родители даже не хотели прятаться и их дети буквально заставляли их уходить. Узников преследовал голод. В гетто Лиозно дети говорили родителям: "Пусть лучше нас убьют, нет сил терпеть так хочется есть!"

Спасители детей

В Минске, передавая с рук на руки, помогли выжить брату и сестре Гене и Файвлу Колотовкер. После ликвидации гетто их прятали под полом несколько месяцев на ул. Толстого и Вокзальной. Тамара Гершакович боялась оставлять дома шестилетнюю дочь. Уходя утром на работу, она уносила её в мешке через ворота гетто к русской подруге, а вечером, возвращаясь, забирала обратно. Многие дети искали приют в арийской части Минска. Так спаслись дети врача Левина, артиста Сладека, врача Липец, военнослужащего Альтера и некоторые другие. В Борисове Антонина Быковская спасла малолетних сестёр Маню и Лену Нейман. Парфен и Евдокия Кудины - Изю Шмулика, Елена Фролова - удочерили шестимесячную Розу Рубинчи. Хоне-Янкель Сосновик родился в гетто Германовичи (район Шарковщина) в августе 1941 г., где ему сделали обрезание. После ликвидации гетто ребёнка забрала белорусская девушка Маня Казачёнок (д.Великое Село), поступившая служить в качестве прислуги к солтасу (старосте) Ромейко. Мальчику дали новое имя Янек, передавали из рук в руки по домам. Его прятали семьи Николаёнок, Кривко, Нема и мальчик выжил. Аркадий Гольдберг потерял всех своих родных в 1941 г. во время расстрела евреев Янушковичах Логойского района, а сам он был отправлен в гетто Минск. Его усыновила Ольга Федорова, которая скрывала мальчика в погребе. Когда соседи пригрозили ей доносом, она взяла метрику своего сына Бориса и ушла в деревню Студенки Несвижского района, где оставила Аркадия у знакомого крестьянина, и мальчик выжил. Но не всем там везло. После акции 20 ноября 1941 г. Цилю Ботвинник с новорожденным ребенком приютила семья Кублиных. Когда ребенку исполнилось 6 недель, друзья помогли Циле передать его русской женщине. Сведения о малыше она получала через знакомую в гетто, хорошо знавшую ту женщину. Эта знакомая погибла в погроме июля 1942 г. и Ботвинник потеряла возможность найти ребенка, навсегда разлучившись с ним.

Особый интерес представляет судьба тех, кто был связан с сиротскими приютами. Детей подбрасывали родители в надежде на то, что при удачном стечении обстоятельств они выживут. Многие понимали, что в лесу с маленькими они долго не продержатся и в партизанский отряд их не примут. После гибели родителей детей приводили друзья, знакомые и соседи. По свидетельству Софьи Диснер, в 1942 г. среди 60 воспитанников детского дома № 2 Минске находился 31 еврейский ребенок. В детском доме № 3 - 11 евреев среди более, чем 100 детей, в детдоме № 7 - восемь евреев и один мальчик негр Джим, которого воспитатели спасали вместе с евреями. В Борисове заведующий детским домом Константин Сковородка скрывал под чужими именами Люсю Бейненсон, Розу Давидсон, Хану Липкинд, Лену Нейман и др. По данным бывшего работника городской управы В. Парфенюка, из 2 тыс. детей, содержавшихся в приютах Минска, 500 было еврейских. Инспектор Минской городской управы А. Шеврук назвал еще большее количество – 600.

Рассчитывать на помощь оккупационных властей в обеспечении детских учреждений не приходилось. По свидетельству Василия Орлова, работавшего в отделе детских домов Минского городского комиссариата, дети были голодны и полураздеты. Одежду не выдавали, продукты питания было найти очень трудно. Хлеб часто выпекался с опилками, но и его получали не регулярно по 100 гр. на ребенка в день. Изредка немцы выделяли обрезанные конские кости, отходы с кухонь или трихинозное мясо. Нередки были пищевые отравления. Топливом детские учреждения не снабжались, дети мерзли. В детском доме Пинска по Доминиканской улице на содержание одного ребенка в сутки отпускалось 60 гр. крупы, 25 гр. мыла и 20 гр. соли. К категории роскоши были отнесены 15 гр. сахара, 25 гр. жира и 20 гр. рыбы. Концы с концами удавалось сводить только благодаря добровольным пожертвованиям. Некоторых детей передавали на воспитание местным жителям. Каждому такому ребенку выдавали справку, удостоверявшую его нееврейское происхождение. Например, Пелагее Гуща 27 марта 1942 г. выдали документ, в котором говорилось, что девочка Люся трех лет из детских яслей № 1 Минска не является «жидовкой». Няня Анна Величко вспоминала, что при появлении немцев, еврейских детей запихивали в чуланы, овощехранилища, а летом - в ботву картофельных посадок, перекрашивали волосы. Практически все они прошли обряд крещения, были внесены в приходские книги и носили нательные крестики. Это давало право на получение продуктовой карточки. Посещение церкви, участие в молитвах и церковном пении было обязательным.

Нацисты догадывались, что во время проверок им показывали не всех детей и часто приезжали по ночам. С фонариками они обходили спящих детей, отбирая подозрительных по внешнему виду, записывали их личный номер, а на утро заставляли приводить на проверку. Выявленных еврейских детей отправляли в гетто. Вместе с ними увозили тех, у кого были физические отклонения и недостатки. Периодически устраивались расовые чистки. Идентификация ребенка по национальному признаку всегда затруднена, единственным бесспорным свидетельством являлись признаки обрезания у мальчиков. Всё остальное - волосы, конфигурация носа, цвет глаз, дефекты речи, специфический акцент, антропологические данные - были относительными. Иногда проверявшие ошибались. Дора и Сара Златкины, Борис Озерский, братья Семен и Роман Капланы - были признаны "не жидами", в то время, как Валя Кляшторная (белоруска) за её кучерявые волосы "юдой". Последнюю с трудом удалось отстоять воспитательнице Зинаиде Якубовской, которая заявила, что это дочь репрессированных большевиками родителей.

В Минске антропологическую экспертизу возглавляли сотрудники СД Ребигер и Кемпе. На их заседаниях обязательно присутствовали директора детских учреждений. Воспитатели учили детей, как вести себя, что можно говорить, а что нет. С уничтожением гетто в Полоцке несколько детей бежали из под расстрела и нашли приют в местном детском доме. Бургомистр Полоцка Дмитрий Петровский и переводчик Фридрих Безер (оба погибли осенью 1942 г.) предупредили директора детского дома Михаила Форинко о селекции, и еврейских детей заблаговременно распределили среди местных жителей, а позднее переправили в партизанскую зону и никто из них не погиб. По свидетельству директора дома сирот № 2 Минска Марии Бабич и заведующей детским приемником-распределителем Надежды Трубенок, инспектор Минской городской управы Александр Шеврук предупреждал их об изъятии еврейских детей и те успевали подготовиться. 16 апреля 1942 г. оккупационные власти приказали директорам детских домов о том, что все "жидовские дети" должны быть выделены под их личную ответственность и переведены в больницу гетто. Но из всего Минского округа лишь в детском доме Тростенец обнаружили двух евреев, хотя их было значительно больше. Дети были так осторожны, что даже через полтора месяца после освобождения Минска в 1944 г. в разговоре с посторонними на вопрос кто ты и как тебя зовут, отвечали с дрожью в голосе: "Верка Иванова" или "Сашка Петров". В первых числах июля 1944 г. Раков посетил Илья Эренбург в сопровождении майора Советской Армии. Дора Шейвехман, которую расспрашивал писатель, не решилась сообщить ему свое настоящее имя и национальность, настаивая на том, что она Даша Нестеренко, белоруска.

"Лилькой Петровой" называла себя Иля (Рахель) Аронова, 1938 г. р., которая 22 июня 1941 г. лежала в инфекционном отделении больницы Минска по ул.Кропоткина с диагнозом скарлатина. Её родителям, Израилю и Хаве Ароновым, врачи не отдали девочку на том основании, что война вот-вот кончится и незачем выписывать больного ребёнка. Вскоре детей эвакуировали и Иля потерялась. Спустя несколько месяцев она оказалась вместе с группой сверстников в м. Илья Молодечненской области в 75 км от Минска, где и провела всю войну. Дети болели тифом и чесоткой, их лечили подручными средствами - мазали дёгтем с головы до пят. Помощь Иле оказывала Анна Казимировна Веремей, которая подкармливала её, приносила одежду. При проверках девочку с характерной еврейской внешностью прятали. Летом 1942 г. Иля Аронова и её подруга Полина Визенфельд были свидетелями ликвидации местного гетто. После освобождения Белоруссии Рахель восстановила своё имя и фамилию в надежде найти родных, но поиски были тщетными. Израиль и Хава Ароновы искали дочь все годы в детских домах Средней Азии, Сибири и Урала, куда отправляли детей в эвакуацию и не предполагали, что девочка спаслась на оккупированной территории Западной Белоруссии. Все послевоенные годы Рахель, Хава и Израиль Ароновы жили в Минске, так и не подозревая о существовании друг друга. В 1991 г. Рахель с семьей репатриировалась в Израиль, а её родители в 1992 г. - в США. Круг замкнулся в 1996 г. снова в больнице, но на этот раз в Иерусалиме, в "Шаарей Цэдек", где работали дети Рахели и её двоюродного брата Марка Тайца - Светлана и Элла. Выяснив, что их родители бежали из Минска в 1941 г., они установили своё родство через 55 лет после войны.

В "русский" детдом отдали дочь подпольщицы Аси Пруслиной. Следы девочки затерялись, и мать безуспешно искала ее. Едва кончилась война, Пруслина добилась разрешения поехать в Германию искать дочь, но ни в одной оккупационной зоне девочку найти не могла. Пруслина выступила по Всесоюзному радио с требованием вернуть советских детей на родину. Случайно это выступление услышала дочь Зина, эвакуированная в Куйбышев.

Антисемитизм и дети

Еврейские дети в годы войны в полной мере ощутили на себе антисемитизм. Они не могли рационально объяснить его природу, ещё более непонятной стала резкая перемена в поведении части населения. Одни их бывшие знакомые и друзья согласились сотрудничать с оккупантами. Другие проявляли пассивность и безразличие. Далеко не все готовы были на риск, чтобы содействовать беглецам: укрыть на ночь, накормить, обогреть, указать дорогу в безопасном направлении. Прятать у себя было слишком опасно.

Лесник Иосиф Бабетский из д. Карбовщина Плещенницкого района Минской области осенью 1941 г. выдал немцам восемь евреев из м. Хатаевичи, среди которых было двое детей. Для того, чтобы наводчика не узнали, полицейские везли Бабетского скрытно, спрятав в телеге под подстилкой. За свой донос лесник получил 2 тыс. 400 рублей и лошадь. В селе Быковщина к родственникам приехала врач из Ветрено, которая сообщила, что в местном детском доме прячут евреев. После этого две семьи евреев расстреляли. В одной было четверо детей, а в другой - трое, включая грудного младенца. В последний момент удалось спрятать только Менделя Беленького, Геру Надель, Нину, Розу и Янкеля Меламедов в белорусском детском доме. В Брестском районе осенью 1941 г. из детского приюта в Доманичево нацисты вывезли 15 еврейских детей. Спастись удалось лишь одному. В январе 1942 г. директор детского дома-яслей № 1 Минска Петуховская отправила в гетто 12 детей, а через год выдала еще 30 детей.

После погрома 20 ноября 1941 г. дочь Этты Майзельс пришла в гетто и забрала младшего брата Вову, которого устроили в детский дом в Минске, как русского. Заведующая приютом выдала его в числе других 35 еврейских детей гестапо. В марте 1942 г. из Минска немцы вывезли 183 ребенка в Клецкий район, где у них брали кровь и т. д. Каковы были мотивы выдачи детей со стороны части местных жителей: корыстные? Антисемитизм? Выслужиться перед новой властью, завладеть еврейской собственностью, вселиться в их жилище, устранить свидетелей, свести старые счёты с их родителями? Получить обещанное нацистами материальное вознаграждение за выдачу евреев? Или опасение наказания со стороны оккупационных властей за укрывательство беглецов из гетто? Эта проблема ожидает своего специального изучения.

Детское сознание не самостоятельно по своей природе, оно отражает мир взрослых. Еврейские дети понимали, что их происхождение может стать причиной гибели. Дети неевреев, будучи свидетелями национальной травли, в определенных ситуациях проявляли своё негативное отношение. В Минске летом 1942 г. Толя Рубин (12 лет) выбрался за пределы гетто. На улице оказалось много русских подростков, которые увидели и начали кричать: "Жид, жид, пойди сюда! Дайзолото, а то убъём!" В другой раз от мальчика требовали произнести фразу: "На горе Арарат растет крупный виноград" и спустить штаны. Хая Рубенчик (9 лет) декламировала в 1942 г.: «Жыды, жыды черці, кабы вам памерці». Когда мать Хаи спросила, кто её научил этому, девочка ответила, что так за проволокой поют белорусские мальчики. Сора Шофман (С.Н. Русакова) вспоминает, что в Городке Витебской области с приходом немцев подростки бегали по улицам местечка и кричали: "Берите хлопцы хворостину, жида гоните в Палестину".

Иногда дети хотели самоутвердиться за счет слабых и запугивали "жидков". Веру Гильман из Кубличей в детском доме Витебска дети обзывали "жидовкой-Евой". Это ужасно действовало на девочку с выраженной семитской внешностью и выговором, несмотря на то, что по документам она числилась Верой Харашкевич. Девочка была свидетелем, как убили трех еврейских детей, когда их вывели в огород и расстреляли. Там был четырехлетний ребенок, который просился: "Дядя, я хочу жить, зачем вы меня убиваете?!" Каждый раз, когда появлялись немцы, Вере казалось, что пришли за ней. Лиля Гродайс (по документам Мая Жук) боялась нечаянно порезать палец или разбить коленку, тогда все поймут, что она еврейка - дети вокруг говорили, что у евреев кровь черная.

Иногда к подобным действиям приводила конкуренция за заработок. Последствия их могли быть неожиданными. Роман Левин из Бреста рассказывает, что чистил сапоги немецкому солдату, когда подошел белобрысый паренек-чистильщик чуть старше его и сказал: "Совет, юде!" Роман замер, а немец подозвал конкурента, назвал его доносчиком, схватил за нос, ударил ногой ниже спины и прогнал. После этого он отрезал кусок хлеба, намазал его маргарином с мармеладом и протянул Роману. Распознал солдат в нем еврея или нет, осталось невыясненным.

Мобилизовать силы и искать выход в безвыходной ситуации помогала жажда жизни, которая особенно обострена в детском возрасте. В Минском гетто Фриду Рейзман во время погрома прятали на фабрике игрушек. Недалеко от неё лежала мертвая женщина с откушенным носом - бегали крысы. Фрида тряслась от страха, но не закричала. Майя Радошковская во время резни спящих детей в детдоме гетто, спряталась в печке-галландке. Майя Крапина во время погрома пряталась на чердаке у соседей под толстым матрацем. Искавшие протыкали все подозрительные предметы штыками. Вонзили в матрац, у девочки остался шрам на спине, но она вытерпела и не закричала. Все трое выжили. Фрида Вольфовна Рейзман стала инженером-текстильщиком, Майя Исааковна Крапина - артисткой акробатического жанра, а Майя Аркадьевна Радошковская -инженером-экономистом. В Климовичах еврейская девочка в ходе акции подошла к "высокому" немцу и сказала, что она белоруска. Тот взял её за подбородок и стал пристально вглядываться. Она выдержала этот взгляд и не опустила глаза. Остальные евреи перестали молиться и ждали, чем всё кончится. "Иди", - сказал немец и никто из евреев её не выдал. Во время ликвидации гетто в Зембине Рема Асиновская-Ходасевич сказала переводчику, что у неё отец русский. Это подтвердили сначала местные жители, а потом и начальник полиции Зембина Давид Эгоф, немец из Поволжья, работавший до войны в школе учителем немецкого языка. Рему и её четырехлетнего брата отпустили, а мать и всех родных расстреляли. Ася Цейтлина (1929 г. р.) из Шклова после расстрела родителей осталась одна. Долгое время она пряталась по разным деревням, ночевала на сеновалах, а днем скиталась и просила поесть. Поскольку приютить ей боялись, в д. Староoбрящино она выдала себя за сироту из Минска и пошла в услужение в семью полицейского

В других случаях белорусские и русские дети выступали инициаторами спасения. Они делали это из обостренного чувства детского сострадания, или стремясь помочь своим знакомым, соседям и одноклассникам. Миша Столяр до войны учился в Минске в классе с мальчиком по фамилии Бат, который был отстающим. Семья Бат была неблагополучной, отец пил. Столяр помогал Бату, они подружились. До войны дети национальностью особо не интересовались. Бат не знал, что Миша еврей, а тот - что его товарищ немец. Когда в 1942 г. Столяр вышел тайно в "русский" район Минска, его окружила кампания подростков-хулиганов, стала требовать золото и бить. И вдруг окрик: "А ну, разойдись!" Это был Бат, предводитель всей компании.

В Борисове десятилетняя Галя Захаревич накануне акции вывела из гетто своего племянника по отцу трехлетнего Юру. Зимой 1942 г. девятилетняя Майя Смелькинсон из гетто Минска пришла просить милостыню в дом по Борисовскому переулку. Она была в лохмотьях, истощена, в чириях, с отмороженными руками и ногами. Её внешний вид поразил Катю и Ваню Бовт, которые упросили родителей оставить девочку под видом их двоюродной сестры. Однако из-за боязни соседей, они отказались от этой мысли. Майя вынуждена была вернуться в гетто, а Ваня время от времени тайно перелезал через проволоку гетто и приносил ей продукты. 2 марта 1942 г. нацисты ликвидировали еврейский детский дом в гетто Минска на ул. Заславской. Здоровых детей увезли в душегубках, а 67 больных зарезали прямо в кроватях. Майя спряталась в печке и оказалась единственным ребенком, которому посчастливилось уцелеть, а через некоторое время пришла к Бовтам. Два месяца Ваня тайком от родителей прятал Майю в яме на огороде, приносил еду, а затем помог выбраться из города. После освобождения Майя снова пришла к Бовтам и те устроили её в детский дом № 4 Минска. Кроме Майи Смелькинсон семья Бовтов спасла ещё двух еврейских девочек - Милу и Лизу Цоглиных45

Нина Цейтлина, Инна Липович до войны учились в третьем классе 11-й русской школы Минска вместе с белоруской Раей Семашко. Два года родители Раи прятали девочек во время погромов в своём погребе. За месяц до окончательной ликвидации гетто в сентябре 1943 г., отец Раи, Кирилл Никитович, оформил через Минскую городскую управу перевод Липович в русский детдом № 7 по Красивому переулку. Цейтлину, еврейская внешность которой не вызывала сомнений, он отвел к партизанам. Раю Щербакову из Сиротино вывел в партизанский отряд в Казьянах её соученик, где они были всю войну.46

Дети от смешанных браков

Гибель грозила "полукровкам" - потомкам от смешанных браков евреев и неевреев, выдачи которых требовали нацисты. 1 июля 1941 г. из Боровской волостной управы сообщали в Минск, что в д. Банцеровщина Минского района проживает вдова Вера Закревская, белоруска, которая до войны была в браке с евреем. Вместе с ней находились сыновья Виля и Леонид, 1939 и 1941 г. р. После ликвидации гетто в Узде в октябре 1941 г. (1740 чел.) в живых остался только 12-летний Эдик Уэльский, рожденный от матери-еврейки и отца-белоруса. Отцу удалось буквально вырвать сына из рук карателей в тот момент, когда он раздетый лежал на краю рва и ждал своей участи.47 В 1942 г. из волостной управы Тростина докладывали об аресте заместителя председателя управы А.В. Калюженина на том основании, что его жена еврейка, которая жила по подложным документам, как белоруска. Вместе с супругами Калюжениными были арестованы и их дети.48 В Минске по Зеленому переулку в д. 19 жили две семьи, евреи и татары. Татарин Шура Александрович работал в строительном управлении, был "начальником", его возили на "эмке". С началом войны Шуру призвали в Красную Армию, а дома осталась жена Ривка с двумя маленькими дочками. При образовании гетто она обратилась к сестре мужа Софье взять племянниц, похожих на татарок с узким разрезом глаз к себе, но та отказалась. Все погибли в гетто. Шура, вернувшись с фронта, не простил сестре гибели детей и Ривки, навсегда порвав с ней отношения.49 Жена-еврейка писателя Михася Лынькова в годы оккупации пряталась у родителей мужа в деревне с сыном Мариком, которые были выданы немцам местными жителями.50

Несмотря на угрозы, белорусы спасали еврейских детей и полукровок. В августе 1941 г. полицейский Кухтин из Невеля хотел арестовать русскую женщину в д. Топоры, которая была замужем за евреем, и стал решать вопрос о её сыне, который плакал не переставая. Кухтин спрашивал ребенка: "Ты чей, батькин или мамкин?", что само по себе было абсурдным. Ребенок плакал и не отвечал. Тогда полицейский сказал: "Ну, раз ты мамкин, ничего от вас не возьму" и ушел. В Лукомле во время ликвидации гетто местные жители уговорили освободить девочку-полукровку, отец которой, еврей, был на фронте. Она уже находилась в колонне обречённых на руках у бабушки-еврейки. Белорусы начали просить отдать ребенка, как внучку уважаемого в местечке врача Ивана Ружинского и полицейские уступили.51 В ноябре 1941 г. во время ликвидации гетто в Паричах местные жители стали кричать, что двенадцатилетний Боря Горелик русский. Его бабушка, Муся Паперно, вытолкнула мальчика из колонны, который убежал в лес и остался жив. В то же время в Борисове в 1942 г. Женю, Лёню и Инну Самцевичи, детей 13, 11 и 7 лет, которых скрывали родственники отца-белоруса, по доносу арестовали, доставили в тюрьму и расстреляли.52

В Орше немцы расстреливали детей от смешанных браков и жен евреев. У Моти (Матвея) Певзнера отец, Рафаил Яковлевич, был еврей, а мать, Анна Савельевна, белоруска. В феврале 1942 г. к ним пришли из полиции и хотели забрать мальчика с сестрой Тамарой. Мать ответила, что позовет их, а на самом деле спрятала детей у соседей Кислущенко. Не дождавшись, полицейские увели бабушку Ефросинью Кузьминичну. Ночью детей переправили в д. Антавиль Оршанского района к родственникам. Через сутки, перевели на новое место в д. Юрцево, а оттуда через три дня в д. Большое Бабино к родственнице Аксинье. Там жили несколько месяцев, пока об их пребывании не стало известно соседям. Тогда ночью они втроем с мамой ушли в д. Андреевщину. Однако и там больше месяца задержаться Певзнерам не удалось и пришлось возвращаться в Оршу. Анна за взятку поменяла свой паспорт, изменив фамилию на девичью - Гришан, но это не помогло и весной 1944 г. женщину забрали в СД. Мотя и Тамара скрывались в огороде у соседей Кулаковских, но вскоре их нашли и отвели в тюрьму. В камере находились уже трое детей Раубаль, у которых мать была еврейка; Долженковы - мать и трое детей (отец еврей), ещё двоих детей-полукровок привели из м. Смоляны. Анну Певзнер-Гришан и Ольгу Силицкую постоянно вызывали на допросы и избивали, но через месяц Певзнеров выпустили. До июля 1944 г. они прятались в землянке у Евдокии Хитровой.53

Отец Полины Марцинкевич, Борис, был белорусом, а мать Мэри Виткина - еврейка. Сразу после объявления собраться всем евреям на ул. Энгельса, Мэра ушла из Орши, пряталась в д. Темный Лес Горецкого района, а потом нашла к партизан. Её дети - Полина, братья Юра и Борис остались у бабушки по отцу Марии Лукиничны, в метриках все они были записаны белорусами. Арестовали их в декабре 1942 г. и привели в тюрьму, где уже было собрано около 50 человек - женщин с детьми. Брат Борис во время прогулки убегал к бабушке и соседям, которые давали ему полную сумку еды, после чего мальчик просился у охранника: "Дяденька, пустите, я ваш". Затем всех троих отправили на поезде в концентрационный лагерь в Ново-Борисов, а остальных расстреляли. Спасли детей белорусские метрики.54

В Климовичах в апреле 1943 г. в тюрьме собрали русских и белорусских матерей с детьми от смешанных браков. Единственным способом спасти ребенка, было необходимо доказать, что он не от мужа-еврея. Нацисты требовали подписи 20 свидетелей. У комсомольца Берлинского жена была русская и двое детей: девочка 7 лет, вылитая мать, и мальчик 6 лет, похожий на отца. Подписи собрали, что дети не от него, но это не помогло. Мальчика все равно забрали, а девочку - нет. Одну из двух дочерей еврея Бориса Чемоданова (Галину, светлую, похожая на мать), белорусские родственники уговорили полицейского Агеева признать своим ребенком, а Тамара, похожая на Бориса, черненькая, погибла. Раю Школьникову удочерил полицейский Ефимов. Нина Винокурова спаслась, выдав себя за русскую, и была отправлена на работу в Германию, оказалась в американской зоне оккупации, вышла замуж за военного и уехала в Америку.55

Поведение нееврейских супругов

Большинство супругов спасали своих жён и мужей-евреев. В Минске с приходом немцев бухгалтер Кастусь Гержидович прятал жену Софью в погребе и сарае. Получить паспорт немецкого образца в городской управе не удалось. Софью выдала соседка Мария Хролович, которая привела полицию и кричала на всю улицу:" Вот она, жидовка. Её муж прячет от гетто. Заберите их обоих!" Кастусь вытравил хлоркой в домовой книге и свидетельстве о браке слово "еврейка" и вписал "украинка". В городской полиции на ул. Интернациональная он убедил дежурного, что Софью били и поэтому она на себя наговорила. После этого женщину скрывала семья Петрукевичей, жившая по Каменному переулку в Минске, затем сестра Кастуся Мария с мужем Иосифом Кирвелем, главным инженером Минской телефонной станции. Зимой 1942 г. Кастусь увел Софью в д.Вынисцы под Слуцком в дом случайной знакомой Ядвиги Скурской, которой заплатил за услугу деньгами и продуктами.56 Ревекка Якубович из Полоцка с началом войны оказалась в оккупированном Борисове. Женщину заподозрили в еврейском происхождении и арестовали. Её мужа Ивана Михайлова подвергали издевательствам, добиваясь признания, но тот проявил стойкость, что сохранило жизнь Ревекке.57

Выправил документы жене Саре и Василий Утевский. Будучи военнослужащим Красной Армии, он попал в окружение, пришел домой и устроился работать бухгалтером в городской управе. Жена к тому времени уже была заключено в гетто м. Осиповичи. Используя свое служебное положение, Василий изменил национальность супруги, сделав её из Сары Александрой. Три года Утевские жили под страхом разоблачения. Когда Осиповичи освободили, к Саре-Александре подошел советский офицер и спросил, не еврейка ли она, но женщина продолжала утверждать, что она русская. "Не волнуйся", - ответил офицер, - "я тоже еврей". В Борисове Иван Михайлов скрыл еврейское происхождение супруги Ревекки Якубович и освободил её из тюрьмы; Александр Евдокимчик спас жену Песю, Максим Русецкий - жену Злату, житель д. Черневичи Борисовского района Федор Мазуркевич - жену Гуту.58

В то же время были и обратные примеры. В Борисове врача Ревекку Эдель, которую пытался спасти русский муж, выдали соседи, а работавшую в больнице под чужим именем хирурга Анну Татарскаую - расстреляли по доносу пациента. Инженер Алексей Разин просил милости у немецкого коменданта за жену-еврейку и двух малолетних детей, но в ответ всех троих расстреляли.59 В Юровичах Калинковичского района Василий Прищепа женился на "белошвейке" Симе, у которой уже была дочь от первого брака. У них родилась двойня, красивые и здоровые девочки. С приходом немцев, Прищепа пошёл служить в полицию, а когда местное гетто ликвидировали, укрыл жену и детей, но взамен стал склонять падчерицу к сожительству. Когда Сима возмутилась, он вывел её вместе падчерицей из убежища и застрелил их. Потом напился, прибежал домой, схватил собственных детей и закричал: "За мной идите, жиденята и вас прикончу!" Мать Василия, Акулина, спасла внучек. Тела Симы и её дочери Василий похоронил только под угрозами односельчан. После освобождения Прищепу судили и дали срок, умер он в Мозырской тюрьме, где его, по некоторым сведениям, убили сами заключенные. Фрейдл Нисман вышла замуж за белоруса Ивана Менца (Паричи), у которых было двое маленьких детей. Иван стал полицейским и, чтобы доказать свою преданность новым властям, убил жену и детей. После войны его судили, и он повесился в тюрьме. Сару Афанасьеву и её мужа война застала в Бресте, куда они приехали по распределению после окончания вуза в Ленинграде. Молодые супруги попытались выбраться из города и попасть на свою родину в Гомель. Отъехав 20 км от Пинска, муж Сары заявил, что больше не может с ней жить на том основании, что она еврейка, а он из славян. Забрав документы, он бросил молодую женщину с двухмесячным ребенком на руках. Учительница из д. Давыдовка Мирьям Паперно вышла замуж за белоруса, который ушел на фронт летом 1941 г. Мирьям жила у свекрови, которая донесла на невестку в полицию. Женщину и двух маленьких детей расстреляли. Муж, вернувшись с фронта, узнал о трагедии и убил свою мать.60

Соня Думская из Минска вышла замуж за Бориса-штукатура, русского. Родители возмущались её выбором. она была грамотная, с образованием, а он - простой рабочий. Но любовь взяла своё, родители смирились, приютили, дали комнату в своем доме. У них родился сын. С началом войны Борис с сыном перебрались в русский район, а жена осталась в гетто. Родители Сони отдали ему лучшие вещи в надежде, что он обменяет их на продукты, но Борис о родственниках-евреях больше не вспоминал. Все Думские (престарелые родители, их четыре сына и дочь) погибли за исключением одного брата, который вовремя ушел к партизанам. Штукатур стал предателем, указывал, где живут евреи, у которых можно поживиться, сам грабил и убивал. Когда сын Бориса вырос и узнал историю отца, он отказался от него.61

Нееврейские матери вели себя по-разному. О том, что у Татьяны Немкиной муж еврей, знали все. Она просила полицейского Гомолко спасти её детей, говорила: "Чем дети виноваты?" Гомолко ответил: "Нет, на развод мы жидов не оставляем, их всех надо уничтожить и вас в том числе". По свидетельству Галины Гвоздеровой, одна из деревенских женщин сама принесла ребенка в полицию, сказав, что он от еврея и ей не нужен. За это её не отправили на принудительные работы в Германию. У Анны Барановой один ребёнок был от русского мужа, а другой - от еврея. Когда его забирали, она сказала: "Нет! Кто их рожал? Я рожала. Они умрут и я с ними". Забрали и расстреляли всех троих.62

Отличие статуса детей евреев от неевреев

Еврейские дети не были единственными жертвами нацистского геноцида. Часть их сверстников из белорусов, русских, украинцев и поляков разделила эту участь. Для проведения акций привлекали карателей из Литвы, Латвии, Эстонии и Украины.63 Убийства детей отличались особой жестокостью, чему сохранилось достаточно свидетельств. Детей закапывали живыми, убивали на глаза у матерей, подбрасывали в воздух и стреляли на поражение, кололи штыками, травили собаками, бросали живыми в огонь и т. д. В марте 1944 г. войска 65-й армии первого Белорусского фронта освободили из Озаричских концентрационных лагерей 33 тыс. 480 чел., включая 15 тыс. 960 детей в возрасте до 13 лет. Обессилевших и больных солдаты выносили на носилках и руках, вывозили на санях. Выжить удалось не всем, часть из них умерла в госпиталях, а часть - вернувшись домой.64

Вместе с тем, с разрешения оккупационных властей, для нужд местного населения были открыты школы и культурно-просветительные учреждения, театры, кинозалы, музеи, выставки, библиотеки и даже цирк. Непременным условием их работы была изоляция евреев. 10 сентября 1941 г. Вильгельм Кубе, вступивший в должность гауляйтера Белоруссии, издал директиву о "культурном возрождении края", в соответствии с которой, все дети от 7 до 14 лет, за исключением еврейских, должны были пойти в школу. Через год после начала войны под контролем немецкой гражданской администрации действовали учебные округа: Минске, Барановичах, Борисове, Вилейке, Ганцевичах, Глубоком, Лиде, Новогрудке, Слуцке и Слониме.65 В конце 1942 г. в Белоруссии функционировали 3485 школ и прогимназий, в которых обучалось 346 тыс. учащихся и преподавали 9716 учителей.66 В дополнение к ним действовали белорусские школы в государствах Балтии и на Украине. В одной Литве в годы войны работало 350 белорусских народных школ, гимназий и учительская семинария в Вильно. Общеобразовательную школу дополняли профессионально-технические и средние специальные учебные заведения. В Барановичах приступили к работе медицинская, дорожная и административно-торговая школы, художественная школа по живописи и резьбе по дереву. В Городее открыли школу портных, в Ляховичах, Новогрудке, Кошелеве, Козловщине, Косове - ремесленные школы с отделениями по 11 специальностям. В Радошковичах началось обучение в лесной школе, земледельческие школы открылись в Мяделе и Вязыни. В Кривичах - торфомелиоративные курсы, в Марьиной Горке сельскохозяйственная школа, а в Горках - сельскохозяйственное училище. В Сморгони действовала торговая школа, в Бобруйске - музыкальная. В Молодечно открылась учительская семинария, а в Могилеве планировалось организовать медицинский институт. Главный школьный инспекторат начал издавать журнал Белорусская школа в двух сериях для учащихся и учителей. В Берлине печатались учебники, пособия и методическая литература. Для повышения профессионального уровня педагогов белорусских школ на оккупированной территории проводились районные и городские конференции, курсы и семинары. Районные учительские конференции работали в Молодечно (130 чел.), шестимесячные курсы для учителей Барановичей, Глубокого, Несвижа и Новогрудка (335 чел.). Учительские конференции проходили Бегомле, Василишках, Желудке, Ивье, Лиде, Щучине, Юратишках. В Слуцке действовали волостные объединения учителей, которые собирались два раза в месяц и т. д.67

Нацисты никогда не убивали белорусов и их детей только на том основании, что они были белорусами. В планах ариизации Белоруссии предполагалось высвобождение большей части её территории для немецкой колонизации. Коренное население должно было быть на 25% онемечено и на 75% депортировано в другие области Советского Союза, служить рабочей силой для нужд Третьего рейха. На принудительные работы в Германию в годы войны было вывезено 380 тыс. белорусов, включая 24 тыс. детей. После освобождения в Белоруссию вернулось только 120 тыс. чел. На Нюрнбергском процессе бы обнародован меморандум от 12 мая 1944 г., в котором утверждалось, что вывоз в Германию тысяч детей и подростков в возрасте от 10 до 14 лет имел целью предотвратить усиление военной мощи врага и сократить его биологический потенциал на будущее.68

В то же время, практика геноцида в отношении белорусов применялась, главным образом, как превентивная мера для устрашения или ответная реакция на действия партизан. При этом уничтожение проводилось с такой же жестокостью и последовательностью, как и против евреев. За время оккупации в республике было уничтожено 9200 населенных пунктов, из которых 5295 вместе со всеми жителями или их частью. Общие потери населения составили от 2 млн. 500 тыс. чел.69 до 3 млн. чел.70 Сколько среди них было детей? Выяснить это чрезвычайно сложно. Документы и материалы, свидетельские показания, собранные в 1943-1945 гг. Чрезвычайной государственной комиссией (ЧГК СССР) позволяют представить только примерную картину этого преступления.

Количество жертв среди детей

Количество погибших устанавливали сразу после освобождения населенного пункта, района или области. Для этого составляли поименные списки жертв с указанием возраста, пола, профессии и места жительства. По ряду причин эти сведения не могли быть полными. Евреев часто перемещали из одного гетто или концлагеря в другой. Из окрестных деревень их собирали в гетто районных городов и наиболее крупных местечек, а когда были проведены акции, то местные жители могли назвать далеко не все имена и фамилии. В лучшем случае удавалось установить приблизительное количество погибших. Примером может служить гетто Сморгони, куда немцы согнали 3280 евреев из близлежащих деревень. Заключенных заставляли работать, морили голодом, медицинской помощи не оказывали, заболевших тифом и дизентерией, расстреливали. Однако массовой акции в Сморгони не проводили. В декабре 1941 г. узников вывезли в Ошмяны, а потом в сторону Вильно.71 Среди них были дети Фишель Кустин, Наум и Захария Ароцкие, Яша Меликовский, Копель Рапопорт, Иосиф Карпель. Сначала их отправили в концлагерь Жижморы, затем гетто Каунаса и гейнфангенлагерь Каунаса, а дальше - в лагерь г. Козлов-Руда (Литва). Как сложилась судьба остальных евреев Сморгони неизвестно, но очевидно, что большинство из них погибли в разных местах Белоруссии, Литвы, Латвии и Германии. В родной город после войны вернулись единицы.72 Некоторое представление о масштабах людских потерь среди мирного населения в Белоруссии, по данным ЧГК СССР дает следующая таблица:

Таблица

Количество жертв среди мирного населения по 10 областям БССР за 1941-1944 гг.

Наименование области

Всего погибло

женщин

детей

детей в %

Минская

418 899

12 483

8413

2,0

Барановичская

181 011

47 762

1169

8,1

Бобруйская

26 134

9851

6613

25,3

Витебская,

18095

6698

3217

17,8

Гродненская

111 108

8769

2796

2,5

Могилевская

16 352

6090

2826

17,2

Молодечненская

32837

8754

3569

11,0

Полесская

40 900

12748

7746

18,9

Полоцкая

105 211

15296

6223

5,9

Пинская

53 501

15073

13825

25,8

Итого

1 004 048

143 524

56 397

5,6

(Таблица составлена автором по материалам ЧГК СССР, копии которых находятся на хранении в Архиве мемориального Института Яд Вашем в Иерусалиме: М-33/428, 453, 455, 704, 1135-1149, 1150, 1159, 1178).

По административно территориальному делению на сентябрь 1944 г. Белорусская ССР состояла из двенадцати областей: Барановичская, Бобруйская, Брестская, Гомельская, Гродненская, Витебская, Минская, Молодечненская, Могилевская, Пинская, Полесская, Полоцкая. Данные таблицы приведены по десяти из них, за исключением Брестской и Гомельской. Однако эти сведения не могут считаться полными. Например, в Бобруйске и Бобруйском районе по данным ЧГК в 1945 г. было указано общее количество погибших 439 чел. всех национальностей, в то время как по данным Ицхака Арада только евреев в г. Бобруйске погибло 5281 чел.73 В Барановичах, по данным ЧГК, погибло 52тыс. 510 чел. всех национальностей, но количество женщин и детей не названо. В Минске из 325 тыс. 837 погибших говорилось только о 494 женщинах и 408 детях (0,13% детей). В Борисове - из 23 тыс. 598 чел. погибших упоминаются всего 245 женщин и 63 детях (0,3% детей); в Червенском районе из 6.321 погибших - 142 женщины и 82 ребенка (1,3%) и т. д. В Гродненской области нет сведений о количестве погибших детей по Берестовицкому, Гродненскому, Зельвинскому, Лидскому и Скидельскому районам. В то же время, к общему итогу уничтоженного населения в этой области (111 тыс. 108 чел.), согласно отчета уездного комиссара фон Плетца, следует прибавить ещё 43 тыс. 999 чел. Однако, сведений о женщинах и детях в отчете не приводилось. Следовательно, общий процент детей, погибших на оккупированной территории Белоруссии, в сводном отчете ЧГК СССР значительно занижен.

Более точную картину преступления нацистов дают районные отчеты ЧГК. В Минской области наибольшее количество детей было убито в Бегомльском районе - 45% всех жертв, в Плещеническом - 26,8%, в Смолевичском -25,7%, в Березинском - 21,1%. В Барановичской области - соответственно в Любчанском, Ивенецком, Городищенском районах (38,4%, 25,4%, 24%); в Бобруйской области - в Паричском, Осиповичском, Старобинском районах (34,1%, 30,6%, 28,7%). В Витебской области - в Городокском и Лепельском районах (34%, 19,6%); в Полесской области - в Туровском, Хойникском и Василевичском районах (36,7%, 35,9%, 29,6%); в Могилевской - в Хотимском, Дрибинском, Круглянском районах (33%, 27,9%, 20,8%); в Молодечненской - в Ильянском, Ивьевском, Кривичском районах (24,9%, 23,9%, 17,6%).74 Сколько среди них оказалось еврейских детей не выяснено, но можно предположить, что их количество составляет не менее 50% от общего количества жертв среди детей.

Влияние Катастрофы на судьбы детей

Эхо Катастрофы давало себя знать после войны. Годы оккупации навсегда оставили след в сознании детей. С течением времени, восприятие Катастрофы было всё более болезненным. Психическая травма, полученная в детстве, обострялась. Никто из них не мог освободиться от переживаний прошлого. Годы голода и перенесенных болезней, эмоционального перенапряжения, утрата родителей и близких становились причиной преждевременной потери жизненных сил, нервного расстройства и депрессии. Даже в тех случаях, когда люди не были непосредственно на оккупированной территории, порой, трагически отражалось на их судьбе. Хася Ханина (Вайнблат) в 1946 г., будучи на восьмом месяце беременности, узнала подробности гибели евреев в родном Турове. Во время акции детей вырывали у матерей и бросали в колодец. Хася преждевременно родила мальчика, красивого, умного, но с врожденным пороком сердца. И похоронила его в 1967 г. в 11-летнем возрасте.75

Несмотря на это, некоторые малолетние свидетели Катастрофы через некоторое время нашли в себе силы возглавить антифашистские организации, общества бывших узников гетто и концлагерей. Другие попытались выразить свои переживания в виде мемуаров, публицистических очерков, выступлений, лекций, кинофильмов. Писатель Леонид Коваль из Бобруйска предлагает создать "Антологию Холокоста", широкое международное издание, включающее в себя наиболее ценные свидетельства. В Израиле (Ашкелон) Анна Кремянская стала секретарем творческой группы по подготовке сборника "Еврейские дети в борьбе с нацизмом".76

Яков Липский и Михаил Трейстер из Минского гетто стали организаторами и руководителями Белорусской ассоциации евреев - узников гетто и нацистских концлагерей. Роман Левин из Брестского гетто написал сценарий, по которому в России сняли документальный фильм о жизни и гибели гетто, а во Франции вышла его книга.77 Фрида Рейзман стала руководителем благотворительного объединения "Гилф", Мая Крапина - начальником отдела гуманитарной помощи "Хэсэд Рахамим", а Михаил Новодворский - координатором Еврейского благотворительного фонда. Все трое были в числе сорока еврейских детей из Минского гетто, которых спасали в д. Поречье Пуховичского района.78

Необычной оказалась судьба Яши Этингера, который родился в 1929 г. семье профессора медицины Лазаря Ситермана. В годы войны оказался в Минском гетто, где пробыл 10 месяцев. Его спасла Мария Петровна Харецкая, которая долгие годы была в их семье няней. В 1944 г. советские войска освободили город, и Яков уехал в Москву. Его приемным отцом стал профессор-кардиолог Яков Этингер, которого в 1950 г. арестовали в связи с "делом врачей". Якова и его приемную мать приговорили к 10 годам заключения. Юноша пробыл в лагере более четырех лет. После смерти Сталина его реабилитировали, он закончил исторический факультет Московского государственного университета и поступил на работу в Институт мировой экономики и международных отношений. В 1988 г. Яков Этингер стал одним из создателей общества "Мемориал", опубликовал десятки статей о фашизме и антисемитизме, сейчас является членом Совета Московской ассоциации узников гетто и фашистских концлагерей.79

Вывод

Таким образом, судьба еврейских детей на оккупированной территории является неотъемлемой частью истории Катастрофы, имеет свои особенности и специфику. Дети, в отличии от взрослых, оказались в наиболее бедственном положении. Отсутствие жизненного опыта и накопленных связей, специальности, наконец, физических сил делали их беззащитными, уменьшали шансы на выживание. Они погибали первыми. В то же время, дети обладали несомненными преимуществами перед взрослыми. Еврейская внешность у многих в детском возрасте была менее выражена, что в критической ситуации часто оказывалось решающим обстоятельством. Им легче было притупить бдительность неприятеля, выдать себя за нищих и побирушек. Война заставила всех быстро повзрослеть. Примеры того, как нацисты и их соучастники из местного населения поступали с родителями, родными и знакомыми заставили быстро понять опасность своего еврейского происхождения. Дети скорее приспосабливались к обстоятельствам и острее реагировали на перемену конкретной ситуации. В момент опасности им было легче спрятаться, а недостаток жизненного опыта лишал парализующего страха. Стремление к выживанию у детей было зачастую гораздо выше, чем у взрослых. Навыки поведения, которые они усваивали из окружающей жизни, оказывались более действенными. Не случайно партизаны часто использовали детей в качестве проводников, разведчиков, связных, проникавших в гетто и выводивших в лес взрослых. После окончания войны они легче приспособились к новой жизни. Вступив в пору зрелости, они нашли в себе силы учиться, обзавестись семьями, родить детей. Опыт изучения положения детей на оккупированной территории должен быть продолжен, что значительно обогатит историю Катастрофы.

Примечания

1. Примером могу служить: Никогда не забудем. Рассказы белорусских ребят о днях Великой Отечественной войны (Минск, 1965); Всегда готовы, (Кишинев, 1972); Я. Давидзон. Орлята партизанских лесов (Киев, 1979): Н. Родичев. Подростки (Москва, 1984); Э. Максимова. Дети военной поры. Политиздат (Москва, 1988).

2. Никогда больше (Санкт-Петербург, 1993);. Левин, Р. Мальчик из гетто, Российская библиотека Холокоста (Москва, 1996); Хедва Фридбойм. То, что помню (Ярославль, 1997); С. Марголина. Остаться жить (Минск, 1997); Р.Рыжик. Спаси и помилуй (Витебск, 1997);

3. Irena Grudzinska-Gross (ed.), War Through Children's Eyes // Hoover Institute Press (Stanford, 1981); Израиль Сегель. Лесной скиталец (Тель-Авив, 1994), Marie Brandstetter. Mania's Angel: My Life Story (Burlingam, California, 1995); Абрам Рубенчик. Правда о Минском гетто (Тель-Авив, 1999).

4. Theresa Campbell. A Review of Multicultural Literature for Children Focusing on Racial Oppression of Jewish People and the Holocaust (New York, 1997); Anita Lobel, No Pretty Pictures: A Child of War, Greenwillow Books (New York, 1998); Claire Rudin, Children's Book About Holocaust: A Selected Annotated Bibliography (Bayside, NY, 1998); Tamar Fox, Inherited Memories: Israeli Children of Holocaust Survivors, Cassell (Washington, D.C., 1998); Judith Kestenberg, Charlotte Kahn (eds), Children Surviving Persecution: An International Study of Trauma and Healing. Westport, CT: Praeger, 1998; Ted Gottfried, The Holocaust Children. Springfield, NJ: Enslow, 1998.

5. Преступления немецко-фашистских оккупантов в Белоруссии, 1941-1944 гг., Сборник материалов и документов (Минск, 1963); Нацистская политика геноцида и выжженной земли в Белоруссии, 1941-1944 гг. Документы и материалы (Минск, 1984); М.Я. Савоняко. Немецко-фашистские лагеря на территории Белоруссии в годы Великой Отечественной войны, 1941-1944 гг. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук (Минск, 1993 г.)

Давайте поговорим о деньгах, а точнее – рассмотрим самые интересные факты о деньгах. Ведь эти бумажные купюры или металлические монетки у разных людей вызывают разные эмоции. Радость, гордость, спокойствие, зависть и даже разочарование. И, в то же время, мало у кого они вызывают безразличие. Какие же необычные и удивительные сведения существуют о деньгах?

1. «Копейка» берет свои истоки со времен правления Ивана Грозного. Именно он приказал чеканить «деньги копейные» со своим изображением.
2. В разные времена в виде денег использовались разные предметы, которые представляли ценность для людей той или иной эпохи. Это были и плитки чая, и какао-бобы, и сушеная рыба, и удобрение, и камни.

3. Деньгами, изготовленными из пластика, сегодня пользуются жители Австралии и некоторых стран Южного полушария Земли.
4. Самая тяжелая золотая монета была выпущена в Китае. Ее вес составлял 5 килограммов.

5. Самая тяжелая серебряная монета была выпущена в России в 1999 году. Ее вес – 3 килограмма.
6. В Канаде было выпущено 25 000 уникальных монет, на одной стороне которых изображены динозавры. В темноте светился их скелет. К сожалению, в оборот такие деньги не попали.

7. Чтобы на новой купюре образовалась характерная потертость на изгибе, нужно сложить ее 4 тысячи раз.
8. Для проведения крупных банковских операций в Англии существует купюра достоинством в 1 миллион фунтов стерлингов.

9. Самая распространенная валюта в мире – франк. Ее используют в 34 странах.
10. Самые популярные долларовые купюры в США – 1 и 20 долларов. А в мире более распространенные 100-долларовые купюры.

11. Самые первые деньги в бумажном виде появились в Китае в 812 году.
12. Интересные факты о деньгах позволяют углубиться в историю развития человечества. Значок «$» был придуман в 1788 году Оливером Поллоком.

13. В Соединенных Штатах Америки закон запрещает изображать на деньгах живых людей.
14. Александр Македонский считается первым правителем, который приказал чеканить монеты со своим изображением.

15. Самая тяжелая монета прошлого была в XVIII веке в Швеции. Весила она 19 килограммов.
16. Названия многих денежных единиц происходят от мер веса. Стерлингами в прошлом называли серебряные монеты, а 240 таких монет составляли по весу один фунт. Отсюда – и фунт стерлингов Великой Британии. Лира является эквивалентом фунта. Марка (чуть легче фунта) также использовалась для определения веса серебра.
17. Первыми купюрами в Канаде выступали игральные карты.

18. Первый банкомат появился в 1939 году.
19. Древнегреческая декадрахма – самая дорогая монета в мире. На аукционе в Цюрихе она была продана за 314 тысяч долларов.

20. До середины XX века в некоторых странах Африки люди использовали скот в качестве денежной единицы.
21. В середине XX в Бельгии в обороте были монеты с рекламным текстом.
22. Бронзовые монеты Древнего Китая отливались в виде орудий труда людей.

23. В XVI веке в Венеции была распространена монета с очень интересным названием – «газета».
24. До 1826 года в обороте были деньги, сделанные из кожи тюленя. Сегодня даже одна такая антикварная монетка стоит столько же, как и кусочек золота такого же веса.

25. Наверное, монетки собирают все дети мира. Как правило, потом они тратятся на любимые лакомства и игрушки. А вот в Японии с монет, собранных детьми, были вылиты колокола мира. Один из них был установлен в Нью-Йорке.
26. Есть сведения, что в Доминиканской республике деньги до сих пор используют в качестве гирь для взвешивания. Для простоты и удобства на 10-центовой монетке вычеканено обозначение «10 грамм».

САМАЯ ДОРОГАЯ МОНЕТА В МИРЕ!

Самая дорогая монета в мире, раритет, американский серебряный доллар "Распущенные Волосы". Монета была отчеканена в Америке, монетный двор штата Филадельфии, в 1794 году. Это монета была продана на аукционе и считается самой дорогой монетой во всем мире. Ее цена, по которой она была продана на торгах составляет рекордную сумму 7 850 000 долларов. Всего было выпущено в 1794 году всего 2000 монет и 242 из которых из-за очень плохого качества чеканки были сразу же переплавлены. Монета серебряный доллар "Распущенные Волосы" по праву возглавляет рейтинг самых дорогих монет в истории. Это абсолютный рекорд по продаже монет с аукциона. Она является недосягаемой мечтой каждого коллекционера нумизмата, правда о такой монете в коллекции можно даже не мечтать. Кстати говоря, одна из пятнадцати долларовых монет с изображением Свободы с распущенными волосами, выпущенных ограниченной партией в 1804 году, в 2008 году была продана за $3 725 000, так что монета 1794 года — не первая заявка в список наиболее ценных монет истории по итогам аукционов последних лет. Этот восхитительный доллар по праву носит имя: САМАЯ ДОРОГАЯ МОНЕТА В МИРЕ!

Источник: http://fishki.net/

В шведской группе ABBA есть только один нешведский участник – это Анни-Фрид Лингстад темноволосая красотка, чей голос вам наверняка знаком по хитам «Money, money, money» и «Super Trouper». Жизнь у девушки складывалась очень непросто, и сегодня я предлагаю вам узнать о её нелегкой судьбе и окружавших её мужчинах.

Анни-Фрид Лингстад (Anni-Frid Lyngstad) родилась 15 ноября 1945 года в небольшом городке Нарвик в Норвегии. Мамой девочки была 19-летняя Сюнни Лингстад, а отцом – немецкий военный Альфред Хаазе, которого ждала его семья в Германии. Когда немецкие войска отступили, Альфред так и не узнал, что его возлюбленная осталась беременной. Не узнал он и о рождении внебрачной дочери. Лишь спустя 32 года, в 1977 году журнал «Bravo» нашел отца знаменитой певицы, с которым у Анни-Фрид так и не сложились отношения.

Все время соотечественники Сюнни подсмеивались над ее незаконным ребенком, поэтому женщина решила отправить дочку в Швецию к бабушке. Спустя несколько месяцев после этого Сюнни умерла от почечной недостаточности. Ей был всего 21 год.

Анни-Фрид начала выступать в возрасте 13 лет, перепевая популярные шведские песни. Спустя несколько лет она стала исполнять кавер-версии хитов Дюка Элингтона и Гленна Миллера, а в 1963 году организовала свою группу «Anni-Frid Four».

Тогда же, в возрасте 17 лет, она вышла замуж за музыканта Рагнара Фредрикссона, от которого родила двоих детей – Ханса (1963) и Лису-Лотту (1967-1998). После рождения дочери в 1967 году Фрида рассталась с первым мужем.

В 1969 году певица познакомилась с Бенни Андерссоном, своим будущим мужем и коллегой по ABBA. В 1971 году к паре присоединились Бьорн Ульвеус и Агнета Фельтског, и группа в полном составе начала создавать свои первые хиты.

Как позже вспоминала Агнета, успех группы ABBA заключался в том, что две любящие пары собирались в студии и делали то, что любили – пели и сочиняли. Поэтому, когда в 1978 году расстались Агнета и Бьорн, а в 1981 – Анни-Фрид и Бенни, совместное времяпрепровождение перестало доставлять им удовольствие, и ABBA распалась. Были сделаны последние фото ABBA, на которых все участники группы выглядели грустными и усталыми.

В 1982 году Анни-Фрид уехала из Швеции в центральную Европу, где записала сольный альбом «Shine». Уже в 1986 году она определила своим местом жительства Швейцарию, где и живет до сих пор.

В 1992 году Анни-Фрид вышла замуж за своего друга принца Генриха Руццо Рейсс фон Плауэн (Heinrich Ruzzo, Prinz Reuss von Plauen), с которым прожила в браке 7 лет. В 1999 году принц умер от рака, а в 1998 году дочь Анни-Фрид Лиса-Лотта разбилась насмерть в ДТП.

Сейчас княгиня Анни-Фрид Рёйсс фон Плауэн (так теперь официально зовут вдову швейцарского принца) живет в небольшом альпийском поселке Церматт, дружит со Шведской королевской семьей, занимается благотворительностью и вкладывает деньги в экологические проекты. Певица ведет здоровый образ жизни, занимается спортом и выглядит очень молодо. В интервью 10 лет назад Анни-Фрид заявила, что музыкальная карьера для нее закончена, ей больше не интересно петь и выступать.

ABBA в полном составе

Один из последних снимков Анни-Фрид и Агнеты

Анни-Фрид во время выступления

Анни-Фрид и ее второй муж Бенни

Фото Анни-Фрид в 1980-х годах

Фото Анни-Фрид в 1990-х годах

Анни-Фрид и ее дочь Лиса-Лотта

Так певица выглядит сейчас

Источник: funtema.ru

Вторая мировая война, одна из самых страшных войн в истории человечества. 27 миллионов убитых на фронтах, еще столько же жертв среди мирного населения. Об этой войне написано множество книг, снято великое множество фильмов. Казалось, что мы знаем о ней абсолютно все. Однако в начале XXI века государства - участники этой страшной войны начали открывать ранее засекреченные архивы - истек срок давности. Тут-то перед глазами историков и предстала совсем другая война.

Любая война - это в первую очередь жестокость и насилие. Но жизнь продолжается даже на войне - мужчины и женщины встречаются друг с другом, влюбляются, у них рождаются дети... По самым скромным подсчетам, за годы Второй мировой войны на оккупированной территории от солдат вермахта родились 800 тысяч детей. Судьба их в послевоенной Европе была печальна. Их матерей бросали в тюрьмы как “изменниц Родины”. Самих их отправляли в закрытые специнтернаты, лишали возможности получить высшее образование... Однако самая чудовищная участь постигла “детей Лебенсборн”.
В декабре 1999 года достоянием общественности стал ранее засекреченный архив немецкого правительства в Берлине, из материалов которого потрясенная публика узнала о существовании в нацистской Германии строго засекреченной организации Лебенсборн, что в переводе с немецкого означает “Источник жизни”.

Нацисты, как известно, были одержимы идеей чистоты расы. Сразу после прихода к власти в 1933 году они приняли ряд людоедских законов о насильственной стерилизации пациентов психиатрических клиник, проституток, преступников, бедняков и чернокожих немцев (всего жертвами стало более 400 тысяч человек), запрещении половых связей немцев и евреев и т.д. Но и этого идеологам нацизма показалось мало. Они решились на небывалый социальный эксперимент - выведение новой породы людей, “истинных арийцев” во всех смыслах этого слова.

В 1935 году глава СС Генрих Гиммлер, второй человек в иерархии Третьего рейха, произнес свою знаменитую речь, в которой были и такие слова: “Чтобы завоевать мир, мы должны произвести немецкую кровь... Солдаты СС должны довести количество детей в своих семьях минимум до четырех, с тем расчетом, что, если двое из них погибнут в боях, оставшиеся в живых будут нести оружие”. Для реализации этого честолюбивого плана женщины освобождались от трудовой повинности, им разрешалось вступать в брак в 16 лет, молодоженам предоставлялись субсидии, платились пособия на детей, “матерям-героиням”, имевшим четверых и более детей, давались правительственные награды, мужья могли без излишних юридических проволочек развестись с бесплодными женами... Существовало, правда, одно “но”.

Несмотря на все усилия национал-социалистов по созданию новой морали, немецкое общество все еще оставалось консервативным и пуританским. Женщина, родившая ребенка вне брака, автоматически становилась изгоем. Выходом из положения молодые немки считали аборт. Количество их в начале 30-х годов ХХ века в Германии зашкаливало - 800 тысяч в год. Генрих Гиммлер посчитал подобное “разбазаривание немецкой крови” недопустимым и попытался решить проблему доступными ему методами, запустив программу Лебенсборн.

В 1936 году в ее рамках в предместье Мюнхена был открыт первый дом Лебенсборн. В него могла обратиться любая молодая незамужняя женщина арийского происхождения, могущая подтвердить чистоту своей крови документально, беременная от солдата СС. Специальная приемная комиссия проверяла полученные сведения, и, если они оказывались верными, перед счастливицей распахивались двери дома Лебенсборн. Во время беременности и сразу после нее молодая мать жила в нем под неусыпным присмотром акушерок и медсестер до тех пор, пока ее незаконнорожденному ребенку не находили приемную семью, глава которой служил в СС. Все это время женщина официально считалась состоящей на госслужбе под покровительством партии. Документы о появившихся на свет детях и их матерях были строго засекречены, дабы не бросать тень на их честное имя. Всего было открыто 8 домов Лебенсборн в Германии, 10 - в Норвегии, а также их отделения во Франции, в Бельгии и Люксембурге.

С началом Второй мировой войны дома Лебенсборн расширили спектр предоставляемых услуг, став местом свиданий солдат СС и женщин, желающих иметь от них детей. Также дома Лебенсборн брали под свое покровительство женщин на оккупированных территориях, рожавших детей от немецких солдат, правда, при условии, что они подпадали под каноны истинных арийцев.
В 1943 году Генрих Гиммлер пошел еще дальше, заявив во время своего визита в Польшу: “Мне неинтересна такая деталь, русские они или чехи, если эти люди могут дать достойное пополнение нашей крови. Если надо, мы выкрадем их детей и воспитаем в нашей стране”. Считается, что именно с этого момента сотрудники Лебенсборн стали похищать в оккупированных восточноевропейских странах детей - светловолосых, голубоглазых, в возрасте до 2 лет. Похищенных малышей привозили в Германию, где их проверяли на соответствие канонам арийской расы по 47 параметрам, 40 из которых описывали форму и размеры черепа. Прошедших проверку передавали на усыновление в немецкие семьи, забракованных отправляли в концлагеря. Всего, по оценкам историков, на оккупированных территориях исчезли 250 тысяч детей, но сколько из них оказались в домах Лебенсборн и как сложилась их дальнейшая судьба, неизвестно.

29 мая 1945 года в доме Лебенсборн, находившемся в американской зоне оккупации, родился последний ребенок. Первоначально руководству проекта удалось скрыть истинное предназначение домов Лебенсборн, убедив оккупационные власти, что они принадлежат благотворительной организации, помогающей незамужним матерям. Правда открылась только в 1946 году. Сотрудники Лебенсборн были арестованы. Их обвиняли по трем статьям: “преступления против человечности: увоз детей с оккупированных территорий”, “разграбление общественной и частной собственности в Германии и на оккупированных территориях”, “принадлежность к преступной организации”. 10 марта 1948 года Нюрнбергский трибунал оправдал руководителя Лебенсборн, штандартенфюрера СС Макса Золльмана, и его сотрудников по первым двум пунктам, осудив только по третьему пункту - за принадлежность к СС. Его заместительница Инге Фирмец была оправдана по всем трем пунктам. Таким образом, факт похищения детей сотрудниками Лебенсборн считается недоказанным. Весьма вероятно, что слухи об этом были порождены пропагандистской машиной союзников.

Доподлинно известно лишь одно: в рамках проекта Лебенсборн в Германии были рождены 8 тысяч детей, в Норвегии - 12 тысяч, еще несколько тысяч - на территории других оккупированных стран. Судьба их в послевоенной Европе была печальной. Приемные родители-немцы хранили молчание. Вплоть до 2000-х годов тема “детей Лебенсборн” в немецком обществе вообще была под запретом. Только после раскрытия засекреченных архивов люди узнали о своем истинном происхождении и ужаснулись. Но это ничто по сравнению с тем, что пришлось перенести их сверстникам в других странах, особенно в Норвегии.
Норвежек, которые согласились переспать с солдатами СС, в массовом порядке признавали душевнобольными и отправляли на принудительное лечение. На их детей также автоматически навешивалось клеймо “умалишенные”. Зачастую родственники отказывались их признавать, в результате дети оказывались в специальных интернатах для “умственно неполноценных”, где подвергались побоям и насилию со стороны взрослых. В октябре 2001 года 170 норвежских “детей Лебенсборн” объединились и подали иск к правительству Норвегии за то, что оно “сначала участвовало в программе Лебенсборн, а потом фактически объявило пострадавших детей врагами народа”. После долгих препирательств правительство признало свою вину.

 

ИЗ ПЕРВЫХ УСТ

ФОЛЬКЕ РОДЕР, один из “детей Лебенсборн” (Германия):
- Я родился 4 февраля 1944 года в одном из домов Лебенсборн, где двумя годами раньше родилась моя сестра. Моя мать, родив меня вне брака, немедленно передала меня на усыновление, и в возрасте года меня и других детей вывезли в другое место, чтобы мы не попали в руки русских. Мать видела меня в последний раз, когда мне исполнился год... Меня усыновили, и вместе с приемными родителями я переехал в Ганновер. Они лгали мне обо всем, я не был похож на их собственных детей, и относились ко мне как к животному...
11 сентября 2001 года я пришел в муниципалитет и спросил, есть ли там документы, которые могут пролить свет на мое прошлое. Наконец-то спустя столько лет я получил свое настоящее свидетельство о рождении и документы из засекреченных папок Лебенсборн. Из них явствовало, что моя мать еще жива и находится в доме престарелых...
Меня бросало в жар и холод, и ноги сами понесли меня к ней. Меня отправили на 5-й этаж, и я объяснил медсестре проблему: мол, я сын проживающей здесь старушки, которая никогда в жизни меня не видела. Медсестра затрепетала и сказала, что проверит. Она вернулась, я взял за руку жену, и мы вошли в комнату. Мать тоже взяла меня за руку, и я подумал о двух вещах: о тропинке к своему прошлому и что все не сможет оставаться для меня, как было прежде. Мать сказала мне слова, которые ошеломили меня: “Ну вот и ты...” Она сказала их так, как будто все эти годы меня ждала. Но я до сих пор в это не верю. Я сказал ей, что пришел только познакомиться, а не попрекать прошлым, и через 45 минут ушел...
Все, что касалось “детей Лебенсборн”, тщательно скрывалось, и правда, пробившаяся благодаря документальным фильмам, привела меня на грань помешательства. Было страшно осознать, что ты - “дитя Лебенсборн”, “подарок Гитлеру”, рожденный для сохранения расы и чтобы сменить солдат, погибших в России.

МАТИУС МЕЙСНЕР, руководитель департамента по туризму и культуре, один из авторов исследовательского проекта о “детях Лебенсборн” (Германия):
- Все началось с того, что мы занялись изучением нацистского прошлого Германии, с тем чтобы раскрыть молодежи глаза на то, что обещали наци в 1933 году и к чему Германия пришла в 1945 году. Собирали материалы, и таким образом при работе в одном архиве всплыл Лебенсборн.
Нам удалось найти один из домов, который выполнял свои функции в рамках проекта Лебенсборн с 1937 по 1945 год. За это время под надзором акушерки Иды Матисон в нем родились 1100 детей. Поразительно, но смертные случаи составляли всего 2%. Небывалая цифра по тем временам! Однако вполне вероятно, что процент смертности был выше. У нас нет об этом документов, но мы знаем, что “неподходящие по параметрам” дети были уничтожены, посланы на смерть или использовались для медицинских экспериментов.

АЛИЗЕ ВАЙГЕЛЬТ, с 1938 по 1939 год работала в одном из домов Лебенсборн помощницей на кухне, уборщицей и кастеляншей:
- Я очень любила здешнюю работу, была молода, как все, каталась на лошадях. Здесь было много посетителей - офицеров вермахта и СС, которые приезжали посмотреть на своих детей или брали ребятишек на усыновление, мы были их новыми любовницами... Мы делали то, что должны делать молодые женщины, ну вы понимаете...
Почти 60% поступающих сюда женщин были не замужем, почти все прибыли сюда на первых месяцах беременности. Мне было странно видеть столько женщин, которые приходят родить и уходят. Правда, была одна мать, которая упорно старалась сохранить своего ребенка, но и она потом отказалась.

ИЗОЛЬДА ДРУБЕ, одна из “детей Лебенсборн” (Германия):
- В глубине души я знала, что я - жертва, но то, что я наблюдала, заставляло меня ощущать свою вину. Все, что я обнаружила и узнала, привело меня к мысли, что я должна была быть в этом мире только продолжением чистой расы. Жизнь заставляла унижаться, заискивать и доказывать, что я в этом не виновна, что я была всего лишь младенцем...
У меня нет сил сердиться на мать. Я думаю, что она хотела всего самого лучшего для меня. Единственное, что мне осталось на память от нее, - фото, на котором я снята младенцем, где я сжимаю рукой меч на фоне развернутого флага со свастикой, что означает принятие на службу в СС.

ЖАН-ЖАК ДЕЛОРМ, основатель организации “Сердца без границ”, помогающей “детям немецких оккупантов” (Франция):
- Мы считались детьми чудовищ. Я был незаконнорожденным ребенком, и, более того, я был сыном фрица. Моя мать сидела в тюрьме за государственную измену, хотя вся ее вина заключалась в том, что она спала с немцем. Когда я заговаривал о своем происхождении, люди отворачивались от меня. У меня выработалась привычка молчать об этом...
Впервые я увидел фотографию своего отца, когда мне было 23 года, в 1967 году. Бабушка, которая меня вырастила, показала мне ее, и наконец-то я понял все... Я все время пытался узнать, кем же был мой отец. Мать хранила молчание. Я предполагал самое страшное - эсэсовец, военный преступник... Только в 2000-х, когда были рассекречены архивы, а предрассудки ослабли, мне удалось узнать всю правду о своем происхождении. Моим отцом был Ханс Хоффманн, пекарь из Майнца. Во время войны он играл на виолончели в оркестре вермахта, расквартированном в Париже. Там он и познакомился с моей матерью, которая стала его любовницей. Он был убит 25 апреля 1945 года в баварской деревушке, пытаясь сдержать натиск американских танков.
В 2007 году я поехал в Майнц, где встретился со своими тетями, братьями и сестрами. Целая семья! Они не имели ни малейшего представления, что у моего отца были какие-то романтические отношения в оккупированной Франции. Но после первых минут неловкости они обрадовались мне как родному. Теперь мы обмениваемся рождественскими подарками, посещаем друг друга раз в год.

ХАРРИЕТ ФОН НИКЕЛЬ, одна из “детей Лебенсборн” (Норвегия):
- С нами обращались, как с отбросами общества. Когда я была маленькой, один пьяный рыбак схватил меня и гвоздем нацарапал на моем лбу свастику, в то время как другие норвежцы смотрели.

ТОР БРАНАХЕР, один из “детей Лебенсборн” (Норвегия):
- Многие из нас подвергались насилию. Люди вставали в очередь, чтобы изнасиловать 5-летних детей. Поэтому для нас важна даже не компенсация в 200 тысяч долларов от правительства Норвегии, а публичная огласка того, что происходило.

Елена Журавлева,
шеф-редактор “Мира новостей - наука”

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 31 - Женщины и дети с клеймом войны
Часть 32 - Судьбы детей, рожденных от оккупантов
Часть 33 - Дети войны. РАССЕКРЕЧЕННЫЕ АРХИВЫ
Часть 34 - Детская фабрика нацистов
Часть 35 - "Детям оккупантов" заплатят за издевательства
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

«Изъять «немчат»

Эта тема тяжёлая. О ней молчали 70 лет, не упоминая даже шёпотом. Актриса Вера Глаголева, снявшая в 2009 г. фильм «Одна война» о женщинах, родивших детей от немцев, сказала в интервью: «Очень сложно искать фактуру. Они не желают говорить вслух. Я собирала рассказы по крупицам. Никто не приехал на премьеру фильма. Боятся».
8 июня 1942 г. командование вермахта в оккупированных районах СССР выпустило «Памятку о поведении немецкого солдата». Цитирую выдержку оттуда: «Требуется срочно ограничить контакты солдат с женской половиной гражданского населения - ввиду угрозы причинения вреда чистоте германской расы». Ограничения, видимо, не помогли.
Уже в марте 1943 г. комендант города Орла генерал-майор Адольф Гаман постановил: «Родив ребёнка от немецкого солдата, русская мать имеет право на алименты». Получив подтверждение от отца, казна выплачивала 30 марок в месяц. Сколько же всего было таких женщин? И, самое главное, сколько родилось детей?

Рассмотрим печальный опыт других стран. За 5 лет (1940?1945 гг.) в крохотной Норвегии появились на свет 12 тыс. младенцев: их отцами были военнослужащие СС и вермахта. Одна из таких детей, Анни-Фрид Лингстад, дочь фельдфебеля Альфреда Хаазе, была вывезена в Швецию и позже стала солист­кой культовой группы ABBA. Во Франции итогом «горизонтального сотрудничества» (как издевательски называли это сами французы) с немцами стали 200 тыс. (!) новорождённых. А что же у нас? Ничего. Эта тема - табу.
В архивах есть письмо Иосифу Сталину академика Ивана Майского, присланное в апреле 45-го: учёный муж интересовался, как поступить с детьми, родившимися у советских женщин от немецких солдат. В письме академик предлагал «поголовно изъять всех этих «немчат», переменить им имена и разослать в детские дома».
- По моим оценкам, в России, Прибалтике, Белоруссии и на Украине вследствие сожительства с немцами в 1941?1944 гг. родилось от 50 до 100 тыс. детей, - утверждает исследователь-историк из США Курт Блаумайстер. - В процентном отношении это очень немного, потому что под оккупацией оказалось 73 млн советских граждан, а 5 млн немецких солдат, выполнявших функции оккупантов, в основном были молодыми мужчинами.

Что же случилось потом? Около 2 тыс. женщин власти сослали на поселение в район Белого моря. Их детей забрали на воспитание госучреждения. Таких матерей ненавидели, звали «немецкими подстилками», хотя на деле всё не так уж просто. Кто-то спал с врагом, чтобы не умереть с голоду и накормить своих детей. Многие девушки были изнасилованы и, забеременев, не хотели делать аборт.

«Топили, как котят».

64-летний Курт Блаумайстер тоже дитя войны, только наоборот. Его мать, немка из Берлина, прижила ребёнка от советского офицера и впоследствии в 1948 г. перебралась в Америку. Когда мать умерла, Блаумайстер долго искал своего отца, но так и не нашёл. «Мать рассказала, его звали Volodya, - вздыхает исследователь. - Фото не сохранилось».
Сейчас Курт зарабатывает на жизнь тем, что выполняет экспедиции по заказам родственников солдат вермахта, убитых в сражениях с Красной армией. Он ездит по просторам экс-СССР и старается найти останки погибших. Исследует архивы, берёт показания у свидетелей. За последние 5 лет к Блаумайстеру трижды поступали и другие заказы, как он сам говорит, «весьма необычные».
90-летние старики, когда-то пришедшие на нашу землю с оружием в руках, будучи при смерти, пытаются отыскать своих детей. Тех самых, которых родили от них русские и украинские женщины.- Мне удалось найти только двоих, - рассказывает Блаумайстер. - Уже пожилые люди, почти по 70 лет. Одного нашёл в Тихвине, другого - в Выборге. Оба отказались со мной разговаривать - не хотят иметь с биологическими отцами ничего общего.

"Мне повезло больше. Стоя на пороге, я четверть часа общался через закрытую дверь, и человек пустил меня в квартиру, хотя полгода назад не пустил туда Блаумайстера. Иван Сергеевич (имя изменено) узнал тайну своего рождения 10 лет назад. Умирая от рака, мать решила открыть ему правду. Совсем седой, он показывает свои послевоенные фот­о - светленький мальчик с веснушками играет на балалайке.
«Когда во дворе в войнушку играли, меня дразнили «немчиком», - говорит он. - Я сразу лез драться. Смешно, правда?»
Иван Сергеевич вырос в уверенности, что его отцом был партизан, казнённый гитлеровцами. Реальность оказалась жестокой. «Мама одна осталась в Нарве с младенцем на руках - моим старшим братом. Молоко пропало, брат заболел, а к ней всё ефрейтор клеился из обозной службы. Дам, говорит, и сгущёнку, и хлеб, если ляжешь со мной. Вот она и легла… А брат-то всё равно умер. Когда поняла, что беременна, было уже поздно. Увидеть он меня хочет? Он не отец мне, а б… фашистская. Он маму всё равно что изнасиловал».
Его мать объяснила: так поступали многие. Даже те, у кого муж на фронте. «На что только баба не пойдёт, лишь бы дети с голоду не пухли. Жрать нечего, картофельные очистки по праздникам ели. Имелись, конечно, и шлюхи, что гуляли с офицерами за духи и шёлковые платья. Насиловали фрицы тоже много - красивые девки сажей мазались, горбатились, в рванье ходили, только бы не лезли. А лезли всё равно - здоровые же мужики, тяжело им без баб. В одном нашем дворе, мама сказала, за 3 года четверо «немчиков» родились, как и я, белобрысые. Когда наша армия пришла, две матери детей от фрицев, как котят, в речке утопили, а мать моя сбежала со мной, чтобы соседи не донесли», - рассказывает Иван Сергеевич.

Отцы со свастикой

Я пытался найти под Петербургом 93-летнюю женщину, родившую в 1942 г. ребёнка от офицера вермахта, но не нашёл её - «адресат выбыл». Да и смысл? Никто не хочет вспоминать прошлое. Помимо тех, кого сослали на поселение к Белому морю, в 1945 г. несколько тысяч советских женщин (точная цифра неизвестна) получили 10 лет лагерей по статье «Сотрудничество с оккупантами», хотя сотрудничали они сугубо в постели. Хватало соседского доноса - ребёнок от фрица, и органы не разбирались, кто прав, а кто виноват.
«Зачем с ними возиться? - сердится бывшая партизанка, 90-летняя Нина Федорова. - Мы в лесах воевали, обмороженные без еды, а эти твари с немцами в кроватях обжимались. Ну, кого снасильничали - слов нет, тут другое дело».
Однако все архивные источники сходятся во мнении: 80% женщин избежали репрессий. Их дети - и те, что попали в детдома, и те, что остались с матерями (за редким исключением), - не узнали, кто их отцы.
Когда я проводил это расследование, меня спрашивали: «А сам-то ты как относишься к таким женщинам?»

Нелёгкий вопрос.

Героиня фильма «Одна война», заливаясь слезами, кричит офицеру НКВД: «Жён, сестёр своих защитить не могли - так хоть жалеть научитесь!»
Следует признать: большинство случаев сожительства с немцами вовсе не было добровольным. В Норвегии в организации «Союз детей войны» состоит 150 человек, во Франции в объединении «Сердца без границ» - 300. Думается, в России набралось бы куда меньше. Мне удалось найти только одного человека, признавшего, что его отец - немец. И то на условиях полной анонимности. Эти дети (уже пожилые люди) либо не знают о своём происхождении, либо предпочитают молчать - стыдятся. Лишь бы соседи не узнали, что ты - «фриц», а твоя мать - «подстилка». И это спустя 70 лет.

Правительство Германии уже выплачивало компенсации узникам концлагерей и тем, кто был отправлен на каторгу в Третий рейх. Думается, в Берлине пора понять: люди, чьи матери были изнасилованы или принуждены к сожительству с оккупантами, тоже заслуживают компенсаций. Эти жертвы войны никто не учитывал, а ведь отцы со свастикой сломали жизнь своим детям.
И в любом случае, как бы то ни было, САМИ ДЕТИ НИ В ЧЁМ НЕ ВИНОВАТЫ. Они не «немчики». Они - наши.

Кстати

Хуже всего детям, рождённым от немецких оккупантов, пришлось не в сталинском СССР, а во вполне демократичной Норвегии. 50 тыс. норвежских женщин (каждая десятая!) вступили в связь с солдатами вермахта. 14 тыс. из них были арестованы, а 5 тыс. угодили в тюрьму. Детей, которых норвежцы называли tyskerunge («немецкими ублюдками») и naziyingel («нацистской икрой»), объявили слабоумными - 90% из них угодили в дома для душевнобольных и пробыли там… до 60-х гг.! «Союз детей войны» заявил, что tyskerunge использовали для экспериментов с медицинскими препаратами.
В 2005 г. детям от немцев принесли извинения и выплатили компенсацию в 30 тыс. евро на человека. Во Франции в 1944-1945 гг. за секс с вражескими солдатами было казнено 5 тыс. француженок, 20 тыс. были острижены наголо и приговорены к одному году тюрьмы, а также к лишению французского гражданства. Детям «бошей» было запрещено учить немецкий язык и носить немецкие имена.
В Нидерландах после 5 мая 1945 г. в ходе уличных самосудов было убито 500 «шлюх-предательниц», прочих уличённых в «горизонтальном сотрудничест­ве» собирали на площадях и обливали из шлангов нечистотами. Их дети были переданы в детдома.

Георгий Зотов http://digest.subscribe.ru/woman/relation/n621934674.html

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 30 - Роковые связи
Часть 31 - Женщины и дети с клеймом войны
Часть 32 - Судьбы детей, рожденных от оккупантов
Часть 33 - Дети войны. РАССЕКРЕЧЕННЫЕ АРХИВЫ
Часть 34 - Детская фабрика нацистов
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Синдзо Абэ, премьер Японии, находившийся недавно в США, в своем выступлении в американском конгрессе выразил глубокое раскаяние в связи с ролью, которую сыграла его страна во Второй мировой войне.

В зале конгресса во время этого выступления Абэ находилась Ли Ен Су, одна из тысяч корейских женщин, которые были насильно помещены в военные бордели японской армии в годы войны. Она была приглашена в конгресс сенатором-демократом Майком Хонда, который критически настроен по отношению к японскому премьер-министру.

ПОХОДНЫЕ БОРДЕЛИ

По различным оценкам, до 200 тысяч корейских женщин содержались в качестве «женщин для утех» в японских военных борделях. С 1910 по 1945 годы Корея была японской колонией, и ее жителей вынуждали учить японский язык, а это означало, что корейских женщин было легче использовать – и общаться с ними – по сравнению с женщинами других национальностей.

Учебники по истории в Японии ничего не рассказывают об этих эпизодах, и есть немало японских политиков, которые продолжают утверждать, что женщины работали в публичных домах добровольно. Один националистически настроенный мэр в Японии недавно заявил, что использование женщин для утех в годы войны было «необходимостью».

Как рассказывается в статье, опубликованной Люси Уильямсон на Би-би-си, в Южной Корее пожилые женщины, когда-то вынужденные работать в военных борделях японской армии, доживают свои дни в доме престарелых рядом с необычным музеем, в котором рассказано об их страданиях.

Самой младшей жительнице дома сейчас 84 года, но все они говорят, что во время Второй мировой войны были сексуальными рабынями в публичных домах японской армии.

Двадцать лет назад правительство Японии публично извинилось за действия японской армии в Корее. В том заявлении говорилось, что «японская армия прямо и косвенно участвовала в учреждении и эксплуатации публичных домов и поставкой в них корейских женщин, часто против их воли».

200 тысяч кореянок, угнанных японцами в «походные бордели» – это девушки и молодые женщины, способные рожать детей. Вначале правительство и военщина Японии заманивали их добровольно под предлогом получения работы, но в дальнейшем их стали похищать и насильно угонять в бордели.

В Интернете на http://juche-songun.livejournal.com/356913.htm приводятся показания бывшего члена Общества чернорабочих «Ямагути», японца Иосима Сеити о жестокости охоты за кореянками: «Я был охотником за кореянками в походные бордели для полового развлечения японской солдатни. Туда под моим командованием угнали более 1000 корейских женщин. Под надзором вооруженных полицейских мы пинали ногами сопротивлявшихся женщин, отбирая у них грудных детей. Отбрасывая двух-трехлетних детей, бегущих за матерями, мы насильно толкали кореянок в кузов грузовика, и в селах поднимался переполох. Мы посылали их как груз в товарняках и на судах в командование войсками западной части. Бесспорно, мы не набирали их, а угоняли насильно. Мы только в Корее насильственно угоняли женщин в походные бордели.

Как сообщает тот же интернет-источник: «Одну кореянку в сутки насиловали в среднем 20-30, даже более 40 японских офицеров и солдат, а в мобильных борделях – более 100. Многие кореянки трагически погибли из-за полового насилия и жестокого притеснения японскими садистами. Раздев наголо непослушных кореянок, они катали их по доскам с большими гвоздями, вбитыми вверх острием, и отрубали мечом их головы. Они душили женщин, отрезали конечности, вырезали глаза и груди, распарывали живот беременных. Их чудовищные злодеяния превышали все человеческие представления».

Сложно сказать, насколько правдивы эти цифры, физиологически женщина не может выдержать 100 насилий, а мертвых, надо полагать, японские солдаты все же не насиловали. Если правда скрыта, простор домыслам не ограничен!

Об этих сексуальных зверствах стало кое-что известно только в 80-е годы прошлого столетия. Корейские женщины, прошедшие этот ад, либо сошли с ума, либо скончались, а выжившие хранят упорное молчание.

С КЛЕЙМОМ СВАСТИКИ

Официальной статистики о детях, рожденных от немецких солдат на оккупированной территории СССР, не существует. Предположительно, их родилось около 100 тысяч. Эта тема закрыта и засекречена, и впервые стала упоминаться в открытой печати совсем недавно.

В Интернете имеются сообщения, что в апреле 1945 года академик Иван Майский написал письмо на имя Сталина, в котором он задавал вопрос: что делать с детьми, родившимися у советских женщин от немецких солдат? С «немчатами», как называл их Майский. Академик предлагал «изъять всех этих «немчат», обезличить их, переменить имя и в качестве сирот разослать для воспитания в детские дома».

По расследованию журнала «Корреспондент» от 2 ноября 2012 года, в СССР женщин, спутавшихся с врагом, без лишних объяснений расстреливали или отправляли в лагеря. В СССР не проводили никаких публичных судов над «немецкими шлюхами» наподобие европейских. Кремль не выносил сор из избы – он действовал проверенным методом: арест и отправка в Сибирь. Партийное руководство однозначно признало женщин, имевших сексуальные связи с нацистами, проститутками и предательницами.

В конце апреля 1943-го, в совместном приказе наркомов внутренних дел, юстиции и прокурора СССР прозвучало указание активнее применять репрессивные санкции к женщинам, уличенным в добровольных интимных или близких бытовых отношениях с личным составом вермахта или чиновниками немецких карательных и административных органов.

Чаще всего таких пособниц наказывали тем, что отбирали у них детей. Но могли и расстрелять без суда и следствия, причем буквально сразу же по приходе советской власти. Женщин, имевших половые связи с немцами, беременных от оккупантов или имевших от них детей, убивали на месте вместе с малышами. Достаточно было трех свидетелей, чтобы их ликвидировать.

Понятно, что при таком подходе, установить более-менее приближенное к действительности число «немчат» в СССР практически невозможно.

Около двух тысяч женщин с детьми, отцами которых были оккупанты, были отправлены на острова в Белом море, об одном таком островке рассказала режиссер Вера Глаголева в фильме «Другая война».

Историки до сих пор не могут четко определить, сколько «детей оккупации» появилось в разных европейских странах. Во Франции считается, что местные женщины родили от немцев 200 тысяч малышей, в Норвегии – от 10 тысяч до 12 тысяч.

Во Франции еще в период войны подпольщики распространяли среди населения листовки с таким текстом: «Француженки, которые отдаются немцам, будут пострижены наголо. Мы напишем вам на спине – «Продались немцам». Когда юные француженки продают свое тело гестаповцам или милиционерам [коллаборационистам], они продают кровь и душу своих французских соотечественников. Будущие жены и матери, они обязаны сохранять свою чистоту во имя любви к родине».

По данным историков, с 1943 по 1946 год в стране остригли наголо за «горизонтальный коллаборационизм», как с насмешкой называли французы сексуальные связи с оккупантами, более 20 тысяч женщин. «Суды Линча» проходили так: вооруженные подпольщики врывались в дома и силой вытаскивали оттуда провинившихся женщин, вели их на городские площади и стригли. Наказания и унижения были тем сильнее, что проводились публично, на глазах у родных, соседей и знакомых. Посрамленных водили по улицам, иногда даже голыми.

Некоторым «подстилкам» рисовали краской свастику на лице или даже выжигали соответствующее клеймо. А кое-кому из них приходилось выдерживать жестокие допросы, сопровождаемые избиениями, когда из женщин выбивали детали их сексуальной жизни. По постановлению правительства от 26 августа 1944 года, примерно 18,5 тысяч француженок были признаны «национально недостойными» и получили от шести месяцев до одного года тюрьмы с последующим понижением в правах еще на год. В народе этот последний год называли «годом национального стыда».

По некоторым данным, во Франции в 1944-1945 гг. за секс с вражескими солдатами было казнено 5 тысяч француженок.

Схожей была судьба норвежских «немецких шлюх», которых после войны в Норвегии насчитали более 14 тысяч, из них 5 тысяч осудили на полтора года тюрьмы. Их тоже публично унижали – раздевали, обмазывали нечистотами.

В Нидерландах после 5 мая 1945 года во время уличных самосудов убили около 500 «девушек для фрицев». Других, уличенных в связях с оккупантами женщин, собирали на улицах, раздевали и обливали нечистотами или ставили на колени в грязь, брили волосы или красили головы в оранжевый цвет.

В Норвегии 90% «немецких ублюдков», или «нацистской икры», объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных, где они содержались до 1960-х годов. Позже норвежский Союз детей войны заявил, что «недоумков» использовали для испытания медицинских препаратов. Тем, кого вывезли из Норвегии, повезло, например, одна из таких детей, Анни-Фрид Лингстад, дочь фельдфебеля Альфреда Хаазе, была вывезена в Швецию и позже стала солисткой культовой группы ABBA.

Во Франции к «детям бошей» изначально отнеслись лояльно. Меры воздействия ограничились запретом для них изучать немецкий язык и носить немецкие имена. От многих таких малышей матери отказались, и они воспитывались в детдомах.

С 2009 года в Германии действует закон, согласно которому дети, рожденные во Франции от солдат вермахта, могут получить немецкое гражданство.

УКРАДЕННЫЕ ДЕТИ

По оценкам историка из США Курта Блаумайстера, в России, Прибалтике, Белоруссии и на Украине вследствие сожительства с немцами в 1941-1944 гг. родилось от 50 до 100 тыс. детей, что в процентном отношении очень немного, потому что под оккупацией оказалось 73?млн советских граждан, а 5 млн немецких солдат, выполнявших функции оккупантов, в основном были молодыми мужчинами.

Может быть дело в том, что 8 июня 1942 г. командование вермахта в оккупированных районах СССР выпустило «Памятку о поведении немецкого солдата», где предписывалось: «Требуется срочно ограничить контакты солдат с женской половиной гражданского населения – ввиду угрозы причинения вреда чистоте германской расы».

Но в марте 1943 ситуация изменилась, и комендант города Орла генерал-майор Адольф Гаман постановил: «Родив ребенка от немецкого солдата, русская мать имеет право на алименты». Получив подтверждение от отца, казна выплачивала 30 марок в месяц. Но охотниц на 30 «сребреников» в СССР нашлось, похоже, немного.

В том же 1943 году Генрих Гиммлер пошел еще дальше, заявив во время своего визита в Польшу: «Мне неинтересна такая деталь, русские они или чехи, если эти люди могут дать достойное пополнение нашей крови. Если надо, мы выкрадем их детей и воспитаем в нашей стране».

Считается, что именно с этого момента сотрудники Лебенсборн стали похищать в оккупированных восточноевропейских странах детей – светловолосых, голубоглазых, в возрасте до 2 лет. Похищенных малышей привозили в Германию, где их проверяли на соответствие канонам арийской расы по 47 параметрам, 40 из которых описывали форму и размеры черепа. Прошедших проверку передавали на усыновление в немецкие семьи, забракованных отправляли в концлагеря. Всего, по оценкам историков, на оккупированных территориях исчезли 250 тысяч детей.

Были еще и секретные «дети Лебенсборн», рожденные в самой Германии немецкими женщинами от немецких солдат. О них стало известно только 15 лет назад. «Дитя Лебенсборн» – это «подарок Гитлеру», рожденный для сохранения расы и чтобы сменить солдат, погибших в России». Но это особая тема в истории Великой Отечественной войны.

Не счесть подлых секретов подлой войны, но стыдливо исключить их из истории – такая же подлость по отношению к истории Второй мировой войны.

Надежда Алисимчик

по материалам «Корреспондент», «Мира новостей – наука» http://subscribe.ru, и других интернет-сообщений.

Фото http://yablor.ru/blogs

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 29 - "Ein junges Madchen kommt nach Kiew"
Часть 30 - Роковые связи
Часть 31 - Женщины и дети с клеймом войны
Часть 32 - Судьбы детей, рожденных от оккупантов
Часть 33 - Дети войны. РАССЕКРЕЧЕННЫЕ АРХИВЫ
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Роковые связи. Судьба женщин, состоявших в сексуальных связях с нацистами

Фото: waralbum.ru

Франция 1944 год

 

После разгрома Третьего рейха множество женщин, состоявших в сексуальной связи с нацистами, подверглись в Европе и СССР остракизму. Несладко пришлось и их детям, рожденным от немцев. В травле “немецких подстилок” и “немецких ублюдков” особенно преуспели европейские демократии, - пишет Владимир Гинда в рубрике Архив в № 43 журнала Корреспондент от 2 ноября 2012 года

Вторая мировая война для большинства населения победивших стран закончилась весной 1945 года. Но среди граждан стран-победительниц были люди, которые еще долгое время несли на себе бремя войны. Речь идет о женщинах, замеченных в сексуальных связях с немцами, а также о детях, рожденных от захватчиков.

В СССР женщин, спутавшихся с врагом, без лишних объяснений расстреливали или отправляли в лагеря. Впрочем, в европейских странах с ними поступали не лучше - убивали, приговаривали к тюремным срокам или назначали им публичные унизительные наказания.

Судьбы их немецких детей в СССР не документировались, но, судя по всему, в большинстве своем они ничем не отличались от сверстников. А вот на Западе немчатам порой приходилось несладко: в Норвегии их, к примеру, насильно заключали в дома для душевнобольных.

Национальный позор

Больше всего в Европе в преследовании своих соотечественниц, поддерживавших интимные отношения с врагами, отличились французы. Раздавленная оккупацией и большим числом коллаборационистов, освобожденная Франция весь свой гнев выместила на падших женщинах. В народе, основываясь на презрительной кличке немцев - боши, их называли “подстилками для бошей”.

Преследовать таких женщин стали еще в годы войны, когда французское Сопротивление вело подпольную борьбу с оккупантами. Подпольщики распространяли среди населения листовки с таким текстом: “Француженки, которые отдаются немцам, будут пострижены наголо. Мы напишем вам на спине - Продались немцам. Когда юные француженки продают свое тело гестаповцам или милиционерам [коллаборационистам], они продают кровь и душу своих французских соотечественников. Будущие жены и матери, они обязаны сохранять свою чистоту во имя любви к родине”.

Больше всего в Европе в преследовании своих соотечественниц,поддерживавших интимные отношения с врагами, отличились французы

От слов участники Сопротивления быстро перешли к делу. По данным историков, с 1943 по 1946 год в стране остригли наголо за “горизонтальный коллаборационизм”, как с насмешкой называли французы сексуальные связи с оккупантами, более 20 тыс. женщин.

Происходили подобные “суды Линча” так: вооруженные подпольщики врывались в дома и силой вытаскивали оттуда провинившихся женщин, вели их на городские площади и стригли. Наказания и унижения были тем сильнее, что проводились публично, на глазах у родных, соседей и знакомых. Толпа смеялась и аплодировала, после чего посрамленных водили по улицам, иногда даже голыми.

Бритье головы было по сути легкой формой наказания. Некоторым “подстилкам” рисовали краской свастику на лице или даже выжигали соответствующее клеймо. А кое-кому из них приходилось выдерживать жестокие допросы, сопровождаемые избиениями, когда из женщин выбивали детали их сексуальной жизни.

После волны издевательств над “подстилками для бошей” большую часть этих женщин приговорили к заключению. По постановлению правительства от 26 августа 1944 года примерно 18,5 тыс. француженок были признаны “национально недостойными” и получили от шести месяцев до одного года тюрьмы с последующим понижением в правах еще на год. В народе этот последний год называли “годом национального стыда”.

Некоторым“подстилкам” рисовали краской свастику на лице или даже выжигали соответствующее клеймо

Нередко блудниц расстреливали, а порой и они сами, не выдержав бремени остракизма, сводили счеты с жизнью.

Схожей была судьба норвежских “немецких шлюх” (tysketoser). После войны таких в Норвегии насчитали более 14 тыс., из которых 5 тыс. человек осудили на полтора года тюрьмы. Их тоже публично унижали - раздевали, обмазывали нечистотами.

В Нидерландах после 5 мая 1945 года во время уличных самосудов убили около 500 “девушек для фрицев” (moffenmaiden). Других уличенных в связях с оккупантами женщин собирали на улицах, раздевали и обливали нечистотами или ставили на колени в грязь, брили волосы или красили головы в оранжевый цвет.

Советский подход

В СССР не проводили никаких публичных судов над “немецкими шлюхами” наподобие европейских. Кремль не выносил сор из избы - он действовал проверенным методом: арест и отправка в Сибирь. Повод долго не искали - власти рассматривали всех жителей оккупированных территорий как виновных априори.

Данную позицию четко озвучил 7 февраля 1944 года на пленуме советских писателей в Москве украинец Петро Панч. “Все население сейчас в освобожденных районах, по сути, не может свободно смотреть в глаза нашим освободителям, поскольку оно в какой-то мере запуталось в связях с немцами”, - заявил он.

По словам писателя, жители оккупированных территорий или грабили квартиры и учреждения, или помогали немцам в разбое и расстрелах, или спекулировали. А некоторые девушки, “потеряв чувство патриотизма”, жили с немцами.

Партийное руководство однозначно признало женщин, имевших сексуальные связи с нацистами, проститутками и предательницами

Партийное руководство однозначно признало женщин, имевших сексуальные связи с нацистами, проститутками и предательницами. Так, циркуляром НКВД СССР от 18 февраля 1942 года Об организации оперативно-чекистской работы на освобожденной территории начальникам региональных и линейных управлений НКВД предписывалось начинать свою работу на освобожденных землях с арестов ранее выявленных ставленников и активных пособников немцев.

В документе перечислялся и ряд категорий населения, подлежащих первоочередному преследованию. В частности, речь шла о женщинах, вышедших замуж за офицеров, солдат и чиновников Вермахта, а также о владельцах притонов и публичных домов.

Позднее, в конце апреля 1943-го, в совместном приказе наркомов внутренних дел, юстиции и прокурора СССР прозвучало указание активнее применять репрессивные санкции к женщинам, уличенным в добровольных интимных или близких бытовых отношениях с личным составом Вермахта или чиновниками немецких карательных и административных органов. Чаще всего таких пособниц наказывали тем, что отбирали у них детей.

Но могли и расстрелять без суда и следствия, причем буквально сразу же по приходе советской власти.

Чаще всего таких пособниц наказывали тем, что отбирали у них детей.

Например, в рапорте представителя гитлеровского министерства восточных территорий при группе армий Юг сообщалось о том, что в секторе Славянск - Барвенково - Краматорск - Константиновка (восток Украины) весной 1943 года, на следующий же день после освобождения этого района Красной армией, представители НКВД провели массовые аресты.

Задерживали прежде всего тех, кто служил в немецкой полиции, работал в оккупационной администрации или прочих службах. Кроме того, женщин, имевших половые связи с немцами, беременных от оккупантов или имевших от них детей, убивали на месте вместе с малышами. В целом, согласно немецким документам, тогда уничтожили около 4 тыс. человек.

А в одном из докладов Абвера, немецкой военной разведки, значилось: после неудачной попытки освобождения Харькова, предпринятой Красной армией в 1942 году, за то недолгое время, пока город был в руках советской стороны, погранвойска НКВД расстреляли 4 тыс. жителей.

“Среди них много девушек, друживших с немецкими солдатами, и особенно тех, которые были беременны. Достаточно было трех свидетелей, чтобы их ликвидировать”, - говорится в докладе.

Невинные жертвы

Не легче была жизнь детей, рожденных от немцев. Многим из них (без разницы, где они жили, - в СССР или в Западной Европе) пришлось сполна испытать унижение.

Историки до сих пор не могут четко определить, сколько “детей оккупации” появилось в разных европейских странах. Во Франции считается, что местные женщины родили от немцев 200 тыс. малышей, в Норвегии - от 10 тыс. до 12 тыс.

Сколько таких детей родилось на территории СССР, неизвестно. В одном из интервью американский историк Курт Блаумайстер заявил, что, по его подсчетам, в России, Прибалтике, Белоруссии и Украине в период оккупации родились 50-100 тыс. немецких малышей. В сравнении с 73 млн - общим числом людей, проживавших на оккупированных территориях, - данная цифра выглядит незначительной.

Во Франции считается, что местные женщины родили от немцев 200 тыс. малышей, в Норвегии - от 10 тыс. до12 тыс.

Эти дети считались дважды отверженными - и как рожденные вне брака, и как плод связи с врагом.

В некоторых странах неприятие “детей оккупации” подогревалось властями. Например, в Норвегии 90 % “немецких ублюдков” (tyskerunge), или “нацистской икры” (naziyingel), объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных, где они содержались до 1960-х годов. Позже норвежский Союз детей войны заявил, что “недоумков” использовали для испытания медицинских препаратов.

Лишь в 2005 году парламент скандинавской страны принес официальные извинения этим невинным жертвам войны, а комитет по юстиции утвердил им компенсацию за пережитое в размере 3 тыс. евро.

Сумма может быть увеличена в десять раз, если пострадавшие предоставят документальные подтверждения того, что они столкнулись с ненавистью, страхом и недоверием из-за своего происхождения.

Последняя норма вызвала возмущение у местных правозащитников, справедливо указавших, что трудно доказать побои, обидные прозвища и прочее, если это происходило много лет назад и часть действующих лиц уже умерли.

Лишь в 2005 году парламент скандинавской страны принес официальные извинения этим невинным жертвам войны, а комитет по юстиции утвердил им компенсацию за пережитое в размере 3 тыс. евро

Во Франции к “детям бошей” изначально отнеслись лояльно. Меры воздействия ограничились запретом для них изучать немецкий язык и носить немецкие имена. Конечно, не всем им удалось избежать нападок со стороны сверстников и взрослых. Кроме того, от многих таких малышей матери отказались, и они воспитывались в детдомах.

В 2006 году “дети бошей” объединились в ассоциацию Сердца без границ. Создал ее Жан-Жак Делорм, чей отец был солдатом Вермахта. Сейчас в организацию входят 300 членов.

“Мы основали эту ассоциацию, поскольку французское общество ущемляло наши права. Причина - мы были франко-немецкими детьми, зачатыми во время Второй мировой войны. Объединились мы для того, чтобы совместно заниматься поиском наших родителей, помогать друг другу и провести работу по сохранению исторической памяти. Почему сейчас? Раньше это было невозможно сделать: тема оставалась табу”, - рассказал в одном из интервью Делорм.

К слову, с 2009 года в Германии действует закон, согласно которому дети, рожденные во Франции от солдат Вермахта, могут получить немецкое гражданство.

Несоветские дети

О судьбах детей, рожденных советскими женщинами от оккупантов, практически ничего не известно. Редкие архивные данные и свидетельства очевидцев говорят о том, что в СССР с ними обращались довольно гуманно. Как минимум против них никто не вел никакой целенаправленной работы. Большинство “детей войны”, судя по всему, получили образование, работу и прожили нормальную жизнь.

Единственным официальным документом, свидетельствующим, что власти думали о том, как быть с немецкими детьми, стало письмо Ивана Майского, известного советского историка, заместителя наркома иностранных дел.

Майский писал, что общее число таких малышей установить трудно, но по некоторым данным можно говорить о тысячах немчат.

24 апреля 1945 года Майский вместе с группой депутатов Верховного Совета СССР направил послание советскому лидеру Иосифу Сталину. В нем историк обратил внимание вождя на “один небольшой вопрос” - детей, родившихся на оккупированной Германией территории “вследствие добровольного или принудительного сожительства советских женщин с немцами”. Майский писал, что общее число таких малышей установить трудно, но по некоторым данным можно говорить о тысячах немчат.

“Что делать с этими детьми? Они, конечно, не ответственны за грехи своих родителей, но стоит ли сомневаться, что если немчата будут жить и расти в тех семьях и в той обстановке, в которой они родились, то существование их будет ужасным?” - спрашивал Сталина чиновник.

Чтобы разрешить проблему, Майский предложил забрать немчат у матерей и распределить по детским домам. Причем во время приема в детдом ребенку нужно дать новое имя, а администрация заведения не должна знать, откуда к ним поступил новый воспитанник и чей он.

Но если письмо Майского к Сталину сохранилось, то ответ вождя народов неизвестен, как неизвестна и какая-либо реакция Кремля на послание.

по материалам «Корреспондент»

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 28 - В постели с врагом
Часть 29 - "Ein junges Madchen kommt nach Kiew"
Часть 30 - Роковые связи
Часть 31 - Женщины и дети с клеймом войны
Часть 32 - Судьбы детей, рожденных от оккупантов
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Рябята Геббельса умели правильно подавать информационное блюдо, чтобы оно смотрелось вкусно и главное, чтобы ему верили. Примером подобной информационной кулинарии может стать серия фотографий, которые были опубликованы в берлинской газете «Berliner Illustrierte Zeitung» 75 лет назад.
Эта тема касалась и Украины, занимавшей, как известно в гитлеровской пропаганде солидное место. Им было нужно показать, как замечательно выглядит Украина после оккупации, Украина без развалин, без Бабьего Яра, без «матча смерти».
Фоторепортаж «Молодая девушка приезжает в Киев» («Ein junges Madchen kommt nach Kiew»), опубликованный в берлинской газете «Berliner Illustrierte Zeitung» 22 октября 1942 года. Героиня репортажа — 19-летняя Инге, приехавшая из Львова в Киев для работы в немецкой компании (возможно, Инге — фольксдойче, в некоторых источниках указывается, что она является фольксдойче, этнической немкой, «освобожденной» с приходом немецких войск, начинающей «новую жизнь в новом Киеве»). Восемь фотографий репортажа показывают день Инге в Киеве: приезд, устройство в гостинице, посещение магазинов, пляжа, ресторана и кафе, а также первый выход на работу.

 

Молодая девушка приезжает в Киев.

Немецкая девушка Инге, приехав в Киев, в сопровождении носильщика направляется в гостиницу.

Инге в своем номере в гостинице «Киев». Гостиница, находящаяся в центре города, не пострадала во время боев.

Инге решила пройтись по магазинам. Ассортимент этого киевского магазина остался
еще с довоенного времени, и в глазах немки выглядит антиквариатом.

Магазин в Киеве переоборудуют для торговли немецкими товарами. Вывеска «Der Deutsche Laden» — «Немецкий магазин».

Инге в киевском ресторане «Im Deutschen Haus» (сегодня - Национальная филармония Украины).
Это огромный ресторан, рассчитанный на 2000 посетителей. В зале, в основном, немецкие военные
и чиновники гражданской администрации. Официанты — местные.

Инге на киевском пляже: «Отличный белоснежный песок, ничуть не хуже, чем на курортах на Балтике».
(Это пляж на Трухановом острове, сразу слева от пешеходного моста - на горизонте Андреевская церковь,
а на другой стороне Днепра располагается речной порт.)

Киевское кафе «Днепровская круча». Вид на город и реку Днепр. Среди посетителей как немцы, так и местные жители.

Инге идет на работу в немецкой компании в Киеве. Здание с колоннами —
бывший республиканский ЦК партии, а ныне — администрация Президента Украины.

http://foto-history.livejournal.com/

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 27 - Расплата за любовь к врагу
Часть 28 - В постели с врагом
Часть 29 - "Ein junges Madchen kommt nach Kiew"
Часть 30 - Роковые связи
Часть 31 - Женщины и дети с клеймом войны
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Французы сдавшие свою страну, гитлеровской Германии за 42 дня, после освобождения страны от германского фашизма нашли оригинальный способ. В пережитых от фашистов унижениях Франция сразу после освобождения обвинила француженок.
Не очень афишируется, что пока во французском сопротивлении с фашистами сражалось около 25 тысяч человек, в армии вермахта служило более 100 тысяч французов. Но самыми "страшными врагами" Франции стали француженки, которые “водились” с немцами. Когда немцы отступали, здоровые мужики и молодые парни демонстрировали свой патриотизм, преследуя предательниц. Их обривали наголо, водили обнаженными по улицам на потеху толпе, обливали помоями; их детям, прижитым от немцев, тоже осталось клеймо на всю жизнь.

На импровизированных лобных местах женщинам брили шевелюру и рисовали на оголенной коже фашистскую свастику. Их, обнаженных или полуобнаженных, выставляли на всеобщее обозрение, под проклятия, плевки, пощечины, грязные шутки. Многие тогда не перенесли унижения и кончали жизнь самоубийством. Под аплодисменты и гиканье толпы.

Зачастую на бритье головы не останавливались, рисовали краской свастику или выжигали клеймо на лбу.

С 1943 по 1946 год больше 20 тысяч женщин во Франции были обвинены в сотрудничестве с оккупантами и наголо острижены. Таково было наказание за то, что они помогали врагу, выказывали симпатии нацистской Германии или просто спали с немцами, что называлось "горизонтальным коллаборационизмом".

Французская женщина, которая родила ребенка от немецкого солдата, и ее мать наказывается бритьем головы как форма унижения.

Публичное наказание женщин давало возможность каждому французу почувствовать, что оккупация закончилась, что он наконец-то свободен!

"Горизонтальный коллаборационизм" был самым невыносимым признаком поражения и оккупации. Это была метафора полного подчинения Франции, которая легла под Германию в прямом и в переносном смысле.

Подобное происходило и в других освобожденных европейских странах. А это уже бельгийские женщины, которые сотрудничали с немцами их обрили, и измазали битумом.

В Норвегии таких девушек было около 15 тысяч, и пять тысяч, родивших детей от немцев, были осуждены на полтора года принудительного труда, а почти всех детей с подачи правительства объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных.

http://foto-history.livejournal.com

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 26 - "Немчики": что стало с детьми, родившимися от немецких оккупантов
Часть 27 - Расплата за любовь к врагу
Часть 28 - В постели с врагом
Часть 29 - "Ein junges Madchen kommt nach Kiew"
Часть 30 - Роковые связи
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

 

Женщин, обвиненных в связях с оккупантами, стригут наголо и фактически прогоняют сквозь строй под насмешки толпы
Фото: Автор Олег Фочкин

Показанный недавно сериал «Палач» вновь заставил всю страну вспомнить о предателях во время Великой Отечественной войны. Столько лет прошло, а поиски некоторых из них продолжаются до сих пор. Кроме этой важной и очень горькой темы фильм заставил задуматься еще об одной непростой странице той войны. Это жизнь в оккупации. И в том числе — тема выживания женщин на территории противника.

Эта болезненная и крайне непростая тема в равной степени касается и нас, и Германии, и всей Европы, да и не только ее… Чего только не было тогда! И ненависть, и любовь, и проституция. А еще — рождение детей изнасилованными вражескими солдатами матерями и отношение к этим женщинам после войны. И в нашей стране, и в Европе. Кстати, тут мы сталкиваемся с удивительным фактом. Репрессии, о которых так много у нас говорят и сегодня, почти не коснулись таким образом пострадавших советских женщин. Закон СССР оказался человечнее, чем либеральная и толерантная Европа. Да, были и у нас осужденные, были и исковерканные судьбы. Но все же масштаб их преследования отличается от того, что происходило по аналогичным поводам в Европе.

Moffenmaiden— «девушки для фрицев», во Франции их называли «подстилками для бошей», на оккупированных территориях СССР — «шоколадницами» и «немецкими овчарками».

После того как установили, что эта девушка была в отношениях с немецким солдатом, ее стригут прямо на улице, под открытым небом, сопровождая процедуру ехидными замечаниями

В конце апреля 1943-го в совместном приказе наркомов внутренних дел, юстиции и прокурора СССР прозвучало указание активнее применять репрессивные санкции к женщинам, уличенным в добровольных интимных или близких бытовых отношениях с личным составом вермахта или чиновниками немецких карательных и административных органов. Чаще всего таких пособниц наказывали тем, что отбирали у них детей. Но могли, конечно, и расстрелять без суда и следствия, причем буквально сразу же по приходе советской власти.

7 февраля 1944 года на пленуме советских писателей в Москве выступил украинец Петро Панч. «Все население сейчас в освобожденных районах, по сути, не может свободно смотреть в глаза нашим освободителям, поскольку оно в какой-то мере запуталось в связях с немцами», — заявил он.

Но общение с русскими женщинами порой кончалось для немецких военных печально. И дело не в болезнях.

Многие солдаты ничего не имели против того, чтобы подцепить гонорею или триппер и на несколько месяцев осесть в тылу. Но была расплата и пострашнее, например, пуля партизана. Вот приказ от 27 декабря 1943 года по тыловым частям группы армий «Центр»: «Два начальника обоза одного саперного батальона познакомились в Могилеве с двумя русскими девушками, они пошли к девушкам по их приглашению и во время танцев были убиты четырьмя русскими в гражданском и лишены своего оружия.

© © Bettmann/CORBIS

Германские медсестры не сильно сопротивлялись плену и даже пытались дружить с американцами

Следствие показало, что девушки вместе с русскими мужчинами намеревались уйти к бандам и таким путем хотели приобрести себе оружие».

Женщин и девушек оккупанты нередко насильно загоняли в публичные дома для обслуживания немецких и союзных солдат и офицеров. Но задерживали после освобождения территорий прежде всего тех, кто служил в немецкой полиции, работал в оккупационной администрации или прочих службах.

24 апреля 1945 года группа депутатов Верховного Совета СССР и историк Майский направила послание Сталину. Внимание вождя обратили на «один небольшой вопрос» — на детей, родившихся на оккупированной Германией территории «вследствие добровольного или принудительного сожительства советских женщин с немцами». Впрочем, это письмо фактически осталось без ответа. Страна испытывала демографический голод, и жестоких репрессий не последовало. Ни одного уголовного дела по факту сожительства с врагом не было заведено. На войне — особые законы.

А Европа — та самая Европа мирных демонстраций и «человечности» — сажала этих женщин в тюрьмы, издевалась над их детьми. Европа двойных стандартов, которые существовали тогда и существуют сегодня...

Бритье головы — далеко не единственное «наказание», которое было придумано для женщин. Свастику рисовали на коже трудно смываемой краской и даже выжигали клеймом

ФРАНЦИЯ

Во Франции, которая особо отличилась в этой области, по разным подсчетам, родились до 200 тысяч «детей оккупации». Страна, которая фактически без боя сдалась Гитлеру, просто отыгралась на женщинах, пытавшихся выжить. С ними поступали как в средневековье, гоняя голыми по улицам, грозя дулом автомата, получая от этого удовольствие, загоняя глубже собственную трусость и страх.

С 2009 года в Германии действует закон, по которому дети немецких солдат и офицеров, рожденные от французских матерей, имеют право на немецкое гражданство.

Французско-немецкая ассоциация «Сердца без границ» объединяет таких детей с их ровесниками, рожденными от французских солдат матерями-немками; ассоциация помогает в поисках родственников. Сейчас в ней около 300 человек...

Преследовать женщин за «горизонтальный коллаборационизм» начали еще в годы войны, в годы Сопротивления. Подпольщики распространяли среди населения листовки с таким текстом: «Француженки, которые отдаются немцам, будут пострижены наголо.

Мы напишем вам на спине — «продались немцам». Когда юные француженки продают свое тело гестаповцам, они продают кровь и душу своих французских соотечественников. Будущие жены и матери, они обязаны сохранять свою чистоту во имя любви к родине».

Вооруженные подпольщики вытаскивали провинившихся женщин из домов, стригли, под смех толпы водили по улицам, иногда голыми. Некоторым рисовали краской свастику на лице или выжигали ее клеймом. Других с избиениями допрашивали, выбивая детали сексуальной жизни. По постановлению правительства от 26 августа 1944 года примерно 18,5 тысячи француженок были признаны «национально недостойными» и получили до года тюрьмы. Это был «год национального стыда».

Обритые наголо коллаборационистки с ребенком, родившимся во время оккупации страны немцами

ГОЛЛАНДИЯ

Девушек, арестованных за связи с оккупантами, публично ставили на колени в навоз, брили волосы и красили головы в оранжевый цвет. После 5 мая 1945 года во время уличных самосудов были убиты около 500 «девушек для фрицев».

НОРВЕГИЯ

В Норвегии оккупационные власти приветствовали связи солдат с местными девушками, и от подобных «отношений» родились 10– 12 тысяч детей. Пять тысяч женщин, родивших детей от немцев, были осуждены на полтора года принудительного труда. 90 процентов «немецких ублюдков», или «нацистской икры», объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных, где они содержались до 1960-х годов. Позже норвежский Союз детей войны заявил, что «недоумков» использовали для испытания медицинских препаратов. Лишь в 2005 году парламент Норвегии принес официальные извинения этим невинным жертвам войны, а комитет по юстиции утвердил им компенсацию за пережитое в размере трех тысяч евро. Звучит как насмешка...

ЭКСПЕРТ

Мы так мало знаем об этом

Сергей Дробязко, историк, специалист по теме коллаборационизма второй мировой войны:

-Славяне, с точки зрения нацистской расовой теории, считались «неполноценными», но, несмотря на это, армия смотрела сквозь пальцы на связи между немецкими военными и женщинами с оккупированных территорий. Когда же это стало превращаться в проблему (ведь зачастую подобные отношения оказывались не только длительными, но и приводили к рождению детей), армейское руководство решило положить этому конец, и в 1942 году был выпущен циркуляр, в котором среди прочего говорилось, что «русские женщины недостойны внимания немецкого солдата». По законам Третьего рейха сексуальные отношения с людьми неарийского происхождения наказывались тюрьмой. Однако эти законы практически никогда не применялись в отношении солдат и офицеров вермахта. Прижитого в годы войны «немчонка» женщины не всегда оставляли в живых. Описан такой случай. За три года, пока в деревне «столовались» немцы, русская женщина прижила от них троих детей. В первый день после прихода советских войск она вынесла детей на дорогу, положила рядком и с криком: «Смерть немецким оккупантам!» — разбила всем головы булыжником...

В современной России история таких женщин и их детей до сих пор остается по большому счету неисследованной.

МНЕНИЕ

Вера Глаголева, актриса театра и кино, режиссер, сценарист, продюсер

Не смогли уберечь, так жалеть научитесь

- В моей картине «Одна война» практически нет женщин, которые шли на сотрудничество с немцами добровольно. Это было или насилие, или они оказывались в ситуации, когда дети умирали от голода, то есть мотивация была очень сильная. Лишь одна героиня, очень юная, полюбила немца.

kinopoisk.ru

В центре сюжета ленты — пять женщин, сосланных за связи с немцами

Она говорит, что Ганс, ее возлюбленный, ненавидит войну, что он не хотел воевать. Такие примеры известны. Ганс был молодым, это первая любовь, и их чувство перешагнуло все преграды. При этом героиня чувствует себя самой уязвимой. И она принимает на свой счет выражение «враги народа». Она согласна, что не имела права на эту любовь.

Для меня важно, что у наших женщин не было желания вступать в отношения с немцами, в то время как, например, во Франции многие женщины общались с оккупантами просто по желанию. Их никто не заставлял. И отношения женщин с оккупантами были, в общем-то, оправданы, и они не думали, что так поплатятся за это в конце войны. Когда пришло освобождение, этих женщин позорно стригли наголо, избивали, порицали. Там очень многие женщины сознательно шли на это и потом за это поплатились. У нас же в основном были случаи насилия.

Фраза, которая звучит в фильме: «Не смогли уберечь, так жалеть научитесь» — это очень точный ответ. Эта фраза все объясняет: жалеть научитесь.

kinopoisk.ru

Дети, рожденные от оккупантов, живут с мамами на Ладожском озере

НАСЛЕДИЕ МАРШАЛА ПЕТЕНА

Коллаборационизм — от французского слова collaboration — «сотрудничество» — в юридической трактовке международного права — осознанное, добровольное и умышленное сотрудничество с врагом в его интересах и в ущерб своему государству. Термин часто применяется в более узком смысле — как сотрудничество с оккупантами. В уголовном законодательстве подавляющего большинства стран мира факт коллаборационизма квалифицируется как преступление против своего государства, обычно как государственная измена.

К сотрудничеству с оккупантами призвал нацию глава режима Виши маршал Петен в 1940 году.

БОЛЬ И ТРАГЕДИЯ НЕПОКОРЕННОЙ

Героиня знаменитого рассказа Сомерсета Моэма «Непокоренная», француженка, убивает своего ребенка, рожденного от немецкого солдата. При этом нет сомнений, что уставший от войны немец по-настоящему влюблен в ту, что досталась ему только благодаря силе. «Непокоренная» была написана Моэмом в 1944 году, в разгар проводившейся во Франции кампании, позднее получившей название «Незаконная зачистка».

АННИ-ФРИД. ОДНА ИЗ 12 ТЫСЯЧ

За войну только в Норвегии появились на свет 12 тысяч младенцев: их отцами были военнослужащие СС и вермахта. Самая известная из этих детей — Анни-Фрид Лингстад, дочь фельдфебеля Альфреда Хаазе, была вывезена в Швецию и позже стала солисткой культовой группы ABBA. Переезд был вызван опасениями, что девочку отнимут. Думали, что отец Анни-Фрид погиб, оказавшись на потопленном военно-морском транспорте, но в 1977 году дочь и отец встретились.

ЦИФРА

26 тысяч девушек, родивших детей от немцев или заподозренных в связях с ними, подвергались во Франции унижениям.
Подробнее: http://www.vm.ru/news/2015/01/21/rasplata-za-lyubov-k-vragu-276481.html

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 25 - Герои и предатели
Часть 26 - "Немчики": что стало с детьми, родившимися от немецких оккупантов
Часть 27 - Расплата за любовь к врагу
Часть 28 - В постели с врагом
Часть 29 - "Ein junges Madchen kommt nach Kiew"
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Никто сегодня не скажет, сколько их было – официальные подсчеты детей, которые родились за годы Великой Отечественной войны на территории Советского Союза от инородцев-захватчиков, у нас не велись (во всяком случае, подтвержденных данных на этот счет нет). Называется цифра до 100 тысяч человек – но это всего лишь предположения западных историков.

Ясно одно: никогда специально, с ведома соответствующих советских органов, таких детей-полукровок или, как их еще называли, «немчиков», у нас отдельно публично не третировали.

«Истинные арийцы» не сдерживались

Как мы помним из истории III рейха, Гитлер до маниакальности был одержим теорией чистоты арийской расы. Исходя из этого постулата, ни один чистокровный немец не должен был вступать в связь с представительницей иной народности.
Гитлеровские оккупанты в захваченных ими странах сплошь и рядом нарушали этот запрет. Не стал исключением и СССР. Немецкое командование вынуждено было реагировать. Поначалу устрашением.

 

Уже в июне 1942 года солдатам вермахта в оккупированных районах СССР раздали «Памятку о поведении немецкого солдата». Там, в частности, было такое предупреждение: «Требуется срочно ограничить контакты солдат с женской половиной гражданского населения – ввиду угрозы причинения вреда чистоте германской расы».

Это не помогло. Менее чем через год, в марте 1943-го, был выпущен еще один документ, касающийся половых отношений гитлеровцев и советских женщин. Согласно постановления коменданта Орла генерала-майора Адольфа Гамана (повешен в декабре 1945 года в Брянске): «… родив ребенка от немецкого солдата, русская мать имеет право на алименты». Таким орловчанкам полагалось по 30 марок в месяц.

Поголовно изъять и упечь в детдома

О том, как советские власти относились во время войны к женщинам, рожавшим от гитлеровцев и к самим «немчикам», мы сегодня можем узнать из сохранившихся немецких документов той поры.

Цитата из доклада абвера (немецкая военная разведка), составленного после кратковременного занятия Харькова советской армией в 1942 году; согласно этому свидетельству, войска НКВД расстреляли в городе 4 тысячи жителей: «…Среди них много девушек, друживших с немецкими солдатами, и особенно тех, которые были беременны. Достаточно было трех свидетелей, чтобы их ликвидировать…».
Историки нашли в архивах письмо замнаркома иностранных дел Ивана Майского, направленное Сталину и касающееся решения судьбы детей, рожденных советским женщинами от оккупантов. Академик считал, что нужно «… поголовно изъять всех этих «немчат», переменить им имена и разослать в детские дома».

Неизвестна реакция генералиссимуса на это письмо. Из истории только ясно, что тысячи жителей советских оккупированных территорий после окончания Великой Отечественной войны подверглись разного рода репрессиям – по различным поводам. Но никогда женщины, сожительствовавшие с оккупантами и родившиеся в результате этих связей дети, публично не выделялись в отдельную категорию «предателей» и показательно не предавались остракизму.

Опыты над «нацистской икрой»

Чтобы понять, как в СССР официально относились к «немчикам» и их матерям, необходимо сравнить это отношение с аналогичным опытом других стран, некогда оккупированных фашистской Германией.

Во Франции, которая практически без боя сдалась гитлеровцам, более 18 тысяч «горизонтальных коллаборационисток» были на год отправлены в тюрьмы, их стригли наголо и демонстративно водили по улицам городов, как скот. Это был год так называемого «национального стыда». В Интернете много фотодокументов, подтверждающих эти факты.

Нидерланды в 1940-м году после нападения Германии капитулировали спустя 5 дней. В мае 1945 года во время уличных самосудов там были убиты около 500 «девушек для фрицев».

В Норвегии от связи местных женщин с гитлеровскими оккупантами родилось боле 10 тысяч детей. По официальным данным, 5 000 женщин, родивших детей от немцев, приговорили к полутора годам принудительных работ, а 90 процентов «немецких ублюдков» или «нацистской икры» были объявлены умственно неполноценными и отправлены в дома для душевнобольных, где их держали до 1960-х годов. Точно известно, что этих «недочеловеков» использовали для испытания медицинских препаратов. Только 11 лет назад парламентом Норвегии были принесены официальные извинения этим невинным жертвам войны, а комитет по юстиции утвердил им компенсацию за пережитое в размере 3 000 евро – тем, кто еще остался в живых.

Голод и страх, но не похоть

В Советском Союзе над «немчиками» и их матерями никогда так не глумились. Ссылали в Сибирь – да. Тысячами, возможно, десятками тысяч – точной статистики опять-таки не существует. Об этом, в частности, рассказывает фильм известной отечественной актрисы и режиссера Веры Глаголевой «Одна война» (2009), основанный на реальных событиях.

Но многочисленные свидетели тех событий утверждают: были только две основные причины, толкавшие советских женщин и девушек на контакты с гитлеровскими оккупантами – страх и голод: они боялись быть убитыми в случае отказа, или же шли на такой шаг, чтобы прокормить себя и детей. Случались и добровольные союзы с немцами, но они были скорее исключением, чем нормой.

Серия сообщений "Как все было на самом деле":
Часть 1 - Госархив рассказал о выдуманном «подвиге» 28 панфиловцев
Часть 2 - КТО ПРОДОЛЖАЛ ВОЕВАТЬ ПОСЛЕ 1945 ГОДА
...
Часть 24 - Хиви - «добровольные помощники» Вермахта
Часть 25 - Герои и предатели
Часть 26 - "Немчики": что стало с детьми, родившимися от немецких оккупантов
Часть 27 - Расплата за любовь к врагу
Часть 28 - В постели с врагом
...
Часть 44 - "Щорс" и "Чапаев" воевали во Франции
Часть 45 - Печальный сад Красного Берега
Часть 46 - ПСЫ-СОЛДАТЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

 

Приказ НКВД № 00447 (Оперативный приказ народного комиссара внутренних дел СССР № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов») — секретный приказ НКВД от 30 июля 1937 года. На основании этого приказа с августа 1937 года по ноябрь 1938 года 390 тыс. человек были казнены, 380 тыс. отправлены в лагеря ГУЛага. Установленные первоначально квоты — репрессировать 268,95 тыс. человек, из которых 75,95 тыс. расстрелять, были превышены в несколько раз. Операция по этому приказу стала крупнейшей массовой операцией Большого террора.

Приказ, открывший путь к массовым убийствам невинных людей, был впервые опубликован в газете «Труд» от 4 июня 1992 года. В отличие от открытых показательных процессов над советской элитой, операция по приказу № 00447 касалась рядовых граждан, среди которых были крестьяне, рабочие, сельское духовенство, асоциальные элементы, уголовники и бывшие члены оппозиционных партий. Приговоры выносились республиканскими, краевыми и областными тройками НКВД.

Во вступительной части приказа Ежов отметил, что все, кто считался врагом советской власти непременно должны быть наказаны.

« Перед органами государственной безопасности стоит задача — самым беспощадным образом разгромить всю эту банду антисоветских элементов, защитить трудящийся советский народ от их контрреволюционных происков и, наконец, раз и навсегда покончить с их подлой подрывной работой против основ советского государства.»

Судопроизводство было поставлено в тройках на конвейер. С протоколов их заседаний можно узнать о количестве вынесенных приговоров за каждое заседание: Ленинградская тройка, например, 9 октября 1937 года вынесла 658 смертных приговоров заключённым на Соловецких островах. Тройка Татарской АССР 28 октября вынесла 256 смертных приговоров. Карельская тройка рассмотрела 20 ноября 705 дел и вынесла 629 смертных приговоров. В тот же день Краснодарская тройка вынесла 1 252 приговора. Омская тройка 10 октября вынесла 1 301 приговор, из которых 937 на смертную казнь, а 15 марта 1938 года — 1 014 приговоров, 354 из которых на смерть.

Уже в начале кулацкой операции местные работники стали выступать с просьбами об увеличении лимитов. Весомым фактором этих просьб была попытка председателей троек показать себя радикальнее и вернее «линии партии» своих предшественников. Поэтому во многих тройках кампания сочеталась с борьбой за высокие показатели работы. В Омске назначенный 28 июля 1937 года председатель тройки уже 1 августа просил Лубянку увеличить лимиты. Он объяснил это «стахановскими темпами», которыми арестовано уже 3 008 человек по 1-й категории

ЦА ФСБ РФ, Ф.66, Оп. 5. Д. 2 Л.155-174. Подлинник.

Серия сообщений "ГУЛАГ":
Часть 1 - ГУЛАГ. История создания
Часть 2 - Краткая история ГУЛАГа
Часть 3 - ГУЛАГ для самых маленьких
Часть 4 - "Закон о трёх колосках"
Часть 5 - Конвейер смерти. 5 августа 1937-го
Часть 6 - "Детский ГУЛАГ" в контексте политики государственного террора (1937-1939 гг.)
Часть 7 - Женщины в ГУЛАГе
...
Часть 11 - ГУЛАГ-нормы питания, вещевого довольствия, оплата труда заключённых. В документах
Часть 12 - Без заголовка
Часть 13 - 15 апреля 1919 года началась история советских лагерей

7 августа 1932 года Совет народных комиссаров совместно с ЦИК СССР принял постановление, ужесточающие ответственность за хищение социалистической собственности. «Идя навстречу требованиям рабочих и колхозников», его подписали председатель Центрального исполнительного комитета – «всесоюзный староста» Михаил Калинин и председатель Совнаркома товарищ Молотов (он же Скрябин).

Имущество колхозов и кооперативов (в том числе урожай на полях), а также перевозимые грузы приравнивались к государственному имуществу. Его хищение (даже колосков с поля) каралось «высшей мерой социальной защиты» – расстрелом с конфискацией всего имущества. При наличии смягчающих обстоятельств преступники могли быть приговорены к лишению свободы на срок не ниже 10 лет с конфискацией. Акты амнистии к расхитителям социалистической собственности не применялись.

Понятые во дворе крестьянина при поиске хлеба в одном из сел Гришинского района Донецкой области

Одновременно была объявлена «решительная борьба с противообщественными кулацко-капиталистическими элементами, которые применяют насилие и угрозы или проповедуют применение насилия и угроз к колхозникам с целью заставить последних выйти из колхоза». Эти деяния приравнивались к государственным преступлениям. Зачинщикам Совнарком обещал «меры судебной репрессии» – лишение свободы на срок от 5 до 10 лет с заключением в концентрационный лагерь.

В блатной среде постановление именовали «указ 7-8». Именно под таким названием оно стало известно и советскому зрителю благодаря телефильму «Место встречи изменить нельзя», поставленному по роману братьев Вайнеров «Эра милосердия». Капитан Жеглов обещал («шил») 10 лет лагерей Ручечникову, взятому при краже шубы английского посла, за которую дирекция Большого театра (то есть государство) должна была бы выплачивать компенсацию.

На практике, за хищение хотя бы трех колосков с колхозного поля (не говоря уж о более крупных кражах) новый закон предусматривал расстрел с конфискацией имущества, который при смягчающих обстоятельствах мог быть заменён на лишение свободы на срок не менее 10 лет с конфискацией имущества. В качестве "меры судебной репрессии по делам об охране колхозов и колхозников от насилий и угроз со стороны «кулацких элементов» предусматривалось лишение свободы на срок от 5 до 10 лет. Осуждённые по этому закону не подлежали амнистии. Так был запущен кровавый маховик большевистского террора.

Интересно, что в июле 1936 года генпрокурор СССР А. Я. Вышинский подготовил докладную записку с крайне занимательной статисткой: прокуратура СССР проверила 115 тысяч приговоров, вынесенных по "указу «7-8», и более чем в 91 тыс. случаев применение этого указа было признано неправильным и преступным. На основании этих проверок Вышинский в 1936 году предлагал реабилитировать 37 тысяч незаконно расстрелянных человек (всего по этому закону в 1932—1939 гг. было осуждено 183 тысяч человек). Сталин поступил сообразно логике власти: о реабилитации было велено забыть, все следователи и судьи, допустившие "перегибы", сами отправились в расстрельные подвалы. Согласитесь, это был более чем поучительный урок для нынешних парламентариев, пачками принимающих законы.

 

 

Серия сообщений "ГУЛАГ":
Часть 1 - ГУЛАГ. История создания
Часть 2 - Краткая история ГУЛАГа
Часть 3 - ГУЛАГ для самых маленьких
Часть 4 - "Закон о трёх колосках"
Часть 5 - Конвейер смерти. 5 августа 1937-го
Часть 6 - "Детский ГУЛАГ" в контексте политики государственного террора (1937-1939 гг.)
...
Часть 11 - ГУЛАГ-нормы питания, вещевого довольствия, оплата труда заключённых. В документах
Часть 12 - Без заголовка
Часть 13 - 15 апреля 1919 года началась история советских лагерей

Ясли и детские комбинаты, приемники-распределители, детские дома и зоны для малолеток — сотни тысяч советских детей родились и выросли в изоляции. Их рожали в товарных вагонах, связывали и насильно кормили горячей кашей, брили наголо, били за хлебные крошки и сажали в тюрьмы за письма арестованным родственникам.

Зоны матери и ребенка

Грудной младенец в следственном изоляторе, запертый в камере вместе с матерью, или отправленный по этапу в колонию — обычная практика 1920-х – начала 1930-х годов. «При приеме в исправительно-трудовые учреждения женщин, по их желанию, принимаются и их грудные дети», — цитата из Исправительно-трудового кодекса 1924 года, статья 109. «Шурку обезвреживают. <...> С этой целью его выпускают на прогулку только на один час в день и уже не на большой тюремный двор, где растет десятка два деревьев и куда заглядывает солнце, а на узкий темный дворик, предназначенный для одиночек. <...> Должно быть, в целях физического обессиления врага помощник коменданта Ермилов отказался принять Шурке даже принесенное с воли молоко. Для других он передачи принял. Но ведь то были спекулянты и бандиты, люди гораздо менее опасные, чем СР Шура», — писала в злом и ироничном письме наркому внутренних дел Феликсу Дзержинскому арестованная Евгения Ратнер, чей трехлетний сын Шура находился в Бутырской тюрьме.

Рожали тут же: в тюрьмах, на этапе, в зонах. Из письма председателю ЦИК СССР Михаилу Калинину о высылке семей спецпереселенцев из Украины и Курска: «Отправляли их в ужасные морозы – грудных детей и беременных женщин, которые ехали в телячьих вагонах друг на друге, и тут же женщины рожали своих детей (это ли не издевательство); потом выкидывали их из вагонов, как собак, а затем разместили в церквах и грязных, холодных сараях, где негде пошевелиться».

По данным на апрель 1941 года, в тюрьмах НКВД содержалось 2500 женщин с малолетними детьми, в лагерях и колониях находились 9400 детей до четырех лет. В тех же лагерях, колониях и тюрьмах было 8500 беременных женщин, около 3000 из них — на девятом месяце беременности.

Забеременеть женщина могла и в заключении: будучи изнасилованной другим заключенным, вольным работником зоны или конвоиром, а случалось, что и по собственному желанию. «Просто до безумия, до битья головой об стенку, до смерти хотелось любви, нежности, ласки. И хотелось ребенка — существа самого родного и близкого, за которое не жаль было бы отдать жизнь», — вспоминала бывшая узница ГУЛАГа Хава Волович, осужденная на 15 лет в возрасте 21 года. А вот воспоминания другой узницы, родившейся в ГУЛАГе: «Мать мою, Завьялову Анну Ивановну, в 16–17 лет отправили с этапом заключенных с поля на Колыму за собранные несколько колосков в карман... Будучи изнасилованной, моя мать 20 февраля 1950 года родила меня, амнистий по рождению дитя в тех лагерях не было». Были и те, кто рожал, надеясь на амнистию или послабление режима.

Но освобождение от работы в лагере женщинам давали только непосредственно перед родами. После рождения ребенка заключенной полагалось несколько метров портяночной ткани, а на период кормления младенца — 400 граммов хлеба и суп из черной капусты или отрубей три раза в день, иногда даже с рыбьими головами. В начале 40-х в зонах стали создавать ясли или деткомбинаты: «Прошу Вашего распоряжения об ассигновании 1,5 миллиона рублей для организации в лагерях и колониях детских учреждений на 5000 мест и на их содержание в 1941 году 13,5 миллионов рублей, а всего 15 миллионов рублей», — пишет в апреле 1941 года начальник ГУЛАГа НКВД СССР Виктор Наседкин.

Иллюстрация: Ольга Кропова / РИА Новости, архив

В яслях дети находились, пока матери работали. На кормление «мамок» водили под конвоем, большую часть времени младенцы проводили под присмотром нянечек — осужденных за бытовые преступления женщин, как правило, имевших собственных детей. Из воспоминаний заключенной Г.М. Ивановой: «В семь часов утра няньки делали побудку малышам. Тычками, пинками поднимали их из ненагретых постелей (для «чистоты» детей одеяльцами их не укрывали, а набрасывали их поверх кроваток). Толкая детей в спинки кулаками и осыпая грубой бранью, меняли распашонки, подмывали ледяной водой. А малыши даже плакать не смели. Они только кряхтели по-стариковски и — гукали. Это страшное гуканье целыми днями неслось из детских кроваток».

«Из кухни няня принесла пылающую жаром кашу. Разложив ее по мисочкам, она выхватила из кроватки первого попавшегося ребенка, загнула ему руки назад, привязала их полотенцем к туловищу и стала, как индюка, напихивать горячей кашей, ложку за ложкой, не оставляя ему времени глотать», — вспоминает Хава Волович. Ее дочь Элеонора, родившаяся в лагере, первые месяцы жизни провела вместе с матерью, а затем попала в деткомбинат: «При свиданиях я обнаруживала на ее тельце синяки. Никогда не забуду, как, цепляясь за мою шею, она исхудалой ручонкой показывала на дверь и стонала: „Мамыця, домой!“. Она не забывала клоповника, в котором увидела свет и была все время с мамой». 3 марта 1944 года, в год и три месяца, дочь заключенной Волович скончалась.

Смертность детей в ГУЛАГе была высокой. Согласно архивным данным, собранным норильским обществом «Мемориал», в 1951 году в домах младенца на территории Норильлага находились 534 ребенка, из них умерли 59 детей. В 1952 году должны были появиться на свет 328 детей, и общая численность младенцев составила бы 803. Однако в документах 1952 года указано число 650 — то есть 147 детей скончались.

Выжившие дети развивались плохо и физически и умственно. Писательница Евгения Гинзбург, некоторое время работавшая в деткомбинате, вспоминает в автобиографическом романе «Крутой маршрут», что лишь немногие четырехлетние дети умели говорить: «Преобладали нечленораздельные вопли, мимика, драки. «Откуда же им говорить? Кто их учил? Кого они слышали? — с бесстрастной интонацией объясняла мне Аня. — В грудниковой группе они ведь все время просто лежат на своих койках. Никто их на руки не берет, хоть лопни от крика. Запрещено на руки брать. Только менять мокрые пеленки. Если их, конечно, хватает”».

Свидания кормящих матерей с детьми были короткими — от 15 минут до получаса каждые четыре часа. «Один проверяющий из прокуратуры упоминает о женщине, которая из-за своих рабочих обязанностей на несколько минут опоздала на кормление, и ее не пустили к ребенку. Одна бывшая работница лагерной санитарной службы сказала в интервью, что на кормление ребенка грудью отводилось полчаса или 40 минут, а если он не доедал, то няня докармливала его из бутылочки», — пишет Энн Эпплбаум в книге «ГУЛАГ. Паутина большого террора». Когда ребенок выходил из грудного возраста, свидания становились еще более редкими, а вскоре детей отправляли из лагеря в детский дом.

В 1934 году срок пребывания ребенка с матерью составлял 4 года, позже — 2 года. В 1936-1937 годах пребывание детей в лагерях было признано фактором, понижающим дисциплину и производительность труда заключенных, и этот срок секретной инструкцией НКВД СССР снизили до 12 месяцев. «Принудительные отправки лагерных детей планируются и проводятся, как настоящие военные операции — так, чтобы противник был захвачен врасплох. Чаще всего это происходит глубокой ночью. Но редко удается избежать душераздирающих сцен, когда ошалелые мамки бросаются на надзирателей, на колючую проволоку заграждения. Зона долго сотрясается от воплей», — описывает отправку в детские дома французский политолог Жак Росси, бывший заключенный, автор «Справочника по ГУЛАГу».

О направлении ребенка в детдом делалась пометка в личном деле матери, однако адрес пункта назначения там не указывался. В докладе наркома внутренних дел СССР Лаврентия Берии председателю Совнаркома СССР Вячеславу Молотову от 21 марта 1939 года сообщается, что изъятым у осужденных матерей детям начали присваивать новые имена и фамилии.

«Будьте осторожны с Люсей, ее отец - враг народа»

Если родителей ребенка арестовывали, когда он уже был не грудным младенцем, его ждал собственный этап: скитания по родственникам (если они остались), детский приемник, детдом. В 1936-1938 годах обычной становится практика, когда даже при наличии родственников, готовых стать опекунами, ребенка «врагов народа» — осужденных по политическим статьям — отправляют в детприемник. Из воспоминаний Г.М. Рыковой: «После ареста родителей мы с сестрой и бабушкой продолжали жить в нашей же квартире <...> Только занимали мы уже не всю квартиру, а только одну комнату, так как одна комната (папин кабинет) была опечатана, а во вторую еще при нас вселился майор НКВД с семьей. 5 февраля 1938 года к нам явилась дама с просьбой проехать с ней к начальнику детского отдела НКВД, якобы он интересуется, как к нам относилась бабушка и как вообще мы с сестрой живем. Бабушка ей сказала, что нам пора в школу (учились мы во вторую смену), на что эта особа ответила, что подбросит нас на своей машине ко второму уроку, чтобы мы взяли с собой только учебники и тетради. Привезла она нас в Даниловский детприемник для несовершеннолетних преступников. В приемнике нас сфотографировали в анфас и в профиль, прикрепив к груди какие-то номера, и сняли отпечатки пальцев. Больше мы домой не вернулись».

«На следующий день после ареста отца я пошла в школу. Перед всем классом учительница объявила: “Дети, будьте осторожны с Люсей Петровой, отец ее – враг народа”. Я взяла сумку, ушла из школы, пришла домой и сказала маме, что больше в школу ходить не буду», — вспоминает Людмила Петрова из города Нарва. После того как мать тоже арестовали, 12-летняя девочка вместе с 8-летним братом оказалась в детском приемнике. Там их обрили наголо, сняли отпечатки пальцев и разлучили, по отдельности направив в детские дома.

Иллюстрация: Сергей Титов / РИА Новости, архив

Дочь репрессированного по «делу Тухачевского» командарма Иеронима Уборевича Владимира, которой в момент ареста родителей было 13 лет, вспоминает, что в детоприемниках детей “врагов народа” изолировали от внешнего мира и от других детей. «К нам не подпускали других детей, нас не подпускали даже к окнам. К нам никого не пускали из близких… Мне и Ветке тогда было по 13 лет, Петьке 15, Свете Т. и ее подруге Гизе Штейнбрюк по 15. Остальные все младше. Были две крошечки Ивановы 5 и 3 года. И маленькая все время звала маму. Было довольно-таки тяжело. Мы были раздражены, озлоблены. Чувствовали себя преступниками, все начали курить и уже не представляли для себя обычную жизнь, школу».

В переполненных детприемниках ребенок находился от нескольких дней до месяцев, а затем этап, похожий на взрослый: «черный ворон», товарный вагон. Из воспоминаний Альдоны Волынской: «Дядя Миша, представитель НКВД, объявил, что мы поедем в детский дом на Черное море в Одессу. Везли нас на вокзал на “черном вороне”, задняя дверь была открыта, и в руке охранник держал наган. B поезде нам велели говорить, что мы отличники и поэтому до конца учебного года едем в Артек». А вот свидетельство Анны Раменской: «Детей разделили на группы. Маленькие брат с сестрой, попав в разные места, отчаянно плакали, вцепившись друг в друга. И просили их не разъединять все дети. Но ни просьбы, ни горький плач не помогли. Нас посадили в товарные вагоны и повезли. Так я попала в детдом под Красноярском. Как мы жили при начальнице-пьянице, при пьянках, поножовщине, рассказывать долго и грустно».

Детей «врагов народа» из Москвы везли в Днепропетровск и Кировоград, из Петербурга — в Минск и Харьков, из Хабаровска — в Красноярск.

ГУЛАГ для младших школьников

Как и детприемники, детские дома были переполнены: по состоянию на 4 августа 1938 года у репрессированных родителей были изъяты 17 355 детей и намечались к изъятию еще 5 тысяч. И это не считая тех, кого переводили в детские дома из лагерных деткомбинатов, а также многочисленных беспризорников и детей спецпереселенцев — раскулаченных крестьян.

«В комнате 12 кв. метров находятся 30 мальчиков; на 38 детей 7 коек, на которых спят дети-рецидивисты. Двое восемнадцатилетних обитателей изнасиловали техничку, ограбили магазин, пьют вместе с завхозом, сторожиха скупает краденое». «Дети сидят на грязных койках, играют в карты, которые нарезаны из портретов вождей, дерутся, курят, ломают решетки на окнах и долбят стены с целью побега». «Посуды нет, едят из ковшиков. На 140 человек одна чашка, ложки отсутствуют, приходится есть по очереди и руками. Освещения нет, имеется одна лампа на весь детдом, но и она без керосина». Это цитаты из донесений руководства детских домов Урала, написанных в начале 1930-х годов.

«Деточаги» или «детплощадки», как называли в 30-е годы дома ребенка, размещались в почти неотапливаемых, переполненных бараках, часто без кроватей. Из воспоминаний голландки Нины Виссинг о детском доме в Богучарах: «Стояли два больших плетеных сарая с воротами вместо дверей. Крыша текла, потолков не было. В таком сарае помещалось очень много детских кроватей. Кормили нас на улице под навесом».

О серьезных проблемах с питанием детей сообщает в секретной записке от 15 октября 1933 года тогдашний начальник ГУЛАГа Матвей Берман: «Питание детей неудовлетворительно, отсутствуют жиры и сахар, нормы хлеба недостаточны <...> В связи с этим — в отдельных детдомах наблюдаются массовые заболевания детей туберкулезом и малярией. Так, в Полуденовском детдоме Колпашевского района из 108 детей здоров только 1, в Широковском – Каргасокского района — из 134 детей больны: туберкулезом – 69 и малярией – 46».

«В основном суп из сухой рыбки корюшки и картошки, липкий черный хлеб, иногда суп из капусты», — вспоминает детдомовское меню Наталья Савельева, в тридцатые годы — воспитанница дошкольной группы одного из «деточагов» в поселке Маго на Амуре. Дети питались подножным кормом, искали еду в помойках.

Фотография в музее исправительной колонии особого режима №1 в поселке Сосновка в Мордовии. Фото: Станислав Красильников / ИТАР-ТАСС

Издевательства и физические наказания были обычным делом. «На моих глазах директор избивала мальчиков постарше меня, головой о стену и кулаками по лицу, за то, что при обыске она у них находила в карманах хлебные крошки, подозревая их в том, что они готовят сухари к побегу. Воспитатели нам так и говорили: “Вы никому не нужны”. Когда нас выводили на прогулку, то дети нянек и воспитательниц на нас показывали пальцами и кричали: “Врагов, врагов ведут!” А мы, наверное, и на самом деле были похожи на них. Головы наши были острижены наголо, одеты мы были как попало. Белье и одежда поступали из конфискованного имущества родителей», — вспоминает Савельева. «Однажды во время тихого часа я никак не могла заснуть. Тетя Дина, воспитательница, села мне на голову, и если бы я не повернулась, возможно, меня бы не было в живых», — свидетельствует другая бывшая воспитанница детдома Неля Симонова.

Контрреволюция и «четверка» по литературе

Энн Эпплбаум в книге «ГУЛАГ. Паутина большого террора» приводит следующую статистику, основываясь на данных архивов НКВД: в 1943–1945 годы через детприемники прошло 842 144 бездомных ребенка. Большинство из них оказались в детдомах и ремесленных училищах, часть отправилась обратно к родным. А 52 830 человек оказались в трудовых воспитательных колониях — превратились из детей в малолетних заключенных.

Еще в 1935 году было опубликовано известное постановление Совнаркома СССР «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних», вносившее изменения в Уголовный кодекс РСФСР: согласно этому документу, за кражи, насилие и убийства можно было осуждать детей с 12-летнего возраста «с применением всех мер наказания». Тогда же, в апреле 1935 года, под грифом «совершенно секретно» вышло «Разъяснение прокурорам и председателям судов» за подписью прокурора СССР Андрея Вышинского и председателя Верховного суда СССР Александра Винокурова: «К числу мер уголовного наказания, предусмотренных ст. 1 указанного постановления, относится также и высшая мера уголовного наказания (расстрел)».

По данным на 1940 год, в СССР существовало 50 трудовых колоний для несовершеннолетних. Из воспоминаний Жака Росси: «Детские исправительно-трудовые колонии, в которых содержатся несовершеннолетние воры, проститутки и убийцы обоих полов, превращаются в ад. Туда попадают и дети младше 12 лет, поскольку часто бывает, что пойманный восьми- или десятилетний воришка скрывает фамилию и адрес родителей, милиция же не настаивает и в протокол записывают — “возраст около 12 лет”, что позволяет суду “законно” осудить ребенка и направить в лагеря. Местная власть рада, что на вверенном ей участке будет одним потенциальным уголовником меньше. Автор встречал в лагерях множество детей в возрасте — на вид — 7-9 лет. Некоторые еще не умели правильно произносить отдельные согласные».

Как минимум до февраля 1940 года (а по воспоминаниям бывших заключенных, и позже) осужденные дети содержались и во взрослых колониях. Так, согласно «Приказу по Норильскому строительству и ИТЛ НКВД» № 168 от 21 июля 1936 года, «заключенных малолеток» от 14 до 16 лет разрешено было использовать на общих работах по четыре часа в день, а еще четыре часа должны были отводиться на учебу и «культурно-воспитательную работу». Для заключенных от 16 до 17 лет устанавливался уже 6-часовой рабочий день.

Бывшая заключенная Ефросиния Керсновская вспоминает девочек, оказавшихся с ней на этапе: «В среднем лет 13-14. Старшая, лет 15, производит впечатление уже действительно испорченной девчонки. Неудивительно, она уже побывала в детской исправительной колонии и ее уже на всю жизнь «исправили». <...> Самая маленькая — Маня Петрова. Ей 11 лет. Отец убит, мать умерла, брата забрали в армию. Всем тяжело, кому нужна сирота? Она нарвала лука. Не самого лука, а пера. Над нею “смилостивились”: за расхищение дали не десять, а один год». Та же Керсновская пишет о встреченных в заключении 16-летних блокадницах, которые рыли со взрослыми противотанковые рвы, а во время бомбежки бросились в лес и наткнулись на немцев. Те угостили их шоколадом, о чем девочки рассказали, когда вышли к советским солдатам, и были отправлены в лагерь.

Заключенные Норильского лагеря вспоминают об испанских детях, оказавшихся во взрослом ГУЛАГе. О них же в «Архипелаге ГУЛАГ» пишет Солженицын: «Испанские дети — те самые, которые вывезены были во время Гражданской войны, но стали взрослыми после Второй мировой. Воспитанные в наших интернатах, они одинаково очень плохо сращивались с нашей жизнью. Многие порывались домой. Их объявляли социально опасными и отправляли в тюрьму, а особенно настойчивым — 58, часть 6 — шпионаж в пользу... Америки».

Особое отношение было к детям репрессированных: согласно циркуляру наркома внутренних дел СССР №106 начальникам УНКВД краев и областей «О порядке устройства детей репрессированных родителей в возрасте свыше 15 лет», выпущенном в мае 1938 года, «социально опасные дети, проявляющие антисоветские и террористические настроения и действия, должны предаваться суду на общих основаниях и направляться в лагеря по персональным нарядам ГУЛАГа НКВД».

Таких «социально опасных» и допрашивали на общих основаниях, с применением пыток. Так, 14-летний сын расстрелянного в 1937 году командарма Ионы Якира Петр был подвергнут в астраханской тюрьме ночному допросу и обвинен в «организации конной банды». Его осудили на 5 лет. Шестнадцатилетнего поляка Ежи Кмецика, пойманного в 1939 году при попытке бегства в Венгрию (после того, как Красная Армия вошла в Польшу), во время допроса заставляли сидеть и стоять на табурете по много часов, а также кормили соленым супом и не давали воды.

В 1938 году за то, что «будучи враждебно настроен к советскому строю систематически проводил среди воспитанников детдома контрреволюционную деятельность» был арестован и помещен во взрослую Кузнецкую тюрьму 16-летний Владимир Мороз, сын «врага народа», живший в Анненском детдоме. Чтобы санкционировать арест, Морозу исправили дату рождения — приписали один год. Поводом для обвинения стали письма, которые в кармане брюк подростка нашла пионервожатая — Владимир писал арестованному старшему брату. После обыска у подростка нашли и изъяли дневники, в которых он вперемежку с записями о «четверке» по литературе и «некультурных» учителях рассуждает о репрессиях и жестокости советского руководства. Свидетелями на процессе выступила та же пионервожатая и четыре воспитанника детдома. Мороз получил три года ИТЛ, но в лагерь не попал — в апреле 1939 года он умер в Кузнецкой тюрьме «от туберкулеза легких и кишок».

Серия сообщений "ГУЛАГ":
Часть 1 - ГУЛАГ. История создания
Часть 2 - Краткая история ГУЛАГа
Часть 3 - ГУЛАГ для самых маленьких
Часть 4 - "Закон о трёх колосках"
Часть 5 - Конвейер смерти. 5 августа 1937-го
...
Часть 11 - ГУЛАГ-нормы питания, вещевого довольствия, оплата труда заключённых. В документах
Часть 12 - Без заголовка
Часть 13 - 15 апреля 1919 года началась история советских лагерей

 

1. СОРОКЛАГ
2. СЕВЕРОНИКЕЛЬ
3. Б. Б. К. (БЕЛОМОРО-БАЛТИЙСКИЙ КАНАЛ)
4. ВОЛГОСТРОЙ
5. ОНЕГЛАГ
6. КАРГОПОЛЬЛАГ
7. СЕВДВИНЛАГ
8. КУЛОЙЛАГ
9. УХТИЖИМЛАГ
10. УСТЬВЫМЛАГ
11. ПЕЧОРЛАГ
12. ВОРКУТСТРОЙ
13. СЕВЖЕЛДОРЛАГ
14. УНЖЛАГ
15. ТЕМНИКОВСКИЕ ИТЛ
16. БЕЗЫМЕНЛАГ (САМАРЛАГ)
17. ОСОБОСТРОЙ
18. ЮЖЛАГ
19. ВЯТЛАГ

20. УСОЛЬЛАГ
21. СЕВУРАЛЛАГ
22. ИВДЕЛЬЛАГ
23. КАРЛАГ
24. ТОБОЛЬСКИЕ ИТЛ
25. СИБЛАГ
26. ТОМАСИНЛАГ
27. КРАСЛАГ
28. НОРИЛЛАГ
29. ЮЖСИБЛАГ
30. НОВАЯ ЗЕМЛЯ
31. БУРЛАГ
32. НОВО-ТАМБОВСКИЙ ИТЛ
33. ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЕ ИТЛ
34. ЯКУТСКИЕ ИТЛ
35. СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЕ ИТЛ
36. ЧУКОТСКИЕ ИТЛ
37. КАМЧАТСКИЕ ИТЛ
38. САХАЛИНСКИЕ ИТЛ

Схема составлена Виктором ЛОЗИНСКИМ по материалам Славомира КАЛЬБАРЧИКА.

http://www.ieie.nsc.ru/~parinov/svecha/archip-gulag.htm

ГУЛАГ - Главное управление лагерей — подразделение НКВД СССР, которое осуществляло  руководство системой исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ), главный и важнейший орган системы политических репрессий СССР.

Как правило, под  аббревиатурой  «ГУЛАГ» подразумевают весь аппарат подавления, включая тюрьмы, а также систему идеологической пропаганды.

В СССР существовали следующие крупные подразделения ГУЛАГа:

•          Акмолинский лагерь жён изменников Родины (АЛЖИР)

•          Бамлаг

•          Берлаг

•          Безымянлаг

•          Белбалтлаг

•          Воркутлаг (Воркутинский ИТЛ)

•          Вятлаг

•          Дальлаг

•          Джезказганлаг

•          Джугджурлаг

•          Дмитровлаг (Волголаг)

•          Дубравлаг

•          Инталаг

•          Карагандинский ИТЛ (Карлаг)

•          Кизеллаг

•          Котласский ИТЛ

•          Краслаг

•          Локчимлаг

•          Норильсклаг (Норильский ИТЛ)

•          Озерлаг

•          Пермские лагеря (Усольлаг, Вишералаг, Чердыньлаг, Ныроблаг и др.)

•          Печорлаг

•          Печжелдорлаг

•          Прорвлаг

•          Свирьлаг

•          СВИТЛ

•          Севжелдорлаг

•          Сиблаг

•          Соловецкий Лагерь Особого Назначения (СЛОН)

•          Таежлаг

•          Устьвымлаг

•          Ухтпечлаг

•          Ухтижемлаг

•          Хабарла

Каждое из вышеперечисленных лагерных управлений  включало в себя целый ряд лагерных пунктов и лагерей.

История создания системы ГУЛАГа относится к 30-м годам.

24 апреля 1930 года  по приказу ОГПУ было образовано Управление лагерями. Первое упоминание о ГУЛАГе имеется в приказе ОГПУ от 15 февраля 1931 года. Законодательная база под систему ГУЛАГ была подведена 3 августа 1933 года, с утверждением Исправительно-Трудового Кодекса РСФСР, который  прописывал различные аспекты функционирования трудовых лагерей. Кодексом предписывалось использование труда заключенных, а также  узаконивание практики зачета двух дней  работы за три дня срока. Подобная практика  широко применялась для мотивации заключенных при строительстве Беломорканала.

10 июня 1934 года  Постановлением ЦИК СССР, при образовании нового союзно-республиканского НКВД, в его составе было образовано Главное управление исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений.

Сеть лагерей ГУЛАГа захватила все северные, сибирские, среднеазиатские и дальневосточные районы страны.

К  1929  году были образованы Управление Северных лагерей особого назначения (УСЕВЛОН) с центром дислокации в Котласе занимавшееся освоением Печорского угольного бассейна; Дальневосточный ИТЛ с дислокацией управления в Хабаровске и районом действия, охватывавшим весь юг Дальневосточного края; Сибирский ИТЛ с управлением в Новосибирске.

В 1930 образовался Казахстанский ИТЛ  и Среднеазиатский ИТЛ. В конце 1931 из наркомата путей сообщения в ОГПУ было передано строительство Беломоро-Балтийского водного пути и образован Беломоро-Балтийский ИТЛ.

Весной 1932 года был создан Северо-Восточный ИТЛ (Магадан); осенью на ОГПУ начато строительство канала «Москва — Волга» и Байкало-Амурской железнодорожной магистрали.

Серия сообщений "ГУЛАГ":
Часть 1 - ГУЛАГ. История создания
Часть 2 - Краткая история ГУЛАГа
Часть 3 - ГУЛАГ для самых маленьких
Часть 4 - "Закон о трёх колосках"
...
Часть 11 - ГУЛАГ-нормы питания, вещевого довольствия, оплата труда заключённых. В документах
Часть 12 - Без заголовка
Часть 13 - 15 апреля 1919 года началась история советских лагерей

ГУЛАГ - главное управление исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключений (1930–1960)

Несомненно, история  ГУЛАГа – это  разрушенные  судьбы людей, потеря близких, подорванное  здоровье и несбыточные надежды. Это  история страны, история детей, оставшихся без родителей в детских домах. Это история несделанных открытий, изобретений, ненаписанных книг. Это история мучений и глупости. Это история о том, как сомнительная мечта о всеобщей справедливости и поиск счастья через насилие стала историей беззакония, мук и террора.

Первые лагеря на территории Советской республики появились летом 1918 года. Правительственные распоряжения, предписывали проводить «беспощадный массовый террор» против классовых врагов, «сомнительных » отсылать в концентрационный лагерь. Официальному появлению новых карательных учреждений способствовал декрет Совета Народных Комиссаров от 5 сентября 1918 года.

Большевистская власть приступила к  уничтожению своих действительных, а так же  потенциальных противников, не смотря на общепринятые процессуальные нормы и правовые гарантии. Теперь  человеческая жизнь стала  зависеть  от «милости» большевистских вождей. Насилие стало универсальным средством  достижения намеченных целей. Стремительному росту численности лагерей способствовали  также гражданская война и политический террор.

К концу  1921 года  на территории СССР функционировало 122 лагеря. Естественно, средств выделяемых на содержание заключенных не хватало. Во многих районах возник  вопрос о закрытии лагерей из-за невозможности их обеспечения. В первой половине 20-х годов,  из тюрем и лагерей  стали выпускать тысячи заключенных. Однако данная  политика  была малоэффективна, т.к. по прошествию нескольких дней, тюрьмы снова  наполнялись новыми заключенными.

В феврале 1922 года  образовалось Государственное политическое управление при НКВД, заменившее ВЧК, в 1923 году оно выделилось из Наркомата внутренних дел и перешло в подчинение СНК. Вместе с ГПУ выделилась и обособленная репрессивная система, в которую вошли подведомственные ГПУ внутренние тюрьмы, изоляторы и концентрационные лагеря особого назначения. Деятельность подобной  системы основывалась на внутриведомственных актах, она не подчинялась общегосударственному законодательству и была исключена из поля зрения общественности.

Террор большевиков против политических противников имел целью пресечь любые попытки инакомыслия. С каждым днем  лагеря росли и набирали мощь. Как ни странно, нормативный акт, регулирующий деятельность данных лагерей, появился лишь к  7-му апреля 1930года, когда СНК СССР принял официальное «Положение об исправительно-трудовых лагерях». Авторитарная власть получила в свои руки «законный» инструмент для политического и экономического воздействия на общество - ГУЛАГ.

Все лагеря находились в ведении ОГПУ, которое осуществляло общее руководство их деятельностью на основе внутриведомственных нормативных актов. ОГПУ имело огромную власть. В его руках были  судьбы заключенных, которые, попав в сферу его деятельности, фактически теряли все гражданские права.

Совместно с лагерями ОГПУ в стране  функционировала  карательная система НКВД РСФСР, куда входили  тюрьмы, исправительно-трудовые колонии, пересыльные пункты.

Несколько позже лагерное управление было переименовано в Главное управление исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения НКВД СССР. Этот главк, несмотря на частые изменения  названия, сохранял свою первоначальную аббревиатуру - ГУЛАГ.

ГУЛАГ был образован при НКВД по постановлению ЦИК и СНК СССР 5 ноября 1934года и просуществовал до сентября 1953года.  Возглавлял Особое совещание сам народный комиссар, в качестве членов выступали  ближайшие помощники и заместители. На каждом  заседании Особого совещания рассматривалось от 200 до 300 дел, а позже за одно заседание Особое заседание могло осудить  789,  872 , и даже 980 человек.

Первоначально полномочия Особого совещания были несколько ограничены: оно имело право в административном порядке, заключать в исправительно-трудовой лагерь на срок до 5 лет. Но  уже к 40-м годам Особое совещание обладало правом не только осуждать на долгосрочное заключение, но и приговаривать к расстрелу.

После террора 1937-1938 годов количество смертных казней резко сократилось. Самым распространенным видом наказания стало заключение в исправительно-трудовой лагерь сроком на 10 лет. Количество заключенных, направляемых в ГУЛАГ,  казалось бесконечным. Официальная статистика гласит, что за 10 дней ноября 1940 года в лагеря и колонии вывезли из тюрем СССР 59493 человека. К началу войны число заключенных в лагерях и колониях составляло около  2,3 миллиона человек.

В 1940 году ГУЛАГ объединял 53 лагеря с тысячами лагерных отделений и пунктов, 425 колоний, 50 колоний для несовершеннолетних, 90 «домов младенца». В состав ГУЛАГа не входили тюрьмы, переполненные вдвое против «штатного» количества мест, а также более 2 тыс. спецкомендатур.

Серия сообщений "ГУЛАГ":
Часть 1 - ГУЛАГ. История создания
Часть 2 - Краткая история ГУЛАГа
Часть 3 - ГУЛАГ для самых маленьких
...
Часть 11 - ГУЛАГ-нормы питания, вещевого довольствия, оплата труда заключённых. В документах
Часть 12 - Без заголовка
Часть 13 - 15 апреля 1919 года началась история советских лагерей

 

Представляем топ российского оружия – то, что чаще всего обсуждалось в 2012 году.

Российская армия, чьё финансирование увеличено за счёт доходов от продажи нефти и газа, полным ходом идет по пути масштабного перевооружения, призванного за 2014-2020 годы обновить военный арсенал, потратив на эти цели порядка 770 миллиардов долларов.
Конечно, ни для кого не является секретом, что у государства есть очень много видов вооружения, которые могут составить хорошую конкуренцию в мире, и которые пользуются спросом у многих армий. Российское оружие и военную технику закупают более 80 стран, причем контракты постоянно продлеваются.

Армата

Министерство обороны России намерено начать закупку перспективных основных боевых танков на базе единой платформы тяжелой бронетехники "Армата" в 2014 году. Об этом, как сообщает "Интерфакс", заявил заместитель министра обороны России Юрий Борисов. По его словам, сперва будет размещен заказ на поставку опытно-промышленной партии из 16 новых танков.
На основе опытной партии боевых машин планируется провести подконтрольную войсковую эксплуатацию. Другие подробности относительно закупки перспективных боевых машин Борисов не уточнил. Согласно действующему графику первый прототип танка на базе платформы "Армата" должен быть создан уже в 2013 году, а с 2015 года ожидается поставка новых боевых машин в войска.

Технический проект "Арматы" утвержден Министерством обороны России 23 марта 2012 года. По словам начальника Главного автобронетанкового управления Минобороны РФ генерал-майора Александра Шевченко, проект полностью соответствует всем требованиям военного ведомства. Разработкой перспективного танка занимается "Уралвагонзавод".

Автомат Калашникова АК-12

В ноябре были завершены испытания второго прототипа АК-12. На данный момент начато производство опытной серии. Официальной информации по этому оружию известно немного, однако и ее вполне достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Скорей всего линейка 2012 года будет состоять из автоматов и пулеметов. Вполне возможно будет создана и снайперская винтовка на базе автомата, которая заменит СВД. Как и сотая серия, АК-12 будут создаваться под различные патроны. Новый автомат получит новую энергономику. Рукоятка управления огнем будут иметь анатомическую форму. Кроме того, в автомате будет предусмотрена новая защелка для удобства смены магазина.
Несмотря на то, что газоотводная автоматика будет присутствовать, работа механизма будет немного смягчена, благодаря чему улучшится кучность. Как и в предыдущих версиях, на новом образце будут присутствовать крепления для подствольного гранатомета и штык-ножа. Останется и боковая планка для оптического прицела. Кроме того, предполагается оснастить автомат планками Пикатинни, предназначенными для установки вспомогательного оборудования, двусторонней рукоятью и регулируемым прикладом.

При всех усовершенствованиях масса автомата останется практически без изменений – 3,3 килограмма.
Пока о массовой поставке автомата АК-12 в армию говорить рано. Пока планируется модернизация АК-74М, которых на военных арсеналах вооруженных сил.

Су-35

Компания "Сухой" передала Министерству обороны России первые шесть серийных многофункциональных истребителей Су-35С, которые в ближайшее время прибудут к месту дислокации. По данным пресс-службы "Сухого", компания выполнила свои обязательства по данному типу самолетов в рамках государственного оборонного заказа на 2012 год.
О том, что первые шесть Су-35С будут поставлены в войска до конца 2012 года, стало известно в марте текущего года. Как рассказал представитель Министерства обороны России по ВВС полковник Владимир Дрик, самолеты заканчивали испытания в Ахтубинском испытательном центре.

В августе 2009 года Министерство обороны России заключило с "Сухим" контракт на поставку 48 новых истребителей. Их поставка должна завершиться до конца 2015 года, после чего военное ведомство может заключить еще один контракт на поставку дополнительной партии Су-35С из 48 машин. К настоящему времени, военные получили для испытаний три опытных и девять серийных истребителей.
Су-35С, совершивший первый полет в феврале 2008 года, способен развивать скорость до 2,5 тысячи километров в час и совершать полеты на расстояние до 3,4 тысячи километров. Боевой радиус самолета составляет 1,6 тысячи километров. Истребитель оснащен 30-миллиметровой пушкой и 12 точками подвески для ракет и бомб общей массой до восьми тонн.

АПЛ проекта "Ясень"

Новейшие многоцелевые атомные подводные лодки проекта 885 "Ясень" смогут поражать цели на земле на расстоянии почти 1,5 тысячи километров от берега.
Существенное место в деятельности ВМФ в этом году занимали испытания новых кораблей, подлодок и оружия, причем не только для российского флота, но и для иностранных заказчиков. "Всего в течение года проведено 240 испытаний, включая успешный пуск 22 ноября из берегового ракетного комплекса "Бастион" на максимальную дальность применения оружия — более 400 километров", — сказал Чирков.
Крылатые ракеты "Калибр" и "Оникс" большой дальности, торпеды, ракето-торпеды и мины являются основным оружием атомной подводной лодки "Северодвинск".

АПЛ "Северодвинск" была заложена на "Севмаше" в 1993 году и стала головным кораблем проекта 855 "Ясень", который предусматривает строительство восьми современных субмарин для российского флота. В сентябре прошлого года подлодка впервые вышла в море на ходовые испытания. Ранее руководитель департамента Минобороны РФ по обеспечению гособоронзаказа Андрей Вернигора сообщил РИА Новости, что "Северодвинск" будет принят на вооружение ВМФ в 2013 году.

Пистолет «Чёрный стриж»

Частной российской компанией Arsenal Firearms был представлен самозарядный 9-миллиметровый пистолет, оснащенный пластиковой рамкой, который получил название «Чёрный стриж». Он отвечает всем наиболее современным требованиям. По словам производителей, это один из лучших пистолетов в своем классе за счет внедрения технических новшеств. Предполагается, что «Стриж» заменит пистолеты Макарова.
«Чёрный стриж» был разработан за несколько месяцев. Среди инноваций, которые применены в пистолете, необходимо отметить конструкцию запорного механизма и ствола, в которой ствол ходит линейно. Расстояние от хвата до оси ствола составляет всего 12 миллиметров. Сам ствол опирается с четырех сторон на некое подобие рельс, благодаря чему он не вращается и не перекашивается при стрельбе. Таким образом, минимизируется отдача, повышается скорострельность.

Еще одно новшество пистолета заключается в отсутствии флажкового предохранителя. При этом безопасность ношения пистолета обеспечивается тремя системами, за счет которых спусковой крючок срабатывает только в определенном положении и только при нажатии пальцем. И еще одно новшество – это конструкция магазина. Защелка выброса предусмотрена с двух сторон, горловина окна наклонная, что облегчает присоединение магазина.
Стандартная модификация пистолета предусматривает установку лазерного целеуказателя или подствольного фонаря. Кроме того, была создана удлиненная модификация со стволом, длина которого составляет 30 сантиметров. А также предусмотрена штурмовая модификация пистолета под 30-патронный магазин.

КАМАЗ-63968 «Тайфун»

Разработки его начались в 2010 году. В работе принимали участие лучшие инженеры, и уже к концу октября этого года был представлен макетный образец новой боевой машины. На базе машины установлено большое количество модулей, необходимых для выполнения боевых задач: для оказания медицинской помощи, проведения биохимической и радиохимической разведки, огневой поддержки. Вместе с тем, главная задача, которая возлагается на машину – это перевозка личного состава.

Машина оснащена мощной противопульной и противоминной керамической броней, которая способна выдержать взрыв порядка 8 килограммов тротила без потери личного состава. В ней также предусмотрено бронированное стекло, которое может выдержать два выстрела из крупнокалиберного оружия, расстояние между местами попаданий достигает 30 сантиметров.
На «Тайфун» установлен шестицилиндровый 450-сильный двигатель ЯМЗ, который дает возможность легко двигаться с большой скоростью по пересеченной местности, форсировать брод, глубина которого составляет около 1,75 метра и взбираться на уклон, угол которого составляет более тридцати градусов. Автомобиль оснащен также ночными приборами наблюдения и спутниковой навигацией, по его периметру установлены видеокамеры.

В автомобиле предусмотрена гидропневматическая подвеска, управление которой осуществляется с водительского места. Установленный компрессор дает возможность менять давление в шинах в интервале 1-4,5 атмосфер и удерживать его при пробитом колесе.
КАМАЗ оснащен тремя несущими осями. А благодаря мощному двигателю, шестиступенчатой раздаточной коробке и автоматической блокировке дифференциалов «Тайфун» можно считать настоящим королем бездорожья.

Система противоракетной обороны С-500 «Триумфатор-М»

Ведутся работы, направленные на создание системы противоракетной обороны С-500. Это новое поколение российских ракетно-зенитных комплексов, в котором предполагается применить раздельное выполнение задач по уничтожению аэродинамических и баллистических ракет.
В настоящее время эскизный проект комплекса уже завершен, и проводится техническое проектирование. Данный комплекс предназначен для поражения новейших образцов оружия воздушного нападения, которое на сегодняшний день разрабатывается в мире. Завершить разработки планируется к 2015 году. Предполагается, что система буде способна решать задачи не только в стационарном варианте, а будет выдвигаться в ту зону боевых действий, которая будет наиболее актуальной в конкретное время.

Ракетный комплекс «Тополь-М»

Это первый из ракетных комплексов, который создан исключительно силами российских предприятий. На него возложены большие надежды в подержании и сохранении ядерного потенциала. Это уникальный комплекс, который значительно превосходит по маневренности, боеготовности, живучести, эффективности поражения предыдущие образцы.
Комплекс «Тополь-М» - это трехступенчатая моноблочная твердотопливная ракета, которая находится в транспортно-пусковом контейнере. Основным достоинством ракеты заключаются в системе управления и наведения, которая установлена на комплексе. Кроме того, он невосприимчив к влиянию электромагнитного импульса, который возникает при ядерном взрыве. Более того, система имеет некий «секретный» прибор, который делает ее невидимой для противоракетных систем. Существует возможность заменить цельную головную часть на разделяющуюся боеголовку, которая способна нести три самостоятельных головных части. Все это делает ракету неуязвимой, поскольку одновременно перехватить три боеголовки невозможно.
В комплексе применена система неполного вывешивания, что дает возможность устанавливать комплекс даже на мягком грунте. Улучшены и маневренность и проходимость пусковой установки. Срок эксплуатации комплекса составляет 20 лет.

Курганец-25 и Бумеранг

Со времен первого анонса программ «Курганец-25» и «Бумеранг» сроки их реализации практически не подвергались корректировке. Опытные образцы по-прежнему планируется отправить на испытания в начале следующего года. Далее пара лет будет использована для доводки машин и подготовки к массовому серийному производству. Военные намерены получить первые машины на базе платформ «Бумеранг» и «Курганец-25» в том же 2013 году. Полное соблюдение этих сроков возможно только в том случае, если конструкторы «Курганмашзавода» и «Военно-промышленной компании» не только знают о существовании минусов избранных решений, но и уже справились с ними. Так или иначе, говорить с большой точностью о перспективах проектов можно будет только в конце этого года, когда обе организации закончат сборку опытных образцов.

Зенитный комплекс "Панцирь-С1"

Российская армия в этом году приняла на вооружение зенитный ракетно-пушечный комплекс "Панцирь-С1".
ЗРПК "Панцирь-С1" — лидер системы ПВО ближнего действия. В нем воплощены все положения разработанной и реализованной "КБП" концепции построения универсального зенитного комплекса ближнего действия, обеспечивающей его превосходство над зарубежными аналогами. Он стал тем недостающим звеном в системе ПВО, с введением которого в состав группировок зенитных средств обеспечивается их наибольшая эффективность.
Комплекс "Панцирь-С1" предназначен для обеспечения ПВО малоразмерных военных и административно-промышленных объектов и районов, а также для усиления группировок ПВО при отражении массированных ударов. По данным предприятия, "Панцирь-С1" отличается универсальностью, возможностью стрельбы в движении и одновременного обстрела четырех целей и другими качествами.
Дальность поражения ракетами у комплекса составляет до 20 тысяч метров, а в высоту — до 15 тысяч метров. "Зоны поражения пушечным вооружением: по дальности — 200 — 4 тысячи метров, по высоте — до 3 тысяч метров.

Серия сообщений "Вооружение ":
Часть 1 - Слабый и лёгкий. Случайно массовый немецкий танк
Часть 2 - ТОП российского оружия - 2012
Часть 3 - Реактивная система залпового огня "Торнадо-Г"
Часть 4 - Удивительный танк Strv 103

Мы привыкли безоговорочно доверять всему, что написано в увесистых энциклопедиях, словарях и учебниках по истории. А тем временем факты, приведенные в них и заученные нами со школьной скамьи, порой могут вовсе не совпадать с тем, что было в реальности.

Мы провели небольшое расследование и готовы разоблачить 5 популярных заблуждений, широко распространенных в учебной литературе.

 

 

Серия сообщений "ЭТО ИНТЕРЕСНО":
Часть 1 - «Спасите наши души!»
Часть 2 - Тайна Декларации независимости
...
Часть 21 - 17 невероятных совпадений, в которые очень трудно поверить!
Часть 22 - Что можно поесть на 30 долларов в разных странах
Часть 23 - 5 ложных фактов из исторических книг
Часть 24 - Кем на самом деле была Мурка, героиня "блатной" песни?
Часть 25 - Жен продавали на аукционе
...
Часть 37 - Изменение представлений о Тайной вечере
Часть 38 - КТО ПРИДУМАЛ ПАЗЛЫ?
Часть 39 - Укрощение огня: история шведской спички