«Не открывая глаз, вице-президент почуял что-то неладное: не было слышно ни криков детей, ни голоса супруги, хотя они явно уже встали. Настороженная, как перед наступлением на врага, тишина заставила осторожно осмотреть диспозицию…»
Пробуждение в субботу всегда балансировало на грани безмятежного желания отдохнуть от суеты и чувства погружения в другую – уже домашнюю суету, иногда такую же бессмысленную внешне, но родную, семейную неустроенность, а попросту – кавардак!
Вот и сегодня, еще не открывая глаз, вице-президент почуял что-то неладное: не было даже слышно ни криков детей, ни голоса супруги, хотя явно они уже встали. Настороженная, как перед наступлением на врага, тишина заставила осторожно приоткрыть один глаз и осмотреть диспозицию. Пространство маневра было пока свободно, но уже угрожающе: против обыкновения перед ним аккуратно стояли шлепанцы, приглашая «выйти в поле боя», как сформулировал про себя вице-президент: «Ага, думаете, я не заметил ваш маневр?!».
Делать нечего, надо было проводить рекогносцировку – он громко зевнул. «Ну вот и утро!» - бросил пробный шар в акустические системы «противника». И чуть ли не сразу был атакован залпом главного калибра авианосца – появилась жена и мило спросила: «Дорогой, тебе какой кофе ? С молоком? Иди в душ, а я тебе уже сделаю». Такого милого внимания он давно не помнил, но смог с равнодушным видом прошлепать в душ, на ходу увидев, как дети смирно сидели за столом («О! ужас! Что же происходит?»). Даже щенок с котом показывали образец послушания, так что в ванной он два раза вымыл себе голову и остановился, когда заметил, что собирается это делать в третий раз.
Широко улыбаясь, вице-президент, а в данном случае – глава семейства, плюхнулся на стул за кухонным столом, намереваясь не терять пути к отступлению, но все-таки воспользоваться предложенным кофе во чтобы то ни стало! И действительно, жена не только подала кофе с бутербродами, но и продолжала мило улыбаться, не трогая его первые два-три глотка. Было ясно как день, что она контролирует наступление и дети давно бы начали атаку: по их глазам он видел, что они чего-то задумали, но получали указание ждать. Поэтому глава семейства решил попытаться обойти мирный семейный ядерный авианосец (супругу) с фланга и спросил «Ну чего, детки, как у вас конфетки?». И тут прорвало!
- Папа, папа, а когда будем искать сокровища?
- А когда ты нам расскажешь про клад и про старого пирата?
- Папа, а мы нарисовали карту «Острова сокровищ»! Идем вместе дорисовывать!
- Папа, а сколько у тебя черных меток? А ты сколько дал черных меток?
Этот шквал был прерван железной волей капитана авианосца в женской нежной манере. Ласковым голосом мягкого котенка она спросила:
- Милый, ну так расскажи мне, что там у вас за любовный треугольник новый? Мне жутко интересно!
- Ничего не понимаю! - ответил Глава семейства, ловко отправляя еще один бутерброд по назначению и с наивным видом продолжил. – Дорогая, еще бы пару бутербродов и кофе, а? Какие они у тебя вкусные сегодня!
«Дорогая», она же командир авианосца, хищно улыбнулась одним уголком рта, но кофе подлила и занялась бутербродами, тем не менее продолжая наступление.
- Милый, давай рассказывай, дети уже карту нарисовали этого вашего треугольника. Ты же вчера пришел с корпоративной вечеринки, чего-то там по телефону говорил, да и во сне ворочался, что там у вас происходит? Какой-то старый пират, какие-то выстрелы, да еще и две женщины – значит точно треугольник, и давно это?
- Какой треугольник, дорогая?
- Ну как же, вот они нарисовали – пират, да еще в шрамах, потом – Гуля, и всех застрелила Юля, это у вас маскарад был что ли на вечеринке?
Дети показали карту. И точно: одна дама была увешана драгоценностями, другая – пиратскими пистолетами, пиратскую рожу третьего вообще нельзя было различить из-за шрамов, разве что черную повязку…
Глава семейства подумал, сколько он может продержать паузу и сколько бутербродов ему отвалится, пока не раскроется истинная диспозиция?
Ну, пара бутербродов ему еще досталась под его неопределенное мычание и волнообразные пассы руками, но ситуация вдруг резко переменилась: с авианосца прозвучал залп громадной убойной силы:
- Милый, – елейным ехидным голосом спросила супруга, - А что-то я не слышала раньше имени Юля. Так-так, ты давно ее знаешь?
«Ну ффсе, пора кончать!» - мгновенно понял Глава семейства. - «Если сейчас это не остановить, потом вся акватория будет забросана глубоководными бомбами!» И немедленно расставил все на свои места (Эх! Не видать уже больше бутербродов! Тысяча чертей!).
- Дайте сюда карту! – вырезал эти три портрета, Юлю и Гулю пришпилил над рабочим столом, надписав «2d», старого пирата с надписью 2w закинул в морозильник, сел и сказал четко как отрезал:
- Эти двое – Гуля и Пират - устроили ругань, Юля – модератор, новый, видеть я ее не видел, дорогая, так же как и они (это он подчеркнул особо). Просто она их за это отправила в бан: пусть пират остынет 2 недели, а за 2 дня надо написать письмо – по возвращению Гули. Нет никаких кладов, дети. И нет никакого треугольника и быть не может, дорогая!
Повисло молчание. Прекратилось ожидание. Наступило осознание.
Вице-Глава не успел даже допить кофе, как разочарованная супруга кинула ему листок бумаги: «Иди в магазин. За своим «кладом». Вот список. По пути вынеси мусор. А вот тебе твои «пиастры!»
Дети уныло побрели в комнату, пес наделал лужу, жена яростно гремела посудой – в общем, все пошло обычным заведенным порядком…
Леонид Никифоров
Потусторонний, Администратор запретил рассказывать в комментариях о своих постах. Может быть я чего-то не понимаю?
